i bet on losing dogs / part 3

Небо серое, небо низкое и небо — это потолок. Диана медленно моргает и делает глубокий вдох; вместо озерной толщи грудь сжимает паника. Что-то категорически не так, и не только факт того, что она видит и дышит. Знакомая кирпичная кладка равнодушно смотрит в ответ царапинами, которые оставили предыдущие пленники крошечной клетки. Тревога заволакивает рассудок; девушка медленно садится, не понимая, как и почему ощущает холод и боль. Смерть обещала божественный покой, а не… Из груди вырывается душераздирающий, нечеловеческий крик. Диана бросается на прутья клетки до того яростно, что сталь дрожит. Перед глазами знакомый подвал, и крик превращается в одержимый вой. Девушка трясет дверь, запертую на тяжелый замок, но металл не поддается; только ржавчина режет ладони. — Успокойся! — подскакивает на ноги Доктор. Он отбрасывает от себя большой чертеж и в один быстрый шаг пересекает помещение. — Нет, нет, нет! — отчаяние туманит разум. Волки отгрызают себе конечности, попадая в ловушки. Диана ударяет лоб о прутья клетки. Один раз, второй, третий, пока глаза не заливает кровь и пока мужчина не вытягивает из клетки. — Прекрати немедленно! — трясет Доктор, поднимая в воздух за шиворот. — Я не займу место Лили! — взвизгивает охотница и замахивается; воронья маска от оплеухи слетает на пол. Доктор шипит чужеземное ругательство и швыряет на хирургический стол; Диана, выворачиваясь, надеется схватить с подставки скальпель, но мужчина в один пинок сбрасывает ящик с приборами на грязный кафель; так, чтобы она уже не дотянулась. — Я и не… Я и не собирался, Диана, экспериментировать на тебе, черт побери! — мужчина перехватывает ладони и заводит за затылок. На миг, Диана замирает. Она не верит, конечно, что это правда, но использует момент, чтобы перевести дыхание. Красные глаза внимательно изучают лицо, и девушка смотрит в ответ; впитывает то, как Дотторе исхудал и осунулся, и какие темные синяки пролегают под опухшими веками. Белые пряди грязные, свалявшиеся, давно немытые. След от слетевшей маски до того глубокий, что напоминает порез. Когда холодная рука опускается на разгоряченный, кровоточащий лоб, рот покидает облегченный вздох. Но смирение не длится долго. Девушка переворачивается на бок, надеясь свалится на пол, но Доктор подставляет колено и запихивает обратно на хирургический стол. Запах хлорки режет нос; сталь скользит под пальцами и не за что схватиться, чтобы оттолкнуться. Но охотница не сдается; лягается, царапается, трясется. — Прекрати! — впивается в подбородок ладонь. Диана кивает, и Диана пинает Дотторе так, что он отступает на шаг и сгибается от боли. Она скатывается на кафель и переворачивает небольшой шкафчик с химикатами, чтобы выиграть время. Жаль, что она практически не спускалась в подвал; жаль, что тратит драгоценное время, чтобы понять, где находится выход. Но лестница наконец-то попадается на глаза, и она, будто зверь, не поднимаясь на ноги, кидается к двери. Шприц вонзается в плечо уже у самой последней ступени. Еще бы немного.