Часть 9:❤️Грёзы и кошмар провинции💀 Альтернативная концовка

Темный коридор был практически пуст — старые шкафчики с царапинами, облупившиеся стены, где-то в углу слабо мерцала перегоревшая лампа. Здесь почти всегда было тихо, только приглушенные голоса доносились из дальних классов. В воздухе пахло пылью и старыми учебниками. Антон не успел опомниться, как Полина резко схватила его за руку и втянула в этот коридор. Ее голубые глаза сверкали азартом, а длинные черные волосы падали на плечи, создавая контраст с её светлой кожей. Даже в приглушенном свете она выглядела ослепительно, словно сошла со страниц старой романтической книги. Тоха, слушай! — в её голосе слышалось нетерпение. — А давай сыграем вместе? Ты на гитаре, я на скрипке! Антон моргнул, слегка удивленный её напором. Сейчас, что ли? Полина закатила глаза, усмехнувшись. Конечно, нет! После школы. Пойдём ко мне. У меня дома шикарная акустика, а ты ведь обещал мне во второй раз сыграть, как играешь. Антон задумался. Он видел, как она горит этой идеей, и это подкупало. Музыка всегда его спасала. К тому же, провести время с Полиной — это было куда приятнее, чем влезать в мутные дела с Ромой и компанией. Но тут же всплыло другое — обещание друзьям. Гаражи, работа, деньги. Если он не придёт, они решат, что он струсил или просто забил. Особенно Рома, который и так, кажется, недоволен их общением. Ну, так что? — Полина слегка наклонила голову, её волосы мягко скользнули по плечам. — Или у тебя уже планы с этими бандюками? Антон усмехнулся. А если бы и были? Полина фыркнула. Ну, я же лучше их. Хотя бы потому что не предлагаю тебе ввязываться в дерьмо. Антон почесал затылок, взвешивая варианты. Друзья или Полина? С одной стороны — Саша, Рома, Бяша. Чокнутые, но свои, и они ждали его. С другой стороны — Полина, её яркие голубые глаза, музыка и спокойный вечер. Дай мне минуту подумать— наконец сказал он, стараясь скрыть, что уже почти сделал выбор. Друзья или Полина Друзья Антон выдохнул и посмотрел на Полину. Она ждала ответа, скрестив руки на груди, её пальцы слегка сжимали рукав школьного пиджака. Полин, у меня уже есть планы— наконец произнёс он, стараясь говорить мягко. Глаза девушки немного потускнели, азарт в них сменился лёгким разочарованием. Она откинула назад прядь волос и приподняла бровь. Ага… понятно— с лёгкой обидой в голосе сказала она. Я бы с радостью, но... — начал Антон, но Полина перебила его. Но ты выбрал их. Она усмехнулась, но в её улыбке было что-то горькое. На секунду между ними повисла напряжённая тишина. Вдалеке хлопнула дверь класса, кто-то переговаривался в коридоре, но для них двоих всё это словно исчезло. Ну ладно, не буду тебя держать — холодно сказала Полина. Она отвернулась и быстрым шагом пошла к выходу, её тёмные волосы слегка взметнулись. Антон смотрел ей вслед, испытывая странное чувство — не то чтобы вину, но какое-то щемящее ощущение в груди. Он знал, что сделал правильный выбор. Или, по крайней мере, надеялся на это. Вдохнув поглубже, Антон развернулся и направился к друзьям. *** Школа закончилась, и ученики разошлись по домам, растворяясь в заснеженных улицах. Деревня погружалась в зимний вечер — серое небо давило сверху, фонари едва освещали дорогу, а снег скрипел под ногами. В воздухе пахло морозом и дымом из печных труб. Антон шёл по заснеженной тропе, втянув голову в плечи. Ветер пробирался сквозь одежду, заставляя его крепче сжать кулаки в карманах. Мысли вертелись вокруг встречи с друзьями. Что за тему Рома хочет провернуть? Очередная глупость или что-то серьёзное? Если удастся поднять денег, можно будет купить Оле что-нибудь... Может, подарок. Просто так. Ей было бы приятно. Впереди, у гаражей, среди сугробов стояли Саша и Бяша. Они кутаясь в куртки, курили, пряча сигареты в ладонях, и негромко обсуждали что-то своё. Снег падал им на плечи, застревал в волосах, но они не обращали внимания. Антон глубоко вдохнул морозный воздух и шагнул вперёд. Антон подошёл ближе, и холодная тишина поселка стала ощутимее. Ветер завывал меж гаражей, проникая в щели, отчего казалось, будто кто-то шепчет из темноты. Фонарь у дороги моргал, словно вот-вот потухнет, а снег падал медленно, оседая на ржавом металле и потрескавшемся асфальте. Саша и Бяша стояли в тени, их лица скрывались под капюшонами, а сигаретный дым, смешиваясь с морозным воздухом, стелился низко, как туман. Они разговаривали приглушёнными голосами, переглядываясь. Ты уверен, что он придёт? — пробормотал Бяша, втягивая дым и нервно оглядываясь. Придёт, куда денется— спокойно ответил Саша, стряхнув пепел на снег. Может, ну его нахер, Саш? — Бяша поёжился, спрятал руки в карманы. — У меня очко сжимается от всей этой херни… Да ты заебал— Саша усмехнулся, но голос был жёстким. — Деньги нужны или нет? Бяша молча затянулся, отвернувшись. Ну и чего за херня тут у вас? — подал голос Антон, выходя из тени. Оба обернулись. Саша улыбнулся, прищурившись. Ну наконец-то. Ждал тебя, братан. Есть один дельце… но, если ты не струсил. Антон фыркнул, сунув руки в карманы. Говори уже. Ветер пронёсся по гаражам, заглушив первые слова Саши. Где-то вдалеке скрипнула старая калитка, будто кто-то прошёл мимо и наблюдал за ними из темноты. Бяша нервно курил, пальцы дрожали от холода или, может, от напряжения. Сигарета уже почти догорела, но он так и не выбросил её, лишь машинально докуривал до самого фильтра. Саша стоял рядом, тоже курил, но был менее суетлив. Он злобно сплюнул на снег и выругался: Где этот ебаный Рома со своей тачкой?! Бяша затянулся глубже, выдохнул дым сквозь стиснутые зубы. Да хер его знает… Я ж говорил, на него всегда хуй положишь. Ветер снова задул, подняв снег с земли, засыпая их ботинки. Фонарь у дороги мигнул, моргнув на секунду темнотой, будто поселок сам намекал: «Валите отсюда». Антон поёжился, запахнув куртку. Может, он вообще не приедет? Саша зло скрипнул зубами. Приедет. Если ему жизнь дорога. Фары резко прорезали снежную темень, освещая парней слепящим светом. Ветер завыл между гаражами, а снег продолжал лениво кружиться в воздухе. Из синего ВАЗа 2107 с довольной рожей вылез Рома, хлопнул дверью и, гордо раскинув руки, громко заявил: Пацаны, зацените тачку! Но в ответ не последовало ни восхищённых взглядов, ни одобрительных кивков. Только гробовая тишина, за которой последовал ледяной взгляд Саши. Рома даже не успел понять, что происходит, когда Бяша, словно голодный волк, бросился на него, с ноги выбив землю из-под него. СУКА, ГДЕ ТЫ ШЛЯЛСЯ?!— проревел Бяша, наседая на Рому сверху. Саша сразу подключился, залепив Роме ногой в бок. Ты нас морозил три грёбаных часа, Ромыч! Ты внатуре бессмертный? Рома пытался отбрыкаться, но шансов у него не было — пинок, ещё пинок, Бяша уже чуть ли не сел на него сверху, наваливая кулаками по плечам. Антон медленно привстал со старой лавки, поправил очки, глухо вздохнул, как будто принимал судьбоносное решение, и вальяжной походкой подошёл к парням. Ладно… хули уж там… — пробормотал он, закатывая рукава. И с абсолютно серьёзным лицом отвесил Роме мягкий, но очень обидный пинок прямо в задницу. И ты туда же, очкарик?! — простонал Рома, пытаясь отползти. Но Бяша снова навалился на него сверху, пихая его лицом в снег: Ты гандон, Ромыч! Три часа! Ты где был?! Я ключи от машины искал… — заскулил Рома. Саша, с силой пнув его в бедро, усмехнулся: А мозги ты где проебал?! Антон невозмутимо кивнул, добавляя: Видимо, там же, где и совесть… Рома, задыхаясь от снега и ударов, начал махать руками: Ладно-ладно! Всё, я виноват! Хватит уже! Я же тачку привёз, пацаны, поехали по делу! Ну хватит, ну пожалуйста! Парни переглянулись. Бяша дал ему последний, напоследок чисто символический подзатыльник, Саша с ухмылкой плюнул в сторону, а Антон поправил куртку. Ладно, живи… — протянул Саша, подавая ему руку. Рома схватился за неё, уже думая, что всё закончилось… но как только он встал на ноги, Антон резко дал ему ещё один пинок под зад. Чисто на прощание. Саша и Бяша заржали. Ну теперь точно всё. Поехали, долбоёб ты наш любимый. Машина медленно покатилась по заснеженной дороге, оставляя за собой хрустящий след шин. Фары ВАЗа 2107 освещали узкую, извилистую тропу между гаражами, по бокам темнели старые, покосившиеся заборы. Ветер завывал, гнал по дороге лёгкие снежные вихри, а где-то вдалеке еле слышно гавкала собака. В салоне было холодно, изо рта шёл пар, и только негромкое урчание двигателя да редкие вздохи наполняли тишину. Бля… — раздался недовольный голос Бяши с заднего сиденья. — А какого хера я опять сзади? Рома даже не повернулся, просто лениво махнул рукой: А дорогу ты будешь указывать? Ну… нет… Ну вот и всё. Сиди, не высовывайся. Антон, сидя рядом с ним, тихо усмехнулся и выдохнул на стекло, рисуя пальцем кривую рожицу. Не парься, Бяша. Ты у нас элитный пассажир бизнес-класса. Бяша тяжело вздохнул и откинулся на спинку сиденья, скрестив руки. Элитный пассажир, блядь… В багажник меня ещё посадите, чтобы комфортнее было. Саша, не отрывая взгляда от дороги, хмыкнул: Так, бля, не отвлекайте водителя. Я тут, между прочим, профессионально управляю автомобилем! Рома закатил глаза: Ты максимум профессионально хуйню несёшь. А ну нахуй завались, штурман ёбаный, пока я тебя в сугроб не высадил! Парни переглянулись, ухмыльнулись, и снова в салоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра и редкими ударами снежных хлопьев по лобовому стеклу. Где-то вдалеке, за границей света фар, мелькали тёмные силуэты деревьев, и ночь становилась всё глубже. Машина плавно выехала на заснеженную трассу, и вскоре за окном замелькали редкие фонари, освещающие пустую дорогу. Магнитофон заскрипел, и из колонок заиграла песня Цоя — «Группа крови». Глуховатый звук заполнил салон, создавая странное ощущение тревожного спокойствия. Антон сидел на заднем сиденье, смотрел в окно и тихо крутил в руках зажигалку. Он всё ещё не знал всех деталей — парни просто сказали, что надо «поехать, забрать кое-что и свалить». Это его и напрягало. Бяша вдруг подался вперёд, ухватившись за подголовник переднего сиденья. Так, стоп… — хмуро произнёс он. — А как мы вообще зайдём на этот склад? Саша, не отрываясь от дороги, лениво буркнул: В дверь, блядь. Каким ещё способом? Очень смешно, — фыркнул Бяша. — Я серьёзно, там же всё закрыто нахер! Рома ухмыльнулся и лениво зевнул: О, Бяша, ты думаешь, мы об этом не подумали? Если ты не догадался, у нас есть ключи — добавил он, хитро ухмыляясь. Антон нахмурился. Какие, нахер, ключи? — спросил он, впервые за всю поездку выходя из своих мыслей. Саша и Рома переглянулись, потом Рома ухмыльнулся. Отмычки. Антон напрягся. Вы что, блядь, воруем что-то? Бяша резко повернулся к нему, сам явно только что осознав это. Подожди… Антон не в курсе, что ли?! Рома закатил глаза и махнул рукой. Да расслабьтесь! Это не воровство, а возврат. Берём то, что принадлежит нашим людям. Так что всё норм. Антон всё ещё недоверчиво смотрел на него. Нашим людям? Саша вздохнул и, покрутив руль, аккуратно объехал выбоину. Короче, не заёбывай. Просто едем, делаем дело и уходим. Ты нам нужен, братан, так что не тупи. Антон хмуро посмотрел в окно. Что-то ему подсказывало, что это будет далеко не так просто, как говорит Саша… Они медленно ехали по трассе в салоне было тишина с перемешку с запахом сигарет, похоже Саше стала скучно Он хитро улыбнулся, положив обе руки на руль, и хрипловатым голосом произнёс: Ну что, пацаны, проверим машину? Он выкрутил магнитолу на максимум, и в салоне разнёсся глухой, будто ржавый голос Цоя. Не, ну нахер! — тут же выдал Бяша, судорожно щёлкая ремнём. Ты меня вообще знаешь? — ухмыльнулся Саша, давя газ в пол. ВАЗ рванул с места, как бешеный зверь, колёса шлифанули снег, машина подбросила снежную пыль и со свистом влетела на пустую трассу. ЁБАНЫЙ РОТ, ТЫ ЧЁ ДЕЛАЕШЬ?! — заорал Рома, вцепившись в ручку двери. Даёт нам второй шанс пересмотреть свою жизнь, — мрачно пробормотал Антон, вжимаясь в сиденье. Саша не отвечал — он был в своей стихии. Уверенно сжал руль и вдавил газ ещё сильнее. Скорость? Кто считает? Ветер завывал, снег вихрился за машиной, дорога превращалась в одно сплошное пятно. САША, ТЫ ВИДИШЬ ДОРОГУ?! Я ВИЖУ ВОЗМОЖНОСТИ! Резкий рывок руля, и машина пошла юзом, её развернуло на 180 градусов. ВСЁ, ХАНА, МЫ В КЮВЕТ! — взвыл Бяша. Но Саша вовремя поймал руль, выровнял машину и дал газу, будто так и задумано. ЛЁГКИЙ ДРИФТ, ЧИСТО НА РАСКИДКУ! ТАК, НАХРЕНА ТЫ ЭТО ДЕЛАЕШЬ?! — заорал Рома. ПРОВЕРЯЮ ПОДВЕСКУ! Внезапно перед ними выросла куча снега. Саша даже не думал тормозить. САНЯ, НЕ НАДО! ВСЁ НОРМАЛЬНО, ПАЦАНЫ, ЭТО ТРАМПЛИН! Машина взмыла в воздух. На секунду воцарилась пугающая тишина. Антон, прищурившись, подумал вслух: Ну вот и всё. Деревня, снег, гаражи... Полина, кажется, я не успею доиграть тебе ту мелодию. ВАЗ приземлился, подпрыгнул на кочках, но не перевернулся. ДРИФТ НАЧИНАЕТСЯ, КОГДА ТЫ ПОДУМАЛ, ЧТО ВСЁ КОНЧЕНО! — радостно крикнул Саша и резко дёрнул руль. Машину занесло, она понеслась боком по снегу, обогнув фонарный столб буквально в сантиметре. ТВОЮ ЖЕ... — выдохнул Рома. Я ЖИВОЙ? Я, БЛЯДЬ, ЖИВОЙ?! — Бяша закашлялся, выронив сигарету. Антон потрогал своё лицо, проверяя, всё ли на месте. Саша весело хохотнул и спокойно убавил скорость. Ну вот, а вы боялись. В салоне повисла гробовая тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием парней. Бяша трясущимися руками достал новую сигарету. Ты псих... Лучший водитель в радиусе ста километров! — поправил его Саша. Антон устало закрыл глаза. Ну что, куда там дальше? Может, сразу в морг? Снег хрустел под шинами, отражая свет фар. ВАЗ 2107, словно призрак, вынырнул из темноты трассы и плавно въехал в посёлок, оставляя за собой след извивающихся колёс. Саша, ухмыляясь, переключил музыку, и из колонок загремело «Садовник» Короля и Шута. Хриплый голос Горшка прорезал ночную тишину, словно шёпот старого мертвеца. Посёлок встретил их молчаливым равнодушием. Пятиэтажки, словно угрюмые великаны, стояли в темноте, изредка озаряемые тусклым жёлтым светом окон. Где-то вдалеке глухо лаяли собаки, но даже они звучали приглушённо, будто сами боялись разбудить что-то спящее в этой глуши. Дороги здесь давно не знали чистки — колеи из грязного снега тянулись змеиными узорами, а местами выглядывал старый, потрескавшийся асфальт. На углу одиноко возвышалась выцветшая вывеска: «МАГАЗИН», словно это само название заброшенной реальности. Фонари здесь больше не горели — лишь несколько из них ещё цеплялись за жизнь, заливая улицы мёртвым, мигающим светом. Их отблески плясали на стенах облезлых домов, создавая жуткие тени, похожие на фигуры застывших людей. Чисто как на кладбище... — пробормотал Антон, разглядывая пустые улицы через запотевшее окно. Ты бы ещё про мертвецов вспомнил, Тоха, — нервно усмехнулся Бяша, затягиваясь сигаретой. — Здесь хоть кто-то живёт вообще? Рома, всё ещё потирая рёбра после «радушной» встречи, мрачно посмотрел вперёд. Да живут, но лучше бы не жили. Саша сбросил скорость и плавно притормозил возле магазина. Фары машины осветили облупленный фасад, на котором едва держалась выцветшая вывеска «МАГАЗИН». За пыльными окнами виднелись полупустые полки, а тусклый свет одинокой лампы делал всё вокруг ещё более унылым. Так, пацаны, давайте-ка сгоняем за хавкой и сигами, а то дорога длинная, да и нервы надо успокоить— сказал Рома, хлопая по карману в поисках денег. Бяша, закуривая новую сигарету, фыркнул: Только давай без этой твоей дешёвой селёдки, Ром. Я до сих пор помню, как ты нас в прошлый раз этой гадостью угостил. Да пошёл ты, нормальная селёдка была! — возмутился Рома. Антон молча наблюдал за их перепалкой, поглядывая в сторону леса за посёлком. Там, за тёмными силуэтами деревьев, скрывался склад — их конечная точка. Ветки голых деревьев раскачивались на ветру, словно костлявые пальцы, приглашая их внутрь. Давайте быстрее, мне не нравится этот лес — пробормотал Антон, подправляя очки. Саша, не выходя из машины, бросил: Та не ссы, Тоха, это просто ёбаный лес. Ну максимум — лоси какие-нибудь выскочат. Да-да, конечно, лоси... — пробурчал Антон, разглядывая тёмные чащи. Рома и Бяша вышли из машины, оставляя следы в рыхлом снегу, и двинулись к магазину. Их силуэты растворились в полумраке, а Саша, откинувшись на сиденье, прибавил звук в магнитоле. Из колонок снова раздалось «...и в темноте за ним следил огромный пёс...». Антон нервно поёжился. Ему отчего-то казалось, что за ними тоже кто-то следит. Ночной поселок был тихим, лишь редкий ветер проносился между домов, завывая в узких проулках. Свет тусклых фонарей делал снег жёлтым, и он казался грязным, как старая простыня. Где-то вдалеке лаяла собака, но, казалось, она тоже не верила, что кто-то ещё бодрствует в это время. Саша, прикурив сигарету, затянулся и лениво выдохнул дым в морозный воздух. Тоха, ты точно не хочешь? — он протянул сигарету Антону, но тот лишь покачал головой. Не моё это. Ты вообще хоть раз пробовал? — Бяша ухмыльнулся, стряхивая пепел. Да пробовал, просто херня это. Ага, херня, зато мы тут стоим, как дегенераты, и курим— усмехнулся Саша. Ну, вас-то уже поздно спасать— хмыкнул Антон, засунув руки в карманы. Рома тем временем нырнул в магазин, готовясь к своему излюбленному ритуалу — выпрашиванию сигарет у продавщицы. Парни уже заранее знали, что он выйдет либо с добычей, либо с матами в спину. Ладно, Тоха, раз ты не куришь, чё ты вообще с нами? — Бяша повернулся к Антону, хитро прищурившись. Антон задумался. Да хрен его знает... наверное, потому что никто больше не предложил чего-то интересного. Вот оно как! — протянул Саша, выпуская дым в ночное небо. — Ну смотри, мы тебе ещё покажем, что значит настоящая жизнь. Антон усмехнулся, но в глубине души он уже не был так уверен, что хочет это увидеть. Рома вышел из магазина с самодовольной ухмылкой, держа в одной руке пачку сигарет, а в другой – батончик с какой-то дешёвой шоколадной начинкой. Он демонстративно затянулся, выдохнул дым и с широкой улыбкой заявил: Ебать, пацаны, там продавщица молодая, и с такими сиськами, что я аж забыл, зачем заходил! Саша резко повернул голову, в его глазах вспыхнула искра интереса. Серьёзно? Ну я тебе говорю, братан! — Рома сделал многозначительный жест руками, показывая, какие именно "огромные". Саша прищурился, словно обдумывая стратегию. Так, пойду-ка я номер у неё стрелну. Но не успел он и шагу сделать, как за спиной раздался дружный смех. Ой, бабник, смотри, только не обломайся! — усмехнулся Антон. Да он даже до двери не дойдёт, застесняется и обратно вернётся! — Бяша хлопнул Сашу по плечу. Да ну вас нахер! — Саша фыркнул, но всё же закурил ещё одну сигарету, оставив идею знакомства на потом. Рома, довольно ухмыляясь, сел на капот машины. Короче, пожрать купил, сигареты есть, можно двигать. Только у кого зажигалка? Бяша покрутил глазами. Да ты заебал, тебе прям в руки её Саша давал! А, ну да... — Рома выудил её из кармана. — Чисто проверял, внимательные ли вы. Антон покачал головой, хмыкнул и уселся в машину. Всё-таки эта троица была дурная, но по-своему забавная. Ночь плотно накрыла поселок, оставляя лишь редкие островки света под дрожащими фонарями. Ветер гулял по пустым улицам, завывая в переулках, будто что-то высматривал. Деревья на окраине шептались друг с другом, а в воздухе висела гнетущая тишина, прерываемая только треском сигаретного пепла и далеким воем собак. Саша бросил окурок, растёр его ботинком и выдохнул дым, глядя на парней исподлобья. Пацаны… у меня никогда не было таких друзей. Бяша хмыкнул, откусив кусок булки: Ты чё, романтику развёл? Рома фыркнул, но когда заметил, что Саша даже не улыбнулся, стал серьёзнее. Антон, расскажем? — спокойно, но тяжело спросил Саша, взглянув на него. Антон кивнул. Хозяин леса. Слова повисли в холодном воздухе, заставляя его казаться ещё тяжелее. Рома перестал жевать, а Бяша вздрогнул. И дети в масках, — продолжил Саша. — Я видел их. Я с ними дрался. Антон поправил очки. Когда Бабурин у меня очки спиздил, вы же хотели меня проводить, да? Рома кивнул. Ну да, ты же слепой без них, как крот. Вот только я не пошёл домой. Я побежал в лес. Бяша напрягся. И там ты их увидел… Антон кивнул: Чёрный гараж. Там было… что-то неправильное. А потом Он. Саша докурил сигарету, глядя в темноту. Они появились из ниоткуда. Их лица были закрыты, но я знал — они улыбаются. Они двигались быстро, бесшумно. Они не были обычными детьми. Я пытался дать им отпор, но… Он выдохнул, вспоминая. Я еле ушёл оттуда. Бяша вдруг резко шагнул назад, как будто услышал что-то страшное. Нет… нет, нет, нет… Рома повернулся к нему, теперь уже без насмешки. Ты их видел. Бяша зажмурился, его лицо побледнело. Да… Саша посмотрел на него и прикурил новую сигарету. Значит, всё не просто так. Саша посмотрел на парней, сжал кулаки так сильно, что пальцы хрустнули. В его глазах горела злоба. Эти лесные ублюдки… зуб даю, из-за них пропала Ева. — Его голос был низким, напряжённым. — Пацаны, помогите мне разобраться с этим. Я не могу просто сидеть и ждать, пока они утащат ещё кого-то. Рома ухмыльнулся, хлопнув его по плечу. Ты чё, братик, думаешь, мы тебя кинем? Конечно поможем. Бяша сглотнул. Он всё ещё выглядел напуганным, но кивнул, пытаясь выглядеть увереннее. Я… я с вами. Если мы влезли в это дерьмо, то вместе. Антон, который всё это время молчал, поправил очки и шагнул ближе. Я тоже. Все повернулись к нему. Он посмотрел на Сашу и сказал спокойно, но твёрдо: Я видел его. Слишком близко. Если мы не разберёмся, этот урод сам к нам придёт. Так что я в деле. Рома фыркнул, ухмыльнулся и развёл руки. Ну чё, теперь мы официально банда? Саша кивнул, в его глазах вспыхнул опасный азарт. Да. И мы найдём этих тварей. Рома рассмеялся, хлопнув Бяшу по спине, от чего тот чуть не подавился. Ой, бля, ты бы со стороны на нас посмотрел. Как будто в фильме, пацаны. "Бригада" нахрен! Саша лишь фыркнул, запуская бычок в снег, а Антон молча залез в машину, задумчиво глядя в тёмный лес за поселком. Бяша нервно вытер ладони о джинсы, буркнув: Чё-то мне эта вся херня не нравится... Зато склад нравится? — поддел его Рома, открывая дверь и плюхаясь на пассажирское. Бяша лишь пробормотал что-то невнятное, залезая на заднее сиденье. Антон пристегнулся, вглядываясь в дорогу. Теперь они снова оказались в этой тёмной ночи, с тихим воем ветра и скрипом старых деревьев за поселком. Саша завёл двигатель, и под шум мотора, прорезая ночь фарами, они двинулись вперёд — туда, где за лесом их ждал склад. Лесная дорога превратилась в узкую, разбитую тропу, залитую лунным светом. Деревья с обеих сторон казались исполинскими тенями, скрюченными в зловещем танце. Казалось, что даже ветер здесь дул иначе — стонущий, тягучий, словно нашёптывал что-то невнятное. Через двадцать минут впереди показался склад. Старое, заброшенное здание с облупившимися стенами, его крыша местами провалилась, а ворота зияли чёрной пастью, будто приглашая внутрь. Окна — тёмные, разбитые, некоторые заколочены гнилыми досками. Над входом висела ржавая табличка, едва различимая в свете фар. Вокруг склада не было ни души. Только редкие снежные хлопья падали с неба, тая на замёрзшей земле. Воздух был густым, тяжёлым, пахло сыростью, ржавчиной и чем-то ещё… неприятным, почти гнилым. Саша заглушил мотор. В наступившей тишине слышался только слабый скрип деревьев и где-то вдалеке — крик ночной птицы. Ну и жопа — буркнул Рома, выглядывая из окна. — Чисто хоррор начинается. Бяша сглотнул, кутаясь в куртку. Вы вообще уверены, что тут есть товар? А не, скажем, маньяк-каннибал? Антон молчал, всматриваясь в мрачные очертания склада. У него было нехорошее предчувствие. Парни вышли из машины, хлопки дверей разнеслись по тихому лесу, вызвав у Бяши нервную дрожь. Лес будто дышал во тьме, ветки скрипели, словно кто-то наблюдал за ними, прячась в темноте. Сквозь облака пробивалась луна, бросая тусклый свет на склад — старое, проржавевшее здание с облупившимися стенами и покосившейся крышей. От него веяло сыростью, ржавчиной и чем-то гниющим. Рома уверенно подошёл к двери и с силой дёрнул за ручку. Дверь даже не шелохнулась. Ну и херня, — проворчал он, отряхивая руки. Саша сложил руки на груди, ухмыльнулся. Ты чё, Ром, силы-то оставил на этой своей "семёрке"? Пошёл ты, — Рома выудил из кармана самодельную отмычку. Он присел к замку, а Бяша с Антоном переглянулись. Ну чё, профессионал, надолго нас задержишь? — с улыбкой спросил Антон. Дай мастеру работать! — огрызнулся Рома. Бяша фыркнул. Главное, чтоб мастер сам в замке не застрял. Парни столпились у двери, наблюдая, как Рома ковыряется в замке отмычкой. Лес шумел за спиной, скрипели деревья, где-то ухнула сова. Воздух был промозглым, пахло сыростью и ржавчиной. Сам склад выглядел так, будто вот-вот развалится — облезлая краска, прогнившие доски, окна, затянутые паутиной. Рома пыхтел, возился с отмычкой, пока не раздался хруст. Бля… Он замер, взглянул на парней, затем на отломанный кусочек металла в руке. Гений, — тихо сказал Саша, скрестив руки на груди. Бяша фыркнул, зажимая рот, чтобы не рассмеяться. Ты хоть учился этому где-то? Рома нервно почесал затылок. Я смотрел, как в фильмах делают… Антон прикрыл лицо рукой. Саша закатил глаза и шагнул вперёд. Отойдите, блять. Он резко вмазал ногой по двери — с глухим треском она приоткрылась, жалобно заскрипев на ржавых петлях. В тот же момент изнутри послышался странный звук. Будто что-то тяжёлое скользнуло по полу. Бяша напрягся. Парни… А вдруг там кто-то есть? Рома хмыкнул, делая вид, что ему не страшно: Ну, если кто-то есть, пусть готовится к пиздецу. Антон нахмурился, вглядываясь в темноту склада. Ладно, выдвигаемся. Саша хмыкнул и первым шагнул внутрь. Остальные, переглянувшись, последовали за ним. Внутри склада стояла глухая тишина. Запах сырости, ржавчины и старого дерева бил в нос, словно это место было заброшено не просто годами — десятилетиями. Полы скрипели под ногами, покрытые слоем пыли и грязи. Где-то в углу слышался слабый капель — будто старая труба медленно умирала, выплёвывая на бетонные плиты мутную воду. Саша нащупал рукой выключатель на стене. С лёгким щелчком пространство залило тусклым, жёлтым светом, мерцающим от нестабильного напряжения. Лампочки под потолком дрожали, будто не выдерживали времени, а длинные тени от парней растянулись по полу, извиваясь, словно живые. Склад был огромным, с высокими стеллажами, на которых валялись разбитые коробки, рваные мешки и проржавевшие металлические детали. В дальнем углу стоял накренившийся шкаф, а рядом с ним — старая, пыльная тележка. Рома присвистнул: Ну и срач. Бяша, поёживаясь, осматривался по сторонам: Может, ну его нахрен? Антон молча провёл рукой по стене, чувствуя прохладную, влажную поверхность. Что-то в этом месте было… не так. Слишком тихо. Слишком пусто. Саша сплюнул на пол и с улыбкой посмотрел на остальных: Ну что, пацаны, берём, что надо, и валим. Мне тут не нравится. В этот момент в глубине склада раздался слабый, скрежещущий звук. Как будто кто-то только что медленно провёл ногтями по металлу. Парни разбрелись по складу, осматривая полки и ящики. Свет моргал, отбрасывая жёлтые пятна на стены, а воздух был таким затхлым, что казалось, будто он тут застоялся со времён чёрта-лысого. Саша, раздвигая картонные коробки, довольно хмыкнул: Ну, пацаны, если тут действительно есть бухло, то мы богачи. Антон, поправляя очки, кивнул: Главное — не спалиться. Рома, лениво оглядываясь, усмехнулся: Да ну нахер, кто тут вообще про этот склад знает? Бяша, вглядываясь в полки, вдруг возбуждённо закричал: Парни, да тут сигарет, бля, на всю деревню хватит! Саша подскочил к нему и распахнул коробку. Внутри аккуратно лежали блоки «Примы», «Космоса» и даже какие-то заграничные сигареты. Ну нихуя себе, вот это улов! Рома присвистнул, доставая из кармана сигарету: Я хуй знает, кому ты будешь впаривать „Приму“, но вот заграничные пойдут на ура. Бяша, улыбаясь, хлопнул его по плечу: Ты, блядь, недооцениваешь бабок у подъездов. Они за „Приму“ душу продадут! Парни заржали, но их смех оборвался, когда Антон, роясь в другом углу склада, вдруг выкрикнул: Нашёл! Они подбежали к нему и увидели несколько ящиков с бутылками. Коньяк, водяра, даже шампанское, блядь! — удивлённо выдал Саша. Рома покачал головой, присвистывая: Ну что, пацаны, мы теперь не просто банда. Мы, блядь, бизнесмены! Бяша хмыкнул: Только вот как мы это всё увезём? Саша зловеще улыбнулся: Ну, не зря же у нас ВАЗик. Сейчас загрузимся — и всё по красоте. Парни переглянулись, предвкушая лёгкий навар, но никто из них ещё не знал, что эта ночь окажется совсем не такой лёгкой, как они думали… Парни ещё долго блуждали по складу, заглядывая в каждый угол и поднимая пыль столбом. Атмосфера была гнетущая, но кто сказал, что нельзя ржать в страшном месте? Рома, роясь в ящиках, вдруг вытащил из кучи тряпья старую резиновую маску. Надел её и резко повернулся к Бяше: БУУУ! Бяша взвыл, как раненый лось, шарахнулся назад и со всей дури врезался в стеллаж. Полки зашатались, и сверху на него посыпались коробки. БЛЯДЬ, УБИВАЮТ!!! — заорал он, уворачиваясь от картонного града. Саша и Антон орали со смеха, пока Бяша, запутавшись в какой-то тряпке, пытался выбраться, напоминая пьяного голубя. Рома снял маску и, глядя на извивающегося Бяшу, сквозь хохот выдал: Ты что, сука, египетская мумия, блядь? Антон, прищурившись, добавил: Пацаны, походу это не склад, а склад мемов. Когда Бяша, наконец, выбрался, его глаза метали молнии. Он уже хотел накинуться на Рому, но тот резко вытащил из ящика бутылку и сунул ему в руки: На, братан, подарок. Только не плачь. Бяша, тяжело дыша, взял бутылку, посмотрел на неё и вдруг радостно заорал: О, водка! Ладно, Ромка, живи. Но комедия на этом не закончилась. Саша, шаря в дальнем углу, наткнулся на здоровенный, покрытый пылью мешок. Он задумчиво оглянулся на остальных: Парни, ставки. Тут труп, кокаин или сок „Яблочко“? Рома, задумавшись, поднял палец: Если кокаин, мы теперь картель. Если труп — его тут не было. Если „Яблочко“... Антон закончил за него: … то пить его будете вы, а я посмотрю, как вас корёжит. Саша, недолго думая, взял и дёрнул мешок. Из него выпало… ебучее старое чучело! Бяша взвизгнул и попытался убежать, но поскользнулся на полу и завалился прямо на Рому, уронив его. Оба заорали, а Антон чуть не подавился от смеха. СУКА, ОНО ЖИВОЕ?! — завопил Рома, пытаясь выбраться из-под Бяши. НЕ ЗНАЮ, НО Я ХОЧУ ОТСЮДА СЪЕБАТЬСЯ! — вторил ему Бяша. Саша же стоял, сложив руки на груди, и философски выдал: Пацаны, вот скажите, если чучело — это чучело, значит, это чучело чьё-то чучело? Антон, вытирая слёзы от смеха, кивнул: Глубоко. Ты прямо как философ, только тупой. Когда все немного успокоились, а Бяша перестал трястись, парни наконец вспомнили, зачем они тут. Теперь предстояло решить, как они всё это добро вытащат. Но если бы они знали, что их ждёт дальше, может, не стали бы задерживаться… Саша, потирая руки, предвкушающе уставился на запылившийся ящик. Он резко сорвал крышку и достал пузатую бутылку с мутноватой жидкостью. Этикетки не было, зато был явный запах — смесь перегара, жжёной резины и чего-то, напоминающего растворитель. Пацаны, походу это какой-то ёбаный самогон. Рома склонился ближе, принюхался и тут же отшатнулся, закашлявшись: Бля, да это же оружие массового поражения! Кто это вообще пил и выжил?! Бяша с подозрением глянул на бутылку, потом на Сашу: Я хуй знает, но это что-то смахивает на ту бурду, после которой дядя Лёха из третьего подъезда неделю в коме лежал. Антон скрестил руки на груди и хмыкнул: Ну и кто из вас первый проверит это на себе? Наступила напряжённая тишина. Парни переглянулись, но никто не осмелился взять бутылку. Саша ухмыльнулся, будто бросая вызов самому себе. Ну раз вы, трусливые хуесосы, не хотите, придётся мне быть пионером. Он уверенно открутил крышку. Запах стал ещё злее — словно открыли бутылку с ацетоном в сауне. Ладно, блять, за науку! — сказал он и залпом отхлебнул. Наступила долгая, мучительная пауза. Саша застыл, не моргая. Рома и Бяша напряглись. Антон прищурился, будто ожидая взрыва. Саша медленно сглотнул, его глаза начали увлажняться. Он шумно выдохнул. БЛЯЯЯЯЯЯЯЯЯДЬ! — он согнулся пополам, хватаясь за горло. ЧТО, ЧЁ ТАМ?! — закричал Бяша, готовый бежать за святой водой. ОНО, СУКА, ЖЖЁТ! Я ЧУВСТВУЮ, КАК У МЕНЯ ГОРИТ ЖЕЛУДОК, БЛЯДЬ! Он резко схватился за ближайший ящик и заорал: Пацаны, я вижу цвета, которых не существует! Рома согнулся от смеха: Ебать ты, Сашок, первооткрыватель, блять! В следующей серии ты нам квантовую физику объяснишь? Антон, чуть улыбаясь, добавил: Если он доживёт до следующей серии. Саша, задыхаясь, наконец разогнулся, его глаза сияли. Пацаны… Это, сука, легенда! Он встряхнул бутылку и, хитро улыбаясь, протянул её остальным: Кто следующий, блять? Но парни резко сделали шаг назад, как будто перед ними стоял радиоактивный отход. Да иди ты нахуй, я жить хочу! — отмахнулся Бяша. Я, конечно, уважаю приключения, но не самоубийство — добавил Антон. Рома почесал затылок и хитро улыбнулся: А давайте это споим Лилий Павловне, вдруг она мутирует в ебучего суперсолдата? Парни посмотрели друг на друга и дружно заржали. Но их веселье резко прервалось. Где-то в глубине склада послышался глухой стук. Парни замерли. Саша медленно поставил бутылку. Антон сузил глаза. Бяша сжался, будто готовясь в любой момент драпать. Рома осторожно вытащил из-за пазухи монтировку. Скрип. Тишина. Пацаны… мы тут точно одни? — прошептал Бяша, сглотнув. Ответа не последовало. Только какая-то тень мелькнула между стеллажами. Внезапно щелкнуло — и весь склад погрузился во тьму. Раздался грохот — огромная балка с лязгом рухнула прямо на дверь, перекрыв выход. Почти сразу же раздался вопль — нечто нечеловеческое, глубокое, пронзительное, словно смесь хриплого рыка и визга умирающего животного. Парни замерли. Тяжёлые шаги зазвучали между стеллажами. Что-то ходило рядом. Большое. В гробовой тишине Бяша нервно сглотнул и, дрожащим голосом, пробормотал: Антон, скажи по-братски, что ты пернул… Антон медленно покачал головой. Хотелось бы… — ответил он, чувствуя, как по спине стекает холодный пот. Бля, я сейчас коньки от страха отброшу, пацаны… — прошептал Бяша, застыв на месте. Рома, стиснув зубы, покрепче сжал монтировку. Саша не двинулся, только медленно достал из кармана фонарик. Спокойно, пацаны… — сказал он глухо и нажал кнопку. Яркий луч прорезал темноту. И тут же, на краю света, что-то мелькнуло. Что-то бледное. Длинное. Двигающееся слишком быстро. Бля, что это?! — взвизгнул Бяша, отскакивая назад. Саша резко направил фонарь в ту сторону. Но там уже ничего не было. Только длинные тени между стеллажами. И вопль. Только теперь он звучал ближе. Темнота сгустилась вокруг. Фонарь в руке Саши потрескивал, свет мерцал, словно не желая освещать то, что скрывала тьма. И вот оно вышло из глубины склада. Ростом выше любого из парней, оно было неестественно худым, вытянутым, с кожей цвета мёртвого воска. Но самое жуткое — лица. Множество ртов разрывали его кожу, кривились в безумных ухмылках, хрипели, скрежетали зубами. Некоторые бормотали невнятные слова. Другие просто шептали, как будто произносили чужие молитвы. Глаз не было. Но оно видело их. И знало, что они боятся. Парни застыли, чувствуя, как холодный страх сдавливает их глотки. Оно заговорило. Голос звучал из всех ртов одновременно, прорываясь то сквозь сиплый шёпот, то через глухие завывания. "Вы… не должны были приходить сюда…" Металлический стеллаж в углу вдруг заскрипел, как будто что-то невидимое двигалось рядом. Бляяя... — пролепетал Бяша, чувствуя, как по его спине пробежал ледяной пот. Рома сглотнул, судорожно оглядываясь на выход. Антон не дышал, сердце ударилось о рёбра так сильно, что казалось, его могли услышать. Оно сделало шаг вперёд. Пол застонал под его тяжестью, словно склад не хотел держать эту тварь у себя внутри. "Вы будете пищей…" Один из ртов растянулся в жуткой усмешке, обнажив кривые, тонкие, как иглы зубы. За спинами парней раздалось царапающее шуршание. Как будто кто-то полз по стене. Нахй… нахй… НАХУЙ! — завопил Бяша, пятясь назад. Рома перекрестился, сам не веря, что делает это. Антон почувствовал, как его ноги будто приросли к полу. Но только Саша не двинулся с места. Он сжал кулак, фонарь в его руке потрескивал, и он процедил сквозь зубы: "Ебать тебя в рот." Оно заулыбалось всеми ртами разом. И вдруг фонарь мигнул и погас. Фонарь мигнул. На мгновение тьма сомкнулась вокруг, заглатывая склад, как пасть чудовища. Парни стояли в ледяном страхе, дышали громко и судорожно, в жилах застыла кровь. И тут снова вспыхнул свет. Но оно исчезло. "К-к-куда оно делось?!" — Рома срывающимся голосом вцепился в плечо Саши. Бяша судорожно крутил головой, его лицо побелело до мертвецкой бледности. Саша медленно водил лучом фонаря по складу, но за коробками, в углах, между полками — пусто. Только тишина. Но эта тишина не была обычной. Она была тяжёлой, удушающей, затаившей что-то в себе. Как будто что-то дышало сквозь сам воздух. А потом Антон дрожащей рукой медленно поднял палец вверх. "Наверх…" Саша сжал фонарь крепче. Медленно, очень медленно он направил луч вверх. И свет ударил в потолок. Оно там было. Повисло на потолке, как огромный паук, впившись в бетон своими худыми, нечеловечески длинными конечностями. Оно смотрело. У него не было глаз. Но оно смотрело. Тощая, бледная кожа тянулась, как пергамент, облепляя торчащие кости. Но самое страшное — это рты. Их было много. Они двигались. Они жевали пустоту. Чавкали, облизывались, как будто уже пробовали на вкус их страх. Кап. Саша почувствовал, как что-то коснулось его щеки. Тёплое. Липкое. Он поднял руку, провёл по коже, посмотрел на пальцы. Чёрная, вязкая слюна. "Бля, да ну нахуй." — пробормотал он, но даже голос его звучал не так, как обычно. Оно изгибало шею, его голова разворачивалась на ненормальный угол, и рты улыбались. Широко. До ушей. До скул. Глубже, чем могла бы улыбаться человеческая пасть. "Вы такие... тёплые..." — голос существа шипел, растягивался, словно исходил из глубины пещеры, забитой костями. Рома сглотнул, Бяша сдавленно всхлипнул, Антон сжал кулаки, но ноги не слушались. Оно задышало громче, с мерзким захлёбывающимся звуком, как будто заглатывало воздух через десятки глоток одновременно. А потом оно пошло вниз. Медленно, но неуклонно. Как паук, оно начало сползать с потолка, его руки и ноги скользили по бетону, царапая его длинными когтями. Щелчки. Хруст. Переламывающиеся суставы. Оно двигалось так, как не должен двигаться ни один живой организм. Нелогично. Ломаясь. Меняя форму. И всё это — с отвратительным мокрым звуком, словно внутри его тела не кости, а мешанина из сырого мяса и хрящей. "С кем из вас начать?" — прошептало оно, и все его рты улыбнулись шире. Оно прыгнуло. Адреналин в крови Чудовище бросилось на Антона. Но вместо крика боли склад огласил глухой, мощный удар. Саша вмазал ему ногой прямо в ебало. С хрустом, с отвратительным звуком лопнувшей плоти монстра отшвырнуло назад, он врезался в стеллаж, уронив гору ржавых ящиков. Саша приземлился, приподнял воротник куртки, сплюнул на пол и усмехнулся. "Начни с моей ноги, хуйлуща!" Он быстро кинул фонарь Антону, который едва успел его поймать. "Пацаны, открывайте дверь! А я потанцую с этим уёбком!" "Какого хера ты опять геройствуешь?!" — рявкнул Рома, пытаясь поднять завал у выхода. "Потому что кто-то должен!" — улыбка не сходила с лица Саши, но сердце колотилось, как бешеное. Тварь зашипела. Её тело изогнулось, словно у змеи, и в одно мгновение она метнулась вперёд. Лапа просвистела в воздухе, целясь в голову Саши. Он едва успел нырнуть вниз, и когти твари впились в металлическую балку. БАМ! Балка сломалась, будто сделана из картона. Куски металла разлетелись по складу. Саша побледнел. "Ёбаный рот…" — прошептал Бяша, глаза расширились от ужаса. "Мы против этой херни не вывезем! Давай, блять, валить, пока целы!" — Антон уже отчаянно пинал обломки у двери. Но Саша не слушал. Он видел, как чудовище снова расправляет свои лапы, снова скалит пасти, и его рты начинают СМЕЯТЬСЯ. Смех хриплый, влажный, из десятков глоток одновременно. Смех, от которого мурашки бегут по коже. "Ну давай, тварь, покажи, что умеешь!" — Саша сжал кулаки, готовясь к следующему удару. Рома, запихивая добычу в огромную сумку, которую нашёл рядом, оглянулся на Сашу. "Ты там как, акробат, блять?" Саша уклонялся от ударов, двигаясь быстро и плавно, словно опытный боксёр. Тварь оглушающе завизжала, её когтистые лапы высекали искры, разрывая воздух. Саша резко нырнул под удар, и слева вмазал монстру прямо в морду. Хрустнула плоть. Тварь отшатнулась, но парень не дал ей шанса прийти в себя. Резкий удар по рёбрам, ещё один, короткий апперкот под подбородок — если у этого ублюдка вообще была челюсть. "Как тебе, падаль лесная?!" Саша поднырнул ещё глубже, и схватив тварь за туловище, резко дёрнул. С грохотом монстр рухнул на пол. Парень не медлил. Он оседлал его сверху и начал вбивать кулаки в уродливую морду. "НАХ!" "ХУЙ!" "ПОЛУЧАЙ, УЁБОК!" С каждым ударом мерзкая плоть сминалась, из разорванных ртов сочилась густая чёрная жижа, а ужасный смех сменился на болезненный визг. Но даже сейчас, когда он разбивал ей ебало, тварь всё ещё пыталась ржать! "БЛЯТЬ, САША!" — заорал Бяша. — "ЭТА ХУЙНЯ НЕ ДОХНЕТ!" В этот момент монстр заорал так, что стены задрожали. Саша успел заметить, как его рёбра… начинают ДВИГАТЬСЯ. Пасть. Новая. Прямо на груди монстра начала раскрываться гигантская, наполненная зубами пасть. И прежде чем Саша успел реагировать, тварь дёрнула шеей вперёд, раскрывая бездонную глотку… Саша успел отпрыгнуть, но чудовище оказалось быстрее. Острая боль пронзила бедро — мерзкая пасть сомкнулась на его ноге. "СУКА!" — рявкнул он, чувствуя, как тупые, но мощные зубы впиваются в плоть, сминая мышцы. Саша рефлекторно вмазал тварь пяткой в морду, вырывая ногу. Чавк! Из ранки сочилась кровь, но думать об этом было некогда. Тварь исчезла. Чёрт возьми, ПРОПАЛА! "ГДЕ ОНО?!" — заорал Антон, судорожно водя лучом фонаря по складу. Рома не отвечал, потому что был занят пинками выбивая запертую дверь. Шаг… Скрип… Саша резко вскинул голову. Тварь уже была прямо перед ним! БЛЯДЬ, КОГДА ОНА УСПЕЛА?! "САША, БЛОК!!!" — заорал Бяша, но было поздно. БАХ! Тварь размахнулась и врезала парню по корпусу. Удар пришёлся с такой силой, что Саша буквально ПРОСКОЛЬЗИЛ по полу, оставляя за собой кровавый след. Руки горели огнём — он успел поставить блок, но кисти гудели от удара, словно их раздробили. "Нахрен… у этой твари… такая сила?!" — прохрипел он, сплёвывая кровь. Тварь вновь исчезла. Она играла с ним. И это было хуже всего. Саша смахнул кровь с губ и медленно поднялся на ноги. "Это меня уже заебало…" — пробормотал он, сжимая кулаки. Пар изо рта вырвался клубами, а глаза начали меняться. Белки почернели, а зрачки, напротив, стали белоснежными, словно две светящиеся дыры в пустоте. "Обратные глаза"… Дар, которым он обладал ещё в прошлой жизни… Когда он был "Кровавым Демоном". Тварь метнулась вперёд с неестественной скоростью, вытягивая когтистую лапу, чтобы разорвать его в клочья. Но Саша теперь видел её движения. Ясно. Чётко. Каждую деталь. Он ловко увернулся, отклонившись назад, а затем вмазал ногой в грудь твари с такой силой, что её тело буквально прогнулось внутрь. Хруст. Чудовище отшатнулось, выплюнув чёрную жижу. Светящиеся глаза парня ярко вспыхнули во тьме. Рывок. Он скользнул под существо, зацепил его ноги и резким движением швырнул его на спину — чистый бросок "ножницы". Тварь глухо шмякнулась о пол, задёргалась, пытаясь встать. Но не тут-то было. Саша уже поймал её на болевой. Пятка… Прямо в сустав. Резкий рывок. Громкий хруст. Оно взревело, извиваясь в попытках вырваться. Но Саша только злобно оскалился. "Ага, бля… А теперь, мразь, попробуй встать." Тварь замерла. На её лице появилась улыбка. Губы треснули, обнажая множество мелких, острых зубов. Она чавкнула, словно смакуя момент. Саша давил на болевой, но… Что-то было не так. Чудовище даже не дёрнулось от боли. И тут оно двинулось. Но не руками. Ногами. Одним резким движением оно подбросило Сашу в воздух, словно тот ничего не весил. Парень даже не успел отреагировать, как полёт закончился ударом. Глухой хруст. Он врезался в стену склада, сминая металл. Тварь встала. Медленно. Жутко. Будто всё это время просто играла. Её кости гнулись в неестественных углах. Шея треснула при повороте. А затем раздался её голос. "Ты слабее! Ха-ха" Саша до конца не восстановился после драки с шутом, он чувствовал слабость в теле с каждым ударом. Тварь медленно приближалась. Ее безглазый оскал, полный уродливых ртов, растянулся в жуткой пародии на улыбку. Казалось, она наслаждалась моментом, играясь с ними, будто кошка с загнанными мышами. Саша лежал на холодном полу, тяжело дыша. Он чувствовал, как «обратные глаза» угасли, оставляя после себя лишь пустоту. Тело стало ватным, каждая мышца дрожала от усталости. Он стиснул зубы, пытаясь заставить себя подняться, но сил не было. Слишком рано он применил свою силу, слишком много потерял в драке с Шутом… И тут воздух загудел. Резкие вспышки мелькнули в темноте. Что-то прорезало воздух с хлёстким свистом. Тварь дернулась назад, её отвратительная кожа содрогнулась, как будто её избивали невидимые удары. Саша прищурился, пытаясь разглядеть источник атаки. И тогда он увидел Антона. Он стоял напротив чудовища, слегка пригнувшись, с напряжёнными кулаками. Его светлые волосы отражали лучи фонаря, создавая странное свечение. Но не это было самым жутким. Антон изменился. В его голубых глазах больше не было прежнего страха и растерянности. Теперь там горело пламя решимости. Движения его тела стали плавными, быстрыми, отточенными. И удары… Эти удары. Они были невидимыми. Точно такими же, как у Шута. Саша замер. Неужели этот слабак… скопировал технику Шута?! Но… Как?! Удары продолжали сыпаться на тварь, выбивая её из равновесия. Существо зашипело, его рты задергались, источая отвратительный хлюпающий звук. Оно не ожидало такого сопротивления. Антон двигался с нечеловеческой скоростью. Каждый его удар рассекал воздух, оставляя за собой порывы ветра. Он бил быстро, жестко, точно знал, куда наносить удары. Саша никогда раньше не видел его таким. Антон, который всегда был самым слабым из них… сейчас выглядел, как настоящий боец. Но это длилось недолго. Тварь резко дернулась, её длинные конечности мелькнули в воздухе. Словно наигравшись, она вдруг улыбнулась шире и, используя только ноги, подбросила Антона в воздух. Парень даже не успел осознать, что произошло. В следующий миг когтистая лапа ударила его по лицу. Раздался хруст. Очки Антона разлетелись на осколки. Тело парня отбросило в сторону, словно пушинку. Он полетел назад, врезаясь в Рому, сбивая того с ног. Твою мать… — выругался Рома, потирая голову. Антон лежал, тяжело дыша. Он попытался подняться, но руки дрожали, и сил не хватало. А тварь уже вновь приближалась, её многочисленные рты чавкали от нетерпения. Саша вытер кровь с губы и усмехнулся. — Ах ты, мразь… — пробормотал он, а затем рванул вперёд, не давая твари опомниться. Он увернулся от очередного удара, быстро нырнул влево, затем вбок, обхватил тварь за узкую, будто высушенную талию, и с силой перебросил её через себя. Тварь с жутким визгом полетела вниз и с грохотом впечаталась в железный пол. Вмятина от удара была настолько глубокой, что от пола пошли трещины. — Ну и полежи тут, гондон! — бросил Саша и помчался в сторону пацанов. Рома уже стоял у двери, со всех сил дёргал ручку. — Она, блядь, не открывается! Серьёзно?! — выдохнул Бяша, оборачиваясь на приближающегося Сашу. Ща исправлю! — Саша, не замедляя шаг, выложился в последний рывок, и с мощного удара плечом выбил дверь с петель. — Валим нахер! Парни пулей вылетели наружу и запрыгнули в машину. Саша завёл двигатель, но от волнения заглох. — Ну давай же, мразь! — заорал он, крутя ключ. Из склада послышался громкий, хлюпающий звук. Саша резко обернулся. Тварь поднималась. Её тело ломалось и восстанавливалось одновременно, рты шевелились, словно что-то бормоча. Бяша задохнулся от ужаса. ДАВАЙ, БЛЯДЬ! Саша ударил по рулю. Машина взревела и, с визгом шин, рванула с места. В последний момент он увидел, как существо сделало шаг в их сторону… но свет фар скрыл его фигуру во тьме. Саша резко вдавил педаль газа в пол, стрелка спидометра ползла вверх, но, обернувшись в зеркало заднего вида, он почувствовал, как сердце ухнуло в пятки. Тварь мчалась за ними на четвереньках с нечеловеческой скоростью. Её вытянутые, словно паучьи конечности, загребали землю, вырывая куски асфальта, а из множества ртов доносилось жуткое, хриплое бормотание. ЕБАНЫЙ В РОТ! — завопил Бяша, вцепившись в переднее сиденье. — Она нас догоняет! Бляяядь, да я уже 130 жму! — Саша мёртвой хваткой держал руль, глаза метались между дорогой и жутким силуэтом позади. Пацаны, давайте чё-то делать! — нервно затараторил Рома, вытаскивая из сумки бутылку самогона, который они прихватили на складе. Ебани ей в ебало! — рявкнул Саша, уворачиваясь от выбоин на дороге. Рома не раздумывая высунулся в окно, прицелился и со всей силы швырнул бутылку назад. Она со свистом полетела и с громким "бздынь!" разлетелась о голову твари. Но сука даже не замедлилась. ДА ТЫ РОФЛИШЬ, БЛЯДЬ?! — заорал Рома, хватаясь за голову. Пиздец, не поможет, нахер! — Антон вжался в сиденье, пытаясь не думать о том, что происходит сзади. В этот момент дорога впереди резко пошла вверх — впереди был холм. Саша со злостью сжал руль. Пацаны, держитесь! — крикнул он и вжал педаль газа до предела. Машина, ревя мотором, влетела на возвышенность и, на долю секунды, словно взмыла в воздух. Внизу был крутой спуск. Саша направил машину вниз, и они на полной скорости понеслись вперёд. Позади раздался громкий, мерзкий рёв. Саша бросил взгляд в зеркало и увидел, как тварь резко затормозила у края холма, когтями вцепившись в землю. Она не прыгнула. Она не рискнула. СОСИ, ТВАРЬ! — заорал Саша, показывая средний палец в зеркало. БЛЯДЬ, СЛЕДИ ЗА ДОРОГОЙ! — заорал Бяша, указывая вперёд. Саша резко дёрнул руль, едва избежав столкновения с отбойником. Машина пролетела ещё пару десятков метров, затем он смог стабилизировать её движение. Парни молчали. Все были бледные, тяжело дышали. Ну и нахер… — пробормотал Антон, вытирая холодный пот. Пацаны… — Рома взглянул в зеркало. — Она там стоит. Смотрит. Они обернулись. На вершине холма тварь стояла неподвижно. Её рты больше не бормотали. Только жуткая улыбка, растянувшаяся до самых ушей. Саша молча сжал руль и, не раздумывая, вдавил газ. Машина сорвалась с места, оставляя позади тьму и кошмар, преследовавший их этой ночью. *** Саша довёз всех пацанов кроме Ромы до дома, вес путь они шли в гробовой тишине не разговоривая о чудище что увидели в складу то и дела смотря за спину машины чтобы не увидиьь эту тварь Саша, уставший и раздражённый, вылез из машины, закрыл дверь и посмотрел, как Рома, ухмыльнувшись, врубил заднюю передачу и медленно откатился назад. Завтра принесу вашу долю, не ссы, братан. — лениво произнёс он, прищурившись, и кивнул на сумку с добычей на заднем сиденье. Давай без залуп. — буркнул Саша, хлопнув кулаком по крыше машины. Рома коротко хохотнул, включил передачу и, чуть подгазовав, укатил в темноту. Красные огни его машины быстро скрылись за поворотом. Саша вздохнул, потянулся, хрустнув шеей, и достал из кармана сигареты. Это были какие-то заграничные, явно не из местных магазинов — упаковка с надписями на неизвестном языке, запах лёгкий, но едкий. Он прикурил, глубоко затянулся и выдохнул в холодный воздух. Ночь была тихой. Чертовски тихой. Саша посмотрел на небо. Тёмное, без звёзд, затянутое плотными облаками. Где-то вдалеке завыла собака. Ебануться, что за день… — пробормотал он, проводя рукой по лицу. Шаги по снегу. Треск веток. Он резко обернулся. Но там никого не было. Только пустая дорога и редкие фонари, слабо освещающие улицу. Нахер… — Саша затянулся снова и быстрым шагом направился домой, чувствуя, как по спине ползёт холод.