Глава 14

Мы сидели с Пашей на открытой террасе небольшого скандинавского кафе, которое было спрятано в тихом переулке недалеко от центра города. Вокруг — низкие деревянные столики, старые фонари по углам, легкий осенний ветерок играл в желтых листьях, что лежали под ногами. Людей было немного — несколько пар и небольшие группы друзей негромко общались, наслаждаясь теплым осенним днем. Свет тусклых ламп создавал уютную атмосферу, но я ощущала внутреннее напряжение. Паша, как и в первый раз, казался дружелюбным и простым парнем. Никакой напряженности или скрытых мотивов, просто обычный парень, который мог бы стать хорошим другом. Но сейчас всё, что происходило вокруг, казалось мне второстепенным — в голове крутился только VD и его связь с Дмитрием. — Ты меня так заинтриговал своим сообщением, что я сорвалась с работы прямо посреди дня, — сказала я, стараясь казаться расслабленной, хотя внутри всё дрожало от волнения. Паша слегка виновато улыбнулся и пожал плечами. — Ой, прости, я не знал, что ты была на работе, — сказал он. — Надо было, наверное, вечером написать, чтобы не беспокоить. — Всё нормально. — я махнула рукой. — Коллеги прикроют, если что, — ответила я, стараясь скрыть свое нетерпение. Паша снова улыбнулся, легко, безмятежно, как будто он не ощущал того напряжения, что охватило меня. Он поиграл соломинкой в стакане с напитком и, посмотрев на меня, шутливо сказал: — Ладно, не буду тянуть. Я вижу, как ты уже глазами съедаешь меня, — его улыбка была широкой и почти детской. Я почувствовала, как лицо вспыхнуло. "Ария, держи себя в руках," мысленно сказала я себе. Хоть Паша был симпатичным парнем и явно не испытывал ко мне злых намерений, я должна была сохранять самообладание. Особенно учитывая все мои подозрения вокруг VD и возможной связи с Дмитрием. — Да нет, что ты, просто... интересно же. Ты меня заинтересовал, — ответила я, стараясь вернуть в голос нотку легкости, но внутри меня кипел водоворот мыслей. Паша, оперевшись на стол, начал рассказывать, как во время одной из его недавних смен к ним в кафе пришёл его шеф с каким-то мужчиной, которого Паша раньше не видел. — Они пошли в кабинет начальника, — рассказывал Паша, — и, видимо, не до конца закрыли дверь. Я случайно услышал обрывки их разговора. Знаешь, это было что-то вроде обсуждения выставки и подготовки новых картин. Каждое его слово попадало в меня, как пуля. Я ждала, что же дальше. Паша продолжал: — Этот мужчина держался очень сдержанно, говорил ровным голосом. Но в его манере было что-то...не знаю, как объяснить, он будто знал, о чём говорит, с абсолютной уверенностью. И вот что интересно — он упомянул что-то о том, как важно сохранять анонимность и конфиденциальность. Это было странно, ведь у нас в кафе выставляются разные художники, и они не скрывают своих имен. VD — единственный, кто остаётся в тени. Я напряглась, пытаясь связать его слова с образом Дмитрия. Может ли это действительно быть он? Но пока всё оставалось неясным. — И ты думаешь, что этот мужчина был VD? — спросила я, стараясь не показывать своего волнения. — Ведь художников у вас правда много. Паша задумался, наклонив голову. — Ну, этот мужчина явно говорил о своей анонимности, и я подумал, что это может быть VD. Слишком уж всё совпадает. А кроме него никто из художников не просит сохранять тайну. Это действительно имело смысл, но был ли это Дмитрий? Образ мужчины в голове был пока слишком размытым. — Как выглядел этот мужчина? — спросила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Паша приложил палец к подбородку и нахмурился, будто вспоминая. — Ну... я обычно не привык пристально рассматривать мужиков, — отшутился он с нервной улыбкой, — но он был высокий, брюнет, одет аккуратно, не строго, но консервативно. Часы золотые на правой руке... в общем, это всё, что я смог запомнить. Я начала сопоставлять это описание с образом Дмитрия. Всё вроде бы сходилось, но это был такой поверхностный портрет. Высокий брюнет с часами — это мог бы быть каждый второй мужчина. Однако в голове всплыли слова Дмитрия, которые он как-то обронил на одном из сеансов. Он говорил, что состоит в закрытом клубе коллекционеров, и у него дома есть картины VD. Связать это с тем, что я слышала от Паши, было сложно, но что-то в этом было... — Ты бы узнал этого мужчину, если бы увидел его ещё раз? — спросила я, надеясь на более чёткий ответ. Паша кивнул. — Думаю, что да. Я его запомнил достаточно хорошо, чтобы узнать. В этот момент я вспомнила о рекламной брошюре с услугами Дмитрия, которая лежала у меня в кошельке. Я не знала, почему сохранила её, но теперь это могло стать ключом. — Погоди... — сказала я, суетливо копаясь в сумке в поисках кошелька. Пальцы дрожали от волнения, когда я нащупала кошелёк и вытащила его. Открывая его, я почувствовала, как сердце наращивало свой ритм. Если Паша увидит фото Дмитрия и узнает его, это может подтвердить мои догадки... или разрушить их. Но когда я достала брошюру, моё лицо побледнело. Она была разорвана — и на той части, что оставалась у меня, не было фотографии Дмитрия. Только его контакты и адрес, где он принимает. — Вот черт... — прошептала я, чувствуя, как весь мир снова окутывает неопределённость. Паша посмотрел на меня удивленными глазами, явно ожидая объяснений. Его взгляд немного напрягал, заставляя меня чувствовать себя неуютно. Внутри всё кричало: "Нельзя, не надо!" Я заставила себя тяжело вздохнуть и, создавая видимость, что не придаю этому значения. — Хотела кое-что показать... но, кажется, потеряла. — Мой голос был нарочито непринужденным, как будто это не было столь важно, хотя внутри всё сжималось от разочарования. — Это как-то связано с VD? — спросил Паша, и в его голосе прозвучал искренний интерес. Я коротко кивнула, отводя взгляд. — Возможно... Но уже неважно, — ответила я, стараясь скрыть любые следы эмоций. Я не собиралась говорить ему о Воронцове. Это вызвало бы слишком много вопросов, на которые у меня не было ответов. Или, что ещё хуже, вопросы, на которые я не хотела отвечать. Объяснять, почему у меня в кошельке визитка психотерапевта и как он связан с VD, было бы просто лишним. Да и сама мысль об этом казалась слишком запутанной и личной, чтобы посвящать в это Пашу, каким бы приятным и дружелюбным он ни был. Паша просто кивнул с пониманием, но между нами повисло неловкое молчание. Я ощутила его напряжённость, как тяжёлый груз, давящий на плечи. Чтобы скрыть своё беспокойство, я стала бесцельно листать меню, хотя уже давно знала его наизусть, затем помешала свой напиток, даже несмотря на то, что его почти не осталось. Все эти мелочи помогали мне хоть как-то занять руки и не думать о возникшей неловкости. Наконец, Паша прервал тишину. Его голос звучал оживлённо, будто он нашёл что-то, что могло вернуть нас в более комфортную зону общения. — Так вот я к чему веду. Кажется, в арт-кафе скоро снова будет выставка VD с новыми его работами. Мои глаза сразу же загорелись интересом. Это могло быть не просто встречей с творчеством, но и шансом увидеть что-то большее, возможно, получить ещё одну подсказку. — Когда? — спросила я с неподдельным любопытством, подаваясь вперёд. — Пока не знаю точно, — ответил Паша, пожав плечами, — но как только получу информацию, сразу маякну тебе. — Буду ждать, — сказала я, чувствуя, как внутри меня всё заполнилось тихой радостью. Эта новость порадовала меня не только потому, что VD снова напомнит о себе и, возможно, прольёт свет на свои тайны. Я была действительно заинтересована в его творчестве. В прошлый раз я ушла из кафе с ощущением, что эти картины говорят мне больше, чем я могла уловить тогда. А теперь я хотела погрузиться в этот мир снова, но уже без компании Макса и Лизы, которые так и не поняли ни одного из его произведений. Мы с Пашей рассчитались за столик и, обменявшись парой фраз на прощание, разошлись. Он пошёл в одну сторону, а я собралась бежать обратно на работу. Однако, когда я проверила телефон, то увидела сообщение в групповом чате с коллегами. Лиза написала:"Можешь не приходить, людей мало, а начальства сегодня не будет." Я остановилась, прочитав это, и внутри разлилась приятная волна облегчения. Воспользовавшись этим шансом, я мысленно вздохнула с облегчением, улыбнувшись сама себе. Впереди у меня был свободный вечер, и теперь можно было позволить себе немного расслабиться. Я вернулась домой, усталость навалилась на меня сразу, стоило только переступить порог. Быстро приготовила себе рис с овощами на сковородке — что-то простое, лишь бы утолить голод. Правда, аппетита не было. Я едва съела половину, остальное поставила в холодильник, надеясь, что завтра смогу доесть. Закутавшись в плед, я включила на ноутбуке какой-то фильм. Новый, кажется, недавно вышел, но меня совершенно не цеплял. Сюжет проходил мимо, образы мелькали перед глазами, но я думала совсем о другом. Вдруг на ум пришло детство. Как странно, что теперь у меня есть доступ ко всему — к фильмам, книгам, новостям. А в детстве, в секте, я даже не знала, что такое телевизор. Нам внушали, что он — изобретение дьявола, что через экран он управляет людьми, проникает в их души и затягивает на свою сторону. Мой взгляд упал на телефон, и я рефлекторно начала листать его, чтобы отвлечься от тяжелых воспоминаний. Захожу в WhatsApp и неожиданно замечаю контакт Дмитрия. Он был онлайн десять минут назад. Я прежде не задумывалась о его фотографии в профиле, но сейчас что-то подтолкнуло меня открыть её. На снимке он был не в рабочем образе, как я привыкла его видеть. Вполне обычная, но элегантная и привлекательная фотография. Дмитрий в черной рубашке, чуть расстегнутой на воротнике, стоял где-то на улице в тени, боком к камере, но с тем фирменным спокойным взглядом, которым он всегда умел поглощать меня. Освещение было мягким, и тонкие лучи света подчеркивали резкие черты его лица. Его волосы были слегка взъерошены, что придавало образу ещё больше привлекательности. Я смотрела на это фото, словно не могла оторвать глаз. Он завораживал даже через экран, как будто притягивал меня каким-то необъяснимым магнетизмом. Неожиданно для самой себя, я сохранила фотографию у себя в галерее. "Зачем я это сделала?" — мелькнуло в голове, но ответ не нашелся. Телефон вдруг издал звук сообщения, и я вздрогнула. В груди кольнуло— сообщение было от Дмитрия. Как это вообще возможно? Только что думала о нём — и вот он пишет. Раньше он никогда мне не писал. Лишь я сама позвонила ему тогда раз, когда была в состоянии безысходности и агонии. Открываю сообщение и читаю: «Здравствуй, Ария. У нас завтра с тобой назначен сеанс в 17:00. Нужно перенести на 15:00. У меня после мероприятие.» Я невольно нахмурилась, чувствуя, как руки слегка дрожат от волнения. Дмитрий даже не спрашивал, удобно ли мне это, просто поставил перед фактом. Сообщение было чётким, властным, без какого-либо знака вопроса. Я не знала, что ответить. Разве тут вообще нужно что-то отвечать? Поспешно набрала: «Привет. Хорошо. Я приду в 15:00.» Телефон отложила в сторону, сердце всё ещё стучало в груди. Утешало только то, что завтра у меня был выходной. Хорошо, что Дмитрий просто поменял время, а не отменил сеанс совсем. Я очень хотела его увидеть после последней встречи, где его поведение у меня дома озадачило меня. Может, всё это было плодом моей фантазии, всплывшей из-за срыва? Может, мне показалось? Я попыталась снова сосредоточиться на фильме, но мысли продолжали крутиться вокруг его слов. Какое мероприятие у Дмитрия завтра? Не успела я об этом подумать, как телефон снова издал уведомление. Сначала я решила, что это снова Дмитрий, но это был Паша. «Ария, привет еще раз. Надеюсь, ты нормально добралась. Хотел сказать, что только что узнал о выставке VD. Она открывается завтра и будет проходить всю неделю.» Моё сердце снова замерло, и по телу пробежал холодок. VD... Завтра? Выставка начинается именно завтра. И Дмитрий перенес наш сеанс на более раннее время из-за какого-то "мероприятия". Слишком много совпадений. И вот наступает суббота. До сеанса с Дмитрием оставалось пятнадцать минут, а я уже опаздывала. Чёрт, я же никогда не опаздываю! Я ускорила шаг, но понимала, что все равно не успею — не смогла запрыгнуть в последний вагон метро, там было просто не протолкнуться. Теперь, с каждым шагом, меня накрывала волна раздражения и тревоги. О чём мы будем говорить? Что он спросит меня сегодня? А я? Спросить ли что-то? Или лучше дождаться, куда он сам поведёт наш разговор? Вот и знакомая дверь его кабинета. Без малейших раздумий я распахнула её и практически влетела внутрь, совсем забыв постучать. Я запыхалась, волосы растрепались, щеки горели от напряжения и спешки. Дмитрий стоял у панорамного окна, задумчиво глядя куда-то вдаль, и, казалось, даже не заметил моего появления. Он не спешил оборачиваться, но его присутствие ощущалось остро, даже физически. Атмосфера в комнате была странной, напряжённой, как будто у него на затылке действительно были глаза, которые прожигали меня насквозь. – Здравствуй, Дмитрий, прости меня, я немного опоздала, – я выпалила всё это одним дыханием, чувствуя себя неуютно. – В метро...я не успела, там все было забито людьми и... – Мои пациенты ценят моё время и не позволяют себе такой роскоши, как опоздание, – его голос прозвучал резко, как удар. Дмитрий даже не удосужился повернуться ко мне. Я застыла, растеряв все свои извинения. Всё, что оставалось, — это крепче сжать ремешок сумки, пытаясь найти опору хоть в чём-то. – Прости... В следующий раз такого не повторится. — я звучала виновато и неуверенно. — Это не зависело от меня... Я не виновата... – С чего ты взяла, что может быть следующий раз? – снова прервал он меня. Его слова прозвучали как приговор. Он наконец повернулся ко мне, и этот взгляд — холодный, отстранённый, с отголосками жестокости — заставил меня внутренне сжаться. Я не могла понять, что происходит. Почему он так говорит? Что я сделала не так? Я замерла, в груди всё сжалось, и мне стало трудно дышать. – Почему...почему его может не быть? – запинаясь, спросила я, чувствуя, как в горле пересыхает. Он медленно пошёл ко мне, словно нарочно удлиняя каждую секунду. Его шаги были выверенными, уверенными, и в этих движениях чувствовалась угроза. Казалось, будто всё в комнате сжалось вокруг меня, и даже воздух стал плотнее. Я не могла отвести от него взгляд. – Потому что если я так решу, – сказал он, приблизившись совсем близко, – так и будет. — его слова прозвучали с такой уверенностью, что в моей голове не осталось места для сомнений. Он подошёл ко мне вплотную, не отрывая от меня взгляда. Я почувствовала, как внутри всё переворачивается, словно что-то должно было вот-вот сломаться. И вдруг Дмитрий протянул руку, взял мою ладонь в свою и сжал. Я вздрогнула от неожиданности. Его рука была большая и сильная, его прикосновение было властным. – Что ты стоишь, как в первый раз? Проходи и садись, – он потянул меня за руку, чуть сжимая её, и усадил на диван. Я послушно опустилась на мягкую поверхность, ещё толком не осознавая, что происходит. Обычно он садился напротив, но в этот раз сел рядом, на этот же диван. Я замерла. Он был слишком близко. Это нарушало все привычные рамки, и мне стало не по себе. Я буквально не могла дышать. Я чувствовала его близость и ощущала, что в его поведении что-то изменилось. Он был грубее, чем обычно, и даже агрессивен. Я не понимала почему. Из-за того, что я немного опоздала? Да, это невежливо, но разве это повод для такой реакции?