Часть 17

      Потом наступило утро пятницы. Они проснулись раньше обычного и стали собираться. Быстрый завтрак — и вот пара уже трясётся в знакомом УАЗике-«таблетке» по направлению к лесу. На этот раз в салоне было тесновато — все люди Абрама, считая его самого, ехали с ними, да ещё и с вещами.       Они остановились на знакомом месте, вышли. Пока друзья Ма Сон прятали машину, Ян вполголоса спросил:       — Ну что, хочешь, я тебя опять понесу?       На этот раз он был уверен в себе — вон сколько народу впереди, идти можно будет по утоптанному.       — Ну давай, мой рыцарь… — ласково-насмешливо улыбнулась Ма Сон и каким-то трудноразличимым движением вспорхнула Яну на руки. Люди Абрама, видя такую картину, посмеивались втихомолку, а сам Абрам только головой качал.       Идти по тропинке было значительно легче, чем по целине, да и весила Ма Сон немного. Ну, не настолько, чтобы донести её до Бригге, а вот до перехода в самый раз. Ян замечал, что остальные оглядываются на них, посмеиваясь, но это его не смущало. Сонхен это приятно и ему самому тоже, а до остальных дела мало.       Наконец они вышли на знакомую прогалину. Ян помнил, что уходить надо точно так же, как зашёл. Он покрепче прижал к себе женщину, повернулся спиной вперёд и сделал шаг.       Прошлое встретило путешественников немногим менее приветливо.       — М-да… С одной стороны — хорошо, что переход в такой глуши, — резюмировал дед Карл. — С другой — теперь долго топать… Мои старые кости это выдержат?       — Всё-таки надо было брать повозку, — вздохнул Ян. — Ну давайте хоть до деревни дойдем, тут раза в два дальше, чем мы уже прошли, а там найдётся, у кого арендовать. Тогда можно будет оставить её в предместье, и после свадьбы на ней же и вернётесь.       — Да ладно, я же просто ворчу… — махнул рукой старик. — Дойдём и так, я привычен к пешим маршам. Да и остальные тоже.       Люди Абрама на разные голоса выразили своё согласие. Ян с тревогой посмотрел на старика.       — Ну ладно, до деревни по-любому пешком, а там видно будет. Пообедаем и подумаем. Идти-то неблизко.       Он вывел компанию на тропу, и они двинулись вперёд. Порой можно было решить, что Ян идёт один — его спутники шли в молчании… и, что было удивительно, ступали совершенно бесшумно. Но никто из них действительно не выказывал признаков усталости.       Когда среди деревьев стали видны крыши домов, Ян остановился в раздумье. Оглядел своих спутников и предложил:       — Давайте сделаем круг и войдём в деревню как будто с дороги! А то если выйдет из леса, где никакого жилья нет, такая орава, да в чужеземных одеждах… Я уж не знаю, что про нас подумают! Другое дело, если мы по дороге идём.       — Спг’аведливо, — кивнул Абрам. — Так и сделаем. Хотя… в чужеземной-то одежде — есть ли г’азница? Впг’очем, не суть.       — Есть, конечно, — убеждённо сказал Ян. — Идём спокойно, средь бела дня, по большой дороге — значит, просто путешественники. А вот если таимся, лесами пробираемся — это уже совсем другое дело.       — Ишь ты… — усмехнулся Абрам. — Г’азумно. Ну, пошли в обход.       Его спутники, настороженно оглядываясь, последовали примеру предводителя. Сделав крюк, они вышли на дорогу и по ней вошли в деревню. Как и предполагал Ян, на них оглядывались с любопытством, но без опаски или враждебности.       — Ну что, пообедаем? — спросил Ян, уже сворачивая к трактиру. Он точно знал, что по крайней мере Ма Сон никогда не откажется перекусить. Да и старик смог бы передохнуть. Дальше будет легче, проезжая дорога — не то, что полузаброшенная тропинка…       — Нам заплатить нечем… — с сомнением покачал головой Абрам. — Хотя… покажи-ка местные деньги, может, я сумею чьто-то прьидумать.       — Ещё чего! — возмутился Ян. — Вы же гости!       Он похлопал себя по увесистому кошелю, висящему на поясе. По правде говоря, эти деньги ему дал Лангер — специально, чтобы достойно встретить гостей.       — Не люблю быть должным, — настаивал Абрам. — Покажи. Кажется, у меня таки есть идея.       — Напрасно это, — нахмурился Ян. — Где это видано, чтобы гости платили… — однако спорить не стал, развязал кошель, вынул горсть монет — десяток денье да пару талеров.       — А мы и не будем… — усмехнулся Абрам. Взяв деньги, парень внимательно их осмотрел, поднеся к окулярам серебряной маски… а затем нагнулся и зачерпнул немного снега.       — Надо бы чьто-то потвёг’же… — сожалеючи сказал он, — ну да ладно, и так сойдёт.       Накрыл руку, в которой был снег, другой, помял… и через несколько мгновений на ладони уже оказалась целая россыпь талеров.       — Как-то так, — усмехнулся Абрам, ссыпая деньги в карман.       — А они через неделю не растают? — озабоченно спросил Ян. — Говорят, колдовское золото недолговечно.       — Неделю… Три дня, не больше, — усмехнулся Абрам. — Да, это именно оно. Но нас к тому моменту здесь уже не будет, так ведь? Да и кто отличит отданные мною деньги от отданных не мною?       Ян поколебался, потом покачал головой.       — Нет, так нехорошо. Вот будет у нас с Сонхен лавка, и к нам кто-нибудь с такими монетами зайдёт… Ещё ладно бы, если б у нас нормальных денег не было.       — Ну ладно, как скажешь, — пожал плечами Абрам. Вновь достав монеты, он размахнулся и выбросил их в снег.       — Вот и правильно, — обрадовался Ян. — Пойдёмте!       Они вошли в трактир. Внутри было почти пусто. Ян предложил сдвинуть вместе два стола, чтобы всем уместиться, и заказал на всех всего, что было — каши, яичницы, пирога и простокваши. Пива брать не стал. Раз уж они все не пьют, нечего ему выделяться.       Гости наворачивали за обе щеки, но, соблюдая конспирацию, особо не болтали — только приятного аппетита друг другу пожелали.       — Ну так что, — спросил Ян, посматривая на Карла, — возьмём повозку? Или можно одну лошадь, если остальным нетрудно…       — Да ладно, так дойдём, чего ты ешчо тг’атиться будешь… — отозвался Абрам.       — Сам дойду, я крепче, чем кажусь, — подтвердил старик. — А лошадь можно взять для женщины, — он кивнул Ма Сон.       Ян усмехнулся, вспоминая, как промчалась Ма Сон этой дорогой, да ещё с ним на плечах. Но все же повернулся к девушке:       — Сонхен, хочешь верхом?       — Давно не ездила… — смутилась женщина. — Но давай попробуем. Тем более, мы же гнать не будем…       — Если ты непривычна к седлу, то за целый день ты устанешь больше, чем пешком, — озабоченно сказал Ян. — Пожалуй, лучше всего будет, если мы все будем ехать по очереди. Ладно, я пройду по деревне, поищу сильную и спокойную кобылку, а ты, Сонхен, пока поговори с хозяином — может, купишь чего-нибудь, чтобы перекусить по дороге.       — Я привычна, мои предки были кочевниками, — наигранно оскорбилась Ма Сон. — Просто у нас и лошадей нет, и ездить негде, навыки теряются. Ну, иди, я пока куплю поесть.       — Ну, как хочешь, — рассмеялся Ян, поцеловал Ма Сон и пошёл искать лошадь. Интересно, где она могла научиться ездить верхом? В будущем он, кажется, ни одной лошади не видел.       Подходящую лошадь Ян нашёл довольно быстро и сторговал недорого — благо и урожай был уже убран, и дрова заготовлены, так что в хозяйстве лошадь пока была не нужна. Конечно, в залог пришлось оставить полную цену. С лошадью в поводу он вернулся к трактиру.       К моменту возвращения Яна Ма Сон уже успела купить целую котомку еды — колбаски, сыр, хлеб… Вода у её товарищей была, прихватили на всякий случай. Да, в пластиковых бутылках… но их ведь не собирались здесь оставлять.       — Подсадить тебя? — предложил Ян девушке.       — Зачем? — недоуменно спросила Ма Сон, передала Яну котомку… и птицей взлетела в седло. Поёрзала, устраиваясь поудобнее, и взялась за поводья.       — Порядок, — прокомментировала женщина. — Кажется, начинаю вспоминать.       Ян закрепил на седле котомку с продуктами, а заодно и сумку с кастрюлями, и они продолжили путь. Ян любовался, как ловко держится в седле Ма Сон. Потом ему пришла в голову мысль, которой он поспешил поделиться:       — А может, нам лошадь купить? На лавку мы нескоро накопим, а по округе мотаться верхом сподручнее, чем пешком. И к вам ездить, особенно с товаром, тоже лошадь нужна.       — Тогда уж сразу пару, — рассмеялась Ма Сон. — А то вдвоём на одной — неудобно, один верхом, другой пешком — тоже несолидно как-то… Но вообще мне нравится. Давно хотела вспомнить опыт предков. А ещё хочу выучиться из лука стрелять, вот!       Взгляды, которые на неё бросал Ян, изрядно льстили самолюбию женщины. Слегка пришпорив лошадь, Ма Сон бодрой рысью объехала кругом растянувшийся строй товарищей, попутно вытворяя в седле нечто, напоминающее гимнастические трюки, и заливисто смеясь.       — Это прикинуть надо, посчитать, — возразил Ян. — Может, выгоднее купить одну, а вторую брать внаём, она же реже будет нужна. А из лука сейчас никто не стреляет. Учиться долго, а мушкет всё равно надёжнее. Тогда уж не из лука, а из арбалета.       — Не, из арбалетов пусть китайцы стреляют, — веселилась Ма Сон. — А я китайцев не жалую. Из лука хочу, как мои предки! Буду тебя от разбойников отбивать, если понадобится. А из мушкета я и так умею!       Сказавши так, Ма Сон пустила лошадь шагом, поравнялась с Яном, уселась на седле лицом к нему, свесив ноги на одну сторону, и дальше поехала так. Её товарищи никак такую выходку не комментировали, только посмеивались. Путь был долгий, но все выглядели бодро. Ян тоже не отставал — за последнее время он привык много ходить пешком, да ещё и с грузом.       Ближе к вечеру устроили привал, опустошили сумку с продуктами и продолжили путь. Наконец, когда уже стемнело, впереди замелькали огоньки. Сначала достаточно много, но потом их становилось всё меньше и меньше…       — Пришли? — поинтересовался Абрам у Яна.       — Пришли, — кивнул Ян. — Сейчас постоялый двор найдём… Нормально будет, если одну комнату на всех?       — Сойдёт, — отозвался Абрам, — потеснимся как-нибудь. Не впег’вой.       Постоялый двор нашёлся быстро. Время ужина прошло давно, и горячей пищи уже не осталось, пришлось опять обойтись хлебом и ветчиной. Расплатившись, Ян пообещал с утра зайти к гостям, чтобы показать им город. А пока они с Ма Сон отправились домой. Лошадь пришлось оставить там же, в домике, где жил Ян, её некуда было бы деть.              Парой тумаков и добрым словом угомонив Лёху, собравшегося было наведаться к хозяйской дочке, Абрам велел своим людям устраиваться на ночлег. Спали вповалку на полу, но дело было привычное, никто не жаловался.       Ян проснулся раньше обычного, разбудил Ма Сон. Они позавтракали вместе с хозяевами дома. Потом Ян спросил:       — Ты у нас тут вроде как уже обжилась... как ты думаешь, что надо показать твоим друзьям? Куда их отвести? Вечером можно на майл, и ещё надо будет к Рионе, а днём? Наверное, в центр, ратушу и церковь Всех Святых показать, а ещё?       — Не знаю даже… — задумалась Ма Сон. — Может, на рынок сводить, разве что… Нелли-то в своё время не знала, что им нужно, а сами для себя они как-нибудь разберутся.       — Хорошая идея, — одобрил Ян. — Заодно можно попросить Абрама, чтобы он подумал, что из наших товаров имеет смысл тащить к вам. Ну что, пойдём?       — Пойдём, — улыбнулась Ма Сон, мимолётно целуя Яна. — Как они тебе, к слову?       — Да мы же толком не разговаривали, только шли, — пожал плечами Ян. — Так вроде ничего, договориться можно.       — Ну, это да, — кивнула Ма Сон. — Но всё равно, будь настороже. Мало ли что.       Сказавши так, женщина выскользнула из комнаты, приглашая любовника следовать за собой.       Слова Ма Сон несколько встревожили Яна. И потому он почувствовал облегчение, убедившись, что на постоялом дворе всё тихо и спокойно. Гости ещё не выходили из комнаты — то ли ждали его, то ли отсыпались после долгой прогулки.       — Ну, куда пойдём? — решил он узнать предпочтения гостей. — Что бы вы хотели увидеть?       — А чьто тут есть-то, для начала? — из ряда тел поднялся Абрам. Зевнул, прикрыв рот рукой, протёр глаза. — Куда пойти можно, куда не можно?       — Можно в центр пойти, посмотреть ратушу, биржу, ну и вообще в центре много красивых зданий, — перечислял Ян. — По рынку походить, по лавкам... Заодно прикинем, чем мы с Сонхен у вас торговать можем. Можно, наоборот, пойти в предместье, нанять лодку, покататься, рыбы половить, пожарить потом на костре. Вечером можно на майл пойти, музыкантов послушать, в бабки поиграть…       — Ну, можем, в прьинципе, везде в гог’оде побывать, а на приг’оду выбг’аться позже, — рассудил Абрам. — Только паг’а вопг’осов: чьто такое майл… и чьто такое бабки? А то у нас этим словом чашче всего деньги называют.       — Майл — это место такое. Ну, там, дорожки, трактиры, музыканты и всё такое, туда приличные люди по вечерам гулять ходят, — старательно объяснял Ян. Вспомнил своё недавнее прошлое и не удержался, добавил: — А неприличные по трактирам на окраинах напиваются. А бабка — это вообще-то кость, лошадиная или коровья, — он ткнул себя куда-то в запястье. — А ещё это игра. Эти кости ставят в ряд, и надо бросить биту так, чтобы посшибать их.       — А, асыки… — понял Абрам. — Ясно. Ну, напиваться — это не пг’о нас… — из ряда его уже проснувшихся людей послышались смешки. — Можно и сходить. Пг’авда, не с моей г’ожей… Ну да ладно, надену маску. Подъём!       Люди Абрама дисциплинированно вскочили с мест, начали собираться.       Все вместе спустились в общий зал, Ян заказал завтрак. Потом они вышли и направились в центр. Ян старался выбирать самые красивые и чистые улицы, которые могли бы понравиться гостям. Оные гости с явным интересом осматривались по сторонам. Если и смотрели на прошлое свысока, то никак этого не показывали, порой только негромко переговариваясь между собой по поводу увиденного. В целом же вели себя чинно и благопристойно.       Они дошли до рыночной площади, обошли ратушу и соборную церковь.       — Можно по лавкам пройтись, — предложил Ян, — может, понравится что-нибудь, на память…       — Опять платить не нам… — покачал головой Абрам. — Ну да ладно, позже сочтёмся как-нибудь. Пошли.       — Ничего страшного, — возразил Ян, — не каждый день у меня… у нас с Лангером друг женится.       Потом он вдруг задумался.       — Вас ведь спрашивать будут, откуда вы. И в лавке могут спросить, и на майле, а уж завтра на свадьбе непременно будут спрашивать. Надо вам как-то договориться, чтобы отвечать одинаково. Нелли чужим говорит, будто она из Бретани…       — Да как бы не оказалось, чьто потом у Михеля с Лангег’ом дг’уг женится… — усмехнулся Абрам. — Ну, если чьто — скажем, чьто мы оттуда же. Из одной, так сказать, «Брэтани».       Ма Сон, услышав слова о браке, прильнула к Яну, ничуть не стесняясь товарищей.       Ян рассмеялся, обнял Ма Сон, ответил:       — Ну почему бы и нет? Поживём — увидим. Может, вторую свадьбу у вас будем справлять!       В лавках гости из будущего задержались не слишком надолго: Абраму — богато украшенный кошель из кожи и географический атлас, Лёхе — изящный кинжал, парню в шинели, назвавшемуся Марком — серебряная пряжка на ремень… Остальные обошлись вовсе уж мелочами.       Ян посмотрел на небо, прикинул.       — На майле сейчас никого нет — время-то рабочее. Пойдём на реку? Можно взять лодку, а можно с берега поудить. Только зайдём к нам, я удочки возьму. На кого-то ещё брать?       Желание изъявили дед Карл… и, как ни странно, Ма Сон.       — Надо ж учиться, — пояснила женщина. — Мне в тот раз улов понравился. А учиться продолжим с лодки! — категорично закончила мысль женщина. Старик не стал возражать.       Найти достаточно вместительную и устойчивую лодку удалось не сразу. Наконец Ян расплатился с владельцем лодки, совместными усилиями её столкнули на воду. Глядя на вторую пару вёсел, Ян спросил:       — А грести кто-нибудь умеет?       — А чего там уметь? — пожал плечами лысый парень, назвавшийся Матвеем, и сел на вёсла. Грести у него получалось действительно ловко. Когда лодка достаточно отдалилась от берега, дед Карл и Ма Сон закинули удочки.       Лодка покачивалась на волнах, неторопливо плыла по течению. Ян отложил вёсла, пересел поближе к Ма Сон и тоже забросил удочку, при этом следя, чтобы лески не перепутались.       — Там дальше красивое место будет, — пояснил он, — в самый раз, чтобы посидеть у костра. И по дороге рыбы успеем наловить. Пожарим или похлёбку сварим? Я и котелок взял, на всякий случай.       — Предусмотрительный, — похвалила Ма Сон. — Давай похлёбку.       — С одной рыбой — невкусно… — прокомментировал Лёха.       — А у меня в пайке кусок сыра завалялся, — добавил Матвей. — Может, ещё у кого что есть?       — Ну, будем на берэгу — посмотрим. Не врэмя г’аскачивать лодку, — порешил Абрам.       — Из одной рыбы никто и не варит, — согласился Ян. — У меня морковка и лук с собой. Было бы времени побольше — можно было бы еще пшена добавить, но это дотемна варить придется.       — Ишь ты… — несколько удивился Абрам. — У нас с собой в поход обычно бег’ут как г’аз зег’но и такое… обг’аботанное мясо в запаянных банках. Вместе — очень вкусно.       — Может, это какое-то другое зерно, — предположил Ян, — или оно тоже как-то уже обработано, чтобы быстрее варилось. Сонхен, смотри, у тебя что-то крупное клюёт! Не торопись, пусть заглотит поглубже.       Ма Сон последовала совету, выждала немного… и наконец дёрнула. Из воды вылетела немаленькая щучка и вскоре была затащена в лодку.       — Видал? — торжествующе спросила Ма Сон у Яна. — Я всё могу!       — Добытчица! — похвалил Ян подругу, при этом покосился в сторону старика Карла — тот сидел у другого борта, не отвлекался... и, кажется, успел наловить больше, чем они вдвоём.       Чем дальше они отплывали от города, тем гуще и темнее становился росший по берегам реки лес. И вот за очередным поворотом открылось то самое обещанное Яном красивое место — деревья чуть отступили от берега, образуя уютную, закрытую от ветра и посторонних взглядов поляну. И, очевидно, это место нравилось не ему одному — посреди поляны темнело кострище, а рядом с ним лежали два толстых ствола, на которых было удобно сидеть.       — Ва-ай… — восхитилась Ма Сон, — и правда классно! У нас таких мест днём с огнём не сыщешь. Заворачиваем туда?       — Ага, — Ян отложил удочку, взялся за вëсла, и они с Матвеем несколькими сильными гребками направили лодку к берегу. Когда лодка уткнулись носом, мужчины выпрыгнули на берег и вытянули лодку побольше, после чего вслед за ними вышли Ма Сон и Карл. Мужчины принялись вновь разжигать костёр, а Ма Сон чинно уселась на берегу, созерцая течение реки. Пока в котелке закипала вода, Ян стал чистить рыбу, к нему присоединились Матвей и чернявый человек Абрама. Потом, забросив в котелок рыбу и овощи, Ян подсел к Ма Сон.       — Скоро и у нас зима будет, — задумчиво проговорил он. — На каток мы у вас не сходили… Где ты хочешь Рождество отмечать, у вас или у нас?       — А ты? — ответила Ма Сон вопросом на вопрос. — У вас, наверное, какие-то гулянья будут большие, да? У нас, в общем-то, тоже.       — А я сам не знаю, как хочу, — признался Ян. — И тут хочется, и к тебе. Гуляния на следующий день, а сам праздник, можно сказать, семейный.       — Можем попробовать отметить и там, и там, — улыбнулась Ма Сон. — Как думаешь, получится?       — Почему же не получится? — удивился Ян. — На дорогу нам с тобой одного дня хватит, так что за неделю уж точно успеем.       — Вот и отлично, — улыбнулась Ма Сон. — Значит, решено. Заодно сравним, где веселее празднуют.       От реки тянуло холодом, но возвращаться к костру не хотелось. Тут они были вдвоём, а не в шумной компании… Мелькнула было мимолётная мысль, что надо бы подбросить хвороста да снять пену с варева в котелке… Ничего, сами сообразят. Ян придвинулся ближе к Ма Сон, положил руку ей на колено. Хорошо было просто сидеть так.       Ма Сон придвинулась к Яну ещё немного ближе, положила голову ему на плечо. Ей тоже было хорошо с этим человеком, который за несколько дней знакомства неведомым образом занял очень большое место в её сердце.       Ян уже хотел сказать что-нибудь нежное, но тут от костра донеслось шипение — видно, пена плеснулась через край. Запах похлебки резко усилился, и как-то сразу вспомнилось, что завтрак был давно.       — Пойдём, Сонхен!       Ян помог девушке встать. Мисок у него с собой, конечно, не было. Хорошо, что хоть ложек на всех хватило — он одолжил и у хозяев дома, и у владельца лодки. Ничего, можно по очереди черпать.       После небольшой оплошности с пеной Абрам и его люди спохватились и быстро её сняли. Похлёбка удалась на славу. Ели почти молча, изредка нахваливая получившееся блюдо. У каждого нашлось, что к нему добавить, так что вышло и правда очень вкусно.       Когда котелок опустел, Ян предложил:       — Ну что, возвращаемся в город? Как раз на майле самое время гулять!       — Можно, — кивнул Абрам. — Собиг’аемся, — это уже было обращено к его людям. Они принялись основательно тушить костёр. Вскоре насытившиеся отдыхающие вновь плыли по направлению к городу.       В предместье Ян вернул лодку, а заодно оставил там же котелок и снасти — в понедельник заберёт. Тащиться с ними на майл было глупо, делать крюк, чтобы отнести домой — лень.       Народу на майле было не так уж много — всё же осень, холодно и сыро, ещё хорошо, что дождя нет. А всё же слышалась и музыка с площадки для танцев, и весёлый гомон оттуда, где играли в бабки. В трактирах уже загорались свечи. Ян подумал — и повёл компанию для начала туда, где выступали уличные артисты, фокусник да жонглёр. Пресыщенные зрелищами гости из будущего всё же были приятно удивлены увиденным. Каждый нашёл себе занятие по интересам. Абрам пытался заставить своих людей не расходиться, да куда там…       Среди прогуливающихся Ян увидел Лангера с Рионой, окликнул их и подвёл к Абраму. После того, как все по очереди поздоровались, он перешёл к делу.       — У меня к тебе вопрос… просьба. Мы с Сонхен решили лавку открыть там… ну, в Бретани. Абрам обещал нам помочь поначалу, в долг. Но ты же знаешь, я в таких вещах ни ухом ни рылом. Поможешь обсудить толком?       Риона посерьёзнела.       — Такие вопросы на ходу не решают. Давайте хоть в трактир зайдём, за стол сядем! И надо бы перо и бумагу… Может, у трактирщика найдутся? Ма Сон, у тебя свои-то сбережения есть? Этого бродягу спрашивать незачем…       — Найдутся, — отозвалась Ма Сон. — Должно хватить на своё дело — я ведь одна живу и зарабатываю порядочно… вроде как. Пошли в трактир. Заодно поедим.       Ма Сон оглянулась. Блондин Лёха, лысый Матвей и чернявый Марк, кажется, нашли себе компанию и теперь плясали в парах с розовевшими от внимания таких красавцев девушками. Дед Карл пристроился на площадке для игры в бабки и, похоже, уверенно выигрывал. В общем, красота и благолепие.       Трактирщик, кажется, слегка растерялся, когда первым делом у него спросили не пива и колбасок, а бумаги и чернил. Впрочем, требуемое в итоге нашлось, хоть и не сразу.       — Так вы решили, чем торговать будете? — спросила Риона. — И я бы посоветовала не пытаться сразу торговать в лавке, а поначалу продавать по дешёвке знакомым, а то и вовсе дарить. Скоро Рождество, всем подарки нужны будут — вот ты, Ма Сон, и поговори со знакомыми! Если им понравится, они своим знакомым расскажут.       — Это как мы со стеклянными шарами, — вспомнил Лангер. — В первый год даже не пробовали продавать, зато на следующий все их спрашивали.       — Ловко придумано, — одобрила Ма Сон. — Так и сделаем. А чем торговать… да всем понемножку, наверное. И едой, и ремесленными изделиями… У нас народ вообще очень падок на то, что изготовлено своими руками из натурального сырья. Это позволяет взвинтить цены.       — Ян, так ты когда по деревням с товаром ходишь, там же и закупайся, — посоветовала Риона, — там ты многое дешевле купишь, чем в городе. Ненамного, а всё же. А сюда что принесёшь, решил? Наверное, свечи, это просто чудо! Ещё шампунь…       — Нелли говорила, что нельзя брать такого, что ускорит прогресс, — вспомнил Лангер. — То есть, такого, чего у нас своего не может быть.       — Тогда шампунь надо переливать в стеклянные бутылочки, — предложила Риона, — а лучше в бочонок, и продавать на разлив. А ведь там этот шампунь тоже где-то можно прямо бочонком купить, наверное? Это должно быть выгоднее, чем бутылочками.       — Молодец, хорошо придумала, — одобрила Ма Сон. — Насчёт целой бочки — не знаю даже… Я такого пока не встречала. Но я посмотрю.       Обсуждение затянулось настолько, что Ян успел по второму разу заказать колбаски с пивом (для гостей — с молоком). Прикидывали, за какую цену можно продавать шампунь и фрукты из заморских территорий, насколько стеариновые свечи дороже сальных…       Потом Лангер спохватился:       — Нам пора, мы ещё к Михелю должны зайти, помочь с подготовкой. Вы завтра как, в церковь пойдёте, или сразу к Михелю?       — Ну… — несколько замялся Абрам. — Оно, конечьно, надо бы — всё же я за Нелечку в ответе. С дг’угой — я, Ма Сон и Маг’к принадлежим к иной верэ. Допустимо ли?       — Войти-то можно, — рассудительно ответила Риона, — не вас же венчать будут. Просто побудете рядом — Нелли, наверное, приятно будет. Ещё мы с Лангером будем и один из друзей Михеля.       — Ну, значит, в цег’ковь, — решил Абрам. — Ничего стг’ашного не будет, я думаю. Ну, кг’оме моей г’ожи… — он невесело усмехнулся. — Но я чьто-нибудь придумаю. Навег’ное, лучче будет, если туда пойдём только я и Ма Сон. Вам ведь неинтерэсно будет стоять невесть сколько врэмени и смотрэть, как Нелли от нас уходит? — обратился он к остальной части своих людей. Те дружно согласились.       — Вот и славно, — удовлетворённо заключил Абрам.       — Ну, значит, до завтра, — кивнул Лангер, вставая, за ним поднялась и Риона. Распрощавшись со всеми, они вышли.       — Ну что, возвращаемся на постоялый двор или ещё погуляем? — спросил Ян у гостей.       — Подзадег’жимся здесь, если можно, — отозвался Абрам с улыбкой. — Кажется, моими людьми местные девчата интерэсуются… Не знаю даже, к добг’у это или к худу…       — Почему же нельзя? — удивился Ян. — Мы никуда не спешим, верно, Сонхен? А девушки интересуются, конечно. Любопытно же! Одежда невиданная, манеры непривычные. И что же плохого потанцевать раз-другой?       — Да как бы это во чьто-то не вылилось… — покачал головой Абрам. — А, ладно, пошли, — махнул он рукой наконец. Ма Сон чмокнула Яна в щёку, и гости вновь отправились на площадку для танцев.