Глава 22

ДРАКО

      Поместье Роули, если это вообще можно было назвать поместьем, стояло на небольшом, аккуратно ухоженном участке земли. К короткой подъездной аллее примыкал серый каменный особняк — ничем не примечательный, с осыпавшейся по углам кладкой. От одного его вида у Драко сводило желудок. Торфинн Роули никогда не скрывал своего отношения к исчезновению Люциуса. Он открыто высказывался об этом и не раз бросал в адрес семьи Малфоев угрозы, поэтому уже само появление здесь было рискованным. Но выбора у Драко не было. Он должен был приехать. Здоровье Грейнджер постепенно улучшалось, но этого оказалось недостаточно, чтобы убедить спонсоров сделать на неё ставку. К тому моменту она уже три дня ничего не ела, а до этого довольствовалась лишь жалкими крохами. Если ему не удастся в ближайшее время привлечь к ней интерес, Драко всерьёз опасался, что истощение сделает её ещё более лёгкой добычей, чем уже сделали ранения. Роули устраивали закрытый вечер совместного просмотра Игр, куда пригласили нескольких потенциальных спонсоров. За выпивкой и светскими разговорами можно было завести нужные знакомства. В столь решающий момент это был его лучший шанс. У входа в особняк его встретил домовик и, прежде чем впустить внутрь, проверил наличие Тёмной метки. Несмотря на вражду между их семьями, меченому Пожирателю смерти здесь не могли отказать во входе. Домовик провёл его по короткому, ничем не примечательному коридору к распахнутым двустворчатым дверям просторной гостиной. Из комнаты доносился приглушённый гул разговоров и Драко переступил порог. В комнате стояла духота. Гостиная была небольшой — явно рассчитанной разве что на приём ближайших родственников, — но сейчас людей в ней набилось слишком много. Беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы понять, кто собрался здесь. В основном это были мелкие Пожиратели смерти и их прихлебалы — люди, которые десятилетиями поддерживали Тёмного Лорда из тени, так и не заняв сколько-нибудь значимого положения, или же слабые, ничем не примечательные мужчины, которым просто нравилось чувствовать себя опасными. По-настоящему влиятельных людей здесь не было. Только те, кто надеялся однажды обрести власть благодаря нужным связям. Иными словами, лучшего места, чтобы найти людей, готовых спустить деньги на рискованную ставку, было не придумать. На стене напротив дверей, над холодным камином, висел небольшой экран магической проекции. При виде знакомых кадров Драко почувствовал, как напряжение в груди немного отпустило. Лаванда Браун пробиралась сквозь густые заросли. Астория Гринграсс по-прежнему крепко сжимала в руке волшебную палочку. Он отсутствовал в Большом зале совсем недолго — ровно столько, чтобы успеть заехать домой, принять душ и переодеться, но даже этого короткого времени хватило, чтобы тревога не отпускала его ни на минуту. В Играх в любой момент могло произойти что угодно. И мысль о том, что он способен пропустить нечто действительно важное, была для него невыносима. Несмотря на удушающую жару, переполненная гостиная оказалась хорошим знаком. Драко опасался, что если гостей соберётся мало, это лишь сильнее привлечёт к нему внимание Роули. Однако, судя по всему, многие были рады возможности смотреть Игры вдали от посторонних глаз. Значит, можно было спокойно обменяться необходимыми приветствиями и приступить к делу. — Малфой, — окликнул его низкий голос. И вот перед ним уже стоял сам хозяин дома. Крупный светловолосый мужчина с глубоко посаженными глазами и шрамом, тянувшимся от подбородка через уголок губ, отчего казалось, будто на его лице навсегда застыла презрительная усмешка. Жестокость была неотъемлемой частью его натуры, а до чужого благополучия ему, похоже, никогда не было никакого дела. Окинув взглядом комнату и не заметив среди гостей других Наставников, Драко совсем не удивился. Будь у него хоть какой-нибудь выбор, он и сам предпочёл бы держаться от Роули подальше. — Роули, — спокойно ответил он, когда тот подошёл ближе. Они обменялись рукопожатием, и Роули демонстративно сжал его ладонь так сильно, как только мог. — Костюм, — сказал Роул, когда Драко наконец высвободил руку, небрежно махнув в сторону его чёрного пиджака. Он уже заметно заплетался языком и похоже, несколько бокалов огневиски были давно позади. — Очень… по-магловски. Последнее слово он произнёс с нескрываемым отвращением. — Так и есть, — спокойно ответил Драко, не обращая внимания на презрительную гримасу Роула и переводя взгляд на остальных гостей. Он заметил Селвина, беседовавшего за бокалом вина с Трэверсом. Пожалуй, именно с них стоило начать. — Впрочем, моя трибут тоже маглорождённая, — продолжил он. — И, как ни странно, пока это идёт мне только на пользу. Роул громко расхохотался. — Да неужели? Каким же образом? Её едва не растерзал дикий зверь, потом чуть не забили дубиной насмерть. Пока что её главное достижение — не свалиться с того дерева. Он широким жестом обвёл комнату. — Мои гости всю неделю только и надеялись, что это всё-таки случится. Хотя бы одной жалкой грязнокровкой стало бы меньше. — Вы сейчас о том мутировавшем звере, которого она убила собственными руками? Или о мужчине, который был вдвое крупнее её и которого она искалечила? На губах Драко появилась лёгкая усмешка. — Я всегда знал, что она умна. Но, признаюсь, её мастерство владения мачете стало неожиданностью даже для меня. Роули прищурился. — Что, Малфой, неужели стал любителем маглов? Что-то ты уж слишком рьяно её защищаешь. — Напротив. Мне нравится думать, что вместе мы с ней стали только безжалостнее. Проходя мимо, он дружески хлопнул Роули по плечу. — Прошу меня извинить. Думаю, мне не помешает выпить. У барной тележки он взял бокал, хотя скорее для вида. Люди куда охотнее распускали язык, когда им казалось, что собеседник тоже пьёт. Неторопливо покачивая в бокале лёд, Драко направился к Трэверсу и Селвину. — Господа, — с язвительной усмешкой произнёс Драко. — Было… приятно. Он сделал размеренный вдох и направился к следующей цели. Обходя комнату, он снова и снова сталкивался с одним и тем же. Жена Джагсона сообщила, что они уже поставили деньги на Гринграсс. По её словам, им было искренне жаль девушку — ей пришлось пройти через весь этот ужас, хотя она «ничего плохого не сделала». Макдугалы поинтересовались, не боится ли он заразиться какой-нибудь магловской болезнью, которой, по их убеждению, явно страдала Грейнджер. Его объяснения о схватке с мачете и нападении эрклинга они даже слушать не захотели. А Яксли, не выбирая выражений, просто посоветовал ему катиться к чёрту. Казалось, он оказался в комнате, полной тупиков. К кому бы Драко ни подходил, всюду его встречали недоверие, насмешки или прямой отказ. Он медленно обвёл взглядом гостиную, надеясь найти хоть кого-нибудь, кто согласился бы его выслушать. И вдруг заметил его. На диване в дальнем конце комнаты вальяжно развалился Дигби Фэрфакс. У него на колене устроилась пышнотелая женщина, которая совершенно точно не была его женой. Фэрфакс был увлечён беседой с пожилым джентльменом, сидевшим рядом. Драко показалось, что это какой-то дальний двоюродный брат одного из Розье. Фэрфакс снова оставался для него вариантом на самый крайний случай, но сейчас Драко нужно было хотя бы сдвинуть дело с мёртвой точки. Каждый раз, когда на экране появлялась Грейнджер, он видел, насколько она измождена. Усталость — и физическая, и душевная — читалась в каждом её движении, в каждом выражении лица. Ему необходимо было раздобыть для неё питательные зелья. — Мистер Фэрфакс, — произнёс Драко, подходя к дивану. На голове у того снова красовалась какая-то нелепая шляпа. На этот раз — котелок, который, как и предыдущий головной убор, был ему откровенно мал и едва держался на самой макушке. Неужели так трудно купить шляпу по размеру? Фэрфакс сморщил нос при его приближении, что само по себе выглядело довольно забавно. — Мистер Малфой, — сухо отозвался он. — Мистер Фэрфакс, — кивнул Драко. — Рад снова вас видеть. — М-м, — неопределённо промычал Фэрфакс. — С начала Игр я чрезвычайно занят. Столько светских мероприятий, что приходится буквально разрываться. — Не сомневаюсь. У такого человека, как вы, наверняка множество приглашений. — Именно так, — с довольным видом подтвердил Фэрфакс. — Жаль вашего трибута. Того, что был юношей. Да и девушка, полагаю, тоже долго не протянет. Впрочем, особых надежд она и раньше не внушала. Было очевидно, что отказ Грейнджер на их прошлой встрече до сих пор не давал ему покоя. — О каком трибуте идёт речь? — вмешался пожилой джентльмен. — О Грейнджер, сэр, — ответил Драко. — Кажется, мы уже встречались? Я Драко Малфой. — Грейнджер — это та хорошенькая? — спросил пожилой мужчина, не дав Драко продолжить знакомство. Это определение на мгновение выбило его из колеи. Перед глазами неожиданно всплыло воспоминание: капля воды медленно скользит по шее Грейнджер после душа. Мысль вспыхнула и тут же исчезла. Драко моргнул, заставляя себя вернуться к реальности. — Да, — ответил Фэрфакс, лениво проводя пальцами выше по бедру женщины, сидевшей у него на коленях. — Но характер у неё отвратительный. — Что ж, характер можно исправить, — заметил пожилой джентльмен. — Нам нужен человек, который сумеет приспособиться к нашему образу жизни и стать полезным. — Грейнджер очень умна, — спокойно сказал Драко. — В школе у неё были выдающиеся оценки, и она быстро осваивает всё, чему её учат. Она схватывает на лету. Он выдержал короткую паузу. — Уверен, она станет ценным приобретением. — По крайней мере, — произнёс пожилой мужчина своим высоким, сиплым голосом, — она вполне могла бы стать чьей-нибудь компаньонкой. Всё-таки девушка довольно привлекательная. Особенно если отмыть её от всей этой грязи. Фэрфакс задумчиво хмыкнул. — Пожалуй. Если, конечно, найдётся человек, готовый закрыть глаза на её происхождение. — Моя жена умерла двадцать лет назад, Дигби, — с лёгкой усмешкой сказал старик. — Такому человеку, как я, не помешала бы компания. Даже если это грязнокровка. К горлу подступило отвращение. Правая рука привычно дёрнулась, пальцы сами потянулись к волшебной палочке. Но зачем? Чтобы проклясть похотливого старика, у которого не было ни единого шанса заинтересовать такую женщину, как Грейнджер, даже при подобных обстоятельствах? Или человека, чьи деньги были нужны Драко, чтобы сохранить ей жизнь? Он бывал на подобных сборищах и раньше. Он слишком хорошо знал, что рождает такие разговоры — смесь похоти и холодного расчёта, и ничего необычного в этом не было. И всё же сейчас это ощущалось иначе, чем-то слишком личным. Словно они имели право обсуждать его трибута прямо у него на глазах. Будто она была всего лишь живым товаром, которым можно торговаться. Женщина, сидевшая у Фэрфакса на коленях, смотрела на Драко с нескрываемым интересом. Светловолосая, привлекательная, примерно его возраста. Встреться они на другом приёме, в другое время, он, возможно, пригласил бы её провести с ним ночь. Но в ней было что-то удивительно пресное. Слишком покладистая. Не женщина, способная стать силой, а лишь красивое украшение рядом с мужчиной. Лишь теперь Драко понял, что разговор продолжался и без его участия. Мужчины по-прежнему обсуждали достоинства Грейнджер как возможной победительницы. — Столь долгое истощение наверняка уже сказалось на её… женском здоровье, — рассуждал Фэрфакс. — Сомневаюсь, что в её нынешнем состоянии она вообще сможет родить вам наследника. Старик лишь пренебрежительно махнул рукой. — У Розье очень сильные гены. Даже если у женщины будут тяжелые роды, сын всё равно родится крепким. — Господа, — вмешался Драко. Потому что в его голове одна за другой уже вспыхивали чудовищные картины —Грейнджер, с непослушными кудрями, веснушками и этими пронзительными глазами и этот дряхлый старик, тяжело нависший над ней. Окровавленные простыни и крик новорождённого. Он с пугающей ясностью понял, что должен немедленно вернуть разговор в прежнее русло. Иначе через мгновение его руки сомкнутся у кого-нибудь на горле. — Вижу, вы оба умеете смотреть в будущее, — ровным голосом продолжил он. — Сейчас Грейнджер оказалась в крайне тяжёлом положении. В самом начале турнира она совершила настоящий подвиг, убив того зверя, но из-за этого ей понадобились лечебные средства. Если вы согласитесь стать её спонсорами, я смогу отправить всё необходимое, чтобы она полностью восстановилась и взяла ход Игр в свои руки. Эти слова царапали ему горло, и стоило хоть на мгновение задуматься об их смысле, как к горлу подкатывала тошнота. Ему было омерзительно заискивать перед людьми, которые были настолько ниже его. Перед людьми, неспособными взглянуть на Грейнджер и понять, что она куда исключительнее любого другого трибута. Для них, если она победит, она была всего лишь будущей племенной кобылой. — И что изменится после того, как вы потратите на неё наши галлеоны? — презрительно усмехнулся Фэрфакс. — Даже полностью оправившись, её силы значительно меньше, а обращаться с этим оружием её, как видно, никто никогда не учил. — Её размер не имеет никакого значения, — спокойно возразил Драко. — Им всё равно не превзойти её ум. Она невероятно способна и, когда того требуют обстоятельства, умеет быть по-настоящему безжалостной. Он на мгновение умолк. Перед глазами вспыхнуло воспоминание о тренировочном зале. О том, как откровенное желание загорелось в её глазах, когда они вошли туда. Как у неё перехватило дыхание в тот миг, когда она взяла в руки волшебную палочку. — Даже с этим магловским оружием она уже представляет серьёзную угрозу, — продолжил он. — Но если мне удастся вложить ей в руку волшебную палочку… — На губах Драко появилась едва заметная усмешка. — Тогда её уже никто не сможет остановить.

***

      Он покинул особняк лишь тогда, когда был почти уверен, что сумел добиться по крайней мере одного серьёзного вклада в поддержку Грейнджер. Он ожидал, что переговоры окажутся непростыми, но всё же недооценил, насколько затянувшееся отсутствие Люциуса уже успело изменить расстановку сил в обществе. Драко вышел на территорию поместья и уже собирался трансгрессировать обратно в Большой зал, когда почувствовал за спиной чьё-то присутствие. В тот же миг волшебная палочка скользнула ему в руку. Он резко развернулся, внимательно всматриваясь в сгущающиеся тени. Слишком много раз заклинания настигали его со спины, чтобы теперь позволить себе хоть малейшую беспечность. На краю дорожки стоял Долохов. Свет, падавший из окон поместья, бил ему в спину, превращая фигуру в тёмный силуэт, но Драко без труда узнал его — жилистое тело, спутанные тёмные волосы, отросшие почти до плеч. Он выглядел человеком, чья лучшая пора давно осталась позади. Когда-то, вероятно, красивый мужчина, теперь он производил впечатление человека, окончательно запустившего себя. Драко коротко усмехнулся. — Да, это как раз из тех мест, где можно встретить тебя. Долохов презрительно скривился. — Всё ещё считаешь себя лучше остальных? После всего, что натворил? — У меня нет времени на пустую болтовню. Мне нужно работать. — Я пришёл не поболтать, — холодно ответил Долохов. — У меня для тебя задание. — Мне больше не нужны твои поручения. Сделай это сам. Драко отвернулся и направился к воротам. За последние несколько месяцев он выполнил слишком много заданий Долохова. Каждый раз это была самая грязная и неблагодарная работа — те поручения, которыми сам Долохов больше не желал заниматься после того, как поднялся выше в иерархии. Драко соглашался лишь потому, что рассчитывал: Долохов замолвит за него словечко, но теперь, когда он стал Наставником, нужды выполнять чужие прихоти больше не было. — Выполнишь, — спокойно произнёс Долохов ему вслед. — Иначе мне придётся навестить Нарциссу. — Для тебя — леди Малфой, — резко бросил Драко, мгновенно оборачиваясь. Он так сильно сжимал волшебную палочку, что ногти впивались в ладонь. Долохов рассмеялся. — Как-то слишком официально. Для того, что я задумал, ей больше подойдёт обращение… менее почтительное. Это была пустая угроза, ведь защитные чары никогда не впустили бы его в поместье. Его мать была в полной безопасности. Казалось, Долохов без труда прочитал ход его мыслей. — Она ведь часто ездит в поместье Лестрейнджей и обратно, не так ли? — лениво произнёс он. — Наверное, ужасно одиноко… когда муж исчез, а единственный сын слишком занят собственными делами. Сердце Драко тяжело ударило в груди и он медленно поднял волшебную палочку. — Неужели ты осмелишься направить палочку на одного из командиров Тёмного Лорда? — невозмутимо произнёс Долохов. — Оставишь Нарциссу и без мужа, и без сына? То, как он снова произнёс имя его матери, заставило челюсти Драко болезненно сжаться, но Долохов был прав. Он стоял выше по положению, и Тёмный Лорд никогда не пощадил бы того, кто попытался убить одного из его ближайших командиров. — Я пришлю тебе подробности, — бросил Долохов. — Похоже, работёнка предстоит грязная. А у меня нет времени нянчиться с этим самому. С этими словами он развернулся и исчез за дверью особняка.