Глава 7

      И вот как заснуть, учитывая присутствие этого ненормального под боком? Чезаре лежал рядом, обнимая меня за спину. И наверняка видел уже третий сон, учитывая его ровное и спокойное дыхание.       «Это не честно…» — я поджала губы, сжимая одеяло. Теперь я даже с Руби не могу время нормально провести. И все из-за Чезаре. Интересно, он теперь будет каждую ночь ко мне приходить? Если так, то мне нужно научиться более умело притворяться спящей, а то он быстро раскрывает мою игру.       Я почувствовала, как Чезаре прислонился к моему голому плечу, носом утыкаясь в него.       Нервно сглотнув, я опустила взгляд, пытаясь сосредоточиться на чем-то другом. Вот только тепло Чезаре все время мешало. Не говоря уже о его руках, которые тугим кольцом сплелись вокруг моей талии. Даже во сне его хватка была невероятной. Вырваться у меня не получилось бы при любом желании.       Я вымотано закрыла глаза, рукой подпирая щеку.       — Розмарин, — тихо пробубнила я себе под нос, чувствуя, как меня наконец поразила сонливость. — Лаванда и шалфей…       — Что ты там бухтишь?       Я дернулась, стоило Чезаре пошевелиться, губами касаясь моей шеи.       «Так он не спал что-ли?!» — мысленно я восхитилась его актерским мастерством: выглядел он крайне правдоподобно.       — Доми, я тут подумал, а ты хорошо ешь?       Он точно решил поиздеваться надо мной. В этом у меня не было никаких сомнений.       — Знаете, учитывая вашу власть и одержимость мною, не думаю, что вы не в курсе.       Я не видела его лица, но затылком почувствовала его ухмылку.       — А какой у тебя рост?       — Что за рубрика странных вопросов? — я невольно поморщилась, а следом Чезаре схватил меня за ребра, сжимая их.       — Не дерзи мне.       — Я уже лет как десять рост не измеряла…       — Умничка, — Чезаре нежно обнял меня, одной рукой сжимая плечо, а другой талию. — Когда я спрашиваю, ты должна отвечать.       «Ублюдок…»       — Что тебе нравится?       — А можно поконкретнее? — я скосила взгляд, чувствуя шум в ушах, вызванный приливом крови в мозг.       — Еда, вещи, цвета… — начал перечислять Чезаре, поглаживая меня. — Расскажи мне.       — Ну, цветов много любимых, хотя больше мне нравится фиолетовый.       — Фиолетовый?       — Верно. Эм-м… А из еды проще назвать то, что мне не нравится.       — И что же?       — Изюм, — я машинально поморщилась, прикрыв рот рукой. — И кокосовая гадость.       — Ты пробовала что-то настолько экзотическое? — Чезаре удивленно посмотрел на меня, на что я поджала губы и отвела взгляд.       — Было дело…       — Откуда ты родом?       — Моего дома больше нет.       Стоило мне сказать это, и он коснулся моего лица, рассматривая его.       — Странно.       — Что именно?       — Ты не врешь, но и правды в твоих словах не чувствую.       Теперь уже я удивленно воззрилась в его лицо. И как он это определяет? Я совсем не понимаю, где косячу…       — Доми, теперь твой дом здесь, — заговорил Чезаре после нескольких минут молчания. А я так и вздрогнула, когда он поцеловал меня, руками поглаживая мои щеки. — Я твой дом.       «Пошёл к черту!» — лицо моё вспыхнуло, исказившись в гримасе, на что Чезаре вновь поцеловал меня, укусив за губу.       В какой-то момент меня наконец-то одолела усталость. Веки потяжелели, а тело сделалось ватным. Да и теплые и нежные прикосновения только подначили меня. И как-то незаметно для себя, я заснула в объятьях Чезаре.

⸸⸸⸸

      Стоило Доми заснуть, и я тут же поднялся, окинув ее спящее лицо пристальным взглядом. С заботой коснулся её окрашенных волос, убирая спутанные пряди и чёлку с очаровательного лица.       Синие глаза источали холод, а в их глубине отражались её светлые ресницы. Волосы девушки хоть и имели более тёмный оттенок, однако по ресницам можно было смело сказать, что изначально они были светлыми.       Я еще больше сузил глаза, поборов в себе желание сдавить ей руки и наказать за подобную небрежность к себе. Но она очень долго ворочалась, пока наконец не заснула. Именно из-за этого я и заговорил с ней, полагая, что разговор измотает ее. Пусть отдохнёт. Ведь у нее должны быть силы на меня.       И тут ко мне невольно пришла мысль, что нужно сменить для нее область работы. Точнее расширить её, а какие-то лишние обязанности убрать. Чтобы мы могли проводить больше времени вместе.       Хрусталь ведь берегут и лелеют. А она хоть и кажется хрупкой на вид, но вон как разукрасила ту блоху. Конечно же я все видел, как и слышал их разговор. Доми довольно долго терпела эту назойливую свинью, и я все гадал, когда у нее лопнет терпение. И вот она наконец показала себя.       Естественно, для меня уже давно не секрет, что мысленно Доми проклинает меня всячески, хотя вслух произносит лишь безобидные вещи. Её мысли легко читаются по её выражению лица. Да и в детстве она не скрывала своего негативного отношения ко мне. За такое неуважение кого-то вроде неё, неизвестного происхождения, точно казнили бы, но я решил закрыть глаза на подобное.       Никто кроме нее не веселил меня так сильно.       За Доми всегда очень забавно наблюдать. Особенно когда она говорит одно, а на деле чувствует и испытывает совсем иное. Обнажать её настоящие мысли наружу, заставляя её говорить правду, действительно очень весело.       А стоило мне наконец слиться с ней, так оказалось, что она куда более нечиста на душу, чем я думал. Но по-крайней мере, насчёт своей невинности она не соврала. Хотя касательно мужчин она наверняка не все рассказала.       Когда Доми врет или увиливает от вопросов, она слегка наклоняет голову, почти незаметно. А ещё может при случае нижней губой шевельнуть, также едва заметно. У меня зоркий глаз и чуткая интуиция, поэтому от меня никогда не ускользает подобное.       Лицо по какой-то причине само растянулось в улыбке.       А следом Доми перевернулась на спину, с довольным выражением лица. Хотя нет. Скорее глупым и нелепым.       Я осторожно коснулся краешка её алых губ, вытирая с них слюну. Действительно нелепое зрелище, но очень милое…       Мне нравилось рассматривать её, считывая жесты. Она ведь догадалась, что я легко читаю её?       Поначалу я считал её глупой женщиной. Но если так подумать, то говорила она как весьма образованный человек. Да и экзотику вроде кокосов и изюма, не каждый аристократ может себе позволить. Также как и простолюдин не может позволить себе учиться наукам. А Доми, насколько докладывал Пьетро, сама изобрела «ту самую» вещь. Интересно, где она научилась этому? Да и судя по всему, в психологии она также хорошо разбирается, как и в фармацевтике.       Верно, он видел, как младшая сестра носила ей всякие склянки, а затем Доми смешивала их содержимое, добавляя различные растения и травы. Если так подумать, то её точно нельзя назвать глупой.       Хотя я и вижу её ложь, она все равно прекрасно владеет своими эмоциями. И выпускает их на волю только в крайнем случае.       Вот только стоило ей пасть во власть плотского желания и похоти, и от воздвигнутой ею стены не осталось ничего, кроме обломков. Я и подумать не мог, что так просто вырву из неё такое обилие слов и мольбы. Сколько же она себя сдерживала? Учитывая, что ей почти тридцать, а она дожила до такого возраста будучи невинной, мне казалось это странным. Всё-таки внешне она очень красивая девушка. Вот только язык слишком острый. Может быть в этом и заключается дело?       И тут я невольно вспомнил её слова о любви.       Доми сказала, что никто не может любить человека также, как он любит. Да и про невзаимное чувство я тоже хорошо помнил… Про это она точно мне не соврала и была искренна.       Я непроизвольно сжал кулаки.       От одной мысли, что она до сих пор страдает от последствий той любви, мне захотелось свернуть шею тому человеку, который разбил её сердце. Вот только как найти эту крысу, не имея никакой информации о нем? О Доми тоже известно очень мало. Даже исследовав культуры других стран, я нигде не нашёл подобного стиля одежды, в которой была она в нашу первую встречу.       А её нижнее белье чего стоит... Выглядит весьма интригующе.       Ещё в тот день, когда мы впервые встретились, оно очень привлекло моё внимание. Хотя уже тогда выглядело слишком изношенным. Поэтому я решил позаботиться об этой маленькой мелочи, сделав ей небольшой подарок, так сказать.       Я аккуратно коснулся следа от укуса, который оставил на её татуировке, что так сильно начала мозолить мне взор. И как я раньше не обратил внимание на эту метку? За пять лет можно было и разглядеть.       Конечно же насчёт смысла, заложенного в неё, она явно соврала, ну либо опять не досказала чего-то. И по какой-то причине у меня на душе такое чувство, что это татуировка могла быть связана с тем самым человеком, про которого она говорила. Интуиция прямо-таки кричала об этом.       Я невольно в порыве сдавил ей плечо, из-за чего девушка поморщилась, хотя все равно не проснулась. Видать совсем устала, раз подобный жест никак не сказался на её сне.       — Руби…       Я замер, заслышав её сонный голос. Она часто бормотала во сне. И прошлой ночью тоже периодически что-то выдавала. По типу: «ублюдок» или «как же мне хочется разбить тебе лицо». И наверняка говорила она так именно про меня. В этом я не сомневался. Однако сейчас…       Доми говорила про сестру…       Внутри у меня что-то сжалось, а на душе стало противно донельзя.       Я конечно прекрасно знал, как они близки друг с другом. Но теперь эта связь начала действовать мне на нервы. Ведь Доми должна думать только обо мне и ни о ком более.       Если так подумать, то можно просто отправить сестру куда-нибудь подальше. Выдать замуж, тем самым укрепив положение Борджиа. И таким вот образом одновременно убить сразу двух зайцев.       От одной мысли об этом в груди все потеплело.       Верно, я просто избавлюсь от всего, что будет досаждать мне на пути к нашему счастью. Доми только моя. И я избавлюсь от всего, что будет мешать нам быть вместе.       

⸸⸸⸸

      Проснувшись, я обнаружила себя в полном одиночестве.       Лежала я навзничь, и благо на мне было нижнее белье. Видать Чезаре одел меня, пока я спала. И что это за проявление заботы такое? И тут я невольно вспомнила наш разговор перед сном, а брови мои так и сдвинулись к переносице.       И что это нашло на этого сумасшедшего? С чего бы ему интересоваться подобным? Он башкой что-ли где-то ударился? В голову без остановки лезли вопросы, а виски налились тяжестью.       Тук-тук.       Вдруг раздался стук в дверь, и я быстренько подскочила, натягивая платье. Стоило мне сделать это, я подошла к двери, открывая ее. А опустив взгляд, увидела маленькую фигуру Руби, которая сжимала в руках знакомую корзинку с неизвестным содержимым. Хотя на самом деле, я знала что внутри.       — Вот и пришёл мой ангелок! Заходи, — я тепло улыбнулась, впуская Руби внутрь. Девочка неловко огляделась, с любопытством рассматривая мои новые апартаменты.       — Красиво, — глаза ее заблестели, на что я погладила ее по голове. А затем подошла к шкафу, разыскав все мои драгоценные склянки. Все было в полном порядке, чему я конечно же обрадовалась.       Взяв в руки коробку, я вприпрыжку двинулась к столику, разложив все на нем. Теперь было куда удобнее, учитывая что раньше мы «химичили» прямо на полу.       — Папа сегодня спрашивал, зачем мне столько растений, — поделилась Руби, а я удивленно вскинула брови.       — И что ты сказала?       — Что вместе с тобой мы готовим косметику!       — Вот как, — я улыбнулась, погладив её по голове. — Он сегодня был трезв?       — Вроде да, — девочка поджала губы, задумчиво вскинув глаза. — И был в хорошем настроении, поэтому мне выдали больше трав.       — Отличная работа, ангелок, — я поцеловала Руби в щеку, из-за чего она тут же залилась краской.       — Мама Р, папа хочет познакомиться с тобой, — от этой внезапной новости у меня пробежал мороз по коже. — Он расспрашивал много.       — И о чем же?       — Сколько тебе лет, заботишься ли ты обо мне…       — И что ты ответила?       — Как ты и говорила, что тебе двадцать один, — она улыбнулась, а я погладила ее по макушке.       — Молодец, иногда выглядеть молодо очень полезно.       — Так удивительно! Моя мама такая красивая, несмотря на возраст, — Руби широко улыбнулась, на что я опустилась к ней и обняла.       — Мой ангелок куда красивее меня.       — Нет, мама куда-а красивее! — Рудбекия крепко обняла меня за голову, обхватив ее своими маленькими ручками.       — Ох, ну что за чадо, — я аккуратно подняла ее на руки, усевшись в кресло за столом: оно оказалось очень мягким, с темно-синей обивкой. — Розмарин и лаванду тебе тоже положили? А ту штучку, которую я просила?       — На этот раз да! — Руби разглядывала стеклянные баночки, которые сама когда-то достала для меня. — Что будем делать сегодня?       — Тушь и подводку для глаз. А также шампунь для волос.       — Шампунь — это как мыло?       — Круче!       — Вот это да! — голубые глаза девочки заблестели восторгом.       — Так-с, порошок коля есть… — я хорошенько разглядела все принесенное Руби. — Мед и жасмин тоже.       — Шампунь будет с жасмином?       — Верно, еще добавлю туда розмарин и лаванду, — я тепло улыбнулась, а Руби неожиданно обхватила моё лицо ладошками.       — Мама, у тебя морщины.       — Где?! — я схватилась за лицо, вскинув брови. А Руби рассмеялась при виде моего покрасневшего лица. — Ты меня дразнить удумала, негодница?       — Мама Р, когда ты искренне улыбаешься, у тебя под глазами немного выступают морщинки. Ты такая красивая с ними.       — Твои слова ранят моё сердечко, — я театрально схватилась за грудь, поджав губы. — Чтобы морщины красили кого-то. Надо же…       — Настоящая улыбка мамы самая яркая, — Руби прижалась к моей груди.       — И только тебе я готова дарить ее, мой ангелок, — я поцеловала её в лоб, улыбаясь. — Моя милая Руби.       — Мама…       — Давай готовить? — я просияла, и Руби активно кивнула, развернувшись.       «Вот бы это длилось целую вечность…» — однако в душе я понимала, что когда-нибудь нам придется расстаться. Но пока я могу быть ее «крыльями», я буду дарить ей свое тепло и любовь. Ведь кроме Руби, в мире больше нет ни одного человека, который бы смотрел на меня с такой теплотой.       Кто бы мог подумать, что быть матерью, оказывается так здорово…