Часть 6. Где ты, мой новый герой?

Девушка выбежала из качалки со всех ног, стараясь перевести дыхание. В голове был самый настоящий рой мыслей о том, что только что с ней произошло – у неё произошёл первый поцелуй и, что самое главное, с Кащеем! Это просто неслыханно! Анну будто бы разрывало с разных сторон от разнообразного спектра эмоций: с одной стороны она пылала от разрастающегося гнева – как Кащей, такой как он, посмел даже думать о ней с такими интимными намерениями, а тем более – так бесцеремонно прикасаться, красть её первый поцелуй, такой важный момент. Но с другой, девушка никогда не испытывала ничего подобного: этот жар, пылающий где-то в груди, ощущение, будто весь воздух перекрыли в лёгких, приятное томление внизу живота, завязавшееся тугим узлом, когда чужие губы так глубоко изучали её… Эти эмоции вызвали целый табун мурашек по коже, а лицо всё зарделось, проявив яркий румянец на щеках. Потом появилось, неизвестно откуда взявшееся, чувство стыда – на самом деле, она понимала, что рано или поздно это случится, и, честно говоря, давно уже этого желала. Ей ведь было уже 18, ближе к 19-ти даже, а она ни разу не целовалась, при том, что подружки уже ни одного парня успели сменить и имели куда более взрослые отношения с ними. Да уж... Эмоции ещё те, от такого-то важного момента! Только вот, мечтала она, конечно, о другом – о чём-то более сказочном, нежном и романтичном, с человеком, которого бы она любила первой и искренней любовью, а не о таком – в старом, замызганном подвале, с бывшим уголовником, пусть и другом из детства, поцелуе со вкусом алкоголя и табака. Хотя, чем не сказка? Кащей есть, Снегурочка или Царевна – тоже. Лягушка что ли? Только вот в сказках всегда должен быть Иван-царевич, с которым и следует целоваться. Её-то сказка уже сложилась как-то по-другому… Находясь полностью в океане своих эмоций, девушка и не заметила, как к их подъезду подошли братья в компании Зимы и Турбо, возвращаясь со своего небольшого застолья, где обсуждали дальнейшие планы на будущее: в стране ожидались перемены, это чувствовалось везде, и, будто бы как в строчках из песни группы «Кино», каждый пытался найти своё место тогда, когда эти перемены наступят. Заметив девушку у подъезда, ребята поспешили к ней. – А ты чего тут, Анют? – это был Вова, внимательно глядящий на то, как девушка старалась скрыть всю ту бурю эмоций, написанную у неё на лице. – Дома же была. – А... Да так, вот за тортиком решила сбегать быстро, пока вас нет. – желая отвести внимание от своего красного, как помидор, лица и сделать его абсолютно невозмутимым, Аня повертела коробкой с лакомством. – Вот, твой любимый «Сказка». А, ну и прогулялась заодно. – Всё хорошо? А то ты какая-то перепуганная.. – да уж, конспиратор из неё был не очень, ну или это Вова слишком хорошо знал сестру. – Да, что ты, всё отлично! Как посидели? – она быстро перевела тему, подойдя к парням и улыбалась своей самой искренней улыбкой. – Хорошо, вот одно дело обсуждали как раз. – Турбо, обычно грубоватый и резкий, тоже расплылся в улыбке, а Зима смотрел на девушку самым преданным щенячьим взглядом – стоило ей только обратиться к ним. – М? – она вопросительно на них глянула, мол, что они в очередной раз придумали. – Та завтра в 6 утра пойдём на дорогу, у водил деньги отжимать. За проезд! – слегка восторженно, с предвкушением, поделился с сестрой Марат, но быстро заметил, что она слегка изменилась в лице. – Так, давайте-ка все по домам, пора уже. Нас, наверное, заждались. – Вова, предвещая то, что сестре наверняка не совсем понравится их вид деятельности и она обязательно скажет, что вымогать деньги – идея плохая, решил развести ребят, тем более, что их действительно ждали. – Хорошего вечера! Валера с Вахитом ушли, а Суворовы поскорее направились домой. Встретила их, по обыкновению, Диляра, которая явно не ожидала вместо одних только сына и падчерицы, как это было обычно, увидеть вместе с ними ещё и старшего пасынка – любимого Вову, который, весь такой красивый и благородный, стоял в форме со знаками отличия, неожиданно приехав домой на целую неделю раньше. Диля вообще была, в этом плане, отличной женщиной – она относилась к старшим детям своего мужа так же, как и к своему сыну, никогда их между собой не разделяя, так как это могло сильно навредить их семье. Радостно его обнимая, она пригласила их всех на кухню, ужинать. Отец тоже был очень счастлив – при всей сложности его характера и разных моментах в отношении с детьми, старшего своего сына он очень любил, а теперь ещё и очень гордился, ведь тот теперь был героем, прошел самую настоящую войну. И вот, теперь они наконец-то все вместе, всей семьёй ужинают, разговаривают, смеются. Отец в хорошем настроении, Вова рядом сидит и рассказывает свои невероятные истории со службы, а потом – наконец-то играет на гитаре, впервые за два года. Аня тоже садится за инструмент, исполняя на фортепиано. Диля их всех хвалит и говорит, как гордиться… Как же давно этого не было и как этого не хватало, как же Аня за этим скучала! Порой, Володя рассказывал вещи, от которых дыхание перехватывало, о войне, о людях, там, в далёком Афганистане... Папа с ним Америку обсуждал, Горбачёва, политику. Сама девушка периодически что-то рассказывала о себе или о том, что в жизни происходило за эти два года, поэтому, окунувшись в новый омут эмоций, и думать забыла о Кащее. – Эти твари Стингеры духам поставляли... – Вова, хоть и спокойно говорил о войне, но очень серьезно и Аня видела, как он в лице менялся периодами. – Они всех там в угоду своих интересов поставили, а у людей теперь нет ничего. – Да... А мы перестройку строим. – отец пил всякий раз, когда речь об этом заходила. – Гласность, демократия.. А чем это в итоге обернётся – неизвестно. – Горбачёв говорит, через год тут Америка настанет, может лучше всё будет. Но судя по тому что там… такая себе эта их демократия. Аня видела, что брату сложно пока всё это ещё осознать. Часто, ещё ожидая Вову со службы, она думала, каким же он вернётся после всего того, что там увидел – смерть, боль, войну.. Будет ли это тот Вова, который их оставил в 87-мом? Сейчас, сидя рядом, девушка видела, что вроде бы это тот же её старший брат, прежний их дорогой Вова, но что-то в нём поменялось... Изменилось в глазах, во взгляде. Но вот что, девушка пока разгадать не могла. Они сидели долго, обсуждая всё на свете, и могли бы сидеть столько же, но уже за полночь Диля всех заботливо погнала спать, потому что утром всё нужно было рано вставать и идти по делам. – Ой, и вправду.. Мне же в институт с самого утра, к первой паре. – Да, а Маратику – мачеха заботливо потрепала сына по голове. – в школу, так что всем быстро спать! Уже перед тем как ложиться спать, Аня, Вова и Марат все сидели у девушки в комнате, забравшись под одно одеяло, подобно тому, как делали это в детстве, рассказывая при этом какие-нибудь секреты. Это маленькое действие из детства затрагивало в душе какие-то особо тонкие струны, поэтому так хотелось остановить мгновения, чтобы вновь почувствовать себя детьми. – Ну что, молодёжь, что у вас там на личном? – Вова выжидающе хитро рассматривал своих младших. – Особенно у тебя, Аня, жених какой-нибудь появился? Анна, услышав это самое «жених» моментально стала пунцовой, хотя думала, что в очередной раз ответит спокойно – что тут переживать, у неё же и вправду нет никого. Но она сразу же вспомнила о том, что сегодня произошло, поэтому эмоции захлестнули её с новой силой. – Ты что, Вовочка… какой жених?! – она попыталась придать серьёзности своему голосу и была рада, что свет выключен и братья не видят её красного лица. – Нету у меня никого! – Ага, у нашей недотроги нет никого, она у нас гордая. Даже не целовалась ни с кем! – Марат выпалил это и сразу же засмеялся, а Аня, прекрасно знающая, что сегодня с ней было, набросилась на него с подушкой и младшие сразу же устроили импровизированное сражение. Лишь бы только никто не увидел её окончательного смущения. – Ах так! А ты, мелочь, небось своей Айгуленьке любимой даже позвонить боишься?! – она накинулась на него и принялась что есть силы щекотать, отчего Марат никак не мог увернуться и всё, что ему оставалось делать – зайтись в очередном приступе громкого смеха. – Так, отставить шум! – Вова принялся разнимать младших в попытке их утихомирить, так как время позднее было. – Вы сейчас не только родителей, весь дом перебудите. Марат наконец-то перестал смеяться, когда Аня его отпустила, а сама девушка всё ещё ужасно смущаясь, закрылась полностью одеялом. – Так, ну с тобой всё ясно. Хорошо. А что это за Айгуленька такая? – теперь пришла очередь Марату отдуваться и Аня, высунувшись из-под одеяла, победно проговорила: – Ой, да есть тут у нашего Ромео Джульетта одна. – Если бы сейчас был включён свет, все бы непременно увидели как теперь уже Марат слегка покраснел и смутился. – Из музыкальной школы, да, Маратик? – Да, есть. И между прочим – младший тоже старался говорить уверено. – Я не только звонил ей, но был у неё дома. Так что, сестренка, ты тут не права. Они так ещё побыли немного времени вместе, после чего братья оставили девушку и пошли спать к себе. А вот Аня, когда осталась одна и стала прокручивать в голове весь сегодняшний день, заснуть всё никак не могла. Она снова вспоминала этот несчастный поцелуй, будь он не ладен! И надо же было Марату ляпнуть, и именно сегодня! Девушке вспоминалось всё, хотя она совершенно не хотела об этом думать, мысли всё равно лезли в её голову, мешая сну наконец-то прийти. Она думала о Косте, об этом подвале, его дружках... О его чертах лица, глазах, смотрящих ей прямо в душу. О его губах, бесстыдно изучавших её губы... Аня снова зарылась лицом в подушку, стараясь отогнать его образ из головы, и, спустя какое-то время, наконец-то провалилась в беспокойный сон, наполненный всё теми же эмоциями и образами. ************ На следующий день, когда девушка проснулась, парней уже не было. Видимо, пошли, как и хотели, деньги у водителей на трассе зажимать. Она им так вчера ничего и не сказала, хотя, конечно, была против. Она так надеялась, что старший брат, когда вернётся, подаст Марату пример, отвадит его с улицы. А на деле, даже спустя армию, Вова и сам туда, на эту глупую улицу, идёт, таща за собой Маратика. Ну вот, что с ними делать? Говори, не говори.. Всё по-своему сделают. В университете день прошёл быстро, поэтому, девушки – Аня и две её подруги Юля и Яна – возвращались вместе, решив пройтись, так как была неплохая погода: – Ой, девочки, кстати. – проговорила Юлька, одна из подруг, анина одногруппница, которая жила в другом районе. – Сегодня в нашем ДК дискотека, мы с Мишей идём. Вы не хотите пойти? – Там, наверное, будут одни группировщики, раз ты с Мишей со своим идешь. – Яна, ещё одна из подруг, была с анькиного района, но училась на другом направлении в этом же университете – была будущей учительницей математики. – Меня отец точно не пустит. – Ну, да, и что? Тем более, сейчас куда не плюнь, везде группировки. – Юля надула губы, так как знала, что Янке не нравится, что та начала встречаться с Мишей из группировки «Разъезд». – Вон, Анька с двумя группировщиками под одной крышей живёт, между прочим. И ничего, как видишь. Кстати, а ты как, пойдёшь? – Хм, не знаю... – Аня пошла бы с удовольствием, так как обожала танцевать и ходить на дискотеки. – Я вообще с радостью, лишь бы Вовка отпустил. Потом, ещё немного поболтав, девочки разошлись – Юля пошла к себе на район, а Аня с Яной – к себе. Зайдя в квартиру, девушка обнаружила, что оба её брата уже были дома и Марат, по видимому, прогулял школу. – Ну что, как ваши сегодняшние успехи по отжиманию денег у честных водителей? – она прошла на кухню, где братья уже успели пообедать. – Вполне успешно. Много вышло сегодня. – Андрею и его маме за шапку возместили, 25 рублей. – поделился с сестрой Марат. – Ого... И это 25 вы только возместили.. – примерно прикидывала в своей голове девушка, сколько же они денег всё-таки вытрясти за сегодня. – Много денег по итогу-то? – Да, в целом, хорошо. Вот, с пацанами поделили поровну. – сказал Вова. – Сегодня вечером по такому поводу идём в ДК на дискач. Сто лет на дискачах не был. – Ах, да, кстати о дискотеке. – Аня, заговорчески смотря на братьев, проговорила. – Вы в курсе, что я иду с вами? – Что?? – Марат поглядел на неё глазами по пять копеек и аж подавился своим чаем. – Ты? И на дискотеку? Моя сестра, что, пойдёт на дискотеку? – Вообще-то, дорогой Маратик, если я ни разу не ходила туда с тобой и с твоими гопниками, не значит, что я не ходила вообще. Я, между прочим, очень люблю танцевать. Меня подружки из института зовут. Вова недоверчиво сначала посмотрел на сестру: все-таки, там были группировки, было рискованно её брать с собой. Тем более, она у них нежная, вдруг что не так пойдёт. Но с другой стороны, она девочка взрослая уже была, да и пошла бы она точно с ними, а по факту весь Универсам бдел бы за ней так, что ни один волосок с головы не упадёт. – Вовочка, – девушка взяла брата за руку и посмотрела на него самым невинным и чистым взглядом, на который была способна. – Ты же против не будешь? – Ань, ну я не знаю. Вдруг что не так? – Ну Вова, ты же там будешь, я буду с тобой! И ничего не случится. – она всё ещё продолжала стоять на своём, надеясь, что брат все-таки позволит. – Ну пожалуйста, Вовочка! – Ай, ладно! Пойдёшь со мной, у меня как раз дамы нет на вечер. – брат ей подмигнул и улыбнулся, от чего девушка сама расплылась в радостной улыбке. – Только ты главное будь осторожна, а то украсть такую сестру могут. Быстро поглядев на время, Аня поняла, что следует начать собираться, так как вечер уже близился, а прихорошиться тоже время немало нужно. Она побежала к себе, чтобы навести марафет. Девушка обожала красиво наряжаться, приводить себя в порядок и хорошо выглядеть, особенно, когда был повод. – Так, ну я тогда сейчас за девчонкой своей сгоняю и подкачу, а вы тогда без меня идите. – Марат собирался поехать за Айгуль и наконец-то впервые появиться с ней на дискотеке перед Универсамом. – Ой, Маратка, что же ты, сегодня с дамой будешь? – Аня вновь решила слегка подколоть младшего, но он уже убежал, когда она это проговорила, выходя из комнаты. Спустя час сборов девушка придирчиво осмотрела своё отражение со стороны. В зеркале трюмо отражалась красивая девушка одетая по последней моде: широкие джинсы-варенки, которые были настоящим дефицитом, ярко-малиновый объемный свитер и такого же яркого цвета огромные серьги-кольца в ушах. На ногах были ботинки, на очень модной тогда, платформе белого цвета, а сверху девушка планировала набросить шубу в далматиновой расцветке, которую отец ей привез только этой зимой из Москвы. И без того объемные кудрявые волосы были высоко уложены в огромный начес, а серо-голубые глаза были ярко накрашены блестящими тенями и густо подведены. В целом, образ выглядел очень стильно, поэтому девушка довольно усмехнулась своему отражению. – Ну чë ты там, долго ещё? – Вова, видимо с непривычки, уже прилично долго стоял её и ждал, полностью готовый. – Иду, одну секунду. – Аня вышла из комнаты, встав у зеркала в прихожей, и быстро накрасила губы блеском, уже собираясь выходить. – Так, я готова! – она покружилась перед старшим братом и отвесила ему шуточный реверанс. – Ну, чумааа! – Вова довольно её оглядел с ног до головы и улыбнулся. – Сегодня весь ДК в штабеля ляжет, как только ты зайдешь. – Мерси. – Аня тоже оглядела брата, который стоял при полном параде в своей военной форме, и был особенно в ней хорош. – Ой, ну и ты тоже ничего. – она хихикнула, прикрыв ладонью рот. – Тоже выглядишь отлично, тебе очень идёт форма. ************ Доехали до ДК они быстро, где уже встретились с Турбо, Зимой, Сутулым и ещё некоторыми ребятами. Аня, как и говорил Вова, сразу же обратила на себя внимание всех – она и так была очень красивой, а сегодня, будучи такой нарядной, выглядела ещё необычнее и краше. Когда они зашли, дискотека была в самом разгаре: во всю из колонок играла группа «Мираж», горели разноцветные огоньки в полумраке вечернего ДК, множество молодых парней из разных группировок вместе со своими девчонками стояли в своих кругах и танцевали. Атмосфера была очень весёлой. – Есть чë ловить, есть. – довольно произнёс Вова, уже предвкушая сегодняшний вечер, ведь он так давно не был на подобного рода мероприятиях. Ребята тоже пристроились в круг Универсама и Вова наказал Ане далеко от него не ходить, мало ли что. В принципе, девушка не особо-то и хотела нарушать обещание, данное брату, поэтому спокойно встала с остальными ребятами. Где-то вдалеке она заметила чёрную макушку своей подруги, а потом и саму Юльку, танцующую в кругу вместе с разъездовскими. Спустя где-то полчаса в ДК появился и Марат, приведя с собой и миловидную русоволосую девочку – должно быть, эту самую Айгуль. Со стороны они выглядели так мило, когда Марат что-то объяснял ей на ухо, а она смущённо улыбалась. Они тоже быстро пристроились в круг к ребятам, встав рядом с Зимой, Вовой и Аней. – Вот, это моя старшая сестра – Аня. – Марат подвёл к девушке свою спутницу и та протянула ей руку. – Аня, это вот Айгуль. – Очень приятно познакомиться, я много о тебе слышала. – Аня улыбнулась и теперь могла наконец-то увидеть ту, кто так сильно запал в душу ее братцу. Девочка была определённо очень милой и хорошенькой, но ещё, очевидно, ребёнком: полностью зацвести ей ещё только предстояло. – Мне тоже очень приятно. Марат говорил, что у него сестра есть. – девочка тоже улыбнулась Ане и встала рядом с ней, вклиниваясь в весёлый танец. После «Богатырей» Стаса Намина снова включили «Мираж», отчего круги несколько расширились, а девчонки подались вперёд, ведь песня «Новый герой» в последнее время звучала из каждого утюга и все девочки её знали. Аня, наконец-то встретившись, с Юлей и горячо с ней обнявшись, выбежала с ней за руку поближе к сцене, где стояли колонки, и громко пела, не замечая никого вокруг: – «Где ты, мой новый героооой? » – девушки весело танцевали, взявшись за руки и во всё горло пели всеми известные слова – «Ты будешь здесь, я знааааю…» – «Тебя устала я ждааать, сломай замки и двееери»… И тут, внезапно, Аня почувствовала как будто бы её кто-то толкнул, или она кого-то толкнула, так как в спину как будто бы что-то прилетело: – Извините пожалуйста! – она, всё так же, не глядя бросила кому-то своё извинение, даже не перекричав музыку. – Ты когда пляшешь, дура, хоть смотри куда! Лицом, у тебя же на затылке глаз нет! – этот кто-то явно был зол, но, как только Аня услышала его голос, сразу же вновь покрылась мурашками и медленно повернулась на говорящего. – Костя, ты? – перед удивленной Аней стоял он – Кащей собственной персоной. И именно его она только что случайно толкнула. И откуда он вообще тут взялся? – Суворова? Ты? – Кащей, казалось, был не менее удивлён. Сначала со спины он её даже и не узнал, подумал, очередная дура скачет так, что переломает ноги всем стоящим рядом. А потом она обернулась и… Снова эти серо-голубые глаза, взгляд которых он каждый раз видел во время очередных «приходов» от черняшки. Кащей был в ДК не просто так. Сам на дискотеки он не ходил, считая это делом для скорлупы, а не для такого автора как он, поэтому сам факт того, что великий и ужасный Кащей из Универсама был тут в это время – уже из рода фантастики. Но сегодня здесь на втором этаже проходила встреча с авторитетом группировки «Разъезд», с которыми в последнее время у универсамовских были тëрки. Встреча уже завершилась, поэтому можно было наконец-то отсюда уехать, оставив ДК чисто для танцулек скорлупы. Так что, Костя преследовал чисто деловые цели, находясь здесь. И тут такое… Снова эта Суворова, и снова, будто бы в насмешку. Не произнеся больше не слова – лишь не надолго задержав взгляд на ней – Кащей поспешил к выходу. Универсам лишь, разинув рты, и с глазами по пять копеек, уставились на уходящего своего автора: чтобы Кащей пришёл в ДК во время дискотеки... Такого не было никогда! Вова тоже заметил его, а потом увидел сестру, со всех ног бегущую в его сторону. – Ты где была? Я тебя не видел сейчас. – он взял её за руку, когда она подошла к нему и встала снова рядом. В её глазах снова читалось волнение. – Да я так, с девчонками под «Мираж» у сцены танцевала… Всё хорошо, я тут. – Она вроде бы выглядела спокойно, но то и дело поглядывала на дверь, за которой скрылся Кащей. Вова напряжённо смотрел туда же. – Ладно, но в следующий раз предупреждай, хорошо? – Конечно. А потом врубили Игоря Талькова по заказу какого-то парня, поэтому все медленно стали растекаться по парочкам. Марат аккуратно пристроился к Айгуль, а Вова уже подцепил какую-то длинноногую девицу, имени которой Аня не знала. Она тихо отошла к стене, надеясь передохнуть, и снова подумала о Кащее. Какого чёрта он вообще тут сегодня появился? Это, что, насмешка судьбы, что он появляется везде, где ходит она. Ещё и под песню такую, ну надо же, «Мой новый герой». Ага, конечно… Герой. Краем глаза Анна увидела Андрея Васильева, который стоял рядом с какой-то молодой девушкой в милицейской форме – кажется, Марат говорил, что это инспектор ПДН, поэтому она с Андреем знакома. Достаточно молодая и красивая… стоит тут и видимо бдит за порядком. Андрей выглядел каким-то расстроенным. – Не хочешь станцевать? – Васильев подошёл к Ане и протянул руку, приглашая на танец. – Давай, Андрюш. – Девушка охотно приняла приглашение и улыбнулась другу младшего брата. – Танцевать я люблю. Они медленно кружились под размеренный темп музыки и красивый голос Талькова, тихо переговариваясь друг с другом: – Ты её хотел пригласить, да? – Аня указала в сторону молодой девушки-милиционера – Кто она? – Это инспектор ПДН, Ира. Ой, то есть, Ирина Сергеевна. – Андрей запнулся, и, как показалось Ане, смутился. – Она сказала, что не танцует, следит за порядком. – Что ж, это её работа. Когда композиция закончилась ребята разъединились, снова вставая в общий универсамовский круг, чтобы вновь танцевать под весёлую музыку. Наконец-то включили любимый «Ласковый Май» и их «Седую ночь». – Благодарю за танец, Андрей. – Аня снова ему слегка улыбнулась. Музыка продолжала звучать, ребята танцевали, всё было хорошо, но ровно до того момента, когда в ДК резко раздались крики и началась массовая драка: совершенно неожиданно Андрей подошёл к кому-то из разъездовских и ударил его, тем самым спровоцировав замес. Девушка из ПДН сразу же засвистела в свисток, пытаясь всех остановить, но было тщетно – драка уже началась. Аня резко потеряла из виду обоих братьев, а заодно, и Айгуль, поэтому не на шутку испугалась. Её кто-то больно ударил в живот, так как она попала под руку, когда пыталась выбраться. – Вова, Марат! – она пыталась перекричать и без того шумное помещение, а потом встретилась глазами с обеспокоенным Вовой, который тоже, видимо, потерял её из своего поле зрения. – Вова, Боже! На него кто-то налетел, и он начал отбиваться, а Марат куда-то потащил Айгуль, стараясь её обезопасить. Аня всё ещё пыталась пробраться хоть куда-нибудь, но в относительно безопасное место, если такое вообще существовало сейчас. Спустя несколько мгновений – неизвестно, сколько – в помещение ворвался целый милицейский отряд, который оперативно начал разнимать всех дерущихся. Увидев стражей порядка, все кинулись врассыпную, чтобы не попасться и не уехать в участок, так что Аня уже точно потеряла из виду не только обоих братьев, совершенно не имея понятия, где они, но и остальных ребят из Универсама. Поэтому, ничего лучше, как выбежать на улицу, пока есть время и возможность, она не придумала. Даже не забрав шубу из гардероба, она выскочила на морозный воздух, надеясь, что хоть тут она найдёт кого-нибудь из своих. На улице тоже было столпотворение людей: кто пытался сбежать, кто был из милиции и уже грузил пойманных в машины, а Аня беспомощно оглядывала пространство, ища Вову или Марата, ну или хоть кого-нибудь из Универсама. Казалось, через секунду она могла бы расплакаться от обиды и страха, но тут Аню кто-то крепко схватил за руку, быстро затащив за угол ДК, так, что девушка даже пикнуть не успела. – Тише, не рыпайся, дуреха! – уже немного в безопасности, там где никого не было, Аня снова узнала этот голос. – Хочешь, чтоб и тебя повязали? – Костя, ты? – она снова удивлённо уставилась на того, кто её вытащил сюда. Да уж, вот и новый герой... – Откуда ты тут? – Да не кричи ты! Сейчас, дойдем до машины – ори сколько влезет, но тут молчи, поняла? – он, казалось, был раздражён. Всё ещё держа девушку за руку, он вёл её в сторону припаркованной машины, чтобы теперь уже точно уехать с этого места. – Кость, пусти меня! – тут, уже на расстоянии от ДК, Аня поняла, с кем находится, поэтому теперь напряглась от этого. Они снова были наедине, мало ли что ему в голову взбредёт? – Мне домой надо и братьев искать. – Пустить? – он удивлённо на неё уставился, чуть не рассмеявшись. – Хочешь, сразу к ментам приведу, чтоб ты не утруждала себя? Аня, услышав эти его слова, остановилась уже возле его машины и уставилась прямо на него. Да уж, ситуация такая, что сейчас без него не обойтись, действительно, он единственный, кто хотя бы в теории может ей помочь, как минимум, не оказаться в милиции. – Ладно, да. Ты прав. – девушка смотрела прямо в глаза Кащею, где заблестели искорки удовлетворенного эго. – Но только мне братьев найти надо, не могу же я без них уехать. – Твои брательники, оба, неизвестно где сейчас. Может повязали уже, а может сбежать успели. – Кащей говорил резко, грубовато, но не кричал. – Хрен их знает где Адидасы! Если ты сейчас, дура, пойдёшь их искать, то тоже нарвешься на ментов. Молодой человек заметил, что девушка, по-видимому, обиделась на его тон, потому что на лице у неё был написан целый спектр эмоций – от негодования до испуга и обиды. Поэтому, на сколько он это умел, сказал мягче: – Так что быстро сейчас в машину и я отвезу тебя домой. А там по факту разберёмся где носит сейчас твоих братков. – Но у меня шуба там, в ДК осталась... Не могу же я… – Аня действительно очень хотела домой и была согласна даже на кащеевскую машину, лишь бы только оказаться дома и понять где её братья. К тому же, было ужасно холодно. – Нет щас времени искать шубу твою, менты сейчас там! – Кащей тоже заметил, что Аня съежилась от холода уже. – На вот, моё пальто и в машину бегом! За шубой завтра за твоей заедем. Он быстро снял с себя своё кожаное пальто, оставаясь в одной чёрной рубашке, и набросил на её хрупкие плечи. Она вся уже тряслась от холода. Быстро открыв дверь, пригласил в машину, и Аня села на переднее сиденье. Ехали быстро – Кащей водил не очень аккуратно, но, в целом, девушке уже было почти всё равно, только бы скорее попасть домой. Он ехал, не отрываясь, смотрел на дорогу, а она периодически поглядывала на него, рассматривая его черты лица. Снова. – А если их в милицию забрали? – она обеспокоенно спрашивала у Кащея, где теоретически могут быть её братья. – Даже если и забрали, отпустят скоро. Кто ж им, блять, виноват устраивать замес на дискаче? – Кащей был раздражён. – Это не они! Кто-то разъездовского какого-то пацана ударил, ну и началось непонятно что! – Ну так тем более! Только старшие за порог – сразу все в разнос пошли, ну чë за херня? – Старшие? – Аня удивлённо посмотрела на Костю. – Поэтому ты там был? На дискотеке то есть… – она снова вспомнила то, как чуть не сбила его с ног. – Я, Царевна, – он тоже обратился к ней, держа в памяти момент этой их неожиданной встречи. – Дела там со старшими Разъезда решал, а не скакать под музыку скорлупы приехал. – Ты это... Прости за то, что я тебя чуть с ног не сбила. – Аня, хоть и побаивалась всё ещё Кащея, все-таки была вежливой, поэтому решила извиниться. – Всё, Царевна, приехали! Кучер доставил прямо в палаты. – Они уже подъехали к подъезду Суворовых, поэтому Кащей осторожно припарковался рядом. Он снова ухмылялся и будто бы смеялся над ней своими тёмными глазами, снова исследуя каждый сантиметр её лица. – Благодарю. – Она быстро сняла его пальто, насквозь пропахшее его едким одеколоном, и уже собиралась выйти из машины. – Кость, правда, спасибо, что довёз. А, и за пальто спасибо. Она тоже, буквально на мгновение, будто бы задержалась на своём месте, смотря прямо ему в глаза. Аня легко улыбалась, потому что в этот момент действительно искренне была ему благодарна. Решив не упустить, возможно, единственный шанс, Кащей вновь положил свои руки на её бедро, как бы останавливая, и в секунду снова соединился с ней в поцелуе. Этот был не таким, как вчера – более лёгким, коротким и воздушным. Он и сам от себя такого не ожидал, ведь ему всегда казалось, что целовать он может исключительно похотливо, желанно, страстно. Но с ней, как в самой настоящей сказке, Кащей, будто бы по волшебству, становился другим. Аня же на поцелуй снова не ответила – снова её накрыла лавина эмоций и она растерялась, не знала, как поступить. Первая разорвав поцелуй, девушка в последний раз глянула в глаза Косте и быстро выскочила из машины – снова щеки зарделись, а в душе поселился стыд. Неправильно это всё.