Глава 13. Пожарные спешат в каждый дом

Вечер опускался на железнодорожную станцию медленно, словно нехотя, окрашивая небо в глубокие фиолетовые тона, которые ближе к горизонту переходили в оранжевую полосу заката. Солнце уже скрылось за горизонтом, оставив после себя лишь теплое послевкусие, которое тщетно цеплялось за крышу вокзала и верхушки деревьев, не желая покидать небосвод. Редкие фонари уже зажглись, отбрасывая длинные дрожащие тени на перрон. Паровозы пыхтели, выпуская в холодный воздух клубы белого пара, который тут же смешивался с сумерками и едким запахом угля, оседающего в лёгких липкой, противной плёнкой. Люди сновали туда-сюда, носильщики орали что-то про багаж, их голоса сливались в единый гул, от которого у меня начинала тихонько ныть голова. Обычный вечер обычного дня, если не считать того, что мне предстояло сесть в поезд, который моя внутренняя сущность любезно обозвала ловушкой для камикадзе. Я ещё на подходе к станции спрятала катану под хаори. Меч висел на боку, привычно оттягивая пояс, скрытый складками ткани. Своим же оболтусам я не сказала ни слова. Пусть сами учатся жизни. Конспирация — дело тонкое, а мне меньше всего хотелось объяснять, все щепетильное и тайное положение нашей конторы. Это лишние вопросы, лишнее внимание, лишняя головная боль, которая мне сейчас точно не нужна. Да ладно, чё я из себя строю наш квартет неформалов несмотря на все мои старания все равно привлекает слишком много внимания... А нет накаркала. Вот теперь когда кабан и камадо увидели поезд — однозначно да. «Вон на нас уже все озираются, деревенщины» «Вот бы сейчас сюда нашу ласточку, скоростную, комфортную, без этой грязи, копоти и запаха пота сотни людей, чёт занесло меня последнее есть везде» Во дают, первый день, а уже нарушают. Вон копы уже за ними бегают. Ну а я под шумок смылась. Если что, то я не с ними. А если по чесноку, нужно уладить вопрос с билетами, поэтому скрепя сердцем я поплелась в сторону касс. Эх все же тяжкое это бремя соответствовать статусу, приходиться подавать пример молодёжи. Как бы внутренняя жаба не протестовала внутри. «Ладно мне там вроде зарплату повысили, можно и раскошелиться на четыре-то билета» Жаба на такие заявления заворочалась, нашептывая о накоплениях на чёрный день, о том, куда эти деньги можно было потратить, но я её стойчески игнорировала, хоть и была солидарна абсолютно, железобетонно подписываясь под каждым пунктом. «Ну не поймут, они ещё зеленые как весело зайцем гонять» Монеты звякнули о стекло. Звук прозвучал слишком громко в тишине, возвещая о потере. — Четыре билета, — сказала я кассирше, стараясь не морщиться, от названной ею суммы. «И всё же РЖД российское от этой шарашкиной конторы ничем не отличается везде цены вон какие ломят, черти, было бы за что» Лицо у неё было уставшее, глаза потухшие, кожа же серая от угольной пыли. Ну ладно, тетька думаю сама уже жалеет, о выборе деятельности. Она приняла деньги, пересчитав пару раз, каждую рьё. «Да ну не пытаюсь я тебя облапошить женщина, честно» Блин она так соблазнительно и сладко считает, я не могу это мои кровные деньжата, что я оторвала буквально, зачем она меня дразнит. Я уже ощущаю, как часть моей душеньки отвалилась вместе с рьёшками. Взяв билеты, я зашла в поезд. Вот-вот отчаливаем. Колёса начали лязгать, набирая ход, металл скрежетал о металл, вызывая оскомину на зубах. Я вышла из самого последнего вагона на площадку, оперлась о холодные поручни и глядела, как мои полуфабрикаты бегут в припрыжку пытаясь успеть за поездом. Ветер трепал их волосы, а лица были перекошены ужасом опоздания. Все же успели. Удивительно. У них инстинкты всё же работают лучше, чем мозги. Они запрыгнули на подножку, запыхавшиеся, красные, хватаясь за ручки дверей. Танджиро увидел меня первым. Его глаза расширились от облегчения, словно он увидел спасительный круг в открытом море. — Ёко-сан! — выдохнул он, едва переводя дыхание, хватаясь за колено. — А мы вас потеряли! Боялись, вы остались на станции! — Нашли, — подметила я уже заходя в вагон. Голос звучал спокойно, лениво, словно я не заметила их паники. И великодушно протянула зайцам билеты. Зеницу схватил билет как святыню, прижал к груди и чуть не прослезился, бормоча что-то о благодарности богам. Иноске просто хмыкнул, вытер сопли рукавом и выхватил бумажку, даже не посмотрев на меня, хотя кто его знает за его то аксессуаром. Танджиро сиял, словно солнце, которое только что село за горизонт. — Спасибо, Ёко-сан! — затараторил он, кланяясь. — Мы обязательно вернём деньги! Как только получим вознаграждение за миссию! — Потом разберёмся, — отмахнулась я, проходя глубже в вагон. — Главное, чтобы вы сами не превратились в вознаграждение для демонов. А деньги... деньги дело наживное. Главное, чтобы кишки наружу не вылезли, остальное приложится. Мы двинулись по вагонам. Поезд был длинным, громоздким, пахнущим старым деревом, маслом и пассажирами всех масс, что уже расселись по местам. Кто-то читал газеты при тусклом свете ламп, кто-то просто смотрел в окно на мелькающие огни деревень, кто-то уже вовсю давал храпака, не дожидаясь ночи. Мы шли сквозь ряды сидений, и я чувствовала взгляд Иноске, который вертел головой, пытаясь учуять запах демона раньше времени. Зеницу жался к Танджиро, его колени дрожали так, что было слышно, как стучат зубы. — Смотрите не напоритесь, — шикнула я на них, когда мы проходили мимо спящего старичка, совсем не по-человечески вывалившим ноги через проход и мало того он ещё и ботинки снял, всё же таких везде, видимо, хватает. И тут, сквозь стук колёс и шум вентиляции. Громкий, довольный голос, перекрывающий всё вокруг. — ВКУСНО! ВКУСНО! ВКУСНО! Зеницу вздрогнул и вжался в стену вагона. Танджиро замер, повернув голову на звук. Иноске принюхался. — Это что ещё за хрен? — пробормотал кабан, устремляясь на звук. Мы подошли к перегородке следующего вагона. За ней, на откидном столике, сидел пламенный хашира собственной персоной. Перед ним стояла коробка с бенто, и он с невероятным энтузиазмом уплетал содержимое, причмокивая на весь вагон. — ВКУСНО! — повторил он, отправляя в рот огромный кусок мяса. Танджиро сразу засиял ещё ярче, узнав Хаширу. — Ренгоку-сан! — воскликнул он, подходя ближе. — Здравствуйте! Мужчина оторвался от еды, его жёлто-красные глаза блеснули в тусклом свете лампы. Он широко улыбнулся, словно встретил старых друзей, а не случайных попутчиков. — О! Юный Камадо! Вы тоже здесь! — прогремел он так, что стёкла в окнах задрожали, а какая-то дамочка в углу испуганно уронила шляпку. Голос у него был такой, что казалось, он говорит без микрофона в огромном зале. Я осталась стоять чуть в стороне, прислонившись к перегородке. Мне не хотелось лезть в этот восторженный диалог. Пусть мальчик радуется встрече. Я просто наблюдала, лениво переминаясь с ноги на ногу. Меч под хаори холодило бок, напоминая, что расслабляться рано. — Да! — Танджиро кивнул, сияя. — Вы тоже на задании!? Ренгоку кивнул, широко улыбаясь, и тут же поддел палочками кусок мяса из коробки. — ВКУСНО! ВКУСНО! ВКУСНО! — заорал он снова на весь вагон, отправляя еду в рот. Пассажиры вздрогнули, кто-то даже уронил газету. Я закатила глаза. Ну и энергетика у парня. Жаль, что она так быстро сжигает ресурс: — Верим — О! Новоиспечённый Столп Затмения! И ты здесь! — Ренгоку наконец заметил меня, стоящую по боку в тени. Его взгляд был максимально.. как бы выразиться.. горящим и отстранённым, а может такое впечатление складывалось и от того, что он постоянно, смотрел не пойми куда. — В точку, — кивнула я, чувствуя, как от его громкости начинает зудеть в ушах. — Мы тоже тут как отлов демонический. Ренгоку рассмеялся. Громко. Искренне. Его смех заполнил весь вагон, вытесняя страх, который начал было наползать на пассажиров. — Отличный настрой! — провозгласил Пламенный, жуя на ходу. «Ну-ну» — подумала я, но улыбнулась в ответ. Парень заряжал оптимизмом лучше любого энергетика. Жаль, что обычно такие люди сгорают быстрее всех. Но не сегодня. Сегодня Ями Ёко здесь подрабатывает пожарным. И я не собираюсь позволять никому гореть без разрешения. Зеницу вдруг побледнел, его нос задрожал. — Демоны.. а-а-а-а! — начал закатывать глаза он, увидев тень за окном только сейчас, когда рот Хаширы был занят. — Здесь?! — Конечно, балда, что мы тут ещё могли забыть? — Успокойся, выдохни и не позорься. Вон твою тушу два столпа сторожат возрадуйся. О а вот и проверка билетов. В вагон заполз проводник. Именно заполз, в страхе озираясь, совсем мужика довели, вон дёрганный какой! Сам бледный-бледный с залегшими тенями под глазами, что уже начинали смахивать на такие прописные фонари, не удивлюсь если так на электричестве экономит, ещё и руки дрожат, встретишь на улице оборешься! Куда администрация смотрит, тут дети тоже ездят же?! Ну я что не права? Права — передо мной не кондуктор, а уже дядя Толя с соседнего подъезда что напился вчера в стельку, никак не протрезвел, а уже вон пытается успеть в ларек до закрытия. Видимо, не я одна такого мнения, вон наш спящий некультурный дед, кого пнули предъявить билет, чуть кони со страху не двинул. По новостям, либо у нас в вагоне мало людей или на поезде в целом, но пока я не засекла ни одного зайца перебежчика, очень настораживает.. В довершение картины воздух стал вязким, и зловонным возвещая нюхачам о налете нашего первого гостя. Демон в вагоне, что не успев покрасоваться пал с лёгкой руки Пламенного. Ренгоку, даже не напрягся. Огонь вспыхнул ярко, осветив испуганные лица пассажиров. Второй появился в соседнем вагоне. Пока Кёджуро эвакуировал зеваку подальше, а Иноске грозил нанести даже больший ущерб чем нежеланный гость, я снесла уроду голову. Одно движение, тень, клинок. Пепел осыпался на пол. Я даже не вынула меч полностью. Просто хватило рукояти, чтобы пробить череп. Дальше мои мальцы заснули. Как и коллега по цеху. Ренгоку просто закрыл глаза и всё, сидя прямо. А Ёко что? Ёко ничего. У Ёко Разум Игрока пассивный. Срать я хотела на такие дешевые фокусы. Кровь демона сна текла по вагонам, усыпляя всех, но моё сознание оставалось чистым, холодным, как стекло. Система просто отсекла воздействие, как вирус. Но ради приличия сама я тоже завалилась спать под шумок, часик покемарю ничего не случится. Пусть думают, что я тоже поддалась чарам. Усыпим бдительность врага, усыпившись. *** Меня тоже верёвочкой привязали. Как мило. Энму решил перестраховаться. Ну я посидела, привязанная к сиденью, чувствуя, как грубая верёвка врезается в запястья, оставляя красные следы, а когда цветы жизни закончат возиться, произвела иск. Всего навсего изъятие у деток не самой детской игрушки. Шило детям не игрушка. Приставленное ко мне дитятко оказалось немного самоуверенным, вышло на кулаках против меня, втирая про сон. Я великодушно ему его подарила. Одним чётким ударом. Получите, распишитесь. Ребёнок рухнул без сознания, даже не поняв, что произошло. Я намекнула Незуко, что вовремя вылезла из короба: буди брата и жги верёвки. Девчонка кивнула. Я неторопливо направилась к головному вагону. Встреча с Первой Нижней Луной не вызвала у меня и капли трепета. Демон отчаянно заглядывал мне прямо в зеньки — на его ладонях то и дело открывались мерзкие рты, шепча приказы уснуть. Но мне было абсолютно побоку. Все эти цифры, гипноз и ментальные трюки — дешёвка для слабых духом, которая разбивалась об ментальный щит Системы как об каменную стену. Клинок ничирина бесшумно скользнул из ножен, на мгновение поймав тусклый свет лампы. — Дыхание Света: 5 ката — Обжигающее солнце! Один слитный, яростный замах на 180 градусов прописал в воздухе идеальную золотую дугу. Ослепительное лезвие с хрустом перерубило шею демонического отростка. Голова отделилась от плеч и покатилась по полу, её глаза ещё дико моргали от удивления, а изо рта этой отрубленной башки раздался яростный, зловещий крик, пока сам состав утробно заурчал: — Ахаха! Бесполезно! Моё тело теперь… — Уже поезд, я знаю, — перебила я его на полуслове, не собираясь выслушивать этот заезженный пафос. Клинок сверкнул в темноте вагона, рассекая воздух без звука. Тело демона стремительно рассыпалось пеплом. Ну а после я пошла к своим кентам. Они очнулись. Ну кто смог, все кроме Зеницу. Ну он же во сне эффективней, даже проще, его тело двигалось само. Поезд уже оброс плотью. Стены пульсировали, пахло мясом и кровью, скрежет металла стоял невыносимый. Деток уже обезвредили, кроме туберкулёзника. Тот уже сидел на попе ровно, бледный, видимо, уже словивший дзен в чистилище юного Камадо. Ну Ёко же не совсем скотина. Он милаш, этот парень, слишком добрый для этого мира. Я ему отдала бутылек средней регенерации. Жидкость была мутной, пахла железом и травами. И потрепала по голове, словно щенка. — Эй, не кисни, — бросила на прощание, щелкнув по носу. — И не смей умирать. Я резко развернулась и побежала по проходу, на ходу выхватывая клинок. Времени на сопли не было — поезд уже вовсю переваривал спящих пассажиров. Стены вагонов хаотично пульсировали, извергая из себя склизкие мясные щупальца, которые тянулись к креслам с мирно сопящими людьми. Люди даже не понимали, что находятся внутри желудка гигантской твари. Ренгоку уже вовсю орудовал в хвосте поезда, взяв на себя пять вагонов с конца. Кёджуро держал оборону железобетонно — его огненные взмахи с яростным ревом пробивали полумрак, подчистую выжигая демоническую плоть до самого металла. Я держалась на подхвате, контролируя ситуацию на стыках вагонов и на лету шинкуя всё, что прорывалось сквозь его пламя. В начале состава творилось своё безумие: первые три вагона превратились в неприступную крепость для монстра. Зеницу, так и не приходя в сознание, с молниеносным грохотом проносился по проходам, а Незуко яростно кромсала лезущие из окон отростки когтями. Ну а у самой шеи поезда, где была главная страховка, вовсю гремел дуэт Кабана с Камадо. Раздался оглушительный, утробный рёв — это Иноске с Танджиро синхронным, мощным выпадом наконец перерубили шею состава. В ту же секунду всё вокруг перевернулось. Поезд с диким металлическим скрежетом слетел с рельсов. Многотонная махина, умирая, начала заваливаться на бок, сминая землю и круша собственные вагоны. Пассажиры посыпались со своих мест, поднялся истошный крик. Я врубила скорость на максимум, пуская в ход абсолютно всё, что накопила в своём арсенале. Прыжок сквозь пространство, телепорт, рывок — я буквально разрывалась между сминающимися стенами, выбивая заклинившие двери, подхватывая падающих детей и вытягивая людей из-под завалов. Руки по локоть были в мерзкой демонической крови, смешанной с копотью. Каждого человека я судорожно пересчитывала по головам, проверяя, чтобы никто, не дай бог, не остался зажат и погребён заживо в этом искорёженном гнущем мясе. Когда последний пассажир был вывален и доставлен на траву через разбитое окно, я тяжело выдохнула и пошла в сторону, откуда разило самой мощной аурой. Пора наведаться к финальному боссу. Аказа уже явил себя и вовсю машется с Ренгоку. Розовые волосы, татуировки, взгляд хищника. Они бились, искры летели во все стороны. Ветер свистел в ушах, холодный, пронзительный. Я напоила Камадо малой регенерацией, приказав: — Не сметь двигаться. Линчую, если встанешь. Кабана приставила, чтоб бдил, за неугомонным Камадо у которого явно шило в жопе... А нет в боку. А Аказа-то щас Огонька ухайдокает. Пора выдвигаться, решаю я. А то квест не засчитают. И пока дорогой хашира Кёджуро не бахнул свой секретный стиль, который должен стать для него фатальным, я активировала магию крови. Воздух в мгновение смазывается а опора уходит из под ног я же оказываюсь рядом. Одно касание и два хашира растворяются в воздухе и если для Кёджуро это поездка с ветерком, то для меня не все так гладенько... На днях системка тут обмолвилась что можно путешествовать с попутчиком и некими условиями.. Тогда я не поняла намека, сейчас же все встало на свои места это терпимо, но неприятно Системка заботливо пиликнула, видимо, решив, что до меня не допёрло: [Получен бафф: Внутренне кровотечение (Сами бы научились сначала покорению пространства, а не таскали зайцев)] «Миленько» Но на подумать и поспорить времени катастрофически не хватает пространство выплевывает любителей бизнес-класса на конечной, а нас уже встречают! И если Ренгоку только Камадо и кабан то меня уже заманчиво зазывает апостол Петр. Быстренько одной левой вливаем ошарашенному столпу настоечки живительной и ей же прописываем хороший заслуженный сон. «Простите сэр, за нарушение устава но.. Вы мне мешаете» — Пей. И не двигайся. И возвращаюсь к Третьей Луне. Аказа же распахивает глаза в неверии. Его «Компас» взвыл, когда он зафиксировал соперника. Для него это было безумием: двойная аура, не имеющая границ, пульсирующая ослепительно белым светом и тут же затапливающая всё вокруг вязкой, удушливой тьмой. Что самое удивительное это их соседство, по описанию логично предположить, что ни пожирают друг друга, конфликтуя, то ничего подобного они грамотно дополняют свою противоположность. И на его секундный завис я мгновенно подлетаю с катаной наперевес может мой шанс.. А нет он все ещё с нами контратаку проводит на высоте. Моя же натура не позволяет не проронить следующего: — Верно, для меня, твоё предложение к Ренгоку, как видишь, не актуально. Ну и бой. Я хороша, даже очень. Но он только размялся. Я же пока могу контролировать ситуацию, но уже молюсь о рассвете на всякий. Аказа же не мелочится, начиная ускоряться нещадно. Я перемещаюсь. Сначала он терял меня, но уже успел чуть понять концепт и ритм мой. Удары стали непредсказуемее. Она использует магию крови, эти перемещения... Хм, Доума значит, не врал и несколько лет назад и впрямь встретил аномалию. Любопытно испытать её предел. Я же уже начинаю раздражаться. Он попал уже пару раз. И это не круто. Даже висок расквасил мне. Кровь залила глаз, слепя, а вкус железа во рту стал постоянным спутником. А Аказа понял, видимо, начал наносить удары без перерыва. «Хуёво» Я отбиваюсь как могу. Там уже не мелочусь, плевать хотела на конспирацию хочешь жить умей вертеться: все три дыхания идут в ход. Свет, Тьма, Затмение. Клинок пел не переставая вспыхивать, рассекая воздух. Но этот чёрт только получив травму, тут же лечится и отращивает конечности. «Вот гадство» Ещё и насмехается: — Люди смертны и слабы, даже ты не сможешь раскрыть весь потенциал за эту жалкую человеческую жизнь. Я лишу тебя этих мук. Ты умрешь сегодня. — Конечный стиль, — триумфально произносит мой палач и я понимаю что мне конец.. Очередная серия ударов, да черти бы его побрали... Их слишком много я даже не воспринимаю их всё смазалось в одну световую кашу.. Господь будь милостив если ты есть, я кожей чую как они летят на меня градом если не получится меня размажет и даже мокрого места не остаётся.. И поставив на кон все я просто замираю, абстрагируясь от мира, максимальная концентрация.. Время тянется неумолимо долго я в страхе приоткрываю глаза.. Чуть ли не плача, все замедлилось, я в системе. А мне даже нравится начинает чувствую себя флэшем гребаным чисто под градом бегаю. Но лафа удача да и все хорошее быстро заканчивается, меня буквально выкидывает из этого чудесного состояния. Быстро соображая: — Дыхание Света 2 ката: Рассеянный свет, — и уже по старинке остальное пытаюсь отбивать, не все гладко, конечно, парочка особенно нежданных задевают. Только я остановилась перевести дух, как последний шальной настигает меня, как назло отнюдь не детский. Рёбра предательски хрустнули под напором, моя же тушка отправилась в полёт. Еле нахожу силы смягчить удар, но всё равно шлепаюсь на землю плашмя. «Слишком сильный» Он подходит неспеша, улыбаясь насмешливо: — Все же ты лучше всех, кого я встречал. Не мог и мыслить, что Конечный стиль узрит хоть кто-то, признаться я польщён, и ты все ещё жива. Но признай твоя человеческая часть тянет тебя на дно. — Ошибаешься, — медленно поднимаюсь, опираясь на меч. — Этой частью я дорожу больше всего. И уж помяни моё слово, я докажу это любой ценой. — Моё бремя ещё не донесено, поэтому спешу тебя огорчить. Но эта бренная тушка подобна таракану и не сдохнет так просто. Ну и последний, финальный рывок. Подобный Кёджуро, кто бы подумал что я смогу встать в ряд с этой легендой... Я потрепана. Пару рёбер сломано. Органы помяты. Голова разбита. Финальная стойка. Моя самая убойная и энергозатратная ката. Если мне не поможет это то.. Я труп — Дыхание Затмения 3 ката: Слияние светил. И я срываясь с места мчусь. Энергия переполняет хлещет от меня, охватывая и меня, и клинок. Две энергии, света и тьмы, что слились воедино вступая в резонанс с клинком, что под гнётом стихий становится невидимым.. Обманный маневр перед носом активирую магию крови заходя с другой стороны. Заношу клинок над шеей. Катана входит в плоть как по маслу. Аказа же пытается остановить клинок рукой, но черта с два я отступлю мама вырастила воина, и этот хрен так просто не отделается. «Накаркала» Не получив желаемого результата в довершение оппонент ставит точку пробивает мне живот второй рукой. «Есть пробитие», — и горькая усмешка озаряет лицо, но продолжаю своё дело. Методично вгоняя катану в плоть, что есть мочи и параллельно превозмогая боль пытаюсь прессом, не зря ж я качалась сжимать руку. Боги, высшие силы, а может и просто обстоятельства я не знаю во что верить, да и я готова уже уверовать во всё по правде говоря, но что-то меня услышало. Верхушки деревьев стали предрассветно светлеть вселяя надежду. Его рука же в моей плоти начала пытаться вырваться, причиняя адскую боль. Ни один звук не проронился из моих уст, но если по чесноку то я прикусила щёку, чтобы не разразиться криком. Рассвет уже начинал чуть припекать. Я же глупо надеялась что розовый почит этот мир сегодня. Наивная.. он судорожно пробует вновь, но не найдя отклика отрывает себе руку, бросаясь на утёк с моим клинком в шее. Меня уже ничего не держит на ногах, я оседаю на землю. На фоне Камадо что-то орёт, бросаясь за Аказой, нарушив мой наказ.. Но мне уже слишком плевать на такие мелочи. «Это закончилось..» Юный камадо, видимо, тоже освоил магию крови, материализуясь передо мной, с максимально обеспокоенным лицом: — Ёко-сан! Держитесь! Вы.. вы должны... Система пиликает красным что-то про критическое состояние. Я мысленно отключаю уведомления, отключая назойливый интерфейс. «Я смогла» Рассветные лучи приятно ласкают солнце, даря тепло. Как хороша, жизнь.. Со мной мои.. друзья? Да наверно так: юный Камадо, как-то невесел, а зря такой рассвет, а вот и Иноске, тоже уже тут как тут. Взгляд фиксирует и Ренгоку, что с моей легкой руки спит.. живой. Вон Агацума к нам бежит с коробом на плечах. Улыбка сама по себе озаряет лицо. Приятное осознание охватывает меня. Я сделала это. Сломала канон. Огонь продолжает гореть. Но боль нещадно возвращает в реальность. Собака.. Зелья закончились так невовремя. А нет.. Я достаю из инвентаря бутылек с малой на донышке. Смехотворно. Но всё же... Дарёному коню в зубы как говорится не смотрят и ошушаю залпом. Должного облегчения не следует, но сейчас это меньшее что меня волнует. Братки почему-то рыдают в голос, а кабан верещит на фоне. И всё же я рада, что успела их узнать. Шумные. Громкие. Живые. Но уже успевшие стать родными сердцу. Зрение предательски плывёт, словно в толще воды.. ..Как на море.. ...это тёпло, оно убаюкивает, маняще зазывая с собой. Я подставляю лицо лучам солнца прикрывая глаза.. Солнце вступало на свой пост привнося свет в сердца каждого, лаская и смывая усталость ночи. Тьма отступала. Я слышала уже лишь щебетание вокруг, что становилось всё тише.. как колыбельная. — Ёко-сан! Держись! Мне было тепло. И это было достаточно. Я улыбалась искренне, кажется никогда мне не было доселе так хорошо. Всё получилось: Ренгоку дышит. Братки живы. Пассажиры целы. А я... я просто отдохну.. немного...