Пролог. Острозубый чёрт.

      Заканчивая свое шоу заканчивалась и пестрая жизнь Эллы. Да, она очень любила свою работу, но не когда её существование в Аду составляло из себя только пребывание ради будущего существования. Азарт и страсть, совершенно по-другому преподносимые в реальном мире, искажались в Небытие. Упорно и томно вздыхая всю ночь напролет, днем оставалось только делать массажи по всему телу и заниматься йогой, иначе в иной день можно было вообще в целом не разогнуться.       Пышные и эксцентричные наряды в бурлеске волновали душу не только посетителям бара, но и самой Элле. Она была поклонницей всей той пестроты, которую ей предлагали сногсшибательные костюмы каждого выступления, начиная от длинных шелковых платьев в пол и заканчивая достаточно откровенными боди, которые прикрывали лишь бюст и прочие надлежащие тому места.       Но Элла отдавала особенную честь и предпочтение комфортной и приятной одежде.       Каждое её утро представляло из себя ранний подъем. Она любила вставать недостаточно рано, но и недостаточно поздно: сохранять баланс было чем-то сокровенным и любимым. Она любила подойти к трельяжу с двумя небольшими тумбочками в одной футболке и нижнем белье, посмотреть на себя, взъерошить волосы, еще раз посмотреть на себя, а лишь потом повернуть голову в сторону окошка и увидеть… Ах! Увидеть самый обычный, но все же почему-то прекрасный для Эллы вид на прочие серые дома.       Спешно натягивая домашние штаны она спускалась вниз, в пустой клуб (поверьте, мало кто адекватный находился в этом месте с самого дня. По крайне мере кто-то ценил себя), заворачивала за стенку, шмыгала на кухню и заваривала себе кофе. Никогда Элла не помнила, какой именно она пьет сегодня. Это было не столь важно, пока этот напиток бодрил её и заставлял улыбаться с самого утра.       «Ах! Вот бы каждое утро проходило именно так..», — вздыхала она, тут же замывая за собой свою единственную кружку и убирая ее в сокровенной полке.       Вот именно, что не каждое утро выдавалось таким же солнечным, теплым, спокойным и приятным. Это же, черт возьми (не стоит..), Ад! Тихий и одинокий ночной клуб днём — это то место, которое стоит видеть своими глазами. Тишина, убранные и чистые столы, занятые совершенно никем…. Как же мелодично звучала тишина, тиканье часов в зале и отсутствие кого-либо в помещении. Оставаться одной и быть в полном расположении себя — вот что было настоящим подарком для Эллы утром. Но, конечно, череда счастья сегодня закончилась раньше, чем она хотела бы.       Сегодняшний день представлял из себя встречу с теми, с кем встречаться не хотелось. Стоило сказать спасибо тому, что ехать надо было не на другой край города. Хотя разницы особо не видно, когда ты едешь туда, где находиться ты не хочешь.

***

      Последний раз поправив локоны, Элла наконец-то вышла из своей обители, цокая на небольших лодочках в сторону огромного небоскреба. Ад днем представлял из себя самый обычный город, только еще пустующий и не особо оживленный. На улицах не было особо чисто, что девушке очень не нравилось, а грешники если и двигались по дорожкам, то совсем вяло. Желания рассматривать такое место почти не было. Оно не представляло из себя ту красоту, которую можно было бы сделать с ним и явно не желало становиться красивее. Элла осознавала, что пора было бы уже принять жестокие реалии и виды Пентаграмм Сити, но что-то внутри все же не давало полноценно закрыть на это глаза.       Время предательски тянулось, а ноги будто бы специально стали короче на определенный момент времени, хотя сбежать хотелось прямо сейчас. Явно подуставший вид Эллы говорил сам за себя «отстаньте от меня и дайте посидеть на месте».       Она любила слушать голоса других людей, представлять их мысли, анализировать их внешний вид и размышлять, кем они были в реальной жизни. У неё не было любимого места в этом городе. И казалось, что даже никогда не будет. Уже несколько тысяч раз она прогуливалась по одному и тому же маршруту. Люди сменяли собой друг друга, виды слегка изменялись между собой, но одиночество в этом месте было намного шире и обширнее, чем оно было еще в реальной жизни на Земле.       И все же, как бы долго ноги не несли её в сторону её ловушки, она все же до нее дошла.       Огромное здание представляло из себя зеркальный небоскреб с тремя буквами «Ви» на самой верхушке. Стоило отметить, что хотя бы вокруг этого места бывшие люди копошились еще с утра. Элла искренне соболезновала тем, кто работает в этом рое каждый день и каждый день терпит присутствие Вокса, Валентино и Вельвет. Она бы и сама не хотела находиться в этом месте, если бы с дуру не приперлась сюда в первые дни пребывания в Аду. Небоскреб Эллу покорил и желание «зацепиться» за что-то властное обрекло её на вечную недо-работу шестеркой в компании трех таких же недо-садистов. Девушка была рада хотя бы тому, что работала она удаленно и видиться с ними каждый день не было в ее обязанностях.       Жизнь тут воистину варилась и кипела: кто-то спешно бежал к лифту, кто-то подходил к ресепшену, кто-то упорно и очень грязно матерился на сотрудника…. Впрочем, все так, как и должно быть в успешной компании.       Чуть ли не вбежав в этот адский рой, Элла быстренько и тихонько спросила у какой-то очень важно сидевшей на кресле девушки, которая смотрела в отчетный журнал, куда ей стоит направиться по «посланию», на что та, даже не подняв головы, указала пальцем влево, в сторону лифта, и протараторила «69 этаж».       Элла даже не успела поблагодарить её, как она сразу ответила на звонок.       «Не судьба», — подумала Элла, пробираясь к лифту.       Увиденное её слегка удивило. Выходя из лифта, ей почти сразу стало заметно скопление большого количества демонов и грешников. Ожидаемо, что её не послали бы одну в столь интимную обстановку, но к чему этот кипишь?       Кто-то все еще кричал на кого-то, а кто-то занимался своими делами.       Сам по себе офис был не очень на него похож. Это место скорее было каким-то местом встреч и заседаний с сценой для выступления. Не желая лезть в эту заварушку, Элла присела с самого края слева. Может, её бы не заметили?… Конечно, так думать именно хотелось, но осознание подплыло очень быстро, выводя Эллу из сна под названием «Дом».       Всё в этом месте двигалось быстро, все в этом месте копошились, и лишь с выходом Валентино на сцену, уселись на первые попавшиеся места. Гул по-тихоньку утихомирился, и Вэл, докуривая дорогую сигару, очень сумбурно начал свою речь.       — Постараюсь быть кратким,— начинал он, выпуская красный едкий дым. — Сейчас я буду поочередно называть имя бесов, которые тут находятся, и они будут вставать со своих мест. Я надеюсь, все ясно? — его глаза сузились, предвкушая какое-то шоу. Кровавое шоу.       У Эллы слегка вспотели ладони, она сжала свою рубашку у себя в руках. Её больше всего пугала неизвестность, перед которой она сейчас сидит, хоть и на последнем ряду. Это был день её смерти? Новой жизни? Но в любом случае, что её ждёт после «оглашения» списка?       Впрочем… Конечно, ответа из зала не последовало — все тихо повиновались вышестоящему.       Какой-то вертихвост поднес мотыльку бумажку, и Элла напряглась еще сильнее. Она не была тревожным человеком, но когда речь шла о ее судьбе, волей не волей она начинала задумываться о последствиях своих взбалмошных решений юности.       Постепенно демонов, которые вставали с мест, становилось чуть больше и больше, но все же, если судить по общему количеству мест, то грешников было значительно мало. В этот момент в голову девушки закралась самая мрачная мысль, а именно, что эти люди на убой. И только-только расслабившись, осознавая, что она точно нигде не провинилась, она услышала громкое и язвительное «Элла Стратсбург».       Оно прозвучало как тот самый конец Ада. Конец уже даже второй жизни. Она не знала, что прямо сейчас с ней будут делать, но её тело охватил и пот, и мурашки, и даже левую икру ноги у Эллы свело. Ей не оставалось ничего, кроме как встать. Она стояла одна из последних рядов, и именно сейчас она чувствовала себя белой вороной. Чувствовала, как её съедали взгляды других демонов, чувствовала, как они елозят по её телу. Чувствовала, как ей приходит смерть. Только вот уже во второй раз она не казалась настолько страшной и непонятной. А ведь знаете, ножик в животе — не так уж и больно.. По сравнению с жадными взглядами в Аду.       После ее имени прозвучал еще десяток имен, и лишь потом Вэл наконец-то свободно выдохнул, проговаривая последнее:       — Всех стоящих вывести в отдельное помещение. Остальных — истребить,— душа Эллы ушла в пятки. На ватных ногах она тут же повернулась к выходу, который был так близок, и даже не осознавая, куда теперь она направляется, она была рада уйти отсюда. Хоть может и теперь она обречена на большие страдания, но в её руках её жизнь, её душа и её сознание, а это уже считалось, хоть и малой, но победой для неё самой. Не желая видеть кровь, кишки, которые в скором времени будут разлетаться по всему залу, она и впрямь выбежала чуть ли не первой и лишь попозже оказалась в уединенном месте вместе с остальными избранниками.       Здесь их уже встретил Вокс собственной персоной. На этот раз он сидел за письменным столом, занимаясь какой-то явной чепухой, а не подписыванием важных бумажек, как оно обычно бывает. Ввалившаяся куча грешников, на этот раз с Эллой в самом центре и начале, явно уже взбесила Вокса. Он, не дожидаясь никого и ничего, тут же начал свою пламенную речь:       — Поздравляю! Вы остались верны нашей компании и именно поэтому сохранили свои жизни. Теперь, на пути к вашей верности, вы будете… работать на благо нашей компании,— он встал с кресла, облокачивая руки на дубовый стол. — Вы все будете перенаправлены в разные отделы по разным миссиям. У каждого она личная и не обговаривается. — перед каждым грешником появился контракт. В том числе и перед Эллой. Золотая бумага, на коей серебром были выгравированы слова, казалась очень неестественной для Ада. — Выбора у вас, конечно, нет, и именно поэтому вам стоит как можно быстрее подписать свои бумажки. Иначе вас ждёт та же судьба, что и остальных, оставшихся в другом зале,— он наконец замолчал. Тишина после его речи продолжилась. И Элла встала в ступор.       Она очень быстро и скрупулезно перечитывала контракт, и первым же делом её глаза кинулись на её задачу.       Её задача — шпионаж. В новеньком отеле, который крутят по очень плохо сделанной рекламе по телеку. А главное, что шпионаж был даже не за принцессой Ада, а за… Радио демоном? Аластор его зовут, вроде. Элла слышала про него из уст каких-то демонов, приходивших периодически в бар. Сама она его никогда не видела, ведь появилась тут только недавно, когда он … исчез? Именно так говорят все, кого не спросишь и все, кто говорят про него. Известно лишь то, что он был невероятно сильным и жестоким, а в один момент взял, да испарился! Казалось бы, с чего? Но об этом история умалчивает.       В этот же момент личико Эллы искривилось, а перо, заведомо появившееся в её руках, тотчас захотелось сломать, а самой сбежать. Она перечитала еще несколько раз бумажку, только более нервно и неспокойно. Радовало лишь одно — контракт был не на ее душу. А на промежуток времени, что оказалось для неё довольно странным, но выгодным решением. Всего лишь потерпеть.. парочку лет и уйти, как ни в чем не бывало.       Элла, безвыходно подписывая бумажку, подумала, в чем же была причина выбора именно её кандидатуры на такую сомнительную задачку. И в голову пришла лишь одна мысль: об ее золотых крылышках на голове — скорее всего она была похожа на ангела и это дало бы еще больше надежд принцессе Ада на то, что демон может измениться. Это было бы единственным логическим решением в данной ситуации. Но даже так, рука Эллы все равно продолжала дрожать, ставя неровную подпись. Прямо сейчас она в цепях. Скованная по всем частям своего тела. Мерзкое чувство.

***

      Дни летели. Элла вернулась со встречи совершенно никакая. Вяло цокая обратно домой, Ад казался ей еще более невыносимым чем обычно. Сумочка, до этого гордо висевшая на её плече, теперь развивалась из стороны в сторону в кисте её руки. Она шла и думала. Думала о том, насколько сильно теперь изменится её жизнь и насколько сильнее она станет невыносимой.       «Ладно» ,— подумала тогда Элла. — «Если теперь мое существование зависит от исполнения контракта, то я должна как можно на побольше растянуть время, чтобы спокойной побыть дома. Максимально не хочу туда ехать».       Её тяжелые размышления закончились простым решением, которое она посчитала верным. Ей очень хотелось как можно больше времени провести и дома, и на работе. Пусть она уже и не приносила столько радости, сколько приносила обычно, только сейчас Элла осознала, насколько она ей дорога, и насколько же сильно она любит то самовыражение, которое использует в бурлеске. В своем танце, в своем костюме и голосе, которые она всегда умела балансировать между собой и создавать шоу, от которого никто не мог оторваться. Именно так она приносила для себя и известность, и деньги для существования.       Шёл уже четвертый день, как Элла тянула со своим заданием. Точнее, четвертая ночь выступления. Эти дни Элла решила провести на всю катушку, и именно потому её наряды были особенно необычными, а выступления еще более невероятными. Она еще больше использовала свой язык и манеру общения для того, чтобы узнать побольше о жизни. Только теперь уже о жизни отеля Хазбин. В перерывах между своими шоу, она еще чаще разговаривала с кем-либо или заигрывала, первостепенно задавая вопрос «Каков же он? Отель Хазбин?». И вы не поверите, но за все эти упорно потерянные на информацию ночи она не узнала ничего нового, кроме того, что «это идея эпатажной принцессы Чарли, у которой наверняка шило в жопе заиграло, ведь настоящей жизни она наверняка не знала».       Каждый вечер. Каждую ночь. Будто бы каждый демон был запрограммирован кем-то говорить одно и то же, не желая, чтобы Элла узнала больше. Это уже начинало бесить, ибо каждый, каждый, черт тебя дери второй говорил чуть ли не одно и то же, лишь в другой формулировке! Для Эллы это уже стало азартной игрой — найти существо, которое расскажет ей чуть больше.       Она присела за бар той же четвертой ночью, потирая виски и безнадежно вздыхая.       — Виски, пожалуйста, — говорила она устало бармену, старому знакомому.       — Эл, а не рановато ли ты начала? — говорил он особо не эмоционально, наливая чей-то шот.       — Эй… не пререкайся хотя бы сегодня и, пожалуйста, сделай как говорят. Иначе я скоро сойду с ума. Этот отель меня сведет с ума! — выругалась Элла чуть громче, всплескивая вверх руками.       Бармен пожал плечами и уже через пару секунд перед ней был гравированный стакан с пойлом.       Занося руку чуть выше и поворачиваясь вбок, она уже чуть было сделала глоток, как перед ней возник силуэт мужчины-демона в красном пиджаке. Элла явно удивилась и слегка поперхнулась, все же делая спешный маленький глоток выпивки.       — Вас! С ума сведет! Миледи, мне кажется, вы преувеличиваете. Его концепция ведь заключается в совершенно обратном! — не успев отдышаться и толком откашляться, Элла заметила перед собой мужчину. Высокого очень, выглядел как настоящий джентельмен. В руке трость держал с микрофоном (ей богу, как сумасшедший!), а сам улыбался ей во все свои острые зубы.       — Неужто? — продолжала Элла. — Все так о нем отзываются, будто там держат несколько собак на привязи и выпустят при малейшей проблеме.       — Вам кажется, прелестная дама! — этот чудак на секунду повернул голову в бок, запрашивая такой же стакан виски, как и Элла. Значит, он точно был намерен продолжить диалог. — Вы совсем чуть-чуть заблуждаетесь, — он положил одну руку на барную стойку, а вторую смиренно уложил на свои колени, — отель Хазбин — прекрасное место, в котором даже Вы сможете получить шанс на искупление! Быть может, вы вознесетесь и даже станете ангелом! — Эллу очень пугала его несходящая с лица улыбка. Невооруженным взглядом было заметно, что это была лишь маска этого дьявола для прикрытия.       — Вы сами-то верите в то, что только что сказали мне с таким жизнерадостным лицом? — Элла даже не знала его и представить себе не могла, как он мог так нагло врать ей в лицо.       Глаза демона слегка сузились на мгновение, он ненадолго замолкнул, но также непревзойденно продолжил:       — Верю! Иначе я бы не выпивал тут столь культурно вместе с вами, милочка! — он уже осушил свой стакан и успел поправить бабочку на шее. — Вы выступаете тут? — он резко перевел тему.       — Да,— отвечала отстраненно девушка.       — Поете? Танцуете? Организовываете? Какой у вас… чудесный реквизит,— его взор тут же переместился на крылья в голове Эллы.       — Можно сказать и то, и то. Это называется бурлеск. Джаз там, образы всякие, если кратко. Вы впервые тут?       — Мммм….. — он промычал, отводя взгляд в сторону сцены. — Да. Меня зовут Аластор. Неужто и вы впервые видите меня? — только сейчас Элла осознала, что люди отошли от них и находятся как минимум в трехстах метрах от Эллы и.. этого Аластора. Тут-то у Эллы сложился пазл в голове и, сложив два плюс два, она не успела скрыть своего удивления.       Прежде чем она ответила каким-нибудь посредственным предложением, Аластор продолжил:       — Будем знакомы, Элла! Вы просто душка! — теперь уже он выпрямился еще больше обычного и, сложив руки в замочек, выпалил. — Вы что-то запоздали с прибыванием в отель. Разве в вашем контракте не было четко прописано, чтобы вы явились максимум спустя день после заключения? Неужто, уже вторая жизнь вам не дорога? — Аластор сузил глаза, слегка наклонил голову в бок и натянул улыбку пуще прежнего. — Мы можем договориться. Вы сами знаете, о чем я.       Эллу не по-детски передернуло.       — Аластор… Вы столь благородны, думаю, нам точно есть о чем поговорить, — теперь уже ухмылку натянула она, только сразу после этого сделала последний, очень сильный глоток виски.