5.5 Она похожа на меня

POV Шелли

      Я ненавижу детей.       Я слышу, как они смеются после того, как убежали от меня. Чувствую, как в горле першит из-за вещества, которое поднялось в воздух. Хочется прокашляться. И вместе с этим врезать близнецам со всей дури. Но они убежали. Словно это как-то спасёт их от наказания, идея которого только что пришла мне в голову.       — Ты можешь отказаться от этой работы, если хочешь, — постаралась поддержать меня Биби.       Я шумно вздохнула, помахала рукой перед лицом. Не могу им сейчас ответить. Нахожусь в коридоре. Так что развернулась и неспеша отправилась обратно в класс. Нужно было закончить урок.       — А разве она сможет найти другую? — тем временем переговаривался Булл. — Ей же все отказывают...       — Безысходно, — мрачно выбросила Биби. — Хотя... Мы тоже когда-то были проблемными детьми.       — Я тоже разрисовывала картины, — решила тихо усмехнуться я. — Ничего. Найду управу...       За остаток урока не произошло ничего интересного. Меня ждало свободное окно перед следующим. Переворачивая мысли в голове наизнанку и обратно, я поплелась в общежитие. Хотелось перекурить, подумать. Друзья всё так же следуют за мной, не исчезают.       Меня встречает пустой коридор. Все, кто мог бы здесь быть, сейчас заняты. Я схватила коробку сигарет и через чёрный ход отправилась на улицу, набросив сверху пальто. Меня встретил морозный воздух.       — Тебе нужно наказать их, — напомнила мне Биби, когда я начала выпускать изо рта клубы пара.       — Знаю, — вздохнула я, задержав сигарету у рта. — И за картины. И за побег... Даже не знаю, что это было.       — Похоже на дымовухи, — подсказал Ворон. — Думаешь, законно держать такие вещи при себе?       — Нет.       — Похоже, этот парень занимается зельеварением, — продолжает Ворон. — Очень на то похоже.       — Мне провести обыск?       — Именно, — поддакивает Булл. — Ты сама всё понимаешь.       Я затянулась сигаретой. Выпустила дым.       — Этого недостаточно для наказания, — сказала я. — Нужно придумать что-то пожёстче...       Пожёстче? Чем наказывали воспитатели в моё время? Криками, пощёчинами, закрыванием в изоляторе? Следует придумать нечто достойное. Иногда я за свои проделки лишалась денег на поездки и мыла полы. Можно сказать, эти наказания были самыми щадящими.       — Убила бы их, — усмехнулась я, затягиваясь сигаретой. — Когда-то мы наказывали именно так...       — Я поддержу любое твоё решение, — серьёзно отозвалась Биби.       — Ты что? — забеспокоился Булл.       — Я вообще-то шутила, — произнесла я, потирая красные щёки. — Что мне... Эти отпрыски...       — Ты бы провела обыск в их комнате, — подсказывает Ворон. — Мало ли, чем занимаются...       — Сейчас.       Я потушила сигарету об бетонную стену и отправила окурок в сугроб. Выпрямилась, потянулась. От мороза заледенели пальцы. Пора возвращаться в тепло.       В компании друзей я добралась до жилого корпуса. Комната «14А». Как совпало. Именно в той, где жила я. От этого ненависть к двум бунтарям возрастает вдвое.       Распахнула дверь. В нос ударил очень знакомый запах стирального порошка из-за чистых постелей. На меня смотрели четверо. Мэнди притаилась на верхнем ярусе правой кровати, копошась в своём рюкзаке. Честер закончил выкладывать книги на стол, Драко протирал гитару, а Мелоди на нижнем ярусе обновляла макияж, удерживая в ладонях маленькое зеркальце. Последние двое испытали испуг, Честер прикрыл рот и хихикнул, Мэнди любопытно склонила голову.       — Имею догадку, что вы занимаетесь незаконной деятельностью, — я показала пальцем на Честера и Мэнди. — Так что сами решайте, сотрудничать со мной или нет. Я выверну всё.       — Вы обыщите нас? — спросил Драко.       — Именно. Обыщу.       Первым делом я занялась гигантской тумбой с множеством отсеков. Здесь хранятся школьные принадлежности, одежда, бытовуха. Я выдвинула каждый, покопалась, если сомневалась.       — Нам нечего прятать, — невинно выдал Честер, сев на край стола.       Им я не верила. Из чего-то же создали тот снаряд, который бросили при встрече. Правда, в ящиках чисто. Сплошные личные вещи и не более.       — Встали с кроватей, — приказала я.       Дети повиновались, устроились у выхода. Я тем временем переворачивала подушки, залазила под матрасы. Знаю я их нычки. Под матрасом у Драко нашлась пачка сигарет.       — Я конфискую это, — продемонстрировала пачку им. — Знали бы, как это вредно.       — А от вас несёт куревом! — захихикал Честер. — Что, правда вредно?       Я сверкнула в него неодобрительным взглядом. Продолжила искать на столе, под столом и полу. Последний жест. Я схватилась за подоконник, в надежде, что его не чинили.       Деревяшка скрипнула, отошла от места. А в нише... Чего только нет. Пакетики с какими-то порошками, тряпки, маленький котелок, книга по зельеварению. И самое мерзкое — пакетик с дохлыми крысами.       — Как вы узнали?! — ошеломлённо выпалил Драко.       Я злорадно улыбнулась.       — Вы ничего от меня не скроете, — произнесла, цокнув языком. — А здесь у вас, я вижу... Приблуды для зельеварения?       Развернулась к детям, ждала от них объяснений. Честер выглядел удивлённым, Мэнди стояла с открытым ртом, а Драко нервно жевал губу.       — Говорила я, Честер, к добру это не приведёт, — строгим тоном выдала Мелоди.       — Да я...       — Мне самой спрашивать, что это? — обратила к себе их внимание я. — Или сразу забрать?       — Забирайте, — сказала Мэнди. — Мы не скажем, что это.       Я развернулась, похватала всё из ниши. Взяла в руки котелок, забросила в него все находки. Захватила книгу, вернула деревяшку на место.       — И да, наказание, — вновь поворачиваюсь. — Вы двое, — указала двумя пальцами на Мэнди и Честера. — Без денег на поездку. Так же прямо сейчас вы идёте и на моих глазах моете картины. Усекли?       — Так скоро урок!... — запротестовала Мэнди.       — Ничего! Успеете!       Драко и Мелоди вернулись на свои места, с любопытством поглядывая на меня. Я кивнула в сторону выхода, заставляя Честера и Мэнди покинуть комнату. В коридоре отправила их за ведром и тряпкой. Хоть вытереть можно. В моё время картины не были покрыты стеклом. Снимать не придётся.

***

POV Мэнди

      А мисс Мурр не пальцем деланная. Вывернула все тайники, забрала ингредиенты Честера. Он же все деньги на них тратил! Прикупил котелок, варил и экспериментировал. Теперь мы лишены всего, вдобавок, денег на поездку в Омут. Она не та, кто закроет глаза на наши выходки. Она думает, что способна поставить нас на место. Ошибается.       Энтузиазм натворить делов не потух, наоборот, разгорелся сильнее. Словно хочется выжать по максимуму наказание. Хочется посмотреть на гнев и рассмеяться. Если бы новая воспитательница игнорировала нас, как все учителя, мне бы не приходило в голову натворить шкоды. Адреналин, мать его! Мы с Честером торчим на этом веществе, казалось, с самого рождения.       — Может, не надо?       Наша комната. Почти, что отбой. Ждём, когда нас навестит воспитательница. Честер в угрюмом настроении сидит, щёлкая чипсы. Драко наполнял тишину струнами гитар, а Мелоди колебалась, укладывая свою одежду в тумбе заново, ведь мисс Мурр перелопатила нам все отсеки.       — Ты боишься, — подначила я с ехидной ухмылкой.       — На понт берёшь? — Мелоди развернулась, нахмурилась. Пригладила розовую чёлку. — Да, боюсь. И мне не стыдно в этом признаться.       — Серьёзно? Жить в этой помойке и бояться оборотней? — подал голос Честер.       — Драко останется и я останусь, — отрезала Мелоди, задвигая ящик.       Я глянула на Драко. Его взгляд упал в пол, пальцы медленно дёргают струны. Казалось, он исполняет какой-то похоронный марш. Мелодия имела упадническое настроение.       Ясно, за парня хватается. Драко наверняка одобрит, захочет с ней уединиться здесь. Меня наполняло лёгкой обидой. Я не хотела обижаться на тех, кто не такие, как мы.       — Да ты бы сходила, — на удивление, выпалил Драко. — Проветришься перед сном. У тебя же с ним проблемы?       — Проблемы, — кивнула Мелоди. — Потому что не могу спать спокойно, пока комната дрожит от выстрелов!       Дело в том, что оборотни иногда проникают к нам, несмотря на защиту. Как правило, ночью. И наши охранники ликвидируют их своими ружьями. Нас с Честером это не напрягает, а вот этих двоих очень даже. Наши различия иногда мешают нам ужиться вместе. Драко и Мелоди смахивают на посредственных, зацикленных на стереотипных вещах подростков. А мы с Честером... Отшибленные?       — Не будем шуметь, на нас не нападут, — продолжаю убеждать я.       — Поверь, это прикольное дело! — подключился Честер.       Я мимолётно взглянула на него. В диалоге с товарищами тот старательно держит позитивный вид. Но я то знаю — стычка с мисс Мурр подорвала его настроение. Такой он у меня. С маской.       — Мы с Честером гуляли и не один раз, ты же знаешь! — я всплеснула руками. — Это круто, адреналин!       — Не нужен мне ваш адреналин, — невесело хмыкнула Мелоди. — Вы... Специально хотите нарваться на неприятности.       Мы с Честером обменялись шкодливыми улыбками. Она права. Но этого озвучивать я не буду.       — Правда, Мелоди, — выдаёт Драко. — Будь смелее.       — Если что — это была моя идея.       Я готова, даже хочу принять на себя этот удар, если нас заметят. Пусть это будет поблажка для Мелоди. Не жалко.       Мелоди стояла в нерешительности. На моём лице медленно растягивается улыбка, голова склоняется в бок. Ну согласись же ты! Втроём веселее!       — А ты чего не пойдёшь? — Мелоди взялась за Драко.       — Я... Забыл написать вероучение.       Как неуверенно зазвучал его голос. По тону так и ясно — никакое вероучение его не волнует. Просто желает остаться один для своих целей. Каких — неизвестно. Но я догадывалась... Луми. Старшеклассница, на которую он положил свой глаз. Не хочу расстраивать Мелоди. Не хочу видеть слёз на её глазах, не хочу слушать ссоры в стенах нашей комнаты. Пускай остаётся так, как есть. Может, Драко однажды решит, кого он любит и перестанет играть в двойного агента.       К двери приблизились шаги. Мы вчетвером тут же разлетелись по своим койкам. Честер сложил пачку чипсов и засунул под подушку, Драко отложил гитару. Дверь распахнулась. Её мы ожидали увидеть — Шелли Мурр.       — Отбой, — командирским тоном произнесла она.       — Мы уже ложимся спать, — убедила я.       Для виду натянула на себя одеяло. Захотелось демонстративно зевнуть, но это было бы слишком. Мисс Мурр обвела всех глазами, скрестила руки.       — Не вижу, чтобы вы были в пижамах.       — Мы сейчас, — подал голос Честер. — Хотите, зайдите позже и проведайте нас.       Ну и нахрена ты это сказал?! «Позже» мы будем за пределами территории интерната, болван!       — Спокойной ночи, — с холодным лицом пожелала мисс Мурр и захлопнула дверь.       — И вам... — послышалось от Мелоди.       Вдобавок она потушила свет. Комната погрузилась в темноту. Я тут же спрыгнула с верхней койки и стукнула по выключателю.       — Пора, — объявила я. — Ты идешь?       Мелоди поднялась со своей койки. По лицу видно, что не хочет.       — Ладно, — выпалила она. — Только не долго, договорились?       — Туда-сюда и вернёмся, — одобрительно выдал Честер.       Мы принялись одеваться, за окном зима, как никак. Нашей вылазке помогает решётка за окном — она держалась на одном болте. Не знаю, из-за чего она так. Плохой ремонт, или кто-то специально её такой оставил... Впрочем, неважно. Я натянула и закрыла молнией замшевую куртку, надела джинсы, сверху пришлёпнула шапку. Ждала, когда остальные оденутся.       Мы подошли к окну, распахнули его, загоняя внутрь холод.       — Я закрою, — сообщил Драко.       Втроём вылезли наружу, ступили на снежное покрытие, похрустывая. Драко, как и сказал, захлопнул за нами окно. Впереди — темнота. Но нам нечем было освещать путь.       — Холодно... — Мелоди обняла себя.       — Не ной, — бросила я.       Осмотрелись на предмет охранников. Лучей фонариков не виднеется. Значит, территорию никто не осматривает. Пробивая себе путь через снег, двинулись к воротам. И правда, дьявольский мороз. Пар вырывается изо рта.       — И чем это вас так веселит? — жалобным голосом донеслось от Мелоди.       — Выйдем и будет весело, — произнёс Честер, натягивая шапку до самых бровей.       У ворот тоже никого. Пустота, темнота, отдалённый вой и скрип снега от наших ботинок.       — Перелазить? — спросила Мелоди.       — Именно. Я помогу.       Сначала помог забраться мне. Я выпрыгнула наружу, присев на колени. Следом перебралась Мелоди, а последним Честер.       — А если оборотень?       Как же она достала со своими страхами. Но я ничего не скажу, постараюсь успокоить.       — Не будет оборотней, если не шуметь.       Медленно пошли по вытоптанной колёсами дорожке. Под слоем снега чувствуется слабый лёд, наши ботинки беспощадно раздавливали его. Я запрокинула голову вверх, уставилась на звёзды. Небо сегодня чистое. И как же прекрасно — здесь нам дана свобода. За забором этого злосчастного детдома. Можно сделать, что угодно. Но Мелоди правильно боится — можем напороться на оборотня.       — Как думаете, мисс Мурр правда убивала? — заговорил Честер.       — Да херня всё это, — бросила я, разглядывая безграничное небо.       — Я не знаю, почему тот пацан так об этом сказал... — колебалась Мелоди. — Но это явно неспроста.       — Ага! Сейчас бы убийца был нашим воспитателем! — высмеяла её я. — Расслабьтесь вы.       Но лицо Честера было искажено любопытством.       — Ты что, поверил?       — От неё веет таким... Странным чувством.       Вот в этом он был прав. От мисс Мурр пахнет самой настоящей смертью. Но это вполне отвечает её внешности! Мрачная, бледная, черноволосая... Конечно, от такого человека будет не по себе.       — Забей. Она просто жуткая, — ответила я. — И судя по всему, злая.       — Обычная воспитательница, — выразила своё мнение Мелоди. — Нечего творить херню, а потом жаловаться, что воспитатели плохие...       Где-то неподалёку хрустнула ветка. Мы зависли на месте. Было бы это обычным звуком, если бы далее не было... Тяжёлых шагов. Да, это они. Их не спутать с обычным шумом леса. Переходящие в бег, они направлялись к нам.       — Боже! — вскрикнула Мелоди.       Я уставилась туда, откуда исходит звук. Ночное зрение у меня слабое, но к этому времени оно успело адаптироваться к окружению. Я видела его. Чёрный силуэт. Рычащий. Жаждущий. Моей плоти.       — Твою мать! — закричал Честер.       Мы моментально бросились в разные стороны. Куда угодили эти двое — не знаю, но я выбрала убраться в чащу. Зря, наверное. Там мне некуда бежать. Может, попробовать сделать круг и обойти?       Ноги активно перебирали снег. Несмотря на тяжесть ходьбы, я неслась, как бешеная. В ушах стучала кровь, глаза стараются не напороться на сосны. Я слышу его! Он выбрал меня! Бежит за мной!       Я бегу дальше, стараясь не поскользнуться и упасть. Как же тяжело пробираться сквозь снег! А звериное дыхание всё ближе, так и чувствуется, как мою спину вот-вот рассекут длинные когти. Вдали виднеется лишь плотная чаща. Я обречена. Сейчас меня сожрут.       Я развернулась и прижалась к веткам исполинского куста. Он почти нагнал меня. Оставалось всего пару метров. Дыхание зверя разрезает уши.       Я опустила веки, закрыла лицо ладонями и сжалась. Не таким я видела свой конец. По такой глупости... Ну, хоть Честер и Мелоди сбежали. Им ничего не угрожает.       Лес освещает резкая вспышка, так же, как и громкий звук выстрела. Я отодвинула правую ладонь от лица. Оборотень пал, а меня частично забрызгало кровью. Глаза ослепляет фонарик. Его держит...       — Мэнди Фас... — раздражённый голос.       Не знаю, убивала ли мисс Мурр кого-то на самом деле, но это убийство оборотня только что спасло меня от кончины.

***

      — И что вы себе думаете?       Нас троих отвели в кабинет. Мы все смотрим в пол, не выдавая ни звука.       — Нравится лазить по ночам, да?       Мисс Мурр прошлась по нам вызывающим взглядом. Её скрещённые руки подрагивали от ярости.       — Язык что-ли проглотили? Я к кому обращаюсь?       Пора действовать во благо своим друзьям.       — Это моя идея, — выпалила я. — Отчитывайте меня, сколько захочется. Но они... Не виноваты.       — Мне без разницы, кто из вас это придумал, — отвечает мисс Мурр. — У вас присутствуют хоть какой-то инстинкт самосохранения?       Мы сидели на лавочке, прижимаясь друг к другу плечами. Я чувствовала, как Мелоди подрагивает. Из-за испуга и стресса она начинала плакать.       — Ты.       Я подняла глаза. Мисс Мурр указывала на меня пальцем.       — В следующий раз я специально не буду за вами идти. Если вы думаете, что я понесу какую-то ответственность за то, что вас сожрут оборотни, ошибаетесь.       — Неправда, — выдал Честер. — Вы ответственны за нас.       — Молчать!       Честер вновь повесил голову. А я глядела прямо в чужие карие глаза. Словно пыталась переманить на себя внимание. Но они редко встречались со мной. Не хотели зацикливаться только на мне.       — Хочешь знать — это будет просто несчастный случай, — объяснила воспитательница. — Я лучше тебя знаю этот интернат, мальчик.       — Я-я не хотела... — всхлипывает Мелоди. — Меня заставили...       — Да, это я её заставила, — защищала я. — Хотите, оставьте только меня, я всё выслушаю.       — Так и сделаю, — мисс Мурр махнула рукой. — Честер, Мелоди, идите...       Эти двое поднялись со скамейки и неспеша ступили за дверь.       — Я вам даю предупреждение, — вдогонку кинула им она. — Ещё раз узнаю... Изолятор сейчас пустой. Помните.       — Изолятор? — спросила я, когда дверь наконец-то захлопнулась.       — В медпункте обязательно найдётся, — объяснила мисс Мурр. — И так...       Положив палец на резинку штанов, она оттянула их вниз, а другой рукой подняла футболку. Моим глазам показался длинный шрам, уходящий от ребра к бедру. На нём были маленькие поперечные полоски — следы операции.       — Как думаешь, откуда?       Я покачала головой, мол, не знаю. Мисс Мурр неожиданно смягчилась в лице, отпустила свою одежду.       — Я тоже когда-то здесь училась, — произнесла она. — Так же, как ты, сбегала ночью в лес. Хотела подготовиться к побегу. Как думаешь, почему в твоей комнате слабо держится решётка?       Я застыла в одной позе от удивления. Не хватает упавшей вниз челюсти.       — Тогда меня задел когтём оборотень. Воспитательница меня жестоко избила за это. Хочешь такой же след?       Я не знала, что сказать. Сглотнула от недоумения. Мисс Мурр шагнула ближе.       — Именно поэтому я хочу сделать это.       Я успела только прикрыть глаза. Чужая рука замахнулась на меня и крепко врезала по щеке. Мисс Мурр отошла, выражая на лице злорадное удовольствие.       — Я вижу, какие вы, — продолжила она. — Будете пакостить... Я буду советоваться с директором. Вас отправят туда, где вас будут наказывать за любой чих.       — Я поняла, — выдала я. — Мы больше не будем...       Слабые слова. Определённо слабые.       — «Мы больше не будем!», «Простите нас, пожалуйста!», — мисс Мурр по злому засмеялась после того, как спародировала. — Толку столько же, сколько в пустой кружке. Не верю я тебе.       — Хорошо, я докажу поступками, — я приподнялась со скамейки. — Можно идти?       — Иди. Ты всё услышала.       Зазвонил стационарный телефон на столе. Мисс Мурр не взяла его, стукнула по кнопке, заставляя молчать.       Теперь воспитательница нагоняла страха. Более того — уважение. Она явно не потерпит нас с Честером. В ней есть силы бороться с нами. Её обещания не звучат пусто. Боюсь, если мы продолжим, нам прилетит что-то похуже наказания...       Я покинула кабинет, отдалилась. Услышала, что мисс Мурр тоже вышла. Не успев завернуть в другой коридор, решила обернуться. Та издалека демонстрировала мне средний палец. И тут же спрятала ладонь за спину, когда я это увидела.

***

POV Шелли

      Вроде как, мне удалось повлиять на этих двоих. Я усилила над ними контроль, дважды проверяла до и после отбоя, навещала их в случайное время. Пока им не лезет в голову творить хрень. Буду горда собой, если мне удалось их напугать. Заработала некий авторитет... Единственный изъян — их оценки. Если Честер вытягивает их хотя бы по химии, у Мэнди всё плохо по каждому предмету. Я уделяю этому внимание, провожу беседы, но не более. Не мне проваливать экзамены, всё-таки.       Так и прошла неделя в интернате. Далее меня ждёт вторая, выходная. Вестей из дома я не получала, но неоднократно в общежитии трещал телефон. Я ни разу не подняла его, не ожидала, что звонят именно мне. Не знаю, как там Кольт и Макс. Первый, вероятно, потерял ко мне влечение и не чувствует нужды со мной разговаривать, или хотя бы спросить «Как дела?».       Возвращаясь домой, прикупила шоколадок. Макс от них в восторге, а мне хотелось бы наладить с ней контакт. Чтобы больше не видела во мне ту дуру, что сидела напротив Эдгара и спорила, кто будет жертвовать жизнью ради уничтожения Контракта. Пусть считает, что я нормальный человек.       — Привет! — поздоровалась она, когда я явилась домой, начиная стаскивать с ног ботинки. — А где Кольт? Не знаешь?       — Где Кольт? — переспросила я. — В смысле?       — Он не приходит домой уже пару дней, — объясняет Макс, забирая из моих рук сумки. — Ты не знаешь?       Недоумение. Я покачала головой, впадая в него. Куда мог деться Кольт? Не мог же сбежать?       — Ушёл на работу и не вернулся, — продолжает Макс. — Может, что-то случилось?       Я тем временем стянула куртку, прошла вслед за Макс на кухню.       — Не знаю, — честно ответила я. — Может, его сожрал оборотень.       Та удивлённо на меня взглянула. Её явно насторожила безразличность моего ответа.       — У тебя есть его рабочий номер? Просто у меня нет...       Я пожала плечами. Склонившись над пакетом, начала раскладывать продукты по своим местам. Сыр — в холодильник, полуфабрикаты — в морозилку, печенье — на стол. Макс шаталась рядом, явно думает, что сможет из меня что-то вытянуть.       — Тебе что, фиолетово?       Я подняла голову. Грустно усмехнулась. Беспокойства во мне и правда мало. Куда Кольт пропадёт? Он дежурный, вооружённый. Мало ли, чем он занимается на работе.       — Можно и так сказать.       — Как же так? Он же твой парень!       На лице Макс показался ужас.       — Хотя, если честно, я со стороны вижу, что ты его не любишь...       Восхитительный вывод! И что? Что меня ответить? «Да, так и есть, Кольт мне в целом не нужен»?       — С чего ты это взяла? — спросила я, забросив на полку пакет с апельсинами.       — Ну... Ты не проявляешь к нему никаких жестов. Ты даже ни разу не позвонила нам, пока была на работе!       — Я была слишком занята, — отмахнулась я. — Понимаешь, я не только учитель, но ещё и воспитатель.       — И что? Не было хоть малейшей свободной минутки?       Я посмотрела Макс в глаза. Сейчас она выводила меня из себя. Словно ругала за то, что я не выполняю обязанности достойного партнёра. Зачем ей в это лезть? Её и так приютили, приносят еду, дают ночевать!       — Знаешь... Не твоё дело, — ощетинилась я.       Макс продолжала смотреть на меня косо.       Накатил вечер. Нам вдвоём было скучно в квартире. Макс ушла с головой в чтение книги, не вылазила. Я же готовила ужин. Наш разговор заставил поставить перед самой собой вопрос: правда ли я волнуюсь за Кольта? Если он отсутствует дома несколько дней, может, случилось нечто ужасное? Но что? Что может случиться у дежурного охотника? В любом случае, я его не ждала. Готовила пасту в соусе на двоих.       Звонок в дверь. Это заставило меня отвлечься от плиты, выйти в коридор. В глазке меня ждал, на удивление, Кольт. Я тут же распахнула дверь.       — И где ты был?       Он выглядел взъерошенным, судя по лицу, настроение у него плохое. Поперёк джинсовки ремень от сумки. Он вошёл, ничего не говоря.       — А ты что, не знаешь?       Меня напрягает его раздражённый взгляд.       — Меня укусил оборотень. Хотели сдать в диспансер. Товарищ помог подделать анализы. Поэтому и отпустили.       Я ничего не ответила. Не испытывала жалости, ужаса. Ничего меня не тронуло. Оборотень и оборотень.       — Я не знала, — окрашенный в серый ответ.       — Пайпер тебе звонила несколько раз, — наезжает Кольт. — Тебе на работу, — с ещё большим нажимом.       — Ты что, оборотень?!       В коридор вылетела Макс. Её выражение лица, в отличие от моего, излучало шокированную эмоцию.       — Да, — Кольт повесил на крючок джинсовку.       — А почему... Ты не хочешь в диспансер?       Теперь на Макс смотрели мы вдвоём.       — Почему не хочу? — Кольт грустно улыбнулся. — Диспансер — место, в которое заходишь и больше не выходишь. До конца будешь под наблюдением. Никакой тебе работы, дома, и свободы.       — Ну, да. Белль рассказывала, — Макс потёрла шею.       — Пойдём, покурим, — предлагает Кольт, извлекая пачку сигарет из кармана джинсовки.       — Вперёд, — я подхватила свою.       Мы вышли на балкон. А ведь он даже не поцеловал меня, не бросился в объятия. Словно по лицу прочитал — его не очень-то и ждали. Я не собираюсь это исправлять. Нет зелья — нет любви. Я не жалею. Пока суетилась на работе, было не до отношений.       — И как твоя работа? — поинтересовался Кольт, когда мы вышли на балкон.       Сил на долгие рассказы у меня тоже нет.       — Нормально, — я поднесла зажигалку к сигарете. — Слежу за детьми, провожу уроки...       Кажется, у нас вообще нет тем для разговора. Мы словно не интересуем друг друга. И если это раньше было только с моей стороны, то теперь с обеих. Возможно, Кольт обижен на моё безразличие.       — Тебе всё равно на меня? Вот... Честно?       Я выпустила сигаретный дым, потёрла глаза. Взглянула на Кольта. И мой ответ складывается из пары слов:       — Я просто не паникую.       Знаю, он недоволен моей реакцией. Ожидал шока, потрясения, ужаса. Но мне правда по барабану.       — Придётся выводить тебя в лес, когда ты будешь превращаться, — вздохнула я.       — Я не знаю, как это работает. Как я узнаю, когда это должно произойти?       — Пенни как-то догадывалась, — я пожала плечами. — Это вся помощь, которую я могу тебе оказать.       Мы молчали. Неловко отчасти. Выпускали дым, думали о чём-то своём. Вдоль наших отношений пошла трещина.       — Помнишь, у тебя была рана на ключице после того, как ты убивала оборотня?       — Что?       — Ну... Здесь.       Кольт оттянул воротник свитер и ткнул пальцем в ключицу. Я взялась за футболку, глянула на свою. Маленькая дырка продолжает оставаться на прежнем месте, позеленевшая. Действительно странно, что она не затянулась спустя годы.       — А это признак полуночной болезни, — заключил Кольт, сильнее склоняясь над перилами.       — Я ни разу не превращалась.       Тот пожал плечами. Больше нам точно разговаривать не о чем. Всё, что я могу сделать для него — выводить по ночам в лес. А дальше Кольт сам решит, нужна ли я ему. Такая холодная, безразличная, даже не отвечала на звонки.       Трещина проходит дальше с каждой секундой. В конце-концов Кольт плюнул на улицу, потушил сигарету и оставил меня на балконе одну.