Глава 29

Дни стремительно сменяли друг друга. Мы с Годфриком медленно, но верно подбирались к моменту, когда изобретение из моего родного мира сможет колесить по дорогам Эйд Крила. И с каждой новой моделью наш металлический скакун становился более покладистым, удобоваримым и оптимальным в самом широком смысле этого слова. Не хватало только амортизаторов для более плавной езды и поролона для набивки сидения, но с этими вынужденными лишениями я смирился. Способность к лечению позволяла избавиться от любых неудобств и болезненных ощущений в промежности. А вот местным, не владеющим чем-то подобным, пришлось бы тяжело, поэтому я собирался на встрече с Клодетт обговорить этот момент, дав ряд рекомендаций по эксплуатации аппарата. Например, перемещаться строго по дорогам. Хоть я и понимал, что шебутной народ на велосипедах, разве что, в гору взбираться не будет. Однако, оставлю это на их совесть. Помимо велосипеда я всё-таки был одержим идеей создания зубчатой трансмиссии, поскольку она была в разы удобнее и надёжнее. Но в кузнице барона с имеющимся оснащением было невозможно сделать нечто столь миниатюрное и сложное, что, опять же, было доступно в столице... Все дороги вели к ней. О месте своего назначения я собрал как можно больше информации у местных. В частности, для меня стало откровением, что Эрин родом оттуда. Но сейчас не об этом. Астэбла – крупнейший город Королевства Эймос, насчитывающий более ста тысяч человек. Это центр политики, торговли, военно-промышленного комплекса и так далее и тому подобное. Каждый день через город проходили сотни и тысячи путников, включающих в себя торговцев, авантюристов, ремесленников и прочих сильно занятых, и нет, людей. Там же располагалась и Академия, в которую мы с Ричардом должны будем отправиться в августе-месяце. Думать об этом, впрочем, не очень то и хотелось. Слишком много опасностей таила в себе столица для столь незаурядной личности. Стоит потерять бдительность и кто-нибудь да воспользуется моментом. Поэтому первым же делом я решил позаботиться о своей внешности. И, должно сказать, разработчик не оставил меня с пустыми руками. Да, как и прежде, я не мог менять самостоятельно свою внешность, поскольку не владел трансмутацией, но на помощь пришёл великий и ужасный...фансервис. Если быть точнее, то такая вещь, как скин. [Информация о предмете] [Волосы феи, ранг SSR] [Описание: Предмет, полученный в честь летнего ивента] [Эффекты снаряжения] [Увеличение атаки: 5%] [Сопротивление магии: 5%] На вид это были обычные белокурые волосы до пояса, к которым прилагалась панамка с цветочными украшениями. Шляпка, на мое счастье, снималась. – «Интересно, а у них есть панамки?» – подумал я, убирая предмет на туалетный столик. Я пролистал панельку, изучая другие костюмы и скины для предметов экипировки. Среди них, например, был зонтик, что я нашёл довольно занятным. С помощью него я мог спрятать Кларент, при этом не потеряв свойств «Меча в камне». Собственно, так я сделал, покручивая в руке уже не рукоять меча, а зонта. Было трудно поверить, что это тот же меч, которым можно кого-то убить. Но из любопытства я сделал замах. Привычное гудение наполнило комнату. Я не сомневался, что окажись на линии движения «зонта» кто-то из плоти и крови, его разрубит сию же минуту. Впрочем, едва ли такая опасная уловка пригодится мне в Академии.

***

Ближе к концу июля мы с Ричардом, уже порядком поднатасканные репетиторами, готовились к отъезду. Астэбла располагалась юго-западнее территорий барона и путь до нее отбирал, без малого, около трёх недель. Учитывая среднюю проходимость кареты в пятьдесят километров в день, мы должны были преодолеть около тысячи с хвостиком километров, что немало. А ведь земли Эймоса тянулись много дальше в оба направления. В нашем мире, наверное, королевство было бы одним из самых больших государств. Конечно, не уровень России или Соединённых Штатов, но условная Аргентина или Бразилия плюс-минус служили некоторой мерой сравнения. Сам материк, Эйд Крил, был значительно больше, раз на нем умещалось несколько подобных крупных стран. Однако, урок географии я решил оставить на совесть уважаемых профессоров из Академии. От посторонних размышлений меня оторвал стук в дверь. Я подошёл и открыл её, увидев знакомую пару черных, как сама ночь, глаза, волевой подбородок, иссиня-черные волосы. – Вечер добрый, – поприветствовал я Ричарда. – Здравствуй. Я пройду? – спросил брюнет, разглядывая меня, как экспонат в музее. – Ну, раз ты здесь, – несколько увильнуо я от прямого приглашения, покрутив на пальце локон новых волос. Парень вошёл в комнату и осмотрелся, изучая взглядом море бумаги, почти пустую чернильницу и общий хаос, с которым безуспешно боролась Эрин. – Тут несколько...неопрятно, – чуть замявшись, прокомментировал Ричард. – Творческий беспорядок, – брякнул я, собирая листы с пола, – Как закончу в кузнице, станет почище. Брюнет чуть приподнял голову и посмотрел в мою сторону, сказав: – Ты про костотряс? – Косто-что? – с недоумением спросил я. – Та металлическая лошадь, которая двигается от мускульной тяги всадника. Одна служанка рассказывала, как ты на ней все кочки пересчитала и свалилась. – А вот и не было такого, – недовольно высказался я, защищая честь и достоинство велосипеда, – Конструкция просто требует доработок для удобств "всадника", – договорил я, делая пальцами кавычки на последнем слове. – Как знаешь, – бросил он, отводя взгляд в сторону, на схемы велосипеда. – Зачем пришёл то? Вроде и так почти каждый день видимся, – произнёс я вполне себе очевидные вещи. – Отец волнуется, что ты не сдашь, – ответил Ричард, его слова воспринимались, как удар под дых. Я этому, естественно, был возмущён, так как в школе по оценкам я был всегда в топе двадцати. Сомневаться во мне было равносильно тому, чтобы выказывать сомнения относительно очевидных вещей, таких как, допустим, Солнце, восходящее на востоке, или предмет, который всегда будет падать вниз благодаря силе притяжения. Конечно, и здесь хватало образованных людей, но немногие из них могли бы сравниться с японцем образца двадцать первого столетия, лишённым потребностей в еде, воде и сне. – И почему господин так решил? – обратился я к брюнету. – Репетиторы говорят, что ты совсем не стараешься на их занятиях. – «Будто там есть над чем работать» – с ноткой претензия протрезвонил мой внутренний голос. Знания этого мира меня порой угнетали. В частности, люди здесь до сих пор не пришли к гелиоцентрической системе мира. Солнце и другие планеты вращались вокруг Земли. Сама вселенная крутилась вокруг этих людей, а где-то за пределами этой конструкции располагались Рай и Ад. И знаете...даже несмотря на наличие живого Бога в лице Брайд, я не мог согласиться со всем вышеприведенным. То есть, я не исключал, что и в нашем мире, пространстве-времени существует дядя или тетя, которые запустили вселенную. Но основные, общие для всех, вехи они должны были блюсти. И этой вехой была физика. Скажем, брось я яблоко на землю, но полети то куда-то в космос, я бы принял правила игры. Но здесь всё было также, как и на родной земле, поэтому отступать было некуда. Можно сказать, компас и велосипед только начало моей деятельности по преображению воззрений местных на окружающую действительность. Если меня не примут за ведьму и не попытаются сжечь на костре, разумеется. От своих размышлений я вновь вернулся к диалогу с брюнетом. – Заверяю, их претензии к моей активности безосновательны. На вступительных я выложусь как следует, – сказал я, похлопав Ричарда по плечу. Парень смягчился, на его лице, на мгновение, замерло довольное выражение. Хмыкнув, он пошёл к выходу и напоследок добавил: – Знать ценит поступки больше, чем слова, Пандора. Надеюсь, ты всем покажешь, как они ошибаются. Я невольно улыбнулся. Ещё минуту назад Ричард говорил, что моя идея с велосипедом провальна, а сейчас показывает, что верит в мой успех на экзаменах. Так глупо. Амбитендентностью так и несёт. И всё же приятно. Когда кто-то верит. – Обязательно покажу, – полушёпотом проговорил я ему в спину. Будь то алхимия, история, фехтование или ещё что, я буду среди лучших.

***

Я забросил велосипед на крышу кареты, пока Годфрик с другой стороны доставал верёвку, чтобы привязать его к рейкам. Сегодня мы должны были начать наше с Ричардом путешествие длиной в три долгих года, по итогам которого, возможно, наши жизни кардинально изменятся. По правде говоря, я по-прежнему не видел в этом большой нужды. Но моральный долг постепенно вытесняло желание. Обыкновенное желание. Всё же в школе, несмотря на хорошую успеваемость, я был не особо общителен и популярен среди сверстников. Нет, я не возводил стен. Не прослыл каким-нибудь ледяным принцем, небесным императором как в глупых мангах в жанре сёдзё. Я просто был... обычным мальчуганом, который ощущал себя комфортно в покое и тишине. Сейчас, по прошествии некоторого времени, мне казалось, что я много чего упустил. Другие дети наслаждались жизнью; первая любовь, алкоголь, караоке, гулянки до утра, клубная деятельность, которой я занимался номинально. Я понимал, как много упустил, и сделанного, а вернее не сделанного, не воротишь. Не отмотаешь время вспять и не проживёшь «правильную» жизнь. Хотя, можно ли назвать чью-то жизнь неправильной? Наверное, нет. Человек сам себе судья и он определяет ценность собственным деяниям и поступкам, досадным упущениям. Если ему не о чем сожалеть, то и жизнь он прожил такую, которой, по всей видимости, и хотел, добивался. Сейчас сама вселенная смилостивилась и дала мне возможность. Я не гнался за ней, но и не попробовать не мог. Тогда уж точно буду жалеть. Печалило только то, что я делал это в теле своего персонажа, а не в собственном. – Обязательно навестите Ройса, – с обеспокоенностью в голосе сказала Розалин, держа Ричарда за руку. – Хорошо, матушка, – ответил брюнет, посмотрев на Орсона. Тот был невозмутим и нем, как скала. Ричард кивнул ему, а тот ответил ему тем же. И это, казалось, было куда значимее любых слов. – Но-о! – протяжно крикнул возничий, дёргая за поводья. Карета тронулась с места. В окно я заметил Эрин, Марвина и Кроули. Они помахали нам. Это было мило. Я откинулся на сидении и прикрыл глаза. – «Всё бы хорошо, но я же за все эти недели с ума сойду» – подумал я, представляя как мне придется день и ночь ехать в этом ящике. Разумеется, были постоялые дворы, пабы и иные заведения, где можно было отдохнуть. Но я же даже напиться не смогу из-за способности. Иными словами... Это будет тысяча километров на чистой силе воли и выдержке.