Часть 9. Загадка Розового Дворца.

      Дебби спала крепко. Ей ничего не снилось, и ночь прошла в темноте и спокойствии, полном отсутствии желания вырываться из мягкой густой невесомости навстречу тревожной реальности. Теплое одеяло защищало от гнусных когтистых лап, тянувшихся к ней, чтобы схватить и утащить в непроглядный кошмар. Мягкая подушка впитывала переживания и страхи, очищая забитый разум и даруя просветление.       Но как оно и бывает – всё хорошее рано или поздно заканчивается.       - Дебби, - прошептали над ней и несильно потрясли за плечо, побуждая раскрыть глаза и встретиться с явью. Уён сидел на краю кровати, поднятый звоном будильника, на который впервые в жизни так быстро среагировал и вырубил, покуда не проснулись остальные обыватели подвальной квартиры. Его волосы стояли торчком, на щеке засох след от слюны, пижама смялась. Карие очки щурились с непривычки. Через крохотное окно сквозь стёкла и шторы пробивались лучи рассвета. Звенели воробушки, искавшие в гравии около дома корм. – Дебби, пора просыпаться.       Картер засопела, нахмурилась и капризно поджала губы, прежде чем распахнуть веки и оглядеться вокруг. Разум не сразу сообразил, где она находится и почему, а после водоворот событий закрутился в черепушке, перелистывая быстрыми кадрами случившееся. Тонкая ладонь вылезла и провела по лбу, разглаживая морщины и хлопая раз-другой в попытках сбросить вуаль неги. Зашуршало покрывало, когда девушка приподнялась на вытянутых руках, повторно изучила обстановку в комнате Чона и уставилась на самого соседа. Тот пыхтел от лени, но боролся со сладострастным желанием броситься обратно в царство Морфея.       - Уже утро, пора вставать, - прохрипел Уён и опустил босые стопы на паркет, нащупав тапочки и обувшись в них. Он встал, вытянул сцепленные руки над головой и потянулся, кряхтя, как старик. Заскрипели доски, покуда он пробирался к двери в основные помещения съемных апартаментов. – Я носочки тебе приготовил на стуле у рабочего стола. Там же пластыри. Тебе пригодятся, если не хочешь до крови пятки стереть.       Он широко зевнул, остановившись, и дождался, когда такая же неуклюжая Дебби примет его предложение. Двигалась она медленно, моргала спешно, чтобы не рухнуть на кровать повторно. Локоны на макушке встали дыбом, напоминая гнездо, которое ещё предстояло вычесать в скорых водных процедурах.       - Как вернусь, то буду спать сутки, - пробормотала девчонка и зашаркала к юноше, открывшему замки и распахнувшему небольшую щелочку. Сосед выглянул, дабы удостовериться, что Сан в это время храпел вместе с терьерами, и лишь после шагнул внутрь.       Они прокрались к ванной комнате, где стояла большая чугунная ванна с медными кранами и сизой шторкой, небольшая раковина из аналогичного материала с круглым зеркалом, да унитаз старого образца, где бачок располагался под самым потолком вместе с веревочкой-смывом. Ничего особенного здесь не было: обыкновенный ремонт, серый кафель с узорами, мягкий истоптанный коврик в центре, да забитые душевыми принадлежностями полки.       Уён выпустил тонкую струю воды и зачерпнул в ладони, умывшись небрежным движением и стерев отпечаток сна со своих век. Затем он подпустил Картер, повторившую его движения и растиравшую зажатые мышцы шеи.       Юноша первым вышел из комнатушки и проследовал на кухню, чтобы приготовить крепкий кофе для себя и девчонки, пока она подмывалась, устраняя неприятный запах. Время позволяло выстроить этот островок безмятежности, и она пользовалась каждой минутой, прежде чем кинуться в пекло, не зная, сможет ли вернуться обратно. Небольшая тревожность растекалась свинцом по телу, сомневаясь в прошлой браваде. Однако речь шла не о какой-то глупости с разными способами решения, а о дорогом для неё человеке. И путь только один – к чудовищу. Любой страх отступит, если сделать первый шаг. А она его непременно сделает.       Завтракали соседи в тишине, чтобы не беспокоить шебаршащегося в простынях Чхве. Еда запихивалась в глотку неохотно: чувство голода отступило на второй план. Но Дебби усердно щелкала челюстями, желая подкрепиться как следует и не изнывать от истощения после. Горячий напиток обжигал рот, проникал в само нутро и становился бензином для человеческого двигателя, затарахтевшего, скрипнувшего и принявшегося отапливать окоченевшие кости, толкать кровь по сосудам, будить переутомившиеся органы. Здоровый румянец выступил на щеках, губы порозовели, очи проворнее двигались в глазницах. Запах ароматной яичницы одновременно подталкивал к тошноте и становился отдушиной в своей непримечательной обыденности.       Покончив и с этим, Картер вернулась в комнату Уёна, одолжившего ей свои серые спортивные штаны взамен испачканной пижамы, носки, а также тканевую сумку через плечо, в которую она сложила предложенный нож для самообороны. Когда же девушка надела куртку и проверила ключ, то замешкалась и спросила у танцора веревочку или нитку, которую он сиюминутно отыскал и сам помог вдеть в ушко металла, скрепив двумя прочными узлами и повесив на шею Картер.       От оказанной щедрости и доверия Дебби поджала губы в приступе вины и благодарности, глядя заблестевшими глазёнками на довольного собой Чона. Парнишка лишь отмахнулся, улыбнулся широко и сунул руки в карманы, скрывая смущение от того, что его хвалят за такую чушь. По крайней мере, это было единственное, чем он мог услужить своей неудачливой соседке, потому что знал, что ни в коем случае не отважится пойти вместе с ней в безумное приключение. И он был даже рад, что она не надумала позвать с собой, попросить прикрыть спину и что-угодно в этом роде. Он принимал свою трусость, не стыдился её, но всё же чувствовал неловкость. Вдруг, серьёзно, его присутствие станет решающим на той стороне и сыграет на пользу Картер? Но этого уже никто не узнает, ведь они неспешно пошли к выходу из подвальных помещений.       Улица была свежей и лучистой. Пахло хризантемами и смолой леса, верхушки которой озолотились при прибытии солнца. Небо было нежно-голубым со стадом перистых облачков, ползущих своими брюшками по куполу земного шара в неизвестном направлении, гонимые столь же вялым ветром. Под ногами шуршал гравий и хлюпала земля, пригибалась в почёте пожухлая трава и качали лапками обнажённые кустарники.       - Копы ещё не приехали, - проинформировал Уён, выглянувший из-за угла и проверивший подъездную дорожку. Только машина Хонджуна красовалась на видном месте со спущенным колесом, о котором тот ругался в отсутствии жильцов из средних апартаментов. Силуэтов незнакомцев не наблюдалось, хотя, может быть, они где-то прячутся, решив устроить засаду. – Иди за мной…       Чон посеменил вперед, вытягивая шею и не переставая держать нос по ветру, а ухо востро, дабы среагировать на незваных гостей и отвадить соседку от беды. Приходилось красться, как ворам, но это было лучше, чем попасться на глаза стражам порядка и безуспешно отбивать отчаянную девчонку.       Воздух звенел от прохлады, пробиравшей до мурашек кожу и проникающей под слои одежды. Зубы Уёна постукивали друг о друга, и он уже мечтал поскорее вернуться в теплые комнаты и зарыться в одеяла.       Остановившись у главной лестницы, ведущей к закрытой и опечатанной двери в чрево Розового Дворца, пара замерла, вперив взгляды в это пугающее нечто. Чон переминался с ноги на ногу и вжимал голову в плечи, готовый к тому, что оттуда выпрыгнет какая-нибудь неведомая чертовщина и затащит внутрь. Картер была спокойной, покуда помнила, что перевёртыш был ослаблен для перехода в реальность. Она проверила вещи в сумке, похлопала по грудине, где спрятался ключ на веревочке, вдохнула и выдохнула.       - Ты точно уверена? – прошептал Уён, не переставая хмуриться.       - На все сто процентов, - кивнула Дебби и повернулась лицом к соседу, протянувшего руку помощи в самый важный момент. Сентиментальность подскочила во всём естестве девушки, и она не смогла сдержаться от крепкого полу-прощального объятия с ним. – Спасибо за всё.       Чон вздрогнул от неожиданного акта близости, но тут же очнулся и обхватил соседку в ответ, слегка сжимая в боязни отпускать. Пусть они и не были знакомы долго, и друзьями их не назовешь, но она определенно стоила доброты и заботы.       - Береги себя, да? – попросил дрогнувшим голосом парнишка и в последний раз стиснул ту в объятиях, прежде чем разорвать контакт и дать пространство. Чон насупился в печали и нервозности, переводя взор с неё на дом и обратно. В душе взвинтилась совесть, призывая самому открыть рот и предложить помощь. И именно это он и сделал, вопреки здравому смыслу и собственному характеру. – Может… мне с тобой пойти?       - Нет, - отказалась Дебби и улыбнулась от тени облегчения, которую не смог скрыть Уён, за что снова смутился. Она прочистила горло и пожала плечами. - Если пойдешь со мной, то дверь не откроется. Да и не твоя это проблема. Ты и так сделал достаточно, а я дальше сама. Тем более... пропадать я не намерена. Наш договор в силе.       - Тогда буду ждать тебя, твоего жениха и синабоны, - вымученно посмеялся Уён.       Юноша облизнул уста и в смятении наблюдал за тем, как фигура девушки поднимается по скрипучей лестнице, придерживаясь за перила, срывает небрежными рывками ограничительные ленты и откидывает их в сторону, а следом исчезает внутри. Дверь хлопнула, вызвав испуг у танцора, оставшегося постоять секунду-другую, внимая к звукам внутри, чтобы при малейшем переполохе кинуться на помощь. И когда оттуда не донеслось ни крика, ни стука, он поспешил в подвал.       Центральные апартаменты встретили Дебби тягучим молчанием и холодом. Отсутствие света нервировало, заставляло параноидально вглядываться в темные углы и опираться на оставшиеся органы чувств. Сердце подпрыгнуло в выработанном рефлексе, постукивая в висках и шумя в ушах. На верхних этажах не было признаков присутствия, остальные комнаты оставались немыми. Казалось, что всё было в норме, покуда та не углядела мелькнувший силуэт, скрывшийся за аркой гостиной.       Комок встал в глотке, но, вопреки всему, девушка пошла вперед, сунув ладонь в свою сумку и обхватив ручку ножа, готовая применить её на любом самонадеянном уроде, решившем сорвать спасительную операцию. Ей было всё равно, что бы там ни было: офицер полиции, внук хозяйки Розового Дворца или чудом прорвавшийся сквозь завесу перевёртыш. Она не была человеком насилия, но отчаянные времена требуют отчаянных мер.       Однако не успели сцены с расправой материализоваться в сознании, как уха коснулся сладкий мурлыкающий звук. Мысли мигом перестали галдеть, вздернулись и оглянулись, подталкивая владелицу дальше, дабы по приходе в серое помещение она увидала изящный силуэт с чёрной гладкой шерстью, сапфировыми глазками и вьющимся хвостиком. Юнхо.       - Как ты меня напугал, приятель, - выдохнула Картер и покачала головой, не сдержав ухмылки при виде усатого компаньона.       Животное же мотнуло мордой и подошло ближе, прислонившись к ногам человека и мяукнув, получив в ответ пылкую ласку и почесывание за ухом.       - Я собираюсь отправиться туда, искать своего Ёсана. Ты со мной? – спросила Дебби и присела на корточки, чтобы быть наравне с загадочным созданием. Её глаза искали его, надеясь на то, что он безропотно согласится и сопроводит на ту сторону. И может быть, пока она ползет по проклятому коридору, то сможет выболтать у Юнхо полезную информацию о том, что творится в этом жутком месте.       Кот дернул ушами, прислушиваясь к людским словам, а после состроил недовольную мину, явно не оценив героические повадки той, кого сам утешал накануне, ластясь домашним питомцем. Тело Юнхо содрогнулось от тяжкого привередливого вздоха, но, наблюдая целеустремленность сероглазой добиться желаемого, он уступил. Ему даже было любопытно, чем это обернется. Все, кто когда-либо попадали на ту сторону, не возвращались, и уж тем более не стремились залезть в логово хищника. Быть может, она ему тоже пригодится.       Хвостатый мяукнул и гордо поплелся к стене, следя за тем, чтобы двуногая не отставала.       - Как справимся со всем, то приготовлю тебе что-то вкусное, - пообещала Картер в порыве радости, достав из-под воротника ключ и преклонившись перед дверью. Механизмы замочной скважины застрекотали, словно отговаривая глупую смертную от затеи, однако поддались на все повороты и разомкнули зубы. Проход открылся зловещим скрипом, и вместо кирпичной кладки расстелился серый мрачный коридор в тот мир. В самом конце мерцала аналогичная дверь, переливаясь зелеными оттенками. Маятник проблем. – Окей, пошли.       Дебби вздохнула и пролезла внутрь, перебирая руками и коленями, склонив голову и не отнимая взора от конечной цели.       - Ты же в курсе, что на той стороне ждут большие неприятности? – промурлыкал Юнхо, бредя прямо за ней с ловкостью и грацией.       - В курсе. Но другого пути нет?       - Нет.       - Ну, значит, насрать. Если надо будет, я этому уроду пуговицы ножом соскребу, - выпалила злостно она.       - Вау, какая храбрость. Я поражен, - с сарказмом усмехнулся кот, поведя усами и улавливая колебания воздуха. – Он уже ждет в гостиной. Но нападать не будет – он не такой прямолинейный. Сразу потребуй вернуть себе парня - он откажется. Тогда уже предложи ему поиграть - он до смерти любит игры, хотя правилами брезгует. Но погибели не сыщешь, поверь. Его также можно обмануть, если применить смекалку.       - Легко сказать, - закатила глаза Картер и оглянулась на кота, как от того и след простыл. Приостановившись в изумлении и растерянности, девушка выругалась в недовольстве. – Слинял? Засранец. Не будет ему угощений.       Дверь поддалась без усилий. Дебби толкнула старую сгнившую панель и высунула голову, обыскав пространство вокруг, прежде чем выбраться полностью и отряхнуть штаны.       Иной мир растерял свои краски, превратившись в пристанище тьмы и ветхости: розовые обои облачились в грязный сливовый цвет с рисунками шипов и пауков; мебель приняла какую-то жукообразную форму – примером тому был платяной шкаф с дверками в форме жилистого брюха, торчавшей головкой с усиками и стеклянными глазёнками; блестящий паркет покрылся слоем пыли и непонятного налета; в углу вилась паутина, переливающаяся в желтом мерзком свете напольной лампы подле дивана. В воздухе витало зловоние трухи, сырой земли и гниения, от которого девчонка привередливо сморщила нос.       Это был полный антоним тому, что она застала в первый раз, явившись на порог.       - Так значит, ты вернулась, - прошипел низкий голос откуда-то из темноты, отчего Картер дрогнула и схватилась за лямку сумки. Наставления кота о том, что перевёртыш едва ли причинит вред немедленно, успокаивали. Но не смогли полностью победить тот ужас, когда одно из кресел развернулось и представило чудовище в истинной форме.       От того красивого юноши не осталось ничего. Теперь самозванец показался тонкой, тощей, вытянутой фигурой с нездоровым серым оттенком кожи, обтянувшей скелет. Пальцы напоминали спицы с острыми когтями, имитирующие ногти. Одежда висела на всём этом омерзении и просвечивала. Лицо было чужеродным, ничем не похожим на её Ёсана: щеки впали, торчали острые скулы, губы по форме напоминали ниточку, нос грубый и приподнятый вверх. Темные волосы спадали жиденькими патлами. Одни лишь ониксовые пуговицы остались неизменными.       - Где мой жених? – тотчас выпалила Дебби, не сводя взора с сей гадости.       - Ах, а я думал, что ты передумала и вернулась ко мне, - хихикнул в издевательской манере перевёртыш и хищно улыбнулся, демонстрируя ряды черных клыков. Извилистый бледный язык высунулся из глотки и провёл по ним, отчего Картер почувствовала дурноту. – Я тебе не скажу, где он… Уж слишком непослушной ты была, чтобы всё тебе рассказывать.       - Тогда я сама найду его и верну.       - Как смешно, - цокнул перевертыш и поднялся на свои костыли, оказавшись на голову выше оторопевшей девчонки. Фальшивка наклонилась под разным углом, изучая сбежавшую невесту, а следом за этим, словно ни в чем не бывало, прошла мимо, направляясь в сторону кухни, откуда доносился запах мятного печенья и чая с щербетом. Его поступь скрипела и хрустела, половицы стенали, не пытаясь замаскировать хозяина этого мира.       Дебби замешкалась, глядя в спину удаляющемуся силуэту, сглотнула и пошла за ним, не переставая держать руку подле сумки.       - Где мой Ёсан? - отчеканила Картер, пройдя в комнату и пялясь на хищника, усевшегося за стол и стучавшего пальцем по деревянной отполированной поверхности. Черные пуговицы вонзились в лицо девушки, разглядывая и анализируя решительность, столь непохожую на морозный ужас и панику, коей причиной он стал накануне. Уголок рта самозванца подёрнулся.       - Сбавь тон, душа моя, - прохрипело существо, не переставая отбивать ровную пустую дробь. – Я уже объяснил, что не расскажу тебе… Но, так и быть, ты можешь попробовать сама найти его. Конечно, просто так тебе не позволено бродить по моим владениям. Нужно чем-то отплатить.       - И чем же?       - Ну, ты сама должна предложить, - облизнулся перевертыш.       Дебби насупилась и стянула губы в тонкую ниточку, сдерживая вспыхнувшее раздражение от поведения этой твари. Ей до ужаса хотелось бездумно кинуться на него и поколотить пузатым красным чайником, нагревшимся на плите, но он именно этого и ждал. Чудовище, вероятно, прознало о планах Картер прийти сюда благодаря шпионам-мышкам. И оно было готово к любому исходу.       - Хорошо, а если мы поиграем в игру? – вырвалось с уст девчонки, установившей зрительный контакт с фальшивкой. И к её изумлению, тот действительно ободрился и пуговичные очи возбужденно заблестели. Кот не обманул.       - Игра? Какая игра? – уточнил он, захрустев тонкой вытянутой шеей. Указательный палец застыл над столом.       - Ну… Поисковая игра, а-ля «холодно - горячо», - предложила Дебби, продолжая считывать поведение чудовища. – Я буду искать своего жениха и… - она запнулась, некстати вспомнив о душах девушек, которые пребывали в зазеркалье и уже долгое время были в заточении. Ненужное сочувствие и желание помочь ужалили прямо в сердце, - и ещё я буду искать души тех несчастных, которых ты обманул ранее. Если я всех найду и выиграю, то тогда ты отпустишь нас без проблем на ту сторону и не будешь мешать.       - А если проиграешь? – холодно промурлыкал перевертыш, растянув уголки рта до предела, отчего его физиономия напоминала гротескную маску.       - Тогда я останусь здесь и стану для тебя женой. Самой послушной и хорошей… - выдохнула Картер, ёжась от того, какую большую цену отдавала в неизвестность, сетуя на удачу. – А ещё я позволю себе пришить пуговицы вместо глаз. Такой расклад устроит тебя?       - Более чем, - снова постучал пальцем по столу перевертыш, подперев тонкий подбородок второй рукой. Он всем видом показывал заинтересованность и готовность уступить девчонке в этой затее, уже представляя, как она проиграет и он наконец-то заберет своё. Просто чудесно. – И установим рамки – час.       Глаза Картер выпучились от такого заявления. Каким образом она должна найти за час своего жениха и души несчастных леди в Розовом Дворце? Это было невозможно, если только фортуна не встанет на её сторону и не окажет услугу. Но и в последнее надеяться не стоит: судьба не менее коварная негодяйка, чем монстр перед ней. Тем не менее, другого варианта не было. Торговаться тоже не стоило, ведь преимущество пока что на стороне перевёртыша.       - Ладно. И ты обещаешь играть честно и по правилам?       - Обещаю, - снисходительно пропел другой Ёсан, но от него так и исходила аура плутовства и обмана.       - Лучше поклянись чем-нибудь существенным, - не уступала девушка.       - Клянусь своей правой рукой, - он поднял конечность и спицы задвигались в игривом жесте, сгибаясь в игольчатых фалангах. – Ну, довольна?       - Да, - Дебби кивнула и почесала свой нос, прежде чем отвлечься на скрип старых половиц в коридоре. Она рефлекторно дернула головой, вглядываясь в темные участки коридора и вслушиваясь в раздражающее постукивание пальцев перевертыша. – А ты подсказку…       Картер не успела договорить, когда вернула внимание к стулу, на котором теперь было пусто. Источником методичного шума оказался незакрученный кран в мойке. Самозванец испарился. Тяжёлый вздох сорвался из лёгких девчонки, и та направилась на поиски, торопливо шагая по мрачному коридору и первым делом направляясь на второй этаж, где располагались опочивальни. Может быть, там, в одной из неизученных комнат и находится её любимый.       По лестнице она забралась стремительно, уповая на то, что дощечки не проломятся под её весом.       Для начала она заглянула в их с Ёсаном спальню, едва ли изменившуюся, несмотря на полный упадок этого измерения. Только потолок потрескался и разошелся длинными извилистыми трещинами. В комнатке жужжали стрекозы, летающие вокруг люстры и цокающие своими механизмами. При виде Картер они не стали пищать или хихикать, а лишь промелькнули над головой и снова загудели, оставаясь равнодушной к гостье. Девушка также не одарила их вниманием, принявшись заглядывать под кровать, копаться в шкафу и выглядывать за окна, где стоял увядший чудный сад. Огни мерцали нелицеприятным зеленным оттенком, кроны деревьев тоскливо преклонились и замолкли.       Она даже проверила зеркало туалетного столика, постучав по нему костяшками и проверив амальгаму. Вполне себе обычно.       Вдруг её внимание привлек шум сбоку, и очень вовремя. Потому что в ту же секунду с полки на неё кинулся игрушечная овечка, которую ей представлял перевёртыш в самом начале. Но вместо милого и трогательного плюшевого приятеля, то пыталось залезть лапами в глазище Дебби, блея истерично:       - Мама, мама, почему ты ушла?!       Плюшевое отродье, на удивление, оказалось не таким уж и легким, а потому Дебби потребовались усилия, чтобы отодрать от себя нападавшего. Рука взметнулась к сумке и достала нож, которым она вспорола брюхо завизжавшей в агонии твари, упавшей на ковер. Из нутра высыпался песок, расползаясь по всему пространству и прячась в ковре.       - Ну и дрянь, - выругалась Картер и на всякий случай пнула игрушку, наблюдая, как та безвольной тряпкой отскочила к дальней стене. Рот скривился в отвращении. Стрекозы защелкали громче, их ситцевые крылышки захлопали быстрее.       Решив, что больше ей тут терять нечего, девушка выбежала из комнаты и грохнула дверью, услыхав, как на той стороне стукнулись о панель маленькие существа и заглохли. Тонкая струя пота скатилась по бледному виску Дебби, зашагавшей к другому помещению и не перестававшей сжимать рукоятку оружия в ладони – для своей безопасности. Мало ли что уготовила тварь для того, чтобы помешать ей.       Толкнув очередной вход, Дебби оказалась в заброшенной детской спальне: пол здесь покрыт третьим слоем клубившейся пыли, обои сползли со стен либо попросту висели обрывками, демонстрируя голые кирпичные стены с копошащимися внутри муравьями. Из мебели тут была перевернутая тумбочка, валявшаяся близ трех прямоугольных окон в округлой нише. Свет сюда почти не попадал, а потому приходилось полагаться на зрение, приметившее оставшийся интерьер нежилого пространства: небольшая кроватка с ржавой металлической спинкой и стул подле, на котором стояли керамические игрушки зайчика и медвежонка. Тонкое одеяло укрывало что-то, к чему не хотела приближаться Картер, но все равно осмелилась.       Она уцепилась пальцами за край и потянула в сторону, готовая обороняться. Но не от кого.       На матрасе лежал иссохший скелет маленького мальчика в голубой пижаме-матроске и с осыпавшимися песочными кудрями на затылке. Ткань истлевшей одежки проваливалась в пустоты туловища, сплелась с нутром кровати и костями. Руки и ножки были раскинуты в позе звезды, а череп повернут вбок, словно он умер в крепком глубоком сне и не смог проснуться. На виске была широкая дыра с расползшимися сколами, как если бы кто-то ударил его ровно по этому месту. Не было запаха кислоты или прогорклости – лишь затхлость.       Дебби застыла, не смея отводить взор от своей находки и ощущая, как плечи опускают от чувства жалости и непонятной тоски. Она уже повидала и узнала историю призраков, но данная картина была более гнетущей и безобразной, если представить, из-за кого погиб малыш. Она перевела внимание на игрушки на стульчике и бережно схватила их, поставив рядом с тонкими суставами на кистях мальчика, чтобы его любимые вещи были поближе. Хмурость легла на лик Картер, пока она раздумывала о судьбе несчастного и пыталась понять, откуда он кажется ей знакомым. Она где-то видела похожий наряд, но никак не могла вспомнить где.       Девушка вернула одеяло на место, укрыв скелет до шейных позвонков, и отступила.       Странное чувство потери пробрало её нутро, но она никак не могла объяснить почему. Она не знала этого ребенка, его историю и каким образом он оказался здесь. Но было горько.       Дебби ушла, тихо закрыв за собой дверь, и застыла, давая себе мгновение на то, чтобы отпустить увиденное. И уже после этого вернулась к задаче, обыскав оставшиеся комнаты на втором этаже, где либо были полые помещения, либо бардак, в котором она рылась несколько минут и плевала на затею, поскольку та была бессмысленной, а минуты шли. В очередном таком беспорядке она кинула взгляд на окно, где густела синева тканевой завесы небосклона, и заметила странность: желтизна луны была затемнена сбоку неведомым объектом, медленно наступающим в желании полностью поглотить искусственный спутник земли. Аллегория на солнечные часы отсчитывала каждую секунду до конца начатой игры. И заставляла спешить.       Закончив свои поиски на втором этаже, девушка спустилась вниз в коридор и огляделась по сторонам, отчаянно думая, что делать дальше и за что вообще цепляться. Стояла морозная тишина, нарушаемая посвистыванием стен и характерными щелчками фундамента. Никакого присутствия хозяина Розового Дворца не наблюдалось, как и присутствия кого-либо из марионеток. Казалось, будто всё здание опустело, позволяя Дебби бродить и пытаться ухватиться за ниточку, которая приведет к похищенному любимому и душам леди.       Прошерстив оставшуюся часть здания, ей не осталось ничего, кроме как выйти на улицу и направиться вперед. Вдалеке густел лес, и именно туда она поторопилась, переходя с шага на легкий бег. Может быть, фальшивка спрятал её любимого где-то на окраине, куда меньше всего хочется забредать и меньше всего падают подозрения.       Она миновала окольными путями сад, дабы не попасть в ловушку растений, и шлепала сапожками по каменному настилу. Благо, что ламп хватало, дабы не свалиться ничком в беспроглядной мгле.       - Так значит, что ты всё же договорилась? – мурлыкнул голос, от которого Картер подскочила и уставилась на его источник, уронив взгляд под ноги. Черный кот уже стоял между её икр и наклонял морду в обратном исследовании. Его хвост лениво раскачивался.       - Хватит меня так пугать, - попросила Дебби, продолжив путь и наблюдая краем глаза за тем, как компаньон лениво вышагивает подле, покачиваясь и бесшумно ступая лапками по появившейся проплешине грязи.       - Я не пугаю, просто ты плохо смотришь, - усмехнулось животное и улыбнулось, показав край клыков. - Так куда ты направляешься, позволь узнать?       - В лес, - ответила Картер, нахмурившись. – Я заключила сделку-игру с тем уродом: я должна найти в течение часа своего жениха и души девушек, а взамен он отпустит нас без препятствий. А если нет, то… - она замялась, не желая произносить это вслух.       Впрочем, Юнхо и без неё понял иную сторону договора. Его усы недовольно дернулись.       - Глупость, Дебби, он тебя никогда не отпустит. Он тот еще лжец, - напомнило животное, заходя с человеком всё дальше и дальше. - Надо будет хитрить, даже если выиграешь. Думать на шаг вперед.       - А ты мне помочь не хочешь? – пожаловалась Картер, которой уже немного надоела безучастность животного в столь важный момент. Она, правда, ценила всё то, что он уже сделал для неё, но не понимала, почему играет в недотрогу, когда на кону стоят жизни сразу нескольких людей.       - Я и помогаю. Вот теперь могу сказать, что можно было и не идти сюда, - он вновь хмыкнул, созерцая то, как лицо девушки вытягивается, шаг замедляется, а она оторопело косится на окружающее пространство. Все краски ссыпались, теряли форму силуэты деревьев, а трава склонялась и исчезла. Теперь вместо густого дремучего хвойного леса их обступило белое ничего – граница мира, ведущая обратно к исходной точке. Свет неприятно резал сетчатку. - Эта реальность ограничена только Розовым Дворцом и прилегающей к ней территорией. А все остальное не существует. Мы скоро вернемся туда, откуда пришли, если продолжим идти.       - Но как это возможно?       - Магия, - хмыкнул кот и немного отстал от Картер, покуда та продолжала плестись, созерцая, как перед глазами снова выстраиваются далекие очертания темного дома и окружающего его сада. Луна висела высоко в лоскутном небе и становилась меньше и меньше.       - Ну и чертовщина, - прокомментировала Дебби, остановившись на опушке и опустив плечи в расстройстве и раздражении. - Значит, искать в лесу бессмысленно?       - Именно, - промолвили позади. Только на этот раз звук был лишен мурлыканья и тарахтения.       Картер резво обернулась, широко распахнув глаза, и уставилась на высокую фигуру, облаченную в классический черный костюм с белой рубашкой и серым галстуком. Незнакомец был рослым, не особо широким, но и костлявым его нельзя было обозвать. Черты лица приятные и мягкие: округлая форма лица, изогнутая линия губ, нос с выдающейся горбинкой, но не грубый и не кривой, миндалевидные глаза с голубой радужкой. Голова была украшена черными волосами, с одной стороны зачесанной назад, а с другой - объемная челка спадала на бледный лоб. Ступни обуты в кожаные ботинки на крепкой шнуровке.       Он смотрел на неё в ответ спокойно, даже потешно, наблюдая за реакцией Дебби, которая разинула рот в шоке и чуть не подавилась воздухом на запоздалом вдохе.       Девушка закашлялась, не отнимая взора от красивого юноши, и разглядывала уже в третий раз, пытаясь понять, откуда он тут появился и какого черта выглядел как нормальный человек, а не очередная кукла фальшивого Ёсана. А после пришла разгадка: тёмные локоны, голубые глаза, испарившийся кот.       - Юнхо?       - А ты быстро отгадала, - похвалил он и сунул ладони в карманы, покачавшись на пятках. Его движения были медленными и расчетливыми, привыкающими к обличию, в котором он не находился уже очень долго.       - Ты человек?       - Нет, я кот, - покачал головой Юнхо, - просто у меня две формы на выбор. Изначально я был животным, но Хелена даровала мне разум, способности и долголетие за верную службу и преданность.       - Хелена?       - Ведьма, которая создала этот мир, - подсказал юноша и бросил взгляд на луну, рассчитывая время для их разговора, прежде чем придется вернуться к Розовому Дворцу, дабы положить конец злодеяниям перевертыша. Дебби повторила за ним, созерцая с тревогой, как бок золотистого шара уже погряз в мгле.       Первой мыслью было закончить балаган и кинуться дальше рыскать по округе в поисках желаемого, но после она засомневалась. Картер давно хотела выпытать у кота историю про это место, чтобы понять, как вообще она оказалась втянута в кошмар наяву, и какая сила стоит за этим.       - И… Зачем Хелена создала этот мир? – спросила Дебби, позволив им задержаться.       - Для своего сына – Финна, - ответил Юнхо, и его уста приподнялись в тоскливой улыбке. - Хороший мальчик был: веселый, добрый, энергичный, вечно давал мне больше еды, чем позволено, но... Случилась беда, и он сильно заболел. Хелена пыталась отыскать лечение, но всё было без толку. Даже такой мудрой и талантливой ведьме было не по плечу бороться с проклятием, от которого нет противоядия. Финн увядал на глазах. И тогда она, из материнской любви, создала это пространство с Розовым Дворцом, наполненное чудесами, смехом и красотой. Здесь состояние мальчика стало лучше, но оно лишь оттягивало неизбежную трагедию. Я и Хелена окружали его радостями, проводили каждую минуту свободного времени, играли с ним и заставляли прожить остатки дней в покое. Но...       Лицо юноши помрачнело, и между бровями залегла темная складка. Ладони в карманах сжались в кулаки, побелели костяшки. Картер молчала, давая ему собраться, и впитывала каждое слово.       - Но потом Хелена от боли и безысходности решила создать себе «супруга», который бы сыграл отца мальчику. Настоящий давным-давно где-то пропал и вообще не интересовался ни матерью своего ребенка, ни им самим…       - Она создала перевёртыша? – не сдержалась Картер.       - Да, - кивнул Юнхо и засопел от бессилия и горя. - Соткала из магии и собственных рук, придала ему форму и вдохнула часть своих способностей, чтобы он ожил и имитировал поведение человека. По задумке, он должен был играть с мальчиком, заботиться о нем, подарить упущенные воспоминания с папой. Я был против с самого начала, но кто будет слушать фамильяра? Тем более... Она уже отчаялась: видеть, как погибает собственное дитя, ужасно. Она из кожи вон лезла, чтобы Финн умер без сожаления... И это было роковой ошибкой, - он смолк, облизнув свои губы, и потер переносицу, собираясь с духом. - Перевертыш стал... ревновать Хелену к ребенку, потому что в его растущем сознании появилась ложная истина, что он единственный, кого она должна обожать. Он всерьез поверил в то, что он возлюбленный. Финн был для него конкурентом... И он избавился от него самым гнусным способом.       - Это Финн лежит на втором этаже в детской комнатке? – прошептала Дебби, ощущая, как к горлу подступала тошнота. Её тело задрожало без её ведома, пропуская сквозь себя все негативные чувства: беспомощную злобу и сострадание.       - Да… Это малыш Финн. Перевёртыш убил его, когда Хелена спала, схватил и несколько раз ударил головой об мебель или стену – я точно не знаю, - жгучая боль потери промелькнула в потускневших глазах Юнхо. - А после окровавленный он явился к ней с безумной улыбкой и говорил о том, что больше им никто не помешает… Хелена от шока и неверия даже не успела среагировать, как тот кинулся на неё в извращенных целях. Тогда-то я и прибежал, попробовал спасти свою хозяйку, но паршивец откинул меня. В те времена его власть была безграничной за счет самой ведьмы и колдовства, источавшейся от стен Розового Дворца. Я вырубился на несколько минут, а когда очнулся… Хелена была мертва. Он разорвал её тело и сношался с трупом, при этом поедая плоть ведьмы, питаясь её силой и забирая остатки духа себе...       Тяжкий вздох вырвался из груди юноши, и он отвел взгляд в сторону. На веках заблестели непролитые хрусталики слез. Картер же молчала, не зная, стоит ли вообще что-то говорить, пытаться утешить фамильяра, увидавшего столь жуткие события. Как вообще реагировать на подобное?       - Но при этом он продолжал твердеть, что любит её, - просипел Юнхо и тотчас прочистил горло. - Он настолько погряз в своей фантазии и одержимости, что не заметил, как я выбежал из комнаты и кинулся спасать Финна. Но я встретил лишь бездыханную оболочку на полу. Тогда единственное, что мне осталось - это запереть проход в реальность, сдержать кровожадность и безумие перевёртыша. Переложив труп мальчика на кровать, не в силах видеть, как это невинное создание валяется кучей в собственной крови, я умыкнул вниз и взял из кабинета хозяйки ключ, благодаря которому можно открывать и закрывать мир... И я запер это пространство, и лишь чудом переместился своим путем в реальность. Перевёртыш же не смог попасть наружу: без Хелены это место стало медленно погибать, а вместе с ним и чудовищу была уготовлена судьба навеки застрять в нигде...       - Но почему тогда… Всё это существует? Как он смог снова открыть двери? Почему не издох?       - Потому что я допустил ошибку. Моя вина была в том, что, вернувшись в реальность, я утратил ключ… Я был слабым, едва держался на ногах в своей кошачьей форме, не уследил, как он выскользнул из моей пасти в густую растительность. К тому же мешали мыши, которые стали прислужниками перевертыша, - Юнхо вновь посмотрел на Картер сожалеющими глазами, - от них избавиться легко, но когда их много - затруднительно. К тому же приехали новые хозяева Дворца с агрессивными псами. Они прогоняли меня, не давали отыскать ключ, который забрали мыши и отнесли ему обратно. Возвратиться туда в те времена было наивной глупостью: перевёртыш был ещё могущественным, чтобы поймать и убить меня, если бы я прибыл туда. Но наружу он не стремился: был сытым. А когда наступил голод, то придумал не самому охотиться, а заманивать жертв в своё логово - имитировал то, что создала Хелена, но уже в коварных целях. Новые девы ему нужны, чтобы сохранять силы - он вытаскивает жизнь и поддерживает ею своё царство и самого себя. И тогда... юная дочь новых жильцов, Элизабет, стала первой жертвой. Он подбросил ей ключ, привлек на ту сторону и сыграл на её слабости - её суженный был холоден и черств, а самозванец имитировал того, кого страстно желало нежное исстрадавшееся сердце. И были иные мотивы... он страдал без Хелены и искал ей замену. Я пытался уберечь Элизабет - рискнул и попал туда, чтобы отговорить и вернуть домой, но она не послушалась. То же самое повторилось с Авророй... Ну, а Даниэль... Что же, её историю ты можешь узнать не от меня... Когда вернешься домой, то спроси у бабушки Минги. Она всё знает.       - Бабушка Минги? А при чем тут она? – не понимала Дебби и разводила руками в сторону, ощущая себя растерянной после того, как узнала правду. Всё казалось таким гротескным, безумным и сложным, что сознание тяжело переваривало информацию.       - Считай это дополнительным стимулом вернуться назад, - сощурился в проблеске юмора Юнхо и подмигнул ей, после чего окончательно смолк.       - Потом? Но… - Картер запнулась, а после отдернула себя и проверила луну: темнота с дырами, похожими на пуговицы, уже подошла к середине, и у неё было всё меньше и меньше времени. Девушка встряхнулась, покачалась и обратилась к Юнхо. – Ты можешь мне помочь найти моего жениха и души бедных леди?       - Увы, я сам точно не знаю, где они хранятся, - помотал головой юноша и схватил Картер под локоть, направляясь обратно к зловещему дому. Юнхо шел уверенно, ступая так, будто сам был владельцем этого места, умирающего с каждым днём. – Но вот что скажу: во-первых, проверь свой карман. Во-вторых, у тебя есть ещё три зоны для поиска: сад, чердак и подвал, где самозванец пытался очаровать тебя. Вполне вероятно, что он, дабы потешить собственное эго, мог запрятать там что-то. В-третьих, главная особенность места: новых вещей здесь нет – это всё призраки, созданные Хеленой при её жизни.       - К-карман? – уточнила Дебби, пытаясь не упускать ничего из виду. Она просунула ладонь во второй отсек своей куртки и нащупала гладкий черный камешек, который вытянула наружу и осмотрела. Это был подарок от Уёна, который он дал накануне всей этой истории. Чон упомянул нечто про «увидеть спрятанное», но она не приняла это во внимание. Сейчас же всё изменилось. Девушка поднесла безделушку к глазу и посмотрела на мир через отверстие, подавив пораженный ох. Краски мира посерели, но какое-то сияние виднелось в глубине сада, подзывающее к себе. – В саду что-то есть…       - Ну, тогда вперед, - хмыкнул Юнхо и подтолкнул Дебби в спину, чтобы она поторопилась. Он же остался стоять на месте, глядя на неё с уважением и надеждой.       - А ты не пойдешь со мной? – надула губы Картер, глядя в ответ с просьбой и жалостью.       - Я присоединюсь чуть позже. У меня есть кое-какие дела здесь, - загадочно поведал он и улыбнулся уголками рта.       - Ладно, - простонала от недовольства девчонка и собиралась сделать очередной шаг прочь, как затормозила и снова обратилась к терпеливому коту робко. – Юнхо, скажи, а Хелена была хорошим человеком?       - Самым лучшим из возможных, - нежно ответил юноша и смягчил свой взгляд, провожая удаляющуюся фигуру девушки всё дальше в коварную ловушку перевертыша.       Он вздохнул пустой воздух и прислушался, уловив в густой траве шорох и приглушенный писк. Очи сверкнули сапфировым светом, и в следующее мгновение фамильяр принял истинный облик, взмахнул хвостом и бросился на звук, догнав в пару мгновений мышку-шпиона и вонзив острые зубы в глотку. Тот потряс её пару раз и выбросил, наблюдая бесстрастно за тем, как крохотное тело вытягивается и превращается в безобразную крысу со вспоротой песочной шеей. Кот фыркнул в презрении и направился своей дорогой, продумывая план, чтобы помочь Дебби и отомстить за всё то горе, которым чудовище пропитал некогда цветущий Розовый Дворец. И на этот раз он сделает всё, чтобы Хелена гордилась им.