Глава 23

ГЕРМИОНА

      После того как они нашли на поляне тело Дина, между Гермионой и Невиллом что-то изменилось. Их обоих словно окутало тяжёлое, гнетущее отчаяние. Гермиона никак не могла выбросить из головы слова, которые Невилл сказал ей, пока она оплакивала Дина. «Почти его память. Победи.» Но победитель в Играх мог быть только один. Почему Невилл сказал, что победить должна именно она, если это означало его собственную смерть? Если в конце концов останутся только они вдвоём… Станет ли Невилл сражаться с ней? И сможет ли она сама поднять на него оружие? Гермиона не хотела выигрывать Игры, если ценой победы должна была стать жизнь одного из её самых близких друзей. Гермиона закрыла глаза и глубоко вдохнула влажный, пропитанный запахом сосен воздух. Земля всё ещё не успела просохнуть после недавнего дождя, и в воздухе до сих пор ощущался его свежий запах. К ботинкам налипла густая грязь, и каждый шаг сопровождался влажным чавканьем. Кроме этого звука да редкого щебета птиц, лес хранил почти полную тишину. Невилл неподалёку искал съедобные растения, а Гермиона помогала ему чем могла. Она помнила кое-что о травах ещё со времён, когда скрывалась вместе с Гарри и Роном, но тогда у неё был учебник, по которому можно было свериться, сейчас же приходилось полагаться только на собственную память. Она была настолько голодна, что её уже начинало мутить. С последнего приёма пищи прошло несколько дней, и силы почти оставили её. Вместе с последствиями ранений голод превратил её в измождённую, хрупкую тень самой себя — каждое движение давалось с трудом, а тело предательски дрожало от слабости. Они молча продолжали поиски, и мысли Гермионы сами собой унеслись в прошлое — в те дни, когда они с Гарри и Роном переходили из одного леса в другой в поисках крестражей, пока Орден не приказал им вернуться. Она вспомнила, как они сидели в своей палатке, надёжно укрытой защитными чарами, и часами изучали всё, что могло помочь найти и уничтожить крестражи. Вспомнила и тот день, когда Орден отозвал их, и какой сокрушительной тогда казалась эта неудача, осознание того, что они не справились и потерпели поражение. Они сидели в палатке в полном молчании, а единственным звуком был тихий шелест страниц, которые Гермиона одну за другой перелистывала в «Сказках барда Бидля», отчаянно надеясь найти подсказку, оставленную Дамблдором. Хоть что-нибудь, что помогло бы выйти на след следующего крестража. Гермиона уже собиралась отложить книгу и лечь спать, когда в палатку бесшумно скользнула серебристо-голубая рысь — все трое ребят вздрогнули от неожиданности. Патронус на мгновение замер в самом центре палатки, словно убеждаясь, что сообщение можно передать без опаски. — Пора, — раздался глубокий голос Кингсли, эхом прокатившись по палатке. — Возвращайтесь. Серебристая рысь тут же растаяла в воздухе, и Гермиона медленно перевела взгляд на Гарри и Рона. — Что ж, — сказал Рон. — Может, так даже лучше. Нам бы сейчас не помешала помощь… — Не надо было им ничего рассказывать, — резко прошипел Гарри, вскакивая на ноги. — Мы должны были сохранить эту миссию в тайне, как и хотел Дамблдор. — Нет, Гарри, Дамблдор не хотел бы именно этого, — возразил Рон. — Мы нашли всего два крестража и уничтожили только один из них. Нас только что схватили… Гермиону пытали. Нам нужна помощь. Волосы Рона заметно отросли. Он наотрез отказывался стричься, хотя Гермиона регулярно подравнивала волосы Гарри. После послания Кингсли его лицо заметно оживилось. Последние недели они все чувствовали себя разбитыми и потерявшими надежду, а теперь Рон, казалось, воспринял Патронуса Кингсли как знак того, что ещё не всё потеряно. — А я говорю, мы продолжаем поиски, — решительно заявил Гарри, меряя палатку шагами. — Отправим им Патронус, чтобы они знали, что с нами всё в порядке… и будем искать дальше. Гарри выглядел совершенно измождённым. Под глазами залегли тёмно-лиловые тени, и Гермиона прекрасно знала почему — ведь он почти не спал, как и она сама.  Рон вопросительно посмотрел на Гермиону, явно ожидая поддержки. Она тяжело вздохнула. — Гарри, — мягко начала она. — Мне кажется, Рон прав. Гарри остановился и поднял на неё взгляд. — Гермиона… — Он устало провёл рукой по волосам. — Мы не можем просто сдаться. Она подошла к нему и осторожно положила ладонь ему на плечо, и оно бессильно поникло. Гермиона понимала, он уже осознал, что проигрывает этот спор. — Попросить о помощи — не значит сдаться, Гарри, — тихо сказала она. — Иногда человеку просто необходима помощь. И в этом нет ничего постыдного. Теперь, оглядываясь назад, Гермиона понимала, именно тогда всё и начало рушиться. Совсем скоро после их возвращения в штаб Ордена разразилась последняя битва. Гарри погиб, а Гермиону отправили в Азкабан, и теперь, спустя год, она оказалась здесь. На Играх. Она до сих пор не знала, что стало с Роном. Иногда ей казалось… Если бы тогда они не вернулись, всё могло сложиться иначе. Возможно, Гарри был бы жив. Странно было осознавать, что именно тогда, в те дни, она чувствовала себя наиболее уязвимой. Они скрывались, постоянно меняя леса и убежища, боялись попасться Пожирателям смерти или егерям, рыскавшим по чащам в поисках ведьм и волшебников, пытавшихся спастись бегством из своих домов. Но тогда рядом были Гарри и Рон. У неё была волшебная палочка, и она могла окружить их защитными чарами, не подпуская незваных гостей. Теперь же палочки у неё не было — её бросили в лес, полный людей, настолько отчаянно цеплявшихся за жизнь, что ради малейшего шанса выжить они без колебаний убивали бывших однокурсников и друзей. Каждый её шаг мог привести к встрече с врагом. И это ещё не считая опасности, которую представляли Пожиратели смерти даже за пределами самих Игр. Они уже однажды устроили магический пожар, чтобы согнать трибутов в одно место и спровоцировать кровавую бойню. Гермиона до сих пор не знала, погиб ли тогда кто-нибудь в огне. И если они смогли сделать это, находясь в стенах Хогвартса… На что ещё они способны? Гермиона заставила себя замедлить ход мыслей. Не было никакого смысла снова и снова прокручивать в голове все опасности, что ждали впереди. Это не помогало подготовиться, а только всё сильнее сжимало тревогой желудок. — Мерлин! — вдруг воскликнул Невилл, вырывая её из размышлений. — Что такое? — Гермиона обернулась к нему. Невилл поднял пучок зелёных листьев и Гермиона сразу узнала их, это были листья бадьяна. — Бадьян! — Её глаза широко распахнулись. — Это же… — Надо же, удача! — закончил за неё Невилл. — Если съешь немного, рана на руке должна окончательно затянуться. Она выглядит достаточно неглубокой, так что этого вполне хватит, чтобы её залечить. Иди сюда, возьми. Гермиона сорвала горсть листьев и принялась жевать их. Она не ожидала, что вкус окажется настолько горьким. Она знала, что листья бадьяна почти не обладают питательной ценностью, но сейчас лучше было хоть что-то, чем совсем ничего. Невилл размял несколько листьев в пальцах и втер кашицу в царапины на руках и лице, надеясь, что они быстрее затянутся. Через несколько минут Гермиона сняла ветровку и осмотрела руку. От раны не осталось и следа, а кожа выглядела так, будто её никогда и не было. Гермиона улыбнулась Невиллу. — Знаешь, я ведь говорила Малфою, что твои знания о растениях ещё пригодятся. Невилл фыркнул. — Да брось. Ты бы и сама узнала бадьян и пришла бы к тому же выводу. Улыбка Гермионы погасла. — Может быть. Но всё же лучше, когда рядом ты, чем остаться совсем одной. Лицо Невилла стало серьёзным. — Гермиона, ты сможешь выжить и без меня. Она застегнула ветровку и покачала головой. — Почему ты всё время так говоришь? — Как именно? — Будто заранее уверен, что я переживу тебя на этих Играх. Мы ведь вместе. Она скрестила руки на груди. — Мы действительно вместе, — спокойно ответил Невилл. — Но это не мешает мне думать, что ты справишься и одна. Он устало потёр лоб. — И что же? — тихо спросила Гермиона. — Ты совсем не веришь, что победишь? — Нет, — без всяких эмоций ответил он. — Я не думаю, что дойду до конца. — Лучше надейся, что эти летающие сферы не передают звук, — упрямо сказала Гермиона. — Уверена, твоей Наставнице совсем не понравилось бы слышать такие слова. Невилл тихо усмехнулся. — Нет, думаю, не понравилось бы. Гермиона сердито посмотрела на него. — Ты не умрёшь, Невилл. Он вопросительно приподнял бровь, а затем издал звук, больше всего похожий одновременно на смешок и тяжёлый вздох. — Как скажешь, Гермиона.

***

      Невилл и Гермиона продолжили путь по промокшему от дождя лесу, выискивая всё, что могло оказаться съедобным. Время от времени они останавливались, чтобы собрать растения, пригодные в пищу. В какой-то момент они наткнулись на куст ежевики. Они уже собирались наброситься на ягоды, когда Невилл вдруг резко окликнул её: — Стой! Он ударил по её руке, и горсть ягод выскользнула из пальцев, не успев коснуться губ. — Их кто-то трогал. — Откуда ты знаешь? — спросила Гермиона, поднимая одну ягоду с земли. Спелая, почти чёрно-фиолетовая ежевика выглядела совершенно обычной. Желудок болезненно сжался от голода, а рот мгновенно наполнился слюной. Она медленно поворачивала ягоду между пальцами, пытаясь разглядеть хоть какой-нибудь признак того, что с ней что-то не так. — По листьям, — ответил Невилл, показывая ей листочек, державшийся на одной из ягод. — Видишь прожилки? Они красные, а должны быть зелёными. Значит, ягоды отравлены. Глаза Гермионы расширились. Теперь, когда он сказал об этом, она вспомнила слова профессора Стебль, что самые обычные растения можно заколдовать так, чтобы они отравляли или выводили волшебников из строя. Она медленно выдохнула. — Твои знания о растениях и правда оказываются бесценными. Невилл тихо усмехнулся и покачал головой. После этого они почти не разговаривали. Оба предпочитали идти молча, внимательно прислушиваясь к лесу в надежде уловить малейший признак чьего-то присутствия или другой опасности. Солнце поднялось уже довольно высоко, и воздух понемногу начал прогреваться. Гермиона как раз собиралась снять ветровку, когда внезапно замерла, по её телу пробежал холодок и кожу покрыли мурашки. Её вдруг накрыло отчётливое чувство, что за ней наблюдают. Медленно развернувшись, она подняла мачете, напряжённо всматриваясь в лес в поисках того, кто мог скрываться среди деревьев. Невилл сразу заметил, как изменились её движения, и тоже насторожился. — Что такое? — едва слышно прошептал он. — Мне кажется, здесь кто-то… Она осеклась, потому что справа послышался тихий шорох. Гермиона резко повернула голову на звук и затаила дыхание. На этом этапе Игр врагом был каждый. Это мог оказаться другой Трибут, выслеживавший их в ожидании идеального момента для нападения или ещё одно мутировавшее существо. Ей совсем не хотелось выяснять, кто именно скрывается в лесу. — Нужно уходить. Она резко развернулась и потянула Невилла за собой. Через мгновение он тоже сорвался с места. Они быстро пробирались между деревьями, петляя, не задерживаясь ни на секунду и уходя всё глубже в чащу.  Здесь деревья росли так густо, что их кроны почти полностью заслоняли солнце и в лесу царил полумрак, словно уже наступили сумерки. Корни то и дело попадались под ноги, заставляя их сбавлять скорость. Вдруг Гермиона резко остановилась и схватила Невилла за руку, заметив, что впереди мелькнуло какое-то движение. Кэти, стоя к ним спиной, склонилась над кем-то, лежавшим на земле. Невилл мгновенно втянул Гермиону в ближайший куст, чтобы их не заметили. — Может, переждём здесь, пока они не уйдут? — прошептал Невилл так тихо, что Гермиона едва расслышала его. Гермиона закусила губу и снова посмотрела в сторону Кэти. Та немного сдвинулась в сторону, и Гермиона увидела, что она помогает Лаванде. Лаванда резко отдёрнула руку, когда Кэти коснулась её раненой руки. Гермиона кивнула. — Они могут задержаться здесь надолго. Лаванда ранена, — так же едва слышно прошептала она. Невилл молча кивнул и снова перевёл взгляд на Кэти и Лаванду. — Может… мы могли бы им помочь? — тихо сказал он. — Я знаю, что мы ещё не… — Кто здесь? — внезапно окликнула Кэти, уже поднявшись на ноги рядом с Лавандой. Гермиона и Невилл одновременно ещё глубже пригнулись, скрываясь за кустом. — Я выйду, — одними губами произнёс Невилл. Глаза Гермионы расширились и она яростно замотала головой. — Нет! — Оставайся здесь, — беззвучно ответил он. Поднявшись во весь рост, Невилл отбросил меч на землю перед собой и поднял руки над головой, показывая, что не собирается нападать. — Это я, — сказал он, обращаясь к Кэти. — Невилл? — удивлённо откликнулась она. — Что ты здесь делаешь? — Я увидел, что Лаванда ранена, и хотел помочь, — ответил он, не сходя с места. — А где Грейнджер? Кэти подозрительно посмотрела на куст. Гермиона ещё ниже опустила голову, стараясь не выдать себя. Невилл ничего не ответил. Гермиона не видела его лица, но догадалась, что он посмотрел в сторону её укрытия, потому что взгляд Кэти сразу переместился на куст. Чёрт, Невилл… Кэти закатила глаза. — Выходи, Грейнджер. Не прячься, будь большой девочкой. Гермиона тихо выдохнула, поднялась и вышла из-за куста. Подойдя к Невиллу, она подняла свободную руку в знак того, что не собирается нападать, но мачете не выпустила. — И какой у нас план? — едва слышно спросила Гермиона Невилла. — Попытаюсь убедить их перейти на нашу сторону. Кэти одарила её улыбкой, в которой не было ни капли дружелюбия. — Привет, Грейнджер. — Привет, Кэти. Рада видеть, что ты смогла продержаться так долго. — В голосе Гермионы не было ни злорадства, ни насмешки, но всё же Кэти лишь сильнее нахмурилась. Гермиона перевела взгляд на Лаванду. Похоже, рука была серьёзно повреждена. Из своей ветровки Лаванда соорудила подобие перевязи, и Гермиона невольно подумала, как вообще можно сражаться с такой травмой. — Чем мы можем помочь, Лав? — спросила она. — Думаю, рука сломана. Так что если только у вас в рюкзаке случайно не завалялась лечебная мазь или волшебная палочка, то ничем, — ответила Лаванда, морщась от боли. Ни того, ни другого у них не было. Оставалось лишь немного листьев бадьяна, но в её случае они вряд ли могли чем-то помочь. — Наставник тебе ничего не присылал? — спросил Невилл. Лаванда презрительно фыркнула. — Кормак совершенно бесполезен. Все силы тратит на Корнера. Готова поспорить, он вообще забыл, что у него есть ещё один трибут. Невилл тяжело вздохнул. — Жаль, что мы ничем не можем помочь. — Что ж… если это всё, тогда мы, пожалуй, пойдём… — начала Гермиона. — Мы не можем отпустить вас, — сказала Кэти, поднимая нож и холодно глядя на Гермиону. Гермиона лишь коротко выдохнула. — Мы не собираемся с вами драться, Кэти, — сказал Невилл. Уголки губ Кэти медленно поползли вверх. — Тем проще будет. Она стремительно бросилась на Невилла. Он всё ещё был безоружен — его меч так и лежал позади, бесполезно брошенный на землю. Но Гермиона по-прежнему крепко сжимала мачете. Резким движением она оттолкнула Невилла в сторону, повалив его на землю рядом с собой, а сама встала между ним и Кэти. Мачете Гермионы встретилось с ножом Кэти, и сталь с оглушительным лязгом ударилась о сталь. Нож Кэти был почти такой же длины, как мачете Гермионы. Поэтому они сражались так, словно обе держали в руках короткие мечи. Где-то на заднем плане Гермиона смутно услышала, как Лаванда крикнула Кэти, чтобы та остановилась, но Кэти даже не подумала прекращать. Гермиона нанесла сильный удар по ножу противницы и всей тяжестью навалилась сверху, пытаясь прижать её оружие к земле, но Кэти напряглась изо всех сил и сумела отбросить мачете в сторону. В следующее мгновение оружие вылетело из рук Гермионы. Она лишь успела увидеть, как мачете упало прямо перед Невиллом, который уже поднимал с земли свой меч. Вместо того чтобы схватить мачете себе, Невилл мгновенно подхватил его и швырнул Гермионе. И как раз в этот момент Кэти обрушила нож вниз, целясь прямо в неё. Гермиона в последний миг вскинула мачете, принимая удар на клинок, и использовав силу столкновения, она резко отбросила Кэти назад. Невилл встал рядом с Гермионой, пока Кэти, потеряв равновесие, упала на землю возле Лаванды. — Что будем делать? — быстро спросил он. — Бежать? Гермиона не колебалась ни секунды коротко кивнула Невиллу. Они одновременно развернулись и бросились обратно той дорогой, которой пришли. Позади почти сразу послышался топот. Кэти и Лаванда пустились за ними. Кэти бежала очень быстро, ведь она всегда была спортсменкой, и даже годы, проведённые в Азкабане, не смогли лишить её этой скорости, потому что это было у неё в крови. Гермиона лишь радовалась, что ни у Кэти, ни у Лаванды не было волшебных палочек. Иначе бегство через лес превратилось бы в куда более опасную и непредсказуемую гонку. Лес снова погрузился в полумрак. Они вернулись в ту часть чащи, где деревья росли так тесно, что их кроны почти полностью скрывали солнце. Гермиона оглянулась, но Кэти и Лаванды нигде не было видно. — Кажется, мы оторвались, — тяжело дыша, сказала она, вытирая пот со лба. Она наступила во что-то белое и липкое, но лишь машинально вытерла подошву о землю и повернулась к Невиллу. — Да, я тож… — Нашли вас. — Позади них из темноты появились Кэти и Лаванда. — Да чтоб вас… — простонала Гермиона. — Послушайте, мы не хотим вас убивать, — сказал Невилл, стараясь говорить спокойно. — Так почему бы нам просто не разойтись в разные стороны? Никто не пострадает. — Посмотрите, где мы! — выкрикнула Кэти. Лаванда тут же шикнула на неё, но Кэти даже не обратила внимания. — Мы все здесь пострадаем! И все, кроме одного, в конце концов умрут! Так какой смысл изображать дружбу? — Мы ведь когда-то были друзьями, — тихо сказала Гермиона. — Здесь друзей не бывает. Гермиона заметила, как Лаванда едва заметно вздрогнула от этих слов. — Ну что ж, если ты так считаешь… — начал Невилл, но его перебил странный щёлкающий звук. — Что это было? — встревоженно спросила Лаванда. Снова раздалась целая серия сухих щелчков, эхом раскатившихся по лесу и у Гермионы появилось очень нехорошее предчувствие. Она почти сразу поняла, откуда доносится этот звук. — Какого чёрта?.. — выдохнул Невилл. Гермиона огляделась, но в густом полумраке почти ничего не могла разглядеть. И тут она вспомнила о белой липкой паутине, в которую наступила несколько минут назад. — Это акромантулы. Все трое резко повернулись к ней. — Что?! — вскрикнула Лаванда. — Я узнала эти щёлкающие звуки. И совсем недавно наступила в паутину, — ответила Гермиона, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. — И как, по-твоему, нам победить акромантулов без волшебных палочек? — в панике воскликнула Лаванда. — Я думаю, — коротко ответила Гермиона. Она отчаянно пыталась не поддаться страху и вспомнить всё, что читала об акромантулах после того, как узнала, что Гарри и Рон столкнулись с ними ещё на втором курсе, но в голову приходила лишь одна мысль — им нужно как можно скорее выбраться из этой части леса. — Акромантулы предпочитают тёмные, тихие места. Нам нужно добраться до поляны, куда проникает солнечный свет, — сказала Гермиона. План был, мягко говоря, так себе. — Отвратительный план, Грейнджер, — огрызнулась Кэти, скрестив руки на груди. Терпение Гермионы было уже на исходе. — Мы понятия не имеем, сколько их. Их могут быть сотни… а может, всего один. Давайте просто… Она не успела договорить, потому что  прямо перед ними с ветвей рухнул паук чудовищных размеров. Гермиона читала об акромантулах ещё по учебникам в Хогвартсе, но ничто не могло подготовить её к тому, насколько огромными они окажутся в действительности. Каждая лапа — длиной почти в пятнадцать футов — была покрыта густыми чёрными волосками, а восемь чёрных глаз неотрывно следили за каждым их движением. Зрелище было поистине жутким. Гермиона невольно задумалась, подверглись ли эти существа какой-то мутации, или в этом просто не было необходимости. Ведь даже в своём обычном виде акромантулы относились к категории XXXXX по классификации Министерства магии. Позади них с тяжёлым грохотом опустился ещё один акромантул. Земля ощутимо дрогнула, потому что этот казался даже крупнее первого. Ещё один медленно спустился сбоку на толстой паутинной нити. Оказавшись на земле, все трое пауков начали неторопливо приближаться к ним. Невилл вытащил свой меч, а Гермиона и Кэти одновременно подняли мачете и нож, Лаванда, придерживая раненую руку, выставила перед собой биту здоровой. Они сомкнули строй, встав спина к спине и плечом к плечу, Невилл стоял рядом с Гермионой. Акромантул, стоявший прямо перед ними, стремительно бросился вперёд своими огромными лапами, намереваясь сбить Невилла с ног, но Гермиона успела первой, рубанув мачете по лапе, и из глубокой раны брызнула тёмная кровь. Акромантул мгновенно развернулся к ней и с яростным щёлканьем бросился вперёд, пытаясь схватить её ртом, Гермиона в последний момент отскочила в сторону, тяжело рухнув на землю. Подняв голову, она увидела, как Невилл одним мощным взмахом меча отсёк пауку еще одну лапу. Чудовище пронзительно завизжало от боли, и его крик отвлёк двух других акромантулов, сражавшихся с Кэти и Лавандой. Воспользовавшись этим мгновением, Кэти рванулась вперёд и по самую рукоять вонзила нож в туловище твари. Гермиона снова посмотрела на Невилла. Тот отчаянно отбивался, но акромантул уже обхватил его лапами — в следующее мгновение чудовище подняло Невилла в воздух лапами, направляя к своим клыкам. От неожиданности Невилл выронил меч и закричал. — Невилл! Не теряя ни секунды, Гермиона подхватила упавший меч и со всей силы отрезала ещё одну лапу паука. Когда и это не помогло, Гермиона начала снова и снова вонзать меч в туловище акромантула, стараясь наносить удары туда, где панцирь казался менее прочным. Паук яростно замахивался на неё оставшимися лапами, но Гермиона каждый раз успевала уклониться и постепенно заходила ему за спину, пытаясь застать врасплох. Из-за отсечённых лап акромантул перевалился на левый бок. Он ковылял почти у самой земли, жуткой, неровной походкой. И именно тогда Гермиона увидела свой шанс. Её на мгновение передёрнуло от отвращения при мысли о том, что она собирается сделать, но выбора не было. Не позволяя себе задуматься, она рванулась вперёд. С силой оттолкнувшись от земли, Гермиона прыгнула на спину акромантула, вцепившись пальцами в жёсткие, густые волоски, покрывавшие его тело. Меч в другой руке казался невыносимо тяжёлым, его вес тянул её вниз, плечо пронзила резкая боль. Ноги беспомощно скользили по гладкой шерсти, отчаянно пытаясь найти хоть какую-то опору. Собрав последние силы, Гермиона широко замахнулась мечом, перекинула руку через спину чудовища и, подтянувшись, наконец сумела полностью взобраться ему на спину. Слава богам, что им удалось найти бадьян. Рука успела зажить настолько, что теперь выдерживала подобную нагрузку. Где-то внизу Гермиона слышала, как Невилл зовёт её. Наверняка он был в ужасе, увидев, как она карабкается по спине этого отвратительного чудовища, но она не позволила себе отвлечься, ведь даже удержаться на месте было непросто. Акромантул в замешательстве метался из стороны в сторону, пытаясь одновременно не выпустить Невилла из лап и стряхнуть незваную наездницу со своей спины. Акромантул резко дёрнулся влево и Гермиону опасно качнуло, её желудок болезненно сжался, когда она начала соскальзывать с его бока. Отчаянно цепляясь за густые жёсткие волоски, она изо всех сил старалась не сорваться вниз. Она не могла упасть и не могла выронить меч. Если она потерпит неудачу сейчас, чудовище получит возможность прикончить Невилла, а затем возьмётся за неё. Гермиона быстро взглянула вниз, Невилл всё ещё был крепко зажат в лапах акромантула и смотрел на неё широко раскрытыми от ужаса глазами. Глубоко, но прерывисто вдохнув, Гермиона подтянулась и снова забралась выше, возвращаясь в более устойчивое положение. Крепче сжав рукоять меча, она поползла к голове чудовища. Она старалась не думать о том, как странно двигалось огромное тело под её ногами и о том, как оно непрерывно изгибалось и извивалось, пытаясь повернуть к ней множество своих глаз. На мгновение Гермиона подумала о Роне. Интересно, что бы он сказал, если бы увидел её сейчас — лицом к лицу с существом, которого сам боялся больше всего на свете, вооружённую лишь мечом, едва ли не слишком тяжёлым для неё, и своей безрассудной гриффиндорской храбростью. Медлить было нельзя и Гермиона перехватила меч обеими руками. Металл, нагретый её вспотевшими ладонями, казался почти горячим. Она подняла клинок высоко над головой, а затем, собрав остатки сил, с отчаянным криком вонзила его прямо в голову акромантула.  Эффект оказался мгновенным. Чудовище пронзительно зашипело от боли и судорожно качнулось, его лапы разжались, выпуская Невилла и он тяжело рухнул на землю. — Невилл, отойди! — крикнула Гермиона. Невилл перекатился в сторону как раз вовремя, а в следующее мгновение акромантул с оглушительным грохотом повалился на лесную землю и от удара задрожали даже окружающие деревья. Гермиона изо всех сил вцепилась в тело чудовища, чтобы не сорваться вместе с ним. Гермиона соскользнула со спины мёртвого акромантула и подбежала к Невиллу, он со стоном перевернулся на бок. — Ты в порядке? — тяжело дыша, спросила она. — Да, — выдохнул он. — Это было невероятно. Она лишь отмахнулась от похвалы и перевела взгляд на Кэти и Лаванду, они всё ещё отчаянно отбивались от двух оставшихся акромантулов. — Может, поможем им? — спросил Невилл. Гермиона задумалась, ведь сейчас был идеальный момент, чтобы уйти. Оба паука были заняты Кэти и Лавандой, и, судя по всему, девушки пока держались… Внезапно лес прорезал отчаянный крик. Акромантул, с которым сражалась Кэти, стремительно выбросил паутину, белые липкие нити мгновенно опутали её, затягивая в ловушку. — Кэти! — закричала Лаванда. Кэти отчаянно рванулась, пытаясь вырваться, но надежды уже не было, она оказалась намертво приклеена к паутине. — Помогите мне спасти её! — пронзительно закричала Лаванда, и оба акромантула уже бросились на неё.  Крики Кэти эхом разносились по лесу, словно пронзая Гермиону насквозь, и всё же они ничего не могли сделать. — Нам нужно уходить. Гермиона вложила меч в руку Невилла и потянула его за собой, но он всё ещё не отрывал взгляда от Кэти.  Они бросились бежать через лес. И даже когда крики Кэти наконец стихли, они продолжали звучать в голове Гермионы, вновь и вновь возвращаясь, словно навязчивая, призрачная мелодия.