3.8 Не вместе. И не навсегда...

POV Шелли

«Ностальгический запах снова сводит меня с ума. Пока Биби закрывает дверь, я прирастаю к полу. Кровати, бардак на столе. Всё осталось таким, как было. Постель на моей верхней койке такая же незаправленная, как, когда я оставила её после того, как проснулась здесь последний раз. Тумбочки не закрывались с того момента, как мы рылись в них, собираясь в побег. Окно, через которое мы спрыгнули, раскрыто. Бледная занавеска падает на стол, где до сих пор покоятся наши тетради... — Контракт должен быть здесь. Здесь у меня не было плохих воспоминаний, — выдаю, приходя в себя. — А ведь мы были простыми... детьми? — хмыкнула. — М-да уж.»

...

«Рука залезла в карман джинс. Встав перед столом, выпрямила в руках Контракт Дьявола. Удивительно. В месте, где мне навязывали Божьи принципы, теперь будет лежать эта вещь. — Я знаю, где его спрятать. Я наклонилась к подоконнику, повернула и оторвала доску. Наша старая нычка. Раньше мы здесь прятали дробовики. Здесь даже кое-что осталось!»

...

«...Затем возвратила доску на место. Подоконник снова принял привычный вид.»       Образ опечатался на сетчатке моего глаза, когда я подняла веки. Очертания бледной руки никак не желали пропадать вместе с деревянным узором белого подоконника. Они словно пульсировали в такт ударов сердца, с каждым начиная становиться всё прозрачнее. Это был сон, самый обыкновенный сон.       В носу уже давным-давно был запах штукатурки. Окружение казалось непонятным. Часто моргая, я вглядывалась в бесцветный потолок, пыталась о чём-то подумать, ловля глазами паутину в углах. Когда разум соизволил включиться, снова вернулась способность двигаться.       Я тут же повернула голову направо. Оказалось, всё это время меня прожигали горячие лучи заходящего солнца, смотрящие на меня из-за открытого окна. Бледные занавески. Уже хотела сделать вывод, что совершенно не имею понятия, где нахожусь, покуда не уловила знакомую батарею, трубы и отпавшие куски краски со стены. Это заставило меня моментально взглянуть налево. Белая дверь смотрит в ответ. Облетевшая, она уже подсознательно скрипит в моей голове, как бы не стояла неподвижно.       Я ошеломлённо снова встретилась с потолком. Не хочу успокаивать себя мыслью, что продолжаю спать или вижу то, чего нет на самом деле. Просто трудно поверить в то, что я нахожусь в изоляторе. В изоляторе, в секции медпункта интерната. Нет, мне не кажется.       Легче подумать о том, что бред — то, что происходило раньше, а не сейчас. Может, сейчас просто март и я в очередной раз просыпаюсь здесь, отбывая наказание. Реалистичные сны не такой уж и феномен...       Глупо, глупо. Я ощутила, как бедро тянет от боли. Не стоит убегать от настоящего. Ведь за дверью никого нет, не происходит привычной для приюта суеты. Гробовая тишина. Я просто оказалась здесь, лёжа на единственной кровати в изоляторе. Последние секунды того, что происходило раньше, вылетели у меня из головы. Я бездумно бегала по лесу, желая просто потеряться. Дальнейшие события мне недоступны.       Не пытаясь приподняться, я потянула руку к бедру. На мне было намотано бинтом поперёк тела, даже поверх футболки. Это до жути странно, что он вообще есть. Да и по признакам улучшенного самочувствия складывается впечатление, словно меня отпустило от трупной инфекции. Но желания вставать всё равно нет. Хочется и дальше сверлить глазами потолок.       Даже факт того, что внутри меня появилось воспоминание о Контракте не способно мне дать хоть какой-то мотивации. А ведь он так близко. Нужно лишь заставить тело заработать, миновать пару коридоров, открыть дверь, поднять подоконник... И я совершу то, о чём мечтаю. Раз Контракт недалеко, мне незачем беспокоиться.       Я без мыслей смотрю в окно. Оно палило прямо в меня, заставляя испытывать жар. Но я не отворачивалась. Разум словно поглотило белым шумом и мне не хотелось даже шевелиться. Только продолжать глядеть на сияющие верхушки сосен и время от времени моргать.       Даже шум в коридоре не взбодрил меня. Чужие шаги не привлекли внимания. И как бы они не подходили всё ближе, я не отворачивалась. Лишь нахмурилась в ответ на то, что ручка двери неприятно скрипнула.       — Проснулась?       Голос точно ни с кем не спутать. Я лениво повернулась, видя перед собой светящиеся образы деревьев и солнца. Но Байрон даже так был узнаваем. Завис в двери, глядя на меня в своём длинном плаще.       — Ага, — слабо ответила я. — Вы... Здесь?       — Мы все здесь, — слегка улыбаясь, подтвердил Байрон. — А ты... Решила сбежать?       — Да, я хотела сбежать, — устраиваясь поудобнее, я приподняла корпус, прижимаясь спиной к подушке. — Я им не нужна, они...       Глаза упали на повязку на поясе.       — Это вы помогли мне?       — Я. И, знаешь, в следующий раз тебе так не повезёт, — Байрон скрестил руки. — Я слишком далеко ушёл отсюда, пока искал. И до меня дошло твоё проклятие. Мог бы развернуться и уйти от греха подальше.       — М-м, — продолжая смотреть на бинт, ничего не придумала.       — Нежити в тебе больше нет, не бла...       — Спасибо.       Я постаралась выдавить одобрительную улыбку, подняв глаза на Байрона. Но мои глаза всё равно продолжают выдавать внутреннюю пустоту. Байрон тихо хмыкнул.       — Странно, что я снова в этом месте... — протянула, отворачиваясь к стене. — А ведь думала, что никогда не вернусь.       — У нас сейчас ужин на втором этаже, — выпалил он, не желая выслушивать мои бредни. — Если хочешь, приходи. Думаю, ты можешь.       — Ага.       Услышав это, Байрон прикрыл дверь и его шаги постепенно исчезли вдали. Я вздохнула. Как бы внутри не было пусто, меня тянула тяжесть. За всё, что только можно. За своих друзей, за судьбу смертных, за Контракт. Мне бы просто покончить с ним. И всё. Никаких страданий больше...

***

POV Биби

      — У меня очень много хреновых новостей! — прорычала я, едва услышала, как на кухню спускается Булл.       Это было утро. И уже с него меня волнуют кошмарные неприятности. Шелли мало того, что нет в убежище, её нет даже в палатке. Дробовик, который я у неё незаметно вытащила среди ночи, висел на крючке.       — Что такое? — озадаченно выдал Булл, протирая глаза углом полотенца.       — Херня!       Психанув, я треснула кувшином по столешнице, заставляя его шустро проскользнуть к стене. Булл отреагировал на это, недоуменно раскинув руки.       — Я не понимаю.       Я поджала губы, отвернулась от рабочей поверхности и сердито скрестила руки. Язык не поворачивался ясно и понятно сообщить, что произошло. Просто всё пожирающая злость.       — Ворон наверху куда-то складывается, — Булл решил разрушить тишину. — А Шелли не видно. Она же пришла?       Я перевела взгляд на него. Правильные слова никак не соберутся воедино.       — Шелли нет.       Булл поднял бровь. Сверкнув глазами по её дробовику, он, видимо, глубоко замешкался. Мне было тяжело давать какие-то объяснения. Особенно сознаваться в том, что я сделала.       — Как это «нет»?       — Не знаю... Она убежала! — сжимая зубы, не смогла сдержаться от того, чтобы резко вынести правду. — Она медленно предаёт нас! Я хотела проучить её и забрала ружьё, пока она спала. Я рассчитывала, что отыграюсь...       — Ты с дуба рухнула? — с шоком воскликнул Булл, швыряя подальше полотенце, ранее лежавшее на плече. — Зачем? Зачем?!       — Она не хотела возвращаться к нам, пойми! — повышала тон я. — В Кленовой Долине смертные оставили ей записку! И, поверь, она только и думает, как найти их!       Булл не собирался играть со мной в «кто кого перекричит». Бросив испепеляющий взгляд, он раскрыл шкаф с едой. Но, видимо, завтрак его сейчас совсем не беспокоил, так что пришлось захлопнуть дверцу обратно.       — У меня просто нет слов, — серьёзным тоном выпалил Булл. — Ты ужасна.       — Это было наказание, — возражаю я. — Шелли сама виновата.       Махнув на меня рукой, тот уселся за стол. Я и не надеялась, что он это одобрит. Но хотя бы согласится с тем, что Шелли непредсказуема. Видимо, в этой мысли мне не найти сообщников. Лестница наверх скрипнула от чьего-то появления. Меньше всего сейчас хотелось встретиться с Вороном.       — А ты куда пошёл? — с жаром набросилась я на него. — Я тебя никуда не выпускаю!       — Довольно! — рявкнул он. — Я иду отсюда.       — Ё-ё... — удивлённо протянул Булл, качая головой.       — Что значит «отсюда»? — встав перед ним, я сжала кулаки. — Ты наш и ты останешься здесь, не понятно?       Ворон смотрел на меня с отвращением. Собрав отросшие волосы в хвост, он уже успел надеть рюкзак и всем видом показывал, что готов идти.       — Даже не останавливай меня, — кисло процедил он. — Я знаю, где моё место.       Проходя глазами по его куртке, я увидела пару купюр, торчащих из кармана.       — Ты взял наши деньги?       — Это мои деньги, — сердито хмыкнул Ворон. — Те самые, которые мне дала наша воспитательница ещё перед последней поездкой в Омут. У тебя нет права в чём-то меня упрекать.       Я отчаянно сверлила его ненавистью. Ворон тоже.       — Ты бросаешь нас... — проскрежетала я. — Тебе насрать на всех.       — Сказала мне конченая эгоистка, — прыснул он. — Взгляни на себя, сволочь...       — Шелли будет очень не рада, — пылала я.       — Шелли — моя двоюродная сестра.       Ворон схватил меня за плечи и резко швырнул в сторону. Не ожидая этого, я отскочила к стене, стараясь не потерять равновесие. Ворон двинулся на выход.       — Что, мать твою, ты несёшь?!       — Что слышала! — неестественным ему грубым голосом крикнул он.       У занавески Ворон всё-таки остановился. Развернулся, желая взглянуть только на Булла.       — Прости, — мягко сказал. — Мне очень жаль.       — Удачи, парень, — поник Булл.       — Тара сказала, что я не успею туда... Впрочем, неважно. Мне это просто нужно, — Ворон поднял ладонь. — Спасибо за детство. Всем.       Разворачиваясь, на мгновение прошёлся глазами по мне. Затем наконец-то ступил наружу, заставляя слушать удаляющиеся шаги по траве. Всё это время я была в оцепенении. Найдя силы, медленно прошлась к выходу, выглядывая наружу. Фигура Ворона пропадает вдалеке. Казалось, вся моя жизнь разрушилась перед глазами.       — Ну... Минус двое, — подал голос Булл. — Может, стоит что-то менять?       Я опустила голову. Мне нечего сказать. Судьба до жути несправедлива. Я этого совсем не заслуживаю! Мои друзья... Самые отвратительные люди в этой жизни.       — Я ненавижу вас, — тихо прорычала я, чувствуя сильное желание разрыдаться.       — М-м...       — Это не мы испорченные... Это просто хреновые обстоятельства, — выдавила я, отворачиваясь от проёма. — Если бы никто не помешал, всё было бы отлично...       Булл сопровождал меня смущённым взглядом, не зная, что сказать. А я только пыталась ровно дышать, лишь бы не всхлипывать. Незаконченный завтрак ждал меня на газовой плите. В холодной сковородке лежали последние куриные яйца.       В гробовой тишине мне пришлось его заканчивать. Булл не глядел на меня, между нами зависло неловкое молчание. Никто никаких мыслей не доносил. Тогда уж пришлось собрать в себе всю волю, дабы заговорить о чём-то воистину важном.       — О Контракте... Шелли могла вспомнить о нём.       Я бросила на стол две тарелки. Захватив с собой стакан с водой, уселась за него, уныло подпирая кулаком щеку.       — И что предлагаешь делать? — безучастно спросил Булл.       — Нам стоит сходить туда, где я его прячу, — я без аппетита уставилась на омлет в тарелке. — Если что, это наш интернат...       — Вы спрятали его в нашем интернате? — Булл повертел в пальцах вилку. — Серьёзно?       — Угу, — промычала я, нехотя оттягивая кусок завтрака.       Меньше всего сейчас хотелось есть. Да и угнетает то, что в убежище заканчиваются запасы.       — Ты хочешь забрать Контракт?       — Лучше всего перепрятать... Хотя, забрать?... Я ещё не думала.       — Если Шелли ночью ушла туда, она уже там, задумайся.       Я подняла тяжёлый взгляд на Булла.       — Не хочу это даже представлять, — тягостно вздохнула. — Лучше бы просто ничего не случалось...       — Бесполезно жалеть прошлое, — пробормотал Булл.       — Наверное.       Завтрак казался бесцветным. После него я не вижу в своих планах никаких дел. Не успокоюсь, пока не смотаюсь в интернат. Это был единственный выход из, по крайней мере, одной проблемы. Я допила остатки воды и шумно вставила стакан на стол.       — Зови Мортиса и Грома, — обратилась к доедавшему Буллу. — На всякий случай.

***

POV Эдгар

      Миновал день в интернате. Не просто день, а целые сутки. Впервые они тянутся настолько долго, что я, глядя на часы, удивляюсь количеству времени. Словно солнце замедлилось, никак не спускаясь к соснам. А всё потому, что день проходил довольно скучно. Мы не покидали территорию интерната, из любопытства таскались по нему, заглядывая в пустые комнаты и классы. Белль ради этого сюда и пришла — таскала из служебного корпуса остатки денег и безделушки.       Байрон тоже нашёл занятие. Ночью он выбрался на прогулку в лес, желая отхватить побольше эксклюзивных ингредиентов для зельеварения. И, как сам сказал, из-за того, что забрёл слишком далеко, просто нереальным чудом наткнулся на бессознательное тело Шелли. Теперь мы не могли покинуть интернат, пока она более-менее не придёт в себя. Вопрос, что Шелли там забыла, стоял у всех. Но никто не мог выдвинуть даже простейшую догадку. Убежище находится слишком далеко отсюда. Самая вероятная — она желала отделиться от проклятых и на половине пути истратила силы. Однако, при ней не было ни дробовика, ни сумки. Только следы от укусов нежити.       Я несколько раз заходил к Шелли в медпункт. Зависал у кровати столбом, сверля закрытые глаза пустым взглядом. Байрон запретил мне её будить, у него на Шелли были свои планы. Сварив нечто из вырванных ночных роз, он отыскал в каком-то кабинете запечатанный медицинский шприц и пользуясь своим обесцененным мастерством хирурга, ввёл его в вену. Сказал, что выгонит трупную инфекцию, словно я что-то имею против. Наверное, в этом нет ничего удивительного — подобные антибиотики можно купить в любой аптеке в виде таблеток.       Длинный день перешёл в не менее медленный вечер. Мне хватило времени, чтобы на пару с Кольтом наловить в здешнем озере несколько карпов. Удочку без каких-либо колебаний отдала Белль. Она носила в своём рюкзаке складную, компактную удочку специально для походов. И баночка кукурузы тоже присутствует, та захватила её из дома.       Так что на ужин пришлось использовать гораздо меньше пищевых запасов. Пайпер пожарила всю рыбу вместе с овощами. Стол сегодня будет более, чем роскошным. Добывать сок вызвался Кольт, но на это дело всё-таки двинула Макс: не так уж и далеко стояла безхребетница. К вечеру накапала полная бутылка и она гордо принесла её к ужину.       Приёмы пищи у нас происходили в той самой широкой гостиной рядом с нашими временными спальнями. Мы вытащили сюда массивный стол, приволокли кресел на всех. И сегодняшний день не исключение, когда я пришёл, Пайпер уже выставляла тарелки на стол, следом поджигая масляную лампу.       — Молодец, красивая рыба, — в этот момент я нашёл подходящий случай, чтобы поднять ей дух.       — Спасибо, — Пайпер улыбнулась, оборачиваясь на ужин.       Я принялся звать остальных. Кольт пришёл на зов первым, выскакивая из своей комнаты, в которой, как оказалось, делал целое ничего, плевал в потолок. Белль и Макс вернулись со стадиона — гоняли там в мяч. А Байрон принёс вместе с собой запах сожжённой травы. Притаившись подальше от обжитых нами мест, он что-то варил.       Я подождал всех, затем уселся в единственное пустое кресло, на которое падали солнечные лучи. Таким образом я выражал внутренние переживания за отстранённость от других из-за своего проклятия. Считал себя выродком и изгоем, как бы не старался угодить и позаботиться. Мда-уж.       — Шелли проснулась, Эдгар, — выпрямляясь в кресле, сообщил Байрон.       — Хорошо. Я загляну к ней позже, — я склонился над своей тарелкой. Какой бы рыба не источала аппетитный пар, мне всё ещё чего-то не хватало, чтобы расслабиться и позволить себе притронуться к еде.       — С ней всё в порядке? — спросила Пайпер.       — Вполне... А что?       — Мы уже прилично торчим здесь. Надо бы подумать, куда двигаться дальше.       — Я тоже об этом думал! — воскликнул Кольт, случайно прыснув изо рта копчёной чешуёй. — Мне ну очень нравится Береговой Омут. Да и отсюда к нему очень быстро добираться.       Вилок нет. Я схватился пальцами за рыбу, начиная избавлять «мясо» от костей. Без причины печальный взгляд упёрся в запятнанное окно, за которым солнце едва проглядывалось между сосновыми ветками. Скоро стемнеет.       — Береговой Омут? Неплохая идея, — выдала Пайпер. — Это ведь целый город, он будет побезопаснее всяких сёл.       — Не очень-то и хочется... — в нос пробубнил я, пальцем вытягивая из рыбы кусок помидора. — Мне там будет... Так себе.       — Брось ты! Омут — полноценная столица Темнолесья, — возразила мне Белль. — Там есть, чем заняться.       — Я про проклятие.       Белль пожала плечами. Отвечать вызвалась Пайпер.       — Не зацикливайся на этом. Даже так ты сможешь найти себе место.       Я шумно вздохнул через ноздри и отклонился назад, снова уводя взгляд к солнцу.       — Давайте без меня, — промычал. — Я буду рад, если вы устроитесь в хорошем месте. Но мне...       — Тебе тоже стоит прекратить, Эдгар! — громко выпалил Кольт. — Ты сделал всё, что мог. Теперь следует посвятить своё время чему-то другому.       Времени у меня целая бесконечность — уже хотел строго заявить я, но передумал. Отпустить всё это не так просто, как кажется Кольту. Я не забуду ни единой смерти по своей вине. Контракт Дьявола должен быть уничтожен мной, чтобы суметь себя простить за это.       — У меня вообще неподалёку от Омута своя хижина, — решил поделиться Байрон в перерыве между укусами. — Страшненький дом, снимаю его, лишь бы никто мои дела не пронюхал. Боюсь, мне скоро придётся платить за аренду.       — Вот уж отшельничество, — хмыкнула Белль. — Много денег получаешь?       — Неплохо, — увидев, что ему удалось завязать с ней беседу, Байрон развернулся и поставив локоть на стол, упёрся в подбородок основой ладони. — Клиентов очень много, хоть и кажется наоборот. Каждому, оказывается, что-то нужно. Хоть красоту навести, хоть промыть веранду от блох.       — Хочешь сказать, ты своими бутылочками не уступаешь никаким Богам?       — Если постараюсь, — Байрон вытянул довольную улыбку.       — Поможешь мне с учёбой — переедешь к нам, — хихикнула Макс.       — Так! Ты тут не это... — осадила её Белль. — Уважай человека!       — Будь проще, — с добром ответил Байрон, поддержав Макс.       Целый карп смог меня достаточно насытить. За время ужина снаружи опустились сумерки, гостиная погрузилась во мрак. Всё больше появляется свет от масляной лампы посреди стола. Тарелки были почти пусты. Я вытер салфеткой замазанные губы.       — Ты согласен пойти вместе с нами? — допив остатки сока со стакана, с мольбой в голосе обратилась ко мне Пайпер. — Нам не хочется бросать тебя, и ты, думаю, тоже не хочешь оставаться один...       — Тяжело об этом думать, — протянул я, крутя пальцем прядь из чёлки.       — Утром тебе лучше подумается, — постаралась поддержать она. — К вечеру немало кому приходится впадать в уныние.       Я не знал, чем ответить. Просто глянул на Кольта, что забросил на угол стола ноги и отклонился на кресле назад, всем видом показывая, что он доволен. Мои уши едва уловили шорохи где-то вдалеке. Я озадаченно взглянул в коридор.       — Это Шелли?       — Наверное, — буркнул Байрон.       Из-за ожидания гостиная погрузилась в молчание. Шаги переместились на лестницу, лениво по ней поднимаясь. Я смахнул чёлку с лица, любопытно уставившись в проход. Шелли выглянула, хватаясь за угол стены. Вид у неё был скверный и измученный.       Все обратились к ней, опасаясь что-то выдать. Шелли смотрела на меня без каких-либо эмоций.       — Контракт здесь.       Я поднял бровь. Пайпер — обе. Кольт вообще с громким стуком наклонился вперёд. Байрон не участвовал во всеобщем удивлении. Он нарочно громко колотил чай ложкой.       — Здесь? — ошеломлённо выпалил я.       — Здесь. В моей спальне, — Шелли сделала шаг вперёд, так и не отрывая руку от угла. — Я вспомнила это во сне.       — Какой же я хреновый зельевар, — саркастично хмыкнул Байрон, на что получил недовольный взгляд от Пайпер.       — Точно? — продолжаю я допрашивать Шелли. — Я здесь каждую комнату облазил.       — Просто иди за мной, — без энтузиазма ответила. — Облазил он...       Я поднялся с кресла, подходя ближе. Шелли совсем неуверенно держалась на ногах, без опоры ей будет тяжело передвигаться. Я захотел протянуть руку, затем решил просто ухватиться за неё выше локтя.       — Веди.       Мы неспеша двинулись к лестнице. Свет лампы на столе покидал нас, пришлось довольствоваться слабым светом снаружи. Я так и не могу воспринять в голове то, о чём сказала Шелли. Но, безусловно, верил.       Спустившись вниз, пересекли коридор. Она остановила меня у последней двери. Табличка показывала надпись «14А».       — Открой, — потерев переносицу, потребовала Шелли, держась за меня уже обеими руками.       Я повиновался, взялся за ручку и со скрипом отворил её. За порогом показалась такая же спальня, как и все остальные. Две двухъярусные кровати, стол и тумбы. Всё почти утонуло во мраке, который не позволял увидеть тонну пыли и паутины в углах. Чем-то эта спальня отличалась. За битым, раскрытым окном здесь всегда скрипела решётка. Громче, чем в других.       Шелли отпустила меня, тут же усаживаясь на нижнюю койку справа.       — Подними подоконник...       Я не смел подавать никаких вопросов. Отодвинув мешающий проходу стул, оказался прямо перед столом, через который пришлось потянуться дальше. Ухватив края облетевшего краской подоконника, легко поднял его, переместив к себе. Под ним, оказывается, скрывалась ниша, на данный момент полностью скрытая темнотой.       Мне хотелось вопросительно глянуть на Шелли. Но, желая догадаться самостоятельно, сам сунул туда руку. Сначала столкнулся с какой-то книжкой, затем пальцы нащупали отличающуюся от всего бумажку. Вытянув наверх, в сумраке попытался разглядеть. Но даже, если ничего не смог увидеть, уже знал, что это он. Старый, помятый, неуязвимый Контракт Дьявола.       — Видишь?       Я повернулся к Шелли. Едва распознал, с каким холодным и вялым взглядом она смотрела на меня.       — Вижу, — бросил я. — Пойдём к остальным?       — Пойдём.       Смяв Контракт в кулаке, снова позволил Шелли вцепиться за свою руку. Короткий путь произошёл в полном молчании. Я даже не знал, что и думать.       — Что там? — едва мы выглянули из-за угла, воскликнула Пайпер.       Я поднял кулак, выдвигая вперёд пальцами скомканный Контракт. Та выразила удивление, разведя руками.       — Садись за стол, — тихо сказал Шелли, делая шаги в сторону своего кресла. Решил уступить ей, всё равно уже закончил с ужином.       — Давайте, я уже пойду, — Кольт поднялся со своего, расслабленно потягиваясь. — Это, конечно, всё очень неплохо...       — Какой же ты сухой, — упрекнула его Пайпер. — Ладно, иди...       — Спасибо. Ужин божественный, кстати, — улыбнувшись ей, Кольт поспешил к темноте. — Целую руки.       Пайпер сердито прыснула и махнула ему рукой, намекая, чтобы тот поскорее смылся. Слушая удаляющиеся шаги, я выпрямился, разгладил Контракт и бросил его на стол. Сам поспешил сесть за кресло Кольта напротив.       Остальные пока, видимо, ещё не желали разойтись. Я угрюмо уставился в Контракт, начиная нервно пережёвывать собственные губы.       — Карпов не осталось, есть только это, — Пайпер придвинула к Шелли тарелку с салатом.       — Мне достаточно, — безразлично ответила она. Даже в голосе у неё отсутствует аппетит.       — Надо бы с ним покончить... — тоскливо выдал я, не отрываясь от Контракта, что лежал совсем недалеко от моей руки.       — Я сама с ним покончу.       Глаза поднялись на Шелли. Не то, чтобы она выглядела как-то сердито или озлобленно. В этом взгляде, казалось, собрался весь негатив и печаль. Так же, как и в моём.       — Нет.       Едва Шелли вытянула руку из-за стола, как я тотчас демонстрирую ладонь, мол, не прикасаться. К счастью, это помогло.       — Ты не достоин этого, — строго заявила она. — Ты просто жертва обстоятельств. И ни в чём не виноват.       — Я всех обрёк на это, — возражаю я. — Даже тебе пришлось пострадать. Не забывай, что ты, в первую очередь, маленькая девочка...       — Я... Застрелила Тару, — Шелли это выдавила через силу. — На мне больше повисло дерьма. Я не выдерживаю себя. Уступи...       — Заканчивайте свои споры! — вставил Байрон.       — Не нужно сейчас ничего решать, — поддержала Пайпер. — Вы оба... Не достойны смерти ради Контракта.       Шелли бросила на неё укоризненный взгляд. Я потёр лоб, желая лучше привести голову в работу.       — Что с Тарой? — пожелал облегчить разговор.       — Она была у нас в плену, — Шелли опустила руки на стол, начиная нервно сжимать и разжимать пальцы. — Мои друзья пытали её, желая узнать, куда вы делись...       — Ух, ты, — только и прыснула Белль.       — Меня заставили убить, — Шелли с нажимом протянула это слово. — Конечно, нигде мы вас не нашли... Да и я никого искать не собиралась. Мне было тошно.       Шелли замолчала, никак не шевелясь. Тем не менее, никто не проявил инициативу комментировать, ожидая дальнейшего.       — Я не нужна своим друзьям... — она старательно удерживала ровный тон. — Они мне тоже... Я не собираюсь больше существовать.       Покрасневшие глаза уставились на меня.       — Контракт... Мой.       Я покачал головой, пока разум переваривал услышанное и создавал новый аргумент против. Никогда Шелли не выглядела настолько беззащитной и подавленной. Это уже не та проклятая, жаждущая насилия и крови. Это совсем другой человек. Это та, кто готова смыть с себя своё прошлое, так же, как и я. Мне нельзя давать ей жертвовать собой.       — Хватит этого, — обеспокоенно выдохнула Пайпер, поднимаясь с кресла. — Оставьте Контракт в покое. Лучше расслабьтесь и поспите... Идёт?       — Да вообще классно идёт, — Байрон скрипнул креслом, так же вставая на ноги. — У вас сейчас слишком взбудораженные головы.       — Я никуда не пойду, — буркнула Шелли. — Как бы то ни было, я не поела.       Пайпер с намёком взглянула на меня.       — Я тоже останусь, — сказал я.       Белль и Макс задвинули кресла под стол. Последняя глядела на нас, как на самых безумных людей в своей жизни.       — К слову... Ты бы не могла поискать другие одеяла? — обратилась Белль к Пайпер. — Не то просто кошмар, из них клопы так и сыплются!       — Попробую найти, — ответила она, приближаясь ко мне.       Пайпер склонила голову к моему уху.       — Ничего не решайте, прошу... Проконтролируй ситуацию, — шёпот.       Я кивнул. Она отошла от меня, следуя за остальными в коридор. Фигуры пропали из виду, оставляя за собой шум ботинок и тихий гомон.

POV Шелли

      Я проводила всех холодным взглядом. В гостиной крутилась давящая тишина. Эдгар недолго глядел в коридор, медленно развернулся к столу и вздохнул. Маленький костёр в масляной лампе неистово трещал. За окном возникла сплошная чернота. Отблески пламени гуляли по нашим лицам.       — Бери, что осталось, — выдал Эдгар, поставив локти на стол и заключая пальцы в замок.       У меня нет никаких мыслей о еде. Успокоиться, поесть, лечь спать, забыть о Контракте, лежащем передо мной? Это невыносимо даже представлять.       Я схватилась за тарелку салата, но моментально передумала, так и не схватив даже ломтик капусты. Эдгар, видимо, не мог смириться с тем, что мои глаза не отрываются от Контракта.       — Забудь о нём. Знаешь... Ребята решили двинуть в Береговой Омут. Ты сможешь там начать новую жизнь. Придумай планы, — невозмутимо выдал он, видимо, желая меня отвлечь.       — Я будущий труп, — мрачно заявила я. — Вот мои планы.       Огонь в лампе трещит всё громче. Услышала, как за стенами суетятся остальные. Нам с Эдгаром снова угрожает удручённое молчание.       — Лучше пойди, ляг и закрой глаза. Вместе со всеми, — произнесла я.       — Ты не останешься с Контрактом один на один, — сверкнул в меня глазами Эдгар. — Ты уж прости...       Протянув руку по столу, он схватился за Контракт и отправил его в задний карман своих шорт. Я возмущённо нахмурилась.       — Я ничего не буду с ним делать. Сейчас будет лучше, если никто его не будет трогать, — оправдался он, снова возвращаясь в свою позу.       От меня последовал только суровый взгляд. Эдгар напрасно считает, что способен заставить меня передумать.       — Если ты не будешь жертвовать собой, то я тоже не буду...       Я от неожиданности хмыкнула.       — Чего?       — Никто из нас не должен отдавать жизнь. Уничтожение Контракта никак не повлияет на других проклятых, — убеждает Эдгар. — В этом просто... Нет смысла. Мы можем держать его при себе, спрятать, что угодно.       Я уже успела продемонстрировать на лице протест. Однако, неплохо так задумалась. Остаться в живых... Самая тяжёлая для решения вещь. Не могу представить себя в будущем. Меня кошмарно раздирает от всего, что случилось. Меня раздирает от ненависти к себе, своим поступкам и прошлому. Я никак не смогу забыть об этом и жить так же свободно, как когда-то. Но если этого стоит жизнь Эдгара... Я, пожалуй, приторможу с этим.       — Ради нас двоих, — сверлил меня Эдгар. — Мы выберемся из всего, чего только можно.       Ломает. Мне всё сложнее сопротивляться этому.       — У нас обоих похожие чувства, — продолжает он. — И, обещаю, я не оставлю тебя с ними.       Крепость внутри меня потерпела крушение. Я кошмарно колебалась. Не зная, куда деть глаза, упёрлась в стол. Одиночество — одна из главных вещей, подавляющая моё стремление к жизни. Я постоянно испытывала его с момента потери памяти. И Эдгар заставил меня ощутить обратное. То, ради чего я существовала. То, ради чего я пыталась увидеть какой-то смысл. Близость. Помощь. Забота. Поддержка.       — Ты правда... Хочешь? — слабо выдавила я, подавляя ком в горле.       — Я не хочу, чтобы ты умирала, — Эдгар прямо-таки доводил своей еле заметной улыбкой. — Что бы не происходило, жизнь меняется. Если у тебя никого не осталось, появимся мы.       Меня сломало. И я даже не чувствую в его словах какой-то фальши, какой-то манипуляции, в попытке повернуть ситуацию в удобную для себя сторону. Эдгар никогда и не был таким. Он даже неохотно вредит своим врагам. А мы то и вовсе не враги. Мы простые несчастные, безысходно обливающие себя виной.       — Я не буду, — в конце-концов выдала эти слова, склонив голову. — Раз уж так... Мне будет очень тяжело.       — Всё пройдёт, — оптимистично произнёс Эдгар. — Главное, чтобы ты не сдавалась.       Я покачала головой. То самое решение умереть внутри сознания медленно отделялось, оставляя зловонную пустоту. Однажды на её месте возникнут другие чувства. И, на самом деле... Я всегда жаждала, чтобы так случилось. Я не хотела прощаться с жизнью. Я хотела прожить её по другому.       — Будешь ужинать? — отвлекает Эдгар.       — Нет, — я взглянула на грустную тарелку салата среди остальных.       — Тогда... Спать?       Взгляд переместился в окно, за которым показывались яркие звёзды. Сна ни в одном глазу. Мой разум чудовищно возбуждён после таких разговоров.       — Не хочется от слова совсем, — выдала я.       — Честно, мне тоже, — Эдгар решил подняться с кресла. — Хотелось бы просто... Где-то побыть.       — О том же думаю, — печально хмыкнула я.       Начав лихо подниматься с места, бок отозвался колющей болью, заставляя сжать зубы. С трудом выпрямившись, поймала глазами шарф Эдгара, что уже поспешил придержать меня за плечо.       — Спасибо, — тихо произнесла я.       Мы шагнули подальше от стола.       — Куда предлагаешь пойти? — спросил Эдгар.       Я стояла, не зная, что ответить.       — Куда угодно...       Давая волю чувствам, набросилась на него, сжимая в искренних объятиях. Истеричные всхлипы рвались наружу, но я изо всех сил сдерживала их, хоть и была не против. Это просто была привычка. Глаза начали неистово гореть.       — Поплачь, — просил меня Эдгар мягким голосом, прикладывая руку к спине. — Не давись.       Я шумно вздохнула. Зубы схватились на нижнюю губу. Сердце бьётся очень быстро. Оно словно находилось в леднике, что сию минуту топился от тепла. Слёзы беспощадно выступали, оставляя следы на чужой футболке. Её запах никогда не звучал настолько уютно.       — Шелли, — внезапно позвал Эдгар. — Прислушайся...       Мгновенно переключаясь от эмоций, я подняла на него голову. Помимо звуков, издаваемых лампой, возникло что-то постороннее. Я бы могла спутать это с шорохами за стенами, что создавали наши товарищи, но быстро смекнула, что это другое. Кто-то ходил снаружи. И не один. Несколько.       — Это они.       — Они?       — Они.       На лице Эдгара возникло напряжение.       — У вас есть винтовки?       — Да.       — Быстрее.       Я выпустила руки, а тот шустро рванул в коридор. Протирая своё лицо, металась взглядом по сторонам в попытке что-то сообразить. В гостиной не валялось ничего полезного. Я заметила самодельную баррикаду в проходе направо. Этот коридор был заставлен какой только можно мебелью. Не успев ничего подумать насчёт этого, пришлось снова обратить внимание на Эдгара, что выскочил из спальни со снайперкой.       — Свет! — шикнул он.       — Се...       — Нет, не надо!       Эдгар с лязгом вывел винтовку из предохранителя. Я уже сделала шаг вперёд, как в мгновение увидела нечто, летящее прямо в окно.       — ТВОЮ МАТЬ!       Не знаю, насколько хорошо я успела сдать назад, в попытке спрятаться за угол. В воздух поднялось всё, что здесь было. Свет тотчас погас, заставляя только гадать, уцелела ли я. Вспышка ещё долго отражалась в моих глазах. Меня прижало к стене, по которой я попыталась выкарабкаться наверх. Тело дрожало, потеряв чувствительность в некоторых местах. В горле засела пыль. Моя рука отчаянно схватилась за какую-то решётку, выступающую из баррикады.       — Ты жива? — громко прошептал Эдгар за соседним углом.       — Надеюсь... — ответила я, стараясь поднять себя на ноги.       До ушей всё лучше стали доноситься чужие шаги. Они направлялись прямо к лестнице, угрожая появиться по ту сторону баррикады. Моё нутро обдало холодом.       — Это что такое? — словно нож, пронизывал меня голос Биби.       На потолке появился луч фонаря.       — Отойдите, — потребовал Гром.       Я успела лишь дёрнуться всем телом. Реальности вдруг не стало, впереди царила лишь яркая искра, уши заложило оглушительным взрывом, превращаясь в протяжный звон. Не имею понятия, что произошло. Со мной был только тошнотворный космос и пустота...       — Поднимайся, — услышала я отдалённый голос, затем ощутила, как меня куда-то уносит. Куда-то вверх.       Глаза вновь ослепило, на этот раз чем-то реальным. Вокруг плавно опускался к полу туман пыли. Пару ударов по моему лицу и я наконец-то смогла совладать конечностями. В этот момент моя спина уже прижалась к стене.       — Хреново... — услышала я из уст Эдгара, что стоял рядом, сдерживая в руках снайперку.       — Какая неожиданная встреча! — воскликнул голос Биби. — Даже Шелли тут, прям комедия!       — Контракта здесь нет! — прорычал Эдгар, держа коридор на прицеле.       Я взглянула в него. Пыль рассеялась и теперь я могла разглядеть всё, что хотела. Биби стояла, вытянув вперёд дробовик. За ней показывался Булл, тоже удерживающий на руках своё ружьё. Однако, не желающий наводить его дуло на нас. Мортис светит в нас фонарём, а Гром терялся за их фигурами, даже не желая принимать участия. Не хватало Ворона.       — Контракт здесь есть, — проскрипела Биби.       — Его нет с того момента, как я вытащил его из вашего подоконника, — не сдавался Эдгар. — Можешь его не искать, он в надёжном месте.       — Да что ты несёшь? — в голосе Биби прозвучала досада.       Её озлобленные глаза метнулись на меня.       — Шелли, иди сюда, — позвала она меня. — Ты должна быть с нами, это твоё настоящее место.       — Ид-ди к чёрту, — содрогаясь, процедила я.       — Давай-давай! Ты же точно жалеешь...       Биби начала делать аккуратные шаги к нам.       — Боже, тебе так сложно пустить в них свой коронный разряд дроби? — подначил её Мортис.       — Подойди, — не обращая на него внимания, Биби оторвала руку от цевья и поманила меня. — Просто подойди.       Я не понимала, зачем. Та даже опустила дуло дробовика в попытке добавить мне мотивации. Я нерешительно ступила вперёд, сталкиваясь с шарфом Эдгара.       — Подожди... — прошептала, убирая его со своего лица.       Я медленно сокращала расстояние между собой и Биби, минуя обломки. Её взгляд пытался держаться невозмутимым, но я видела, как за ним скрывается подлость. Это не давало мне подойти слишком близко.       — Сюда, — звала она меня, когда оставался лишь какой-то метр.       Я уже готова была остановиться. Биби резко выбрасывает ко мне руку, в ту же секунду из выбитого окна пролетает пуля, рассекая воздух между нами. Я отскочила. Биби тоже испытывала шок. Звук выстрела донёсся откуда-то издалека.       — Это что сейчас было? — удивлённо выпалила она.       — Бросай ствол! — прокричал голос за ними.       Я медленно пятилась обратно к Эдгару, стараясь не споткнуться. Проклятые развернулись назад.       — Зашибись... — мрачно вздохнул Булл.       — Ещё раз: Бросай ствол! — эти слова повторяла Белль, заставляя их слегка отодвинуться в нашу сторону.       Рядом с ней я увидела сбитого с толку Кольта, что в одной майке и шортах для сна тоже держал всех на прицеле одноствольного дробовика. Белль слишком грозно держала своё ружьё, внимательно всматриваясь в прицел, словно вот-вот выстрелит.       Биби, поворачивая голову то к нам, то к ней, испытала кошмарный приступ гнева.       — Совсем из рук выбились, смертные?! — свирепо прокричала она. — Мне вас отвести туда, где ваше место?       — Сама посмотри, что ты натворила, — упрекнул её Булл.       — Я сюда пришла за Контрактом! — прорычала в ответ Биби, снова переводя взгляд на меня.       Я с отвращением смотрела на неё в ответ. Внезапно мне захотелось выдать сильнейшее унижение, которое позволяла данная ситуация.       Подскочив к Эдгару, я вытащила из его заднего кармана Контракт. Затем выпрямилась, разглаживая его в руках.       — Тебе очень нужна эта вещь? — выдала я, растягивая зловещую ухмылку.       — Ну ты и сука... — ненавистно проскрипела она.       — Да, очень нужна. Подойди и отдай, пожалуйста, — позабавленным тоном ответил Мортис, от чего ему хотели врезать, казалось, все.       — Бросай ствол, повторяю! — снова громко приказала Белль. — Не думай, что я не буду стрелять!       — Да пошли вы... — так и не опуская дробовик, Биби плюнула в пол. Её взгляд вновь поднялся на меня. — Ты просто сраная скотина...       Я не отрывала от неё глаз. Её слова начинали выводить меня. И думая о том, как отреагировать, я не придумала ничего лучше, чем:       — Я могу прямо сейчас его уничтожить. На твоих глазах, — выпалила я. — Специально.       Биби молча выражала в мой адрес омерзение. Её уголки рта дёргались, как при самом фальшивом смехе.       — Ладно! — она резко развернулась ко мне спиной. — Здесь действительно больше нечего делать...       Следом обратилась к Буллу:       — Только финальный жест.       Биби быстро поворачивается обратно, подбрасывая в руках дробовик. В моих глазах раздалась искра, в голове возникло головокружение. Я припала к стене в попытке не упасть. Пальцы изо всех сил сдерживали Контракт.       После этого выстрела моментально громыхнул второй. Эдгар швырнул на пол снайперку и моментально подлетел ко мне.       — Где?!       — Здесь, — я указала пальцем на своё плечо, простреленное дробью. Кровь быстро скатывалась вниз к ладони. И к Контракту.       — КОНЧЕНЫЕ! — заревела Биби, хватаясь за оконную раму. — ПРОСТО... НАХРЕН... КОНЧЕНЫЕ.       Белль всё-таки выстрелила ей в спину. Я бросила на неё короткий взгляд, затем вернула обратно. Эдгар прижал ладонь к моему плечу, стараясь остановить кровотечение.       — Нет! — с паникой в голосе выдал он.       — Не получится... — пробубнила я, глядя, как лист с каждой секундой всё больше пропитывается кровью. Когда на него попадали капли от тех, кто желал заключить проклятие, они сразу растворялись. Но сейчас Контракт не подавал таких действий.       Эдгар отошёл от меня, а я едва не скатилась вниз по стене. Чувствуя, как конечности немеют, я оторвалась от неё, поднимая голову. На меня смотрело множество взглядов. И все они были либо озадачены, либо преисполнены ужасом. В глазах Биби фигурировал страх.       — Я умру, — слабо выдавила я.       Контракт заполнился до краёв. С углов полетели капли крови. Сдерживая в пальцах, пыталась поднять его выше, но рука перестала поддаваться. Этот проклятый лист моментально накалился жаром так, словно загорелся.       В ушах проносился звон. Вместе с этим — какие-то глухие, отдалённые стуки. В попытке сфокусировать взгляд, я уставилась в коридор сквозь пыль. Обнаружила, что теперь в нём никого нет. За исключением, Кольта и Белль. Все без причины оказались на полу, абсолютно обездвиженные. Озадаченность тяжело добиралась до моего мозга.       — Эдгар... — мой голос тонул эхом. Глаза упали вниз, там, где было его тело. Он не был на ногах, не смотрел на меня со страхом, опасаясь того, что я залью кровью Контракт.       Последние силы покидали меня. Выпустив его из рук, я закрыла веки, затем открыла снова. Тело с каждой секундой становилось ватным и я уже знала, что произойдёт дальше.       — Конец... — то ли в мыслях, то ли вслух пролепетала я, ощущая, как меня уносит вниз. Навсегда.

***

POV Пайпер

      Рука шумно высвободила пистолет, швырнув его на пол. Ботинки тяжело ступили по забитому осколками полу.       — Хоть кто-то из них живой? — выдала я в зловещей тишине.       Кольт, испытывая ступор, сидел на остатках кресла. Белль держала фонарик, помогая Байрону отыскать пульс Эдгара. Ответ послышался не сразу.       — Эдгар и Биби точно нет... — вздохнул он, следом поднимаясь с колен. — Здесь никто не живой. Их убило проклятием.       Зависло молчание. Белль расположила фонарик на уцелевшем краю стола, который снесло к окнам. Затем, что-то думая, встала на месте и скрестила руки.       — У меня нет слов, — только и сказала я.       С опаской прошагав к Шелли, я наклонилась и аккуратно подобрала Контракт Дьявола. Мокрый от крови, он распадался на куски в моих руках. Когда я их отпустила, те, словно дубовые листья, медленно полетели обратно на пол. Контракта больше нет.       — Он уничтожен? — тихо спросил Кольт, потирая переносицу.       — Уничтожен... — выпрямилась я, тяжело вздыхая.       В голове ничего не укладывалось. Совсем. Мои глаза обречённо глядели на тела Эдгара и Шелли.       — Так он же... Не должен быть так, — отрешённо произнёс Кольт.       — Ага. Не должен, — буркнула Белль. — В истории никогда нет ничего точного.       — Ну и дела, — поглядев в окно, выдал Байрон. — Только гляньте.       Я оторвала глаза, устремляя их туда же. Даже пришлось подойти ближе. В небе, среди белоснежных звёзд царило тёмное небо, окрашенное в красный оттенок. В нём словно переливалась кровь, вытесняя привычный вид. Сосны, земля и окружение выглядели ещё чернее.       — Впервые это вижу, — прокомментировал Кольт.       — «Кровавое небо», — выдал Байрон. — Если не можете вспомнить историю, такое происходило всего однажды. В день, когда Дьявол ушёл со своими приспешниками в Ад.       — Удивительно, — без положенного удивления в голосе ответила Белль. — Подождите...       Я любопытно глянула на неё.       — Погибли все... проклятые?       Никто не знал ответа на этот вопрос. Каждый думал о своём.       — Что делать дальше? — подала голос я.       — Глазеть на трупы, — с сарказмом хмыкнул Кольт. — Что ещё?       — Это нельзя оставлять, — размышляет Белль. — Лучше пойти.       — Куда?       — Туда, куда хотели! — ответила она, двигая к левому проходу и переступая тела. — Хоть что-то сделать надо.       Белль исчезла, мы остались втроём, не зная, куда себя деть. Кольт со скрипом поднялся на ноги, почесывая волосы.       — В Береговой Омут?       — Да, в Береговой Омут, — кивнула я.       Кольт ушёл следом за Белль. Да и Байрон тоже, у него имелись свои планы. Белль и Макс наверняка вернутся домой. Ну а нам следует собраться... Уйти отсюда, оставляя в побитых стенах интерната шесть тел.       Я взялась за фонарик. Как же тяжело смотреть на них. Понимать, что в одну секунду жизнь покинула всех. Тех, кто не хотел быть проклятым, тех, кто отрицал насилие, тех, кто прикладывал к этому руку и тех, кто боролся за участь пожертвовать собой... Мертвы все. Дьявол забирает не одного. Он забирает всех.       Мой луч гулял по бездвижным телам, пока я пыталась выбраться в коридор. Может, мне показалось, а может, это игра света — тело Шелли на мгновение дрогнуло. Это совершенно ничего не значит.       Я остановилась у двери в свою комнату, схватилась за ручку и повернула её. Дверь отдалась скрипом. Глядя сквозь окно на кровавое небо, я твердила себе — забыть этот ужас. Как бы он не желал возвращаться обратно в ночных кошмарах...