3.2 Капли дождя барабанили по коже

POV Эдгар

      Остальные, даже не только Пайпер и Кольт по-любому испытали ко мне осуждение, когда я решил отправить на злосчастную миссию именно Амбер. Но его я так и не услышал, лишь увидел по глазам. После ужина самые близкие товарищи напали на меня с расспросами, но мне удалось оправдать себя, хоть и вышло слегка нелепо. Тем не менее, настоящую причину они тоже не оценят. Не то, чтобы я хотел свалить ответственность на Шелли (может, такое и вправду присутствует, но я стараюсь держать всё в своих руках), которая, как проклятая, имеет какое-то влияние на своих таких же проклятых друзей. В составлении решений и планов я точно никогда не буду ей уступать, и эта мысль воодушевляет меня. Но то, что она придумала за ужином, мне захотелось принять. Амбер действительно не идеальная кандидатка на эту идею, можно было взять и кого-то другого... Хотя, кого? Я, Кольт и Пайпер, как немного осведомлённые люди, должны оставаться за пределами убежища и контролировать ситуацию со стороны. А взять на себя роль того, кто должен принять зелье и забраться в убежище явно не захочет никто. Дело смертельной опасности. Может, если я отключу эмпатию, то смогу обрадоваться, что Шелли сумела повлиять хоть на кого-то и вынудить силком. Сам себя готов осудить за мысли об этом. Честно говоря, не знаю, как я ещё раз переживу очередную смерть. Может показаться, мне удалось спокойно отпустить Пенни, но это не так. Вина прилипла к моему мозгу без шанса отпасть. Может, лучше просто всех выгнать отсюда? Лишь бы не было рисков для остальных, я выживу здесь сам, а если и придётся погибнуть, то только мне. Конечно же я знаю, что такого не случится. Эти мысли испортили мой сон этой ночью...       Утром ощущал себя заранее выпотрошенным. Сегодня точно не будет ни единого шанса на хорошее настроение. Жаль, что этот день я не смогу провести, сверля одну невидимую точку в стене. Нужно поднимать Шелли и переться к Байрону за рецептом зелья. Когда-нибудь я смогу выдохнуть со спокойствием и уверенностью в безопасности. Нескоро.       Шелли я застал в своей бывшей спальне такой же пессимистичной и раздражённой. Только в отличие от меня, у неё другие причины на это. Желая пропустить лишние ссоры по пустякам, мы быстро перекусили на кухне остатками вчерашнего ужина, находясь в разных углах комнаты и даже не разговаривая. Утро было не такое уж и раннее, часы показывали почти десять утра. Так что после небольшого завтрака мы даже не задерживались, быстро покинули дом.       Погода снаружи сравнялась с нашим настроением. Вместо жаркого солнца в небе сегодня царят серые тучи. Воздух был неприятный, слишком сухой и удушающий. В последнее время не слушал у радио прогноз, но какие-нибудь осадки сегодня точно будут, если не ливень. Издалека вижу, что Роза и Беа уже чем-то заняты в саду. Хоть кому-то эта погода будет на руку.       — Так что по рецепту «Копии»?       С этой фразой я вошёл в дом к довольно бодрому Байрону. В этой маленькой хижине всегда стояли разные, непонятные запахи, но сейчас они были убиты насыщенным ароматом кофе. Я уселся в кресло, а Шелли прицепилась любопытным взглядом к рабочему столу Байрона.       — Сразу скажу, это не сложно. За составом даже не придётся куда-то идти, — уложив воротник рубашки, Байрон наклонился к тумбе под столом. — Единственное, можно проколоться в готовке. И по виду не будет понятно, какого оно качества...       Я молча стучал пальцами по деревянной ручке кресла. Шарф, испытывая лёгкую интригу, подрагивал на коленях.       — К-к... — под нос говорил Байрон, перелистывая какие-то записки. — Вот. «Копия».       Бросив записку на стол, он подхватил другую, чистую бумагу и стал быстро переписывать на неё что-то из записки.       — Сами будете это варить.       — Чего? — донёсся поражённый голос Шелли.       — Отлично, — ответил я. Мне почему-то показалось, что после опыта с зельями для смены облика такое действительно под силу, хоть и в самом создании я не участвовал. Только наблюдал.       — В этот раз я не буду брать ответственность, — Байрон поднял вверх запись. — Справитесь вы, нечего орать.       Я поднялся и забрал из его рук бумажку. Шелли склонилась ко мне. Мы уставились на список ингредиентов. «Корень серостата, куриная печень(обработать спиртом), корегадный камень, дохлостолб в свекольном соку, сваренный мозг оборотня.»       — Состав на тебе, — обратился к Шелли.       — В смысле на мне?! — негодует она, сверля мои глаза, направленные на записку.       — Тогда ты займёшься готовкой, — в защиту Шелли выпалил Байрон. — Так нечестно.       — У меня и так полно дел! — я передал той записку. — Я должен понаблюдать за проклятыми!       — А как я тебе мозг оборотня-то достану? — Шелли медленно обретала свирепость.       — Как-нибудь! Не умрёшь!       Байрон расхохотался. Я тоже хихикнул, ведь выдал это автоматически. Конечно же, Шелли это восприняла за шутку. Судя по нахмуренным бровям, смеяться ей не хотелось.       — Инструкция будет у меня. Соберите всё для начала, — приказал Байрон.       — А что нужно именно для превращения? — спрашивает Шелли.       — Любая частица другого человека. Волос, ноготь, зуб, кровь, хоть кусок кожи. Это идёт в уже готовое зелье.       Кивнув, я неспеша направился к выходу. Жаль, что работа над зельем превращения будет коллективной вместе с Шелли. Я точно не вынесу её присутствия, если она будет вести себя, как проклятая.       — Стой, бери сегодняшнюю, — уже на выходе Байрон окликнул меня. Шелли тоже заинтересованно развернулась.       — Спасибо, — я взял из его рук маленький пузырёк с золотистым зельем. То, что Шелли должна принимать ежедневно, чтобы сохранять облик.       — Что это? — тут же прицепилась она.       — Моё успокоительное, — с легкостью отмахнулся, бросив пузырёк в карман. В последнее время я обрел шикарный навык лжи.       Не переговариваясь дальше, мы отправились по полянке. Тучи над нами почернели, трава зашевелилась от ветра. Уже на крыльце дома мы разъединились.       — Пойду у Пайпер спрашивать, где мне доставать всё это чудо...       Я глянул Шелли вслед. Та напоследок показала мне ладонь, якобы прощаясь. Сейчас от неё не ощущалась агрессия, скорее какая-то измученная решительность. Я на секунду даже словил чувство сопереживания, вспоминая, какая Шелли была раньше. Расстался с ним сразу, как отвернулся.

POV Шелли

      Я двигаюсь навстречу Пайпер, что сидела спиной ко мне за уличным обеденным столом. Напротив неё потягивала чай Тара, они о чём-то непринуждённо беседуют. В этот раз вместо платков или тканей на её голове расположилась белая шляпа. Неприкрытые черты лица выглядели довольно дружелюбно. Сжав в кулаке бумажку со списком ингредиентов, я медленно приблизилась, некоторое время просто зависнув рядом, не решаясь их прервать.       — На ясновидящих же охотились раньше? Это до сих пор продолжают делать? — спрашивала Пайпер, уткнувшись кулаком в щеку.       — Да. Насколько я знаю от своей семьи, в прошлые века таких людей находилось больше. Устраивали целые организации по борьбе с «тёмной магией»... Когда большинство ликвидировали, ясновидящие начали считаться вымершей расой. Они никогда не были признанными. Ни одно государство не признает права ясновидящих, — живо рассказывает Тара. Её глаз смотрел на Пайпер, но он точно замечал моё присутствие периферическим зрением.       — Вы сталкивались с такими... истребителями... что ли?       — Много раз, смотря, что ты имеешь ввиду. Всего однажды они смогли нанести мне вред. Я тогда проживала не на родине, а в Андорре. Из-за того и вернулась в Темнолесье. Увы, никакие способности не позволят мне вернуть то, что я потеряла.       — Что?       Глаз Тары наконец-то обратился на меня.       — Доброе утро, леди.       Внутри меня похолодало от неожиданности. Пайпер развернулась в мою сторону, а я выдавила невинную улыбку.       — Доброе, — стараясь совладать ровным голосом, ответила. — Пайпер, помоги мне с этим.       Я положила записку на стол.       — Я не имею понятия, где это искать.       Та, предварительно сделав глоток из старой кружки, взялась за записку и быстро изучила список.       — Это всё просто. Ты найдёшь это в лесу. А что? — Пайпер быстро сделала вывод и уже протягивала бумажку обратно мне.       — Что это?       Я решила посмотреть на Тару. Её ответный взгляд не выражал ничего особенного. Словно мы обе забыли о том, что происходило во время нашей первой встречи. До сих пор не вспомнила содержание записки, которую она дала мне прочесть. Видимо, всё так и должно быть.       — Серостат — это бесцветная солома, которую ты могла заметить, когда мы ходили за малиной. Она просто растёт кучей, ею питаются дикие животные. Дохлостолб — ты сама знаешь, как выглядит. Правда, он может иметь другие цвета лепестков, — Пайпер сделала паузу. — Корегадные камни валяются в прудах. В нашем озере, думаю, тоже найдётся. Они темнее обычного камня и имеют жёлтые точки. Может, ты видела, они светятся по ночам. Остальное знаешь?       — Знаю, — в это время я пытаюсь запомнить всё, что она сказала.       — Удачи тогда, — Пайпер пожала плечами и снова развернулась к столу. — Вы зелье делаете?       — Именно.       — Всего лишь утро... Ладно, иди своим путём, как хотела.       — Спасибо, — вспомнив приличные манеры, выдала напоследок я и коротко улыбнулась, что успела увидеть только Тара.       Отойдя на пару шагов от обеденного стола, я ещё раз взглянула на список. Судя по остальным ингредиентам, их собрать совсем не тяжело. А что насчёт мозга оборотня? Этот этап я точно оставлю напоследок. В одиночку мне никак не справиться с таким агрессивным существом. На данный момент мне удобно собрать другое.       Я заскочила в наш дом в поисках какой-то небольшой сумки. Ненадолго заглянув в гостиную, увидела Эдгара. Не отвлекаясь на меня, он что-то чертил на пустом холсте. Я не желала с ним о чём-то разговаривать, поэтому моментально вернулась к делу. Самой подходящей вещью оказался чей-то рюкзак на полу в углу кухни. Внутри валялась всякая канцелярская мелочь. Свернутые листы тетрадей, обломки карандашей и куски ластиков. Уже подумав, что мне облом чистить рюкзак, мои пальцы нащупали фотографию.       Я в замешательстве потёрла ладонью по пластиковой поверхности. Проходила глазами по каким-то незнакомым лицам, пока не наткнулась на Кольта. Здесь он почти такой же, как сейчас, но, возможно, моложе. А остальные точно приходятся членами семьи, судя по цвету волос. Это видно, хоть и чёрно-белая фотография не передаёт цвет. Позади всех возвышается памятник, фотография сделана в каком-то парке. Прикольная находка. Но совершенно бесполезная. Я оставила её внутри рюкзака и натянула лямки на плечи.       Казалось, я зашла домой совсем ненадолго, а на улице уже капает мелкий дождь. За обеденным столом теперь никого не было. Может, стоило бы вернуться и захватить что-то на голову, но мне захотелось надеяться, что сильного ливня не случится.       На поляне тоже никого не видится. Сильный ветер заставляет волосы прилипнуть к лицу. Удерживая их ладонью, я шагнула вперёд. Нужно взять хоть что-то, что обезопасит меня в лесу. Вчера, когда светило солнце, чащоба выглядела не так страшно. Под тучами среди деревьев опустилась темнота.       Я оказалось у домика Джеки. Напрасно, наверное, думать, что мне здесь чем-то помогут. Но, кто сказал, что я с этим покорно соглашусь?       Без стука резко распахиваю скрипучую дверь. Первым делом мне попадается горящий камин, что источает больше всего света, а далее Амбер, сидящая в голом, деревянном кресле без обивки.       — Ты? — озадаченный взгляд. Амбер опустила кружку с чем-то коричневым на колени.       — Ага, я, — мои глаза метались по комнате, желая отыскать Джеки. Она была неподалёку, что-то металлическое перемещала на старом стеллаже. Мы посмотрели друг на друга.       — Есть что-то острое? — ухмыляясь, невозмутимо спрашиваю я.       — Острое у твоей шеи будет.       К сожалению, желанный топор располагался практически у неё под ногами. Я осторожно делала шаги вперёд, стараясь не глядеть в его сторону. Деревянный пол равномерно скрипит.       — Слушай, хоть в доме не догоняй меня своей гнусной рожей! — Джеки освободила руки и полностью развернулась ко мне.       — Очень, наверное, хочется! — язвительно хихикнула в ответ, концентрируясь на движениях левой руки. — Словно мне нравится тебя видеть!       Джеки злобно нахмурилась. Я была уже в метре от топора, так же, как и от неё. Придётся действовать максимально быстро.       — Сдрысни отсюда, если не хо...       Поздно, я уже полетела вниз и вцепилась в рукоять топора. Не давая выпрямиться, рука Джеки вцепилась в мою.       — ПУСТИЛА!       — А ХРЕН!       Борьба, в которой я попытаюсь выиграть своей физической силой, не закончится успехом. Джеки значительно сильнее меня, а её пальцы намертво впились в моё запястье. Как бы я не дёргала рукой, ничего не выходит. В ход пришлось включить ноги. Потянув топор со всей силы на себя, я врезала Джеки по ногам, вдобавок другой рукой освобождая его. Мы отскочили, я тут же мигом рванула на выход.       — ТЫ КОНЧЕНАЯ?!       С силой захлопнула дверь дома и устремилась по поляне, желая поскорее скрыться в лесу. Не слышала, чтобы за мной кто-то гнался, и слава Богу. Я достигла своего. Топор теперь был при мне. Не знаю, как буду возвращать его позже, это проблема будущего. Всё равно нужно было чем-то завалить оборотня.       Предстоит поход в лес. Маленькие капли бьют по макушке. Осматриваясь, не вижу вокруг никого. С каждым шагом становится всё темнее. Трава и ветки создают шорохи от моих сапог. Я остановилась, чтобы забросить топор в рюкзак.       Где-то вдалеке грохочет гром. Полагаю, я справлюсь до наступления полноценного шторма. В руке появился список. Серостат, дохлостолб и корегадный камень. Следует внимательнее смотреть под ноги.       На пути попадаются кусты и колючки. Яркий цветок, одиноко растущий посреди небольшого пустыря, сразу бросился мне в глаза. Высокий, шипастый стебель и оранжевые, цепляющие взгляд лепестки. Как ядовитое растение, дохлостолб выглядит подобающе. Так и тянет изучить его, притянуть поближе к носу и втянуть, вероятно, смертельную, пыльцу. Я наклонилась, аккуратно взялась пальцами за стебель и выдрала цветок с корнями. Ни секунды не медля, бросила в рюкзак. Ладони на всякий случай вытерла об свои старые спортивные штаны.       Серостат занял больше времени на поиски. Изначально вообще не поняла, как он выглядит, пока не пришла к выводу, что им рассыпано везде. Ростки бледной соломы едва показываются из-под травы. Их концы уже кем-то сгрызены. Прикладывая больше усилий, я вырвала пару штук, замазав ладони землёй.       После этого остановилась и осмотрелась. К счастью, пока мне не повезло потеряться. Я помню примерный маршрут отсюда до озера. Мешает лишь то, что дождь начинает учащаться. Опасность это несёт не только мне. Если намокнет рюкзак, могут испортиться все мои находки. Прежде, чем отправиться, я потянула спину, поправила свитер и удобнее заправила волосы в хвост.       Ближе к озеру пришлось отодвигать длинные ветки, что прямо перед ним располагались совсем низко к земле. Я остановилась, слушая собственное дыхание и удары капель по листьям. В пасмурную погоду озеро выглядело совсем непривлекательно. Да и к тому же, я пришла к нему не со стороны пляжа, а с невысокого обрыва. Остановившись прямо над водой, я бросила рюкзак на землю. Все открытые части тела уже промокли, какое же мерзкое ощущение. Вдобавок к мысли, что мне придётся лезть под воду. И сделать это уж точно не в своей же одежде. Стало быть, пора раздеться?       Я осмотрелась по сторонам. Поблизости никого не слышно. Непонятные шорохи и трески доносились издалека постоянно, и я уже к этому привыкла. Глаза не находят кого-то постороннего. Рука неуверенно вцепилась в воротник свитера. Лучше сделать это как можно быстрее.       Стало гораздо холоднее. Стоя голой на конце маленького обрыва, я скрестила руки. Дождь тут же ударил по моей коже. О, нет. Как же я не хочу сейчас лезть в озеро!       Присев, вытянула ногу вниз и через камыши просунула стопу в воду, пытаясь оценить температуру. Наверное, в жаркую погоду она была бы просто прекрасной для охлаждения, но сейчас кажется невыносимо ледяной. Я ещё раз помедлила, словно в этом есть смысл. Глаза зацепили длинный шрам вдоль моего бока, начинающийся с конца рёбер и заворачивающий на бедро. Судя по мелким полоскам поперёк, шрам был зашит. Странный. Не выглядит, как последствие какой-то широко известной операции. Могу строить только догадки... Больше всего похоже на нападение.       Снова уставившись в водяную гладь, я ловлю себя на мысли, что хотела бы изучить своё тело ещё лучше. Как можно было не заметить настолько огромный шрам? Осмотрев ноги, вытянув руки, мой взгляд останавливается на начале левого предплечья. Там тоже оказалось нечто после хирургических швов. Этот шрам вызывает гораздо больше противоречивых чувств. Повезёт, если он вызван чем-то обыкновенным. Но, скорее всего, правдой будет то, чего я больше всего опасаюсь. Лучше бы я его не видела...       Может, хватит тормозить? Холодная вода рано или поздно настигнет меня, сколько бы я не тянула время. Мороз пробирает всё сильнее. Если бы не засматривалась на свою кожу, уже бы давно вылезла отсюда и убежала в дом греться рядом с камином. А если кто-то возникнет неподалёку?       Собираясь духом, я делаю лучшее решение и рывком соскальзываю в воду, заставляя полететь вместе с собой куски земли и песка. Кожу словно начинило тысячей мелких иголок. Глубина была небольшая, всего по грудь. Едва мои ступни коснулись камней на дне, я тут же выскочила вверх и ладонью отбросила мокрые волосы назад. Как же это мерзко! На руках затянулись скользкие водоросли. Тело дрожит от холода. Усугубить ощущения помогает ветер.       Нагнувшись, пытаюсь отыскать глазами в воде корегадный камень. Вода жуть, какая мутная. Может, выйдет отыскать его наугад? Не хотелось нырять снова.       Рядом квакают жабы, комментируя эту ситуацию. Зажав нос, я опустилась под воду, другой рукой наощупь гуляя по дну. Схватив пару штук, вылетела обратно, тут же убирая с лица скользкие пряди. Протерев глаза, гляжу на находки. К сожалению, это оказались обыкновенные, серые камни. Вздохнув, замахнулась и выбросила их в даль. Раздались всплески. Я решила сделать пару тяжёлых шагов вперёд. Глубина уходила ещё ниже. Не имею понятия, умела ли я когда-то плавать.       В этот раз решаться на вход в воду было легче. Тело слегка свыклось с температурой. Я нырнула, постепенно выпуская воздух. Мне удалось принять горизонтальное положение и приблизиться ко дну. Судя по тому, как смело я это делаю, в моей механической памяти действительно остались какие-то навыки плавания. Я распахнула глаза. Всё было жутко размыто и темно. Глазницы начало жечь. Но то, что нужно, я обнаружила. Жёлтые, яркие точки, спрятанные в тёмном пятне камней. Я подобралась ближе и схватила их, сразу понимая, что это камень корегада. Он был довольно гладкий и мягкий на ощупь, в отличие от простых, грубых камней.       Опустив ноги на дно, я вынырнула из озера. Рука сжимала то самое, что я искала. Облегченный вздох. И шорохи, что доносились со стороны берега. Мелкая радость сменилась тревогой. Ведь теперь эти постоянные звуки походили на человеческие. Я развернулась и вплавь добралась до обрыва, сжимая камень в руке. Там уже вылазила наверх, цепляясь за корни и твёрдые выступы. Полностью замазала себя землёй. Сейчас меня это не волновало. Шуршание вдалеке становилось громче в голове, смешиваясь с оглушительными ударами капель. От беспокойства забилось сердце.       Быстро швырнула камень в сторону рюкзака, вытерла грязные ладони об колени и в спешке натянула на себя тёплую, но уже влажную от дождя одежду. Глаза в страхе смотрели по сторонам, пытаясь увидеть хоть кого-то. Но взбудораженный разум лишь рисует силуэты среди деревьев, которых на самом деле нет. Прыгнув в сапоги, я подхватила рюкзак и дала дёру оттуда. Мокрым и грязным было всё. От влажных волос на пару с дождём промокла каждая ниточка. В нос ударил зловонный запах земли. Я уносила себя обратно в деревню.       Сверху вдобавок привалило туманом. Выскочив на опушку, я смотрю по сторонам. Вокруг пусто, все точно спрятались по домам. Настолько свыклась с сыростью и влагой, что перестала ощущать дискомфорт. В голове была только миссия. Без рюкзака будет легче думать. Я постучалась к Байрону, прячась под козырёк над дверью.       — У меня уже кое-что есть, — выдала, едва тот открыл мне её. Рука смахнула пряди со лба.       — Давай, но не заходи сюда, ради Бога.       Мои ноги были по колено в грязи. Я опустила глаза и усмехнулась. Внутри домика Байрона было так тепло и уютно, но я даже не смогу сделать шаг вперёд и ощутить это. На рабочем столе издаёт огонёк масляная лампа, кастрюля на плите кипит и гудит. Байрон, следя за моими очарованными глазами, махнул на выход.       — Давай, что нашла и иди отсюда, холод загоняешь!       Я схватилась мокрыми пальцами за молнию рюкзака и погрузила руку в самый большой отдел. Внутри, к счастью, всё сухо. Подхватила камень корегада, вырванный с корнем серостат, дохлостолб и протянула Байрону. Тот забрал у меня их, поджав губы с отвращением.       — И что, дальше пойдёшь?       — Ага.       — И в чём причина такой мотивации? Посидела бы дома, а!       — Сидите, — я надела рюкзак обратно и гордо ухмыльнулась. — Мне некогда.       Впрочем, Байрону было по барабану на такое героическое заявление. Пожав плечами, тот потянул дверь и мы молча попрощались. Оставаясь некоторое время под козырьком, я разбиралась со своим внешним видом, укладывала поудобнее мокрые волосы, закатывала рукава и смахивала капли с лица перед очередным выходом на встречу ливню.       Дождь снова окатил меня. Его шум смешался с перебиранием сапог сквозь грязь и траву. Теперь моя цель находилась в самом конце деревни. Не представляю, откуда бы я должна была вытаскивать курицу, не стой бы здесь ферма. Посторонних фигур, как и самих куриц, не видится. Попрятались в самодельном курятнике.       Я вцепилась в скользкий, деревянный забор. Пока перелазила, даже не услышала скрипа, он потонул в оглушительном ливне. Трудно удержаться на ногах, сапоги скользят по мокрой земле. Я шагнула к курятнику.       — Стой! Ты куда?       Сначала подумала, что мне показалось. Но, нет. Меня действительно зовёт кто-то со стороны. Протерев глаза, осматриваюсь. Неподалёку появилась размытая, бледная фигура.       — А что?! — я перекрикиваю дождь.       Смекнула, что мои планы не все-то и способны одобрить. Может, мне добровольно и не отдадут курицу? Эта мысль вовсе не остановила меня. Моя миссия ценнее всего этого.       Фигурой оказалась Беа в длинном, прозрачном дождевике. Пока она становится всё ближе, всё лучше различаю её озабоченное выражение лица.       — Ты куда?!       Я запрыгнула в курятник, едва не теряя равновесие.       — Стой! Они могут выбежать!       Мои глаза уже приметили цель. Я рванула к маленькому домику, под хлипким козырьком которого притаилась явно испуганная моим присутствием белая курица. Не успела сообразить, что мне понадобится для ловли, как рука цепляется за перья. Плотно впиваясь пальцами, взмыла с ней вверх и вылетела с другой стороны курятника.       — ЭЙ!       — НЕ! — крикнула напоследок и отвернулась от фермы.       Курица в моих руках ужасно нервничала, металась своим острым клювом куда только можно, словно улавливала мои дальнейшие планы. Я лишь вытянула её подальше и сильнее сжала. Курица стряхивала грязь прямо в моё лицо.       Можно было вернуться в дом. Зависнув на крыльце перед входом, я пыталась смахнуть с себя как можно больше влаги и остатков земли. Это было бесполезно, моим вещам, как и мне, нужна полноценная стирка. Я вошла в дом, оставляя за собой мокрые следы. Не успела без эмоций полюбоваться своей курицей, как до ушей долетает чужой разговор. И не Эдгара, не Пайпер, не Кольта. Проклятые снова устроились в нашей деревне. Теперь — в тёплой, прогреваемой камином гостиной. Настроение моментально испортилось.       — И что теперь? — с недовольной фразой заглянула я в гостиную.       Эдгар вчера успел рассказать мне их имена. В самом близком к камину кресле валялась Биби, ещё ближе к нему на ковре расселся по-турецки Мортис, а чуть поодаль расположился, вроде как, Булл. Взгляды обратились на меня.       — Скройся подальше, — буркнул в мой адрес последний.       — Это вообще что? — на лице Биби возникла удивлённая ухмылка, глаза устремились на курицу в моих руках.       Мортис смотрел на меня по другому. Не с таким отвращением, а, скорее, любопытством.       — Как только Шелли вернётся, я сразу же попрошу её об одолжении расквасить тебе бошку, — уже более строго выдала Биби.       Понятия не имею, о ком она. Скорее всего, о такой же проклятой, как они. Тем не менее, я не отреагировала на выпад. Промолчала, демонстрируя на лице холод. Может, вчерашняя встреча всё-таки повлияла на меня.       — Шелли не будет настолько простой, — бросил ей Булл. — С Джеки она так не поступила.       — Поверь, я её знаю. Она бы не переварила копию себя.       Курица клюнула меня в запястье. Я отвлеклась, пытаясь ухватить её за шею. Проклятых это позабавило.       — Не оскорбляй Шелли такими выводами, — хмыкнул Булл.       — Точно. Она бы не валялась в дерьме.       Да к чёрту их! Мне здесь больше нечего делать. Лишь трачу время зря. Напоследок одарив Биби взглядом, полного отвращения, я вернулась в коридор.       — Задница лучше, чем раньше! — послышался громкий голос Мортиса.       На проходе в кухню я столкнулась с Пайпер, что удерживала в руках тарелку со свежим вишнёвым пирогом.       — Беа тебе курицу отдала? — удивлённый голос.       — Ага.       — Повезло. Насколько я знаю, она собиралась их разводить... Если что, кухня сейчас не занята.       — Поняла.       — Поищи себе сухую одежду, как сможешь.       Проследив за тем, как Пайпер скрывается в гостиной, я ступила в кухню. Курица к этому моменту слегка успокоилась, но всё ещё не давала с собой что-то делать. Я опустила её в пустую раковину, прижала шеей ко дну и другой рукой пыталась отыскать поблизости подходящий нож.       Далее кухня утонула в истеричных визгах. Собрав в руки все силы, я выдёргивала белые перья, швыряя их куда попало. Курица едва не выпрыгивала из хватки. Летающие перья заслонили обзор. Я попыталась занести над ней нож.       — ШЕЛЛИ! БОЖЕ!       Я не обратила внимания на крик Пайпер, что снова возникла в дверном проёме. Курица уничтожала мои барабанные перепонки. Лезвие кое-как вошло в её шею. И пока от шума теряется собственное дыхание, я прилагаю все физические силы, которые могу. В лицо брызнуло кровью, появились клацающие звуки костей. Лезвие ножа не справилось с ними, пришлось помогать рукой. Крики захлёбывались, трески усилились. В один момент всё затихает. Остались слабые хрипы и всплески.       — Ты бы убила её для начала! — ошеломлённо комментирует Пайпер. — Это издевательство!       Больше мне не нужно было ничего сдерживать. Я вытянула из раковины собственные руки, по локоть запачканные кровью. Повернув голову к Пайпер, хмыкнула.       — Где у курицы печень?...       Та шокировано скривилась, поглядев внутрь раковины.       — Не знаю, — выпалила она. — Боже, я не хочу на это смотреть!       Не успела она отдалиться, как я вонзила нож в курицу, проникая сквозь кожу и мышцы вплоть до органов. Наверное, этот отвратительный, хлюпающий звук заставил Пайпер ускориться на пути выхода из кухни. Ну, а мне совсем не тяжело это делать.       Раскрыв достаточно, я доставала и изучала каждый орган. Мешали их рассмотреть литры крови и другие жидкости из организма. В воздухе возник неприятный запах сырого мяса. Я решила определить самый тёмный орган, как печень. Смыв кровь с ладоней, замотала его в тряпку и отложила.       Даже не собираюсь думать о том, чтобы попросить кого-то здесь прибраться. Разумеется, этим займусь только я. И именно сейчас, лишь бы Пайпер не успела совершить наезд.

POV Эдгар

      Ближе к вечеру мы с Шелли снова встретились к хижине Байрона. Поражает, что за половину дня она собрала почти весь список. Не то, чтобы эти ингредиенты труднодоступные, скорее, наоборот. Просто тронула её озабоченность. Шелли остаётся такой же, как прежде, продолжает считать, что всё, что ей захочется — обязательно исполнится. Жаль, что она никогда не вырастет из этой детской наивности. В её глазах всё слишком просто и несправедливо.       «— Ты слишком много думаешь о Шелли, никто в этом так не заинтересован, клянусь,» — поделился мыслями Кольт, когда я снова начал об этом размышлять.       «— Правильно. А кто ещё должен это делать, если не я? От меня зависит многое.»       «— Нет, ты не понял. Когда последний раз мы ненапряжно трындели с тобой о чём-то отдалённом от нашего убежища?»       Тогда я понял, в чём упрёк. Но мне удалось объясниться, как мне казалось, вполне достойно.       «— А мне любопытно, знаешь ли! Если ты не испытываешь интерес, почему я должен сдержать себя? Я расследую совсем не криминальное дело в виде воровства жевачки из магазина...»       «— Ну ладно, фанат,» — Кольт равнодушно пожал плечами.       Моя зацикленность на Шелли сохраняет нам всем жизнь, как бы мои товарищи даже об этом не догадывались. Если бы не мысли, если бы не выводы, я бы не пришёл к нынешним решениям. Не смог бы словить на крючок рыбу, что предпочитает самую простую наживку, хоть и все убеждают, что она клюет только на нечто роскошное. Шелли никогда не догадается, насколько у неё хрупкое нутро. И не увидит тень стального молота, который плавно взмывает вверх, намереваясь тотчас по нему треснуть. Может, я наделаю поступков похуже, чем сама Шелли, но мои будут иметь счастливый конец. Возможно, что и для Шелли тоже.       — Вперёд, Эдгар. Зелье можно начать и без последнего компонента.       Байрон взял флакон с духами и разнёс их у шеи. Мелкие брызги задели мой нос.       — Рецепт?       — На столе. Берегите его, как зеницу ока. Другого у меня нет.       — Вы уходите? — подала голос Шелли.       — Да, на чай к вашим товарищам. Пайпер сама пригласила попробовать её пирог, — закончив рассматривать себя в зеркале, Байрон повернулся к нам.       — Смело. А если в один момент ты услышишь, как твой дом разлетается на части?       — Не будет такого, Эдгар. Вы не с опасным зельем работаете. Максимум намешаете ингредиенты в неправильной пропорции, надышитесь и умрёте, — Байрон насмешливо ухмыльнулся, закатывая рукава рубашки. — Я бы сказал, что доверяю вам, но, на самом деле, мне просто не хочется здесь скучать. Дерзайте.       На выходе из дома Байрон напоследок подмигнул мне. Я со смешанными чувствами начал жевать собственные губы. Первой взбодрилась Шелли, вставая на ноги с кресла и направляясь к рабочему столу. Я тут же перехватил её решительность, разворачиваясь и достигая его первым. Пусть хоть здесь посидит молча. Глаза упали на рецепт. Шелли разочарованно заняла табуретку в углу.       — Первым делом нужно высушить серостат. В принципе, после этого можно разойтись домой. Это на всю но...       — Он сухой.       Шелли демонстративно зажала в пальцах бледную солому и разломала её с характерным звуком.       — Ладно, — я с несуществующим возражением поджал губы и продолжил читать. — Нужно разжечь пламя.       В доме Байрона стояла такая же газовая плита, как у нас. Имела вид, словно давным-давно вышла из строя, но до сих пор получала газ через трубы. Объяснение этому нашлось в найденных среди старых полок документах. Кратко — лесорубы подписали договор на то, чтобы жить в глуши взамен на бесплатное обеспечение всеми ресурсами от государства Омута. И хоть прежних жителей давно нет, деревня продолжает получать газ. А вот электричества здесь не сыщешь.       Я налил в маленький котёл воды из ведра под столом и включил огонь. Внимательнее вчитываясь в следующие пункты рецепта понял, что сбит с толку. А именно, в плане дозировки компонентов.       — Сколько миллилитров в этом котле? — вопрос был адресован в сторону Шелли. Скорее, от удивления, а не от желания действительно узнать объём котла.       — Я знаю? — недовольным голосом ответила она, всплеснув руками. — На вид?...       Я уставился в котёл и активировал всевозможные средства мышления для оценки. Недолго посмотрел на ведро под столом.       — Триста... четыреста...       — Ну и замечательно! — саркастический голос.       — Приготовь курицу лучше, — буркнул я, разламывая серостат на то количество грамм, которое, как я полагал, нужно при таком количестве воды.       Шелли вздохнула, скрипнула табуреткой и поднялась. Она суетилась, я суетился. Когда обработанная спиртом куриная печень плюхнулась в котёл, я уже убедил себя в том, что мы проведём здесь вечер в гробовой тишине из-за наших натянутых отношений.       — Шелли. Что она из себя представляет?       Я взглянул на неё, на секунду испытав ледяной ком внутри. Но всё было хорошо. До Шелли наверняка просто долетело собственное имя из уст проклятых. Это ни на что её не натолкнуло.       — Шелли проклятая. Можно, сказать лидер в своей компании. А что? — мой ответ для меня прозвучал очень естественно.       — Биби угрожала мне, что она разрешит ей меня убить, — угрюмо говорит Шелли.       Звучало бы вполне прилично, не будь эта Шелли той, о ком сама спрашивает. Лукавость так и не вылезла на моём лице. Я абсолютно способен скрывать любые эмоции за холодной рожей. Их выдают только мои широко распахнутые глаза.       — Почему она лидер? — под трески пламени продолжает Шелли, уставившись на булькающий, помутневший кипяток в котле. Я некоторое время вглядывался в отблески в её глазах.       — Не знаю, — соврал. — Нам не узнать, что между проклятыми вообще происходит.       Я измельчал корегадный камень в ступке. Думал, Шелли не вдохновили мои равнодушные ответы, но, оказалось, это разожгло ещё больше интереса.       — Где она?       Я глянул в ступку, убедился, что камень измельчен в пыль и перед тем, как схватиться за весы, остановился взглядом на Шелли. Помедлив некоторое время, я молча пожал плечами. Продолжил заниматься зельем. Шелли явно осталась не в восторге от недосказанности и испытала больше грусти, чем ярости. К сожалению, утешить её мне нечем.       — Мне нужен свекольный сок для дохлостолба.       Я осмотрелся. Отыскал глазами свеклу под входной дверью. Шелли оставила её там, даже не утруждаясь помыть и очистить.       — Иду, — вздохнула она.       Далее разговоров между нами не было. Я остался следить за котлом, сверял вид зелья с тем, что заявлено в рецепте и слышал шорохи со стороны подвала. Шелли разбирается с прессом. Лязги разносились на всю хижину. Я перестал сверлить взглядом кусок печени, что уже почти растворился в мутной жидкости. Решил помочь.       — Отлично, теперь он есть.       Я решил позволить красной капле продолжить стекать по моей щеке.       — ...везде.       Шелли извлекла из выхода пресса пузырёк, в который удачно накапало немного свекольного сока. Остальной сок был везде. На столе, на прессе, на мне и на Шелли. Эта ситуация её очень позабавила. Только я был сердит на то, что старый пресс в подвале был неисправен. Решив, что больше от неё ничего не требуется, Шелли шагнула к лестнице наверх.       — Хочешь сказать, я это драить буду?!       Шелли молча развернулась и зависла на месте, демонстрируя укоризненный взгляд. Я схватил ближайшую тряпку и швырнул в неё. Благо, этот жест она оценила с юмористической стороны.

***

      Оставаться в доме Байрона пришлось ещё на час. По рецепту в какой-то момент нужно было сбавить температуру. Пар выходил во все окна. Запах напоминал сгоревшее сено. Сравнивая с описанием зелья, я пришёл к выводу, что на данном этапе всё идёт по плану. Осталось с утра забросить дохлостолб, что в свекольном соку успеет потерять свои ядовитые свойства и мозг оборотня, которого до сих пор нет.       — Ты поможешь мне с этим?       Шелли всё это время не покидала дом, хоть и занятий ей не находилось.       — Нет.       — Почему?!       К этому моменту я уже конкретно устал. Пар уже приелся во все слизистые, а спину ломило от долгого пребывания на ногах.       — Нет.       — Скажи!       Я задул огонёк в одной из масляных ламп. Схватив другую, кивнул в сторону выхода, намекая, что на сегодня мы свободны. Шелли последовала за мной, хмуря брови. Молчание так и давило на меня сообразить ответ.       — Я не умею. Да и просто не хочу, этого достаточно.       — Это нечестно!       Мы вышли на уличный мрак. К ночи облака рассеялись, в небе горели звёзды и массивная луна. Трава всё ещё мокрая, в лесном воздухе остался привкус дождя.       — Мы работаем над зельем вдвоём, Эдгар, — продолжает нажим Шелли, пока мы ступаем в сторону нашего дома. — Ты предлагаешь мне самостоятельно отправиться на битву с оборотнем?       — Сама реши этот вопрос, — равнодушно выпалил я. — Не думай, что трудишься больше, чем я.       Не то, чтобы я вредничаю. В этом есть доля правды. За сегодня я успел нарисовать план убежища, наметить детали и обозначить важные точки, а так же устроил небольшую слежку за ним. Это дало мне немного понимания, на кого из проклятых мы можем метить, как на жертву.       Шелли недовольно хмыкнула. Я развернулся. Она встала на месте, скрестив руки.       — Хорошо, будет, как ты скажешь, — выдала Шелли. — И ты не будешь против того, как именно я это сделаю.       Это заставило меня ненадолго усомниться. Но соглашаться я всё-таки не собирался. Интересно даже, что она имеет ввиду.       — Пусть.

POV Шелли

      Эдгар с лампой в руке удалился, наступила кромешная тьма. Освещает поляну только яркая луна. Пытаясь уловить глазами хоть какие-то препятствия на своём пути, я шагаю по липкой земле, не замечая глубоких луж. Стопы мокрые, сапоги уже непригодны для таких походов, но несут — и слава Богу. Правда, не совсем тихо, как хотелось бы. Тем не менее, я опережаю следующее препятствие и хватаюсь за него прежде, чем оно стукнет меня по лбу. Это оказалась деревянная колонна от миниатюрного навеса над дверью. В ладонь тут же впились занозы, я выпрямилась и встала перед дверью. В домике Амбер и Джеки темно, это можно узнать, быстро метнув взгляд в окна. Словно вообще никого нет. Разве сейчас сильно поздно? Я даже не слежу за временем, неужели настолько глубокая ночь? Даже в нашем доме всё ещё горит свет.       Думая над тем, стучаться мне или нет, я руководствовалась мыслями о том, как меня встретит Джеки, а не уважением чужих границ. Не жила бы Амбер вместе с Джеки, я бы уже вломилась сюда без предупреждения. А я ещё и не вернула топор! Что-ж, пока что есть возможность остаться с головой на плечах. Нужную мне Амбер я хоть завтрашним утром успею перехватить.       Я ушлёпала домой. Как никак, ещё и голодна, а Пайпер меня так не оставит.       — Стой! Сними ботинки сначала! — Пайпер откликнулась на моё возвращение моментально, вылетая в прихожую.       — Ага, — буркнула, стягивая с себя грязные сапоги, следом мокрыми носками ступила на деревянный пол. — Что на ужин?       — Рыба, салат, могу бутерброды...       Я переключилась с голоса Пайпер на чужой. Он доносился из гостиной, тонкий и звонкий. Голос Амбер. На лице случайно растянулась ехидная ухмылка.       — ...и печенье.       — Амбер здесь?       — Амбер? — Пайпер глянула в сторону гостиной, словно сама шокирована. — Да...А что?       Я не ответила, сразу бодро туда поскакала, встречая всё более громкие разговоры.       Старые кресла теперь были размещены по другому, почти в форме полукруга в сторону входа и камина. Байрон и Амбер что-то бурно обсуждали, связанное с зельем превращения, Кольт уселся на подушке неподалёку, а Эдгара не наблюдается.       — Вы всё ещё тут? — обратилась я к Байрону, тут же бросая взгляд на приятно потрескивающий камин.       — Я уже ухожу. Амбер тоже. Просто консультирую насчёт зелья, — отвечает мне он.       — И что узнала? — я уставилась на Амбер, медленно шагая вперёд.       — Достаточно. Однако, мне это не придаёт смелости, — не отвечая мне взглядом, угрюмо протянула она. — Это же не случится завтра?       — Может, и случится, — я говорила нарочито серьёзно, лишь бы увидеть в ней ещё больше страха. — Остался всего один компонент.       Я оказалась прямо над Амбер, продолжая её зрительно испепелять. Ей совсем не хотелось поднимать голову, скорее, поглубже зарыться в пыльный плед, в котором она пряталась.       — Хватаем фонарики и идём.       — Что?!       — Идём! — строго выпалила я. — Мне нужно одолеть оборотня, а в одиночку я не собираюсь этого делать. Никто не хочет мне помогать, а значит, это будет для тебя отличной подготовкой.       — Нет уж. Давай, я? — внезапно влез Кольт.       — Раньше надо было проситься, — сердито прыснула я и снова обратилась к Амбер. — Тебе делать ничего не придётся, только помочь.       — Сейчас не самая лучшая погода, давайте завтра, — откликнулась Пайпер за моей спиной.       — Нет! — не думая о рациональной оценке плана, я больше бесилась с того, что он не выполнится так, как мне захочется.       — Мы действительно никуда не торопимся, — дополнил Байрон.       — Я тороплюсь, — возразила снова, принимаясь скрещивать руки на груди. — План на мне, а значит, я сама решу, что лучше.       В недолгой тишине я ловила на себе укоризненные взгляды. Никто не был со мной согласен. Но и я была готова настаивать до последнего.       — Идём, говорю, — бросила я Амбер.       — Мрак какой-то... — вздохнула она, освобождаясь от пледа. — На улице такая страшная ночь!       — Обычная. Днём мы не найдём оборотня, — убедившись, что та готова со мной пойти, я выскочила в коридор.       Пайпер сопровождала меня недоуменным взглядом. Я холодно глянула на неё, прежде, чем начать поиск топора, который оставляла у входной двери.

POV Амбер

      Ночь была холодной. Жужжащие мотыльки бьются в стекло фонарика. Влага после дождя врывается в ноздри. Я не успеваю ничего сказать, любая фраза утонет в громких шагах сквозь мокрую траву. Остаётся только пытаться успеть за девушкой, которая идёт чересчур быстро.       — Можно помедленнее?       — Ладно, — она остановилась, с укоризненным взглядом ненадолго поворачиваясь ко мне.       Мы были уже на опушке. Вот-вот войдём в страшный мрак чащобы. Теперь мы шли менее энергично и я могла хоть как-то перевести дух и собрать мысли в кучу. А их было полно. И лишь малость из них относятся к позитивным. Глаза напряжённо вертелись по сторонам, как и мой фонарик в попытке обнаружить среди сосен нечто постороннее. Страх постоянно напоминал о себе учащённым биением сердца, которое, казалось, разносится по всему лесу.       — Слушай... — я не знала, как обратиться к девушке, она так и не вспоминала своё имя. — Как мы позовём оборотня? — говорила это шёпотом.       — План таков. Ты шумишь, а я нахожусь неподалёку и застаю его врасплох, — как-то неуверенно донеслось от неё.       — Шумлю?!       Самое худшее, что я могла ожидать. Это ведь означает спровоцировать оборотня на себя! А если девушка не справится с ним, мы отделаемся от него слишком большой ценой. Хотя, может, беда только в моей голове. Эта девушка, наверное, способна с ним справиться. По её внешним данным так и не скажешь...       — Я никого не вижу, — заявила она, оглядываясь по сторонам и направляя луч фонарика в каждый куст. — Готова?       — Нет.       — Разделяемся.       Я встала на месте, не шевелясь. Девушка одарила меня строгим взглядом и кивнула в сторону. Слишком тяжело было собрать волю в кулак и отойти. Держаться вдвоём было безопасно, а в руках девушки ещё и топор моей подруги. Я сглотнула, крепче сжала фонарь и, стараясь не наступать на сухие листья, отправилась подальше. Уши навострились до предела, я постоянно оборачивалась назад. Но встречала лишь холодный взгляд и луч чужого фонаря. Удалялась всё дальше и дальше.       Теперь девушка находилась довольно далеко, а я одна среди колючих кустов и ям. Звёзды светились надо мной сквозь верхушки сосен. Почему нельзя было дать мне хоть что-то для самообороны? Хотя, это, наверное, бесполезно. Легче сделать отсюда ноги и я, насколько помню по школьным урокам физкультуры, бегаю очень даже хорошо. Но не смогу проконтролировать свой страх. Он может отрезать во мне эту возможность.       Я некоторое время стояла в тишине, хотя должна уже приступить к делу. Нерешительность терзает. Девушка наверняка ждёт исполнения и теряет терпение, но никак не может окликнуть.       В последний раз прислушиваясь к тишине, я отыскала маленькое дерево. Легко отломала гибкую ветку с множеством листьев и занесла её над крепким сосновым стволом. Хлёсткие удары испугали даже меня. Разнеслось эхо. Я, словно ошпаренная, выбросила ветку и сделала пару шагов назад. Кроссовки столкнулись с кучкой сухих иголок, что треснули не очень-то и тихо. Осматриваясь в поиске того, чем ещё можно было бы создать звук, внутри внезапно раздаёт холодом. Я слышала где-то бег, такой, что присущий только зверям. Тяжёлые быстрые шаги приближались, появилось ощущение, словно под ногами вибрирует земля.       Я тут же нервно махнула головой в разные стороны, пытаясь определить, откуда бежит оборотень. От того, насколько быстро он становился всё ближе и ближе, возникала паника. Луч фонаря задрожал так же, как и моя кисть. Я инстинктивно попятилась назад, истошно выкрикивая:       — ОН ЗДЕСЬ!       Клыкастая морда появилась в поле зрения. Я бросилась, куда глаза глядят, сразу спотыкаясь об бревно. Меня настигло хриплое, тяжёлое дыхание. Я мигом поднялась и бросилась дальше, с ужасом наткнувшись на плотную чащу. Если до этого я могла свободно перемещаться по лесу, лишь внимательно глядя под ноги, то здесь вообще не разогнаться. Плотные кусты и ветки, низкие деревья и постоянные ухабы. На секунду меня осенило мыслью, что это конец.       — ЭЙ?! — в панике завопила я, мимолётно осматриваясь назад.       Не церемонясь, пыталась залезть в чащу, царапая все открытые участки тела и стараясь не думать о том, что за мной следует оборотень. Может, в таком пути есть какой-то смысл? Оборотню будет тяжелее добраться до меня? Скорее, нет. Своим мощным телом он даже не обращает внимание на препятствие. Меня сейчас хватит на бесконтрольный крик.       Шорохи усилились, их стало очень много. Раздался сокрушительный рёв. Я вцепилась в ветку, лишь бы не потерять равновесие и развернулась назад. Чужой фонарь появился совсем рядом и валялся где-то на земле. Меня сковал ступор, пока я смотрела на размытую борьбу между листьев.       — АМБЕР, СЮДА! — крикнула мне девушка.       Я боялась приближаться, но, тем не менее, сделаю это более, чем бодро. Девушке удалось напасть на оборотня. Не знаю, чем могу помочь, но я обязана это сделать.       Я вылетела из чащи. Оборотень иссиня-чёрного окраса оказался очень близко, но заинтересован точно не мной. И был он не таким уж и массивным, но и не размером с собаку. Девушке даже удалось нанести ему какой-то вред. Оборотень слабо двигал задними лапами, едва не падая на землю. По листьям разнеслись брызги крови, а я оцепенело смотрю на это.       — Стукни его хоть чем-нибудь! — послышался разьяренный приказ.       Я тут же начала искать любое подходящее средство рядом. Быстрее всего нашёлся только какой-то кривой сук. Разве у меня есть силы на это? Девушка и так отлично справляется, постоянно наносит звонкие удары топором. Я подлетела к оборотню сзади и начала, как только могла, бить по крепкой спине.       Слышала прерывистое дыхание девушки. Я перестала видеть, что она делает. Оборотень оказался слишком бессильным перед нами и даже не мог дать мне отпора. Я внезапно отскочила. Оборотень собирался сделать рывок, как девушка набрасывается на него, удачно свалив обратно вниз. Подобрав топор, та наступает на него и целится прямо в шею. Противный лязг. Хрипы заменили дыхание и начали захлёбываться. Как же это было мерзко.       — Он всё ещё двигается, — в ужасе подметила я, не желая направлять туда глаза.       — Это судороги, — утомлённо выдала девушка и выпрямилась. — Он уже не может жить...       Я обратилась взглядом к ней. Девушка безразлично глядела на оборотня, а вид её был прямо-таки жуткий. На бледном свитере дырки, кровавые пятна, рукава были разодранными. Сама она умудрилась получить царапины острыми когтями и сейчас стояла, смахивая кровь с своих запястий. Никаких эмоций в ней нет, словно совершила нечто привычное.       — Тебе... нормально?       — Да, я в порядке, — девушка смахнула кровь с носа и уселась на колени перед головой оборотня. — Осталось только это.       Она прислонила лезвие топора к кровавой шее и начала с чавкающим звуком разрезать. Я не знала, куда себя деть. Но уж точно не наблюдать за этим. Я уставилась под ноги.       Хотелось закрыть себе уши. Звуки, словно разрезают сырое мясо. Хотя, так и есть, но подробности я узнавать не собираюсь. Что-то хлюпает, что-то мерзко трескается. Губы свело от отвращения. Наконец, девушка выпрямилась, пока я глядела на струю крови, вышедшую из-под мохнатой лапы.       — Всё, можем возвращаться.       Я подняла глаза. Девушка, явно гордая, стояла, сдерживая обеими руками отрезанную голову оборотня. Всё было в мокрой грязи, крови, шерсти и кусках кожи. Мне тяжело не опускать взгляд вниз.       — Господи... — я подняла с земли её фонарик и мы неспеша отправились по лесу. Моё тело содрогалось от нервов. Сложно переварить то, что произошло. Казалось, словно из пасти до сих пор доносятся эти противные хрипы. От отрубленной головы доносилась вонь.       — Он тебя не кусал? — обеспокоенно спросила, изучая следы на теле девушки, пытаясь чем-нибудь отвлечься от ужаса.       — Нет... только царапал. Один раз ударил клыком, — девушка наклонила шею, показывая небольшой след на ключице. — Утром уже сойдёт. У меня быстро заживают раны.       Странно, но это действительно так. Помню, у неё было рассечено предплечье. Сейчас на нём вместо бинта красовался длинный, тёмный шрам, запачканный кровью. Я ошеломлённо уставилась вдаль. Как же мне хочется больше никогда не встречаться с оборотнями. Никогда. В этой жизни.       — Как же я хочу домой, — прерывая тишину спустя какое-то время ходьбы, поделилась я.       — Выполнишь задание и окажешься там, — невозмутимо выпалила девушка.       — Разве я останусь невредимой? — тон сменился на жалобный. — Почему именно я? Я не справлюсь!       — Если я сказала «ты» — значит, «ты», — с нажимом ответила девушка, намекая, чтобы я даже не собиралась возражать.       Я шумно вздохнула. Совсем угрюмо от всего этого. Я никогда не хотела в такое ввязываться. Мне важнее выбраться из Темнолесья, чем участвовать в том, что мне даже не подходит. Я ведь осталась в деревне лишь для того, чтобы переждать ночь и отправиться в Береговой Омут! На кой чёрт я здесь делаю сейчас?!       Мы вернулись обратно. Мне до сих пор было неспокойно от того, что я пережила. Ощущение, словно не усну ночью. Ну а девушка гордо поглядывала на голову оборотня, как на трофей. Я не разделяла её чувств, хоть и могла тоже найти радость в том, что план успешно продвигается. Обрадовалась бы, если бы в нём не участвовала.       — Иди к себе.       Даже «спасибо» не вылетело из этих наглых уст! Да я зашла в лес совершенно другим человеком! Разве моя помощь не имела ценности? Я пребываю в слишком смешанных чувствах. Мне не хочется даже смотреть на ту, что специально подвергает меня опасности.       — Пока, — буркнула я и отдалилась от девушки, даже не глянув вслед.       Тошно от её присутствия. Она пугает и отталкивает меня даже, если мы будем молчать. Понятия не имею, что в ней плохого, если не учитывать её поступки. Она просто неприятная. Словно проклятая.