Глава V. Благие намерения. II

– …И все же, мне бы хотелось знать, зачем вы хотите видеть именно эту студентку. Как глава Коллегии Винтерхолда по старой традиции я, в некотором роде, являюсь опекуном всех учеников. – Прошу вас, архимаг. У меня нет намерения навредить ни вашим студентам, ни организации, скорее наоборот. Банри ожидала услышать голос того самого типа, заговорившего с ней в Саартале, но это явно был кто-то другой. Она прошла в зал, где обитал Савос Арен, и увидела незнакомца в капюшоне и уже знакомом одеянии. Тот, заложив руки за спину, изучал маленький садик архимага. – Я настаиваю… – начал Арен и тут увидел приближающуюся Банри. – Я не слышал, как ты стучала. Что ты здесь… Ах, ну да, понятно. Взгляд алых глаз сделался недобрым. Банри порадовалась, что смотрят не на нее, а на, очевидно, идущего позади Анкано. – Прошу прощения, советник приказал мне идти сюда. – Понимаю. Что ж, раз уж ты здесь, подойди поближе. – Архимаг обратился к пришельцу: – Вот ученица по имени Банрион. Банри послушно приблизилась, а тип в капюшоне развернулся к ней, уронив руки по бокам. – Банрион? Откуда ты? – Из… Готтлсфонта. И тут опять случилось… это. Мир выцвел, и все вокруг замерли, кроме незнакомца. Банри с переменным успехом пыталась подавить панику, когда он заговорил: – Пожалуйста, не волнуйся. Я не причиню тебе вреда. Банри хотела ответить, но язык, как и другие части тела, не слушался. – Не говори – думай, – посоветовал чужак, – только старайся оформлять мысли в слова четче. Так я пойму все, что ты хочешь сказать. Банри, следуя указаниям, произнесла про себя: – Ты кто?.. – Приятно с тобой познакомиться лично. Меня зовут Куаранир, и я, как уже говорил ранее, член ордена Псиджиков. – Что происходит? Что случилось со всеми? Со мной?.. – Я просто хочу с тобой поговорить. Я дал нам шанс побеседовать без свидетелей, но это ненадолго. Будем кратки. – Куаранир сделал почти незаметную паузу и продолжил: – Ситуация здесь, в вашей Коллегии, чрезвычайно важна, а наши предыдущие попытки связаться с тобой провалились. Я думаю, что дело именно в причине наших страхов. Этот предмет – Око Магнуса, как вы будете его называть… Его энергия не позволяла связаться с тобой через видения, которые мы тебе посылали. – Видения вроде того, что сейчас или в Саартале? Когда я плавала в Солитьюд и обратно, пару раз мне снились весьма странные сны, обесцвеченные… примерно как сейчас. Но я толком ничего не поняла. Куаранир поморщился. – Да. Мы думали, что удаление от источника помех поможет, но, как видишь, Око все равно мешает. Даже если находится на другом конце провинции. Чем дольше оно остается здесь, тем опаснее ситуация. Поэтому мне пришлось прийти сюда лично, сообщить тебе, как с ним поступить. – Почему мне? Я-то тут причем? – Ты его нашла. Ты сняла печати. И как это ни печально – тебе нести за него ответственность. Если бы Банри могла пошевелиться, то одарила бы проклятого монаха самым своим неприязненным взглядом. – Я не виновата. Толфдир велел мне искать артефакты, я и искала! На моем месте мог быть любой студент Коллегии! – Но не любой распечатал хранилище Ока, а именно ты. Вероятно, ты влияешь на этот план сильнее, чем тебе – да даже и моему ордену – казалось раньше. – Если дело настолько опасное, почему вы, Псиджики, ничего конкретного не предпримете? – Боюсь, все не так просто. – Куаранир помедлил, будто подбирая слова. – Пойми, орден Псиджиков обычно… не вмешивается в события непосредственно. Многие мои собратья воспримут мое присутствие здесь как нарушение наших правил, и я уйду, как только мы закончим беседу. Я прекрасно понимаю, что мое прибытие вызвало подозрения, особенно у Анкано, вашего талморского коллеги. – Он мне не коллега. – …Но все равно, мой Орден не будет действовать прямо. Действовать придется тебе. Банри в тоске перебирала варианты достойного ответа. Что, например, она здесь, в Коллегии, для того, чтобы учиться Восстановлению, что у нее полно забот и проблем другого свойства. Что ей просто неохота, наконец. Потом она вспомнила, как ей пришлось драться с Алдуином, хотя очень не хотелось, и почти смирилась. – С чего бы мне верить тебе или твоему ордену? – спросила она. – Полагаю, ты говоришь о том, что Анкано, судя по его поведению, недолюбливает Псиджиков? Тут все весьма просто. Талмор видит в нашем Ордене угрозу, потому что мы могущественны и не желаем подчиняться им. Уверяю тебя, мы не хотим тебе зла. Хотя… разве неприязнь к нам этого талморца не должна быть рекомендацией в твоих глазах? – «Враг моего врага – мой друг», что ли? Ладно, допустим. Но я все еще не понимаю, в чем конкретно проблема с этой штукой. Куаранир кивнул: – Как вы здесь, вероятно, уже выяснили, этот предмет… Око… чрезвычайно могуществен. Мир не готов к появлению такой вещи. Если оно останется здесь, его используют во зло. – Раз так, забери его! – Что я только что сказал? Псиджики не влияют на события непосредственно. И потом… – Куаранир развел руками. – Увы, многие в Ордене полагают, что неотвратимое уже произошло. Или вот-вот произойдет. – Все туманнее и туманнее. Я помогу, но я же не знаю, что делать. – К сожалению, будущее для нас – такая же тайна, как и для тебя. Ошеломительная мощь Ока не позволяет нам увидеть грядущее. Я боюсь, что уже нарушил правила своего Ордена, но все-таки скажу тебе еще одно: найди Авгура Данлейнского в вашей Коллегии. Возможно, он знает и чувствует больше, чем мы. Банри растерялась: – А кто это?.. – Когда-то он учился в Коллегии. Теперь он… нечто другое. – И где мне его найти? Коллегия большая, а студентов не везде пускают, особенно младшеньких. Куаранир, казалось, смутился: – Я… Я не знаю. Он где-то в Коллегии. Это точно. Наверняка кто-то из твоих коллег знает, где он. Поспрашивай, только с умом. – Он вздохнул. – Прости, что я не могу сообщить тебе желаемое, но этот разговор требует от меня больших усилий. Теперь, боюсь, я должен тебя оставить. Мы будем присматривать за тобой и направлять, как только сможем. Залог успеха – внутри тебя. Никогда не забывай этого. Сеанс прекратился за одно мгновение. Краски окружения вернулись на свои места, архимаг зашевелился, а позади Банри заслышала шаги Анкано, который еще не успел нагнать ее. Арен, медленно моргая, спросил: – Извините, вы хотели что-то сказать? Банри подалась в сторонку, но так неловко, что едва не упала. – Да! – процедил Анкано, поравнявшись с ней. – Что все это значит? Они с архимагом наверняка почуяли неладное, прямо как Толфдир в Саартале, но не могли понять, что именно было не так. – Простите, боюсь, я не вполне понимаю, – мирно сказал Куаранир. Анкано злобно прищурил глазки: – Не прикидывайтесь скромником. Вы просили встречи с неким членом Коллегии. Вот она. И чего вы от нее хотите? Куаранир, тем временем, задумчиво изучил Банри с ног до головы, будто впервые видел, и покачал головой. – Видимо, произошла ошибка. Имя то же, а место и национальность… не совпадают. Я искал женщину из Предела. И более почтенного возраста. – Таких у нас, кажется, нет, – кашлянул Арен. – У нас есть возрастные ученики из людей, но они все мужчины. – О. Что ж, я приношу свои извинения. Очевидно, мне тут не место. Я откланяюсь с вашего позволения. Куаранир собирался пройти к дверям мимо недоумевающего архимага, но Анкано, который, казалось, вот-вот задымится, преградил ему путь. – Что?! – рявкнул он. – Что это за шутки?! Вы никуда не уйдете, пока я не выясню, что вы затеяли! Псиджик удивленно моргнул: – Я ничего не «затеял». Прошу прощения, если я как-то оскорбил вас. Анкано рассвирепел окончательно: – Это мы еще посмотрим… Неким непонятным образом Куаранир вдруг оказался далеко от него, у самого выхода, потом открыл дверь и исчез на лестнице. Анкано, изрыгая проклятья на родном языке, помчался следом, а сразу за ним – архимаг. Банри осталась торчать в покоях главы Коллегии в гордом одиночестве. Не зная, что предпринять еще, она последовала за старшими волшебниками, и встретила Арена на лестнице – тот медленно шагал вверх по ступенькам с крайне задумчивым видом. – Является монах из ордена Псиджиков, спустя столько лет, а потом вдруг уходит, – сообщил он Банри. – Чего он хотел-то? – спросила та на всякий случай. – Он только о тебе справлялся, ничего больше. Очень странно. – Арен помолчал. – Хотя, теперь выходит, и не о тебе вовсе. Хвала Азуре. Для тебя это хорошо. Внимание Псиджиков всегда означает большие проблемы для его объекта. Я сначала хотел выяснить побольше о его намерениях, а уж потом решить, разрешить вам встретиться, или нет, но Анкано, как всегда, влез, куда не просят. Ты была занята чем-то важным? – Мы с Толфдиром изучали Око. Он что-то говорил о письменах на нем. – Что изучали? – Око… Магнуса. Ну, эту штуку в Зале Стихий. Арен потер лицо ладонями. – Боги, он уже и название ему придумал… Да еще какое выпендрежное-то. Ладно, я понял. Анкано не только игнорирует мои указания, но и еще мешает работе преподавателей. Больше это не повторится. – Он посмотрел на Банри. – Возвращайся к учебе, и на будущее: не надо бежать никуда по первому зову… советника. Он не имеет никакого права приказывать здесь кому-либо. – Толфдир его послушался, – хмуро сказала Банри. – Ясно. Хорошо, я и с ним поговорю. Можешь идти. Банри послушно направилась вниз, но замерла. Ей совсем не хотелось опять столкнуться со злобным Анкано. – Иди спокойно, – проговорил Арен, сообразив, отчего она мешкает. – Он при мне выбежал из башни и помчался к мосту. Небось, надеется поймать этого Псиджика. Только зря время тратит, идиот – его давно нет в Винтерхолде. Банри улыбнулась. – Спасибо. – Она спустилась на пару ступенек, но вдруг вспомнила кое-что. – Можно еще спросить: ты что-нибудь слышал об Авгуре Данлейнском? Арен закатил глаза: – Что, Толфдир опять рассказывал байки? Мне казалось, он уже должен был понять, что это неподходящая тема для разговоров. Тем более со студентами. Послушай, это все глупые россказни. Но опасные, потому что побуждают не самых зрелых личностей искать приключений на свою… голову. Толфдир отличный наставник и прекрасный маг, но частенько бывает чересчур простодушен. Как дите малое. Поэтому прошу тебя, не позволяй ему распространяться на эту тему.

***

Из всех знакомых Банри Толфдир был самым отходчивым. Банри в этом удостоверилась, когда ближе к вечеру обнаружила его в Зале Стихий, выступающим перед небольшой аудиторией. Слушателями были остальные студенты его группы и – вот сюрприз – Анкано. Темой лекции была все та же сфера, которую Псиджик назвал Оком Магнуса. Банри вспомнила, как сдуру ляпнула название при архимаге, и поморщилась, зажмурившись и тряся головой. Надо предупредить Толфдира, а не то скоро ему припишут авторство, а он и не поймет, что к чему. Банри обошла компанию и присела рядом с Толфдиром, подальше от Анкано, который попирал спиной одну из колонн. К слову, только он и задавал вопросы по теме, остальные то ли не знали, что спрашивать, то ли, что вероятнее всего, не хотели говорить при Анкано. Вопросы были один другого каверзней, вернее, они казались таковыми ученикам, потому что взгляды, которые они бросали на советника, становились с каждым разом мрачнее, да самому Анкано. Толфдира же эти подколки, судя по его все возрастающему энтузиазму, скорее, радовали. К гордости Банри и остальных, держался он очень достойно, раз за разом терпеливо и подробно обосновывая свои подвергнутые сомнению выводы. Лишь единожды он замялся, а потом, признав правоту Анкано, поблагодарил его за поправки. – Как-то упустил из виду, – сказал он, рассеянно теребя бороду. – Спасибо за наводку, я попробую отыскать что-нибудь из сочинений ранних Диренни, возможно, там найдется что-нибудь полезное нам. Хм, кажется, опять придется побеспокоить Урага. Анкано больше не ухмылялся. Казалось, он серьезно над чем-то задумался и ушел, небрежно попрощавшись. Когда двери башни за ним захлопнулись, всеобщее напряжение, которое, кажется, не замечал лишь Толфдир, спало, а Банри судорожно вздохнула. – Хвала всем богам… Дж'зарго фыркнул. – Ты так дергаешься при нем, что прямо неудобно. – Я из Сиродила. Мы там боимся Талмора, знаешь ли. Брелина сощурилась: – Так это… э… от страха? – Ну я не сказать, чтобы прямо в ужасе, когда он рядом, но некомфортно. Хорошо, что он с нашего этажа переехал. А что? Брелина переглянулась с Дж'зарго. – Да нет, ничего. Просто немного… странно выглядит. Все вместе они вернулись в Зал Достижений и разбрелись по комнатам. Банри занялась ежевечерними делами как то: переодеться, покормить и выгулять Кисину, затем покормить себя и заняться теорией Разрушения. Время шло к ночи, когда она подняла голову от книг. В башне было тихо – большая часть обитателей отправилась на боковую. Банри вышла в зал и обнаружила почти все занавеси задернутыми. Кроме той, что закрывала вход в комнату Толфдира. Внутри горел свет, а старик что-то читал, то и дело клюя носом. Банри заглянула в проем и поняла, что он держит в руках ту самую «Ночь Слез». – Толфдир, – тихонько позвала она. Он заморгал. – О… Банрион. Я думал, ты давно спишь. Что-то случилось? Банри вошла в его покои без приглашения и приблизилась. – Ты не рассказывал никому о моем… видении в Саартале, да? Даже архимагу? Толфдир, разом проснувшись, взглянул на нее: – Не нашел времени, к тому же… тема достаточно непростая и спорная. – Может, это и к лучшему, – кивнула Банри. – Я так поняла, этот орден не желает прилюдно демонстрировать свой интерес ко мне. – Сергий за ужином говорил, что якобы днем тут был Псиджик. Искал какую-то женщину, но не нашел и удалился. Анкано тебя для этого у меня забрал? – Да, к великому неудовольствию архимага. Толфдир задумчиво сказал: – Выходит, и впрямь к лучшему, что я не рассказал. Пусть так будет и впредь. Ни к чему Талмору знать лишнего о наших делах. – Ты же сегодня выболтал Анкано все свои теории по поводу Ока. – Ну, во-первых, не все, во-вторых… Минуточку, по поводу чего? Банри прикусила губу. – По поводу Ока Магнуса. Так его назвал тот Псиджик, а я нечаянно проболталась при архимаге, и тот решил, что это ты придумал. В общем, извини. – Око Магнуса… – Толфдир рассеянно потеребил бороду и посмотрел на книгу, что покоилась на коленях. – Очень интересно, но ничего непонятно. Почти ничего. – Почти? Как по мне, так тут одни загадки. Как Око попало в Саартал? Или почему атморцы выстроили свой город на этом месте? Толфдир усмехнулся: – Неплохо. Я даже могу продолжить. Почему эльфы, давно живущие в этих землях, не обнаружили его раньше? Почему, выбив людей из Саартала, они не переместили артефакт куда-нибудь в безопасное место, а оставили там же? Почему они сидели и ждали, судя по всему, пока Исграмор с Соратниками не вернется и не уничтожит их?.. – С последним я не могу согласиться, – тихо сказала Банри. – Мне кажется, местные эльфы просто решили, что им нечего бояться. Согласись, что хоть «Пять Сотен Соратников» и круто звучит, вряд ли такое количество воинов может отбить четверть континента у довольно многочисленных и развитых народов за относительно короткий срок. Толфдир аккуратно закрыл томик и отложил в сторонку. – Ты же не отрицаешь реальность, верно? – Он повел рукой. – Скайрим принадлежит людям. И давно уже, не одну тысячу лет. – Так я не спорю. Я… э… предполагаю, что, возможно, войско атморцев было куда сильнее, чем принято считать. – Ну, совершенно очевидно, что «Пять Сотен» – просто красивое преувеличение. Или наоборот – преуменьшение. Разумеется, такими силами страну не захватишь. Армия Исграмора наверняка исчислялась тысячами. – Я не совсем это… Ладно, неважно. Все равно правды нам не узнать, если только не сумеем как-нибудь заглянуть в прошлое и увидеть все своими глазами. – Маловероятно, что мы сможем, – протянул старый волшебник и вдруг сменил тему: – Что он хотел от тебя? – Кто? О… – Банри потерла лоб. – Хотел предупредить об Оке. Толфдир, он сказал, что эта штука очень опасна. – Я знаю. – Да, но ты можешь не осознавать – насколько. – Банри сцепила руки в замок и оглянулась на темный проем. – Он сказал, что они опять пытались послать мне видения, но не вышло, из-за того, что артефакт создает помехи. Поэтому он и решил прийти к нам лично. – Он сообщил что-нибудь помимо этого? – Да. Еще сказал, что кто-нибудь попытается использовать Око во зло. Из груди Толфдира вырвался тяжелый вздох. – Банрион, милая, любую, абсолютно любую силу и возможность можно использовать как во благо, так и во зло. Ту же магию в целом, например. Что ж нам всем теперь, не колдовать вовсе? Ведь волшебство тоже можно для дурных дел использовать. – Не всякое волшебство используется для плохого, – возразила Банри. – Моя основная Школа для злодейств совсем не годится. Толфдир открыл рот, будто хотел что-то сказать, но тут же его захлопнул. – Возможно, – проскрипел он и поднялся из кресла. – Время позднее, дорогая, а день был насыщенным. Почему бы нам обоим не отправиться отдыхать?

***

Слова Куаранира о некоем Авгуре-как-там-его всплыли в памяти только на следующее утро, когда Банри выгуливала Кисину во дворе. Собирая специальным совочком саблезубовы какашки в бумажный мешочек, она начала прикидывать, как бы половчее перехватить старика для очередного разговора с глазу на глаз. – Приятно видеть студента Коллегии, нашедшего свое предназначение. Банри обозрела пару остроносых сапог, замерших в паре шагов от нее, и отозвалась: – Еще не поздно вам его обрести, советник. У меня есть запасной совочек. Она выпрямилась и неловко взмахнула руками, будто бы потеряв равновесие, отчего мешочек с кошачьим дерьмом чуть не угодил Анкано по носу. Тот потешно отпрыгнул назад и свирепо уставился на Банри. – Поаккуратнее, женщина. С меня хватило и того, что твое животное обделало мою лучшую пару обуви, после чего ботинки пришлось выбросить. Еще одна такая выходка – и снотворным дело не обойдется. Банри на пару секунд онемела. Схватив зарычавшую Кисину за ошейник, она прижала ее голову к бедру и тихо сказала: – Это ты опоил ее тогда, после Саартала… – Конечно, я. И скажи спасибо, что сонным зельем, а не чем посильнее. Банри взяла себя в руки. – Что ж, прошу прощения, советник. Больше это не повторится. И… вы теперь на втором этаже обитаете, а Кисина боится лестниц. Думаю, ваши… тапочки теперь в полной безопасности. – Рад слышать. – Анкано вдруг сделался подозрительно ласковым. – Надеюсь, этим наш конфликт и ограничится. Э… Куда ты? Разве тебе не нужно в главную башню на занятия? – Нужно, – произнесла Банри, шагая к входу в Зал Достижений. – Но мне также нужно избавиться от отходов и извиниться перед Нирией. Всего доброго. Позже, присоединившись к своей группе в аудитории, она обнаружила в самом углу Анкано и поежилась. Его внимание к ее особе, проявившееся в последнее время, начало откровенно пугать, а как с ним бороться, Банри понятия не имела. Помощи от руководства Коллегии ждать не приходилось. Наиболее радикальным и, скорее всего, верным решением было бы покинуть заведение, но на это она не могла решиться. Это означало бы, что ее мечте стать настоящим дипломированным целителем, пришел бы конец. Что ж, придется пока смириться с присутствием талморца, а так же тщательно следить за собственными словами и действиями. Занятие шло своим чередом – опрос по предыдущим темам, затем теория по новой, а потом должна была состояться практика во дворе, но нынче Толфдир, выглянув в окно, и увидев, что все пространство затянуто непроглядной белой дымкой, проговорил: – Что ж, сегодня обойдемся без тренировок. Тем более, что почти все уже в достаточной степени овладели атакующими стихийными заклятьями. Можете быть свободны до завтра. Анкано покинул комнату первым. Зачем он тут вообще присутствовал, никто не мог сказать – за время урока он не произнес ни слова и кажется даже не пошевелился. – Ух, хвала Азуре. Ушел, – пробормотала Брелина, смахивая со лба воображаемый пот. – При нем я всегда себя чувствую, как неуклюжий гуар с грязными лапами. – Не ты одна, – буркнула Иллия. Дж'зарго тем временем пытал Толфдира: – Так нам точно не нужно практиковаться сегодня? – Ну мальчик мой, посмотри, что снаружи делается. Уж даже я, выросший в таком климате, не решусь провести на улице в такую погоду больше времени, чем требуется пересечь двор, что уж говорить о других. Впрочем, если не страшишься стихии – прошу. Дж'зарго глянул на буран, прислушался к беспрестанному стуку маленьких льдинок о стекло и прижал уши. – Ну… нет, пожалуй, Дж'зарго погорячился. А разве ничего нельзя с этим сделать? – Например? – Например, унять бурю. При помощи магии, конечно. Банри, убиравшая свои конспекты в сумку, на мгновение замерла, а Толфдир задумчиво покачал головой. – Манипулировать погодой при помощи волшебства можно, но сознательные маги стараются этого не делать. – Почему? – Погода сама по себе непредсказуема. А если добавить еще и магию, дело может закончиться катастрофой. Причем континентального масштаба. Мало кому охота брать на себя такую ответственность. Каджит забубнил, что, мол, опасность, скорее всего преувеличена, при полной поддержке доселе молчащего Онмунда, но вмешалась Брелина: – Вообще-то, Толфдир прав. Даже Советники Телванни стараются в погоду не лезть лишний раз. Знаю, что раньше они частенько любили нагнать тумана, а потом эффектно развеять, но дальше этого редко шли. – Но ведь шли же! Наверняка они творили всякое, просто перед слугами не распространялись! – Ага, наверное, – подхватила Иллия, – пока внезапным штормом пару их кораблей не утопило, или паводком один из их поселков не смыло. Все уставились на нее, и девушка пожала плечами: – Читала кое-что. Это было не про Советников, а про одного придворного мага, но смысл, думаю, понятен. – Она подхватила свою сумку и направилась к выходу: – С вашего позволения, я пойду в Арканеум. Остальные потянулись следом, и вскоре Толфдир и Банри остались наедине, как и хотела последняя. – Все в порядке? – прозорливо поинтересовался Толфдир. – Да, если не считать того, что я окончательно уяснила: элементальным магом мне не стать. Он улыбнулся: – Ну, вряд ли это большая неожиданность для тебя. – Да, конечно. – Банри помолчала, собираясь с мыслями: – Вообще-то я хотела спросить кое-что. Тебе когда-нибудь доводилось слышать об Авгуре Данлейнском? Толфдир медленно откинулся на спинку стула и озадаченно нахмурился. – Так-так… этого имени я уже очень давно не слышал. Боги… – Он провел ладонью по лицу и покачал головой. – Если так подумать, я ведь уже много лет с ним не говорил. Думаю, он по-прежнему внизу, в Миддене, но не могу утверждать. Псиджик о нем сказал? Банри молча кивнула. – Ясно. Руководство-то Коллегии таких разговоров не любит. Значит, ты пойдешь к нему? Передавай ему от меня привет, ладно? – Я… Я пока не знаю, пойду ли. К тому же… Мидден? Это не о нем нам говорил учитель Колдовства перед самым началом занятий? Вроде как там запрещено находиться. – Хм… да, верно. Точно-точно, Савос и Мирабелла летом предложили закрыть его и не допускать туда студентов, хотя бы пока у нас не дойдут руки там все почистить. – Толфдир поднял на нее взгляд: – Но если тебе очень надо, попасть туда можно. Хотя я и не советую. – То есть, мне не нужно слушаться этого монаха? – с надеждой спросила Банри. – Этого я не говорил. Банрион, если Псиджики связались с тобой, с помощью видений и напрямую, да еще не единожды – это не простая блажь, поверь. Но так как общаются только с тобой и тайно ото всех, включая нашего архимага, то рискну предположить, что они находят тебя достаточно знающей, чтобы дать разобраться во всем самостоятельно. Только тебе решать, будешь ли ты следовать их указаниям, или нет.