Часть 7. Призраки зеркал.

      Некогда спокойные комнаты Розового Дворца пронзил истерический и душещипательный крик. Благородное молчание старинного здания было нарушено стуком по полу и умоляющими возгласами простить и отпустить. Мебель в гостиной сдвинулась от недолгой схватки, в которой победителем вышел хозяин, что в это мгновение вцепился острыми хищными пальцами с вытянувшимися когтями в волосы девушки, вытаскивая её в коридор. Все попытки ухватиться за углы и деревянную раму арки были встречены провалом и сломленной надеждой Дебби, ронявшей слезы по искаженному в боли и ужасе лицу. На её кистях расцвели жуткие синяки после того, как перевертыш отдернул её от двери и не позволил совершить побег. Юбка платья задралась, обнажив округлые ноги, не перестававшие барахтаться в желании вырваться. Истошный вопль вновь вырвался из глотки, отразившись эхом от бездушных стен, глядящих на разворачивающееся насилие с холодным равнодушием.       - Ты никуда не уйдешь, - прошипел Ёсан, продолжая тащить невесту с нечеловеческой силой. Его прекрасное лицо исказилось в гримасе ненависти и презрения, рот оскалился, показывая ряд заострившихся и почерневших зубов. Морщины волнами венчали бледный лоб. – Я не позволю тебе никуда уйти. Ты моя! Я заставлю тебя полюбить меня! Тупая сука!       Он дёрнул её за локоны, зажав пряди волос в своём кулаке и не давая шанса высвободиться. Мятный ковёр под телом Картер сбился. Механические стрекозы, даже не заметившие гибели своего соратника, чья жалкая тушка потонула в сгущающихся потемках, вились под потолком, цокая и свистя в издевательском хохоте. Они ликовали от представшей перед ними сцены, а через секунду вспыхнули в новом приступе смеха, когда девушка ударилась пяткой о дубовую тумбочку на вьющихся резных лапках. Стройная расписанная ваза на ней подскочила, закрутилась и рухнула на пол, разбившись на осколки.       - Отпусти! Мне больно! – сквозь рыдания прокричала Дебби. Её голос срывался от ужаса и бессилия перед жестокостью со стороны того, кто всё это время обхаживал её, как принцессу, и напевал дифирамбы любви и уважения. Сейчас же все маски спали, обнажив чудовище, о котором предупреждал её мудрый кот. Обида за собственную беспечность и наивность ударили по ней так сильно, что живот скрутило в тошнотворном позыве. Она была так близка к спасению, а теперь её ждала коварная неизвестность. И в ней, это было точно, не было места добру. – Отпусти!       - Закрой рот, дрянь! – рявкнул Кан и схватил второй рукой девушку за плечо, впившись когтями в нежную плоть и распоров тонкую ткань платья. Его гримаса стала ещё более зловещей при их приближению к ростовому зеркалу в конце коридора. Скользкая гладь задребезжала, разошлась рябью и потусторонним свечением, стоило мучителю броситься сквозь него со своей жертвой.       Краски погасли, оставив задыхающуюся Картер в крохотном, темном и до смерти морозном помещении. Мурашки прошлись по всему телу, заставив вздрогнуть даже после того, как Ёсан швырнул её об пол. Она с грохотом ударилась о поверхность и захныкала пуще прежнего. Сжавшаяся грудь с трудом приподнималась и опускалась, втягивая глотки спертого, пропахшего плесенью и разлагавшейся древесиной воздуха. Широкие от страха глаза девушки поднялись на возвышающуюся фигуру, почти не видя её из-за застилавшей взор пелены соленого хрусталя. Темные ресницы слиплись мушиными лапками. Ангельский макияж потек и превратился в черные линии, очерчивающие красные щеки.       - Я дал тебе всё! Я возился с тобой, как с королевой: подарил сказку, которую твой бестолковый ублюдок никогда бы не смог воплотить в жизнь! И вот так ты мне отплатила? – кричал Кан, размахиваясь руками, превратившимися в длинные костлявые конечности, обтянутые пергаментом кожи. Одежда на нём повисла, не сумев подстроиться под изменившиеся пропорции туловища. Ониксовые пуговицы казались двумя огромными зияющими дырами, делавшими его лик более отвратительным и уродливым. – Решила сбежать. Ты предательница! Изменщица! Ты…       Последние слова так и не сорвались с бесцветных уст. С низким рычанием он набросился на Дебби, впившись в её кисти и выкрутив до нестерпимого спазма в суставах. Она вновь завопила от боли и истерики, когда его туша оседлала её, срывая свободной рукой воздушные рукава, чашечки лифа, воротничок и оставляя после себя кровоточащие борозды. При попытках сопротивляться он ударил тыльной стороной ладони по скуле Картер, отчего её голова дернулась в сторону и висок соприкоснулся с жестким бетоном, вызвав головокружение и слабость. Силы покидали её, уступая место смирению и надежде. Пусть он делает с ней, что хочет, но оставит в живых.       - Пожалуйста, не надо… - прошептала она в финальной попытке вразумить Ёсана.       Это оказалось тщетным. Чудовище продолжало рвать на ней всё то, что было создано им самим. Его движения становились всё более резкими и грубыми, ведомые желанием присвоить себе то, чего он был лишен. И он не привык к отказам.       Однако что-то заставило его остановиться и застыть в подобии статуи, приподнять подбородок и уставиться в пустоту. За этим он круто развернул лицо в сторону очертания зеркала, через которое они попали внутрь замурованной комнатки. Позвонки хрустнули в его шее, отдавшись потусторонним звоном об обветрившиеся и покрытые сеточкой царапин стены. Лицо мучителя вытянулось в секундном замешательстве и удивлении, но тут же вернулось к ярости и ожесточенности. Он отпустил рыдавшую Дебби и встал во весь свой рост, сжимая тонкие ладони в кулаки.       - Чертов вредитель… - огрызнулся перевертыш, явственно ощущая, как по его владениям шляется ненавистный гость, пытаясь добраться до того, к чему не должен. Кан спешно принял решение и растянул свой рот в хищной ухмылке, прежде чем бросить взгляд на скорченную фигуру. – Я вернусь к тебе. Обещаю, душа моя.       И с этими словами долговязый силуэт растворился в зеркале, заискрившем бездушным холодным светом и померкнув, приняв вид старинного антиквариата. Дебби осталась одна в тишине и тревожном ожидании будущего. Её ладони дрожали, когда она натягивала обрывки некогда прелестного платья на свою покалеченную плоть, силясь сохранить остатки достоинства и согреться в этом заточении. Задыхающиеся всхлипы били барабанами по заложенным перепонкам. Отчаяние сковывало движения, погружая обманутую девушку всё дальше и дальше в омуты гнёта. Хотелось проснуться и осознать, что это всё – один затянувшийся сон, принявший мрачный исход в чреве воспаленного мозга. Но сколько бы она ни пыталась толкать себя изнутри – всё также оставалась в реальности.       - Почему… Почему ты осталась, Дебби? – вопрошала она, прокручивая в голове события суток. – Зачем ты полезла сюда? Глупая овца… Без мозгов. Столько лет прожила на этом свете, а ума не набралась. Идиотка! – она шлепнула собственный висок, не зная, куда деться от этой беспомощности. – Чего тебе не хватало с ним? Да, были проблемы, но они не критичны… Переждала, нашла бы компромисс, устроила очередную ссору. Что-угодно, но не это… А теперь что? Сдохнешь тут, и никто не узнает… - она зажмурилась от того, как горькие слезы обожгли взбухшие веки. С трепещущих окровавленных губ сорвалось. – Ёсан… Ёсан, забери меня отсюда… Пожалуйста…       - Не вини себя…       Эта фраза прозвучала совсем тихо, что Картер едва ли услышала её, но всё же заметила. Девушка подняла голову и застыла, дезориентируемая в темноте и не понимающая, кто вообще мог говорить с ней здесь. Это была очередная уловка от перевертыша? Новая игра разума, который ему отчаянно хотелось сломать и перестроить по своему подобию, чтобы она превратилась в послушную марионетку? Дебби сжалась сильнее, обняв себя за плечи, чтобы дать иллюзию поддержки в этом царстве скорби и уязвленности.       - Не вини себя, Дебби. Мы тоже повелись на этот фарс…       - Кто здесь? – спросила она сдавленным голосом, через силу приподнимаясь и бесцельно бродя глазами по пространству вокруг, выискивая источник шёпота. Озноб бил её тело, сизый пар вырвался из приоткрытых красных губ.       - Мы тут, - прозвенел уже другой голосок.       Тотчас в углу комнаты показались небольшие молочные блики, прикрытые тонкой грязной простынёй. Они усиливались, освещая собой старинную ржавую кроватку с металлическим решетчатым изголовьем и провалившимся матрасом.       Картер глубоко вздохнула и со стоном встала на негнущиеся ноги, придерживая чашечки платья и медленными шажками подбираясь к своим неведомым собеседникам. Сердце трепетало в грудине от очередного витка страха, но тело действовало механически. В конце концов, какая ей теперь разница, если участь была предрешена? Какая бы опасность ни скрывалась в представшем пред взором убожестве, она не могла быть менее смертоносной, чем то, что с ней собирался сделать перевёртыш. Да и к тому же… Как бы ни было стыдно признаваться в подобном, Дебби еще цеплялась за свою доверчивость и наивность. Может быть, это поможет ей выбраться отсюда и спастись?       Оказавшись у изножья, она протянула руку и зацепилась пальцами за засаленную поверхность простыни. Сделав паузу, та медленным движением стянула её вниз, не глядя на то, как кусок ткани спадает к босым ногам. Остекленевший от смятения взгляд устремился на безобразную картину. Источниками голосов оказались три обнимающие друг друга полупрозрачные фигуры девочек, чьи лица были искажены в предсмертной агонии, а вместо линий глаз у них были столь ненавистные Дебби пуговки. Они цеплялись друг за друга, словно за спасительный круг, и черпая поддержку, ставшись обездоленными и заточенными призраками в этой карусели страданий. Их тощие тушки трепыхались в обоюдном испуге перед Картер.       - Кто вы? – прошептала она, не сводя с них взора и хмуря брови в смутных догадках.       - Мы как и ты, попались на сладки речи, - ответила одна.       - Но в отличие от тебя, мы позволили пришить себе пуговицы, - произнесла другая.       - И теперь мы навеки заточены тут, - закончила третья и первой воспарила вверх, сложив ладошки на своей груди и медленно закружившись вокруг Картер, но не собираясь нападать на неё или причинять вред. Призрак явился невысоким, одетый в платье викторианской эпохи и с милыми хвостиками-кудряшками на макушке. Изуродованное лицо было округлым, с губками-бантиками и курносым носом. - Меня зовут Элизабет.       - А я Аврора, - представилась другая, последовав за предыдущей несчастной душой. У Авроры был вытянутый подбородок, высокие скулы и длинные локоны, заплетенные в косу. Одежда представляла из себя самую простую рубашечку и длинную юбку с фартучком.       - Я Диана, - промолвила последняя, оставшись лежать на кровати. Она была на вид самой юной и отличающейся от остальных: несмотря на кривые швы вокруг глазниц, в ней чувствовалось нечто восточное, отличимое от европейцев. Плоское лицо, приплюснутый носик и торчащие ушки под копной коротких волос.       - Как вы тут оказались? – спросила Дебби, оглянувшись на каждую девушку и не зная, за кем стоит следить, чтобы предугадать затаившуюся подлость. Несмотря на безобидный вид, она предпочла оставаться начеку. По крайней мере, для начала, чтобы удостовериться в их благих намерениях. Невеста смочила свои губы, сделала глубокий вздох и смолкла, готовая слушать душераздирающую судьбу троицы.       - Так же, как и ты: через дверь, - прошелестела Элизабет, сделав очередной поворот вокруг Картер и сжимая воротничок своего элегантного платья.       - Он заманил нас сюда, а после заставил остаться. Первое время он был крайне обольстителен и галантен: совершал красивые жесты, клялся в любви и создавал сказку, которой нам так не хватало в прошлой жизни, - с тоской в голосе поведала Аврора, слегка угаснув и вновь воссияв, переживая фатальные дни.       - И после этого он предложил пришить пуговицы вместо глаз, чтобы мы могли остаться здесь навсегда и наслаждаться чудесами этого места… Но… - Диана запнулась и сжалась на матрасе, прикрывая лицо в страхе.       - Но он обманул нас, заточил наши души и сожрал наши тела. А мы, призраками, остались здесь навечно и не помним ничего о том, что было до двери, - закончила Элизабет, найдя в себе храбрости довести рассказ, от которого Картер пошатнулась и обняла себя отчаяннее. В её голове всё смешалось, паника стала усиливаться, а рефлексы кричали убегать как можно скорее. Но куда она сбежит, если осталась вместе с этими несчастными леди в ожидании собственной казни? Ком сдавил глотку, новые слезы собирались покатиться по чумазым щекам.       - Но… Я не хочу умирать… - выдала она, переводя взгляд с одного духа на другой. - Я хочу жить… У меня… У меня вся жизнь впереди… Мой жених… Моя семья… Столько всего я не успела сделать… - она едва не упала без сил, прижавшись спиной к шершавой поверхности стены и глубоко задышав, силясь прийти в себя.       Картер шумно сглотнула и прикрыла глаза на пару секунд, борясь с головокружением. Конечности не слушались и дрожали, едва удерживая вес опустошенной и разбитой от эмоциональных потрясений девушки. Её даже не удивляло то, что она в это мгновение разговаривала с призраками – существами, в которых никогда не верила. Но этот мир отбил напрочь любую скептичность. Здесь было место как красоте, так и мерзости, скрывавшейся под дивной оберткой.       - Ты ещё можешь спастись, Дебби, - прозвенела Аврора и зависла напротив бледной, как смерть, невесты, слегка наклонив голову и разведя руками в попытке утешить. В комнатке стало невыносимо холодно. Очередной пар вырвался сквозь сухие губы сероглазой. - Тебе нужно перебраться на ту сторону через дверку. Он тебя там не достанет. Он уже давно потерял силы из-за голода... А ещё...       Приведения переглянулись друг с другом в надежде и смятении.       - Если ты наберешься храбрости, то сможешь освободить нас. Наши души всё ещё находятся у него, и если ты заберешь их, то мы сумеем покинуть этот плен и сыскать покой на небесах.       - Но как мне сделать это? Я заперта здесь! - грубо выплюнула Дебби, не сдержавшись от глупых просьб призраков. Девушка схватилась за лоб и зашагала по крохотному пространству, остановилась перед зеркалом и коснулась его поверхности, но не ощутила ничего, кроме морозной амальгамы под подушечкой пальцев. Сдавленное хныканье покинуло истерзанную грудь. - Он придёт... и всё будет кончено.       Духи померкли в печали и опустили подбородки вниз, скорбя вместе с Картер. Их тоненькие фигурки проплыли мимо серых стен и вернулись на кровать к Диане, свернувшейся калачиком. Хрустальные всхлипы послышались со всех сторон, выражая боль и горечь несчастных девушек, которые всего лишь хотели обрести счастье. Грязное покрывало само поднялось с пола и укрыло сплетенные фигуры, защищая их в нелепой попытке от беспощадного бремени узничества.       Уголки рта Дебби дрогнули при звуке их рыданий. Она провела ладонью по своим щекам, стирая остатки слез и туши, окоченев от мороза. Ей хотелось сесть, дать себе небольшой отдых перед надвигающейся угрозой. Однако этого ей не позволила пара рук, прорвавшаяся сквозь завесу зеркала и схватившая ничего не подозревающую невесту цепкой хваткой. Она и вскрикнуть не успела от неожиданности, как её рывком вытащили обратно в проклятый коридор, зажимая рот, чтобы та ненароком не закричала.       Дебби замычала в мягкую теплую плоть и попробовала дёрнуться, постоять за себя, но лишь столкнулась спиной с податливой грудью и задрала подбородок, встретившись с лицом Минги. Фальшивый юноша замотал головой, призывая её успокоиться и перестать сопротивляться, вместе с тем бросая взгляды по сторонам, ожидая с минуты на минуту появление хозяина Дворца. Он ослабил хватку, дал Картер отступить, а после прижал палец к губам, намекая на то, что нужно вести себя тихо. Сон вновь заозирался, проверяя, что вокруг никого нет, а следом за этим схватил девушку за ладонь, крепко сжав, и увлек за собой быстрым шагом по коридору.       Девушка не оставляла истеричных потуг выскользнуть, но тот был упрям, не проронив и слова. Его сутулая фигура хромала, стоило тому дотащить мычащую Дебби в гостиную и направиться к крохотной двери. Грузная фигура с топающими ботинками преклонилась напротив входа, длинные пальцы впились в края и дёрнули на себя с оглушительным скрипом, разнёсшимся по каждому углу Розового Дворца. Сердце девушки учащённо забилось в груди, как Минги вновь обхватил девичью руку и потянул вниз, проталкивая через круглый серый коридор и призывая двигаться вперёд. Сон пихнул её сильнее, отчего она буквально ввалилась туда, зашатавшись на упругой поверхности и едва не потеряв равновесие.       - Дебби! – прогремел голос фальшивого жениха откуда-то с верхних этажей, и вызвав испуганный вздох девушки. Страх парализовал её на мгновение, но трясущийся Сон загнал её дальше от этого кошмара. Большие черные пуговицы глядели на неё с мольбой торопиться и не думать более.       - Пойдем со мной, - прошептала Картер, всё еще медля и смотря на него. Срочность побега на мгновение сменилась переживанием за судьбу этого неряшливого добряка, вручившего ей билет в спасение. И за этот поступок он явно будет страдать, как только мучитель доберется до него.       Но Сон отрицательно замотал головой и обратился на тревожный скрип половиц со стороны лестницы. Глянув напоследок на Дебби и улыбнувшись ей тоскливо, он захлопнул дверь, впечатав её в стену. За этим послышался грохот переворачиваемой мебели, которой Минги баррикадировал путь в реальность. Очередной стук по паркету отрезвил девушку, задергавшей ногами и руками. Она поползла, падая и поднимаясь, в маячившую вдали черную точку – очертания её дома. Туннель вокруг неё пульсировал и дребезжал, словно паутина, улавливая каждый удар ладоней и скольжение колен. Дыхание сбивалось в панике быть пойманной. Кровь шумела в висках и ушах, переливаясь огромными волнами, готовыми вот-вот охватить помутневший рассудок.       - Что ты наделал, червяк?! – долетел искаженный рёв фальшивки.       Картер хотела оглянуться, но не позволила себе этого, продолжая перебирать ватными конечностями и думая, что этот кошмар никогда не закончится.       Но вот исцарапанная ладонь коснулась шершавой поверхности и распахнула её. Дебби с визгом ввалилась внутрь бесцветных апартаментов, растянувшись на пыльном полу. Солнечные лучи падали пятнами через старинные окна на поблёкшую мебель и диван, где так и остались лежать подушки и одеяла, на которых накануне засыпал настоящий Ёсан. Внутри была тишина и спокойствие. Снаружи доносился свист прохладного ветра, качавшего разросшиеся кустарники и облупившиеся рамы. Гудел пузатый холодильник на кухне.       Картер со сбившимся дыханием приподнялась на локтях, отползла и пинком ноги закрыла дверь, прижимая ступню к её поверхности и не давая любой силе пройти в эту вселенную. Глаза вонзились в ровные края, готовясь в любой момент увидать проскользнувшие пальцы с острыми когтями и густые клубы зловещей тьмы. Прошла секунда-другая. Всё оставалось неподвижным.       Густая слюна скатилась по пищеводу девушки, оглянувшейся по сторонам и увидевшей недалеко от себя слившийся с тенью матовый черный ключ с пуговичной головкой. Рывком она схватилась за него, трясущимся движением попала в замочную скважину и щелкнула несколько раз, напрочь закрывая проход в кошмарное измерение, откуда чудом смогла выбраться. Перед взором всё ещё мелькало молящее лицо Минги и его последняя улыбка, адресованная ей, где смешалось и бесконечная доброта, и смирение с уготовленной участью. Новые горькие слезы скопились на измученных веках невесты, прохрипевшей от рыданий за ужасную судьбу своего спасителя.       Рухнув спиной на пол, та позволила себе прореветься как следует, глядя на бесчувственный потолок над головой. Пальцы сжимали обрывки платья на груди, комкая посеревший шелк и стискивая в беспомощной хватке. Комок тошноты вновь появился в горле, но блевать и плеваться было нечем: желудок крутило от пустоты. Ступня до сих пор вдавливалась в дверь, которую она будет проклинать до конца своих дней.       - Ёсан! – крикнула она, не прекращая страдать. – Ёсан!       Ответа не последовало, отчего девушка снова заплакала, спрашивая, где он может находиться в такой важный момент. Конечности не слушались, когда она вставала на ноги, припадая и держась за стену, чтобы не рухнуть ничком на грязный паркет. Мышцы болели и стенали, бедра сводило судорогой. Голые участки кожи мёрзли под беспощадным сквозняком, гулявшим по комнатам центральных апартаментов и теребившим подол штор, приподнимавшихся, словно платья призраков, которых она повстречала на своём пути. У одной из форточки прощебетал воробей, наклонив свою голову с чёрными глазками-бусинками.       - Ёсан! – в третий раз позвала его Дебби, ухватившись за край арки и выглянув в коридор. Она с замиранием сердца прислушалась к любым звукам, мечтая услышать стук пальцев по клавиатуре, скрип половиц на втором этаже, где мог бродить её жених, грохот посуды на кухне, где он мог заварить себе очередную чашку кофе. Но нет. Никакого присутствия. – Ёсан, ты где?       Дебби захныкала и опустилась на корточки, проведя рукой по локонам и нащупав в них что-то мягкое. С отвращением она зацепилась ногтями за находку и вытащила её из прядей, поднеся к своему лицу. Рот скривился в омерзении, когда она разглядела перед собой одну из заколочек, которые прицепляло к её прическе то чудовище. Но вместо аккуратных бабочек к металлу была присоединена засохшая мушка, сложив свои лапки на тощем брюхе. Отбросив от себя эту гадость, она стала срывать с себя остатки украшений, кидая на стертый мятный коврик и изводясь в очередном приступе истерики.       Не выдержав, она вскочила и кинулась в сторону ванной. Открыв все краны, откуда упала толстой струей горячая вода, Дебби стянула с себя изуродованное платье, утратившее прежнюю красоту и превратившееся в безобразные лохмотья, после чего залезла под душ, скребя мылом по телу и волосам, стараясь смыть отзвуки воспоминаний и чужих прикосновений. Она давилась слезами, глотала теплый воздух и окончательно сломалась, прислонившись к кафелю и закрыв покрасневшие глаза. Судьбоносные события мелькали яркими картинами, глумясь над её наивностью и беспечностью. Чем она только думала? Почему позволила себя обмануть?       Пар поднимался вверх, клубясь над потолком, где горела старая лампочка, отбрасывающая желтые блики на непримечательную комнатку. Зеркало запотело, скрывая вид на темную низкую фигуру, проскользнувшую сквозь распахнутую дверь и оповестившую о своем прибытии громким мяуканьем.       Веки Картер распахнулись, и она откинула занавеску, уставившись на пол, где стоял с опущенным хвостом Юнхо. Сапфировые глаза кота зрели прямиком на девушку, изучая её и то ли хваля за то, что она смогла выбраться, то ли осуждая, что она изначально не послушалась его и теперь пожинала плоды своих решений.       - Юнхо… Ох, Юнхо… - просипела Дебби, выключив воду и сев в ванну. Она протянула мокрую теплую руку через бортик и нерешительно погладила животное по темной макушке, наблюдая, как тот склоняется к ее ласке и издает успокаивающее душу мурлыканье. Загадочный компаньон подошел ближе и поднялся на задние лапки, закинув передние на край чугунного изделия. Усы пошевелились, выдавая удовольствие от действий человека. – Я была такой дурой, Юнхо… Я почти… Почти…       Дебби не смогла договорить, потерявшись в слезах. Она позорно опустила подбородок и расплакалась, не переставая чесать ушки молчащего кота. Он же всё мурлыкал и мурлыкал, не позволяя глупой девке впасть в безумие от одиночества и шока.       Время близилось к вечеру, когда Картер смогла прийти в себя и успокоиться. Хотя в последнее она не могла уверовать, с паранойей оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к любым звукам, готовая вот-вот схватиться за кухонный нож, с которым ходила по дому, как сумасшедшая. Она оделась в свою домашнюю одежду, спутанные волосы еще не до конца высохли, спадая сосульками на её плечи и спину. Глаза были дикими и одновременно уставшими, наблюдавшими за очередной попыткой дозвониться до жениха. Его привычка выключать звук на телефоне пуще прежнего действовала на нервы, заставляя Картер гадать, где он был. Его вещи лежали на местах, уличная обувь стояла на полочке в прихожей, рабочий стол покрылся тонким слоем пыли, заскучав без владельца. Она по несколько раз обошла помещения, звала его снова и снова, даже выглядывала на улицу, наблюдая их машину, усыпанную опавшими желтыми листьями.       В голове не укладывалось, куда мог деться Ёсан.       Оставалось лишь терпеливо ждать с надеждой, что вот-вот послышится голос, ознаменовавший его приход и она кинется на него с крепкими объятиями, расцелует каждую частичку лица и будет с мольбой просить уехать отсюда.       Местом времяпровождения она выбрала, как бы это не было странно, гостиную. Здесь было тепло, благодаря камину, чье нутро поглощал яркий жгучий огонь, пожирая в себе остатки платья и превращая его в прах вместе с украшениями, которые она без задней мысли бросила в пекло, стирая любые следы того мира. Глаза метались между пламенем и дверкой, плотно закрытой благодаря ключу и заслоненную комодом. Это была иллюзия безопасности, но тем не менее ей было спокойнее так. По крайней мере, если что-то решится выбраться оттуда, она будет готова.       Черный кот свернулся на груди девушки, мурлыча и пощипывая коготками вязаную кофту Картер. Сапфировые зенки животного были прикрыты, ушки слегка подрагивали, хвост лениво покачивался из стороны в сторону. Она даже нашла, чем накормить своего помощника, вручив ему пару минут назад тарелку с нагретым молоком и щедрый кусок мяса, который тот сжевал за пару укусов и довольно облизнулся. Юнхо мог мяукать, но ни разу не заговорил.       - Я увидела тех девочек… в зазеркалье, - прошептала Картер, пялясь в никуда и поглаживая темный мех кота, чувствуя под ладонями его дыхание и тепло. Компаньон дернул лапкой, прислушиваясь к речам человека. – Они рассказали о том, что с ними случилось: как доверились ему и как согласились на чудовищную сделку. Они просили меня помочь им, но я не смогла. Куда я такой кинусь спасать их души, если сама напугана до смерти?       Дебби тяжко вздохнула и посмотрела на животное, позволив себе слабую улыбку.       - И мне знаешь, кто помог? Фальшивый Минги, - она поджала губы в тоске и сожалении, что не смогла уговорить того перелезть с ней сюда. – Я думала, что он чудак и растяпа, а на деле оказался тем, кто пожертвовал собой ради меня. И я даже не успела ему сказать человеческое спасибо… Как думаешь… Он еще жив?       Юнхо приоткрыл свой глаз и поглядел синим оком с темной вертикальной полоской зрачка на бледное изнеможденное лицо девицы, а после помотал мордой в отрицании. Картер оставалось лишь кивнуть, подтвердив то, что её надежды разрушены. Девушка вновь погладила кота по хребту, перебирая шерсть и почесывая ноготками за ухом, на что животное разразилось сладким гудением и вытянулось.       - Ну… По крайней мере, я тут… - прошептала Дебби и проверила телефон, ожидая увидеть сообщение от Кана. Может быть, он уехал в город по делам или за покупками, но в это верилось с трудом. Теплая одежда была в шкафу, а он не был глупцом, чтобы вылезти в такую ветреную погоду в легкой футболке и джинсах. Тем более не стал бы ехать так далеко на автобусе или такси, если имел машину. – Как только Ёсан вернется, то уедем отсюда навсегда. И перед этим я обязательно выскажу хозяйке дворца о всём, что здесь творится. Нельзя, чтобы кто-то еще попался в эту паутину лжи, так?       Кот дёрнул ухом, выражая не то согласие, не то просто показывал то, что понимает её.       - А ты… - важная мысль проскочила в черепушке Дебби, и она выпрямилась, склонив голову к животному и заглядывая в его блаженную мордочку. – Юнхо, а ты не знаешь, где Ёсан? Мой Ёсан, я имею ввиду.       Кот шумно фыркнул и потянулся напоследок, прежде чем встать на лапки и тряхнуть корпусом, сбрасывая негу сонливости. Животное зыркнуло на Картер, а после ловко слетело с её тела и вальяжной походкой направилось… к двери. Пульс девушки подпрыгнул, пока она наблюдала потрясенно и с неверием на то, как животное остановилось у комода и заглянуло под него, давая понять, куда пропал её любимый. Желудок скрутило в угаснувшем приступе ненависти.       - Нет… Нет, нет, нет, - прошептала она и вскочила на ноги, не зная куда себя деть. Это не может быть правдой. Он не мог оказаться там, откуда она сбежала с большим трудом и поклялась никогда более не возвращаться. Однако кот продолжал стоять у чертового прохода, постукивая кончиком хвоста по полу в ответном неодобрении и явной нелюбви к тому, что проживало на той стороне. Тем не менее, он не лгал. – Нет… Но как? Как он там оказался? Я не видела его ни доме, ни на улице, ни даже в той комнатке с призраками… - она запнулась и снова рухнула на диван, схватившись за подушку, где остался аромат Кана. – Этот монстр его похитил, да?       Юнхо кивнул, отошел от мебели и направился обратно к Дебби, запрыгнув рядом с ней и прижавшись щекой к её локтю, потираясь и пытаясь приободрить.       - И что же мне делать? – просипела девушка, обреченно глядя на стену.       Кот низко замяукал и лизнул шершавым языком бледную кожу Картер, как в тот же момент навострил уши и оглянулся. Девушка последовала его примеру и услышала двойной стук во входную дверь. Сердце упало в пятки, но это не помешало ей подорваться и побежать в сторону коридора, едва не запнувшись о дурацкий ковёр. С топотом она достигла порога, взялась за ручку с диким пульсом и отворила её, впустив внутрь закатный рыжий свет и дуновение душистого аромата леса. Перед ней предстала высокая фигура в тёплом пальто и с фирменным розовым ворохом волос на макушке, чуть сбитых от буйного ветра. Карие глаза внимательно смотрели вниз, изучая Дебби с оттенком удивления и беспокойства. Взгляд задержался на шее и ключицах, выглядывающих из-под кофточки, где были заметны пластыри. Синяки на кистях также не остались без внимания…

Минги.