Глава 4.3

Светка... Девятый класс... Выпускной... Не было более счастливых моментов, чем наши медленные танцы. Особенно, когда мы были немножко пьяные. В этом было нечто необычное. Нам было хорошо друг с другом, пока она не уехала. Может это была любовь, а возможно и нет. Я проснулся, было ещё темно. Перед моей кроватью стоял силуэт. Вася. – Здорово ты вчера их! Что думаешь делать дальше? – Я не могу теперь просто взять и уйти, эти люди приютили меня. Я должен помочь! После того, как те 3 отморозка ушли, Иннокентий нам всё рассказал. – Они приходят раз в месяц, уже на протяжении полугода и требуют половину наших продуктов питания, которые мы добываем с большим трудом. Они тут вроде как территорию держат, а с нас якобы налоги взимают. – Сколько их? – спросил я. – Мы не знаем. Приходят только эти трое, угрожают. Пару месяцев назад у нас женщину забрали. – Женщину? – Да. Мы все тут всего лишь историки, мы не можем дать отпор, слишком слабые. Но мы ждали такого человека как ты. Я знаю, что ты не собираешься тут задерживаться, однако, от лица всех нас, искренне прошу тебя о помощи. – Хорошо, – быстро согласился я, – Завтра посмотрю, что можно сделать. На следующий день, после полу бессонной ночи, мы с Гошей пошли разведать обстановку. Он взял с собой ружьё, а я засунул себе в джинсы пистолет, который я прихватил ещё на блокпосте. Когда Иннокентий рассказывал, что здесь нет ни одного историка из столицы, мы ему пояснили в чём дело, что повергло всех в шок. Мы шли по тропинке, с которой те трое приходят каждый месяц. Дорога была одна и через 40 минут, она привела нас к 2х этажному дому, слева от которого находился гараж. Затаившись в чаще леса, мы решили осмотреться. – В доме вроде тихо, – сказал Гоша. – Давай как в прошлый раз, – предложил я, – Я пойду внутрь, а ты прикрывай. – Идёт. С этими словами я подошёл к дому и аккуратно влез в открытое окно. В начале, мой путь пролегал через гостиную. – Кто ты? – послышался женский голос. В комнате стояла женщина не более 40 лет. – Сначала ты ответь на этот вопрос, – сказал я, – И имеешь ли ты какое-нибудь отношение к людям, которые нападают на лагерь историков. – Я сама из этого лагеря, меня забрали 2 месяца назад и привели сюда. – Зачем? – У этих троих есть главарь. Его имени я до сих пор не знаю, но кличут его "Седой". Ему нужна была кто-то вроде жены. А я как раз в ту пору только пришла в тот лагерь, вот они меня и заприметили. – То есть, их всего четверо? – Да. Седой ужасный человек, но мне его в какой-то степени жаль. А остальные трое просто псы на привязи. Они сказали, если я сбегу, то они убьют всех в том лагере, – заплакала женщина. В этот момент отворилась задняя дверь дома, которая была вне поля видимости Гоши. В комнату вошёл человек лет 40, но с седыми волосами и 3 вчерашних отморозка. – Сегодня мы хорошо поохотились, но дома нас ждёт ещё одна добыча, – сказал Седой и достал нож из кармана, – Хочу тебя предупредить, я лучше всех на этой планете метаю ножи, поэтому, советую тебе не дёргаться. – Седой, это он вчера их двоих отделал, – сказал один из мужчин. – Это он вас отделал, – засмеялся Седой, – Он же ещё мальчишка! – Седой, отпусти его, прошу! – запричитала женщина. – Ты за ней пришёл? – спросил Седой поворачиваясь ко мне. – За ней и за словом, что ты больше не будешь трогать лагерь историков. – Седой, позволь я его отделаю, уж меня то он точно не победит. – Хорошо, – ответил Седой, – Я дам тебе такую возможность. Значит, парень, слушай сюда. Будешь сейчас драться с Кирпичом. Если победишь, я отстану от лагеря и разрешу забрать Лену. Но если проиграешь, то я лично тебе голову отрежу и поставлю её на пику перед домом. Я не шучу. – Идёт, – ответил я. – Нет! – закричала Лена, – Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то умирал. Я подмигнул ей, и мы вышли во двор. Незаметно дав условный сигнал Гоше, что у меня всё под контролем, мы начали поединок. – Зря ты согласился на это, щенок! – спокойным голосом сказал Кирпич, – В прошлом я чемпион области по боксу. И тут я вспомнил, чему меня учили. Что если боец восточных боевых искусств имеет дело с боксёром, главное отключить ему руки. Без них он ничего не сможет сделать. Кирпич ринулся на меня, пытаясь провести хук справа, но я в один момент собрал всю силу в кулак и ударил ему в бицепс. Одна рука была готова. Потом, в прыжке, ударом пятки, я угодил ему в левое плечо. Судя по расчётам, в которых я не ошибался, я попал прямо в нервные окончания. Кирпич больше не мог поднять руки. После, я провёл серию мощных ударов по голове, пока он не потерял сознание. — В себя он придёт не скоро. А теперь, Седой, выполняй обещание! – скомандовал я. Мы отвели Лену в лагерь и взяли слово с Седого, больше не трогать историков. – Ещё совсем светло, – сказал я, – Думаю, мне пора идти дальше. – Мы безмерно благодарны тебе, — воскликнул Иннокентий, – Но у нас есть к тебе ещё последняя просьба. Он дал мне в руки толстую красную тетрадь и небольшую железную коробку. – Я знаю, что ты идёшь строго прямо по железнодорожным путям и никуда не сворачиваешь. Так вот, пока идёшь, записывай всё, что видишь перед собой, всё что знаешь о вирусе, всё что будет встречаться тебе. Это станет частью большой истории. Когда тетрадь кончится, положи её в железную коробку и оставь где-нибудь на путях. Там она никогда не начнёт разлагаться и будет как капсула в будущее. – Ладно, – сказал я, – Понимая, что это делать вряд ли буду. – Глеб, – начал Гоша, – Я остаюсь здесь, и мне бы очень не хотелось с тобой прощаться! За всё это время, ты мне стал как брат. Но я понимаю, что ты для себя уже всё решил заранее. Поэтому, желаю тебе счастливого пути. Я тебя никогда не забуду. – Спасибо... Из-за леса выбежал силуэт. Это был Седой. – Ублюдок! – закричал он, выхватил нож и метнул его в мою сторону. Я понял, что ничего с этим делать не смогу и просто закрыл глаза. Прошло несколько секунд, после чего я понял, что скорее всего, он промахнулся, и я открыл глаза. Гоша закрыл меня своим телом, нож попал ему в плечо. В следующее мгновение, я достаю пистолет и делаю несколько выстрелов в сторону Седого. Почти все пули попали ему в живот. Он закряхтел и упал замертво. Гоша повернулся ко мне и сказал: – Ну вот, не зря ты меня двигаться научил. У меня подкосились ноги, и я упал на колени. Я только что убил человека!