После бара

      Роберт едва успел принять душ после партейки баскетбола, но сумел не опоздать и к назначенному часу явился в уже ставшее обычным место встречи — клуб-бар Хиросу. Их разношерстая компания, включающая Мао Мао, Джину, Ли Хонг и его самого, сложилась через третьих лиц, прежде всего через отчисленных португальца Сачо и теперь уже бывшую девушку Роберта Нолу. Теперь неизменный костяк тусовки включал себя только их четверых, но от раза к разу состав то пополнялся приглашенными или неожиданными людьми, то наоборот, уменьшался до изначального размера.       Но вот того, что сам Юки Асамура примет предложение Ли Хонг и присоединится к ним, Роберт никак не ожидал. Впрочем, судя по лицам Мао Мао и Джины, не он один испытал от его присутствия легкий шок.       — Объясняю правила, — нарочито эмоционально заявила тому Ли Хонг, когда уютно расположившаяся вокруг столика компания получила первый заказ. — Возьми дольки лимона ближе. За одну минуту каждый выпивает по три пиалы, закусывать можно. Главное не обманывать.       — А дальше? — улыбающегося Юки, походу, нисколько не смутила заявленная скорость.       — А вот дальше — всегда всё происходит по-разному! Горизонт планирования — ровно шестьдесят секунд.       Парень вместе со всеми расхохотался над оценкой Мао Мао, передав Роберту одну из бутылок. Сам открыл вторую и разлил прозрачную жидкость по пиалам ближе к нему сидящих девушек.       А он обычный хороший парень, рассудил по ходу вечера Роберт, бросая незаметные взгляды на Юки. С ними за одним столом сидит, подливает саке и смеется над идиотскими шутками звезда первого курса Токийского технологического университета, известная и популярная личность, от которой совершенно не исходит никакой величественной ауры. Общается с каждым, словно все прошедшие месяцы они уже были дорогими друг другу, хоть и не близкими, друзьями.       Определенно, внешность у него выдающаяся. Пропорциональное лицо с яркими выразительными янтарными глазами под копной густых небрежно растрепанных волос. Под черной сетчатой футболкой угадываются идеальные мышцы. Из-за занозы-Джинши Роберт начал пристальнее приглядываться к внешности других студентов; наверное, подсознательно желая найти кого-то, кто хоть в одном аспекте превосходил бы его неприлично красивого соседа.       Юки — вот этот человек, пытающийся не рассмеяться и не опрокинуть кувшинчик, наполняя пиалу Джины в третий раз, — единственный, кто мог бы составить достойную конкуренцию высокомерному китайцу. Или нет. Или да.       — Э-э, а что так мало?! Лей мне до краев! — разнесся над общим смехом голос Мао Мао. — У меня завтра с утра очень важная конференция, я должна расслабиться!       Ли Хонг подняла вверх указательный палец, призывая ко вниманию:       — Уловили логику? «Мне с утра выступать перед людьми — наливай больше!»       — А на конфе объявит охоту на белочек, — поддержала Джина.       — Завтра только вы охотиться будете, — парировала Мао Мао. — На меня, если вы еще не заметили, алкоголь значительно слабее действует!       Юки повернулся к бармену:       — А можно дополнительную порцию для этой леди?       Дальше шло в принципе так, как Роберт и надеялся. Сегодня пить саке и смеяться от того, насколько нелепо выглядит человек, старающийся спешно влить в себя этот напиток, — а завтра будет, чего вспомнить. Однако, по прошествии значительного количества времени, он уловил, что Юки с Мао Мао начали разговор об исследованиях и придвинулся поближе, стараясь уловить нить.       — Роберт, — Мао Мао повернулась к нему. Сидящая между ними Джина обсуждала через стол с Ли Хонг айдолов. Разумеется, это никого не смутило. — Как ты представляешь чувства ученых в момент совершения открытия?       — Мне что, других цитировать?       — Не канает.       Юки улыбнулся.       — У меня уже есть свое открытие, хоть и не научное. Могу рассказать об ощущениях всё, но, как по мне — самый прекрасный момент тот, когда ты в шаге от достижения, но оно еще не свершилось.       Мао Мао хлопнула обеими ладонями по столу. Ага, понял затуманенным разумом Роберт, неожиданность для учёной-студентки; не думала, что её обойдут.       — Колись теперь со всеми подробностями.       Оказалось, что Юки с детства увлекался кендзюцу, и за год до окончания школы придумал, отточил и внедрил технику, который нигде в современных соревнованиях не видел.       — Вся сложность для противника в том, — разъяснял он — что меч при атаке меняет свое направление три раза. Удар невозможно предсказать, а потому так сложно парировать. На школьном национальном турнире я использовал его нечасто, но, понимаешь, просто намек на него обескураживает противника и вынуждает ждать подставы на каждом шагу.       — Мутно звучит, — покачала головой Мао Мао. — Словно приёмчик против новичков. Любой мало-мальский спец по твоим ногам разгадает все замыслы.       — Господин, можно вас на минутку? — в ту же секунду обратился Юки к бармену. Тот послушно подошел. — Вы разбираетесь в кендо?       — Прошу прощения, я всего лишь неуверенный любитель.       Хороша страна — даже бармены в свободное от работы время на мечах дерутся, мысленно крякнул Роберт. Юки тем временем встал напротив «любителя» и принял знакомую по всем японским фильмам стойку.       — Этого достаточно. Скажите, пожалуйста, куда я могу ударить мечом из этой позиции?       — Из этой — куда угодно, господин.       — Хорошо. А если я замахиваюсь вот так… как вы себя поведете?       — Парирую и сразу контратакую на противоходе, господин.       Сжимающими воображаемый меч руками Юки сделал едва уловимые движения. Для Роберта они ничего не значили, но Мао Мао и бармен тихо ахнули. Американец ни бельмеса не понимал в искусстве владения японским мечем, произошедшее осталось для него тайной. Парень решил не забивать голову бесполезной для себя ерундой и с жаром поддержал предложенный восхищенной собеседницей тост «за достойное открытие». Дальнейшие темы сменяли одна другую, как вдруг над общим ритмом раздался полный ужаса вопль Мао Мао.

***

      «С 22:00 среды, десятого ноября, до 08:00 одиннадцатого ноября доступ в кампус ограничен в связи с проведением санитарной обработки. Посещение здания в названный период времени запрещено.»       Мао Мао тупо пялилилась в экран смартфона, надеясь, что это всё сон. Часики в углу экрана показывали два ночи. Оповещение в мессенджере пришло шесть часов назад — черт, она всё это время не проверяла смартфон!       — Ты знала? — обратилась она к Ли Хонг, показывая ей текст.       Та кивнула:       — Да, но мы же и не собирались сегодня вечером там быть?       Хорошо сказано. Придется признаться, со вздохом поняла девушка.       — Мой ноут в фойе лаборатории. Решила не тащить с собой и забрать после пирушки. А завтра к восьми меня ждут на конференции в Синдзюку.       Где будет затронут вопрос поставки студентам препаратов для изучения, между прочим, самый для нее острый. Да это мероприятие просто никак нельзя пропустить.       — В облаке ничего, конечно же, нет? — на всякий случай уточнила Ли Хонг.       Мао Мао разочарованно покачала головой.       — Пойдем, попробуем поговорить с охраной, — решился Роберт.       На Юки повесили обязательство доставить до общаги в целости и сохранности двух оставшихся девушек. «Это моя обязанность,» — ехидно думала Мао Мао, наблюдая, как тройка студентов старается взять себя в руки. Ничего, Юки похож на надежного парня, справится. Сейчас самое главное — раздобыть свой ноутбук.       Бр-р, холодновато сегодня. Девушка подняла воротничок джинсовой куртки, но не заметила, чтобы это хоть сколько помогло. Их с Робертом спешные шаги эхом отдавались на пустынной ночной улице. Из-за поворота показался кампус университета, ни в одном окне которого не горел свет.       — Будто постапокалипсис, — усмехнулся Роберт. Похоже, он думал о том же. Его собственное темное лицо было совершенно неразличимо в темноте, лишь белые зубы сверкали, стоило ему открыть рот. — Гляди, первый этаж обитаем.       Действительно. Где сторож спит — охранник бдит. Мао Мао подошла вплотную к темному стеклу на проходной. Седой мужчина поднял на нее взгляд; на лице бликом отражался отсвет изображений с камер.       — Добрый вечер. Я оставила в здании свой ноутбук и хочу попроситься на минуточку, чтобы его забрать.       — Вы рассылку не получали? Прошу простить, до восьми утра никого пропустить не могу.       — Я очень извиняюсь, но мне нужны мои вещи. Завтра, с утра.       Охранник грустно цыкнул. Что ж, идёт на контакт, уже хорошо.       — Господин, я химик. У меня есть свой респиратор — вот он — и я убеждаю вас, что пулей поднимусь наверх и спущусь обратно. Если проблема в токсичности средств обработки, то с моей стороны все необходимые меры будут предприняты. Я беру на себя всю ответственность — только, пожалуйста, разрешите подняться.       С ответственностью это она хватанула — Мао Мао осознала это уже после того, как фраза сорвалась с ее губ. Пока не исполнилось восемнадцать она в принципе не несет ответственности, даже за саму себя. Остается надеяться, что дядечка не станет цепляться к словам.       Всё-таки алкоголь влияет на ее рассудок, незаметно, но коварно.       — Где конкретно твои вещи?       — В химической лаборатории. Это близко.       — Ага. Парень, подойди сюда…       Чудеса случаются! Похоже, никакого вреда для здоровья сегодняшнее мероприятие не сулило. Охранник вручил Роберту ключи, отметив, что девушке самой сложно было бы справиться с тугим замком тяжелой защитной двери. Трижды предупредил, чтобы ничего не трогали и ни на секунду не задерживались, и пригрозил, что будет следить за каждым их шагом. По камерам, поняла Мао Мао. Да ей ничего больше и не нужно, лишь бы завтра не облажаться.       Или нужно?       Свежая мысль рыбкой юркнула в разум девушки. И, как это бывает с такими идеями, с опасной скоростью разрослась…       Темная лаборатория, где ее никто не видит…       …где есть то, что ей нужно.       Роберт с видимым усилием провернул длинный ключ в скважине, отворив герметичную дверь. Мао Мао загнула в небольшой закуток — тут обычно переодеваются студенты и хранят личняк, вроде сумок и запасных тетрадей — здесь же был и ее драгоценный ноутбук, грустно поблёскивая в полутьме индикатором зарядки.       И Мао Мао решилась. Сделав широкий шаг, ступила в лабораторный зал. Вот ее полка, оставленные до следующего посещения склянки. Девушка взяла одну из них, нарочно демонстративно посмотрев сквозь стекло колбы на свет луны. Поставила на место, двумя пальчиками взяла соседнюю пробирку… и мизинцем захватила маленький флакон с цианистым калием. Поднять руку так же, как секунду назад… разжать мизинец… флакончик послушно скользнул в рукав джинсовки. Посмотреть сквозь пробирку на луну, опустить руку, зажимая подмышкой свою добычу…       Роберт окликнул из-за двери. Сердце колотилось где-то в горле, когда девушка поставила посудину обратно и стремительно вышла в коридор.       Парень закрывал дверь, а ей казалось, что коридор вибрирует от грохота ее сердца. Осталось тихо и мирно выйти из здания, поблагодарив дядечку. Только бы обошлось!       Не обошлось.       Охранник уже не сидел за стеклом, а стоял, перекрывая собой дверь. Цвет его лица в полутьме показался Мао Мао бордовым.       — Это что было?! — взревел он. — Я непонятно объяснил?! Ничего не трогать — это значит НИ-ЧЕ-ГО не трогать!!!       Ё-мое, ладно, извинимся.       — Простите, я просто посмотрела на свои препараты. Моя запись в лабораторию нескоро и…       — Не интересует!!! Вы оба будьте любезны меня извинить, но вы остаетесь тут, пока не прибудет начальник охраны, а кафедра не назначит представителя! Сели вон туда! Руки держать на видном месте! Сначала вас обыщут, потом напишите объяснительную — и только потом сможете отсюда уйти!       Да вы шутите?! Всё обернулось совсем не так, как должно было. Мао Мао была на сто процентов уверена, что камера не могла зафиксировать, как она стащила реактив — да и, если бы видел своими глазами, охранник первым делом проверил бы ее куртку — но такой реакции на то, что студент всего лишь потрогал предметы, она никак не предполагала.       Черт. Вот они, решения, принятые на пьяную голову. Не будет теперь не то что конференции, но и стипендии на весь семестр.       Если вообще не отчислят за воровство смертельного яда.       «Это не воровство, — одернула себя девушка, встретившись с полными ужаса глазами Роберта. — Яд итак мой. Это для меня его выписали. Я просто нарушила правила его применения, вынеся оттуда…» Всё равно скверно.       Лишь бы не допустить обыска.       Охранник тем временем подошел к телефону. Мао Мао вскочила и поклонилась ниже пояса.       — Пожалуйста, не задерживайте нас! Я очень виновата. Тысячу раз извиняюсь. Но я всего лишь потрогала!       — Сядь!       — Завтра очень важный день! Я не могу его пропустить вот тут…       — Тебе на пальцах объяснить? Времени у нас много; получишь разъяснение с указанием на все статьи…       Мир катился в тартарары; последние секундочки, когда можно хоть что-то изменить, утекали песком сквозь пальцы. Нужно пытаться! Пытаться что-нибудь предпринять!       — Что здесь происходит?       Неожиданно новый голос прервал монолог разъяренного седоголового охранника. Со стороны приоткрытой стеклянной двери к ним приближался Джинши.