Часть 6. Ты - помеха.

Чейз резко распахнул глаза, и в тот же миг его охватило леденящее чувство падения. Ветер с неистовой силой бил в лицо, закручивая тело в непредсказуемом танце, а внизу, словно бескрайнее ватное одеяло, расстилался густой, непроглядный туман. Сердце колотилось где-то в горле, мысли путались, но он отчаянно пытался вспомнить советы Скай - как замедлить падение, как сгруппироваться, чтобы хоть немного замедлить падение. Однако времени на раздумья не оставалось: туман стремительно поглотил его, обволакивая холодом и сыростью, а затем последовал сильный удар о воду. Ледяная вода обожгла кожу холодом, словно тысячи игл вонзились в тело, заставив Чейза инстинктивно дёрнуться. Воздух с хрипом вырвался из лёгких, а в следующую секунду острая, пронзительная боль вспыхнула в ногах, парализуя движения. На мгновение ему показалось, что он снова теряет сознание, но Чейз заставил себя открыть глаза. Вокруг уже не было тумана. Вместо этого Чейз увидел искорёженный, смятый салон автомобиля. Металл скрипел и потрескивал, воздух был пропитан запахом бензина и гари. Над ним склонилась лейтенант Сара - её лицо было бледным и сосредоточенным, а в глазах читалась тревога. Она отчаянно пыталась открыть помятую дверь, которая заклинила от удара. — Не шевелитесь! — её голос звучал напряжённо, но Сара изо всех сил старалась сохранять спокойствие, чтобы не напугать его ещё больше. — Всё будет хорошо, капитан. Вы только держись, пожалуйста, не отключайтесь! За её спиной стоял Скот. Он скрестил руки на груди и криво усмехнулся, бросая колкие замечания куда-то в сторону: — Ну вот, опять он вляпался по полной. Кто бы мог подумать, что он так мастерски сумеет найти приключения на свою голову? Чейз попробовал пошевелиться, чтобы лучше рассмотреть обстановку, но резкая боль в ногах тут же заставила его замереть. Он опустил взгляд и с ужасом понял: его ноги были намертво зажаты деформированным металлом передней части машины, местами окрашенным кровью. Сара не переставала говорить с ним - задавала простые вопросы, просила отвечать, чтобы он не терял сознание. Её голос стал для него якорем, единственной нитью, удерживающей на грани с реальностью. Через несколько мгновений к машине подошёл Макс. В руках у него был тяжёлый лом. Он быстро оценил ситуацию и громко скомандовал: — Сара, отойди! Сара бросила на него встревоженный взгляд, но послушно сделала шаг в сторону, продолжая держать Чейза за руку и ободряюще сжимать его пальцы. Макс ловко подцепил искорёженную дверь за образовавшуюся складку и с огромным усилием распахнул её. Скрежет металла прозвучал как музыка спасения. Этот звук ободрил Сару и придал Чейзу сил, но капитан уже чувствовал, как сознание снова начинает ускользать, словно сквозь пальцы. Последнее, что он услышал перед тем, как всё погрузилось во тьму, - это взволнованный, почти человеческий лай Графа, немецкой овчарки Сары, и чьи-то быстрые, тяжёлые шаги по разбитому стеклу. А потом наступила тишина. Чейз постарался открыть глаза почти сразу же, как только они сомкнулись. Однако уже вместо салона автомобиля и тревожных лиц товарищей его встретила стерильная белизна больничной палаты. Он лежал на койке, укрытый тонким одеялом, а рядом, свернувшись калачиком и положив голову на край его кровати, спала Скай. Сердце Чейза пропустило пару особо сильных ударов. Он осторожно, стараясь не потревожить ноющее тело, протянул к ней руку. Его пальцы коснулись её плеча. Девушка вздрогнула, резко подняла голову и ахнула. В её глазах, ещё затуманенных сном, вспыхнула такая радость, что Чейз невольно улыбнулся. — Ты живой! — воскликнула она, и в её голосе смешались облегчение и упрёк. Чейз слабо усмехнулся, чувствуя, как пересохло в горле: — Я уже думал, что попал в рай, — хрипло прошептал он, глядя на неё. — Но если ты здесь, значит, это точно не рай. Чейз постарался открыть глаза почти сразу же, как только сознание вернулось к нему. Веки казались свинцовыми, но он собрал все силы и наконец сумел разлепить их. Вместо искорёженного салона автомобиля и тревожных лиц товарищей его встретила стерильная белизна больничной палаты. Скай закатила глаза и легонько стукнула его по здоровой руке: — Дурак ты, Чейз! — возмутилась она, но её улыбка говорила об обратном. — Как тебя вообще так угораздило? Я требую объяснений! Он прикрыл глаза на секунду, собирая воедино обрывки воспоминаний: падение, ледяная вода, скрежет металла, встревоженное лицо Сары... Картинка была разрозненной, но он постарался разложить всё по полочкам, пересказав ей события настолько подробно, насколько позволяла слабость. — ...Потом я просто закрыл глаза и очнулся уже здесь, — закончил он свой короткий рассказ и обвел взглядом палату. — Скай... сколько мне ещё тут валяться? Девушка хитро прищурилась и заговорила, забавно копируя манеру речи пожилого врача, который осматривал Чейза: — «Столько, сколько потребуется! Вот бумаги. Не видите? Написано там - ТРИ ДНЯ! Ничего уже не можете сами сделать. Разленились...» — она так артистично жестикулировала свободной рукой и морщила нос, что Чейз не выдержал и рассмеялся. Смех отозвался болью в груди, но настроение у капитана заметно поднялось. Всего три дня - это сущий пустяк. Однако их весёлый разговор прервался скрипом двери. В палату вошёл тот самый «вредный старик» - врач с седыми усами и строгим взглядом из-под густых бровей. Он остановился в дверях и посмотрел на Скай поверх очков. — Молодой человек нуждается в покое, — сухо произнёс он. — А вы его утомляете. Прошу вас покинуть палату. Скай тут же вскочила на ноги. Она бросила на Чейза последний ласковый взгляд, полный тепла и заботы, и поспешила к выходу. Проходя мимо врача, она скорчила ему рожицу за его спиной, стараясь сделать это незаметно. Дверь за ней закрылась. В палате повисла тишина. Врач подошёл к койке и начал осмотр, а Чейз лежал и смотрел в потолок. На его губах всё ещё играла лёгкая улыбка после шуток Скай, но в груди поселилось странное чувство тревоги. Он вспомнил её слова про три дня... Что-то подсказывало ему, что это будут самые долгие три дня в его жизни. К вечеру Чейз уже начал осторожно двигать ногами. Каждое движение отзывалось тупой, ноющей болью, которая не позволяла даже думать о том, чтобы встать. Он был прикован к больничной койке, и это ощущение беспомощности только усиливало тревогу внутри. Что же будет дальше? До чего доведёт его это дело? Потолок палаты, который он изучил до последней трещинки, казался теперь особенно унылым. На второй день Скай пришла снова. Её появление всегда приносило с собой немного света и тепла, разгоняя больничную серую атмосферу. Но сегодня Чейз чувствовал, что ему отчаянно нужно отвлечься от всех тараканов в голове и тянущегося, как резина, времени. От того и тоска могла загрызть его в любой момент. — Скай, — вдруг обратился он — как ты обычно коротаешь время? Девушка озадаченно посмотрела в окно и не отрывая от него взгляд, проговорила, чуть ли не себе под нос: — Да, наверное как и все... Книги читаю. Парня привлекла такая перспектива и он попросил девушку принести ему какую-нибудь из её книг: — Тебя не затруднит, если я попрошу тебя принести завтра книгу? Я того и гляди с ума сойду в этих четырёх стенах — Да, конечно. Поищу что-нибудь для тебя. На следующий день Скай вернулась и выполнила просьбу, но выбор книги удивил капитана. Это была «Метро 2033». Чейз с интересом посмотрел на потрёпанную обложку, потом перевёл взгляд на подругу: — Неужели ты это читаешь? Что ещё я о тебе не знаю? Скай только загадочно улыбнулась и пожала плечами. Эта невинность рассмешила Чейза. — Знаешь, — начал он, отдышавшись — может быть, мы вдвоём сходим вечером после выписки куда-нибудь?.. В комнату резко вошел врач, что не могло не напугать друзей. Чейз чуть ли не вскочил с койки, в то время как Скай уже стояла на ногах. Дедушка оглядел помещение и сказал: — Время посещения окончено. Попрошу Вас покинуть палату — обратился он к девушке. Скай не стала перечить. Лишь растрепала волосы Чейза на прощание, а после скрылась за дверным проёмом. Книга действительно затянула Чейза на весь оставшийся день. Он погрузился в мрачный, тот мир московского метро, забыв о боли в ноге и своих тревогах. Персонажи стали его соседями по палате, за которыми было всё интереснее наблюдать. Когда пришло время выписки, Чейз с облегчением покинул стены больницы. Он вернулся к работе, вновь вливаясь в привычный ритм. Вернувшись обратно в свой отдел его встретил только Макс и новобранец Филип. Оба они уставились в монитор и что-то там разглядывали. Как только Чейз подошёл ближе, Макс вскочил и протянул руку, приветствуя поправившегося товарища. — Есть новости? — сразу начал Чейз. — Пока пусто. Сейчас на той трассе стоят патрули рядом с местами аварий. — пояснил Макс. — Хорошо. — задумчиво буркнул Чейз — А Скот где? Филип оторвался от экрана компьютера и поднял голову: — Мистер Скот сегодня не приходил. Как он сказал - плохо себя чувствует. Чейз удивлённо попятился на новенького и риторически переспросил: — Мистер, кто? Парень, не забивай себе голову этой ерундой. Он не дорос ещё до такого, чтоб его мистером называли... С этими словами Чейз сел за своё рабочее место и вынул из кармана флешку Трекера. "Что ж, посмотрим... Что там ты заснял" подумал капитан, прежде чем открыть видео файл. Первые три десяти минутные записи были одинаковыми. Просто ночь, просто тропы, просто лес и свет от лампы на доме. С четвёртой записи всё стало более неспокойным. Сначала лампа начала мигать, а после на записи с камеры появились помехи. Чейз чуть замедлил запись, дабы не упустить ничего важного. Вдруг на передний двор выходит то самое существо из сна Чейза. Длинные конечности, необычный сгиб суставов... По мимо этого Чейз увидел бледно серую кожу этого существа. Как только оно повернулось на камеру, помехи усилились ещё больше, но это не помешало разглядеть сильно расширенные зрачки человеческих глаз и кошмарную улыбку, в прямом смысле слова, до ушей. Чейз снова оцепенел от этого ужаса, но как только существо начинает уходить... ... Экран гаснет. Чейз в непонимании пытается найти причину неполадки, что произошло, смотрит в сторону и видит стоящего рядом с ним Скота, ещё в куртке, что держит провод питания компьютера. Возмущённый Чейз встаёт, выхватывает провод, не сдерживается и выкрикивает: — Скот, ты придурок! Скот торжественно выпрямился, положил руку на бок и облокотился на рядом стоящий шкаф с папками. Его поза была нарочито расслабленной, словно он находился не в рабочем кабинете, а на светском приёме. Чейз искоса взглянул на нахальную морду Скота, и в его глазах промелькнуло раздражение, смешанное с усталостью. Он молча воткнул провод в разетку. Блок питания зажужжал, и экран компьютера сразу начал запускаться, озаряя полумрак кабинета холодным светом. — Скот. Были бы у меня права, ты бы уже... — начал Чейз, стараясь говорить ровно, но в голосе всё же проскользнула сталь. Он не успел договорить. Скот развернулся на каблуках, даже не удостоив его взглядом, и проронил за собой, словно выплюнул: — Пустослов. Чейз не выдержал. Это было последней каплей. Он тихо встал, и в его движениях не было ни резкости, ни гнева - только холодная решимость. Он догнал уходящего самодовольного Скота и коротким, точным ударом врезал ему по основанию шеи. Его глаза расширились, лицо побледнело, и он рухнул на пол, потеряв сознание. Тело глухо ударилось о линолеум, а рука безвольно откинулась в сторону. Филип вытаращил глаза, смотря на эту картину. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле при виде выражения лица Чейза. Макс, сидевший ближе всех, встал и подошёл к лежащему Скоту, проверяя пульс. — Живой, — коротко бросил он, выпрямляясь. — Но минут пять точно будет отдыхать. Чейз, как ни в чём не бывало, развернулся и направился обратно за свой стол. Там он достал чистый лист из принтера, взял ручку и начал писать объяснительную. Его почерк был ровным, почти каллиграфическим. Макс, наблюдавший за этой сценой с лёгкой усмешкой, решил вернуть Филипа на землю: — Это не редкость. Но в основном до рукоприкладства доходит на выездах. Здесь мы ещё держим себя в руках. — после этого он обратился к Чейзу, который уже выводил последнюю строчку — На этот раз ты продержался меньше. Чейз оторвался от писанины, поднял голову и посмотрел на Макса серьёзным взглядом: — При всём моём к тебе уважении, Макс, давай позже. Он поставил размашистую подпись, сложил лист вдвое и направился к выходу. — Куда Вы? — спросил Филип, всё ещё не пришедший в себя. — К начальству — не оборачиваясь, ответил капитан. Чейз постучался в кабинет Райда Эр и зашёл внутрь. Райд был удивлён видеть капитана в столь поздний час. Как-никак, Чейз не приходит без на то причины и в целом не приходил, если его не вызывали... — Прошу простить — Чейз положил на стол свою объяснительную записку. Райд вздохнул и отложил записку в сторону, даже не взглянув на текст: — Чейз, ты не успел из больницы выписаться, как уже других колечишь... Только твоими объяснительными можно печь несколько дней топить. Я понимаю, что Скот не из приятных людей, но так дела не делаются. Возвращайся к работе. Чейз молча покинул кабинет и спустился обратно в отдел. Он вернулся к своему столу и продолжил просмотр с камеры наблюдения Трекера. Когда существо проходило мимо камеры, помехи становились сильнее, экран покрывался рябью, словно сама реальность протестовала против присутствия этого создания. Ближе к вечеру все уже разошлись. Скот покинул здание раньше всех, бурча себе что-то под нос и потирая шею. Филип и Макс ушли позже, обсуждая что-то вполголоса. Кабинет остался только на Чейза. Капитан тоже не сидел долго. Он быстро написал отчёт по работе и положил его на край стола Макса — пусть разбирается утром. Город медленно опускался в ночь. Огни фонарей отражались на поверхности автомобиля. Чейз ехал по полупустым улицам мимо мелькающих окон жилых домов. Он не спешил домой - там было пусто и тихо. Никто не ждёт. За очередным поворотом Чейз невольно разглядел идущую попутно Скай в чьей-то компании. Её спутник был не похож на кого-то из её друзей: слишком высокий, слишком самоуверенный шаг. Это насторожило полицейского. Проехав чуть дальше по параллельной улице, Чейз разглядел Скота, который что-то бурно рассказывал, активно жестикулируя. Скай от этого немного хихикала - её смех был лёгким и беззаботным. Вдруг Чейз пересеклась взглядом с девушкой и тут же изменилась в лице. Улыбка сползла с её губ, плечи напряглись. Она что-то коротко сказала Скоту и ускорила шаг, оставив его позади. Чейз продолжил ехать как ни в чём не бывало, лишь крепче сжав руль и смотря на них в последний раз через зеркало заднего вида. В груди неприятно кольнуло чувство тревоги.