Часть 19

      Как ни медленно они шли, но наконец дошли до дома. Дверь открыл Бастиан, рядом с ним вертелись дети.       — Ганса-то пора спать укладывать, — заметила Магда.       — Я займусь, — с готовностью ответила Луиза, подхватив малыша на руки. Анна и Грета с любопытством разглядывали гостей.       — Может, зайдёте, посидите, пока хозяева не подошли? — предложила Магда, глядя на Карла.       — Можем и посидеть, — дед Карл с улыбкой кивнул Магде. — Но не очень долго.       — Долго и не получится, — согласилась Магда, — скоро надо будет и девочек укладывать, а там и хозяева вернутся. Бастиан, ты не уходи, я тебе пирога принесла. И детям тоже.       Луиза с Гансом на руках ушла наверх, а остальные прошли в переднюю комнату, сели за стол. Бастиану и девочкам Магда дала по куску пирога.       Грета неожиданно спросила у Лёхи:       — А вы умеете на лютне играть?       — Да я как-то больше по гитарам… — смутился парень. — Но могу попробовать. А что?       — Папа с мамой на празднике, — объяснила Грета. — А мы тоже хотим танцевать. А Бастиан играть не умеет.       — Да, неприятность… — с искренней участливостью согласился с девочками Лёха. — Жаль, я гитару не захватил…       — Танцевать они любят, — улыбнулась Магда. — По воскресеньям отец им играет, а они вдвоём танцуют. Так, может, правда попробуешь на лютне? Сбегайте, девочки, принесите!       Бастиан тоже с интересом разглядывал гостей.       — Это у вас в Бретани такая мода? Ткань какая странная.       — А можно на чужом инструменте-то? — с сомнением спросил Лёха. Посмотрел на деда Карла, на Магду… — Этот… Лангер ругаться не будет?       — А что с ним, с инструментом, сделается? — удивилась Магда. — Расстроится? Ну, хозяин обратно настроит.       — Ну… ладно, наверное. Тогда несите, — наконец решился Лёха.       Девочки, оставив недоеденными куски пирога, наперегонки побежали наверх, чтобы тотчас вернуться с лютней.        — Я буду танцевать с Бастианом! — заявила Грета, пока Лёха пробовал струны. Бастиан снисходительно улыбнулся.       Анна, у которой из-под носа увели кавалера, огляделась и подскочила к Карлу:        — А я с дедушкой!       — Аэ… — дед Карл изрядно удивился и смутился. Может, именно поэтому не стал возражать и осторожно взял маленькие ручки Греты в свои.       — Не мода, а практическая необходимость, для тепла, — пояснил Лёха Бастиану. Наконец разобравшись со струнами, парень устроился поудобнее и выдал что-то бодрое из недавно выученного. Инструмент оказался непривычным, но в целом получалось сносно. А дед Карл оказался неплохим танцором — Анна была в восторге. Привычный танец не подходил для новой мелодии, но девочки быстро придумали какие-то нехитрые движения.       — А ты здорово играешь, — одобрила Магда.       Сверху спустилась Луиза, села рядом с Магдой, они вместе, посмеиваясь, смотрели, как малышки танцуют — одна в паре со стариком, другая с долговязым подростком. Когда музыка смолкла, каждая из них изобразила книксен перед своим партнёром, потом они обе повернулись к музыканту, вежливо присели:       — Спасибо, вы так красиво играете!       Магда прятала улыбку, глядя на слегка смущённых гостей.       — Талантливый человек талантлив во всём, — польщённо улыбнулся Лёха, вновь украдкой подмигивая Луизе. Дед Карл только усмехнулся.       — От скромности ты, Альгимантас, точно не умрёшь…       — Ну так если правда красиво получается, что же скромничать, — поддержала парня Луиза.       — Тоже верно, — согласился Лёха. — Ну, надеюсь, и правда вышло неплохо.       Он придирчиво осмотрел струны, проверяя, не попортил ли настройку. Вроде всё было в порядке.       — На гитаре у вас тоже хорошо получалось, — добавила Луиза.       Бастиан украдкой зевнул, не переставая разглядывать гостей.       — Иди-ка ты спать, — скомандовала Магда, и пояснила для гостей: — Он раньше всех в доме встаёт, ему печи разжигать с утра. Да и девочкам, пожалуй, пора.       Луиза, уже пересевшая поближе к Лёхе, досадливо вздохнула.       — Ну, тогда и мы пойдём, наверное? — сказал дед Карл с явным сожалением в голосе. — Может, завтра ещё увидимся?       — Увидимся? — с улыбкой спросил Лёха у Луизы.       — Почему бы и нет? — согласилась Магда. — Вы у нас надолго? Когда возвращаетесь? Так-то я завтра с утра на рынок пойду, можете опять проводить…       — Я бы тоже рада, — Луиза перевела взгляд на старшую родственницу. Магда нахмурилась. Парень ей не очень нравился, но и лишать девочку возможности повеселиться было неправильно. Если только под присмотром, не оставлять их вдвоём…       — Луиза-то из дома мало выходит. Ты, может, приходи днём, заодно по хозяйству поможешь…       — Мы придём, — улыбнулся дед Карл Магде. — Как минимум завтра мы ещё будем здесь, а там — как пойдёт.       Лёха только кивнул, обворожительно улыбнувшись Луизе. Попрощавшись (Лёха хотел было поцеловать Луизе ручку, но под строгим взглядом деда Карла передумал), мужчины вышли из дома и осмотрелись.       — Так… а теперь нас ждёт весёлый квест «Найди дорогу назад», — усмехнулся Лёха. — Ты помнишь?       — Я думал, ты помнишь… — ошарашенно посмотрел на него дед Карл.       Пару мгновений мужчины тупо пялились друг на друга, а затем, почти синхронно выругавшись каждый на своём языке, зашагали предположительно туда, откуда пришли.       Между тем и остальные гости стали расходиться. Ушли друзья Михеля по цеху. Лангер перед уходом предложил было:       — Давай помогу всё обратно расставить!       — Не надо, — отмахнулся Михель, — завтра с утра перетащим.       Ян и Ма Сон пошли провожать до постоялого двора Абрама, Марка и Матвея.       — Ваши-то, наверное, уже на месте, — предположил Ян.       — Я думал, они сюда вег’нутся… — удивился Абрам. — Да и пог’а бы уже… Надеюсь, они не нашли приключений себе на головы. С Лёхой это запг’осто…       — Как бы их искать не пришлось, — слегка встревожился Ян. — Главное, чтобы он с ночной стражей не сцепился…       — Сейчас найдём… — покачал головой Абрам. — А стг’ажа… Чьто стг’ажа? Наши запг’осто отобьются, если чьто. Пг’авда, без жег’тв вряд ли обойдётся…       Парень прикрыл глаза и короткое время словно прислушивался. Затем открыл.       — Всё в порядке. Сейчас придут.       И точно — в конце улицы обнаружилась искомая парочка. Дед Карл и Лёха приближались к собравшимся.       — Нашлись! — обрадовался Ян. — Ну, пойдём!       По дороге он спросил:       — Ну, куда завтра собираемся? Какие планы?       — Если вы хотите открыть лавку — надо же позаботиться о наполнении её товаг’ом, — ответил Абрам. — Покажете, чем собиг’аетесь тог’говать? Заодно посмотрю хоть, как и где всё это делают…       — Так уже обсудили же, — удивился Ян. — Всякая мелочь — рукавицы, жилетки, игрушки… Из шерсти, кожи, дерева. Ну, сходим на рынок, посмотрите. А насчёт того, где делают — это я только к Михелю да к Рионе вас сводить могу. Но наши замки у вас точно никому не нужны. А стекло… Надо подумать. А просто посмотреть можно, конечно.       — Ну, чем тог’говать — это я помню, — подтвердил Абрам. — Я больше пг’о то, чьтобы товаг' лицом посмотрэть. На рынке я уже был, видел… но это ведь не всё? Да к тому же… Риона ведь занимается изделиями из стекла, так? Сложные и изяшчные изделия из него, тем более изготовленные вг’учную, у нас в цене. Как насьчёт того, чьтобы нам искать ей заказы у нас, а ей делать здесь? Мы её г’азрэкла… ну, г’асскажем всем о ней, умолчав, конечьно, о том, чьто она из пг’ошлого. Пг’авда, платить-то будут тоже нашими деньгами…       — Так ваши деньги — это как раз то, что нужно, — объяснил Ян. — Мы же обратно тоже не пустые пойдём! Свечи, душистое мыло, заморские фрукты, шёлковые ленты — это всё у нас намного дороже, чем у вас.       — Вот и славно, — улыбнулся Абрам, — со всех стог’он сплошная выгода. Значит, договорились? Завтг’а надо будет поговорить с Рионой.       — Все вместе пойдём? — уточнил Ян. — Тесновато будет в мастерской. Ну, можно по очереди заходить.       — Так и сделаем, — кивнул Абрам. — Вообшче, навег’ное, из наших пойдём только я и Ма Сон. Остальным незачем.       — Ну тогда с утра все вместе в центр, там мы с вами на рынок и потом в мастерские, а остальные по центру погуляют, — подвёл итог Ян.       — Погуляют… — с сомнением протянул Абрам. — Не хотелось бы их в гог’од выпускать. У меня, конечьно, только Лёха такой обог’мот, но всё же… Ладно, будем надеяться на их благог’азумие.       — Ну так присмотрят втроём за одним, — пожал плечами Ян. — Тем более что он тут без мушкета.       — Я не был бы так уверэн, — улыбнулся Абрам. — Я всё же не заглядывал к нему в багаж. С него сталось бы прихватить и пистолеты, и ножи, и г’учные бомбы… Надо будет глянуть.       Ян некоторое время пытался сообразить, шутит Абрам или говорит всерьез. Потом осторожно проговорил:       — А Нелли говорила, нельзя переносить такое, что ускорит прогресс… то есть то, до чего у нас ещё не додумались. Ножи-то ладно, этого добра и здесь хватает…       — Лёхе закон не писан, — усмехнулся Абрам. — И как я его тег’плю пог’ой… Впг’очем, надеюсь, он всё же… не настолько рисковый парэнь.       За разговором они дошли до постоялого двора. Гости поднялись в свою комнату, простившись с Яном до утра. Ян неожиданно спросил у Ма Сон:       — Может, ты хочешь сейчас остаться со своими — в смысле, пообщаться с ними? Ты ведь, наверное, скучаешь. Они скоро уйдут, а мы с тобой останемся.       — Ой, да сказал бы прямо, что хочешь один побыть… — наигранно-насмешливо выдала Ма Сон. — Как пожелаешь. Но надолго ты от меня всё равно не избавишься, так и знай!       И исчезла за дверью.       Гости разошлись. Михель, счастливый и немного утомленный праздником, с лёгкой растерянностью осматривал свою мастерскую. Три стола, один из которых чужой, остатки еды, куча грязной посуды… Надо будет завтра опять нанять ту девушку из трактира. Не мыть же все это одной Нелли…       Нелли стояла у окна, смотрела вслед гостям. Наверное, она всё же скучала по ним. Михель подошёл к ней, обнял.       — Ну, как ты? Не устала?       — Да не особо, — улыбнулась Нелли, разворачиваясь в кольце рук Михеля и обнимая его. — Мы всё же выносливее обычных людей. Хотя волновалась страшно, конечно. Неужели мы теперь, ну… — женщина замялась, не зная, как назвать своё нынешнее состояние, — совсем вместе? Навсегда?       — Навсегда, — повторил Михель и поцеловал Нелли. — Насовсем. По-настоящему. Ты рада? Я — очень. Даже не верится.       — Я тоже рада… — Нелли прижалась к Михелю крепче, пряча лицо на его груди. — Теперь начнётся новая жизнь. Наконец-то со мной рядом будет тот, кого я люблю и кем любима… Я мечтала об этом всю жизнь. Одного только не хватает для полного счастья… — женщина вздохнула.       — Будет, — Михель не стал переспрашивать, он и так понял, о чём говорит Нелли. — Подожди немного, и всё будет. Любимая моя… Всё будет, как ты захочешь…       — Вот именно, — Нелли подняла голову, посмотрела Михелю в глаза. — Всё будет так, как ты захочешь, любимый мой. В этом высшее счастье супружества — жить ради друг друга. Я хочу, чтобы ты был счастлив.       — Я счастлив, — Михель снова поцеловал Нелли, а потом вдруг подхватил её на руки и понёс к лестнице на второй этаж.       — Ну что же ты делаешь?.. — негромко рассмеялась Нелли, внутренне наслаждаясь таким проявлением любви. — Я же тяжёлая, надорвёшься!.. — вопреки своим словам она, напротив, вцепилась в мужа крепче.       — Своя ноша не тянет, — с некоторым напряжением в голосе ответил Михель, поднимаясь по ступенькам. А в комнате Нелли ждал небольшой сюрприз — пока они были в церкви, от плотника доставили новую, широкую кровать. Так что новая жизнь начиналась действительно с обновки.       — Надо же… — негромко усмехнулась Нелли, спускаясь с рук Михеля. — Уже доставили… Самое время, я бы сказала.       Встав перед кроватью, женщина посмотрела на мужа через плечо и лукаво ему подмигнула.       — Ну… опробуем обновку?       — Так для того она тут и есть, — согласился Михель, распуская шнуры корсета на Нелли. — Что же, теперь мы по закону имеем право…       Нелли терпеливо ждала, растягивая удовольствие. Она хотела, чтобы Михель сам избавил её от одежды.       — До этого будто не имели… — усмехнулась она. — Но так и правда лучше. Мне быть молодою женою…       — А мне законным мужем, — согласился Михель, и снова стал целовать Нелли — лицо, шею… Стянул с неё платье, потом сорочку, покрывая поцелуями плечи и грудь…       Томно вздыхая, Нелли вдруг ловко прижала голову Михеля к необъятной груди, не давая ему отстраниться… и упала вместе с мужем на кровать. Вскоре было покончено и с корсетом Неллиного платья, и с рубашкой Михеля. Представ друг перед другом обнажёнными, муж и жена не могли налюбоваться, ласкали друг друга, кажется, даже с бо́льшим пылом, чем в первый раз. Всегда покорная, готовая услужить Нелли на этот раз примеряла на себя амплуа повелительницы, мелко дрожа от осознания главенствующей роли.       Михель с радостью уступал Нелли, выполнял ее желания. Она уже подарила ему столько счастья, внесла в его жизнь столько удивительного… За всё это он был благодарен ей и рад был выразить свою благодарность. И благодарность Михель выражал со всем пылом молодости и со всей обстоятельностью законного супруга. Нелли, хоть и делала вид, что главная, на самом-то деле искусно подталкивала его выкладываться на полную, рада была подарить всю свою любовь.       Наконец усталость взяла верх над всеми остальными чувствами. Всё же Михель был обычным человеком, в отличие от своей супруги. Но даже во сне он не разжимал объятий. Так пара и уснула в обнимку, постаравшись перед этим сделать всё, чтобы первая брачная ночь запомнилась им на всю жизнь.