3 глава

Вечером я решился спуститься вниз, и заодно прихватил поднос с едой. Ничего особенного, просто рис, курица и немного воды. В комнате Маринетт снова сидела в углу на кровати, но в этот раз смотрела на меня с презрением и ненавистью. Меня это расстроило, но я сделаю все, чтобы в этих глазах была любовь. — Держи, это для тебя. Я ставлю поднос на стол. — Спасибо, ты так любезен, — говорит она. Я чувствую неприкрытый сарказм, но все равно улыбаюсь и говорю:«пожалуйста». Я стою у стола и жду, когда она подойдёт, чтобы поесть, но она так и сидит на месте. — Выпусти меня, прошу! Я никому не скажу, Адриан. Умоляю! Я отрицательно киваю и показываю на еду. — Адриан, ты же такой хороший, — голос такой мягкий и нежный, хотя в глазах я все ещё вижу призрение, — Прошу, давай ты меня выпустишь и мы сделаем вид, что это был розыгрыш, Адриан? Я подхожу к ней и хватаю за локоть, резко поднимая ее. Чем больше она просит об таких вещах, тем больше я злюсь. Я ведь просто хочу, чтобы она была счастлива именно со мной, чтобы была моя! — Адриан! Она взвизгивает, когда я грубо сажаю ее на стул. Я сам беру ложку с едой и кормлю ее, а когда она отказывается, ударяю ее по щеке. Я не могу сдержать это. Я думаю, что это называется «власть» – и она похлеще денег. — Адриан, — она всхлипывает, но я игнорирую ее, — Прошу, Адриан. Я встаю, грозно смотрю на нее сверху вниз и хватаю ее за ворот рубашки: — Я даже не делаю тебе ничего плохого, так почему ты не можешь заткнуться, — я рычу, как зверь, вжимаю ее в стену, — Хочешь узнать, когда я плохой? Я стану плохим, и ты поймёшь, что я был хорошим. Это было на эмоциях, я не хотел правда. Но жалею ли я? Не особо. Я помню ее гладкую кожу, как она смотрела на меня, – со страхом, но в бешенстве мне казалось, что с обожанием, – как я грубо вхожу в неё, и как она кричит. Это было приятно, и пусть не так, как я мечтал, но все же неплохо. Сейчас она лежит подо мной и плачет, пока я целую каждый ее сантиметр кожи. Она не понимает, но я забочусь о ней. — Прости меня, моя принцесса, я лишь хотел показать тебе, что лучше меня слушаться, понимаешь? Она продолжает плакать и дрожать. — Обещаешь, что будешь слушаться меня? Она кивает и я улыбаюсь. — Умничка. Я целую ее в губы, и она отвечает, но лишь потому что боится. Ничего, скоро она перестанет меня бояться. Скоро все будет хорошо, она все поймет. — Адриан, я надолго здесь? Я молчу.