Часть 18

      Михель всё же настоял нанять на один вечер девушку из трактира, хотя бы для самой простой и грязной работы — почистить овощи, выпотрошить птицу… Но и так дел было много. Лангер и Риона сразу включились в эту суету. Лангер помогал Михелю вынести из мастерской станки и корзины с заготовками, сходил к нескольким соседям одолжить у каждого по паре стульев, потом они с Михелем притащили от соседей стол…       В это время Риона включилась в процесс готовки, стала резать овощи.       — Ты сегодня всё, что можно, подготовь, чтобы уж только в печь поставить, а завтра с утра придут Магда с Луизой и всё доделают, — сказала Риона. — Тебе-то не до того будет — надо будет нарядиться, причесаться… Такой день раз в жизни!       Тут Риона вспомнила разговор с Абрамом и уточнила:       — Ты-то христианка?       — Христианка, — подтвердила Нелли, — только всё равно не такая, как вы. У нас и крестятся по-другому, и обряды другие… Это нам не помешает?       Риона задумалась, потом переспросила:       — Но ведь не католичка? Ты не думай, у нас тут ко всем нормально относятся, но вот жениться на католичке нельзя. А ещё будут спрашивать, откуда ты родом и кто были родители, как их звали и чем занимались. Врать-то в церкви нехорошо… Ты назови свой город — никто же не знает, какие города есть в Бретани! И про родителей тоже подумай, как сказать, чтобы и правду, и чтобы никто не удивился.       — Не католичка, — улыбнулась Нелли. — Это Лёха у нас католик. А врать я и не буду, не люблю я этого. И не умею.       — Ну и правильно, — одобрила Риона. — Но ведь не рассказывать всё — это не значит врать, правда? Ты скажешь, что ты родом из… как он там называется? А на вопрос, где это, ответишь, что очень далеко — это же правда!       — Мой город зовётся Нэрли, — улыбнулась Нелли. — Да, так и поступлю. А насчёт лжи — тут ты тоже права. Абрам, например, так и делает. Это позволяет ему гордо заявлять, что он никогда не лжёт.       — Логично, — кивнула Риона. — Давай я рыбу порежу. Какими кусками резать? Я зайду с утра, перед церковью, помогу нарядиться. Буду подружкой невесты! А у меня на свадьбе подружки не было… Всё у меня не по-людски выходит!       — Вот такими кусочками, — Нелли показала, какими именно. — Это для жарки. А что у тебя на свадьбе было? Почему не по-людски? Нет, не хочешь — не рассказывай, просто интересно же…       — Да чего скрывать, весь город знает, — махнула рукой Риона. — Нас с Лангером под виселицей обвенчали. Он вором был, его должны были повесить. Ты не думай, он после того не ворует! Так что гостей на моей свадьбе было целая площадь, — Риона грустно улыбнулась. — Ну а отмечала потом с подмастерьями да с Магдой, да с друзьями Лангера.       — Надо же… — восхитилась Нелли. — А ты его, получается, спасла? Вот это ты молодец! Ты очень хорошо поступила. Он человек хороший, по нему сразу видно. А прошлое… ну, что прошлое. Видно, что человек завязал, теперь живёт честным трудом. Деятельно раскаялся, в общем.       — Да, Лангер хороший, — согласилась Риона, — мне с ним повезло. Он добрый и умный, и заботливый. И красивый! Сколько лет вместе, а я всё не налюбуюсь.       Нелли вспомнила, как в их первый вечер вместе делала Лангеру недвусмысленные намёки, и смутилась.       — Да, он хороший… — выдала она, потупившись. — И красивый… Но мне тоже повезло. Жаль только, своих детей у нас с Михелем не будет… — женщина вздохнула. — У вас-то вон уже сколько, и все красивые…       — Да, Михель хороший человек, и будет хорошим мужем, — согласилась Риона. — Он честный, старательный и добросовестный. И тебя любит, это сразу видно. А дети… Бывает, в церковь подбрасывают младенцев. Надо поговорить с пастором. Ты не худенькая, да и платье широкое — никто и не поймёт, был у тебя живот или нет. Все будут думать, что это твой, и главное, сам он будет так думать, будет тебя мамой считать...       — Спасибо, Риона… — Нелли прослезилась, обняла подругу. — Ты не представляешь, как это важно для меня…       Риона прижала Нелли к себе, погладила по голове.       — Всё будет хорошо, не волнуйся!       — Да я бы и рада… — смущённо вздохнула Нелли, понемногу успокаиваясь. — Но это ж всё равно такое событие… А вдруг что-то пойдёт не так?       — Ну что может пойти не так? — улыбнулась Риона. — Разве что кто-то из вас передумает! Я буду рядом, и Абрам с Ма Сон тоже. Если ты растеряешься — подскажем, поддержим!       — А ты думаешь, Михель может передумать?.. — в глазах Нелли отразился натуральный ужас.       Риона рассмеялась.       — Да что ты! Ты видела, какими глазами он на тебя смотрит? Он же влюблён по уши! И потом, он такой человек… Он не передумывает. Если что-то решил, то уж решил. Он сто раз подумает, прежде чем сказать, зато если сказал — так уж навсегда.       — Фух… Успокоила, — выдохнула Нелли. — Спасибо. Я тоже его люблю. Хочется верить, что мы и правда будем вместе… навсегда.       — Обязательно, — горячо заверила Риона. — Так, командуй, что мне ещё делать?       — Так, овощи порезали, рыбу порезали… — оглядела стол Нелли. — Вроде почти и всё. Ты правильно говоришь, лучше с вечера приготовить. А что гости будут пить?       — Наши — пиво или вино… Лучше вино — дорого, но всё-таки такой праздник, раз в жизни. А ваши… — Риона задумалась. — Молоко за праздничным столом как-то не смотрится, может, компот сварить? Яблочный, например.       — Можно, — кивнула Нелли. — Хорошая идея. А что дорого… ну, правда, на такое дело не жалко. Хотя и особо тратиться, наверное, не стоит. Всё же таким богатством надо распорядиться с умом.       — Тогда надо и вина, и пива, — рассудила Риона. — Сначала, пока всё торжественное, пусть будет вино, а потом, когда уже захмелеют, когда начнутся песни да танцы, тогда и пиво хорошо пойдёт. Я скажу Магде, она зайдёт с утра на рынок.       — Отлично, — одобрила Нелли, — Тогда… что, почти всё готово?       — А пироги? — напомнила Риона. — Наши не поймут, если на столе пирога не будет!       — У нас тоже принято делать на свадьбу большой торт, — кивнула Нелли. — Как думаешь, какой лучше: со сладкой начинкой, или мясной какой-нибудь?       — Лучше два, — серьезно ответила Риона. — Народу-то как много! Один пирог, такой, чтобы на всех хватило, и в печь не влезет! Можно мясной приготовить с утра, а сладкий допечётся, когда все уже за столом сидеть будут.       — Чудно, — согласилась Нелли… но почти сразу смутилась: — Ты всё время хорошие идеи предлагаешь, а я только поддакиваю… неудобно как-то.       — А в твоём мире мы все тебя слушались, — улыбнулась Риона. — Ты тут ещё не привыкла, потому тебе и нужны советы. А как же иначе?       — Спасибо, — выдохнула Нелли. — Такая неспособность справляться самой… несколько угнетает. Да, на родине как-то привычней… зато тут у меня любимый будущий муж, — приободрилась женщина.       — Но ты же справлялась все эти дни, — подбодрила её Риона. — Это твой первый праздник у нас, вот тебе и сложно пока. В другой раз, хоть на Рождество, тебе уже советы будут не нужны.       — Надеюсь, — кивнула Нелли. — В любом случае, хорошо, что рядом есть тот, кто может их дать, — она посмотрела на Риону с благодарностью. — Ну что ж. Вроде всё решили? Или что-то ещё осталось?       — Так ты с тестом сама справишься? — уточнила Риона. — Хотя с твоей силой это не проблема. Ну, значит, до завтра! Я зайду с утра, а Абрам и Ма Сон придут уже к церкви.       — Справлюсь, — улыбнулась Нелли. — До завтра, дорогая, и спокойной ночи!       Утром Риона, Магда и Луиза пришли к Нелли. Магда и Луиза принесли скатерть:       — Это тебе, барышня, подарок на свадьбу, и заодно постелить сейчас на стол!       Риона тоже была с подарком — разумеется, с набором бокалов. Магда и Луиза сразу направились на кухню, а Риона увела Нелли на второй этаж.       Новые вещи, которые Нелли с Михелем заказывали у портного, были давно готовы. И теперь Нелли надела новую сорочку с кружевами на рукавах и по верху, и нижнюю юбку, а поверх этого своё красное платье. Корсет слегка стягивал талию, подчёркивая пышные формы женщины.       — Ну какая же ты красивая! — не удержалась Риона. — Давай я тебе волосы уложу по-нашему. Косынка у тебя кружевная, прозрачная, так что причёска будет видна.       — Правда, красивая? — смущённо улыбнулась Нелли. — Спасибо. Я хочу, чтобы Михель от меня глаз отвести не мог. С волосами давай так и поступим — для полноты образа, так сказать, — она хихикнула.       — Михель и так с тебя глаз не сводит, — улыбнулась Риона.       Она заплела Нелли косу, уложила её венком и повязала косынку.       — Пойдём!       Внизу их уже ждали друзья жениха — Лангер и молодой мастер по имени Морис, в один день с ним вступивший в гильдию.       — Ну, как там мой дорогой жених? — приветливо обратилась Нелли к гостям, — Не встречали ли его?       — Собирается, наряжается, — усмехнулся Лангер.       — Надо бы не вместе до церкви идти, — озабоченно заметил Морис. — Невеста должна идти из своего дома, а жених — из своего…       — У Нелли здесь только этот дом, — отрезала Риона, — и вообще, всё это ерунда. Мы с Лангером никаких этих примет и правил не соблюдали, и нормально вышло.       — Да-да, — со смехом добавил Лангер, — я даже не проверил, какое за Рионой приданое, не посмотрел, умеет ли она шить да готовить…       — Главное, чтобы любовь была, — серьёзно договорила Риона.       Тут наконец вышел Михель, взволнованный и серьёзный, под распахнутой курткой видны были ярко-синий жилет и белоснежная рубашка с отложным воротником. Мужчина замер, глядя на Нелли.       — Какая ты у меня красавица!       — А ты у меня… — Нелли даже слов не нашла, чтобы выразить восхищение. Просто подошла к Михелю и обняла. Нарушение приличий? И ладно, она любит, в конце-то концов!       Гости смотрели на жениха и невесту с добрыми улыбками. Правила правилами, но любовь важнее!       — Ладно, пойдём, — вмешался наконец Лангер, — а то опоздаем!       Они двинулись по улице. Михель и Нелли шли, держась за руки, а остальные окружили их. Шли, смеясь, окликая прохожих и предлагая им поздравить молодых. Люди отвечали улыбками и добрыми словами.       У дверей церкви их ждали Ян, Абрам и Ма Сон.       — Ва-ай… — Ма Сон посмотрела доброжелательно и немного завистливо. — Какая ты красавица… По-моему, тебе такое идёт даже больше, чем платья с… с твоей родины, — поправилась она.       Абрам, по случаю торжества надевший серебряную маску, чтобы не пугать людей, только кивнул. Ему в этом мероприятии выпала роль строгой тёщи.       — Не переживай, Сонхен, ты мне больше нравишься, — заверил подругу Ян, подмигивая Михелю.       Все вошли в церковь — впереди жених и невеста, остальные следом. Внутри было полутемно, строго и торжественно. Два десятка восковых свечей едва освещали просторное помещение.       Пастор чинно задавал вопросы сначала Михелю, потом Нелли. Как зовут, откуда родом, кто были родители… Когда прозвучал вопрос, знает ли кто-нибудь про обстоятельства, делающие свадьбу невозможной, Михель почувствовал, как напряглась Нелли, и успокаивающе сжал её руку.       Наконец обряд был завершён, пастор сделал запись в тяжёлой церковной книге, и молодые поставили свои подписи.       — Неужели… — выдохнула Нелли, бледная от волнения. — Наконец-то… Теперь домой?       — Да, супруга моя, — очень серьёзно ответил Михель и поцеловал Нелли.       Все вышли на свежий воздух. Торжественное молчание сменилось смехом, объятиями, поздравлениями. Наконец все отправились домой — всё так же со смехом и приветственными выкриками.       — Супруга… — улыбнулась Нелли. — Хорошо, что напомнил. Ну да ладно, это мы оставим на вечер… А пока — свадебное угощение!       Гости поддержали новоявленную жену дружными одобрительными выкриками.       Подошли и гости из другого мира — Ян сбегал за ними, пока шла церемония. Все вошли в дом, в мастерскую, превращённую в гостиную. За время отсутствия хозяев Магда и Луиза успели накрыть на стол — посуда блестела, вкусные ароматы ощущались, кажется, даже на улице.       Появление новобрачных бывшие товарищи Нелли тоже встретили весёлым шумом и благопожеланиями. Кажется, новый наряд Нелли произвёл на мужскую часть публики необходимое впечатление. Вскоре гости начали рассаживаться. Заполнялись тарелки, наполнялись кружки… Всё было готово к застолью.       Первым тост произнёс Лангер, как друг жениха. Встал с бокалом в руке, огляделся.       — Ну что сказать… Вот и стало на одного холостяка меньше, а на одного серьёзного, солидного семейного человека больше. И давайте за это выпьем!       — Выпьем! — первым тост поддержал, как ни странно, Абрам. Его люди последовали примеру предводителя почти сразу. В бокалах у них было что-то ярко-красное и едва заметно пенящееся.       Следующей встала подружка невесты Риона.       — Недолго мы с тобой, Нелли, знакомы, а только всё равно видно, что ты хороший человек. И пусть тебе будет счастье, какое ты заслуживаешь!       Нелли едва не поперхнулась — она-то хорошо знала, чего заслуживает… Её бывшие товарищи тоже тревожно переглянулись. Однако Нелли всё же сумела справиться с собой, и воодушевлённо выдала:       — Спасибо, дорогая! Я уж боялась, что… ну, новое общество, всё такое… Но вы приняли меня, как родную, и из ваших рядов вышел мой дорогой супруг. Я… я очень благодарна всем вам… — женщина едва не прослезилась, но сдержалась.       Риона заметила смятение Нелли, встревожилась:       — Я что-то не так сказала? Извини… Всё будет хорошо!       Нелли вздохнула. Врать она не любила, не умела и не хотела. Но что было делать?       — Я… просто вспомнила о старых грехах, — наконец честно, хотя и иносказательно призналась женщина, — Боюсь, из-за них я однажды действительно получу то, что заслуживаю.       Нелли вздохнула… но тут ей на помощь пришёл Абрам:       — Ног’мально всё будет, — спокойно сказал он. — Оставь пг’ошлое в пг’ошлом. Ты, чьто называется, деятельно г’аскаялась, и с тех пог' приложила все усилия для того, чьтобы испг’авить содеянное. Как по мне — уже испг’авила. Пг’авильно я говорью? — обратился он к своим людям. Те поддержали его дружными выражениями согласия. Слыша это, и сама Нелли несколько приободрилась.       Растерявшийся было Михель опомнился, обнял жену.       — Ну перестань! Мы же теперь вдвоём, мы со всем справимся. Всё будет замечательно!       — А давайте споём! — неожиданно предложил Лангер. Ян тотчас понял его мысль, взял лютню… Песня увлекла всех, и за общим хором никто не обращал внимания, что шептал Михель, как баюкал Нелли в объятиях…       Нелли обнимала Михеля в ответ, прижималась к нему, словно ища поддержки и защиты… Вскоре женщина успокоилась, и супруги тоже присоединились к пению. Нелли старалась вовсю, и с её голосом песня словно получила новое дыхание, хотя у Абрама и его людей голоса были хоть и разные, но неизменно приятные.       Потом уже гости из будущего достали гитару, одну на всех, и дед Карл исполнил песню. Как он сказал — о любви к родной земле, чтобы новобрачная не забывала своих корней.       Песня вызвала общий восторг, да и невиданный инструмент всех заинтересовал. Потом Морис предложил выпить за здоровье молодых, и праздник пошел обычным порядком. Ели, выпивали, произносили тосты, хвалили мастерство хозяйки...       Молодые (ну, как молодые — почти ровесники… но разве это было важно сейчас?) были подлинным украшением торжества — краше полной луны была жена, и ярче солнца сиял муж… Когда пришла пора танцев — пара полетела по кругу, и гости заворожённо следили за нею. Казалось, эти двое созданы друг для друга…       В мастерской было тесно, танцевать вышли во двор. Погода по-осеннему хмурилась, то и дело начинал накрапывать дождь, но этого, казалось, никто не замечал. Музыки хватало — Ян и Лангер пришли с лютнями, один из слесарей — с виолой, ну и Карл с гитарой… Играли по очереди, а под конец даже сумели сыграть вместе, квартетом.       Люди Абрама, за вычетом деда Карла и самого Абрама, поглядывали на Нелли с явной печалью во взорах, помня о счастливых минутах, проведённых с ней.       Михель видел, что друзья Нелли смотрят на нее с грустью, и это его не удивляло. Очевидно, эти люди живут замкнуто, и терять кого-то из своего круга — это всегда печально. Может, и правда лучше, что Нелли будет их навещать — ей их, наверное, тоже будет не хватать.       У Лангера же взгляды гостей из будущего вызывали некоторую тревогу. Он ещё не забыл, как настойчиво Нелли пыталась его соблазнить. Нет, в самой Нелли он не сомневался, она явно влюблена и счастлива… но сумеют ли гости держать язык за зубами, не ляпнут ли лишнего? На всякий случай Лангер старался держаться поближе к молодым, чтобы успеть вмешаться — хотя бы отвлечь Михеля.       Гости, однако, вели себя чинно-благородно, лишнего никто не брякнул. Может, и даже наверняка, в том была заслуга Абрама, периодически бросавшего на своих людей такие взгляды, от которых те заметно бледнели. Дед Карл, наблюдая этот балаган, усмехался в бороду.       Однако в целом гости веселились наравне со всеми. Лёха, заняв у деда Карла гитару, даже выдал на ней что-то, отдающее лёгкой грустью.       В перерыве между танцами Риона подошла к Абраму, спросила полушутя:       — Ну и как вам у нас? Может, тоже останетесь?       — Не могу, — отказался Абрам, улыбнувшись под маской. — Увы, не могу. Таки дома семья, мама, чьтоб им всем икалось… Паг’дон, это я так, шутя. Да и маску мне здесь придётся носить тоже не снимая…       — Почему? — удивилась Риона. — Насколько я могу судить, у нас люди с изуродованными лицами встречаются чаще, чем у вас. Вон хоть я, например. Видно, у вас оспу лучше лечат, чем у нас, и раны ровнее зашивают.       — Да всё г’авно, неприятно как-то ходить всё врэмя в маске… — вздохнул Абрам. — Хотел бы я быть таким же кг’асивым, как ваш муж…       — Я бы тоже хотела, — согласилась Риона. — С другой стороны, все люди чего-то хотят… того, чего у них нет. Мы с вами — красоту, Нелли — ребёнка, кто-то — здоровья, кто-то — денег… Видно, так уж жизнь устроена.       — Отвг’атно устг’оена, — кивнул Абрам. — Хочется пог’ою изменить чьто-то… но почти сг’азу понимаешь, чьто такие глобальные перэмены не в твоих силах. Остаётся творить добг’о по мелочам. Вот как мы с вами для той же Нелли. Надеюсь, она сьчастлива сейчас.       — Я в этом уверена, — твердо ответила Риона. — И она, и Михель. Не знаю, правда, не станет ли она скучать по удобствам вашего времени, по техническим достижениям. Хотя у неё всегда будет возможность сходить туда, купить что-нибудь нужное и просто побыть там, передохнуть.       Они помолчали. Вокруг кипело веселье. Ян уже завладел гитарой и теребил струны. Магда сидела на скамеечке рядом с Карлом, они вдвоём смотрели, как отплясывает молодежь.       — Тоже вег’но, — согласился Абрам. — Хотя жить на два дома — то ешчо испытание, на самом-то деле. Ну, надеюсь, Нелли спг’авится. Гляньте-ка… — обратил он внимание Рионы. — Кажется, на пг’азднике место не одним только молодым!       А дед Карл и Магда действительно уже перешли от совместного наблюдения к беседе.       — Как думаете, он пригласит её? — поинтересовался Абрам?       — Или она его, — тихонько рассмеялась Риона. — Магда любит поплясать.       — Эдак все, кг’оме меня, найдут здесь паг’у… — вздохнул Абрам. — Перэбег’утся сюда, и останусь я один…       Трудно было понять, шутит парень или действительно грустит по этому поводу.       — Это вряд ли, — покачала головой Риона. — В вашем мире жить проще, да и что они у нас будут делать? Скорее наоборот, Ян переберётся насовсем к вам. А пойдёмте тоже станцуем, пока музыканты не устали! А то там ещё один пирог на подходе…       — Балуете вы меня… — покачал головой Абрам. — Г’азве ж так можно? Ну, пойдёмте, — и подал Рионе руку.       Оба оказались хорошими танцорами и с удовольствием кружились, пока музыка в очередной раз не смолкла.       — Нелли, а сыграй на этой своей лире! — предложил Ян. — Ты в тот раз так красиво пела!       — Ты правда так думаешь? — зарделась Нелли. — Ну, я попробую…       Мужчины вдвоём принесли арфу, и женщина выдала на ней уже другую песню, не ту, что пела дома. Эта была весёлой, а для тех, кто понимал язык — ещё и подходящей к случаю. Лёха подыгрывал на прихваченной из дома костяной свирели, а Абрам — на небольшом бубне.       Песня вызвала общий восторг, и Михель радовался этому едва ли не больше самой Нелли. Потом Магда объявила, что готов очередной пирог, и все вернулись в мастерскую, за стол. Когда Магда и вызвавшийся ей помочь дед Карл внесли этот самый пирог, гости довольно зашумели — хозяйка расстаралась на славу. Пирог вышел высокий и широкий, под стать свадебным тортам будущего. С начинкой Нелли тоже проявила выдумку — прихваченная из этого самого будущего сладкая бобовая паста подошла как нельзя лучше, но и кроме неё хватало вкусных деталей и сладких украшений.       Когда со вторым пирогом тоже было где-то наполовину покончено, Абрам попросил слова. Поднявшись с места, здоровила почти неслышно прокашлялся и выдал:       — Когда я узнал, чьто Нелли… попала в перэплёт, — Абрам был вынужден подбирать слова, дабы не посвящённые в историю гости ничего не поняли, — признаться честно, я был вне себя. Думал, чьто она либо пг’опадёт здесь, либо… нет, даже думать не хочу, — парень выдохнул. — Но оказалось, чьто здесь живут люди, добрые сег’дцем, всегда готовые прийти на помошчь тому, кто попал в беду. Вы приютили Нелли, позаботились о ней… Я благодарю вас за это.       Голос Абрама дрогнул.       — А когда я узнал, чьто Нелли собиг’ается выходить здесь замуж… не знаю даже. Конечьно, я волновался. И отпускать близкого человека не хотел, и боялся — вдг’уг вверю Нелечку не в те г’уки? Я не пг’остил бы себе такого. Но сейчас, когда я вижу, чьто она в надёжных г’уках, чьто она сьчастлива — сег’дце моё спокойно. Остаётся только пожелать молодой чете сьчастья в бг’аке. Ну… как говорится, совет да любовь, — и Абрам поднял бокал.       Михель тоже поднялся на ноги.       — И вам спасибо! Спасибо, что поверили мне, что дали согласие на брак. Я там сказал и ещё раз повторю, что никому не дам Нелли в обиду, и все сделаю, чтобы она была счастлива! А вы приходите к нам в гости, мы всегда рады будем!       — Придём, — кивнул Абрам. — Обязательно. И, кажется мне, это будет уже ског’о, — он посмотрел на Ма Сон и Яна.       — А мы что? Мы ничего, правда, Сонхен? — под общий смех Ян подмигнул подруге.       — Совершенно ничего! — в тон ему ответила Ма Сон… но тотчас тоже прыснула со смеху. — Исключительно по торговым делам!       Торжественность момента была нарушена — все загомонили, засмеялись, в который раз поздравляли Михеля и Нелли, желали Яну и Ма Сон успехов… в торговых делах, разумеется. Хвалили пирог, восхищались мастерством Нелли… А за окном уже начинало темнеть. Первыми домой засобирались Магда и Луиза.       — Там же дети остались, Бастиан за ними присматривает, конечно, не впервой, а всё же…       — Да куда ж вы одни-то по темноте?.. — выступили вперёд дед Карл и Лёха. Первый как-то очень уж внимательно глядел на Магду, а второй — на Луизу.       — Так мы с фонарём, — слегка удивилась Магда, — да и темноты ещё нет — так, сумерки. А вы проводить хотите? А сами потом дорогу найдёте... или потом вас провожать придётся?       — Найдём, — улыбнулся Лёха, украдкой подмигивая Луизе. — Мы друг друга везде найдём. Пошли?       — Да почему бы и нет, — согласилась Магда, — в том, чтобы до дома проводить, ничего плохого нет, верно?       Луиза скромно потупила взгляд. Лангер смотрел на это с лёгкой тревогой. Не обидит ли этот белобрысый девочку? Хотя они же вчетвером пойдут, и Магда точно не позволит им разлучиться...       Абрам, хорошо зная нрав своего подчинённого и заранее предполагая неприятности, так ласково и по-доброму зыркнул на него из-под маски, что тот как будто даже в размерах уменьшился. Однако же присутствия духа почти не потерял и бодро направился к Луизе. Дед Карл таким же манером приблизился к Магде. Все четверо собрались и вышли. Лангер на всякий случай посмотрел в окно, убедился, что Магда пропустила молодых людей вперёд. Правильно, чтобы не выпускать их из виду, чтобы при необходимости вмешаться… Ну, с Магдой за девочку можно не волноваться.       Дед Карл шёл поближе к Магде, глядел на неё приветливо, подбирал в уме тему для разговора. А вот Лёха не спускал глаз с Луизы — уж больно хороша была девушка… Абраму, наверное, стоило бы пойти с ними, потому как его взгляд уже выветрился из памяти парня.       Магде было приятно разговаривать с Карлом. Взрослый, серьёзный человек, видно, что жизнь его не всегда радовала, а всё же не унывает. И танцевать с ним было хорошо — лучше, чем с молодыми, которые так завертят, что голова кругом идет. И пройтись не спеша по улице тоже приятно. Но при этом она не забывала про Луизу. Магда считала себя в ответе за девочку — всё же родственница, да и в город её родители отпустили только потому, что не к чужим людям. А парень, что вызвался ее провожать, всё крепче прижимал её к себе, всё ниже к ней наклонялся… И Магде это не нравилось.       Похоже, дед Карл был того же мнения. Он поинтересовался для порядка:       — Барышня, этот охальник вам не сильно досаждает?       Луиза поспешно обернулась на голос, и даже в сумерках было видно, как рада она этому вопросу, этому вмешательству.       — Не то чтобы слишком, — она старалась держаться гордо, не показывать испуга, — а только разговор был только насчет до дома проводить, и ничего другого.       — Ой, па-аду-умаешь… — протянул Лёха и демонстративно отдалился от Луизы. — Не очень-то и хотелось…       — Вот и хорошо, — промолвила Магда, — а разговаривать и так можно, мы не подслушиваем. Нам самим есть о чём поговорить.       Разговор на расстоянии у Лёхи с Луизой удался лучше — по крайней мере, никаких поползновений парень больше не предпринимал. А старшему поколению и подавно нашлось, что обсудить.