Часть 50

Теперь, вооружившись верным ножом, Дин медленно продвигался по коридорам, короткими и точными ударами постукивая по гулким стенам и холодным трубам. Он искал — искал тайные лазы, скрытые пустоты и любой след того, кто осмелился превратить его кошку в неподвижное изваяние. Замок отвечал ему сухим эхом, но Дин не сдавался. Охотничий азарт, смешанный с глухой яростью, заставлял его прислушиваться к каждому шороху в стенах. Он двигался бесшумно, словно тень, методично проверяя каждый дюйм кладки и вглядываясь в темноту вентиляционных решеток. Тот, кто прятался в недрах Хогвартса, мог быть кем угодно, но для Дина это была лишь очередная тварь, которую нужно выследить и уничтожить. В замке творился форменный ажиотаж. Весть о создании дуэльного кружка пронеслась по гостиным быстрее, чем сова с почтой, и теперь на каждом углу только и гадали, кто возглавит обучение. Гриффиндорцы ставили на Флитвика — старый декан всё-таки был чемпионом по дуэлям в молодости. Слизеринцы, разумеется, высокомерно цедили сквозь зубы фамилию Снейпа, предвкушая, как тот размажет любого противника по стенке. Дин, которому было глубоко плевать на школьные ставки, решил прояснить ситуацию напрямую. Он поймал Северуса в одном из пустых переходов, где эхо шагов не давало случайным ушам подслушать лишнего. — Ну и? — Дин остановился рядом, привычно сложив руки на груди. — Весь замок на ушах. Говорят, ты будешь учить их махать палками? Снейп замер, на мгновение перестав быть похожим на грозную летучую мышь. Он посмотрел на Дина — не как на нерадивого завхоза, а как на единственного человека здесь, с кем не нужно было играть роль. — Мне даже не предлагали, Филч, — сухо бросил он, и в его голосе промелькнула едва заметная, но острая, как скальпель, горечь. Дин нахмурился. Он знал этот тон. Так звучит человек, который делает всю грязную работу, пока кто-то другой собирает аплодисменты. — Значит, Флитвик? — Дин вопросительно вскинул бровь. Снейп лишь скривил губы в подобии усмешки, которая больше напоминала гримасу боли: — Если бы. Директор решил, что нам не хватает… «звёздного сияния». На пробном уроке в Большом зале творилась настоящая вакханалия. Ученики теснились вокруг золоченого подиума, а Локонс, сияя в своей мантии цвета «незабудки», рассыпал вокруг себя белоснежные улыбки и обещания научить всех защищаться. Дин стоял у самой стены, сливаясь с тенями. Его руки, всё еще хранившие мозоли от рукояти ножа, были скрещены на груди. Он наблюдал за Снейпом, который застыл на краю помоста, похожий на огромную, крайне раздраженную летучую мышь. Северус выглядел так, будто предпочел бы оказаться в котле с кипящим ядом, чем здесь, в роли «ассистента» этого павлина. — Сейчас я покажу вам, как разоружить противника! — провозгласил Локонс, картинно взмахнув палочкой. — Не бойтесь, профессор Снейп, я верну вам ваше оружие в целости и сохранности! Дин едва заметно усмехнулся. Он видел этот взгляд Северуса. Охотник внутри Дина мгновенно узнал это состояние — так смотрит снайпер, поймавший цель в перекрестие. — Экспеллиармус! — коротко и зло выкрикнул Снейп. Вспышка ослепительного алого света была резкой, как выстрел. Локонса буквально снесло с ног: он пролетел через весь подиум, врезался в стену и сполз по ней бесформенной грудой атласа и кружев. В зале повисла оглушительная тишина. Дин не выдержал. Он не стал аплодировать, как восторженные слизеринцы, но медленно и весомо кивнул Северусу, поймав его взгляд. — Красиво, — одними губами произнес он. Снейп даже не улыбнулся, но в глубине его глаз на мгновение вспыхнуло мрачное удовлетворение. Дин-завхоз чувствовал, что этот вечер прожит не зря. Видеть, как профессионал одним щелчком «ушатывает» самовлюбленного дилетанта — это было лучшее зрелище в Хогвартсе со времен падения летающей машины. После того как Снейп эффектно приложил Локонса о стену, тот заметно поумерил пыл и больше выкобеливаться не решался. Началась самая хаотичная часть — дуэли детей. Зал превратился в кипящий котел из искр, криков и неумелых заклинаний, пока на подиум не вышли Поттер и Малфой. Мелкий Малфеныш, явно желая блеснуть, призвал настоящую живую змею. Тварь лениво заскользила по золоченому дереву, пробуя воздух языком, и в этот момент Поттер сделал то, чего от него не ожидал никто. Он заговорил. Это не было похоже на человеческую речь — низкое, вибрирующее шипение, от которого по спине Дина пробежал холодок, старый охотничий инстинкт «бей или беги». Пацан явно был не в курсе, на какой мине он только что подорвался, но замок — о, замок был в курсе. Тишина, упавшая на зал, была тяжелее могильной плиты. Ученики начали пятиться, глядя на Гарри как на восставшего мертвеца. Теперь от него будут шарахаться в каждом коридоре, и Дин, видевший в жизни немало изгоев, это понимал. Позже, когда суматоха улеглась, Дин и Северус заперлись в каморке завхоза. На столе стояла початая бутылка крепкой настойки, а в воздухе висел тяжелый дух трав и спирта. Снейп, пригубив из граненого стакана, проводил для «коллеги» краткий ликбез. — Змееуст, Аргус, — сухо произнес Северус, глядя на огонь свечи. — Способность говорить со змеями. В нашем мире это не просто редкий дар. Это клеймо. Метка Темного Лорда и самого Салазара Слизерина. Дин прислонился к стене, чувствуя, как настойка приятно обжигает горло. — То есть пацан заговорил на языке главного злодея местной истории? — хмыкнул он. — Паршиво. Я видел такое раньше. Люди боятся того, чего не понимают. А когда они боятся, они начинают искать виноватых. Снейп лишь мрачно кивнул, подливая еще. — Теперь Поттер для них не «Мальчик-который-выжил». Теперь он — Наследник Слизерина. И боюсь, твой нож тебе понадобится раньше, чем мы найдем того, кто окаменил твою кошку.