Часть 37. Дорогу осилит идущий

      — Послушай, я же тебе не прибор, чтобы определять намерения каждого к тебе подошедшего, — закатил глаза Гард, откладывая в сторону свою Книгу. Ян нашел его в кабинете возле библиотеки, переписывающим начисто свои заметки, — смертельная опасность тебе не угрожала, значит, все в порядке. И вообще, мне кажется, в прошлый раз тебе ясно дали понять, что не стоит совать нос в хозяйские дела, пока его не одолжили кому-нибудь другому.       Ян поморщился, догадавшись на что он намекает. Явно на тот случай, когда господин Геер «одалживал» его рот Дорману. Однако, несмотря на собственную оценку, подозрения Рея его все-таки зацепили.       После того, как в в зал зашел хозяин Геертвиля, атмосфера мероприятия неуловимо изменилась. В принципе, своеобразный «круг почета» делал каждый присутствующий: вежливым было хотя бы один раз пересечься с каждым гостем и перекинуться парой фраз — долгие беседы не приветствовались. Диванчики пользовались спросом только у гостей пожилого возраста, а музыканты привлекли всеобщее внимание только один раз — как раз когда в центр вышла та самая арфистка. Господин Геер выждал минут пять после того, как в помещение зашел последний гость, а только потом вошел сам. Для остальных это будто бы послужило сигналом сменить дислокацию. Дамы практически сразу группками отсеялись за столики, лорды, уже не стесняясь, собирались в компании и шушукались о своем, о лордском, фесты, за очень редким исключением, поспешили освободить пространство и жались к стенам. Обстановка, наконец-то стала намного расслабленнее — лица утратили напряженно-надменное выражение, послышались первые вспышки смеха, даже музыка стала чуть более задорной. Ученики же по указанию Тины перешли в соседнюю небольшую комнату, в которой им и предстояло провести остаток вечера. Вроде комната как комната, разве что немного странно обставленная: вся мебель почему-то располагалась у стен, отчего помещение казалось неуютным и пустоватым. Вдобавок Ян ощущал какую-то смутную тревогу, находясь здесь, как будто его обереги не могли определиться — не то реагировать на опасность, не то не надо. Если честно, находиться здесь он в принципе не видел смысла, но Гард, скривившись, пожал плечами и пояснил, что бывают случаи, когда ученики могут потребоваться по какому-либо поводу в зале, так что они должны быть под рукой.       — Обычно где-то через два-три часа, когда местные лорды расслабятся и начнут чудить, — проворчал он, однако, как выяснилось, ошибся.       Ри позвали практически сразу, поэтому Ян не успел ее спросить, о чем она говорила с леди Лиит. Зака это явно сильно задело, поскольку он определенно ожидал интереса к своей персоне. В результате он весь вечер сердито дулся в кресле, игнорируя даже организованный для них кофейный столик с закусками (явно с барского стола, потому что оформлена еда была с претензией на изысканность). Гард с Реем оккупировали столик с какой-то игрой, похожей на шахматы, а Ян, обнаружив, что стеллаж у камина открыт, закопался в подшивку газет недельной давности. Он часто видел, как господин Геер по утрам читает эти газеты, но ему даже в голову ни разу не пришло попросить одну для себя. Публицистика вполне была в духе времени: высший свет информировал о своих планах более скромное общество: кто у кого родился, женился, устроил дебош или, какая жалость (на самом деле — нет), умер. Лавки и торговые точки оставляли рекламу, имелся свой раздел объявлений и целый разворот был отведен под деятельность Совета — последние сообщения касались решения вносить ли по многочисленным просьбам какой-то там квартал в черту города, а если да, то кто будет убирать тот бардак, который там развели. Так что вечер у Яна проходил весьма неплохо, ровно до того момента, как господин Геер не вошел в комнату и не объявил, что им всем пора спускаться в спальни. Потому что Ри с ним не было, а вот леди Лиит, вошедшая с ним под руку, с интересом рассматривала дорогую изящную обстановку.       — Лорд Геер, а я и не знала, что в Геертвиле сохранилась игровая комната, — с легким восхищением заметила она, аккуратно делая шаг к двери, словано опасаясь проходить дальше. Ян подозрительно опустил глаза, не понимая, что ее остановило, и неожиданно заметил, что рисунок паркета на полу полностью совпадает с рисунком, изображенным на игровой доске Рея и Гарда. Леди Лиит предусмотрительно оставалась на неширокой светлой полосе вне игрового поля, — неужели столь древнее плетение все еще активно? А вам доводилось играть здесь? Помню отец рассказывал, как его брат проиграл всех своих фестов у лорда Корвилля. Это был очень неприятный скандал.       — Доводилось, леди Лиит, — сухо ответил хозяин, — к сожалению, только в качестве фигуры. У меня хорошая память. Поэтому, хотя плетение все еще активно, игр на моем веку здесь не будет.       — А жаль, многие лорды были бы не прочь вспомнить былые времена, но вы правы. Это же варварство так бездарно тратить такой потенциал. Ваш выбор учеников меня приятно поразил.       Ян поймал взгляд Рея, который без труда расшифровывался как «А я говорил!», вспомнил свой сон и машинально активировал связку, отгоняющую призраков. Паранойя никуда не делась. Значит, она была его собственной.       — Мне кажется, я схожу с ума, — признался он Гарду, рассеянно поглаживая корешок собственной Книги, — господин Геер очень красноречиво на меня тогда посмотрел, но… Я вот думаю, может потому он и дал леди Лиит зеленый свет, потому что я ему рассказал про свои сны? Чтобы доказать, что я мнительный псих? И фактически я сам подтолкнул это развитие будущего?       — А ты и есть мнительный псих, — рассеянно отозвался Гард, складывая свои записи аккуратной стопочкой и бережно ровняя ее по краю, — особенно если думаешь, что наш лорд будет оказывать знаки внимания женщине исключительно ради того, чтобы тебе что-то доказать.       Он удовлетворенно взглянул на результат своих стараний, довольно хмыкнул и щелчком пальцев испепелил черновики. Ян недовольно отмахнулся от мутного облачка дыма и непонимающе поднял бровь. Гард был просто олицетворением фразы: «Сделал гадость — сердцу радость».       — Недавно заметил, как Аарон шарился в моих черновиках, — довольным тоном пояснил Гард, — и подумал, что раздавать знания на халяву в наше непростое время — очень расточительно. У него есть свой час в библиотеке, пусть сам ищет.       — Руны же все равно стираются, — пожал плечами Ян.       — Руны — да, но не руной единой э… сыт чародей, — интерпретировал известную фразу Гард, — ладно бы, подошел бы и нормально попросил… Я бы ему также нормально и отказал.       — Хммм, ты только не сердись, хорошо? — попросил Ян. Он сосредоточился, наполняя руны силой, а затем горстка пепла взвилась в воздух, снова формируясь в белые листы бумаги. — Это, конечно, третий порядок, но, думаешь, он так не умеет?       — Даже если умеет, то толку-то с того умения? — хмыкнул Гард, разворачивая к нему верхний листок. — Ты, конечно, обратил чары вспять, вернув предмету его первоначальный вид, но вот в чем штука, Ян. Мои чары уничтожили и бумагу, и чернила. Твои чары вернули и бумагу, и чернила. Но не написанное. Листочек теперь слегка синеватого оттенка, вот и все, чего ты достиг.       — Об этом я не подумал, — признался Ян, в голове которого замелькали цепочки экспериментов: что если сжечь не бумагу, а еще и, скажем, стул, а потом обратить вспять? Получатся фанерные листы? Бумажный стул? Или чары распознают предметы как разные? А если стул будет с мягкой сидушкой? Ткань вплетется в структуру дерева?       «Только не экспериментируй с мебелью своего наставника, если не хочешь нажить себе проблем» — посоветовал внутренний голос, а затем плеча мягко коснулись холодные пальцы. Ян, узнав Призрака, не удержал улыбки. Тот действительно приходил теперь реже, опасаясь господина Геера. К тому же Ян во время приема активировал отпугивающие чары, поэтому Призраку пришлось ждать, пока их действие выдохнется.       — Ты чего разулыбался так? — удивился Гард. — Ты знал, что беспричинные улыбки — отличительная черта маньяков? Надеюсь тебе не пришло в голову на чем-нибудь поэкспериментировать?       — Пришло, — не стал скрывать Ян, — но я вовремя обуздал этот самоубийственный порыв. Хотя Ри что-то мне говорила про эксперименты, может у господина Геера есть специальные кабинеты для таких вещей?       — Может, — пожал плечами тот, — но я про такое не в курсе, значит, если и есть, то только для тех, кто прошел четвертое испытание. Ладно, если у тебя больше нет новых бредовых идей, то я пошел.       — Давай, — кивнул Ян, снова испытывая странный эмоциональный микс: сочувствие ограниченным возможностям Гарда и скрытое восхищение тем, что тот до сих пор не опустил руки и не потерял тяги к учебе. Конечно, библиотека господина Геера была приличных размеров, и даже оставаясь на четвертом порядке рун, можно было пару лет не переживать за то, что материал кончится. Но окажись сам Ян на месте Гарда, эта заморозка прогресса оттолкнула бы его от учебы вообще.       «Есть время? Хочу тебе кое-что показать!» — нетерпеливо позвал его Призрак.       — Нашел что-то интересное? — шепотом спросил Ян, решительно проходя в тяжелые резные двери и с удовольствием ощущая многообещающий запах бумажной пыли. Входя в библиотеку, он всегда чувствовал это непередаваемое предвкушение чего-то нового и хорошего.       «Не уверен. Иди в раздел, где литература по призракам. Я недавно наткнулся на кое-чье воспоминание… Сложно объяснить, что это такое, но если совсем упростить, представь себе шарик чего-то, что можно развернуть в объемную картинку. Мы, призраки, просто проходим сквозь них, как и через все остальное… стоп, налево! Но если ее подсунуть в голову живому, он как будто бы очутится в ней сам. Хотя, конечно же, физически останется там же, где и есть. Это как провалиться в сон, но наяву».       Ян честно попытался представить, благо нарисовать в воображении трехмерный комочек, разворачивающийся в полупрозрачную комнату, было легко.       «Нет, не то… Стоп, я кажется видел у тебя в голове подходящий образ, смотри!»       Это была сцена из Звездных Войн, когда R2-D2 передавал просьбу о помощи принцессы Леи Оби-Ван Кеноби. Видимо, просмотренные фильмы господин Геер посчитал чем-то несущественным, и эта картинка осталась нетронутой в перевороченном сознании Яна.       «Видишь, она есть, но ее нет»       — Проекция?       «Понятия не имею, как оно называется. Только эта дама возникла из этой штуки, а воспоминание разворачивается из сгустка значительно меньшего объема и, естественно, физического воплощения не имеет. Эти сгустки встречаются довольно часто, особенно, если слишком эмоциональные — они, как плесень, цепляются на все поверхности."       — Предположим, и? — Ян дошел до нужного закутка и недоуменно прошелся вдоль стеллажей, пытаясь понять, что именно ему нужно искать.       «А то, что раз воспоминания собираются в эти шарики, значит, если бы лорд Геер извлекал их, особенно в таком количестве, ему бы требовалось их где-то хранить. И, логично, что он бы держал их все в одном месте. А такого места в Геертвиле нет. Следовательно, воспоминания все еще в твоей голове, просто как-то спрятаны, скрыты. А поскольку доступ в твою голову у меня свободный, нужно только понять, как это сделать. Потому что во-первых, у тебя тут невероятная свалка из мыслей и образов, а во-вторых, у меня не так много времени. Скоро тебе снова придется выгонять меня, потому что дорогу сюда знаю не только я».       Рассуждения Призрака выглядели весьма логично. Действительно, вряд ли господин Геер собирал картотеку воспоминаний на каждого ученика. Это было слишком муторно: храни, возвращай владельцу, выкидывай ненужное, прячь от призраков… Опять же, раз существовали чары, возвращающие воспоминания, следовательно, маловероятно, что эти воспоминания находились где-то, где их можно было запереть или спрятать. А может, разгадка была как раз именно в этом? Нужно было не возвращать утраченное, а искать спрятанное. Навести порядок в собственной голове, систематизировать и разложить по полочкам, чтобы найти скрытые тайники?       — Нет, кажется ты не прав, — Ян решительно развернулся, возвращаясь назад к библиотечному указателю, — раздел по призракам нам не нужен.       «А что ты… А, ясно», — прочитал его мысли Призрак. — «Хм, а может и верно… А ты уверен, что здесь найдется то, что тебе нужно?»       Ян нетерпеливо перебирал карточки, читая названия и мысленно ликуя, что в библиотеке наставника систематическо-предметный каталог, а не, скажем, алфавитный. С. Сознание. Отлично! Он сделал шаг назад, выискивая ящик с нужным индексом. Да, вот оно. Книга не была справочником или пособием, по меркам внешнего мира ее, скорее, стоило бы отнести к научно-популярной, а то и развлекательной литературе. Подобные книги не пользовались у учеников большим спросом, поскольку те предпочитали тратить время на более практичные знания.       — Секция 12-Эль, знаешь, где это? — Ян так разволновался, что забыл понизить голос и спросил вслух. Сидевшая у окна за одиночным столиком Кэсс, удивленно подняла голову и пожала плечами, махнув рукой куда-то влево. Ян послал ей извиняющуюся улыбку, но двинулся вслед за Призраком в абсолютно противоположном направлении. Кэсс посмотрела на него как на идиота, и снова вернулась к своей книге.       Нужный им том выглядел хоть и потрепано, но скромно. Никаких золотых уголков, обычная кожа, похожая на телячью, в качестве обложки, отсутствие доводящих до мурашек гравюр и, что Яна удивило больше всего, наборной шрифт. Нет, учитывая объем литературы, логично было предположить, что зачаток типографии здесь имеется, но Ян настолько привык к книгам, написанных от руки (скорее всего при помощи чар, но это уже частности), что несколько секунд непонимающе пялился на обложку.       «Очищение сознания. Работа с мышлением и мыслями».       «Открывай!» — нетерпеливо попросил Призрак. — «Оно?»       Книга открылась ровно на половине, потому что посередине был вклеен сложенный в несколько раз лист тонкого пергамента. Ян аккуратно развернул его по сгибам, завороженно глядя на такой знакомый рунный круг, который очень крепко засел в его памяти. Ведь именно его Ян из будущего рисовал на полу кабинета господина Геера.