Глава 4. Будущее поколение. Часть 2

— Я сказала, уходите. Это дух особого уровня, — жёстко произнесла Кимико, не сводя взгляда с фигуры в конце коридора. Она не дрожала от страха, но тело всё равно отозвалось на чужую чудовищно плотную проклятую энергию: пальцы сжались чуть сильнее, плечи напряглись, дыхание стало короче. До этого ей доводилось сталкиваться максимум с духами первого ранга, и даже они казались опасными. Сейчас же перед ними стояло нечто иное. Не просто сильное, но и древнее. От одной только ауры воздух в коридоре будто густел, оседая на коже. — Особый уровень? — Сота нахмурился и зло скосил взгляд на неё. — Ты чего несёшь? — Исикава, давай лучше уйдём, — быстро пробормотал Кайки, вцепившись в его рукав. — Фудзита лучше нас разбирается в таких вещах. — Ну уж нет. Я не собираюсь прятаться за девчонкой, — процедил блондин сквозь зубы и шагнул вперёд. — Особый уровень, говоришь? Тогда покажи, что в тебе такого особенного. Пальценоситель, будто уловив сам тон его голоса, раскрыл пасть в широкой мерзкой улыбке. В его вытянутом теле, длинных руках, наклоне головы было что-то извращённо радостное. Сота сорвался с места. — Исикава, стой! — рявкнула Кимико, но он уже ушёл с линии её голоса. Сота влетел в бой на чистом упрямстве, резко, грубо, без выверенного ритма, полагаясь на собственную физическую мощь и напор. Первый удар рассёк воздух. Второй пришёлся туда, где дух стоял долю мгновения назад. Третий заставил пальценосителя отклониться, почти лениво, с той издевательской лёгкостью, с какой взрослый отворачивается от размахивающего кулаками ребёнка. Сота не отступал. С каждым новым выпадом мышцы рук и плеч каменели, проклятая энергия гуляла по телу не до конца собранно, рывками, что делало движения недостаточно сильными и не идеально точными. Пальценоситель будто смаковал это: уклонялся в последний момент, позволяя Соте думать, что ещё чуть-чуть — и он достанет. Правда, его издевательства длились недолго. В следующий миг в бой вошла Кимико. Она не крикнула, не предупредила — просто рванула с места так, что её силуэт на секунду смазался. Удар влетел пальценосителю в бок, и на этот раз тот понял слишком поздно, что противница быстрая. Он успел только напрячь корпус, встретив атаку на жёсткой защите, и всё равно его отбросило на несколько шагов назад. Под подошвами заскрипела плитка. Улыбка исчезла. Кимико мягко приземлилась и сразу же встала между духом и блондином, не глядя на него. — Не путайся под ногами, — бросила она Соте. — Это ты тут всё портишь! — огрызнулся тот, сплёвывая злость вместе с воздухом. Пальценоситель медленно поднял руку. По его предплечью и ладони побежала густая, как расплавленный металл, оранжевая проклятая энергия. Коридор на секунду залило болезненным светом. — Ложись! — крикнула Кимико. Но было поздно. Выброс сорвался вперёд тяжёлым лучом, не похожим на тонкую технику, — это был просто ком неуправляемой силы, вырванной наружу. Кимико бросилась к Соте, перехватывая траекторию телом, и почти одновременно оба отлетели назад. Взрыв энергии прокатился по коридору, опалив стены, сорвав штукатурку и выбив стёкла. Кимико сумела смягчить часть удара за счёт проклятой энергии, но даже так жжение прошло по боку и плечу, будто кожу провели через огонь. Сота же, не успевший толком укрепить тело, рухнул жёстче. Верх его формы обуглился и местами просто сгорел, обнажив покрасневшую кожу. Он с трудом перевернулся на локти, раздражённо втянул воздух и всё-таки поднялся. Крепкое, мускулистое тело и несгибаемый характер помогли ему справиться с этим. Кайки, успевший нырнуть в ближайший кабинет, выглянул из укрытия и только тогда выдохнул, поняв, что товарищи живы. — Может, попробуем драться сообща? — с надеждой предложил он. Его, конечно, не услышали. Кимико и Сота метнулись вперёд почти одновременно, по-прежнему не согласовав друг с другом ни шага, но уже вынужденно работая в одном ритме. Кимико настигла пальценосителя первой — короткий прямой в лицо, разворот корпуса, второй удар в челюсть. Сота вклинился сразу после, вбивая кулак в корпус духа. Они начали теснить его, поочерёдно сменяя углы атаки, не давая ему ни секунды на полноценный замах. Удары сыпались всё плотнее. Пальценоситель отступал, заслоняясь длинными руками, но напор двух разных стилей ломал ему темп. Сота давил массой и жёсткостью, Кимико — точностью, резкостью и чудовищной силой, скрытой в, казалось бы, хрупком теле. Сота вздохнул, решив, что пора заканчивать с битвой. Ладонь скользнула по боку духа, а пальцы на второй руке едва заметно сжались, сделав маленький жест. Он тут же отскочил назад, вскинул руки, будто ухватился за невидимые жгуты, и рванул на себя. Тело пальценосителя дёрнулось и резко скрутилось. Плечи повело назад, корпус сжало, одна нога буквально приросла к полу. — Сейчас! — выдохнул Сота, стискивая зубы. Кимико всё поняла без лишних слов. Она шагнула вперёд, собрала проклятую энергию в бёдра, спину, плечо — и вогнала удар в грудь духа с такой силой, что под ногами треснула плитка. Пол под пальценосителем пошёл паутиной, коридор дрогнул. Всё кончено. Но из клубов пыли вылетел ответный удар. Кимико не успела полностью принять его — кулак врезался ей в рёбра и швырнул к стене. Спина встретилась с бетоном так жёстко, что из груди на миг выбило весь воздух. Сквозь боль она вскинула взгляд вперёд и увидела пальценосителя — пошатнувшегося, пробитого, но всё ещё живого. А потом взгляд устремился к Соте. Он стоял на одном колене, с перекошенным лицом, и на его спине стремительно наливался страшный тёмный синяк. До неё мгновенно дошло. Его техника. Она связывает не только движение, но и урон. — Ты идиот, — резко выдохнула Кимико, срываясь на крик: — Не мог сказать раньше?! Мог же отпустить перед ударом! Сота отвернулся, будто не услышал обвинение, а получил жёсткую пощёчину. Отвечать он не стал. Не хотел признавать ошибку и выглядеть слабым. Кайки, видя, что момент уходит, сорвался с места и влетел в бой сам, но уж слишком прямолинейно. Пальценоситель встретил его почти без замаха. Один хлёсткий удар — и Кайки пробил собой окно, вылетев наружу вместе с брызгами стекла. Сердце у Кимико и Соты одновременно ухнуло вниз. Пальценоситель даже не посмотрел ему вслед. Он развёл руки в стороны, и в каждой ладони снова начал собираться оранжевый свет. На этот раз энергии было больше. Намного больше. Коридор затрещал от её давления. Кимико бросила взгляд на Соту. Тот пытался встать, но всё ещё был на четвереньках и явно не успевал уйти с линии удара. Она выдохнула сквозь зубы и рванула. Надо было сбить духа до выстрела. Не думать. Не ждать. Не рассчитывать на помощь. Свет в ладонях стал ослепительно ярким. Сота, увидев это краем глаза, на миг принял очевидное. Но в следующее мгновение что-то мелькнуло за спиной. В разбитое окно влетела фигура. Луч сорвался. Кимико ушла с траектории в последний миг, влетела пальценосителю коленом в живот и сразу же добила серией коротких тяжёлых ударов в корпус и шею. А Сота, открыв глаза, увидел перед собой спину Кайки. Тот принял выброс на себя. Кайки пошатывался, от его формы остались лишь лохмотья, но он стоял. По коже бежали ожоги, быстро затягиваясь на глазах. Там, где секунду назад плоть была разорвана и почернела, сейчас сходились края раны, будто он перематывал время назад. — Что за… — выдохнул Сота, тупо уставившись на него. — Кобаяси, ты как вообще жив остался?! Кайки взглянул через плечо и, как назло, улыбнулся своей обычной немного виноватой улыбкой. — Это… долго объяснять. Потом расскажу. — И отвернулся. Пальценоситель уже оттеснил Кимико назад. Тот удар, который она приняла раньше, всё же сказался — дыхание стало тяжелее, рука двигалась чуть медленнее. Но отступать она не собиралась. И когда рядом встал совершенно целый Кайки, она впервые за весь бой посмотрела на него по-настоящему внимательно. — Обратная проклятая техника?.. — успела выдохнуть она. Но тут же получила удар тыльной стороной ладони по лицу. Мир качнулся, в ушах зазвенело. Пальценоситель, почувствовав, что Кайки теперь представляет угрозу, резко развернулся к нему и выстрелил новым лучом, на этот раз почти без задержки. Но Кайки уже двигался иначе. Без прежней робости, без лишнего метания. Он нырнул под траекторию, проскользнул вперёд ногами и врезал духу в лицо странным, почти нелепым ударом всем телом — так что тот действительно успел ощутить вкус кроссовки сорокового размера. От силы столкновения пальценосителя мотнуло в сторону, но и сам Кайки, потеряв равновесие, упал на пол. Кимико немедленно перехватила инициативу. Удар со спины — и дух отлетел вперёд. Кайки, уже поднявшийся на колено, встретил его обратным выпадом и отправил обратно к ней, словно они перебрасывали волейбольный мяч. Впервые пальценоситель почувствовал страх, осознав приближение гибели. И тут в бой снова вошёл Сота. Едва живой, злой, с перекошенным от боли лицом, он всё равно поднялся и ударил духа в живот, не давая тому ни мгновения на передышку. Пальценоситель взревел, отшатнулся, а потом вдруг замер и развёл руки шире. Воздух вокруг него задрожал. Проклятая энергия начала собираться не в луч, а во что-то более грубое. Он готовил выброс во все стороны сразу, собираясь снести всё вокруг, исчерпывая свой запас, лишь бы выжить. Кимико и Кайки одновременно почувствовали эту тяжесть надвигающейся атаки. Если он выпустит её, то вряд ли они выдержат. И в этот момент Сота снова поднял руки. На этот раз не рывком — медленно, с усилием, будто стягивал на живом теле тугие ремни. На виске вздулась вена, плечи задрожали, но пальцы всё равно продолжали движение. Пальценоситель осознал это слишком поздно, но всё же понял принцип техники Соты. Тонкая проклятая энергия текла между ними, словно связывающая нить. Его тело с хрустом сжало. Руки, уже готовые выпустить энергию, дёрнулись внутрь. Корпус скрутило так сильно, что из пасти хлынула густая фиолетовая кровь. Он взвыл, пытаясь вырваться. Кайки и Кимико переглянулись. — Только не вздумай опять геройствовать, — бросила Кимико Соте и сорвалась с места. Они ударили с двух сторон почти одновременно. За миг до столкновения пальценоситель почувствовал свободу — Сота вовремя его отпустил, — но этой свободы не хватило даже на вдох. Удары пробили тело духа насквозь. Защита лопнула, по белой плоти пошли трещины. Пальценоситель дёрнулся, захрипел, а затем осыпался на пол серой пылью, оставив после себя одно-единственное — жуткий сморщенный палец Рёмена Сукуны. Несколько секунд никто не двигался. Коридор был разбит, стены почернели, воздух пах гарью, кровью и грязной проклятой энергией. Потом Кайки нервно хихикнул, всё ещё тяжело дыша: — А мы… вообще-то, классная команда! — К сожалению, ты прав. — Сота фыркнул и, морщась от боли, криво усмехнулся. Кимико хотела ответить, но вместо этого только выдохнула. Ноги внезапно стали ватными. Всё напряжение, которое держало в бою, разом ушло, оставив после себя только ломоту в мышцах, жар под кожей и тупую тяжесть во всём теле. Она опустилась на колени, не удержав равновесия. Кайки тут же оказался рядом и успел подхватить её раньше, чем она ударилась бы о пол. Сота смотрел на это, хмурясь. С одной стороны, Кимико явно перегрузила себя собственной техникой. С другой — куда сильнее его сейчас занимал Кайки. Тот самый Кайки, который совсем недавно выглядел самым слабым из них, а теперь восстанавливался на глазах и в решающий момент переломил бой. Вдруг его мысли перебились. — Исикава! Пойдём! — крикнул Кайки уже с другого конца коридора, удерживая Кимико на весу. — Ты же не собираешься здесь ночевать? — Когда ты вообще успел туда добраться?! — рявкнул Сота, раздражённый уже самим фактом существования такого темпа. Так они и вышли из больницы — потрёпанные, обожжённые, избитые, но живые. Снаружи их уже ждали. Сатору не скрывал довольной улыбки, глядя на них с тем самым ленивым, почти насмешливым выражением. Идзити же выглядел так, будто до конца не верил собственным глазам: самый младший по уровню шёл без единой раны, поддерживая искалеченную Кимико, а Сота, заметно помятый, всё равно держался на ногах из чистого упрямства. Сатору шагнул вперёд, осторожно принял Кимико у Кайки и помог ей сесть в машину. Сота, не желая, чтобы его кто-то трогал, молча забрался следом сам, пусть даже каждое движение отдавалось болью по всему телу. — Сенсей, — окликнул Кайки и с улыбкой достал из кармана палец. — Я подумал, это лучше сразу отдать вам. — Хорошая работа, Кобаяси, — сказал Сатору и потрепал его по волосам. Тот только посмеялся. — Давай, садись в машину. Кайки быстро поклонился и побежал к дверце. Когда все расселись, Сатору ещё раз посмотрел на палец, а потом перевёл взгляд на Идзити. — Езжайте без меня. Палец будет привлекать духов, так что я сам дойду до техникума и доставлю его. — Вы ведь действительно донесёте его в техникум? — Идзити заметно насторожился. — Ты меня за кого принимаешь? Я же очень ответственный человек. — Сатору повернулся к нему с тревожной улыбкой. — Простите. Глупый вопрос. — Идзити тут же неловко выпрямился и поклонился. Он сел за руль и завёл машину. Сатору проводил их взглядом, снова посмотрел на палец, покрутил его на ладони и негромко усмехнулся. — Думаю, старейшинам он ни к чему. Оставлю-ка у себя — на память. Через мгновение его уже не было.

***

Кимико пришла в себя в медицинской комнате. Белый потолок, мягкий свет, запах лекарств и стерильной чистоты — всё это вернулось постепенно, как будто сознание всплывало со дна. Рядом стояли Кайки и Сота, а чуть в стороне Сёко как раз стягивала перчатки, закончив лечение. — Тебе повезло, — сказала она спокойно. — Повреждения неприятные, но неглубокие. Важные органы не задеты. Ты крепче, чем выглядишь. — Спасибо, доктор Иэйри, — тихо ответила Кимико, приподнимаясь на локтях. Она перевела взгляд на однокурсников и задержалась на Кайки. — И тебе спасибо, Кобаяси. Он просиял так, будто услышал не простую благодарность, а официальное признание своей великой заслуги. — Всегда пожалуйста! Мы же друзья! — Друзья… — едва слышно повторила Кимико. Слово будто зацепилось внутри. Слишком простое и тёплое. После смерти отца она давно отучила себя от подобных вещей, предпочитая держаться отдельно от всех. — Только давай без слёзных сцен, — буркнул Сота и кинул ей апельсин. — Лучше поешь. Завтра на поле проверим, кто из нас быстрее. — А мне можно тоже? — тут же с искренним интересом спросил Кайки. — Нет, нельзя, — отрезал Сота. — Ты меня сотрёшь в порошок. Я хочу соревноваться с кем-то, кто хотя бы примерно на моём уровне. — Я же объяснил, как работает моя техника! — возмутился Кайки. — Ага. И я всё ещё не верю, что такое вообще бывает. — А давайте лучше поедим суши! — раздался голос от двери. — Плачу сам. Сатору появился так внезапно, будто материализовался прямо из воздуха. Его привычная детская улыбка выглядела настолько неуместно после всего пережитого, что от этого становилось даже спокойнее. Сёко только усмехнулась, заметив его. — Сёко, ты тоже с нами, — тут же заявил он. — Обойдётесь. У меня работы полно, — ответила она, выходя из комнаты. — Веселитесь. — Учитель, а куда пойдём? — оживился Кайки, уже подлетев к нему. — Я знаю отличные места в Сибуе! Можно ещё у Хатико сфотографироваться! — Я никуда не иду, — сразу отрезал Сота и направился к выходу. Но Сатору без всякого труда поймал его за шиворот. — Нет-нет. Ты идёшь. Обязательно идёшь. — Все вместе? — неожиданно спросила Кимико, и на её губах мелькнула едва заметная улыбка. Сатору даже моргнул от удивления, а потом просиял ещё шире. — Конечно, Кимико. Он всё ещё держал Соту за воротник, пока тот безуспешно пытался вывернуться, когда в открытое окно вдруг влетела целая волна песка и пыли. Все разом закашлялись — все, кроме Сатору. Следом в комнату на платформе из уплотнённого песка спланировал Аки. Белые волосы, золотые глаза, самодовольное лицо и сходство с Сатору, которое было невозможно не заметить с первого взгляда. — Я услышал слово «суши», — заявил он, зависнув в воздухе. — Я с вами. И это не обсуждается. — Аки-кун! — радостно воскликнул Кайки, размахивая рукой. — Не думал, что увижу тебя сегодня! Мы будем только рады! — Ещё бы, — самодовольно ответил Аки и плавно спустился вниз. Песок тут же с шорохом рассыпался по полу. — Блять! — Не выражайся, — тут же сказал Сатору, мгновенно оказавшись рядом и потянув его за щёку. — Ты, вообще-то, должен быть в школе. — Нас пораньше отпустили, — тут же состроил виноватое лицо Аки. — И я просто… присматривал за вами. На случай, если понадобится моя помощь. — Роджер? — коротко бросил Сатору. Сота и Кайки озадаченно переглянулись, не понимая, к кому именно он обращается. Почти сразу рядом с Аки из воздуха появился летающий глаз с крыльями — его шикигами, замерший на месте с тихим стрекотом. — Да, я попросил его следить за вами, — пояснил Аки. — Он показал мне, что вы столкнулись с сосудом пальца Сукуны. Правда, я всё равно не успел. Вы уже сами его одолели. Он посмотрел в сторону Кайки, и тот невольно выпрямился от такой чести. Сота и Кайки, впрочем, всё ещё не до конца понимали, о чём именно говорят братья, но быстро смирились с тем, что им никто ничего толком объяснять не собирается. — То есть ты решил просто заявиться под конец и поесть суши за наш счёт? — сухо спросила Кимико. — Именно так, — весело подтвердил Аки и похлопал её по плечу. — Ты как, жива? Ничего не болит? Он, ехидно подшучивая, чуть сильнее сжал пальцы. Но ответ последовал мгновенно: Кимико врезала ему в живот, и Аки согнулся пополам. — Блять… — Теперь мне уже лучше, — с лёгкой ухмылкой ответила она и окончательно спустила ноги с кровати. Сатору хлопнул в ладони, мгновенно собирая внимание на себе. — Ну что, ребятки? Чем нас больше, тем веселее. Поехали уже. И на этой ноте все наконец вышли из комнаты.