Решение

      Профильные занятия факультетов несколько раз в неделю перемежались общеобразовательными лекциями. Разношерстая компания нескольких отделений потока собиралась вместе в огромных залах, где столы разбегались полукругом от кафедры, словно трибуны Колизея, и задние ряды едва ли не липли к потолку. Мао Мао сложно было представить себе, каково было студентам слушать оттуда лектора до внедрения микрофонов.       Смарфон требовательно дернулся вибрацией, и сразу же в нижней правой части экрана ноутбука выскочило окно предпросмотра сообщения мессенджера.       Ли Хонг: я Юки с нами бухать завтра позвала       Черт! Кто же с такого сразу начинает?!       Мао Мао мигом закрыла всплывающее окно и на всякий случай бросила взгляд через плечо на сидящих сзади студентов, не нарисовался ли прямиком за ней кто-нибудь любопытный. Вроде пронесло, но теперь за всеми не уследишь. Девушка молча лайкнула месседж, напрасно надеясь на этом закончить разговор.       Ли Хонг: он теперь свободен       Ли Хонг: как думаешь       Ли Хонг: у меня есть шанс?       Мао Мао мысленно крякнула. В целом, этими тремя сообщениями подруга в точности описала мысли половины дамского состава универа.       Мао Мао: он только что разошелся с Мисой       Мао Мао: тебе зайдет роль Пересадочной станции?       Ли Хонг: блин, не подумала…       Ли Хонг: но я уже пригласила его       Мао Мао: идёт?       Мао Мао: да не парься, потусим и все       Ли Хонг: пока не определился. Ок       Мао Мао, едва сдерживая легкие смешки, заставила себя вернуться к теме скучной лекции. Со всех сторон доносились перешептывания на различны языках мира. Студенты уточняли друг у друга, правильно ли понимали материал. Что ж, ей самой было только на руку то, что обучение на международном факультете велось на японском; английский язык, когда всплывал перед ней, иной раз оставлял в недоумении: подлый народ эти англоговорящие, имея минимальный запас слов используют невероятное количество вариаций их произношения.       В рассеянных размышлениях девушка пробыла до окончания лекции. Аудитория поблагодарила профессора аплодисментами и медленно потекла к выходу. Мао Мао перевела ноутбук в спящий режим и краем глаза увидела, как один из студентов остановился прямиком перед ее столом.       — Привет!       — При… — Мао Мао подняла глаза наверх… — …вет.       …и с первого взгляда узнала незнакомца — героя вчерашних сплетен.       Разве так может выглядеть настоящий, реальный человек?! Студентка усилием воли согнала с себя секундное замешательство, вызванное невероятной внешностью стоящего перед ней человека.       Ли Хонг сказала, что он красив. Но жалкая оценочная фраза не соответствует тому образу, который прямо сейчас возник пред ее глазами. Необыкновенного насыщенного цвета длинные, струящиеся по плечам волосы. Высокий рост. Удивительно гармоничное и нежное, но вместе с тем, мужское, лицо. Идеальная осанка, которую подчеркивает широкий воротник свободно спадающей с одного плеча пурпурной футболки и небрежно накинутый на локти короткий плащ с какой-то серебристой оторочкой. Или кардиган? Как правильно?       Да какая, к черту, разница! Названия всяких модных вещей следует знать только тем, кто разбирается, как их на себе носить.       Мао Мао понадеялась, что вечность прошла в ее личном воображении, а не в реальности, иначе вышло бы, что она, как курица, в упор пялится на расфуфыренного павлина.       — Я чем-то могу помочь?       — Да. Меня зовут Джинши.       — Мао Мао. Минутку. Джинши? Аната ва чуугокуго… Короче, вы говорите по-китайски?       — Да, конечно! Безумно рад слышать родную речь. Здесь иногда кажется, что люди в этом здании используют все незнакомые языки мира. Обращайся ко мне на «ты».       Вот и познакомились. Мао Мао вежливо кивнула головой. Парень, представившийся как Джинши, пропустил мимо проходящих однокурсников и снова вернулся на прежнее место перед ее столом.       — Мао Мао, я бы хотел попросить о помощи. С химией. Желательно бы еще с парой предметов… На твоих условиях, конечно.       — Химия? Ты проводишь собственные изыскания?       — Нет, что ты. С самой обычной химией.       Мао Мао вопросительно подняла бровь.       — На нашем медийном направлении, говорят, точных наук дают по минимуму, нооо… даже с ними возникла сложность.       Девушка нахмурилась, заподозрив неладное.       — И только химия вызывает сложности?       — Хотел бы я, чтобы это было так. Увы: еще физика и английский. Еще пропустил аж два месяца учебы. Если ты мне поможешь…       — Нет.       На этот раз зависнуть на секунду пришлось ее собеседнику.       — «Нет» — не ответ, — возразил он с очаровательной улыбкой.       А он хорош. Явно не ожидал быть прерванным на середине фразы — настолько, что аж застыл — но сиюминутно взял себя в руки. Был ли он готов к отказу? Да тут поди пойми: парень мастерски держит непроницаемое лицо.       — Джинши, я понимаю, что точные науки могут доставить хлопот. Но я не готова жертвовать своим временем ради бесполезных баллов других людей по ничего не значащим для них предметам. Ты ведь на «сошл медиа», я верно поняла? Что физика, что химия закончатся для тебя на первом курсе. Программа едва ли сильно глубже школьной. Ты сможешь разобраться во всем сам. Или, — Мао Мао выразительно обвела взглядом его одежду; на бирочке молнии кармана брюк красовалось неприлично знакомое «versace». — Можешь просто подкупить кого нужно. Быстро и наверняка.       Джинши уселся на стол, не переставая улыбаться, и демонстративно вывернул карман.       — Не получится: у меня нет денег. А одежда, которая на мне, — просто часть контракта с «Иси». Я сотрудничаю с ними с этого лета.       «Иси», значит. Широчайшее модельное агентство из Шанхая, охватывающее также юг и север Японии. Манекенщик, получается. Так вот почему он начал учебу с опозданием: из-за работы. Как он только что сказал — работает по контракту с лета этого года? Мао Мао слышала, что некоторые модельные и актерские агентства предлагают работягам на первый год весьма жестокие условия сотрудничества: независимо от успеха модели или артиста в течении этого срока тот получает лишь минимальный оклад, работая на свое портфолио. Логика есть, но иногда жадность агентов переходит любые границы, и напрасно сгорают талантливые новички, неспособные пахать каждый день и вечер, как кони. Впрочем, «Иси» себя уважают и беда красавчика-павлина, скорее всего, просто в материальной стороне контракта.       Выходит, он вовсе не блатной мажор, каким показался ей на первый взгляд?       — Если хочешь о чем-то спросить — спрашивай, не стесняйся.       Язычок-то у него подвешен. Мао Мао бросила хмурый взгляд, ведь она собиралась оборвать диалог чуть ли не в самом начале, но искушение перебороло осторожность:       — Люди говорят, что ты странный. Слышал об этом? Почему тебя называют таким специфичным словом?       — Я считаю, что люди склонны ошибаться, ведь они так любят делать поверхностные выводы по ничтожным крупицам сведений.       Дьявол!       Что за тончайший намек!       И нечего тут улыбаться!       — Логично. Джинши, мне пора. Посмотри вокруг. Здесь дофига девушек, которые с радостью помогут тебе с любым предметом.       Парень взглянул через плечо вглубь почти опустевшей аудитории. То тут, то там, особо ничем мне занятые, красивые девушки перебирали сумочки, неспешно поправляли волосы и словно совершенно не спешили покидать лекционный зал.       Воспользовавшись паузой, Мао Мао схватила ноутбук, бегло поклонилась и заспешила по ступенькам вниз. К черту такие знакомства.

***

      Свежий лунный свет лился сквозь окно на темную комнату. Соседка пришла поздно, но Мао Мао еще не спала. Джина, невысокая хрупкая девушка с мягкими черными волосами, провела вечер в кино. Заявила Мао Мао, что фильм кринжовый, и в прокат его вывели только ради главного маньяка: сцены, где серийный убийца проникает в квартиры своих жертв, а затем убивает во сне, ни оставив им ни шанса, по ее мнению, сняли достойно.       После таких впечатлений девушка долго ворочалась, скрипя кроватью, но не ее бессонница мучала Мао Мао. Сон — это награда спокойной душе, которая не мечется в клетке непринятых решений. А их у девушки было аж два.       «Так не пойдет, — одернула себя студентка, закидывая правую руку под голову. — Самое время расставить все точки над i. И начнем с простого…»       Задача номер раз — правильно ли она поступила, отказав Джинши в помощи. Помимо обширной учебной программы ее время занимали самостоятельные исследования и, куда греха таить, не меньше — попойки, организуемые Ли Хонг. Мао Мао не хотела упустить ни секунды из четырех благословенных лет, отпущенных ей в Токийском университете. Времени на сон иной раз не оставалось, но это не беда — главное знать, что и в какое время суток в себя влить.       Готова ли она пожертвовать свое бесценное время ради человека, которому необходима исключительная помощь? Да. Сто раз да.       А если для этого человека она — лишь один вариант из множества для решения личных проблем? Нет. Пусть ищет другого помощника. Красавец манекенщик явно относился ко второй категории. Конец решения.       Ответ: нечего совести ее мучать. Она поступила правильно.       Девушка вытянула вверх левую руку, бледную в ночном свете юной луны. Ее тень подчеркнула хаотичные немногочисленные шрамы.       Второй вопрос уже давненько гложет ее душу. Разработка вакцины против самых распространенных ядов — ее личное исследование, начатое еще в школьные годы, наконец-то вышло на серьезный уровень. Университет предоставил шикарные условия: безлимитное мнение прославленных докторов наук, доступ в идеально каталогизированную библиотеку, бесценная лаборатория с микроскопами с чистейшими линзами — да тут вообще любой учёный станцует тарантеллу, только ступив на порог. Не хватало главного: живых человеческих клеток.       Эксперименты над людьми запрещены. Это серьезная статья. Но она касается живых тел других людей.       Так почему бы не поставить эксперимент на самой себе?       Если все ее расчеты верны, вычитанная ей и трижды проверенная масса ядовитого вещества не нанесет серьёзного вреда. Если ошибочны, распространение яда все равно не будет достаточно быстрым, чтобы она не смогла прервать его антидотом. В том плюс цианидов — противоядие легко достать и элементарно изготовить, да и в семидесяти процентов случаев отравления людей цианистыми калием или натрием доза яда оказывалась просто слишком велика, чтобы у жертвы оставалось время проанализировать проблему и принять меры.       В детстве Мао Мао уже использовала свою левую руку ради экспериментов с природными ядами. И ничего, пронесло. С другой же стороны, как-то так и начинал в свое время печально известный доктор Джекилл.       Ответ: Джекилл — вымышленный персонаж, а значит, науке неизвестен. Прочь сомнения, пора действовать.