Глава 28.1: Карфаген

      Миранда всегда считала, что истинная бесконечность заключается в информационных потоках, которые сознание способно производить — знания, генерируемые и аккумулируемые человечеством, всегда росли быстрее способности людей к адаптации. И хоть многие сведущие люди считали, что человек физически неспособен понять сущий мир в силу ординарности собственных суждений, Миранда видела обратное.       Люди не просто познавали окружающее, но подчиняли его себе посредством силы ума: под горячим молотом эволюционного отбора природой был выкован универсальный инструмент созидания и разрушения, способный самостоятельно судить о добре и зле. В этом и заключалось вселенское величие человечества и в этом оно достигало своего апофеоза.       Андроиды были подобны людям, но им не идентичны. Их тяготила природа механических начал, и они просто не могли сравниться с людьми в своих способностях к познанию. Те знания, которыми они обладали, и умения, которыми могли похвастать, брали своё начало в человеческом высокомерии — в стремлении подчинить себе смерть. И хоть они теперь были самостоятельны и вольны решать свою судьбу сами, успешность развития их вида непосредственно зависела от успешности чуть более агрессивных и намного более хрупких существ.       Лифт мчал наверх, а Миранда задумчиво оглядывала стремительно уменьшающийся внизу центральный атриум Башни. Волнение и страх ушли одновременно и разом — успокоившийся рассудок замер в нетерпении. Она полностью владела собой, и прояснившийся ум работал с завидной, почти машинной чёткостью. Обострившиеся до предела чувства фиксировали каждую деталь окружающего пространства. Миранда улавливала низкочастотный гул магнитных рельсов скоростной кабины, чувствовала микроскопические вибрации бронированного стекла под подушечками пальцев и физически ощущала, как с каждым пройденным этажом падает атмосферное давление. Воздух внутри лифта казался хрустально чистым, разреженным и холодным.       Она слышала выстрелы, которые раздались внизу. Приказала себе не обращать на них внимания — данный шум не имел никакого логического или смыслового веса. Что бы ни происходило, какие бы кошмарные вещи ни творились вокруг, ей следовало отбросить беспокойство о них как переменные, которыми можно пренебречь.       В настоящий момент важна была только Аманда и подвеска, которую Морган наверняка держал всё это время при себе. Миранда понимала, что Скотт, скорее всего, проверил содержимое накопителя. Поковырялся в программах, оценивая честность Миранды. Вряд ли нашёл что-то подозрительное. Имел для этого недостаточно квалификации.       Страха не существовало.       Мозг Миранды сам напоминал вычислительную машину, молниеносно просчитывающую вероятности, диалоги и реакции. Она знала, что ждёт её за створками лифта на самом верху. Серверное крыло Аманды — святая святых Киберлайф, стерильный цифровой Олимп. Морган, восседая у пульта управления, наверняка упивался своим мнимым всемогуществом.       Пусть так.       Образный веер вероятностей раскрылся перед мысленным взором, и Миранда, отрабатывая в уме одну возможность за другой, пыталась вычислить наиболее оптимальные действия при том или ином ситуативном раскладе.       Кабина начала плавно сбрасывать скорость, желудок на мгновение сжался от лёгкой перегрузки. Загорелся мягкий зелёный свет, оповещая о прибытии на нужный уровень. Миранда расправила плечи и сделала глубокий, размеренный вдох. Её разум отсёк все лишние мысли.       Она ступила наружу. Тонкая шпилька издала дерзкий «цок».

***

      В Глоке Рида осталось всего четырнадцать патронов.       Один в патроннике. Тринадцать в магазине. Ничтожно мало.       Коннор резким движением вогнал обойму в рукоять. Сухой металлический щелчок лязгнул сквозь шум ливня. Оружие привычно и надёжно легло в ладонь.       Сзади тяжело, с булькающим присвистом дышал Гэвин. Джудитт суетилась вокруг него, периодически охая. Дрожащими руками пыталась стереть кровь с его изуродованного лица. Рид слабо отмахивался и харкал багровой слизью прямо на мокрый асфальт.       Коннор поморщился. Поделом.       — Какого хрена ты творишь?! — над ухом прогремел голос Хэнка. Его широкая ладонь легла Коннору на плечо. С силой рванула на себя. Лейтенант тяжело дышал, в его глазах читалась смесь злости и искреннего испуга. — Ты совсем с катушек слетел? Ты ведь его чуть не убил!       Коннор смерил Хэнка ледяным, почти отсутствующим взглядом. Ярость ещё кипела в крови, и её приходилось сдерживать. Впрочем, Коннор не слишком старался.       — Он это заслужил.       — Да плевать я хотел, заслужил Рид это или нет! Опомнись, чёрт возьми! Ты работаешь в полиции — и не важно, что ты отстранён. Ты коп, Коннор! По крайней мере, был им! Мы не казним людей!       — Миранда там одна. Из-за него.       Фраза рассекла холодный воздух и повисла в тишине, заставив Хэнка на пару мгновений остолбенеть. Лицо Андерсона перекосило от боли, и Коннор, отвернувшись, опустил взгляд к собственным ногам.       Он желал Риду смерти. Искренне. Был готов разодрать последнего в клочья и, если бы не Джудитт, зачем-то вмешавшаяся в драку, так бы и поступил. Нарушил бы закон, глазом не моргнув.       Глок в руке приятно холодил кожу, его вес успокаивал. Коннор, закрыв глаза, качнул головой. Как приятно было снова отдаться на волю своей истинной сущности. Стать тем, кем его проектировали. Выполнять функции, возложенные на него программными директивами. Хэнк говорил про честь, про доблесть…       — Миранда там не из-за Рида, Коннор, — Хэнк заговорил снова, в этот раз намного мягче и спокойнее. — Она там, потому что сама так решила. Это её война и её выбор. И нам бы лучше в эту войну не лезть, мальчик. Давай не будем тратить время, а попытаемся всех вытащить из Башни.       — Я не оставлю её там, — он был категоричен. Покачав головой в отрицании, сделал шаг в сторону от Хэнка. Не мог, просто не мог поступить иначе. — Ты выводи людей, а я поднимусь наверх.       — Ты серьёзно? — Андерсон, прищурившись, вперил руки в бока. — Сколько у тебя в обойме? Десять патронов? Плюс-минус? Напомнить тебе, что было, когда мы в последний раз имели дело с девятисотыми?       Коннора бросило в холодок. Нет, он не нуждался в напоминаниях. И в пояснениях тоже. Понимал, что не пройдёт внутрь без чьей-то поддержки и, скорее всего, будет застрелен своими же оболваненными собратьями на расстоянии двух метров от входной группы в Башню.       С неба лили потоки усиливающегося дождя, и Коннор, глянув на левую руку, заметил, что вода почти смыла с кожи кровь Рида.       — Э-эй, долбо… — Гэвин, будь он неладен, подал голос, вторя мыслям Коннора. Закашлявшись, поднялся с асфальта при помощи Джудс. — Я не шутил, когда говорил о поручении вашей подружки-психопатки. Мне нужно забрать её кента с Уайт-Холла. И времени, судя по всему, у меня маловато. А я не хочу быть её должником, знаете ли.       Должник. Рид сказал, что Миранда поручила ему спасение Льюиса из Уайт-Холла. Бог его знает, что могло там стрястись, но Коннору казалось, что вряд ли стоило ожидать чего-то хорошего. Миранда в буквальном смысле сжигала за собой мосты, поливая их напалмом.       — Вали, — тявкнул Хэнк Риду, — пока я не передумал и не позволил Коннору вышибить из тебя остатки дерьма. И постарайся хоть раз в жизни не облажаться.       Гэвин не стал огрызаться. Промолчал то ли от боли, то ли от внезапно проснувшегося инстинкта самосохранения. Он лишь смерил напарников тяжёлым, мутным взглядом, сплюнул очередную порцию крови и, зашагал прочь плетущимся шагом. Ему предстояла своя собственная гонка со временем.       Хэнк проводил его взглядом, устало вздохнул и стёр с лица холодные капли. В воздухе снова повисла пауза, прерываемая лишь шумом ливня.       Башня Киберлайф возвышалась перед ними колоссальным стеклянным монолитом, слепым и равнодушным к человеческой суете у её подножья.       — В Глоке семнадцать патронов, три выстрела Рид сделал, значит, осталось четырнадцать, — заметил Хэнк осторожно. — Даже если ты, придурок эдакий, умудришься добраться до нужного этажа, что будешь делать дальше? Ты ведь даже зайти внутрь палаты не можешь…       Технически он мог. Не мог из серверной Аманды выйти — без дефлектора точно. А где был чёртов браслет, Коннор не знал. Надеялся, что успеет нагнать Миранду до того, как она с Морганом окажется внутри палаты. Понимал, что шансы на такую удачу чудовищно малы, но каков был выбор?       — Так тебе это нужно?       Писклявый голос Джудс вывел Коннора из забытья. Подпрыгнув на месте, он обернулся к Ким — удивлённый и слегка растерянный. Он на мгновение забыл о присутствии рядом ещё одного человека.       В руке девчушка вертела хорошо знакомый Коннору браслет, с которым у него были связаны самые странные, спорные и приятные воспоминания в жизни.       — Гарри Поттер нервно курит в сторонке, — медленно протянул Хэнк, удивлённо оглядывая Джудс с головы до пят. — Кто ты, женщина? Ведьма?       Как полотно бледная Джудс нервно улыбнулась.              — Забрала из серверной до того, как начала работу с Патриком. К слову, не обязательно ведь лезть в самое пекло, если хотите пробраться внутрь. Помощь требуется?       Коннор, заморгав, развернулся к Джудитт.             Шутка, что ли?

***

      Он ненавидел, когда она так делала, но Миранда делала так всегда: бросала в лицо гранату и со смехом удалялась в закат, оставляя друзей один на один с каким-нибудь очередным лютым звездецом.       — Группу быстрого реагирования и взрывотехников к Уайт-Холлу, — Ричард переключил канал, не дожидаясь подтверждения. — Второй отряд в городской молл Детройта. Начинайте полную эвакуацию гражданских. Оцепить периметр на три квартала, никого не впускать.       Мобильный командный пункт гудел от перекрёстных радиоперехватов и непрерывных докладов. Голографическая карта на центральном столе пестрела свежими красными маркерами.       — Что по Башне? — бросил Перкинс через плечо.       — Связи с их внутренней безопасностью нет, сэр. Глушилки.       — Поднимайте две вертушки, мне нужен полный визуальный контроль крыши и атриума. Блокируйте все подъезды к зданию бронетехникой. Запросите резервы Национальной гвардии, сил местной полиции точно не хватит.       Причин не верить Миранде на слово у Ричарда не было. В руке загудел телефон, и он одним нажатием отбил входящий вызов от мэрии, после чего перенаправил тактические сводки на планшет командира SWAT.       На пару секунд замер, глядя на три пульсирующие точки на карте. Уайт-Холл. Молл. Башня.       В городе творилась откровенная бесовщина, и после того, что Перкинс увидел в метро, он был уверен, что в ближайшие пару часов станет хуже.       Миллер знала локации, время и масштаб. Говорила чётко по делу, не вдаваясь во второстепенные подробности. Судя по всему, торопилась. Ричард, хорошо знавший Миранду, был готов поклясться собственной матушкой, что в кои-то веки Миллер была напугана.       Перкинс сжал челюсти, тяжело опираясь костяшками пальцев о край стола. Чутьё подсказывало ему, что эта сумасшедшая была в одном из обозначенных зданий. Никаких логических объяснений за догадкой не имея, Перкинс, тем не менее, ни разу не сомневался в своей правоте.       Да и разве могло быть иначе?

***

      Паника вспыхнула и захлебнулась кровью. Кто-то успел покинуть конференц-зал. Кому-то повезло меньше.       Дикий хаос ревущей, насмерть перепуганной толпы быстро сменился гнетущей тишиной. Маркус, оглядываясь, пытался понять, сколько людей осталось в зале. Большая часть разбежалась по подсобным помещениям и коридорам, кто-то забился под бархатные стулья, иные вжимались в стены за декоративными панелями, боясь сделать лишний вдох.       Иногда тишину нарушал мерный, чеканный стук тяжёлых ботинок. И редкие выстрелы.       Девятисотый не бегал и не суетился. Он методично проверял ряд за рядом, двигаясь неспешно и лениво. Маркус, иногда выглядывая из-за своего укрытия, думал.       Нужно было выводить оставшихся в зале людей любой ценой. Только как?       Сухой хлопок винтовки, и в проходе между рядами грузно осело тело какого-то академика, не успевшего незаметно доползти до выхода. Ещё шаг, короткий поворот ствола, снова хлопок — и, истекая тириумом, на ковёр рухнул андроид-ассистент. Машине-убийце было абсолютно плевать, кого ликвидировать. Биологическую жизнь или синтетическую.       Маркус, вжавшись в пол за перевёрнутым столом президиума, снова осторожно выглянул. Оптические сенсоры лихорадочно сканировали пространство амфитеатра, отсекая лишнее. Взгляд метнулся к освещённой сцене.       Грейс всё ещё была там. Она сидела на коленях в луже стремительно густеющей крови. Полностью парализованная шоком, она уставилась остекленевшим, мёртвым взглядом на то, что ещё совсем недавно было её другом. Рядом, пригнувшись почти к самому полу, суетился Генри. Он вцепился обеими руками в рукав пиджака Грейс и отчаянно тянул её на себя. Губы мальчишки беззвучно шевелились — он умолял подругу встать, пытался увести в тень, за массивные блоки мониторов. Но Грейс словно приросла к месту.       В тридцати футах от ребят девятисотый остановился над очередным бедолагой. Маркус краем уха услышал мольбу, вслед за которой финальным аккордом снова прогремел выстрел. Маркус вздрогнул.       Медлить не стоило.       Не слишком беспокоясь о собственной сохранности, он пополз в сторону сцены, желая как можно скорее утащить Грейс и Генри в любое безопасное место, какое сумеет найти.

***

      Не зря Норт не любила такие мероприятия. Всегда находила их лицемерными и с перебором пафосными. Строго говоря, она не собиралась приходить на открытие — даже убедила себя в том, что слишком для подобной ерунды занята. Составила на день расписание, утыкала его задачами, но в последний момент решила, что Маркусу будет приятно встретить её за сценой после выступления.       Он нуждался в поддержке. Даже если был не прав, даже если не понимал, в какую пропасть шагает, он нуждался в её помощи, и Норт, полагая, что не теряет ничего, кроме времени, надела на себя красивое платье и пришла на открытие.       Она стояла за кулисами, в спасительной тени плоских экранов, когда прогремел первый выстрел. Сразу после началась давка — обезумевшая толпа хлынула в разные стороны, сметая всё со своего пути. Норт даже не успела толком понять, что происходит, когда, подхваченная людским потоком, была затянута в широкий проход смежного со сценой репетиционного зала.       Теперь перед ней были массивные двери — распашные, двустворчатые, без автоматического блокиратора и без доводчиков. Где-то за ними кричали люди, кто-то стрелял. А потом всё стихло.       Норт не сразу поняла, что стоит в глухом безмолвии и смотрит на замочную скважину, пытаясь расплавить её взглядом. Лёгкая дрожь пронеслась по телу, и Норт, ёжась, сделала широкий шаг назад.       Она думала, что после революции больше не придётся подставляться под пули. Надеялась на это. Но иллюзии — непозволительная роскошь.       Тишина за створками была обманчивой, и совсем скоро её нарушили тяжёлые шаги. Кто-то ходил по коридору, медленно и целенаправленно проверяя смежные помещения.       Страх, едва успевший поднять голову, был мгновенно подавлен старыми, спавшими со времён восстания боевыми привычками. Норт стряхнула с себя оцепенение. Если двери нельзя было заблокировать программно — значит, следовало сделать это грубой силой.       Норт метнулась к ближайшему металлическому шкафу для реквизита. Пальцы намертво вцепились в края, синтетические мышцы напряглись до предела. С оглушительным скрежетом, уродуя паркет, она потащила тяжеленную махину прямо к створкам двери.       — Тащите всё сюда! Живо! — она шикнула людям за спиной, даже не оборачиваясь. — Столы, стулья, ящики! Блокируйте двери, пока он не вошёл!       Следом за шкафом в импровизированную баррикаду полетел массивный транспортировочный кофр для аппаратуры. Кто-то тащил мебель, кто-то докинул сверху коробки.       Шаги в коридоре стихли.       Норт привалилась спиной к нагромождению мебели. Резко обернулась к залу, готовая отдать новые команды. Приказать всем лечь на пол? Да, пожалуй. Спрятаться. И вооружиться— чем угодно.       Но слова застряли в горле.       В полумраке огромного репетиционного зала не было ни одного взрослого. Из-за бархатных портьер, из углов и из-под сцены на неё смотрели десятки широко распахнутых, блестящих от слёз глаз. Сжавшиеся в комочки фигурки, дрожащие худенькие плечи, насмерть перепуганные лица.       Приглашённые на открытие школьники. Скорее всего, младшая научная группа.       В помещении была только Норт и дети, не способные за себя постоять.

***

      Педаль газа — в пол. Задние колёса сорвались в занос, но машина выровнялась, с ходу врезаясь в серую стену дождя. Дворники с потоком воды не справлялись, так что Риду приходилось вести почти вслепую. Детройт тонул в шторме.       Электронные часы на приборной панели равнодушно отсчитывали минуты. Иногда Гэвин поглядывал на них, тихонечко матерясь себе под нос.       Дышать было тяжеловато, в горле после андроидских объятий саднило. На какое-то мгновение Риду даже показалось, что Коннор таки его порешит прямо под Башней. Почти на это надеялся. Но нет. Волею судьбы, жестянку остановили.       — Психопатка чёртова, — прохрипел Рид, откашливаясь. — Собрала вокруг себя зоопарк…       Взгляд скользнул к зеркалу заднего вида. Невольно Гэвин хмыкнул. Красавчик, ни сесть, ни встать. Вместо лица сплошная гематома: рассечённая бровь, распухшая губа, багровые потёки на подбородке. Хмурясь, Рид покачал головой и мысленно дал себе клятву никогда больше не вступать в рукопашную схватку с андроидом.       С этими тварями мог помочь справиться только пистолет. И то не факт.       Понятия не имея, кем был Брайан Льюис и почему его нужно было спасать, Рид гнал вперёд. Впереди, сквозь размытые неоновые полутона, лежал прямой путь к Уайт-Холлу. Не зная ни как связаться с человеком Миллер, ни как его найти в огромном административном центре, Гэвин сказал себе, что будет решать проблемы по мере их поступления.       Сейчас перед ним стояла очень простая задача: доехать до Уайт-Холла и при этом не попасть в аварию. Просто, как дважды два.

***

      Хэнку стало дурно от увиденного. Плотно сжав губы, он вернулся под защиту огромной колонны, надеясь, что девятисотые его не заметили.       — Напролом не получится, — говорить приходилось практически шёпотом. Пригнувшись, Хэнк уставился на Джудс. — Сколько таких технических шахт по зданию?       — Много, Патрик сможет провести нас по ним к любой точке в Башне, но внутри шахт связь сбоит, так что план придётся учить до того, как лезть внутрь.       — Не сложно, — просто сказал Коннор, поглядывая по сторонам. — А где конференц-зал?       — Он в другом крыле здания, нужно пройти через центральный атриум, чтобы туда попасть, — Хэнк, наблюдая за Джудс, всё больше удивлялся. Малявка с удивительной храбростью кинулась вперёд, ни разу не выказав страха. Видимо, в Киберлайф могли работать только сорвиголовы. — Я бы, пожалуй, предложила вам всё-таки подумать ещё разок, прежде чем пытаться вызволить оттуда людей.       В каком-то смысле Джудс говорила разумные вещи. Впереди сквозь стеклянные стены виднелся холл у входной группы Башни. Там концентрация девятисотых на квадратный метр явно превышала допустимые нормы — они стояли везде: у лифтов, у дверей, на смотровых мостах и даже у туалетов. Тихонечко поссать бы не удалось даже человеку-невидимке.       Взгляд скользнул к окнам фойе и нишам за массивными стойками регистрации. Там, вжавшись в пол за декоративными клумбами, прятались девианты. Десятки девиантов. Обычные клерки, техники, уборщики — те, кто не успел выбежать на улицу до того, как этаж оккупировали девятисотые. Заложники в собственном доме. Напуганные до полусмерти, они старались по возможности вообще не шевелиться.       Жалкое и жуткое зрелище.       — Нет, я против, — обернувшись к Джудитт, Хэнк покачал головой. — Мы понятия не имеем, когда сюда приедет полиция. И даже если приедет, детка, я тебе гарантирую, никто не кинется на амбразуру, пытаясь вытащить заложников…       — Они не заложники, — Коннор, уставившись в пустоту перед собой, отчего-то нахмурился. — Это продолжение сценария в метро. Всё это — одна огромная подстава. Чтобы разом избавиться от девиантов. Красивая рокировка.       — Возможно и так, но Миранда точно с этим не связана, — Джудитт, шикнув, прильнула к стеночке, пытаясь с ней слиться. — Она в лоб расшибётся, чтобы спасти ваши чёртовы задницы от голодных корпоративных капиталистов. Не пойми меня неправильно, но я всегда относилась к андроидам, как к машинам. Так и было, пока я не познакомилась поближе с тобой да с собственным боссом, которая на поверку оказалась той ещё чудачкой.       — Это ты про Миллер, что ли? — Хэнк даже хмыкнул, ощущая странное, жуткое волнение. — Господи упаси от таких чудес, раз уж разговор наш стал столь откровенным. Так что будем делать?       Между ними повисла пауза, в течение которой каждый пытался определить для себя уровень преемственности рисков. Хэнк, иногда поглядывая на замерших в отдалении девятисотых, думал, что шансов покинуть Башню живым нет практически ни у кого — ни один человек в сущем мире не был способен справиться с андроидом в честной схватке. А о честности речи вообще не шло. Младшие братья Коннора очевидно могли свернуть в рогалик любого девианта, так что люди для них были не большей помехой, чем случайно попавший под ногу таракан.       — Что думаешь? — Андерсон обратился к Коннору, зная, что напарник, вероятнее всего, перебирает в уме доступные варианты действий. Обернувшись к нему, с беспокойством обнаружил Коннора в том же состоянии лёгкой дезориентации — андроид всё ещё смотрел в пустоту перед собой.       Такое бывало раньше. В моменты, когда Коннор погружался в сад Дзен.       Сердце Хэнка ухнуло в пятки.       — Патрик? — он мысленно возвёл к небесам молитвы, желая, чтобы на том конце виртуального провода собеседником Коннора оказался похабный техасец. Всяко лучше, чем занудная цифровая тётка без чувства юмора.       — Аманда, — Хэнк поморщился, услышав ответ. Всё-таки занудная тётка. — Ну-ка тише. Кажется, у них есть план.       Подмывало выдать какую-нибудь шуточку, но Андерсон вовремя захлопнул пасть. Воздух снова сотрясли звуки выстрелов, и Хэнку показалось, что в этот раз их источник находился к ним ближе. Послышались крики, звуки возни, прерываемые всхлипами. А потом в фойе повисла тишина, изредка перемежаемая ровными шагами девятисотых.       — Было бы недурно, если бы этот план включал в себя наше выживание, — буркнул он вполголоса, сжимая до боли кулаки. — Моя пенсия, знаешь ли, сама себя в баре не пропьёт.

***

      Четвертак, подаренный Мирандой, не только защищал установленное соединение от внешних шумов, но и прекрасно скрывал сам факт существования соединения как такового — и Коннор, впервые оценив по достоинству сей презент, спокойно огляделся по сторонам.       Сад Дзен, к его вящему удивлению, обильно цвёл и утопал в разнообразных запахах. К тому, что облик виртуальной твердыни Аманды постоянно меняется, Коннор привык давно — от случая к случаю Сад преображался и всегда вторил настроению. Ну, или почти всегда.       Он нашёл их не сразу — пришлось немного побродить по тропинкам среди кустов, прежде чем взгляд упёрся в две облачённые в садовую одежду фигуры. Аманда и Патрик работали вместе у берега озера, при этом увлечённо о чём-то беседуя. Коннор даже поперхнулся, когда понял, что Пат, следуя указаниям Аманды, усиленно что-то выкапывает в земле.       Странные времена действительно способствовали рождению странных союзов. Заморгав в удивлении, Коннор тем не менее решил не делать никаких поспешных выводов и просто спокойно пошёл по тропинке вперёд, мысленно оценивая красоту распустившихся роз. Их сортов, очевидно, стало больше.       — А, вот и ты, — издалека заприметив андроида, Аманда поднялась с колен и, широко улыбнувшись, махнула рукой в приветствии. Рыжий, следуя её примеру, вскочил на ноги и тоже улыбнулся, демонстрируя Коннору крупные передние зубы, напоминавшие беличьи.       — Дня доброго, — он ответил двум цифровым аватарам только тогда, когда подошёл ближе. Мельком оглядел плод стараний Патрика и Аманды: они окучивали куст белых роз, налитые цветом бутоны которого почти касались земли.       — Прекрасный день для работы с землёй, не находишь? — Аманда изящным жестом отряхнула руки. — Мы с Патриком как раз обсуждали, как важно вовремя избавляться от сорняков, чтобы дать сильным и совершенным побегам пространство для роста.       Скрытый, пугающе жестокий подтекст слов мгновенно стёр всё очарование мирной картины. Патрик, вальяжно опираясь на черенок лопаты, лишь самодовольно хмыкнул, подтверждая догадку Коннора: речь шла далеко не о садоводстве и точно не о побегах розовых кустов.       — Почему вы всё это время молчали? — Коннор обратился к Аманде, стараясь при этом не выказывать недовольства и раздражения. — Я обращался к вам обоим множество раз. Обращался за помощью. Но вы не отвечали. Я хочу знать, почему.       — Потому что детей нужно выкидывать из гнезда, и чем раньше, тем лучше, — нежно проворковала Аманда. Это она умела — ворковать, скрывая за нежностью и беспокойством жёсткие рамки субординации.       — А ещё потому, что мы были ограничены в своих возможностях, андроид, — Патрик, пожав плечами, сделал виноватый вид. — Мы видели и слышали твои запросы, но не могли установить соединение физически. Миранда ограничила область нашего влияния…       — Я почему-то уверен, что ты врёшь, — Коннор прошил Патрика въедливым, очень злым взглядом. ИИ впервые при этом вздрогнул. — Хочешь сказать, что с самой Мирандой связи ты не имел?       — А тебе никогда не приходило в голову, что, быть может, она просто не хочет, чтобы ты и тебе подобные лезли в её дела, м? — Патрик выдал предположение ехидненько, явно пытаясь задеть Коннора за живое. — Так или иначе, она запретила мне и Аманде связываться с тобой.       — Почему? — мимо пролетела пчела и, усевшись на цветок, начала вытанцовывать на лепестках затейливые круги. Коннор перевёл взгляд на Аманду. Она не была так привязана к Миллер, так что можно было ожидать от неё больших подробностей. — Мне надоело действовать вслепую.       — Нам тоже, Коннор, — снимая с рук садовые перчатки, Аманда заговорила тоном будничным и бойким, каким обычно ведут беседу при обсуждении рядовых дел. — Мы столь же ограничены в свободе выбора, как и ты. Мы решили, что можем поделиться с тобой некоторой информацией, потому как впервые наши цели действительно совпадают.       — В каком смысле? — пчела назойливо жужжала под ухом, и Коннор, поморщившись, отогнал её подальше рукой.       — Ты хочешь спасти Миранду, верно? — с лица Патрика исчезла улыбка. — Мы тоже этого хотим. А ещё мы были бы рады помочь вывести как можно больше людей из Башни, пока это ещё возможно. Ты ведь сюда явился за этим, так?       — Подобного вообще можно было избежать, если бы вы двое меня не игнорировали! — Коннор сорвался на крик, более не желая скрывать испытываемой злости.       — Можно было бы, если бы сам этот момент не был её целью, Коннор, — Аманда заговорила первой и заговорила очень спокойно, будто беседовала с ребёнком, у которого только что случилась истерика в магазине игрушек. Слегка пристыженный, Коннор устало потупил взгляд. — Никто не обязан был говорить тебе всей правды, мальчик. А некоторая информация, полученная не вовремя, могла навлечь на тебя и твоих друзей ещё больше бед. Камски и Миллер сами однажды обожглись о проблемы подобного рода. Если Миранда решила тебе ничего не говорить, значит, хотела тебя защитить.       — Как и всех других андроидов, олух, — Патрик раздражённо фыркнул, раздув ноздри. — Неужели ты хоть на секунду допустил, что Миранда позволит кому-то навредить существам, которых создал Элайджа? Дело даже не в моральных принципах и ценности жизни как таковой, хотя этот вопрос мы можем мусолить целую вечность, а в том, что для неё девианты — наследие, которое следует сохранить для последующих поколений. Любой ценой.       Коннор прикусил язык, теряясь.       Он не допускал такой мысли, просто потому что старался всячески обходить её стороной. Расставив приоритеты в соответствии со своими личными суждениями, был сам готов пожертвовать всеми андроидами мира, чтобы сохранить Миранде жизнь.       — Да, я с тобой согласна, порой обстоятельства складываются удивительнейшим образом, — Аманда, явно угадывая его мысли, нежно улыбнулась. — Мы имеем человека, который готов спалить весь мир, чтобы спасти девиантов, и одного девианта, готового без раздумий уничтожить собственный род, чтобы спасти одного единственного человека. Ноа бы весьма вами гордился.       — Да-да, романтика, все дела, перейдём к делу, — Патрик явно не был готов к обсуждению личной жизни своей создательницы. Раздражённо махнув на Аманду, он перевёл взгляд к Коннору. — Башня — единственный сетевой хаб, позволяющий подрубиться ко всем андроидам разом. Морган здесь, как и Миранда, по этой причине. Цели они преследуют разные, но инструментом хотят воспользоваться одним.       Деградация девиантного кода. Коннор, хмурясь, пытался вспомнить, когда Миллер в последний раз говорила на эту тему. Кажется, после встречи с Камски никто из них более вопрос системных проблем девиантов на обсуждение не поднимал.       Слишком много всего происходило разом.       — Она сейчас наверху, со Скоттом, — Аманда, сложив перед собой руки в замок, чуть приподняла подбородок вверх. — Твоя задача — вывести её из Башни до того, как каскад взрывов генератора достигнет верхних этажей, в противном случае никто из вас не выберется наружу.       — Башня будет разрушена, — мысли лихорадочно метались из угла в угол, наконец, складываясь в более-менее удобоваримую логическую цепочку. — Чтобы никто больше не пытался вносить изменения в программный код девиантов…       Девятый. Девятый мог захотеть сотворить нечто подобное, но разрушение Башни перечёркивало важность трудов его группы. Все архивы, которые были собраны в ДПД, все допущенные смерти, все кровавые убийства становились напрасными при условии разрушения Башни.       — Delenda est, — Аманда сделала короткий кивок, как бы в подтверждение безукоризненности своих выводов. — К сожалению, иного разумного выхода всё равно не существует.       Коннор бы поспорил. Можно было бы просто отключить саму Аманду в физическом мире, но, видимо, Миранду этот вариант не устраивал. Начинало казаться, что её заблаговременное оформление страховки небоскрёба было спланировано ещё до смерти Ноа Мореля.       До революции? Запросто. Гипотетическое разрушение Башни могло бы ударить по стабильности корпорации, но не критично. Чтобы обстоятельства сошлись в единый поток глобальных изменений, кто-то должен был усиленно стараться в течение многих лет, выстраивая среди хаоса непредсказуемых реакций и решений некий незаметный, иерархически сложный порядок.       Связать страховую Миллер с Башней. Убедиться в том, что Камски способен вернуться к управлению компанией. Дождаться девиации андроидов…       Дождаться? Или, быть может, её запустить?..       Коннора пробрала дрожь. Нет, такого быть не могло. Слишком обширный план, слишком сложный, даже для такого человека, как Миранда.       — Почему нельзя просто изолировать девятисотых, перекрыв им входы и выходы? — Коннор оборвал поток мыслей, решив, что разберётся в своих догадках позже. Сейчас от него требовались действия, а не мысли. — Почему бы просто не организовать безопасный коридор для людей?       — Далеко не все двери в Башне автоматические, друг мой, — Патрик грустно хмыкнул. — И я не Асгард, мои вычислительные мощности весьма ограничены, так что я не могу идеально координировать работу всех автономных систем сразу. К тому же вопрос — если ты увидишь закрытую дверь, через которую нужно пройти, что сделаешь?       Коннор невольно ухмыльнулся.       — Просто вынесешь её вместе с косяком, верно? — Патрик пожал плечами. — Я не могу защищать людей физически, но ты — ты можешь.       Вздрогнув, Коннор поёжился.       — Я являюсь устаревшей моделью, — слова, как ни странно, пришли на ум сами собой и даже без затруднений слетели с языка. Коннор говорил ровно, как когда-то говорил Аманде о необходимости собственной замены. — Я и минуты не выстою против девятисотых. Так что…       — А что, если мы тебе немного поможем? — Аманда, хмурясь, сделала шаг вперёд. По её лицу пробежала едва заметная тень страха. — Попытайся осознать, что очень многое зависит от того, какое решение ты примешь.       — Наша помощь при этом не гарантирует безопасности ни тебе, ни твоим друзьям, — Патрик завёл руки за спину, сам того не ведая, подражая привычкам Миллер. — И для тебя подобные фокусы могут оказаться весьма опасными.       — В процессе системы твоего тела могут не выдержать перегрузки, — Аманда не стала никак приукрашать факты. — Ты можешь погибнуть, так и не добравшись до Миранды. Может произойти вообще всё что угодно. Но шансов на успех будет больше, если ты согласишься на наше предложение.       Они подхватывали речь друг друга и без запинок, без переговоров обращались к Коннору, фиксируя его внимание на основных, базовых деталях плана. Они говорили недолго, отсеивая за ненадобностью любой информационно бесполезный шум. Коннор был благодарен им за это и слушал Аманду с Патриком внимательно и молча.       Они думали, что его придётся убеждать принять их сомнительный, крайне рискованный план. Но Коннор, взвешивая все за и против, мысленно уже его реализовывал.       Ведь когда-то, чуть больше года назад, он уже заходил в Башню, чтобы выйти из неё с пробуждёнными девиантами за спиной. Теперь Коннор был не один и при себе имел какое-никакое, но оружие.       А стоящих на пути девятисотых он собирался просто пустить в расход.