2.8 Проклятые связаны?

POV Биби

      Запах сосны. Шлейф лесной растительности собирается с ним воедино, дарит аромат, ради которого жители больших городов сваливают в лес на выходные. Жители, образ жизни которых мне незнаком. Как и таким — мой. Слишком беззаботные люди с типичным складом ума, в волнение которых будущее входит сильнее, чем сегодняшний день. Люди, зацикленные на образовании, отношениях и построении жизни. Ну, если иметь ввиду моих сверстников и старше...       Птицы в небе кричат в агонии, кружатся над открытой солнцу территории убежища. Сверля глазами этот процесс, задумываюсь. Какая же я всё-таки особенная. Мне больше не дано шанса пройти свою жизнь так, как её проходят обыкновенные горожане. Не дано мучиться из-за мелочей и подчиняться закону. Я должна и могу сделать больше, мне подвластно играть в это всё по своим правилам. Мне и ещё пятерым. Из которых я уважаю только троих. А стану слушаться — одну.       Я и она, никуда не спеша, сидим на скамейке у входа в кухню. Завтрак уже был закончен, дел на сегодня не планировалось. Других ребят раскидало по территории. Вижу, как Булл и Гром соревнуются в армрестлинге где-то неподалёку, устроившись у бочки. За остальных не отвечаю.       Шелли с утра вкинула нам неприятную новость и даже не рассказала подробности. Булл попытался узнать хоть что-то, ведь внезапное появление Эдгара среди ночи заинтересует каждого. Но она так и не дала ответа, сказала, потом объяснит. Я тоже в недоумении. Ночью пришлось проснуться от чувства, словно весь дом разваливается. Эдгар явно провалил миссию остаться незамеченным. И бежал так, словно на него уже смотрят три дула наших дробовиков. Но в этот момент я даже не успела ничего сообразить. Эдгаром уже и не пахло, когда вылезла в коридор. Известно только то, что его целью был Контракт Дьявола.       Пока мы здесь, из Шелли легче будет выбить какие-то известия. Чувствую, что она что-то думает. Именно над тем, что происходит. Никогда мне не удавалось так ясно прочитать чужие мысли.       У нас на руках по кружке кофе. Шелли в придачу закуривает сигарету. К тому моменту, как я созрела подать голос, мы уже долго молчали.       — Так что с Эдгаром? — осторожно спросила я, изучая её выражение лица.       Шелли сделала глоток, другой рукой показывая мне указательный палец вверх. Это означало, что стоит подождать. Чего-то другого, а не того, пока она допьёт своё кофе. И готовность рассказать я тоже чувствую.       Мы снова умолкли. Я ожидала в недоумении, пока звуки с кухни не привлекли моё внимание. Кто-то копошился внутри. Окно, что было над нами, было заколочено досками и смотреть туда бесполезно. Не отрывая глаз, на пороге кухни я встретила Пенни. Она вышла, толкнув перед собой занавеску и ненадолго зависла. Взгляд упал на Шелли и меня. Ощутив, как она сосредоточенно смотрит на нас, я нахмурила брови, намекая, что посторонние взгляды сейчас не к месту. Пенни отвернулась и направилась прочь. В её руках ничего не было с собой. Проследила, как она удаляется в свой домик. Меня не покидало чувство, что она пыталась что-то подслушать.       Теперь Пенни достаточно далеко. Шелли сможет начать говорить?       — Да, — тихо доносится от неё. Я удивлённо взглянула на подругу, но моё поле зрения окутало сигаретным дымом. — Насчёт Пенни тоже кое-что есть.       — Что? — я машинально помахала рукой, так как дым вызывает у меня желание закашляться.       — Послушай, — Шелли без жалости взглянула на меня, но всё-таки убрала дымящуюся сигарету подальше. — Эдгар не настолько идиот, чтобы залезть туда, где ему смертью пахнет. Контракт он не найдёт...       Пауза для затяжки.       — Ты думаешь о том же, что и я?       — Вероятно. Ты же видишь Пенни? — выдохнув в сторону, отвечает Шелли. — Она мутная...очень мутная...       В этот момент наши мысли снова соединились, как мне показалось.       — Нет, Пенни не может знать, где Контракт, — отрезает Шелли. — Даже вам будет трудно стащить его у меня. Я всегда на стрёме.       Поставив кружку кофе на землю, она свободной рукой быстро залезла в карман джинс и так же быстро засунула обратно. Я успела увидеть скомканный клочок старой бумаги, Контракт Дьявола.       — Просто так оставлять нельзя. Проигнорируем, Эдгар снова полезет.       Я отвлеклась на своё кофе, считая, что говорить мне нечего, Шелли продолжит.       — Пенни сдаёт нас, — уверенным тоном выпалила она. — И это не моя собственная паранойя.       — Скажешь?       — Скажу, но, по-моему мнению, это всё равно глупо. Эдгар не мог просто так решить, что вчерашняя ночь будет самой для нас уязвимой. Хотя, это только я так считаю, что смысла в этом не было. Пенни могла подумать, что алкоголь, — Шелли усмехнулась. — Достойный повод отвести моё внимание от Контракта...       — Так ты вчера мало пила!       — Вот именно! Я не могу давать себе расслабляться, понимаешь? — наши голоса становились громче. — Знаешь, я бы не подозревала Пенни, если бы она сама не вызывала подозрение. Но ты сама видишь, она пропадает из виду по поводу и без!       Я прислонила палец к губам, заставляя её снизить тон.       — Вижу, — согласилась. — Она всегда мне не нравилась.       — Она жила здесь ещё до нашего прихода! — тихо эмоционирует Шелли. — Думаешь, ей хочется быть за нас, или за них? Она даже не проклятая!       Пенни никогда не казалась мне надёжной. Если большинству на территории убежища я совсем не доверяю, то она находится ещё ниже. К тому же,       — Пенни бегала в деревню и я это уже замечала, — поддержала фактом. — Один раз, но всё же.       — Так всё на своих местах! Нам не нужен этот человек, — Шелли снова затянулась сигаретой. — Помню я это. Но считала её безобидной. Думала — «Что она нам сделает?».       Мы обе отвлеклись на кофе. Моя кружка уже опустела. Пока стоит пауза, ожидала, что Шелли примет какое-то решение. Но она всё ещё что-то соображает. Глаза задели Булла и Грома. Первый радостно воскликнул после того, как положил руку своего оппонента.       — Расстреляем? — предложила я.       — Нет. Слишком просто, — на лице Шелли появилась интрига. — Я сделаю кое-что...А далее от Пенни уже зависит, получит она наказание или нет.       — В плане?       — Да узнаешь, — Шелли тоже закончила со своей кружкой, отодвинула её подальше. — Но Контракт...нужно временно спрятать.       — В землю закопай.       — Нет.       Попыталась снова угадать её мысли. Точнее, прочитать. Сейчас это кажется сложнее, словно Шелли духовно изолировалась. Пару секунд испепеляя взглядом, уловила свой образ в её мыслях. Испытав короткий шок, следом меня осенило.       — Проклятые связаны? — внезапно спрашиваю, совсем не по теме.       Шелли, тем не менее, поняла о чём я. Наши взгляды встретились. Некоторое время стоит тишина, прерываемая шорохами неподалёку.       — Связаны, — обыденным тоном подтвердила она, отворачиваясь. — Ты только сейчас это поняла?       Я пожала плечами.       — Хотя, я тоже. Раньше не придавала значения тому, что разговариваю с вами без слов, — Шелли закурила в очередной раз. — С каждым разом всё чётче и чётче...       — Ты ведь сможешь контролировать проклятых, это плюс!       — Погоди, нет. Это всё не так просто.       В её мыслях снова был мой образ.       — У меня так выходит только с тобой, Вороном и Буллом. С Громом и Мортисом очень слабая связь, — Шелли ошеломленно покачала головой. — Этому явно есть объяснение...Но мы мало что знаем о Контракте.       Я задумалась над этим. Думать долго не пришлось, верная мысль и так маячит перед глазами.       — Мы долго знакомы, — выпалила я. — Ближе друг другу, чем кто-то ещё.       — В точку. Проклятие непредсказуемое, как оказалось...       Шелли потушила догоревшую сигарету об металлическую ножку скамейки, затем швырнула её в траву. Я потираю лицо ладонью, чувствуя, что накатывает жара. Шелли поднялась на ноги первой, я тут же следом.       — Мы сегодня идём прятать Контракт, — она направилась к бочке, которую заняли Булл и Гром. — Только сейчас ты меня не перебиваешь, поняла? — приказала тихо.       Я без слов кивнула. Шелли осмотрелась вокруг, пытаясь выяснить, где остальные. Приближаясь к парням, её глаза коротко сверкнули по домику Пенни. Я тоже взглянула. Но за занавесками в её окне ничего не видно.       Гром и Булл озадаченно развернулись к нам. Мы остановились.       — Я подумала, нам пора их всех перестрелять к чертям, — Шелли говорила достаточно громко и я поняла, зачем. — Мне не нужны слуги, я должна двигаться дальше. Хотелось бы захватить что-то побольше, а свидетели мне не нужны, понимаете?       У обоих на лице нейтральность. Булл сверлил Шелли более внимательным взглядом.       — Сейчас? — спросил он.       — Нет. Жара клятая стоит. Лучше... — Шелли щёлкнула пальцами и указала на Грома. — Ты! Приготовь Бомбы Коварного Огня. Используем так, чтобы было некуда бежать.       Гром кивнул. Я снова взглянула в окно миниатюрного домика Пенни. Теперь за бледными занавесками виднеются очертания её лица. В этот момент ощутила, как Шелли без слов докладывает Буллу настоящие намерения.       — Всем сообщи.       — Понял, — Булл явно уловил мысль. — Приготовимся.       Шелли довольно улыбнулась. Больше, видимо, ей было нечего говорить. Всё нужное передалось у меня под носом. Шелли разворачивается и уходит, я следую за ней.       — Всё по плану? — тихо спрашиваю.       — Да.       — А если кто-то помимо Пенни воспримет это всерьёз?       — Всё будет норма... — убеждает меня Шелли, прерываясь.       Навстречу вылез Мортис, выскочивший из своего домика. Мы застыли. В одних шортах и солнечных очках, с видом гордого орла, шагает к нам.       — На пляж не хотите, дамы?       — Нет, — отрезала Шелли.       Я сверкнула по нему недовольным взглядом. Мортиса бы я не терпела на нашей территории вообще, не был бы он проклятым.       — Бросьте, помимо дел ещё нужно отдыхать. Желательно, с женщинами, — Мортис с самодовольным лицом кивнул в сторону ворот.       — Вот иди, и ищи себе женщин, — ощетинилась я.       Мортис развёл руками и жалостно раздвинул фиолетовые брови.       — Мне никто не составит компанию?       — После вчерашнего — нет! — уже более обозлённо прорычала я. Шелли хихикнула.       — Э-эх, не видать мне дамского поощрения, — Мортис попытался приблизиться, я тут же показала большим пальцем назад, мол, проваливай.       Он обошёл нас, вышел из тени и встал на солнце, уперев руки в бока.       — Идиот, — шепнула я Шелли.       — Помнишь, что вчера было? — напомнила она, усмехаясь.       — Идиотизм.       — Он тебя и меня приглашал к себе на колени.       — Идиот.       — Он просто под вином был...       — Не видать мне дамского поощрения! — крикнул Мортис, в пол оборота развернувшись к нам. Очевидно, услышал.       — Нет, не видать! — с жаром воскликнула я, толкая Шелли в локоть.       Мы отдалились, скрылись в доме. Не до шуток сейчас, нужно сосредоточиться на подготовке к походу. Оказалось, Шелли собирается спрятать Контракт не рядом. А где, понятия не имею. Могу только предполагать, когда пытаюсь мысленно связаться с ней. Что будет со смертными и как они отреагируют, неизвестно. Но Пенни точно услышала то, что нужно. И, судя по всему, Шелли хочет проверить её на верность. А нам двоим предстоит поход в лес.

***

POV Пайпер

      — Стой! Шелли и Биби куда-то ушли. Их сейчас нет.       Я едва не споткнулась об массивный камень, попавший прямо под ноги. Застыв, снова развернулась к Пенни, что, стоя в лесной тьме, никуда не собиралась дёргаться.       — Нет?       — С утра нет. Не знаю, с какой целью они ушли. Может, подготовиться хотят?       Сама понятия не имею. Какие я могу сделать предположения, минуту назад услышав, что нас хотят сравнять с землёй? Пенни ничего не объяснила помимо. Мне требовалось немедленно уходить с тёмной поляны, оповестить Эдгара. Кольт стоит рядом. Был ли ужас на его лице, не знаю. Не вижу. За то от Пенни прямо-таки тянет беспокойством.       — Надолго, скажи? — спрашиваю, стараясь сохранять непоколебимость.       — Не знаю, — та пожала плечами. — Честно, пыталась расспросить других. Никто не знает... Может, конкретно мне так говорят. А может, действительно не знают... Так ничего и не услышала.       Ощутила на себе взгляд Кольта, словно ждёт от меня решения или следующего наводящего вопроса. Я стараюсь не поддаваться шоку. Но, считаю, от Пенни узнавать больше нечего.       — Беги.       Еле видное в темноте лицо Пенни, казалось, не выражает ничего. При этом, внимательно на меня смотрит. Пауза, качает головой.       — С вами до последнего.       — Брось это дело уже! — взбодрился Кольт, всплеснув руками. — Ты первой попадёшься под руку! Мы можем рвануть отсюда хоть этой ночью, ты тоже скажешь, что останешься?       — Нет... — виновато протянула Пенни.       — Нужно выслушать Эдгара, — ответила я Кольту на его весьма резкое решение. — Он может иметь своё мнение на этот счёт.       Кольт абсолютно возмущён. Улавливать его эмоции в темноте оказалось не нужным. Он и так активно жестикулирует.       — Я курить! — сердито воскликнул. — Пардон, леди!       И шумным шагом, сокрушая траву, удалился вдоль бетонной постройки. Я осталась с Пенни. Нужно что-то сказать напоследок.       — Лучше бы ты просто устроилась у нас.       — Нет, не надо. Я знаю, что делаю, — девочка сделала пару шагов назад, давая понять, что сейчас развернётся и убежит. — Пока живу, обо всём скаж...       — Беги уже к себе, — уставшим от свалившихся проблем голосом потребовала я, вздохнув.       Пенни кивнула, помахала рукой и ускакала в темноту. Видеть её стало невозможно, лишь определить по шорохам травы. Я потёрла лоб и обречённо развернулась назад. Отправилась к дому, словив себя на мысли, что совсем этого не хочу. Хочу отправиться на время назад, чтобы при этом не случилось этой новости. Глупо, глупо. Но моему мозгу ничего больше не остаётся делать.       Я остановилась у входа, где наконец-то появляется луч света от лампы в коридоре. Кольт стоит наполовину в темноте, выпуская в воздух табачный дым.       — Поручаю это тебе, — видимо, его злой голос исходил из тех же эмоций, что и у меня. Винить за это не буду.       — Я и не собиралась тебе это доверять, — ощетинилась, хоть и случайно.       Эдгар с Байроном были наверху, в столовой. После ужина я спускалась вниз помыть тарелки и заварить чай. Так этого и не сделала, пришлось задержаться. Сейчас, не отвлекаясь на быт, несусь наверх, дабы донести эти неприятные известия. На этаже было тихо, а в столовой я застала Эдгара, лежащего лицом вниз на столе и Байрона, что, расслабленно отклонившись на кресле назад, заправляет табак в старомодную трубку. Стол несильно завален уже привычным хламом, сегодня на нём возвышаются бутылки красного вина.       — Чего так долго? — не поднимая глаз, спрашивает последний.       — А что с ним? — я кивнула в сторону, имея ввиду Эдгара.       — Он? — Байрон взглянул на него так, словно, как и я, впервые видит это зрелище. — Спит, наверное.       — Нет, — послышался хриплый голос другого. Затем тот медленно приподнимается, подпирая сонное лицо кулаком.       Я нахмурилась.       — Я ему говорил: нельзя после зелья Покоя пускать в рот и каплю вина. Он — идиот.       — Нет, — слабо возражает Эдгар, потирая лицо в попытках проснуться.       Мне это не на руку. Думая, куда себя деть, я отодвинула ближайшее кресло и уселась, положив руки на стол.       — За то спать ночью буду отлично... — неохотно протянул Эдгар, приводя свою чёлку в порядок.       — Не будешь, — вызывающим, но несильно громким тоном заявила я, врезавшись в него глазами. — Проклятые собираются нас убить.       Воцарилась тишина. Байрон с интригой глядел на меня, а я сверлила взглядом Эдгара, чьи глаза опустились в стол. Даже не знаю, осознал ли он сказанное.       — Мне это Пенни донесла. Никаких подробностей, только то, что Шелли и Биби куда-то свалили. Тебе это о чём-то говорит? — с наездом продолжила я.       — Да, — отозвался Эдгар, вздыхая и откидываясь на спинку кресла. Теперь его взгляд казался более адекватным. — У нас есть время.       — У нас нет времени, идиот! Время на то, чтобы собрать все свои монатки и улететь, куда глаза глядят! — громко возмутился Байрон. — Ты сейчас не головой думаешь, не забывай!       Эдгар показал ладонь, приказывая тому снизить тон, либо замолчать. Я нервно постукивала пальцами друг о друга.       — Тихо... — всё таким же уставшим тоном выдал он. — Дай, я подумаю...       Байрон встретился взглядом со мной, пожал плечами и неодобрительно покачал головой. Вытянув ко мне указательный палец, соображал, что сказать.       — Чаю. Да.       — Хорошо, — со скрипом я отодвинула кресло назад, поднялась на ноги.       — Я не прибью его здесь, честно. Хотя, очень хочется.       — Хорошо, — повторила и скрылась за шторой, направляясь к лестнице.       Байрона, как и меня, не устроил ход мыслей Эдгара. Для него ситуация не настолько простая. Казалось, хотят окончательно убить — беги отсюда. Не представляю, что у него на уме. Может, из всех нас у Эдгара самая холодная голова. Слышала, что сегодня он нуждается в успокоительном зелье. Поэтому его не хватила паника...Как и всегда, собственно. Никогда не пойму его стиль решений. Хотя, может, благодаря этому мы до сих пор живы...       Желая как можно скорее отправиться наверх, по ошибке разливаю кипяток из железного чайника на свой халат. В дверном проёме появился Кольт, ожидая от меня каких-то слов и звуков. Схватив поднос, я кратко бросила ему приказ следовать за мной и вышла в коридор.       Застала Эдгара, сидящего за книгой зельеварения. Его глаза упёрлись в одну точку, хоть лицо выражало какую-то достойную задумчивость. Кольт, не выронив ни слова, занял своё место. Так же, как и я. Ожидая, пока кто-то заговорит. Байрон нервно стучал ногой, оставив трубку на столе и явно не собираясь спускаться с ней вниз, пока в столовой не прозвучит хоть какой-то вердикт.       — Дай бумагу, — не отрываясь от чтения, Эдгар вытянул руку в сторону Байрона.       Тот зашевелился, отклонился в сторону, вытащил со старого стеллажа случайную книгу. Раскрыв и оторвав довольно широкий кусок пустой страницы, передал Эдгару. Потрогав пустой лист, он озадаченно поднял глаза. Я подвинула ему карандаш, что валяется на столе рядом с картой. Эдгар начал что-то мудрить. Мы с Кольтом ошеломлённо потягиваем чай.       Тишина кажется чересчур долгой. Нарушается лишь скрипами кресел, шумом перелистывания страниц и глотками. Байрон то обращал недовольный взгляд к нам, то, не отрываясь, пожирал глазами Эдгара. В какой-то момент, испытав нетерпение, он наклоняется и заглядывает к нему.       — Это что?       Эдгар отложил на стол книгу, выпрямил бумагу и передал ему.       — Это тебе.       Мы с Кольтом переглянулись, испытывая один и тот же букет эмоций. Так и не осмелев подать голос, наблюдаем, что происходит дальше.       — Это кому? — скептично спрашивает Байрон, изучив содержимое записки. — Не много ли? Тебе, что ли?       Молчание. Шарф Эдгара свалился ему на плечи, закрывая половину лица.       — А не дорого? — продолжает Байрон более недовольным голосом.       — Что там, а? — не сдерживается Кольт.       — Сам глянь, — тот швыряет записку ему. Кольт забирает и, так как мы сидели вместе, демонстрирует на нас двоих.       На куске бумаги появился список каких-то зелий, написанный идеальным почерком. Проходясь сверху вниз, ничего не выяснила. Сироп для смены голоса, питьевая краска для волос... Прочитав всё, решила подумать. Сделала вывод. Все они нацелены на смену внешности или облика. И это всё равно не наводит ни на какую мысль, которую задумал Эдгар. Последнее, «Амнезия во флаконе», вообще сбивает с толку всё моё представление.       — Самим додуматься? — Кольт поднял на Эдгара укоризненный взгляд.       — Всё просто, — выдавливая оживлённый тон, начал Эдгар, как его сбивает Байрон.       — Всё не просто! Ты написал то, что я тебе никак не достану!       — Да подождите! — вторглась я, заставляя обоих затихнуть. Забрав заметку из рук Кольта, отправила по столу обратно Эдгару. — Объяснись, какой план ты уже там родил.       Эдгар кивнул, забрал заметку и, снова пробежав по ней глазами, поднял голову.       — Этот план идеален, если всё пойдёт, как надо. Весь этот набор, — он развернул бумагу и провёл по названиям пальцем. — Для Шелли. Не думаю, что мне будет сложно остаться с ней наедине. Если всё пойдёт, как надо, — повторил, желая подметить эту фразу. — Она останется с нами. Причём, без памяти, — палец Эдгара указывал на зелье амнезии в самом низу. — Уловили, а?       Я переваривала. Кольт переваривает. А Байрон, выслушав, на удивление, слегка обрадовался.       — Я думал, ты болван, — выдал он, отклоняясь на кресле. — А ты болван, нарушающий сразу несколько пунктов закона. Ладно, я тоже...       — Подожди, — перебила я, хмуро и недоуменно глядя на Эдгара. — Ты собираешься что-то сделать с Шелли?       — Именно, с Шелли. Лидер будет у нас, причём, замаскированный. Я не буду миндальничать.       У меня было своё мнение на этот счёт. Повернувшись к Кольту, вижу, на его лице читается совсем другое.       — Разве ты это успеешь? Нам угрожают, как никак! — с жаром выпалил он.       — У нас есть время. Пайпер, ты же встретилась с Пенни? — Эдгар уставился на меня. — Она что-то знает про нападение?       — Никаких подробностей, — отвечаю.       Эдгар не ответил. Заметка с зельями, что лежит на столе, оказывается в руках Байрона. Пока первый медлит, второй забирает книгу и начинает что-то редактировать в записях.       — Что ты делаешь? — обратил на него внимание Эдгар.       — Исправляю. План, конечно, интересный. Но я тебе не просто так сказал, что ничего из этого не достану, — живо перелистывая страницы книги, сказал Байрон. — Я разбираюсь в этом, поверь, хуже не будет.       — Я, наверное, пойду, — Кольт со скрипом кресла встал на ноги. — Нужно предупредить остальных.       — Нет! Сядь, — моментально реагирует Эдгар, вытянув в его сторону указательный палец. — Если все будут знать, всё пойдёт по жопе.       — Нападение! — указала я.       — Я не верю в нападение, Пайпер, — отмахнулся Эдгар. — Может, это звучит дико и неоправданно. Проклятым не нужно готовиться, чтобы атаковать нас.       Кольт явно хотел осадить его. Потирая бороду, выдаёт следующее довольно нейтральным тоном.       — Что-то наподобие уловки?       — Заметь. Проклятые на данный момент не доверяют Пенни, — Эдгар невесело хмыкнул. — У этого стоит другая цель. И явно не нападение.       — Почему не доверяют?       — Уверен в этом. Не слышал такого напрямую, конечно... Я это просто вижу.       Кольт покачал головой, вздохнул. Я решила отвлечься на чай. Он уже остыл.       — Вот, — Байрон наконец оторвался от записки, сразу сунул её Эдгару в руки. — Компоненты для этого всего мне под силу. Дозировку отдельно запишу.       — Лекарство от горла?! — воскликнул он, едва взглянув на бумагу.       — Вместо сиропа. Знаешь, травы для него вообще не в нашем климате найдутся, — объясняет Байрон. — Если это лекарство неправильно сварить, исказит голос не хуже сиропа. Поверь, я знаю. Мортис с меня угарал до посинения.       — Расскажешь? — хмыкнул Кольт.       — Нет.       Я встала из-за стола. Мне хотелось вникнуть в это дело лучше. Обойдя широкий стол, встала рядом, скрестив руки. Эдгар бросил на меня короткий взгляд, затем снова занялся делом. Подол шарфа упал на моё плечо.       — Не жестоко ли? — подала голос, пока Байрон рисует какие-то цифры на другом куске бумаги.       — Жестоко, — буркнул Эдгар. — Но так нужно.       — Это интересно, — воодушевлённо ответил Байрон. — Шелли не погибнет, поверь.       Я шумно выдохнула. Снова зависает неоднозначная тишина. Кольт скучает, сидит за столом, упираясь кулаком в подбородок. Пока мои глаза изучают список зелий, решает подняться.       — Я спать, — заявляет он, отодвигая кресло. — Расскажете завтра, что решили.       — Нам бы с утра уже уйти, — бросил Эдгар. — Нельзя терять время.       — А, — Кольт, стоя уже в проходе, развернулся. — Так, я никому ничего не рассказываю, правильно?       — Правильно, — закончил Эдгар. Сделав паузу, добавил ещё: — Пускай никто не знает. Это будет испытанием для маскировки...       Кольт без эмоций показал большой палец, затем скрылся в темноте. Завершил своё присутствие лязгом старой двери в спальню. Мне бы тоже хотелось уйти. Но интрига приковала к полу.       — Это в лесу найдём, — Байрон начал карандашом обводить записи. — Этого в пещере полно. А это придётся купить.       — Пещеры? — подала голос я.       — Ну да, за это тоже придётся денег отвалить, — ответил он. — Думаю, на всё хватит. В худшем случае останемся на мели.       Темнолесские пещеры строго охраняются. Входы находятся только в населённых пригородах. В них никак не проникнуть обманным путём, только заплатить. В шахтах контроль. Не представляю, что они собираются оттуда доставать.       — Нам не на один раз, как я понимаю, — выдал Эдгар.       — Если ты хочешь долго поддерживать облик, нужно брать много. Заметь, составил так, чтобы эти зелья можно было смешать в одно.       — Спасибо.       — И пить ей придётся время от времени, иначе эффект закончится.       — Понял.       — Я сам это всё распишу, — Байрон снова поднялся, чтобы оторвать от книги со стеллажа кусок бумаги. — В точности.       Вновь тишина. Звук возни карандаша по бумаге. Заметка со списком зелий постепенно оказалась в стороне. Я некоторое время поглядывала на неё, в конце-концов решила взять. Пробегаясь по названиям зелий и их предназначениям, пыталась выстроить в голове образ, что должно случиться с человеком после употребления всего этого.       — Шелли точно перестанет быть собой? — задумчиво выпалила.       — Боюсь, мы сами её не узнаем, — Байрон был на позитиве. Такие идеи явно подогревают в нём адреналин.

***

POV Шелли

      — Я изначально догадывалась, знаешь, — с каким-то самодовольством подала голос Биби.       Перед глазами появились солнечные лучи, в которых крутились маленькие мухи, мерцая, словно искры. Солнце слепило в глаза, накрывало всё тело.       — Он брошен. Даже ворота не потрудились закрыть, — отвечаю я.       Бледные стены интерната светились. В разбитых окнах белизна. Гробовая тишина, которой никогда не бывало прежде, как мои глаза поднимались на этот приют. Шелест листьев. Треск деревьев. Никакого гомона, смеха, или криков. Всё мертво.       — Странно даже как-то, — поделилась впечатлениями Биби, которые, определённо, едины с моими. Из-за меня мы неторопливо идём вглубь территории. Глаз не оторвать.       Трава по ту сторону ворот уже успела прорасти, косить её некому. Детская площадка. Тихая. Пустая. Мои любимые качели стоят неподвижно, купаясь в солнечных лучах.       — А вдруг, остался кто?       Я с любопытством взглянула на Биби.       — Нет. Всё слишком...неестественно.       Её глупый вопрос растворился сразу, как мы обе уставились на входную дверь. Распахнута, а на порог брошена табличка. «Опасно, возможны обвалы». Не думаю, что интернат успел достичь такого состояния. Поставили, скорее всего, на будущее.       — Я думала, всех спасли, — продолжает Биби, пока мы, обойдя табличку, вошли внутрь.       Запах, возвращающий во времени обратно, беспощадно разрезал ноздри. Духота, придающая ему большей зловонности. Словно я снова простая смертная, подросток, чьи проблемы — учёба и зачёты. Прошло всего немного, а ощущается, словно целые года. В коридоре полно пыли, картины висят, как прежде. Лишь усохшие цветы в высоких вазах говорят о каком-то времени.       — Руководство же должно было связаться с Омутом? — Биби нетерпеливо потрепала меня за локоть, так как от нахлынувших воспоминаний я совсем забыла дать ей ответ. — Подать сигнал бедствия. Нет?       — Да. Должно, — коротко отделываюсь. Наши голоса разносятся здесь эхом.       Я развернулась к выходу. Пару месяцев я смотрела на него, стоя на этом же месте. Тогда эти распахнутые двери оказались для меня спасением. Когда я, сообразив, рванула наружу, раскрыла ворота... Спровоцировала нападение оборотней.       Стоит молчание. Биби, чую, тоже погрузилась в раздумья. На моём лице появилась грустная улыбка.       — Надеюсь, никто не сумел спастись... — завороженно протянула, отрывая наконец глаза. — Как думаешь?       — Все прятались в подвале. Успела ли помощь до того момента, как оборотни пробились в интернат? — Биби хмыкнула. — Не знаю.       Я неспеша двинула по коридору, а она следом за мной. Вопрос меня действительно интересует. Пока ноги несут ко спуску вниз, разглядываю интерьер. Заколоченные окна местами выглядят так, словно эту хрупкую защиту пробивали не единожды. А те, к которым не успели приделать доски, разбитые. Стёкла валяются на пыльном полу.       — Ты хочешь в подвал?       — Да.       В конце коридора появилась лестница. Часть уходит на второй этаж, другая — в подвал. Увидев внизу непроглядную темноту, залезла в сумку за фонариком. Шаги по ступенькам отдаются эхом. И с каждой воздух начинает портиться чем-то нехорошим.       — Там трупы валяются, что ли? — прокомментировала Биби. — Может, не надо?       — Почему не надо?       — Боюсь я их видеть. Честно.       На последней ступеньке я остановилась, чтобы сверкнуть по Биби укоризненным взглядом. Та, зависнув за моей спиной, нервно вздохнула. Кажись, приняла.       Железная, тяжёлая дверь оказалась незапертой и впустила нас в коридор. Стало прохладнее. Кучи дверей, уходящие в комнаты с бойлерами, котельными, трубами и всем, что обеспечивало интернату цивилизованность. Вряд ли в них кто-то прятался. В конце, в свете луча фонаря показывается решётка.       — Я боялась раньше этого подвала, — поделилась Биби. — Моя прошлая спальня находилась неподалёку от этой лестницы. Пацан, который спал возле меня, говорил, что здесь живёт нежить.       — Смешной...       Запах становился всё более невыносимым. Я держала путь к решётке.       — Помнишь, когда мы играли в прятки, я позвала тебя сюда? — решила припомнить, чтобы рассеять давящую тишину.       — Ага, помню. Я отказалась.       — А я в бойлерной спряталась. Меня выгнали рабочие.       — Нам запрещали сюда спускаться, неудивительно, — хмыкнула Биби.       В стене появился узкий коридор. Не желая сворачивать, я лишь посветила внутрь. На полу валяются мешки и доски. Кучи чего-то непонятного. В придачу, тёмные пятна. Рядом был раскрытый электрический щиток.       Я подошла. Понятия не имею, как с ним обращаться. Поднимая одну пробку за другой, ничего не достигла. Кажется, в интернате отсутствует электричество.       — Мне кажется, все были там, — я махнула головой в сторону решётки.       Сделала этот вывод, исходя из того, что это самая широкая комната в подвале. Она использовалась, как склад. Внутри вполне поместится много людей.       Освещая бетонный пол под ногами, наткнулась на тёмную лужу.       — Кровь? — тихо выпалила Биби.       Слышу громкие всплески. Направляя луч на низкий потолок, застаю протекающую трубу.       — Вода, — выдала я. — Но кровью тоже несёт.       И не только ей. С каждым шагом в сторону решётки ужасный запах, доносящийся ещё с лестницы, становится ярче. На полу разбросаны чужие вещи и мусор. Атмосфера нагнетает. Становится страшнее. Глаза только и ожидают встретить чужие останки.       Протянув руку к решётке, раскрываю её с невообразимо громким скрипом. Отпускаю, она ударилась об стену. В воздухе послышалось жужжание мух. Они даже начали мелькать в луче фонаря.       Вхожу внутрь первой.       — Может, не надо? — Биби снова дёргает меня за локоть. — И так противно.       — Выключи свою трусливость! — сердито хмыкнула я, начиная лучом изучать всё вокруг.       Трупов нет. Но очень много намёков на то, что они здесь были. Бетонные стены никто не потрудился протереть от застывшей крови. Всюду валяется мусор, мешающий двинуться дальше, да я и не хотела. Образы предметов в этом помещении выглядели страшновато. Особенно те, что далеко. Издалека выглядят, словно чьи-то останки. Здесь полный бардак. Стеллажи, на которых раньше что-то хранилось, потерпели нечто ужасное. Я с любопытством вглядываюсь, пока Биби нервно переминается с ноги на ногу.       — Жутко...как бы то ни было, — тихо говорит она.       — Захватывающе, — отрезала я. — Здесь явно было неспокойно.       Слабо сказано. Мой мозг уже нарисовал сценарий, в котором сюда врываются оборотни. Судя по всему, всё так и случилось. Иначе подвал бы не имел такой вид, словно так и было.       Противный запах прямо-таки давящий. Гнилой, сырой, испорченный духотой. Приходится задерживать дыхание, лишь бы не терпеть его. Мы отправились обратно. Наверху лёгкие ощутили свободу.       Я знала, куда хочу наведаться, но откладываю это место до последнего. Исследуя пустынные коридоры, ловлю необычное ощущение. Чувство чего-то жуткого, неестественного и странного. И оно спровоцировано пустотой. Пустота и безлюдность в месте, где раньше было полно людей и детей. Гигантский приют не издаёт никаких человеческих звуков. Лишь скрипы и шорохи в такт ветра.       Некоторые элементы интерьера исчезли. Заметила это, когда прошлась по паре корпусов. Видимо, сюда уже успели наведаться мародёры. Но чьи-то личные, ненужные вещи, до сих пор валяются в жилых комнатах.       — Так мы это... спрячем Контракт?       Я кивнула и хлопнула дверью изолятора в медпункте. Нам некуда торопиться, а что я собиралась сделать, и так знаю.       Мы миновали столовую. В ней постоянно стоял запах кофе, котлет или чего-то ещё вкусного. Но сейчас царит сплошная сырость. Занавески у разбитых окон развиваются от ветра, а пустота и безлюдность снова нагнала на меня жути. Невооружённым глазом виднеется слой пыли на каждом столе. Смотрю сюда и словно слышу тихое постукивание тарелок.       Я отвернулась. Теперь мне хочется отправиться туда, где я хотела оказаться больше всего. Пройдя длинный коридор, завернув в жилой корпус, я останавливаюсь перед дверью. Некоторое время зависла на табличке сверху. «14А».       Переглянулась с Биби. Мы невербально обменялись готовностью ступить внутрь и я опускаю ладонь на дверную ручку.       Ностальгический запах снова сводит меня с ума. Пока Биби закрывает дверь, я прирастаю к полу. Кровати, бардак на столе. Всё осталось таким, как было. Постель на моей верхней койке такая же незаправленная, как, когда я оставила её после того, как проснулась здесь последний раз. Тумбочки не закрывались с того момента, как мы рылись в них, собираясь в побег. Окно, через которое мы спрыгнули, раскрыто. Бледная занавеска падает на стол, где до сих пор покоятся наши тетради...       — Контракт должен быть здесь. Здесь у меня не было плохих воспоминаний, — выдаю, приходя в себя. — А ведь мы были простыми... детьми? — хмыкнула.       — М-да уж.       Биби села на свою койку, предварительно освободившись от ружья. Я продолжаю обводить комнату взглядом. Закат. Скоро позовут на ужин. А мне нужно готовиться к экзаменам.       — Словно это было совсем давно, — я подхожу к столу, наклоняясь и упираясь в него руками. — Уроки делать не надо... Не надо беспокоиться по поводу экзаменов.       — Ага...Вот, я снова сижу, повторяю географию, — подхватила Биби. — А вы с Буллом сидите на своих кроватях и собачитесь.       — Было-было, — я оторвалась от стола, уставилась в окно.       — Потом мы вдвоём уйдём на тренировку...Вернёмся, а тебя опять где-то отчитывают.       Я улыбнулась. Не скажу, что жизнь в интернате вызывает у меня приятные, ностальгические чувства. Прекрасно помню, что происходило со мной здесь. Как я ненавидела жизнь, как мечтала сбежать отсюда... Но жизнь здесь была такой беззаботной. А друзья — самое ценное золото. Не могу представить, что бы со мной было без Биби, Ворона и Булла. Это место, которое я ненавидела всем своим сердцем, запомнится именно с этой стороны.       Бледная штора приподнялась, на моё лицо подуло ветром. Я посмотрела на Биби и поняла, мы разделяем эту мысль.       — Это были самые лучшие времена, — спокойно заявила она. — Но сейчас...Мы ещё лучше.       — Именно... — я протяжно вздохнула.       Рука залезла в карман джинс. Встав перед столом, выпрямила в руках Контракт Дьявола. Удивительно. В месте, где мне навязывали Божьи принципы, теперь будет лежать эта вещь.       — Я знаю, где его спрятать.       Я наклонилась к подоконнику, повернула и оторвала доску. Наша старая нычка. Раньше мы здесь прятали дробовики. Здесь даже кое-что осталось!       — Смотри, — я вытащила оттуда книгу. Это была теория по стрельбе. То, что мы вчетвером изучали прежде, чем научились владеть дробовиками.       — Ну и прикол, — хихикнула Биби. — Думаю, мы теперь и сами способны научить.       Я ухмыльнулась и кивнула, вернула книгу на место. Помедлила, постучала пальцами по старой бумажке, добавила к ней сложенный в комок Контракт Дьявола. Затем возвратила доску на место. Подоконник снова принял привычный вид.       — Надёжно, думаешь? — подаёт Биби.       — Думаю. Хоть здесь и шастают мародёры... Не думаю, что кто-то додумается потормошить подоконник именно здесь.       Я отошла.       — В любом случае, мне просто очень хочется, чтобы он лежал здесь.       Мы снова посмотрели друг другу в глаза. Биби разделяет все мои решения. Тишину разрушает завывание ветра из открытого окна. Казалось, больше нам нечего здесь делать. Но возвращаться обратно означает потратить столько же сил, сколько мы потратили, пока шли сюда. Я хотела переночевать здесь. Здесь. В этой комнате. На своей кровати. Биби была не против.       Ночью в интернате всегда было тихо. Но сейчас ещё тише, чем до нападения. В нашей общей спальне словно до сих пор кипит жизнь, пока за её дверями давящая, неприятная пустота. Никто не отчитает за горящий свет среди ночи, никто не придёт, если мы с Биби будем вести себя шумно... Просто. Никто.       Под покрывалом осталась моя плюшевая курица. Убедившись, что Биби не смотрит, запихала её в сумку.