Ник- клинок

Этот нож изменил всё. Дин никогда не питал нежных чувств к призракам — для него они всегда были либо помехой, либо опасностью, застрявшей между мирами. Но сталь не лгала. Человек, который при жизни владел этим клинком, не мог быть просто заурядным придворным или учителем фехтования. Тот, кто сжимал эту костяную рукоять пятьсот лет назад, был охотником. Таким же, как сам Дин. Дин стоял в пустой башне, чувствуя, как привычная тяжесть ножа у бедра возвращает ему почву под ногами. Холод металла просачивался сквозь одежду, напоминая о временах, когда жизнь измерялась количеством патронов в магазине и остротой лезвия. Ник уже почти растворился в стене, оставив после себя лишь легкое жемчужное марево. Дин посмотрел на это мерцание с неохотным уважением. — Преподаватель тактики, значит… — хрипло пробормотал Дин, поглаживая рукоять. — Ну, тактика у нас будет простая. Найти и выпотрошить.Он развернулся и зашагал прочь из Восточной башни. Теперь его походка изменилась. Исчезла шаркающая манера старика-сквиба, скрывающая усталость. В каждом шаге появилась пружинистая готовность хищника. Сапоги больше не «бухали» — они ложились на камни бесшумно и точно. Дин спускался вниз, в самые темные уголки замка. Он знал, что в Хогвартсе полно магии, секретных проходов и говорящих портретов, но сейчас он искал не магию. Он искал след. Проходя мимо рыцарских доспехов, он заметил, как те едва слышно лязгнули, словно приветствуя старое оружие. Дин даже не повернул головы. Он засунул руку под куртку, коснувшись лезвия. Нож Руби всегда «чувствовал» нечисть. И сейчас, в этой неестественной тишине коридора, сталь начала едва заметно вибрировать. Совсем слабо, на грани восприятия. — Значит, ты здесь, — прошептал Дин. Он свернул к туалету Плаксы Миртл. Место, где все началось, обычно было самым информативным. Но по пути он наткнулся на Снейпа. Северус стоял в тени арки, словно ждал его. — Вы долго отсутствовали, Аргус, — голос Снейпа был сухим, но взгляд моментально зацепился за новое положение куртки Дина и за то, как он теперь держал плечи. — Нашли способ утолить свою ярость? Дин остановился в двух шагах от него. — Нашел инструмент, Северус. Старый знакомый вернулся в строй. Снейп прищурился, его взгляд скользнул к поясу Дина, где под грубой тканью угадывался контур массивного ножа. — Эта вещь… от нее веет не школьными чарами. От нее веет бойней. — Это вещь охотника, — отрезал Дин. — Того, кто не ждал, пока мандрагоры вырастут. Чтобы найти ответы в Хогвартсе без Google, нужно либо идти в библиотеку к мадам Пинс, либо искать тех, кто стоит в нишах дольше, чем существуют сами учебники. Дин выбрал второй вариант. Дин не любил библиотеку. Там пахло старой бумагой и самодовольством, а мадам Пинс напоминала ему худших из официанток в придорожных кафе — тех, что шипят на тебя, если ты слишком громко ставишь чашку. К тому же, книги в Хогвартсе имели дурную привычку кусаться или вопить, если открываешь их не с той стороны. Ему нужны были живые свидетели. Или почти живые. Он шел по Галерее Славы, где в золоченых рамах и на гранитных постаментах застыла история школы. Его сапоги теперь ложились на плиты иначе — нож за поясом придавал походке опасную, хищную уверенность. — Эй, ты, — Дин остановился перед портретом рыцаря в мятых доспехах, который пытался оседлать толстого пони. — Сэр Кадоган, верно? Рыцарь подскочил, едва не свалившись с лошади, и выхватил крошечный меч. — Кто смеет взывать к доблестному рыцарю в столь поздний час?! Сдавайся, подлец, или сразись со мной! — Остынь, жестянка, — Дин лениво облокотился на раму. — Мне нужны сведения о Почти Безголовом Нике. Сэре Николасе. Он утверждает, что был здесь «преподавателем тактики». Это правда или он просто наглотался призрачного эля? Кадоган замер. Он опустил свой зубочисткоподобный меч и посмотрел на Дина с неожиданным для его карикатурного облика уважением. — Сэр Николас… О, в те времена его звали иначе. Его звали Николас-Клинок. Дин прищурился. Это уже не звучало как «балы и воротники». — И чему он учил?— Он учил тому, как выжить, когда магия дает осечку, — пропыхтел рыцарь, поправляя забрало. — В XV веке палочки ломались чаще, чем обет трезвости у монахов. Николас де Мимси был младшим сыном, охотником на нечисть по призванию. Говорят, он пришел в замок не за славой, а потому что здесь завелось нечто, чего боялись даже основатели. Он владел ножом, который… — Кадоган запнулся и посмотрел на куртку Дина. — Ножом, который не отражал звездного света. Дин почувствовал, как нож у бедра едва заметно завибрировал, словно узнав свое имя. — Говорят, — продолжил Кадоган шепотом, — он погиб не из-за нелепой казни. Он позволил себя схватить, чтобы увести некую тварь из стен школы. Он был Охотником, парень. Тем, кто стоит на границе. Дин промолчал. Картинка складывалась. Ник не просто жалел его — он узнал в нем своего. Того, кто готов запачкать руки, чтобы другие спали спокойно. — А что за тварь он выводил? — спросил Дин. — Об этом не пишут в свитках, — рыцарь снова влез на пони. — Но Николас-Клинок всегда говорил: «Если услышишь шепот в камнях — хватай сталь, а не щепку». Дин кивнул и двинулся дальше. Теперь он знал достаточно. Ник не был заурядным. И подарок его не был случайным. Этот нож прошел через кровь демонов в одном мире и через тьму Хогвартса в другом. Ник нашел себе приемника в пятисот летний юбилей со дня смерти.