part. 33. Где же ты?

     «reste juste avec moi.

                                         toujours».

                                - просто будь рядом. всегда.

                        

   Декабрьский ветер выл, закручивая в воздухе белоснежные снежинки, которые кружили из стороны в сторону и аккуратно падали на землю, машины, деревья и дома. Двое парней в чёрных куртках, с вышитой на них свастикой, шли по пустынной улице с поднятыми воротниками и спрятанными в карманах руками. Воздух звенел от мороза, и каждое слово вырывалось изо рта белым паром. — Ну и характер у этой… как её… Рюзаки, - проворчал первый, Сёта, ломая в пальцах сигарету. - Мы же помочь ей хотели! Купили эти моти дибильные с клубникой, самые дорогие! А она — «не инвалид». — А чего ты хотел? - второй, Кэнта, сгорбился от холодного порыва ветра, подувшего в их сторону. - Она же сестра того придурка, Сюдзи Ханмы. Помнишь, летом, во время фестиваля, мы дрались с ним? — Точно! Так значит, они родственники? - удивился Сёта, на что товарищ незамедлительно начал качать головой в знак согласия. - Ну, тогда неудивительно! Что он, что она — больные на голову.    Они свернули в узкий переулок, ведущий к круглосуточному магазину. Окна были запотевшими, за одним из них тускло горела неоновая вывеска. — Походу Майки-сан вообще по ней с ума сходит, - пробубнил Кэнта, озираясь, - иначе зачем ему так возиться с этой девчонкой? Тем более что её брат наш враг! — Ничего не поделаешь, приказ есть приказ, - ответил Сёта, отрывая замёрзшую плитку шоколада с полки. - Сказал сторожить — сторожим. Даже если она нас ненавидит, или если её брат когда-то нам пол-отряда перебил.    Они вышли из магазина, кутаясь от разыгравшейся вьюги. Снег уже залеплял глаза. Давненько не было такого снега в Токио! — Вернёмся, постоим чуток, да и домой пойдём, - зевнул Сёта, дрожа от холода. — Ага! Они пошли обратно, оставляя на свежем снегу первые, тут же заметаемые следы. Два тёмных силуэта, растворяясь во вьюге, шли по дороге, размышляя о чужой войне, но по-прежнему преданные своему командиру. 

***

   Рёв мотора стих, оставив за собой лишь завывание ветра. Майки быстро ставит байк на подножку и, не отводя взгляда от распахнутой настежь входной двери, несётся в сторону дома, попутно спотыкаясь о первую ступеньку у крыльца. По дому гуляет ледяной сквозняк, окутывающий с ног до головы. В гостиной всё ещё горит свет, на диване лежит плед, на полу — книга, которую Рюзаки читала последние несколько дней.  — Рюзаки?.. - её имя сорвалось с губ рваным хрипом в пустоту комнаты, но ответа не последовало.     Страницы книги безвольно шелестели на сквозняке, и где-то вдалеке слышался гул с улицы.  — Но она же не могла уйти сама, - размышлял он вслух, заглядывая в каждую комнату, обыскивая каждый угол: пустая спальня, холодная кухня, тёмная ванная комната и даже чулан. Сано помнил, как вчера менял Рю повязку, рана на боку ещё была воспалённая. Она уже могла ходить сама, однако движения давались ей с трудом. Каждый шаг отзывался болью, напоминая о ранах.      Манджиро вышел на крыльцо и с силой ударил по дверному косяку. В этот момент его взгляд упал на двух парней в форме «Токийской свастики», которые вышли из-за угла соседнего дома, в руках у них болтался пакет из магазина.   — От вас только одна грёбаная вещь требовалась! - Майки тут же ринулся к ним. - Следить за домом! А вы и тут обосрались! Где Рюзаки?!    Парни, Сёта и Кэнта, тут же переглянулись, после чего замерли в недоумении: — Майки-сан.. мы… всего лишь на пятнадцать минут отошли… - начал было Сёта. — Да! - подхватил Кэнта. - Она кричала, чтобы мы не мешали… вот мы и подумали… — Вы думали..?! Я вас лишь об одном попросил, уроды. - Кулаки сжались так сильно, что казалось, будто Сано сейчас же набросится на них. Майки медленно подошёл и с силой взял Сёту за грудки куртки. - Кто её забрал? Кто-то приходил? Вы хоть кого-то видели?! — Нет-нет! Майки-сан, клянёмся!! Здесь никого не было!! - Кэнта расставил руки в стороны, после чего низко поклонился. - Простите, командир!    Манджиро оттолкнул Сёту с такой силой, что тот рухнул в снег. Он окинул их взглядом, полным презрения, после чего направился к байку. Телефон в кармане вибрирует, Майки достаёт его и читает сообщение от Акиры: «Ну как там Рю?». Кулаки сжимаются вновь с новой силой: «Останься дома. Я со всем разберусь». Он не ждёт ответа, а просто убирает телефон, заводит байк и уезжает прочь.     Майки впился пальцами в рукоятки байка так, что кожа на костяшках незамедлительно побелела. Перед глазами всё ещё зияла пустота распахнутой двери, брошенная книга на полу, безмолвный укор. Она не могла бы уйти сама, не могла… Тогда кто это сделал? Кто мог забрать её? В голову приходил лишь один вариант. Он без остановки жал на газ, не останавливаясь ни на минуту, а в голове звоном отдавалось: я снова её не уберёг.       Ветер свистел в ушах, но сквозь его вой начали пробиваться другие звуки. Голоса. До боли знакомые голоса… — Майки! Чёрт возьми, остановись ты уже!    Рядом с ним тут же поравнялись три мотоцикла, на которых ехали командиры и просто друзья Майки — Дракен, Мицуя и Баджи. Кейске уже как 3 недели выписали из больницы, так что по нему и не скажешь, что парень был на грани жизни и смерти.  — Блять, Майки, остановись! Что с тобой происходит?! - выкрикнул Дракен, пытаясь перекрыть шум ветра.    Сано лишь сильнее нажал на газ. Он просто не мог им рассказать всю правду, все секреты семьи Ханма. Это были не его секреты. Майки дал слово, что никому не расскажет об этом. — Мы не слепые! - это уже кричал Баджи, подбираясь к нему ближе. - Ты пропадаешь неделями, ходишь как призрак! Что случилось? — Отвалите! - рявкнул Майки, пытаясь отгородиться стеной гнева. - Это не ваше дело! — Когда ты последний раз нормально спал, Майки? - вклинился Мицуя, его голос был, как всегда,  спокойным, однако в нём всё равно слышалась сталь. - Посмотри на себя! На кого ты похож? Мы твои друзья, чёрт побери! — Вы ничего не понимаете! — голос Майки сорвался, выдав отчаяние, которое он так яростно скрывал. -  Вы не можете понять! Просто… оставьте меня в покое!    Он резко дернул руль, пытаясь их объехать, но Баджи ловко перекрыл ему путь, заставив сбросить скорость. — Ладно! — Баджи почти взревел, его глаза горели. — Не говори нам ничего! Храни свои чёртовы секреты! Но, по крайней мере, позволь нам быть рядом!    Майки замер, его байк рычал на холостых оборотах. Дыхание срывалось с губ клубами пара. Он смотрел на них, своих самых лучших друзей, и не мог понять, когда же он забыл об их невероятной преданности. Они не знали о семье Ханма. О Кенджи. О Рюзаки. Они просто видели, что их друг медленно тонет, и решили протянуть руку помощи.  — Мы не спросим ни о чём, - тише, но твёрдо сказал Дракен. - Просто скажи, куда едешь. И мы поедем с тобой.      Манджиро сжал зубы. Гнев ещё кипел в нём, смешанный со страхом и беспомощностью. Но сквозь эту бурю пробивалась тонкая нить облегчения. Он не был один.    Сано резко кивнул, не в силах вымолвить слова, и снова рванул вперёд. Но на этот раз рёв его мотора был не одинок — его тут же подхватили три других. Они мчались рядом, не отставая ни на шаг, не зная пункта назначения, не зная причины его боли. Им было достаточно того, что он — их командир, их друг — был в беде.    И пока четыре мотоцикла разрезали зимнюю ночь, Майки впервые за долгие дни почувствовал, что тяжесть на его плечах стала хоть на грамм легче.

***

   Вскоре они остановились возле дома семьи Ханма, разрезая гробовую тишину рёвом моторов. Майки ненавидел это место всеми фибрами души, потому как каждый угол этого дома напоминал ему о ранах Рюзаки. Хотя раньше ведь всё было иначе. Он уже бывал здесь до всего этого ада, когда они с Рю только познакомились, даже был у неё в комнате.  «Достав из сумки маленький блокнот и ручку, которые Рюзаки всегда носила с собой, девушка быстро написала свой номер на листке и вырвала его. Подходя к парню, Ханма поцеловала его в щёку и протянула листок: — Пока, Манджи, - улыбнувшись, протянула она, отдавая ему лист, скорее отворачиваясь и идя в сторону дома, так как сама уже покрылась румянцем.» «Склонив голову, она уснула у Майки на плече. Когда голова Ханмы коснулась его, он чуть не подпрыгнул, думая, что она снова прикалывается над ним, но потом понял, что она просто устала. Вытащив руку, которая оказалась между их телами, Сано приподнял её, кладя на её плечо. Приобнимая подругу, он иногда поглядывал на неё. Фильм уже не настолько интересовал его, потому парень поспешил выключить его. «Что же ты за человек, Рюзаки Ханма?», - вертелась мысль у него в голове. Посидев так ещё немного, Манджиро аккуратно взял её на руки и положил на кровать, прикрывая одеялом. «Красивая», - улыбнулся он и поспешил выйти из комнаты также, как и попал туда - через окно.»    Тогда бы он и в жизни не поверил, что же в итоге за человек Рюзаки Ханма. Она и тогда не казалась ему обычной хрупкой девчонкой, однако сейчас он чётко знал, что Рю — очень сильный человек, наверное, один из самых сильных людей, что он знает. В момент он осознал, как же они с ней всё-таки похожи. Возможно из-за этого и возникает это магическое чувство притяжения между ними. Кто знает?     Майки подошёл к калитке и незамедлительно нажал на кнопку звонка, ожидая ответа. Ворота бесшумно разъехались, и за ними показался взрослый мужчина, дворецкий, с непроницаемым лицом. — Господин Ханма ожидает Вас в своём кабинете, - произнёс он, как будто их визит был запланирован.    Друзья Майки молча последовали за ним, чувствуя ледяное напряжение, исходящее от их лидера. Они шли по безупречно чистым коридорам, и каждый их шаг отдавался гулким эхом.    Кенджи Ханма сидел за массивным дубовым столом. Он был спокоен, как всегда. В руках красовалась ручка, кажется, он занимался какими-то бумагами. Из-под очков показались его зелёные глаза, блеснувшие в полумраке комнаты. Его взгляд скользнул по всем четверым, но в итоге остановился на Майки. — Манджиро Сано, - произнёс он. - Что за честь? — Где Рюзаки? - голос Майки прозвучал низко и опасно. Он не стал тратить время на церемонии. — Прости, я не понимаю, о чём ты говоришь. Моя дочь не здесь. - Кенджи медленно отложил ручку, которую держал в руке.  — Не ври мне! - Майки шагнул вперёд, его кулаки сжались, и он почувствовал, как в горле тут же возник ком. Что значит «не здесь»?    Дракен едва уловимым движением приготовился его сдержать.  — Её нет в доме Акиры! Дверь была открыта, она исчезла! Только ты мог её забрать! - Его зубы скрипнули от злости, и Майки тут же почувствовал, как проигрывает в этой бесконечной игре холоднокровных убийц семьи Ханма. Сколько же раз Рюзаки отстранялась, пыталась уйти подальше от спокойной жизни с ним и Акирой? Сколько раз она молила его оставить её в этом ледяном мире?     Искреннее недоумение мелькнуло в глазах Кенджи. Оно было настолько естественным, что на мгновение даже Майки дрогнул. — Сано, - сказал Кенджи, и в его голосе впервые зазвучали нотки не терпения, а чего-то иного. - Я не прикасался к своей дочери. Если то, что ты говоришь, правда... значит, с ней что-то случилось.    Тишина в кабинете стала ещё громче, ещё раздирающе. Баджи и Мицуя переглянулись. Дракен же не сводил глаз с Кенджи, пытаясь понять, лжёт ли он. Парни не понимали полностью, что творится в семье Рю, а в особенности между её отцом и Майки, однако это было неважно. Они были здесь ради Майки, ради своего друга. Разве не это самое главное?     Вдруг в коридоре послышались чьи-то быстрые и нервные шаги, на удивление довольно громкие, что тут же подметил Майки, глядя в сторону. Тяжелая, массивная дверь кабинета с грохотом распахнулась, ударившись о стену. В проеме, запыхавшись, стоял дворецкий. Его обычно бесстрастное лицо было искажено ужасом, мундир растрепан.    Кенджи Ханма нахмурился и встал с кресла, опираясь руками на стол. Странность за странностью. Внезапное исчезновение Рюзаки, визит Сано Манджиро и запыхавшийся дворецкий.  — Господин Ханма! - его голос сорвался на визгливый шепот. - Только что... машина... черный внедорожник с тонированными стеклами... Остановилась у ворот, не заглушая мотор... Из окна передали... - Он сделал судорожный вдох, пытаясь выговорить самое страшное. - Передали, что Рюзаки-сама... что она прямо сейчас... умирает. В муках.