Глава 6

      Ноги были ватными и подрагивали. А тело гудело от усталости и боли. Я медленно и вяло плелась по коридору, стараясь не отходить далеко от стен, в случае чего.       «Черт бы побрал этого больного психопата!» — я в ярости сжала губы, пылая от злости.       Этот ублюдок дважды поимел меня за столь короткий срок, а от его напористости у меня еще больше разболелась спина и суставы. А они у меня и так часто болят и ноют!       «Грязный выродок!» — как только я не материла его, мысленно проклиная Чезаре всевозможной бранью.       Я продолжила идти по направлению к комнате Руби, полностью погруженная в свои мысли. Как вдруг, когда я проходила мимо поворота, кто-то неожиданно толкнул меня в спину, из-за чего я упала на пол, больно ударившись коленями.       — Ох, прости, я не специально, Доми…       Стоило мне поднять голову, и я столкнулась взглядом с Шеллой — служанкой, что раньше прислуживала Чезаре. Потому видать она и затаила обиду на меня. Все-таки из-за меня она потеряла столь «престижное» местечко.       Вот только все её попытки вывести меня из себя всегда заканчивались неудачей. Я просто игнорила ее, словно та была самой настоящей невидимкой или же призраком. А она каждый раз люто бесилась с этого, но к подобным действиям все же не прибегала, учитывая ходящие вокруг нас с Чезаре слухи. Хотя сейчас эти самые слухи стали явью…       — Прости, Доминика, я тебя не заметила, — она состроила виноватую мину, пока я медленно поднялась с земли, отряхивая подол.       — Сучка.       — А? — не успела она опомниться, как я со всей имеющейся у меня силы ударила ее по лицу. Да так, что та с грохотом упала на пол, а из носа у нее пошла кровь. Даже щека несколько распухла. — Т-ты что творишь?       — Задрала уже липнуть ко мне, — стоило мне посмотреть на нее ледяным взглядом, и Шелла вздрогнула, поежившись. — Засунь свою зависть в одно место, и не подходи ко мне.       — Сумасшедшая! Думаешь тебе сойдет это с рук?!       Я показала ей средний палец, улыбнувшись.       — Жалуйся кому хочешь, Шелла.       — И почему господин выбрал тебя?!       — Видимо у кое-кого проблемы с глазами, — я пожала плечами, пальцем постучав по виску. — Или беды с башкой.       — Как ты смеешь так неуважительно говорить о Кардинале Валентио?! — Шелла подскочила, собираясь кинуться на меня, но я вовремя вильнула в сторону.       — Да оставь ты меня в покое, — я не меняла выражения, каждый раз уворачиваясь от её длинных ноготков. — Нашла кому завидовать.       — Т-ты! — и тут она успела схватить меня за волосы, сжав их. — Полоумная дура!       — Отпусти, пока я тебе руки не переломала! — в ответ я схватила ее за руку, сдавив ей запястье.       — Господин достоин лучшего!       — Тебя что-ли? — я насмешливо разинула рот, рассмеявшись. — Детка, давай-ка ты пойдешь баиньки!       После этих слов я подставила ей подножку, и Шелла наконец отпустила меня. А следом я из оставшихся сил ударила её в затылок, из-за чего та пошатнулась, прежде чем отрубилась.       — Фух… — я аккуратно усадила ее на пол, касаясь своих растрёпанных волос. — Вот же мымра. Вырвала пару…       — Мама Р! — и тут я обернулась, встретившись с обеспокоенным взглядом Рудбекии: стоило ей увидеть меня и мой побитый внешний вид, так она ринулась ко мне, бросив косой взгляд на Шеллу в углу.       Руби было почти десять, но выглядела она младше своего возраста из-за хрупкого телосложения. Не говоря уже о последствиях анорексии, с которыми я помогаю ей бороться. Все-таки не хочу, чтобы моя девочка опять заработала себе расстройство пищевого поведения (РПП), от которого Руби очень долго страдала в новелле.       Если говорить в общем, РПП — это ряд поведенческих синдромов, связанных с нарушениями процесса принятия пищи: нервные анорексия и булимия, психогенные переедание, рвота, нарушение глотания и другие синдромы-расстройства…       Для заболевшего нервной анорексией характерно стремление изменить свою внешность путем ограничений в еде или даже полного отказа от нее, в сочетании с интенсивными физическими нагрузками на тело.       А при заболевании нервной булимией человек оказывается заключен в цикл, который состоит из периодических перееданий и последующих избавлений от еды с использованием слабительных и мочегонных препаратов, клизм, рвоты и других средств.       Вот и Руби на протяжении огромного времени страдала от этой херни. А всё из-за ублюдка Чезаре и её нерадивых родственников, которые изводили её…       Как же порой знания в психологии спасают. В случае с Чезаре, мне это помогло грамотно увильнуть от его дрянного вопроса про одержимость…       — Руби, — я улыбнулась, развела руки в стороны для объятий, и девочка осторожна обняла меня. И судя по её выражению лица, она сразу догадалась, что произошло на самом деле.       Руби была очень сообразительной девочкой, несмотря на юный возраст. А вид Шеллы, которая сидела у стены в отключке, говорил сам за себя. Но помимо прочего, она наверняка смекнула, что Чезаре наверняка также приложил руку к моему усталому внешнему виду. Она прекрасно знала, что тот любит срывать на мне злость.       Хотя подробности ночи, проведённой с ним, малышка точно никогда не узнает. Как и о том, что я теперь помимо груши для битья, еще и постельная игрушка.       — Мама Р, тебе не здоровится? — голубые, по-настоящему ангельские глаза смотрели на меня с явным беспокойством. — Брат снова…       — Все нормально. Не переживай.       — Р, пойдем к тебе? — глаза Руби блеснули, и она осторожно взяла меня за руку. — Расскажешь новую историю?       — Руби, тут такое дело…       — Что?       — Я теперь буду жить в другом месте.       Стоило мне сказать об этом, и Руби изумленно уставилась на меня, еще крепче сжимая мою руку.       — Куда? Тебя выгоняют? Брат собирается выгнать тебя?!       — Ох, нет, просто…       — Кто это тут у нас? — послышалось позади, и Рудбекия тут же вжалась в подол моего платья.       — Брат, куда уходит Р? — я невольно поразилась смелости, пробудившейся в моей маленькой девочке.       — Руби, разве я не говорил тебе не один раз, чтобы ты обращалась к ней — Доминика? — он улыбнулся, похлопав «сестру» по голове. — Что за нелепое прозвище.       — Мне так нравится, — она опустила взгляд, прикусив губу. — Так куда переезжает Р? Почему? Она чем-то разозлила тебя?       — Нет, просто она будет жить поближе к твоему милому брату, — и тут Чезаре наконец обратил внимание на «тушу» Шеллы, которая сидела на полу. — Что-то стряслось? — он пристально сузил лазурные глаза, на что я наклонила голову набок, пожав плечами.       «Он сейчас прикольнуться решил что-ли? Милый? — я невольно нахмурилась. — В каком месте ты себя милым считаешь, больной?!»       Хотя…       Чезаре тот еще лицемерный ублюдок, не говоря уже…       Ох, он меня такими темпами точно в могилу сведет. Однако когда-нибудь он точно расплатится за все «хорошее». В этом я точно уверена. За исключением того факта, что неизвестно как пойдут дальше события, учитывая мое «скромное» вмешательство.       — Мама Р, тебе плохо? — голос Руби ввернул меня к реальности, и я часто заморгала, пытаясь прийти в чувство.       — Прости, голова закружилась, — я потерла переносицу, а следом Чезаре положил свои руки мне на плечи.       — Руби, не думаешь, что Доми нужно отдохнуть? Почему бы не вернуться к себе?       Девочка грустно и обеспокоенно посмотрела на меня, и я взглядом дала ей понять, что сейчас ей точно лучше уйти, учитывая присутствие Чезаре.       — Мама Р, отдохни, хорошо?       — Ага, — я помахала ей рукой, когда девочка убежала прочь, скрывшись за поворотом. Хотя я заметила, что она постоянно оглядывалась, кусая губы от волнения.       — Доми, я давно хотел спросить, что за «Р»? — Чезаре еще более крепко сдавил мне плечи, склонив голову к моему уху. — И что произошло за столь короткое время, пока мы не виделись? — он вновь посмотрел на Шеллу, а в глубине его глаз блеснуло угрожающее синее пламя.       — Руби так называет меня из-за тату, — я указала на шею, слегка оттягивая воротник. Чезаре перевел взгляд и коснулся ворота пальцем, рассматривая букву, выгравированную на моей бледной коже.       — Какая крохотная. Я даже не обратил внимания… — глаза его опасно вспыхнули, а другая его рука сдавила мне плечо. — Напоминает клеймо. Какой смысл было порочить своё тело подобным?       — Чтобы не забывать, кто я такая, — тут же ответила я, покосившись в сторону.       «С чего он вообще решил, что я ему правду выложу на блюдечке?» — я про себя хмыкнула, а вот хватка Чезаре только усилилась. Он всегда читал меня и мою ложь, как открытую книгу…       Но я ещё не сошла с ума, чтобы делиться с кем-то вроде него личными слезливыми историями. Пусть как и все думает, что татуировка имеет подобный смысл. Или что он там мог подумать?       — Ты опять врешь мне, — Чезаре резко потянул меня за руку, потащив по коридору. Краем глаза я заметила, как он подал знак рукой, а после увидела тень Пьетро, который двинулся к Шелле…       Мне не составило труда догадаться, что Чезаре приказал ему избавиться от нее…       — Не убивай…       Чезаре повернул голову, окинув моё лицо пристальным взглядом. Однако ничего не ответил, и просто повел меня дальше, крепко сжимая мою ладонь.       Как оказалось, отвел он меня в мою новую комнату. Она была больше предыдущей и не слишком вычурной. Выполнена в темно-синих и голубых тонах. Вся мебель была сделана из тёмного дерева с узорами в виде лилий, а помимо всего прочего тут был ещё и рабочий стол, прямо у окна.       — Господин? — Стоило Чезаре потянуть меня к кровати и завалить на неё, так я непроизвольно вздрогнула, прикусив от волнения губы.       — Заткнись.       — Прекратите затыкать меня при любом удобном случае! — стоило ему склониться ко мне, нависнув сверху, и я невольно коснулась его широких плеч, сдавив их.       — Совсем страх потеряла? — руки его сжали мои бедра до боли, а сам он прильнул к моим губам, языком проникая внутрь, сплетаясь с моим собственным. От подобных резких действий у меня закружилась голова, а низ живота стянуло. Не говоря уже о том факте, что руки Чезаре начали медленно раздевать меня, как бы сильно я не сопротивлялась.       — Перестаньте! — я укусила его за губу, улучив момент, чтобы ненадолго отстраниться. — Мне нечем дышать!       — Носом дыши.       — Всё равно! — щеки мои покраснели, когда Чезаре впился губами в мою шею, языком касаясь сонной артерии. Я тут же всхлипнула, сжимая ткань его черных одежд. — Вам мало двух раз?       — Не дергайся, — он еще крепче сжал мои ноги, кусая меня в шею в том месте, где была татуировка. — Нужно избавиться от этого клейма. Может выжечь его, как тебе такой вариант?       Меня прошиб холодный пот от одной мысли об этом.       — Не надо…       — На моей собственности должны быть только мои метки, — сказал Чезаре, прежде чем впился зубами в татуировку, укусив настолько больно, что кожа моя запылала, а глаза защипало.       — Прекратите…       — Доми, я приказал не дергаться, — его рука коснулась моей шеи, сдавив её. — Слушайся меня.       Я только и могла, что схватить его за руку, посмотрев ему прямо в лицо со слезами на глазах.       «Какой же он ненормальный…»       Чезаре медленно отпустил мою шею, касаясь моей щеки и поглаживая ее. А следом улыбнулся, целуя меня в лоб. От подобных действий мне сразу стало дурно, а сердце сжалось. Не говоря уже о дыхании, которое участилось из-за удушья, сменившегося неожиданной нежностью.       Он решил не медлить. А в следующий миг я уже лежала без одежды, в одном нижнем белье.       — Доми… — Чезаре ласково коснулся моих волос и лица, носом зарываясь в мою кожу. — Ты только моя.       Я нервно сглотнула, прикусив губу.       В голову пришла мысль, что пока Руби не повзрослеет и не выйдет замуж за Айзека, мне всеми силами нужно сдерживать этого монстра. По-крайней мере, только у меня на данный момент есть хоть какой-то шанс немного обуздать его сумасшедший нрав.       Я осторожно коснулась его шеи, обнимая. Чезаре в этот момент довольно улыбнулся, блеснув синими глазами.       — Умничка, — он погладил меня по щеке, нежно целуя в губы. Его поцелуй постепенно становился все горячнее, из-за чего я начала задыхаться, а мои пальцы непроизвольно сжали ткань его черного одеяния.       Руки Чезаре ласкали мою кожу, когда он касался меня.       В тоже время его язык буйствовал внутри моего рта, а тело моё постепенно охватил невыносимый жар, что конечно же не укрылось от него. Чезаре явно был доволен моей реакцией. Хотя сама же я прекрасно понимала, что это происходит не из-за чувств к нему или чего-то подобного. У каждого человека есть слабые места. А Чезаре просто умеет ими пользоваться, прямо как сейчас.       «Как же это мерзко…» — грудь мою захлестнуло волной противоречий тела и разума. А стоило ему поцеловать меня в шею, так сознание начало медленно покидать меня, а с моих губ сорвался вздох услаждения. Этот сумасшедший видать уже смекнул, что меня очень заводят поцелуи в шею, учитывая его лукавый взгляд, пылающий при виде моего красного лица.       Чезаре ещё раз поцеловал меня в шею, но более глубоко, втягивая кожу, из-за чего моё дыхание стало прерывистым и частым.       — Тебе это нравится?       «Как же мне хочется заткнуть тебя и врезать…» — вслух конечно же я этого не сказала.       — Доми, что это за выражение? — Чезаре схватил меня за лицо, надавив на челюсть. Глаза его полыхнули ледяным синим пламенем, и я машинально сжалась, схватив его за плечи.       — Мне больно.       — Тогда будь послушной девочкой, — прошептал он мне на ухо, прежде чем вновь поцеловал меня. А затем я почувствовала, как что-то коснулось моей промежности, да так и всхлипнула, краснея от стыда и неловкости.       Каждое движение пальцев Чезаре сносило мне голову, заставив меня заскулить от беспомощности. А он в свою очередь с усладой наблюдал, как я изгибаюсь под ним, сгорая от удовольствия.       Твердый жар в нижней области живота продолжил с частой периодичностью трепетать и покалывать, а желание с каждой секундой поглощало остатки моего сознания.       Кровь прилила к моим щекам, стоило Чезаре неоднократно повторить свои манипуляции, заводя каждую клеточку моего тела до мурашек и дрожи. Его указательный палец вошел в меня ещё глубже, растягивая стенки влагалища, заводя с каждым новым движением.       И самое отвратное, что я до последнего отказывалась признавать — это было чертовски хорошо! И как тут сопротивляться? Но еще более дерьмово мне было от того, что этот ненормальный прознал, где все мои слабые точки. И теперь использовал это знание против меня.       Стоны неожиданно сорвались с моих губ, пока он ласкал меня, наслаждаясь выражением на моем лице. А его сверкающие желанием, глубокие синие глаза пристально наблюдали, как я возбуждаюсь от его прикосновений.       — Умоляю, Чезаре, прекрати! — я посмотрела на него со слезами на глазах, но его это лишь раззадорило. — А-ах, п-подожди, с-стой… ах… — моя речь постепенно превратилась в заикание, в то время как глаза Чезаре пылали довольством.       Моё тепло поглотило его пальцы, и я постепенно растеряла всякий контроль над собой. Вздохи удовольствия сотрясали все мое тело, сопровождаемые почти невыносимым ощущением, которое пронзало меня без остановки.       Я стонала и всхлипывала, умоляя его перестать. Но в тоже время мне этого абсолютно не хотелось.       Никогда мне не было так хорошо, как сейчас.       Никогда я не испытывала такого фейерверка эмоций, как при прикосновениях этого безумца.       Он определенно ненормальный, вот только сейчас мне было на это плевать. А сердце мое учащенно билось в унисон со вздохами, полными эйфории.       — Чезаре… — я громко и протяжно застонала, следом прикусив язык. И еще больше вспыхнула, сгорая со стыда. — Б-быстрее… М-можно?       — Ты указываешь мне что делать? — Чезаре сдавил мои половые губы, заставив меня заскулить от боли. — Ты действительно как собачка. Так забавно скулишь. Хотя мне нравится это.       Послышались влажные неприличные звуки, стоило ему ускорить темп. А в следующий миг меня накрыло волной экстаза, и телесные соки потекли между моих ног, что без остановки дрожали от нахлынувших эмоций.       Все успокоилось, а дыхание начало медленно возвращаться в норму. И я почувствовала себя так, словно душа моя вознеслась на небеса. Это действительно было невероятно приятно…       — Кто я?       — Г-господин, — сорвалось с моих дрожащих губ.       — А ты?       — В-ваша Доминика.       — Хорошая девочка, — Чезаре вынул пальцы из моего лона, пока я вжалась в его тело, дрожа как осиновый лист. — И почему только в подобные моменты я могу услышать от тебя подобное.       Я ничего не сказала.       Стоило спустя пару мгновений вернуться моему утраченному сознанию, и я дернулась в сторону, сгорая от стыда и беспомощности. А вид моего алого лица и заплаканных глаз явно пришёлся Чезаре по душе.       Он схватил меня за руку, целуя запястье.       — Скажи мне ещё раз эти слова, Доми.       — Нет!       — Хочешь, чтобы я наказал тебя? — его сапфировые глаза вспыхнули, когда он укусил меня за руку.       — Наказывай! — я плотно сжала ноги вместе, на что Чезаре схватил меня за бедро, сжимая его.       — Я могу повторить, раз не хочешь.       — Не надо! Прекрати!       Чезаре склонился к моему лицу, опаляя область за ухом своим горячим дыханием.       — Я и не думал, что с помощью плотского желания, можно так легко подчинить себе кого-то, — сладко прошептал он, вновь касаясь моего лона рукой. — И что это так приятно.       Я в отчаянии запрокинула голову назад, плотно сжав губы вместе. И как тут не сойти с ума, когда этот ненормальный решил пытать меня подобным образом?       «Восемь лет… Всего лишь восемь лет потерпеть это…» — но как бы я не настраивала себя, боль в сердце была слишком невыносимой. Как и это чёртово желание, что постепенно пожирало меня изнутри…       — Доми, ты принадлежишь мне, — Чезаре обнял меня, носом зарываясь в мою шею. — Ты только моя. И ничья более… Хорошенько запомни это…