Часть 10

      — Работать мне нужно, конечно, — согласился Михель, — но от того, что я потрачу один час, беды точно не случится. Другое дело, что сам я не готовлю, посоветовать не могу, если у вас там продукты не такие, как у нас. С другой стороны, по воскресеньям Магда ходит на рынок с Бастианом, он корзинку несёт. Овощей же много надо, это тяжело. В общем, смотри сама — если тебе советы Магды не нужны, то давай сегодня вместе сходим.       — С тобой я ходила бы и ходила… — улыбнулась Нелли. — Ну, раз ты говоришь, что не страшно — давай сходим. Ты хочешь на обед и ужин что-то определённое, солнце моё?       — Да все равно, я не привык перебирать, — ответил Михель. — Что ни приготовишь, всему буду рад. Можно курицу взять, будет на обед суп, на ужин мясо.       — Неприхотливый… — ненадолго задумалась Нелли. — Это, с одной стороны, хорошо. А с другой — я хочу, чтобы ты и питался тем, что любишь. Подумай пока, там выберем. Я вот люблю луковый суп по рецепту с моей родины.       — Я такого не пробовал, — признался Михель. — Что же, значит, надо лука купить. Ну, идём?       Он подал Нелли плащ, сам надел куртку, и они вышли. До рынка было недалеко.       — И снова забота обо мне… — покачала головой одевшаяся Нелли, шагая рядом с Михелем. — Слушай, солнце моё… Можно нескромный вопрос? Мы же только недавно познакомились — а уже стали парой, ты, как я поняла, уже подумываешь о свадьбе… Почему? Нет, я-то только рада, просто интересно.       — Я и сам удивляюсь, — признался Михель. — Как-то всё так стремительно… Я был бы рад, даже если бы ты просто жила у меня в доме. Такую красоту каждый день видеть! Ну а ты… То есть, я тебе, значит, тоже нравлюсь? Ну и что же тогда сомневаться? Красивее тебя я точно никого не найду.       — А ты сомневался в том, что ты мне тоже нравишься? — Нелли посмотрела на Михеля с улыбкой. — Ну ты даёшь… Разве я переехала бы именно к тебе, если бы это было не так? Однако мне не хотелось бы, чтобы ты любил меня только за красоту, — строго сказала она затем. — В конце концов, у меня, смею надеяться, ещё достаточно достоинств, кроме неё. Скоро ты увидишь их все… — последние слова женщина прошептала любовнику на ухо.       — Я в этом не сомневаюсь, — горячо ответил Михель. — А вот я-то тебе чем понравился? Был бы я красивым, как Лангер…       — Ты думаешь, я не видела, как ты на меня смотрел? — хихикнула Нелли. — И тогда, на майле, и вчера, у Рионы… На меня ещё никто так не смотрел. А красота — не главное вообще. Ты уже показал, что я дорога́ тебе — вот что важно.       Михель улыбнулся счастливо и смущённо... и устремился в рыночные ряды. Довольно быстро они заполнили корзину овощами, включая лук, бобами, крупой… Под конец совместными усилиями выбрали курицу.       Дома Михель поставил корзину на кухне и поспешил в мастерскую со словами:       — Ты сама разберись, что куда тебе удобнее положить…       Нелли только кивнула — и принялась за работу: ненужные овощи убрала в погреб, крупы — в лари. Однако, подумав немного, решила сделать обед из двух блюд — лукового супа, как собиралась, и отваренной курицы с бобами. Вымыв курицу и лук и промыв бобы, женщина порубила тушку на куски, положила в горшок с водой и поставила в печь, а затем разожгла огонь. Зря Нелли опасалась, что незапланированный перерыв пойдет во вред их общему хозяйству — работа прямо-таки горела в руках Михеля. Он чувствовал себя совершенно счастливым и одновременно осознавал, что должен теперь работать за двоих. Он-то думал, что сначала встанет на ноги, возьмёт ученика, а там и подмастерье, и только потом женится… Вот уж верно, загад не бывает богат.       Они вдвоём пообедали — суп был очень вкусный, и притом это заняло меньше времени, чем идти в трактир. И после этого недолгого отдыха Михель с новой силой взялся за работу.Теперь уж точно надо брать ученика. Должен же кто-то помогать Нелли по хозяйству…       Нелли смотрела на то, как Михель уминает приготовленное ею, и сердце её наполнялось радостью. Женщине вообще было приятно видеть, что людям нравится её стряпня, а тот факт, что на этот раз яства нахваливал человек, хоть и быстро, но прочно ставший для неё если не родным, то близким к этому, заставлял Нелли розоветь от удовольствия. Когда же Михель ушёл, предварительно получив от Нелли нежный поцелуй, женщина, по-быстрому вымыв посуду, решила на всякий случай ревизовать их запасы текстиля, и заодно присоединить к ним позабытую ещё с вечера корзинку с подарками Рионы.       После работы Михель поднялся в свою комнату, чтобы сменить рабочую одежду, серую от пыли, на ежедневную, и увидел, что Нелли навела в комоде порядок, сложив простыни и рубашки аккуратными стопками. Это навело его на здравую мысль, и за ужином Михель сказал:       — Знаешь, я хотел предложить тебе то ли на майл прогуляться, то ли в гости куда сходить. Но теперь я думаю, что у нас есть одно дело. Давай сходим к портному, закажем тебе новую одежду!       — А это не слишком дорого? — с сомнением отозвалась Нелли. — Может, пока денег накопим, потом уже сходим? Я могу и в этом ходить пока…       — Я же тебя не к тому портному зову, который бургомистра обшивает! — возразил Михель. — А хотя бы одно платье тебе точно нужно, на смену.       — Ну… Одно можно, — наконец неуверенно кивнула Нелли. — Надеюсь, не разоримся, — она улыбнулась. — Может, пусть оно сразу будет и свадебным?       — Может, на свадьбу ты оденешься, как вчера у Лангера на ужине? — спросил Михель. — Очень красиво и необычно! Но ты смотри сама, как хочешь. В любом случае это будет новое и нарядное платье.       Идти до портняжной мастерской было недалеко. Мастер окинул фигуру Нелли внимательным взглядом и забросал женщину вопросами про длину рукава, фасон воротника и прочее.       — На ваше усмотрение, — улыбнулась Нелли, останавливая расспросы. — Я прибыла издалека, и ещё не слишком хорошо разбираюсь в местных фасонах.       Идея Михеля насчёт свадебного наряда Нелли понравилась, и женщина решила, что так и сделает. Портного, кажется, порадовала возможность шить на своё усмотрение. Мерки он снял довольно быстро, примерку назначил через неделю.       — Ну, а теперь можно и на майл, если хочешь, — предложил Михель.       — Пойдём, — улыбнулась Нелли. — В прошлый раз я там одна была, а сейчас — уже с женихом… Как быстро меняются времена, — она усмехнулась. — И меняются к лучшему.       Майл встретил их уже знакомым людским гомоном, смехом, отдалёнными звуками музыки, призывно открытыми дверями трактиров.              — Ну что, пойдём танцевать? — спросил Михель.       — Пойдём, — улыбнулась Нелли. — Уже мечтаешь, как будешь отплясывать на свадьбе? Я тоже.       Засмеявшись, Нелли звонко чмокнула Михеля в щёку, и пара поспешила на «танцплощадку». Время летело незаметно, и Михель опомнился только тогда, когда почувствовал, что уже изрядно устал. И тут, очень вовремя, их окликнул знакомый голос. Рядом с ними оказались Риона и Лангер.       — О, вы уже вместе гуляете? — Лангер с улыбкой посмотрел на друзей.       — Скажи им, — шепнула Нелли Михелю на ухо. — Я хочу, чтобы они узнали от тебя, — и посмотрела на семейство Лангера с лукаво-весёлой улыбкой.       — Мы решили пожениться, — серьёзно и гордо сказал Михель. — Познакомьтесь, это моя невеста!       — Поздравляю! — улыбнулась Риона. — Немного неожиданно, как-то слишком быстро… Но не мне о таком говорить, конечно.       — Ну и я поздравляю, — кивнул Лангер, потом лицо его стало озабоченным. — Нелли, можно с тобой поговорить? Михель, извини…       — Отойдём, конечно, — улыбнулась Нелли, коснувшись руки Михеля, и обратилась уже к нему: — Я ненадолго.       Они отошли в сторону, и Лангер спросил шепотом:       — Ты ему рассказала, откуда ты? Одно дело, если ты у него комнату снимаешь, но муж должен такое знать, я считаю. Опять же, если твой Абрам припрётся тебя искать… То есть, я за тебя рад, конечно, и за Михеля тоже, вы, кажется, друг другу подходите, но нехорошо, если у тебя будет такая тайна. Опять же, ты ведь хотела вернуться за арфой, и вообще… Как ты ему объяснишь? Скажешь, что в Бретань быстренько сбегала?       — Ты прав… — понурилась Нелли. — Но даже если я расскажу — думаешь, Михель поверит? — о другой своей тайне женщине хотелось рассказывать ещё меньше… — А Абрам… Ну, надеюсь, я смогу с ним объясниться, — закончила Нелли.       — Если не поверит — сходи с ним вместе к себе, пусть сам увидит, — предложил Лангер. — А вообще я хотел еще одному человеку рассказать, если ты не против. Своему другу. Понимаешь, тебе же много чего может понадобиться в вашем мире. А я, уж извини, не могу часто тратить по два-три дня, у меня дела. И у Михеля тоже. А Ян холостой, свободный, ему семью кормить не надо, и он вразнос торгует, ходит по округе — ему бы в самый раз было тебя провожать. Может, он и торговать в вашем мире чем-нибудь придумает.       — Ну… Чем больше людей знает — тем хуже на самом деле, — задумалась Нелли. — Но ты прав — тебе не надо лишний раз напрягаться. Этот твой Ян надёжный?       — Он мой лучший друг, — серьезно ответил Лангер, — один раз он сильно рисковал, чтобы меня выручить. И потом, тут дело такое, что зря болтать не стоит — за сумасшедшего могут принять. И он не дурак, поймет это.       — Ладно, — кивнула Нелли. — Ты мне поверил, и я тебе поверю. Мне с ним как-то познакомиться надо будет. А Михель… может, давай вместе ему расскажем? Двоим-то он легче поверит, наверное.       — Хорошо, — кивнул Лангер. — Я к нему сегодня не зашёл, закрутился, а завтра уж точно приду насчёт того замка, который мы с ним придумываем. Тогда и поговорим. Я с собой ту куртку возьму, в которой первый раз от тебя уходил. У нас такого точно не делают. И ткань, и застёжка — явно нездешней работы. Вот и будет доказательство.       — Может, зайдёшь за мной, чтобы вместе идти к Яну? — предложила Нелли. — Заодно поговорим с Михелем.       — Можно ещё проще — я к вам вместе с Яном приду, — предложил Лангер. — Я же говорю, Ян вразнос торгует. В том числе и замками.       — Не знаю даже… — засомневалась Нелли. — А как Михель отнесётся к тому, что мне надо будет иметь дело с чужим мужчиной? С другой стороны — наверное, лучше уж пусть знает, да?       — Знаешь, я вот по ярмаркам езжу, бывает, на две недели из дома уезжаю, — начал издалека Лангер. — А только Риона мне верит, не сомневается. А с другой стороны — ты ведь все равно будешь общаться с другими людьми, и с мужчинами тоже. И продавец на рынке, и мастер, если ты пойдёшь подмастерьем, и вообще… Тут уж или верить, или не верить. Только если друг другу не верить — зачем тогда вместе жить?       — Тоже верно. Михеля я ни на кого не променяю, — улыбнулась Нелли. — Ну, тогда… договорились? Зайдёте завтра?       — После обеда, — уточнил Лангер. — Ян, когда в городе, рано не просыпается. Старые привычки, — он рассмеялся. — Ну, договорились. Пойдём танцевать?       — Пойдём, — улыбнулась Нелли. — А ты молодец. Заранее всё продумываешь. Наверное, Риона на тебя не нарадуется… Быть бы мне такой же хорошей женой, какой ты хороший муж… — вздохнула она.       — Будешь, — уверенно сказал Лангер. — Я никогда раньше Михеля таким счастливым не видел.       Они вернулись к ожидающим их Рионе и Михелю. Лангер ободряюще улыбнулся обоим сразу:       — Всё в порядке!       И все четверо снова закружились в танце. Всё время танца Нелли не отрывала взгляда от Михеля, ища в его глазах счастье... и, к своему удовольствию, находила. Она надеялась, что жених примет правду о ней… хотя бы эту. О том, как она будет сообщать ему другую правду, женщина пока даже думать не хотела, хотя и справедливо опасалась, что рано или поздно придётся.       Вскоре совсем стемнело, и гуляющие стали расходиться по домам. Риона и Лангер расставались с Нелли и Михелем. Михель не удержался, спросил Лангера:       — Так о чём вы говорили? Тайны какие-то…       — Не то чтобы тайна, — улыбнулся Лангер. — Мы с Нелли про её родину говорили, про прежних знакомых. Это прошлое!       — Да, прошлое, — подтвердила Нелли. — Надеюсь, скоро оно заменится светлым настоящим.       Она ласково улыбнулась Михелю и, когда две пары попрощались и разошлись, жарко зашептала ему:       — Поспешим скорее домой, дорогой жених… Я хочу, чтобы каждая ночь с тобою была для меня как та, когда я впервые пришла в твой дом!       Прозвучало до невозможности пафосно, и женщина негромко захихикала, прикрыв рот красивой пухлой ладошкой.       С самого утра Лангер думал о предстоящем разговоре. Когда он убеждал Нелли признаться Михелю, это выглядело легко и просто, а на самом деле… Одна надежда была на доказательства, на куртку из невиданного материала.       После обеда он нашёл Яна, позвал к Михелю.       — Зачем? — удивился Ян. — Я только вернулся, прямо сразу снова идти не собираюсь…       — Поговорить надо, — коротко ответил Лангер.       По дороге он зашёл в трактир, взял кувшин пива. У Михеля наверняка нет, он после того случая с замком со спиртным осторожничает.       Вдвоём они подошли к дому, постучали. Нелли, всю ночь усердно и страстно ублажавшая Михеля, уже успела накормить его завтраком, а затем и обедом, после чего мужчина вновь принялся за работу. Чтобы жениху не пришлось отвлекаться, женщина отправилась открывать сама.       — Здравствуйте, ребята! — искренне улыбнулась она гостям. — Проходите, пожалуйста!       Лангер представил Нелли и Яна друг другу. Не спрашивая, вошёл в мастерскую, окликнул Михеля:       — Пойдём поговорим! Про тайны.       Они прошли на кухню, сели за стол, посреди которого Лангер поставил кувшин пива. И заговорил, старательно подбирая слова:       — Михель, ты про тайны спрашивал… Есть у Нелли одна тайна. Мы с Рионой её знаем, и вы двое будете знать, потому что ты, Михель, жених, от тебя скрывать нехорошо, а ты, Ян — потому что мы на твою помощь рассчитываем.       — В общем, тут такое дело… Не знаю, как сказать даже… — Нелли понурилась и замялась. — Мы с Лангером, ну… как бы… немного слукавили насчёт меня. Я не бретонка.       — Ага, — кивнул Лангер. — Как бы это сказать… Она и дальше, и ближе. Ян, ты меня всю жизнь знаешь, я тебе никогда не врал! Так вот, она из будущего. На четыреста лет вперёд.       Лангер перевёл дыхание, посмотрел на своих друзей, ожидая вопросов. Те молчали с одинаково озадаченным видом.       — Я когда десять дней назад ездил к углежогам, случайно провалился туда, — рассказывал Лангер. — Там в лесу одно место, как переход. Глядь — кругом лес совсем другой, ни дороги, ни лошади… Бродил-бродил, ну и встретил Нелли. Она мне вернуться помогла. А потом и сама к нам решила. Ну, вот так. А если вы думаете, что я вру, так вот, — Лангер вынул из сумки куртку. — Смотрите, какая ткань, какая застёжка — вы у нас такое видели?       — Спасибо, Лангер… — выдохнула Нелли, повеселевшая оттого, что всё же не ей выпало рассказывать тяжёлую правду. — Ну, в общем, так. И нужен тебе, Михель, такой пришелец из будущего?       Михель машинально покрутил в руках куртку Лангера, подёргал «молнию». Поднял глаза на Нелли.       — Я-то волновался, думал, может, ты от мужа сбежала, или преступница какая… Думал, как тебя выручать. А откуда ты — мне всё равно. Четыреста лет или четыреста лиг — какая разница?       Нелли со слезами бросилась Михелю на шею, бормоча невнятные слова благодарности и горячие, но искренние слова любви. Лангер с улыбкой посмотрел на них, окликнул Яна:       — Давай выйдем, не будем мешать голубкам!       Они постояли немного на крыльце. Ян прикидывал вслух:       — Куртка-то хороша! Интересно, сколько там у них такие стоят? И что из нашего товара у них там продать можно? Так-то оно не слишком далеко. А там деревня или город? В городе-то вразнос торговать глупо.       — Я и сам не знаю толком, — честно отвечал Лангер. — Я там только два раза был. Но это город, и, кажется, побольше Бригге. Ну, пойдём обратно? Я уже замёрз.       К возвращению Лангера и Яна Нелли уже успокоилась, хотя по-прежнему обнимала Михеля, который гладил её по голове и шептал ласковые слова.       — Что же теперь? — обратилась Нелли к вошедшим, наконец отлипнув от Михеля. — Что мы будем делать дальше? Мне надо бы вернуться за кое-какими вещами…       — Ну так сходи, раз надо, — согласился Михель. — Тебе, наверное, многого не хватает. За четыреста лет люди, должно быть, много всякого хорошего придумали, вроде этой застёжки. Вообще, удивительно, что я тебе понравился. У вас там, наверное, все грамотные, образованные, не то что я. Читать-писать умею — и ладно…       — Я думаю, в этот раз мы сходим втроём, — рассуждал Лангер, — Нелли, Ян и я. А то и вчетвером, если тебе, Михель, интересно. А в другой раз, если понадобится, Ян один сможет проводить Нелли.       — Хорошо придумано, — кивнула Нелли с улыбкой. — Ну да, у нас все грамотные… но это не значит, что такие уж умные. Да, много необычных вещей… но это не значит, что нам легче жить. Ты хочешь поглядеть, как у нас там?       — Хочу, конечно, — согласился Михель. — Интересно же, как оно всё через четыреста лет.       — А тогда я и Риону позову, — вдруг предложил Лангер. — А то, получается, я гуляю, а она работает. Ей же тоже интересно! Два-три дня Клаас без неё справится. Только ведь мы все в твоём доме не уместимся… Ну, постоялые дворы у вас есть, надеюсь?       — Риону? Отлично, я смогу исполнить обещание, которое ей дала! — обрадовалась Нелли. — А вот с постоялыми дворами… вряд ли выйдет. Заплатить-то ладно, я бы дала денег… но у нас при заселении документы показать требуют. А у вас их нет. Придётся либо к Абраму обращаться, чтобы на всех сделал, либо всё же уплотниться у меня. Лично я за второй вариант.       — Вот и договорились, — подытожил Лангер. — Нынче у нас среда, давайте планировать на пятницу. Ты, Нелли, пока список, что ли, составь, что тебе нужно. Шампунь тот же самый, ты для Рионы купила, а себе не взяла.       — Ну так… я как-то и не думала, что сразу останусь на такой срок — улыбнулась Нелли, пожав плечами. — Наверное, надо будет взять нужные вещи, законсервировать квартиру, накупить всякого… Я подумаю, да.       — Ты ещё подумай, что нам отсюда стоит взять, — деловито сказал Ян. — Что у нас здесь есть такого, что лучше, чем у вас?       — Можно для начала не продавать, а так раздать знакомым, — предложил Лангер, — как Риона тогда с шарами. Чтобы люди увидели, узнали, а потом уже и на продажу. Михель, мы с тобой сейчас посмотрим, что у тебя с заказами, чтобы пару дней освободить!       — Шарами? — не поняла Нелли. — А что у вас тут… Ну, пища у вас тут всяко полезнее. Я Лангеру рассказывала, что у нас-то её чаще всего делают из всякой химии. Ещё ценятся вещи, выполненные ручным трудом. Если о них так и сказать, что, мол, изготовлены вручную, из экологически чистых материалов и по старинным технологиям — можно продать втридорога, у нас такое любят, — она усмехнулась. — Еда, посуда, одежда, наверное...       — Мы с Рионой придумали стеклянные шары использовать как украшения, — пояснил Лангер. — Их ведь делать легко, так что можно сделать много и продавать недорого. Риона тогда всем надарила, и старосте гильдии тоже. А на следующий год за нашей мастерской было право ими торговать. А если бы мы сразу пробовали продавать, никто бы и не взял, потому что непривычно. Ну ладно, давайте пока думать! Я завтра в любом случае приду, по работе, тогда и уточним, до чего додумались.       Когда Лангер ушёл, Нелли обратилась к Михелю:       — Ну, наверное, лучше ты мне скажи — что из местного можно взять? Чтобы было и полезно, и долговечно, и носить с собой можно было помногу… Ну, и скажи, что ещё понадобится, кроме шампуня и тому подобного. Ты говори, а я в нашем мире подберу то, что по назначению подойдёт.       — Откуда же мне знать, что у вас такое придумали, чего у нас нет? — удивился Михель. — Это уж ты сама смотри. Если не всё сразу вспомнишь, то не страшно, сходите с Яном потом ещё. А от нас... ну, вышивку, кружева, вязание, наверное. Наверное, тебе лучше по лавкам пройтись. Может, как раз вместе с Магдой.       — Ну нужно нам что сейчас? — задала вопрос по-другому Нелли. — Инструмент, может, какой в твоём ремесле, я не знаю… Ты скажи, а я посмотрю, что можно сделать. Потом-то мы, конечно, ещё сходим. А я… наверное, и правда пройдусь и посмотрю, что можно взять здесь.       — Инструмент? — задумался Михель. — Ну я же не знаю… придумали у вас резцы, чтобы подольше не тупились? И свёрла тоже. А ещё, может, у вас свечи не так чадят?       — Свёрла… — протянула Нелли. — Ну, у нас есть такие приборы, которые сверлят сами. И лампы, которые вообще не чадят. Но для всего этого нужна такая штука, электричество называется. Правда, хоть генератор с собой из будущего тащи! Эх… — она расстроилась. — Всё-таки трудно без прогресса. Ну да ладно. Дома я тебе покажу, что имею в виду, у меня, вроде как, где-то дрель завалялась. И насчёт остального посмотрим.       — Но ведь в эту самую дрель, надо полагать, вставляют сверло, — пояснил Михель. — Ну действительно, что гадать? Я не знаю, что у вас есть, а ты не знаешь, что мне нужно. Ты пока о себе подумай, чего тебе не хватает.       — Ой, да мне-то много чего не хватает, я же женщина, — Нелли с усмешкой махнула рукой. — У вас тут, наверное, модницы тоже пользуются целой уймой всяких средств для поддержания красоты, да? А у нас с этим ещё веселее. Там целый ворох всякого. А вот насчёт свечей… ну, есть у нас и свечи, которые и не чадят, и горят дольше этих сальных. В общем, дома разберёмся, что там к чему. А пока… Ты, наверное, ещё поработаешь? А я пока ужином займусь.       На другой день вскоре после завтрака в дверь постучали. На пороге стояла Магда.       — Ну, здравствуй, барышня! — она приветливо кивнула Нелли. — Как, осваиваешься? Хозяин мне сказал, что надо тебе помочь, показать, где у нас какие лавки.       — Здравствуй, дорогая, — улыбнулась Нелли. — Да вот, обживаюсь потихоньку… Насчёт лавок — да, если можно, я хотела бы посетить их, кое-что присмотреть. В какое время тебе удобно?       — Так чего тянуть? — удивилась Магда. — Прямо сейчас и пойдём. Самое время, до обеда успеем! Тебе, я так поняла, надо подарков своим на родину отослать?       — Ну… вроде того, да, — слегка замялась Нелли. — Посмотрим, что у вас продают, и я постараюсь подобрать для своих то, что им по нраву. Пошли?       Они прошли тихими улицами ремесленного квартала, дошли до центра. Тут было шумнее, оживлённее, на каждом шагу виднелись вывески лавок.       — Ну что, пройдём по всем подряд? — предложила Магда. — Тут, видишь, кружева да ленты, тут вязаные вещи, дальше посуда… Или ты что-то конкретное ищешь?       — Давай по всем, — улыбнулась Нелли. — Может, и подберу чего. Хотя… у вас тут музыкальными инструментами торгуют? Оружием?       — Найдётся и такое, — кивнула Магда. — Ты нож хочешь купить или пистоль? Пистоли дорого стоят.       — Хотя бы нож, — отозвалась Нелли. — Пистолей у нас и своих хватает. Да они и посовершеннее местных, насколько я могу судить. А лучше — шпагу или саблю какую.       — Найдём, — согласилась Магда. — Это, пожалуй, совсем в центре, ближе к ратуше… Ну, с чего начнём? Пойдём оружейную лавку искать, или зайдём в кружевную?       — Давай сначала в кружевную, — рассудила Нелли. — Кружева лёгкие, а сабли тяжёлые. Не очень удобно будет долго таскать их.       О том, что на самом-то деле она может запросто таскать на себе каменные плиты и не уставать, женщина скромно промолчала.       — Это правильно, — согласилась Магда. — Ну, вот же лавка! Ты что-то особенное хочешь выбрать?       У Нелли даже глаза разбежались от разнообразия. Присмотревшись, женщина всё же остановилась на кружевах «брюгге».       — Свадебное платье украшу, наверное, — поделилась она. — Надеюсь, хватит. Недешёвое удовольствие, я погляжу…       — Да, такое кружево дорого стоит, — согласилась Магда. — Можно найти не плетёное, а вязаное, оно подешевле будет. А если для себя, то ты не торопись покупать. Сначала измерь точно, сколько тебе надо, а то обидно будет, если чуть-чуть не хватит. Ну что, зайдём в следующую лавку? Это кожевенный товар. Ремни, кошельки…       — Да нет, пожалуй, не стоит, — отказалась Нелли. — Такого добра и у нас хватает, на любой вкус. А какая лавка дальше?       — Дальше посуда, — пояснила Магда, — блюда, бокалы. Оловянные, серебряные, фарфоровые. Стеклянные... ну, их тебе вряд ли стоит покупать. Дальше всякая фурнитура, пряжки, пуговицы. Железные, медные, опять-таки серебряные, роговые, перламутровые. А ещё дальше, — она задумалась, — там как раз уже и оружейная лавка будет.       — Тогда давай сразу в оружейную, — улыбнулась Нелли. — Такое и у нас есть. А вот оружие трудно найти. Пошли.       Магда уверенно вела Нелли по узким улочкам. Потом они вышли на площадь. Здесь шумела весёлая, праздная толпа, слышались зазывные крики торговцев. Со всех сторон площадь окружали лавки с яркими вывесками, с распахнутыми дверьми, с широкими окнами, в которых был виден товар. А напротив, по ту сторону площади, возвышались два гордых здания с башнями.       — Это ратуша и главная церковь, — пояснила Магда. — А нам сюда!       Она указала на одну из лавок, украшенную вывеской с изображением меча.       — Немудрено было догадаться, что именно сюда, — улыбнулась Нелли. — Люблю эту милую традицию вешать над входом изображение того, что делают или чем торгуют.       Войдя внутрь, женщина внимательно изучила представленное. Под удивлённым взглядом продавца выбрала изящную пару из шпаги и кинжала.       — Хватит и этого, — улыбнулась женщина. — Будут тренироваться по очереди.       Нелли помнила, что фехтование одновременно шпагой и кинжалом вообще было характерно для Европы в какой-то период времени. Вполне вероятно, что и в этот. Магда с удивлением наблюдала, как уверенно, со знанием дела Нелли выбирала оружие.       — Хозяин говорил, что ты хочешь всем знакомым подарков набрать, — проговорила она с недоумением. — А ты всё мимо проходишь… Ну, пойдём теперь в лавку, где музыкальные инструменты продают.       — Да, хочу, — кивнула Нелли. — Но беда в том, что товары из других лавок мои товарищи и у себя могут найти, и зачастую — получше местных. Так что я и не знаю даже, что выбрать такого, кроме оружия — вот хороших ножей и сабель у нас не хватает, это да. Ну, пойдём за музыкой. Может, там подберём что-то.       — Тогда тебе надо было идти на рынок, а не по лавкам, — сказала Магда. — Уж сыр у нас самый лучший, это все знают. А ещё можно было бы копчёной рыбы взять, только не испортится ли в дороге?       Они обошли площадь и свернули в очередную улочку. Теперь перед ними была лавка, в окне которой виднелись скрипки, лютни и виолы.       — Нет, это тоже не совсем то, — возразила Нелли. — Еда — это, конечно, хорошо… но её съел — и всё. Я хочу, чтобы это был нужные и полезные подарки. Ну, и память о ваших местах, конечно.       В лавке женщина присмотрела семиструнную лютню и симпатичную костяную свирель.       — Непривычный инструмент, — кивнула она на лютню. — Но нашим будет интересно. У нас как-то больше гитары в ходу.       — Хозяин хорошо играет на лютне, — заметила Магда. — Он тебя научит, если хочешь. Ну, я уж не знаю, куда тебя ещё отвести. Пойдём, что ли, домой?       — Да это не мне, это одному из товарищей, — улыбнулась Нелли. — Я на арфе играть умею… ну, и на гитаре немножко. А какие ещё лавки есть?       — Даже и не знаю, что тебе ещё показать, — задумалась Магда. — Горшки да сковородки тебе уж точно не нужны. Мебель, как и одежду, на заказ делают… Разве что в книжную лавку ещё можно зайти. Я заодно новый песенник присмотрела бы...       — Вот книги — это хорошо, — просияла Нелли. — Книги — это полезно и нужно. Веди.       Идти было недалеко — на другой конец площади, в переулок рядом с ратушей. Лавка была невелика, но при этом делилась на три раздела. В одной части лежали разные издания Библии и другие книги по теологии, в основном на латыни. С другой стороны были выставлены сборники морских карт, описания заморских территорий, книги о путешествиях. А посредине, прямо напротив входа — самый маленький раздел, с романами, пьесами, сборниками стихов и песенниками. Нелли улыбнулась и сначала направилась во второй отдел — книги из него в её мире сошли бы за историческую ценность, да к тому же в них могли найтись интересные сведения, неизвестные современной науке. В третьем отделе женщина задержалась не так надолго, но тоже набрала порядочно изданий.       — Вот и набрали подарков, — заключила она. — Мои будут довольны.       — Ну и хорошо, — одобрила Магда, — видно, твои друзья образованные люди. Теперь домой, а то время уже к обеду идёт!       — Тогда поспешим, — улыбнулась Нелли. — Что у вас сегодня на обед? А друзья у меня… ну да, у нас всеобщее образование, — не слукавила она.       — У меня похлёбка из рыбы с клёцками, а на ужин перловая каша со шкварками, — ответила Магда. — А у тебя как? Ты уже освоилась?       — Звучит вкусно, — улыбнулась Нелли. — Да, более-менее. Мне здесь нравится, Михель от меня без ума, как и я от него… наверное, скоро меня можно будет назвать по-настоящему счастливой.       — Вот и славно, барышня, — улыбнулась Магда. — Михель человек хороший. Я за вас обоих рада.       Они вышли к очередному каналу. Деревья уже облетели, в серой воде отражалось хмурое небо.       — Ты, пока не запомнишь дорогу, старайся вдоль каналов ходить, — посоветовала Магда. — Их меньше, чем улочек да переулочков, их легче запомнить. Ну, мне здесь сворачивать. Найдёшь дорогу сама, или проводить до дома?       — Найду, — улыбнулась Нелли. — Спасибо за совет, так и поступлю.       До дома женщина действительно добралась достаточно быстро. Сгрузив покупки, она отправилась готовить обед, думая, чем может порадовать жениха.       Михель работал без передышки. Накануне они с Лангером прикинули, какие заказы он должен успеть сделать до пятницы, а какие могут немного подождать. По словам Лангера, поездка должна была занять три дня — по одному на дорогу и один день там, в будущем. Это было так странно! Ехать один день, чтобы приехать на четыреста лет вперёд. Трудно было поверить. Но Михель не мог не верить Нелли, да и куртка была явно нездешней работы.       Интересно, как там жила Нелли, чем занималась? Надо вечером поговорить, расспросить… Хлопнула дверь — Нелли вернулась. Михель не видел её, даже шагов не слышал сквозь шум станка, а всё же на душе стало тепло от того, что она дома…       Приготовив пшена с томлёным луком, Нелли позвала Михеля к столу.       — Как работалось, солнце моё? — поинтересовалась она. — Готов к отъезду?       — Еще полдня, успею, — ответил Михель, уплетая кашу. Обычная вроде бы еда казалась удивительно вкусной. — А расскажи мне что-нибудь о себе, о своей жизни! У тебя там, в том времени, родные остались? Вообще, как ты там жила?       Нелли похолодела. Рассказать всю историю её жизни значило похоронить все надежды на счастливую жизнь. Женщина густо покраснела, потом побледнела… но в конце концов постаралась взять себя в руки, и решила рассказать правду. Просто не всю.       — Ну, отец с матерью умерли несколько лет назад, — начала она. — Был муж, был сын… но их убили. Работала я в школе, поварихой — у нас детей, кроме обучения, ещё и кормят. Что ещё сказать… У меня есть шестеро товарищей — фактически, они теперь и есть моя семья… ну, были до тех пор, пока я не попала сюда и не встретила тебя, — улыбнулась Нелли наконец.       — Ну вот, огорчил я тебя расспросами, — встревожился Михель. — Но я же не знал! Я просто хочу тебя узнать получше. А у меня родня в деревне, родители и два брата. Потом, если захочешь, я тебя с ними познакомлю. А я вот перебрался в город. Отец мне собрал сколько мог на учёбу…       — Да ладно, всё в порядке, — улыбнулась Нелли. Чтобы уверить Михеля в этом, она накрыла его руку своей. — Я это уже пережила. Да, порой бывает плохо… но, слава Богу, не так часто. А сейчас мне и вовсе очень хорошо, ведь я люблю и любима. Только я должна тебе кое в чём признаться… — женщина вздохнула. — Я не могу иметь детей. Я слышала, в вашем времени к таким женщинам очень плохо относятся. Это правда?       — Нет, конечно, — Михель даже слегка удивился. — Короли — это понятно, им наследник нужен, чтобы в стране смуты не случилось. Ну, всякие знатные да родовитые туда же. А мы — люди простые. Не даёт бог ребёночка — значит, судьба такая, а если хочется — так можно взять в дом, скажем, племянника, или вовсе какого сироту усыновить, а то, бывает, у каких-нибудь бедняков детей много, так они рады отдать одного на воспитание. Если ты хочешь ребёнка, я поговорю в церкви насчёт такого.       — Ты… правда? — в глазах Нелли заблестели слёзы. Она вскочила с места, нагнулась к Михелю и обняла его вместе со стулом. Михель с готовностью раскрыл Нелли свои объятия, и слова сменились жаркими поцелуями.       — Ну а чего же нет, — проговорил он немного погодя. — Ребёнок — он и есть ребёнок. Даже проще, что тебе самой не рожать, а то вдруг что не так пошло бы.       Он ещё подумал и добавил:       — Надо мне скорее расширяться. Подмастерье нам пока не по карману, а вот ученика возьму. И тебе помощь нужна — я не хочу, чтобы ты сама воду вёдрами таскала да золу из печи вычищала.       — И ты хочешь нагрузить этим ребёнка?.. — Нелли посмотрела на Михеля с ужасом. — Да как так можно вообще?! Нет уж, я сама всё буду делать! Ещё чего выдумал…       — Ребёнка?! — не понял Михель. — Мальчишку лет двенадцати, а то и четырнадцати! И что в этом такого? Все так делают, и я в свое время помогал в хозяйстве, и ученики Рионы тоже, можешь у Лангера спросить! Ты думаешь, в родительском доме они воду не носят и полы не моют? Не знаю, как у вас, а у нас хозяйство занимает много времени и сил. Как это будет выглядеть — ты будешь целыми днями работать, а ученик вышел из мастерской и бездельничает? Ждёт, пока ты его ужинать позовёшь? Ну, если тебе вёдра таскать нетрудно, то, может, он овощи чистить будет или рыбу потрошить.       — Ну да, у нас не принято детей слишком нагружать… — ответила Нелли уже несколько менее уверенно, несколько смутившись от тона Михеля. — Бывает, что и до восемнадцати — это у нас возраст совершеннолетия — дорастают, так и не начав ничего делать по дому.       — А чем же они занимаются? — удивился Михель. — В ремесло их тоже не отдают, я так понимаю?       — Дурью маются, — просто ответила Нелли. — Шатаются по улицам с такими же, как сами, лоботрясами, пиво пьют, там… Чаще — сидят, уткнувшись в такую книгу… я тебе дома покажу, какую. Оторваться от неё не могут.       — Видно, за эти годы жизнь стала намного легче, раз у простых людей дети живут, как принцы какие, — рассудил Михель. — Это же хорошо! Ну а мы… Если ты не хочешь заставлять мальчишку тяжести таскать, так я могу и дальше сам за водой ходить. А в остальном видно будет. Дело для всех найдётся.       Он доел наконец кашу, поцеловал Нелли в благодарность.       — Ну, я пойду дальше работать.       — Ещё лучше… Сам он будет… — проворчала Нелли, вставая из-за стола и отправляясь мыть посуду. — Сама всё сделаю, мне не трудно… Я тебе невеста, а значит — поддержка и опора...