Глава 74

      После того, как Касар ушел, в комнату пришли элегантно одетые служанки. Само собой, я решила устроить незабываемое представление, чтобы этот ублюдок пожалел, что решил сделать меня своей наложницей. Было немного совестно, но раз я решила пойти на это, то нужно идти до конца…       — Что ты делаешь?       Голос мой был холоднее льда, как и взгляд. А девушка вздрогнула, когда я посмотрела на нее по-зверски. До этого она коснулась того места на моей руке, где был виден след от зубов этого больного. Мне было неприятно, поэтому я решила использовать ее оплошность, чтобы показать людям, что служат этому недомерку, что я та еще стерва. Да-да, я буду играть роль злодейки, и это так банально, но пока я жила во сне с Арконом, мои моральные устои дали некий сбой. Хотя они и до этого были в весьма шатком положении…       Наслаждения, конечно же, я с этого не получала, скорее наоборот, однако строила из себя злодейку я крайне убедительно.       — П-простите, госпожа, — голос девушки задрожал, когда я лениво уселась в огромной ванной, заложив ногу на ногу, пока другие служанки мыли меня и мои светлые волосы, что вновь вернули себе былой цвет, вместе с таинственным омоложением. — Я не хотела сделать вам больно…       — Тогда стой на коленях, пока ноги не сведет, — выражение моего лица напоминало ледяную статую, а моя холодность поразила даже меня. — Ты, да ты, что стоишь и смотришь на меня бегающими глазами. Почему бы не занять ее место?       Другая девушка вздрогнула, когда мои глаза сверкнули голубым огнем. Однако она подошла и старательно омыла мою руку, избегая той зоны, где был укус. Судя по взглядам, впечатление я произвела нужное, а сплетней пойдет обо мне целое море.       После того, как с водными процедурами было закончено, служанки принесли роскошное белое платье, вышитое золотом и руническими узорами красного цвета. Шея и ключицы были обнажены, а рукава были длинными, струясь вдоль сверкающего белизной подола.       Как только мне помогли одеть его, я присела на тахту перед трельяжем, а служанки достали из комода неподалеку шкатулку с драгоценностями.       — Я сама выберу, — ледяным и жестким тоном произнесла я, а девушка, что еще недавно стояла на коленях, вздрогнула как лань, чуть не выронив шкатулку из рук. — Зачем тебе руки, если ты не можешь их использовать и вздрагиваешь, норовя все уронить?       — Г-госпожа, это не так.       — Ты споришь со мной? — При виде огня в моих глазах, она опустила низко голову, передав шкатулку другой служанке. Однако на сей раз мое внимание переключилось на нее. — Разве я просила тебя брать ее и доставать что-то оттуда? Поставь ее на стол.       — Да, госпожа. Простите, что расстроила вас, — покорно произнесла она, выполнив мое указание. Было гадко притворяться такой, но ничего не поделаешь.       Взглянув на шкатулку с безразличием, я достала оттуда золотые серьги с красными камнями, такое же ожерелье и два браслета: первый с красными камнями, а другой с цветком хризантии, которым был украшен подол моего платья.       Служанки начали причесывать мои волосы, и стоило одной из них болезненно задеть прядь, а мне поморщиться, так все как одна опустили головы под моим яростным взглядом.       — Мне отрубить тебе руки? — Я посмотрела на ту, что зацепила прядь моих волос, и она опустилась передо мной на колени.       — Помилуйте, госпожа, я буду внимательнее!       — Уйди прочь, — резко бросила я, отвернувшись. После чего моя новая жертва удалилась, а остальные вновь принялись укладывать мои волосы в прическу. Некоторые пряди они завили, закрепив их украшением, которое я выбрала: это была шпилька для волос с золотым цветком и алым камнем, который свисал сверкающей каплей вниз. Одна из девушек предложила мне выбрать еще что-нибудь, а затем я нашла похожую шпильку и еще пару золотых украшений, которые они использовали, чтобы закрепить все это великолепие на моей голове.       Когда с прической было закончено, служанки взялись за макияж. Больше никто из них не делал ничего, к чему можно было бы придраться, поэтому я просто молчала и наблюдала за каждой из них, изучая их личности. Самая молодая и робкая, к которой я придралась в начале, показалась мне милой и простодушной, прямо как Лилит. Поэтому меня очень мучила совесть, после всего, что я устроила.       — Ты…       — Да? — Девушка вздрогнула, когда я посмотрела на нее, таким же безразличным взглядом, как и раньше. — Что такое, госпожа?       — Подай тот гребень, — я небрежно махнула рукой в сторону шкатулки, и она тут же кинулась за ним, аккуратно беря его в руки и закрепляя его вместе с остальными украшениями, пока другие девушки наносили мне на веки тени и прочее. — Как тебя зовут?       — Циния, госпожа, — робко ответил она, склонив голову. А я задумчиво оглядела ее, не меняя холодного выражения. Ей очень подходит это имя. Прямо-таки гармонирует с ее внешностью, напоминающей этот красивый цветок однолетник.       — Хорошо, я запомню, — стоило мне сказать это, и глаза девушки блеснули. Однако у ее соратниц явно сложилось иное мнение обо всем этом, но я больше не собиралась мучить эту девушку. Она мне приглянулась, да и ее точно можно подмять под себя, пока я нахожусь здесь в качестве заключенной.       Нанеся последние штрихи, служанки наконец-то закончили свою работу. А я была готова к непонятно чему. Хотя и были некоторые мысли, однако, когда пришел Карас, переодевшийся в более торжественные одежды, мне уже было не до этого.       — Прекрасно выглядишь, Арко, — стоило ему так назвать меня, и я посмотрела на него холодом и раздражением. — Что это с тобой? Неужели растеряла весь свой задор?       — Ты меня раздражаешь, неужели непонятно? — Я ответила в соответствующей манере, слегка наклоняя голову и смотря на него в упор. — Как и все это. Почему я должна улыбаться тебе только из-за того, что ты этого хочешь? У меня нет настроения.       — Хм-м, даже не знаю, радоваться этому или же нет. Но мне нравиться, что ты такая, — Касар протянул мне руку, и я брезгливо ухватилась за нее. — Служанки хорошо постарались. Тебя прямо не узнать, Арко.       — Насчет этого, они у вас все такие безрукие? Зачем они им, если они только и могут, что тянуть их туда, куда не следует? — Глаза мои излучали холод и неприкрытое отвращение, которое я решила направить в верное русло. — И мне не нужна целая свора. Пусть останется только одна.       — Вот как? — Касар явно раскусил мою игру, хотя и не подал виду. — И кого же мне оставить, радость моя?       — Прекрати так называть меня. Меня тошнит от подобного романтизма, — я демонстративно поморщилась, закатив глаза. — Циния, кажется так. Пусть останется она.       Стоило мне сказать это, и все девушки изумленно посмотрели в ее сторону. Хотя скорее сочувствующе и в ужасе. Однако эта девушка наоборот просияла и обрадовалась, из-за чего я пожалела, что сказала это и выбрала именно ее. Она сейчас напоминает фанатку, которая радуется встрече со своим кумиром. Какого черта она похожа на щенка, учитывая, что я ее на колени поставила?! Или у здешних людей с этим какие-то проблемы?       — Хорошо, тогда с этого дня только в важные дни я буду посылать к тебе остальных, не против? Ты теперь часть императорской семьи, поэтому подобное необходимо, — Касар коснулся моего лица, проведя вдоль него. — Но раз тебе не нравится шум, я распоряжусь обо всем.       Как же меня бесит этот пацан! Так и хочется вырвать ему кадык и засунуть в одно место. Но раз я решила играть в его игру, то отступать не буду.       — Так куда…       — О, нужно показать тебе все, невестка, — после столь мерзких слов он повел меня по красочному коридору, который был устлан алыми коврами и сверкал золотом. Все вокруг говорило о величии этого места и его хозяев, хотя самого его я уже глубоко презираю.       Касар показывал мне, что и как тут устроено. Немного рассказал истории Дворца Нараки, которому, как оказалось, уже больше тысячи лет. Это действительно было грандиозное место, поражающее своим великолепием и величием.       — К чему все это? — Я покосилась на Касара, который улыбался и вел меня по коридору. — Неужели тебе мало того, что я…       — О, ты особенная, поэтому это важно, — растягивая слова, со странной интонацией, ответил Касар, не сводя с меня пристального взгляда. — Неужели ты не поняла еще, что на твой счет у меня много планов?       — Да пошел ты, — я хмыкнула и в отвращении поморщилась. — И почему ты назвал меня Арко?       — Потому что мне хочется так называть тебя, — его мое скверное настроение явно не заботило, как и моя попытка сломать его пальцы. — Твое имя слишком длинное. А сокращение мне не нравится. А так довольно забавно.       — Не нравится? — Брови мои изогнулись, когда я саркастично усмехнулась.       — Розалина… — Задумчиво пробормотал он, касаясь своего подбородка. — Ненавижу розы…       — Я тоже их не люблю, — я хмыкнула, отведя взгляд и разглядывая картины и гобелены вокруг.       — Вот как? — Касар ухмыльнулся, наклоняясь к моему уху. — А какие цветы тебе нравятся?       — Какая разница? — Я фыркнула и отвернулась, однако в следующий миг Касар притянул меня ближе, обхватив мою поясницу рукой. — Убери от меня свои грязные лапы, ублюдок.       — Но-но, не будь такой, — он пару раз цокнул языком, наклоняясь к моему лицу. — Вдруг у тебя есть аллергия, а я не буду знать. Мне нужно подстраховаться, чтобы моей невестке ничего не угрожало.       — Хах, чтобы воспользоваться этим? Ты тут единственный, кто мне угрожает.       — Я не настолько плохой, каким могло быть первое впечатление, — он ухмыльнулся, поправляя пряди моих волос, касаясь серьги в ухе.       — Ты пытался убить меня.       — Но не убил же.       — Отвали уже, — я коснулась его подбородка, отталкивая от себя. — Не спрашивай меня о чем-то бесполезном. Нет у меня никакой аллергии, а если и была бы, то тебе я о ней точно не рассказала бы.       — Тогда пойдем, — Касар отстранился, хотя руку мою не отпустил. И спустя минут десять, мы пришли в огромную комнату, которая лучилась золотом и красными гобеленами, которые свисали с потолка. Все здесь демонстрировало богатство и власть, а двое персон, что сидели за одним столом, произвели впечатление на меня ничуть не хуже.       — Это было довольно долго, — мужчина лет шестидесяти, но выглядящий определенно моложе своих лет, широко улыбнулся. И я невольно поразилась, увидев его, ведь внешне он был вылитой копией Алереда. Хотя нет, это он был его копией. Сразу пришло понимание, что это наверняка родители Касара и Алереда. Хотя выглядели они определенно моложе, чем я себе представляла. Но может дело в навийских генах? Алеред ведь тоже выглядит моложе своего возраста.       — Красивая, бесспорно, — женщина, что сидела рядом с мужчиной, казалась еще более величественной и грациозной, да и излучала очень властную ауру. Одетая в черный наряд, украшенный золотом, она напоминала императрицу темного государства. Хотя возможно, на это также влияла ее внешность: Касар определенно пошел в нее, однако даже так, эта женщина излучала совершенно иную энергетику. Но я могла ошибаться. Первое впечатление зачастую может быть ошибочным.       — Так что ты хочешь сказать всем этим, Касар? — Мужчина рядом с ней излучал противоположную женщине ауру, словно был ее полной противоположностью. А бронзовые глаза, такие же, как у Алереда, вопросительно взирали на Касара. — Это так непохоже на тебя, сын.       — Она наша невестка, — стоило ему сказать это, и я посмотрела на него, едва сдержав желание поморщиться. — Разве не естественно познакомить невестку с семьей?       — Касар, нехорошо принуждать девушку, когда ты ей не нравишься, — мать Касара посмотрела на меня, явно раскусив, что нахожусь я здесь не по собственному желанию. — Она ведь иностранка? Касар, только не говори, что ты похитил девушку, только потому, что она тебя отшила? Слышала, северные женщины такие же холодные, как и климат тех мест.       Я прикрыла рот и отвернулась, едва сдерживая смех. В её словах была доля правды, но я не северянка, после всего. Хотя и выгляжу наверное похоже. В ответ Касар посмотрел на меня с улыбкой, а мне захотелось врезать ему.       — Ты можешь быть честна, милочка, — женщина посмотрела на меня, сохраняя холодный и бесстрастный вид. — Касар уже в который раз приводит женщин в дом, но ни одна из них здесь надолго не задерживалась. Однако ты не похожа ни на одну из них.       Так ты у нас оказывается, еще и бабник. Вот же ублюдок…       — Матушка, вы меня сейчас пытаетесь опозорить? — Касар коснулся моего плеча, из-за чего меня передернуло. — Зачем вы рассказываете Арко все это?       — Чтобы она ушла от эксцентрика вроде тебя, Касар, — вставил его отец, поглядывая на меня. А я не могла не провести параллель с Алередом, учитывая, что они очень похожи. — Когда же ты уже наконец остепенишься? Это начинает действовать на нервы.       — А что если это уже произошло? — Касар только крепче сжал мое плечо, а во мне постепенно закипала злость. — Она…       — Руку убери, — стоило мне заговорить, и взгляды родителей Касара обратились ко мне. — Почему бы не послушать своих мудрых родителей, которые явно больше тебя повидали?       — Ох, Касар, только не говори, что ты из-за этого ее привел? А она колкая на язык, — отец его усмехнулся, посмотрев на свою жену. Однако та продолжила смотреть на меня, изучающе и задумчиво.       — Вы двое, — властно начала она, из-за чего Касар напрягся, а мужчина рядом улыбнулся. — Оставьте нас.       — Но…       — Никаких «но», Касар. Подними свою пятую точку и ступай заниматься государственными делами, — голос ее ожесточился, и я заметила в глубине глаз Касара обиду и нежелание слушаться. — Я провожу невестку, если ты беспокоишься об этом.       Когда она назвала меня таковой, глаза Касара блеснули. А вот мне стало мерзко, а сердце сжалось, повинуясь этому противному чувству. Факт, что меня уже считают невестой этого ублюдка, не может не действовать мне на нервы.       Касар ушел вместе со своим отцом, который начал что-то шептать ему. А я осталась наедине с его матерью, которая продолжила изучать меня.       — Так, что на самом деле произошло между вами? — Судя по всему, она уже догадалась, что я не просто «невестка» или «наложница». — Касар впервые знакомит нас со «своей» девушкой. Это очень непохоже на него.       — Он похитил меня…       — …       — И пытался убить.       — Вот как? И из-за чего же? — Лицо женщины оставалось таким же непроницаемым, когда я все это говорила. — Касар не из тех, кто без причины так ведет себя. Не говоря уже о том, чтобы причинить вред женщине.       — Из-за Алереда, — стоило мне сказать это, и ее маска на какой-то миг спала. И я разглядела на ее лице признаки волнения. Догадаться не составило труда, но видимо, эта женщина больше жалует своего старшего сына, чем младшего, раз поддалась эмоциям при одном его упоминании.       — Алеред? Ты знакома с моим старшим сыном? — Женщина хлопнула по столу, а я поразилась обилию эмоций, что отразились на ее прекрасном лице. Она даже стала выглядеть несколько старше, чем казалось до этого.       — Вообще-то… — Я неловко покосилась в сторону, заправляя локон волос за ухо. — Алеред мой возлюбленный.       Женщина недоверчиво посмотрела на меня, явно не веря в услышанное.       — Я говорю правду, — я решительно посмотрела на нее, приняв холодный вид. — Алеред многое сделал для меня и поклялся всегда быть со мной. А ваш младший сын разозлился на него и похитил меня, чтобы…       — Не говори больше ничего… — Она довольно резко оборвала меня и, судя по всему, ей все равно казалось, что я вру. — Мой Алеред — человек, который никогда в жизни не касался женщины. Как бы сильно я не хотела, чтобы он нашел себе спутницу, у него всегда на уме была только служба. И сейчас ты говоришь, что ты женщина, ради которой он бросил то, к чему стремился всю свою жизнь?       — Разве его не считают предателем?       — Кто?! — Женщина в ярости сжала кулаки, испепеляя меня взглядом, однако я выдержала его.       — Император Касар. Алеред перестал связываться с вами чуть больше полугода назад, не так-ли? — Я продолжила давить на нее, не меняя выражения лица. А она задумчиво коснулась века, обдумывая мои слова. — Он следил за Ватиканом, а я была той, кто помог ему добыть некоторую информацию. Однако, когда я решила покинуть Романью, он ушел за мной и более не связывался с вами.       — Не верю, — она довольно резко поднялась, грозно взметнув платье. — Насчет того, что ты женщина моего старшего сына. Мой Алеред…       — Если он скажет вам об этом лично, вы поменяете свою точку зрения? — Стоило мне сказать это, и лицо ее только больше нахмурилось. — Император сказал, что я два месяца была без сознания. Так что через восемь Алеред должен быть здесь. Но это слишком долго, и ваш младший сын неизвестно что может сделать мне. Поэтому вы поможете мне сделать так, чтобы он не использовал меня и не трогал.       — Ты ставишь мне условия, девчонка? — Мое поведение явно разозлило ее. — Я бывшая хранительница руны Юмина и прошлая императрица Навии. Кто ты такая, чтобы указывать мне?       — Я любовь вашего любимого сына, — стоило мне сказать это, и она разжала кулаки. — Разве я не права? Вы любите Алереда больше Касара? Когда я заговорила о нем, вы поддались эмоциям.       — Что за наглая барышня, — женщина вновь села за стол, рукой облокотившись о него. — У тебя явно…       — Нет стыда? — Я усмехнулась, лукаво улыбаясь. — Знаете, Алеред меня за это и любит. Потому что я говорю, что думаю, при этом не волнуясь о том, что обо мне подумают.       — Вот как? За что же еще он полюбил такую маленькую девчонку?       Я часто заморгала, уставившись на мои руки и покраснев. И как у меня из головы вылетело, что я сейчас выгляжу младше, чем было раньше.       — Простите, но мне тридцать восемь, это все недоразумение, — когда я сказала, сколько мне лет, брови императрицы прошлого взметнулись вверх.       — Тебе тридцать восемь?! Надо же…       — Разве этот уб… Кхм-кхм, ваш сын не рассказал, что я по какой-то причине стала выглядеть моложе? — Я еле сдерживалась, что в присутствии матери Алереда не выругаться. — Это случилось после того, как он пытался убить меня.       — Как ты его хотела назвать?       — Ответить честно?       — Мне интересно, — женщина наклонила голову набок, а я улыбнулась во все лицо.       — Знаете, вашего старшего сына я безгранично люблю, но вот младшего… — Я сжала подол платья, чувствуя, как все внутри кипит от злости. — Даже зная, что я встречаюсь с Алередом, он пристает ко мне. Это раздражает.       — Твоя просьба нелепа. Однако если все действительно так… — Взгляд ее помрачнел. — По-крайней мере, я могу попробовать что-то сделать с Касаром. Но до тех пор, пока Алеред не подтвердит все твои слова, я не поверю в то, что ты действительно его возлюбленная.       — Спасибо, — я не могла не порадоваться хотя бы этому. Раз она была императрицей, значит у нее все еще есть некая власть. Да и учитывая, что Касар повиновался ей, это только подтверждает мою догадку.       — Не благодари зазря, — взгляд ее похолодел, когда она поднялась, посмотрев на меня сверху-вниз. — Если все окажется не так, а Алеред через восемь месяцев не вернется, то за твою ложь ты расплатишься сполна. Если Касар хочет жениться на тебе… — Стоило ей сказать это, и сердце мое замерло. — В таком случае мешать ему я не буду.       — Прекрасно, — я быстро взяла себя в руки, не позволив эмоциям завладеть разумом. Эта женщина поступила сейчас со мной также, как я недавно. И она определенно была опасным противником. Если Алеред опоздает, то моя судьба точно предрешена. Однако я верю, что он придет и заставит ее поменять свое мнение на мой счет.       На этом беседа подошла к концу. Хотя она и сказала, что проводит меня, однако делать этого конечно же не стала. Поэтому мне оставалось пойти прямо по коридору, в попытке вернуться в ту самую комнату, которую мне выделил Касар.       Чувствовала я себя после этой словесной баталии очень утомленной. Все-таки не так я представляла знакомство с семьей Алереда. А оно оказалось паршивым, эх…       Тем более она сказала, что если через восемь месяцев Алеред не придет…       От одной мысли, что мне придется выйти замуж за этого ублюдка, я съёжилась и поморщилась. Это надо же, такой ультиматум мне поставить. Или она хотела на меня так надавить?Интересно, что скажет Ал, когда я расскажу ему, что его родная маменька собиралась выдать меня за его младшего брата? Хотя я и не хочу, чтобы они ссорились из-за меня, но это ведь она подняла этот вопрос? Так почему я должна раскаиваться за это? Просто поведаю моему любимому, как «хорошо» меня тут встретили, а уже на остальное мне плевать.       Пройдя мимо ярко украшенного коридора, я вышла во внутренний двор, который был каменистым садом с небольшим прудом, в котором плескались золотистые карпы. Мне все равно было нечего делать, поэтому я просто подошла к нему и опустилась на корточки, запуская пальцы в прохладную воду. Одна из рыбешек на это дернулась в сторону, однако в следующий миг подплыла ко мне и коснулась моего длинного ногтя.       — Я не хлебушек, так что я не вкусная, — тихо пробормотала я, подперев голову рукой. — Прости, не знаю, можно ли вас кормить. Да и вряд ли я найду сейчас что-нибудь.       Рыбка на мой разговор высунула голову из воды, что было довольно-таки необычно. Ее темные глаза напомнили мне Аркона, из-за чего я невольно поддалась меланхолии и грусти. Ведь судьба моего сострадальца так и осталась для меня загадкой.       В небе сияло солнце и медленно плыли лёгкие, белые облака. В воздухе царило летнее настроение, да и тепло вокруг было настоящим. Учитывая, что я прожила больше полугода в холодной стране, это все казалось таким эфемерным и нереальным. А витающий в воздухе аромат заставил меня обернуться в сторону прекрасного и раскидистого куста гибискуса, чьи цветы благоухали так ярко и чарующе, что я невольно расслабилась, поддавшись атмосфере.       Гибискус, или китайский розан был моим любимым цветком, но об этом не знал никто. Не было какой-то особой истории, почему я полюбила именно это растение. Но когда впервые увидела его на картинке энциклопедии, я загорелась желанием увидеть, как цветет этот прекрасный цветок.       Было очень трудно достать маленький его экземпляр, да и мой гибискус так и не зацвел. Климат Британии сделал свое, и он погиб сразу, как только его привезли. Поэтому я была очень расстроена, что цветок моих грез умер, так и не продемонстрировав свою красоту.       Однако сейчас передо мной был огромный куст розана, кроваво-красные цветы которого были настолько прекрасны, что я не могла оторвать от него взгляд. Сидеть на берегу пруда, в тени почти четырехметрового куста с алыми цветами, было приятно. И если бы не мое положение в этом месте, я могла бы вечность с умиротворенной улыбкой созерцать эту красоту.       Я бы так и продолжила сидеть и наслаждаться цветением, если бы не тень, что нависла прямо за моей спиной. И судя по запаху, что ударил в ноздри, это был этот больной ублюдок.       — Что?       — Что тебя так порадовало? — Касар устроился рядом со мной, а я нахмурилась и отвернулась. — Секунду назад ты улыбалась.       — Ага, но пришел ты, и все испортил, — я поморщилась, махнув рукой в брезгливом жесте. — Почему бы не оставить меня одну и не свалить куда-нибудь?       — Зачем? — Касар коснулся моей талии, притягивая меня к себе. — Я вообще-то специально со всем разобрался, чтобы можно было уделить время моей невестке.       — Закрой рот. Сколько раз говорить, что я тебе не невестка, — я уже собиралась ударить его по руке, однако Касар перехватил ее и завернул мне на спину. — Мстишь мне за произошедшее утром?       — Какая догадливая, — Касар ухмыльнулся, вдруг поднимая меня и запрокинув себе на плечо. Я тут же забрыкалась и свободной рукой схватила его за волосы, а из моего рта так и посыпалась всевозможная грязная брань. — Слушай, разве у вас не грех — сквернословить?       — Не ты ли меня грешницей назвал? — Саркастично ответила я, сжимая его затылок пальцами, пока он нес меня. — Соответствую статусу грешницы.       — Аха-ха, что ты такое говоришь?       — А что ты творишь, сученыш?! Я не инвалид, чтобы меня на плече таскать! И не мешок какой-то!       Касар продолжил нести меня, пока я материлась на него. В тоже время люди шарахались при виде нас, да и мои ругательства сделали свое дело. Вот только этого ублюдка вообще ничто не могло смутить, как бы сильно я не старалась. Он только забавлялся со всего этого.       Когда мы вернулись в комнату, у меня уже не было сил ни на что. Я просто висела на плече этого ублюдка, желая свернуть ему шею, да и не только. А он положил меня на кровать и лег рядом, подперев голову рукой. Вид его беззаботной улыбки раздражал, поэтому я просто взяла и отвернулась. Однако в следующий миг я пожалела, что сделала это.       — Болит? — Пальцы Касара коснулись моего затылка, скрытого под прядями волос, из-за чего я поморщилась. — Неужели вымоталась после небольшой прогулки?       — Отвали, — резко ответила я, ударив его по руке. — Не трогай меня.       — Тогда ты трогай меня, — сказал он в ответ, обнимая меня сзади. — Знаешь, теперь тебе будет проблематично выйти замуж за Алереда, учитывая твою внешность.       — Заткнись, ублюдок. В отличие от тебя он относится ко мне уважительно, а ты…       — Что? Ну же, скажи, что собиралась, — Касар склонился к моему уху, вдруг укусив за мочку. В ответ я зарядила ему пощечину, пытаясь вырваться из кольца его рук. — Так у тебя все еще остались силы?       — А ты делаешь все это, чтобы меня утомить? Чтобы я не могла сопротивляться?!       — Ну-ну, не кричи так, — он обхватил мой затылок, надавив на то место, где были его укусы. Его рука притянула меня ближе, а дыхание на шее заставило меня поморщиться. — Я не стану принуждать тебя к чему-то, но мне нравится играть с тобой.       — Я уже не один раз сказала тебе, что это не игра, а домогательства!       — Правда? — Он явно притворялся дурачком, что не могло не действовать мне на нервы. А когда его взгляд опустился к моей шее и венам, что пульсировали под кожей, мне захотелось вырвать ему глаза, чтобы он больше не смотрел на меня так. — Знаешь, ты ловко придумала нажаловаться матушке. Но ты забыла, что ты никто в этом месте, Арко. И что я ее родной сын, а ты чужачка.       — И что с того?       — То есть ты была готова к тому, что на твою попытку ответят ничем?       Так значит она все-таки не собирается останавливать его. Какая жалость, ведь в будущем она определенно пожалеет об этом. В этом у меня не было сомнения…       — Решила поиграть в молчанку? — Касар слегка откинул мою голову назад, пальцами впиваясь в мой череп, сдавив его. В ответ на это я схватила его лицо, ногтями надавив на него, из-за чего щеки Касара закровоточили. — Давай ты не будешь портить мне лицо, а переключишься на что-нибудь другое?       Стоило ему сказать это, и его губы коснулись моей шеи, а зубы впились в кожу. Это было чертовски больно, однако я не теряла желания вырваться. Постоянно била его и царапала, хотя он был слишком большим для нынешней меня, да и силы ему было не занимать.       — Сученыш, прекрати метить меня!       — Тогда мне поцеловать тебя в губы? — Его лицо приблизилось к моему, а дыхание обожгло щеки. — Могу покусать их, раз не нравится, что я кусаю тебя там.       — Вообще не трогай меня! Ты, сумасшедший, только что ты говорил совсем по-другому!       — О, под этим я имел ввиду, что не собираюсь пока что забирать у тебя невинность, — стоило ему прошептать это мне на ухо, и я плотно сжала губы, прикусив нижнюю. — Это не весело, лишать девушку этого насильно. А я не изверг, после всего.       Мне кажется, или в семье Алереда, только он один нормальный. Отца его я пока что не знаю, но вот мать и младший сын точно друг друга стоят.       — Думаешь, что тебе сойдет все это с рук?       Наши глаза встретились, а руки Касара обхватили мои, вжав их в постель. Он испепелял меня взглядом, как и я, вот только это было обоюдное желание придушить друг друга. Верно, хоть он и вел себя со мной так, но в глубине его глаз я видела, что он хочет свернуть мне шею, но не делает этого.       — А ты думаешь, что я не позабочусь о том, чтобы Алеред опоздал?       Стоило ему сказать это, и мое лицо побледнело.       — Ох, несчастная Арко, теперь ты можно сказать в моих руках. Алеред не придет и не спасет тебя, потому что к этому моменту ты уже будешь моей женой, — его взгляд ясно дал понять, что он сделает все, чтобы поработить меня и насолить Алереду.       — Я не выйду за тебя, — я крепко сжала кулаки, не сводя с него полного презрения взгляда. — И я привыкла полагаться на себя, так с чего ты решил, что меня подобным можно смутить?       — На себя? — Карас вновь склонился к моему лицу, не прерывая зрительный контакт. — Ты сейчас такая жалкая. Сколько ты сможешь продержаться, с таким-то хрупким телом?       — Да? Интересно тогда, как это хрупкое тело оставило на тебе столько синяков, — на секунду он замешкался, чем я воспользовалась, чтобы вырваться. Я тут же подскочила и рванула в сторону окна, ибо путь к двери преградил мне Касар.       — О, новая игра, — он усмехнулся, наблюдая, как я перебираюсь через окно. — Эй, там высоко. Это второй этаж.       — Плевать, — я вызывающе улыбнулась, после чего ухватилась за ветку дерева гинкго, что весьма удачно росло рядом. Уж лучше пораниться и сбежать от него, чем позволить ему творить со мной все, что захочет.       — Эй, живо вернись!       Я не слушала его, вися на ветке дерева. Твёрдым усилием, я все-таки смогла подтянуться на руках, после чего села на ветку, тяжело дыша от перенапряжения.       — И что ты там собираешься делать? — Касар стоял у окна, скрестив руки на груди и наблюдая за мной с ухмылкой.       — Держаться от больного ублюдка подальше!       — У тебя ветки и листья в волосах, — он рассмеялся, усевшись на подоконнике. — И я так старался, выбирая тебе наряд, а ты его испортила.       — Да пошел ты, — я презрительно глянула на него, показав средний палец, а затем услышала хруст. Однако ни на секунду я не пожалела о том, что сделала. Видеть лицо этого сумасшедшего, когда ветка сломалась, а я начала падать вниз, было самым настоящим шедевром.       Стоило мне подумать, что я сейчас переломаю себе ноги и руки, как прямо перед глазами мелькнуло нечто алое, а легкие свело от знакомого запаха. Это было тоже самое, что и в тот день, когда он похитил меня. Сила, напоминающая божественность Чезаре и Айзека, но полностью отличающаяся от нее. И было чувство, что она проникает под кожу, впиваясь в меня.       — Идиотка…       Голос Касара над ухом явно говорил о том, что он зол. А в следующий миг он подхватил меня, приземляясь на землю и не сводя с моего жалкого вида сурового взгляда.       — Ты только сейчас это понял? — Ответила я с сарказмом, на что он сжал мое тело руками, пристально взирая на мое лицо. — А теперь…       Касар схватил меня за лицо, сдавив его, а я поморщилась, почувствовав, как что-то саднит щеку.       — Даже не думай повторять подобное, Арко. Не испытывай мое терпение, если не хочешь, чтобы твое пребывание здесь стало самым настоящим адом…        Судя по взгляду, это была прямая угроза. И он собирался исполнить ее, но даже так…       — Я уже видела ад на земле, — я схватила его за подбородок, тем самым очень сильно удивив его. — И то, что ты делаешь со мной, в любом случае не сравнится с тем кошмаром, через который мне довелось однажды пройти…