Часть 20

      Ян с лёгким удивлением обнаружил, что одному ему в комнате уже как-то неуютно. И спалось плохо, несмотря на хмель и усталость. Так что наступлению утра он даже обрадовался.       Гости уже спустились в зал. Ян нетерпеливо искал взглядом Ма Сон. Не будет ли она скучать без своих друзей?       Ма Сон, однако, нашла Яна сама, и, никого не стесняясь, повисла на нём.       — Скучал без меня?       — Ещё как! — Ян сгреб девушку в объятия, поцеловал. И только после этого повернулся к Абраму: — Ну что, пойдем?       — Пойдём, — отозвался Абрам, насмешливо поглядывая на сладкую парочку. — Г’азорите вы меня… На одном приданом… Эдак до втог’ой свадьбы недалеко…       На этот раз Ян промолчал, не стал отшучиваться. Вчерашний праздник заставил его задуматься. Понятно, что он — не Михель, у которого все правильно и продуманно, и вообще им с Сонхен и так хорошо… Но сказать по правде, таким счастливым Ян своего приятеля ещё не видел.       Наконец троица «купцов» двинулась в путь. Абрам, уже более-менее освоившийся, осматривался без настороженности.       А дед Карл и Лёха тем временем приближались к дому Лангера и Рионы. Магда ждала их, уже в плаще, с корзинкой в руках, которую она немедленно сунула Лехе:       — Луизе сейчас всё равно не до тебя, ей надо детей одеть да завтраком накормить. Мы как раз успеем сходить и вернуться.       — Ой, па-аду-умаешь… — выдал Лёха, усмехнувшись. — Как будто она и так всю ночь по мне не вздыхала… Ну да ладно, пойдёмте.       — Думаешь, у нас тут своих нахалов мало, чтобы ей о заезжем вздыхать? — посмеивалась Магда.       Идти до рынка было недалеко. Обычно по будням Магда покупала только то, что долго не хранится, а за овощами и крупой шла по воскресеньям с Бастианом. Но сейчас она решила на полную использовать услуги добровольного носильщика. Корзинка быстро наполнялась и тяжелела. Пусть Бастиан разок отдохнёт…       Лёха, впрочем, не жаловался — ещё чего… шёл себе спокойно.       — Не вздыхала, значит? Непорядок, надо поправлять. Будем работать, — усмехнулся парень. — Я ж у вас гитару оставил. Придём — выдам великолепный танец, и она не устоит…       — Кто о чём, а вшивый — о бане… — добродушно усмехнулся дед Карл. — Смотри, не переусердствуй.       — А может, ты нам сыграешь, а, дед? — усмехнулся Лёха в ответ.       — Ну, я по танцевальным не очень… — задумался старик.       — Играешь-то ты и правда хорошо, — согласилась Магда. — Вон как ловко у тебя вчера получилось, а ведь ты раньше на лютне не играл.       Она добавила в корзинку здоровенный кочан капусты.       — Ну, вроде всё взяла, можно возвращаться.       Лёха, по-прежнему словно не замечая веса тяжёлой корзины, кивнул с улыбкой, польщённый похвалой, и направился следом за Магдой. Дед Карл последовал за ними. Дверь им открыла Луиза с малышом на руках. Приветливо улыбнулась гостям.       — Здравствуйте! Вы сегодня со своим инструментом? Только я даже не знаю… мне сейчас в комнатах убираться надо…       Магда вздохнула. Ладно, молодость один раз бывает…       — Завтра уберешь получше, а сейчас погуляй с детьми во дворе. Может, последний погожий денёк сегодня — потом дожди пойдут, им и носа из дома не высунуть будет.       — Правильно, — с удовольствием поддержал Лёха. — Пойдём гулять! Я те… вам сыграю чего-нибудь…       — Нужна помощь с чем-нибудь? — поинтересовался у Магды дед Карл.       — Не думаю, что вы умеете обед готовить, — усмехнулась Магда, — я и сама управлюсь. Давайте вы просто посидите рядом, да будем между делом разговаривать.       — Это очень хорошо, — поддержал дед Карл. Он вынес Лёхе гитару, Луиза вывела детей, и молодые люди пошли с ними гулять, а сам старик скрылся в доме.       В этот раз Магда решила варить супа больше, чем обычно — с учётом гостей. Она разделывала курицу, резала овощи… Это были привычные действия, они почти не требовали внимания и не мешали разговаривать. Магда неожиданно стала рассказывать о себе — о недолгом замужестве и долгом вдовстве, о сыне, который стал моряком и теперь навещает её хорошо если раз в год…       — Он ведь и женился там, в Герсте, и внук у меня есть, — горделиво и грустно одновременно улыбнулась Магда. — Только я его ни разу не видела. Вот, хозяйских детей вместо него балую…       — Понимаю… — кивнул дед Карл. — У меня тоже своих детей никогда не было. Но мне повезло — их заменили эти шестеро. Вот так и живу — стараюсь воспитывать и оберегать. Хоть и не родные, а всё равно любимые. Ни на кого бы их не променял.       — Значит, вы, можно сказать, дочку замуж выдали, — улыбнулась Магда. — Ну, можете быть за неё спокойны. Михель — человек надёжный, в обиду её не даст. А как же вышло, что у вас своей семьи нет?       — Скорей уж внучку, — усмехнулся дед Карл. — За отца у неё Абрамчик. А своя семья… Ну, у меня вся жизнь в работе прошла. А потом и время ушло. Могучий богатырь превратился в высохшего старика, и теперь только и остаётся, что вздыхать о прошлом.       Дед Карл сказал правду… только не всю.       — Что же, годы идут, мы не молодеем, — вздохнула Магда. — А кем вы работали? Разговор у вас как у образованного…       — Ну, у нас всеобщее образование, — согласился дед Карл, — так что школу я посещал, как все. А работал я… — старик задумался, поймёт ли его собеседница, кто такой мастер-сталевар, — но в конце концов нашёл решение: — Железо варил. Мастером цеха был!       Тут дед Карл вспомнил, что под цехами раньше, вроде как, понималось что-то другое, не как в его время… но уже было поздно.       — Старшиной гильдии? — переспросила Магда с уважением в голосе. — Надо же! Не последним человеком в своем городе были, стало быть.       — Да где там… — несколько смутился дед Карл. Врать ему не хотелось. — У нас только на одном заводе может быть много цехов, а заводов в нашем городе несколько.       — Ну всё равно, это ответственная и важная должность, — не согласилась Магда. — Надо и в ремесле быть первым, и людьми уметь руководить. И работа тяжёлая, ещё тяжелее, чем у моей хозяйки…       — Ну, это как посмотреть, — не согласился уже дед Карл. Принижать мастерство Рионы ему не хотелось. — Она-то вручную делает, а у нас с этим проще. Можно больше сделать, да и меры безопасности какие-никакие.       Спорить Магда не стала, тем более что хозяйку свою она очень уважала.       — А расскажите про ваш город! — предложила она. — Это ведь далеко, да?       — Это… да, очень далеко на севере, — замялся дед Карл.       «Ага, и в трёхстах с гаком годах впереди…»       — Ну, что про него расскажешь… Зима девять месяцев в году, много ме… железоделательных заводов… ничего особенно примечательного.       Тем временем во дворе Луиза пыталась занять чем-нибудь Ганса. Девочки охотно согласились поиграть в салочки между клумб, а вот мальчик упорно хныкал и просился на ручки. Ну как можно с ребёнком на руках кокетничать с кавалером!       — Не знаю, что с ним такое сегодня, — сказала она с досадой, — обычно он не такой капризный…       А Лёха едва зубами не скрипел от злости… Охмурение красотки-служанки откладывалось на неопределённый срок. Жутко хотелось навернуть крикливой малявке гитарой. Гитара! Парень подумал немного, примерился и тронул струны. Мелодичный звук разнёсся по саду.       Ганса музыка заинтересовала. Он перестал хныкать, высвободился из рук Луизы и приблизился к Лёхе, разглядывая невиданный инструмент.       — Даже ему нравится, как вы играете, — улыбнулась Луиза.       — Главное, чтобы нравилось те… вам, — улыбнулся Лёха. — Не для себя ведь стараюсь.       Луиза кокетливо поправила золотистый локон, выпавший из-под чепчика, искоса посмотрела на Лёху.       — А что же, и мне нравится. А петь вы умеете?       — А то как же! — подбоченился Лёха. — Умею, и весьма недурно. Завершишь прогулку, вернёмся сюда — послушаешь.       — После обеда Ганс спать будет, — с надеждой проговорила Луиза. — Только мне надо будет посуду помыть…       — Если хочешь — давай вместе помоем, — галантно предложил Лёха. — Заодно и поболтаем о том, о сём…       — Это очень любезно, — смутилась Луиза. — Ну если вы хотите…       Между тем обед был готов. Из мастерской выскочил Бастиан, Магда налила ему небольшой котелок, дала две ложки. Пояснила Карлу:       — Хозяйка могла бы и домой зайти, мастерская-то за дверью. Но она обедает вместе с работниками.       Потом в кухню зашли Луиза с детьми и Лёха. Сразу стало тесно. За столом все вместе не уместились бы. Сначала Магда налила детям и Луизе. Потом Луиза с Гансом ушла наверх, девочки опять вышли во двор, а Магда поставила на стол тарелки себе, Карлу и Лёхе.       Поблагодарив Магду, Лёха и дед Карл принялись за еду. Ели с аппетитом, приготовлено было хорошо. Старик не торопился, а вот юноша, предвкушая продолжение приятного разговора с Луизой, наворачивал вовсю, и сам не замечал.       Магда с удовольствием наблюдала за тем, с какой скоростью Леха орудовал ложкой. Когда тарелка у парня опустела, она предложила:       — Может, добавки тебе? Ты как будто неделю голодал!       Не дожидаясь ответа, налила ещё пару половников и добавила строго:       — Девочке нашей ты, видно, и впрямь приглянулся. Но смотри, обидишь её — уши оборву, понял?       — Понял, понял, — отозвался Лёха с улыбкой. — Не бойтесь, не обижу. Может, даже подружимся… с ней. С вами, вроде как, уже. Правда ведь? — и улыбнулся, глядя Магде в глаза. — Очень вкусно, спасибо!       Ян с гостями обошел пару рынков. Абрам разглядывал вязаные варежки, меховые жилетки, детские башмачки из мягкой кожи… Вроде ему нравилось, а вообще — под маской было не понять. Ладно, потом обсудят, без посторонних. Потом Ян предложил:       — Пойдём сначала к Михелю? К нему ближе. Посмотрите, как он работает, чтобы Нелли обеспечивать.       — Пойдём, отчего ж не пойти… — кивнул Абрам. — Надеюсь, он вложил мои деньги так, чьтобы обеспечивать жену с гаг’антией…       К этому времени в доме Михеля почти ничего не напоминало о вчерашнем празднике. Мебель вернулась на свои места, посуда была перемыта и частично возвращена хозяевам, а Михель уже сидел за станком. Дверь гостям открыла Нелли, в будничном платье и кухонном фартуке.       — Здравствуйте, гости дорогие, — улыбнулась женщина, с удовольствием обнимая поочерёдно каждого прибывшего. — Вы к Михелю? Занят мой муженёк. Вам туда — кивнула она вглубь дома.       За жужжанием станка Михель не услышал голосов за дверью, и заметил гостей, только когда они вошли в мастерскую. Обернулся на звук скрипнувшей двери, с удивлением увидел Ма Сон и Абрама (Ян-то был здесь частым гостем). Остановил станок, встал, вытирая руки тряпицей.       — Здравствуйте! Вы к Нелли?       — И к ней тоже, — по-деловому коротко пояснил Абрам. — Вообшче, мы до вас обоих. Чьто ж, то, чьто ты со свалившимся на голову богатством не бездельничаешь — это хог’ошо. А на чьто же ты пустишь его? На г’асширэние дела?       — И на расширение тоже, — кивнул Михель. — Новый дом купим, побольше этого. И кухню побольше, и мастерскую. Только не сейчас, а примерно через год. Сейчас нам и так хватает. Я один, вот ещё возьму ученика, так ему отдельный станок не нужен. А через год Нелли, глядишь, станет мастером-пирожницей. И ученик к тому времени уже сможет за станком стоять. Так что к тому времени и ей кухня, и мне мастерская нужны будут побольше.       — Всё уже г’аспланиг’овал… Молодец, — удовлетворённо кивнул Абрам. — Так дег’жать. А вообшче… Прибыльно ли твоё рэмесло? Покажешь, чьто да как?       — Было бы сильно прибыльно — все бы только этим и занимались, — усмехнулся Михель. — Как и всякое другое, крутиться надо. Имя надо заработать, работников набрать, а там уж и прибыль будет. Смотрите, конечно! Вот заготовки, отдельно ригели, отдельно корпуса. Это готовый заказ, отполировать осталось, завтра его заберут. А это Лангеру очередная идея в голову пришла, мы ее пока до ума не довели. Хотим сделать замок, чтобы ригель был не выдвижной, а поворотный, тогда можно будет сделать корпус узким, для потайного замка…       — Замок с секрэтом… Ловко придумано, — оценил Абрам. — Ну чьто ж, как я вижу, в деле ты г’азбиг’аешься, и вести его умеешь, чьто не менее важно. Начинаю убеждаться, чьто отдал Нелли хог’ошему человеку.       — Стараюсь, — кивнул Михель и честно добавил: — Это ещё спасибо Лангеру, он изобретательный. Всё время придумывает что-то новое, к нам уже и обращаются со сложными, необычными заказами.       — Это хог’ошо, — кивнул Абрам. — Пг’оцветаете. У нас бы это назвали рэпутационной основой и клиентской базой.       — Что вам ещё показать? — Михель огляделся. — Вот эти свёрла я в вашем мире купил — замечательные, немного лучше наших сверлят и совсем не тупятся. Может, Ян как-нибудь и резцы купит.       — Надо будет запомнить, — согласился Абрам. — Да вг’оде всё посмотрэли. Только вопг’ос: кого в ученики бг’ать будешь?       — А кого найду, — пожал плечами Михель. — У меня пока не такая репутация, чтобы выбирать. Сироту какого-нибудь подберу, и доброе дело сделаю заодно.       — Даже дважды добг’ое… — Абрам с намёком посмотрел на дверь в мастерскую. — Ну, тогда понятно. Ладно, бывай, мне ешчо к Рионе зайти надо.       Луиза спустилась в кухню, когда Леха заканчивал вторую порцию.       — Ну как, вкусно? Подожди, я сейчас помою тарелки.       — Помоем вместе, как я предлагал, — Лёха доел последнюю ложку и встал из-за стола. — Да, очень вкусно.       — А то, — засмеялась Луиза. — Тётя Магда готовила. Хотя я тоже уже учусь так же… Ну давай, ты будешь мыть, а я вытирать. Или наоборот, если хочешь. Только тереть надо так, чтобы блестели.       Магда кивнула Карлу:       — Пойдёмте в комнате посидим, а то тесно тут вчетвером.       — Пойдём…те, — улыбнулся дед Карл и, подмигнув Лёхе, вышел вслед за Магдой.       — Ну, давай мне более сложную часть. Я же мужчина, — улыбнулся Лёха.       — Конечно, — согласилась Луиза с лукавой улыбкой. — Вот полотенца — этим вытираешь насухо, а этим потом ещё трёшь, чтобы блестело.       Она открыла кран, склонилась над грязной посудой. Одну за другой ставила на стол чистые тарелки. Лёха встал у стены немного позади Луизы, с удовольствием наблюдая за открывающимся интригующим видом.       «Хороша…»       Лёха натирал тарелки от души, чудом успевая отвести взгляд, когда Луиза оборачивалась, чтобы передать ему следующую. Принимая её, парень старался словно невзначай коснуться руки девушки.       В дверь постучали. По правилам должна была открывать Луиза, но, видно, за плеском воды она не расслышала. И когда раздался повторный стук, Магда пошла открывать, пробормотав:       — Наверное, хозяин пришел обедать…       К её удивлению, на крыльце стояли Ян и Ма Сон, а с ними и новый знакомый, тоже из друзей Нелли.       — Здг’авствуйте, — выдал Абрам, — хозяйка дома?       — Здравствуйте, — Магда смотрела на гостя с доброжелательным интересом. — В мастерской хозяйка — день-то рабочий. Обедать будете? Суп ещё теплый.       — Не откажусь, — Абрам улыбнулся под маской. — Глядишь, Риона к тому врэмени закончит и будет готова принять меня…       — Не закончит, — возразила Магда, — сейчас только обед, какое там закончить! Ну ничего — если вы по делу, так она и прёрвется, выйдет к вам. Или вы к ней зайдёте, посмотрите, как стекло выдувают. Проходите сюда!       Абрам прошёл за Магдой на кухню… и увидел занятых мытьём посуды Лёху с Луизой. Ну, точнее, мыла-то Луиза, Лёха только вытирал. Парень без отрыва от работы сосредоточенно пялился на спину девушки и что пониже, а оная девушка, судя по видимой Абраму, но невидимой Лёхе лукавой улыбке, об этом знала и не возражала.       — Вог’куете, голубки… — усмехнулся Абрам. — Ну-ну…       Лёха на появление гостей даже внимания особого не обратил — так был увлечён зрелищем.       Луиза обернулась к Абраму, улыбнулась.       — Здравствуйте!       — Накорми гостей, Луиза! — сказала Магда. — А потом проводи в мастерскую.       Луиза тотчас бросилась разливать остатки супа по трём тарелкам, нарезала хлеб, поставила кружки.       — Благодарю, — Абрам ел не спеша, чинно и степенно, а закончив, попробовал сам мыть посуду, заодно решив изучить незнакомый водогрейник.       — Не надо, я сама, — попыталась остановить его Луиза. Покосилась на Лёху и договорила: — Мы сами…       — Уже «мы», — проворчал Абрам, но от раковины отошёл. — Ну-ну…       Парень хотел было пошутить уже про третью по счёту свадьбу… но пожалел Луизу.       — Так давайте я вас провожу, — предложила Луиза. — Это улицей — ту дверь, что из дома, хозяйка на защёлку запирает, чтобы дети не заскочили случайно.       — С удовольствием, — кивнул Абрам, улыбнувшись под маской. — Пг’ойдёмте. А Лёха домоет посуду. Идём, — махнул он Яну и Ма Сон.       Лёха только фыркнул, однако же ничего не сказал.       Они вышли из дома, обошли его, завернули за угол, в переулок. К двухэтажному, с высоким цоколем, дому сбоку примыкало одноэтажное здание мастерской. Луиза постучала. Открыл Бастиан, в штанах и кожаном фартуке.       — Позови хозяйку, тут к ней по делу, — строго сказала Луиза, явно подражая Магде.       Бастиан зачем-то оглянулся, прикинул что-то, ответил:       — Сейчас освободится, минут через десять.       — Мы подождём, — согласилась Луиза.       Они вошли в небольшое, тесное помещение. На стене располагалась вешалка, на ней висели куртки и рубашки. У другой стены — стеллаж, уставленный вазами, бокалами, графинами… а ещё стол и два стула.       — Удобно, — оценил Абрам. — Надеюсь, в саму мастег’скую заходить не придётся — я уже чувствую, насколько там жаг’ко…       Однако же, памятуя о правилах приличия, садиться не торопился.       — Вы присаживайтесь, — вежливо предложила Луиза, — или можете работы пока посмотреть!       — Только после вас, — улыбнулся Абрам Луизе.       — Сонхен, а ты хочешь посмотреть, как стекло выдувают? — спросил Ян. — Это интересно!       — Конечно, хочу! Давай зайдём? — попросила Ма Сон.       Ян приоткрыл дверь, и они с Ма Сон вошли. В мастерской все хорошо знали Яна, и его появление никого особо не удивило, а на его спутницу посматривали с любопытством.       — Только чтобы никому не мешать, — шёпотом пояснил Ян подруге, продвигаясь вдоль стены.       Риона работала с большой вазой, с помощью Виллема выгибала края. Клаас только начал выдувать стеклянный пузырь, Йост склонялся над печью для отжига. Ма Сон прислушалась к Яну, решила придержать вопросы при себе, пока мастера не закончат, и с интересом наблюдала за процессом.       Йост заметил внимательный взгляд Ма Сон, вполголоса пояснил ей:       — Если стекло будет на воздухе остывать, оно лопнет. Снаружи остынет, а внутри — нет, вот и лопнет. Потому и надо его время от времени нагревать, чтобы снаружи было, как и внутри.       — Это понятно, — отозвалась Ма Сон, продолжая наблюдать. — Разница температур, всё такое… Нам в школе рассказывали.       — Хорошая у вас школа, — слегка удивился Йост. Щипцами вынул из печи бокал на высокой ножке, переставил его на полку, на его место поставил другой.       — Хорошая — спорный вопрос. Вот что необычная — это да, — усмехнулась Ма Сон. — Впрочем, когда я там училась, она таковой ещё не была, — и замолкла, не желая больше отвлекать мастеров.       Риона закончила формировать вазу. Виллем срезал ее с держателя и понес на полку, а Риона подошла к гостям.       — Добрый день! Что-то случилось?       — Здравствуй, — улыбнулась Ма Сон. — Абрам хотел видеть тебя по делу. Насчёт стекла и всего такого. Сюда ему заходить не стоит, — она усмехнулась. — Не то кожа стечёт с костей.       — Да, тут жарко, — согласилась Риона. — Ну, пойдём!       Абрам уже ждал их. Так и не сев на стул, он приветственно кивнул Рионе.       — Здг’авствуйте. Извините, чьто без приглашения, но врэмя, увы, не ждёт.       — Здравствуйте, — кивнула Риона. — Так давайте присядем, о делах стоя разговаривать неудобно. И какое же у вас дело? В вашем мире стекла и без меня хватает, и получше, чем я могу сделать. Оттенков больше, и ещё это с насечками… хрусталь, вот…       — Присаживайтесь, — улыбнулся Абрам под маской. — Мне пг’авила приличия не позволяют садиться г’аньше женшчины. А дело моё в том, чьто у нас, даже при массовой фабричной выделке стекла, возможно изготовить… ну, не всё. Как я, навег’ное, уже говорил, г’учная г’абота у нас очень ценится. Кг’оме этого, в пг’одаже не всегда можно найти именно то, чьто ишчешь — опрэделённого цвета, фог’мы… Вот я и прэдлагаю вам г’аботать с подобными заказами. Как вам идея?       — Интересно, — проговорила Риона. — Очень даже интересно, и Яну я рада помочь. Вот только кто будет заказы принимать? Тут я сама разговариваю с заказчиками, все уточняю — размеры, цвет… А ещё я не за всякий заказ возьмусь. Филигранное стекло я не делаю — это специально надо было учиться, да притом не у нас. А то бывает, что заказчики хотят такую форму, какую сделать невозможно — лопнет, как ни отжигай.       Она достала толстую тетрадь, открыла её наугад.       — Вот, смотрите, это книга заказов. Видите, тут всё указывается — эскиз изделия, цвет, толщина стенок…       — Заказы вам будем искать мы, в будушчем, — успокоил Абрам. — И г’азнесём о вас славу, как о великом мастерэ. И будем пг’осить заказчиков указывать паг’аметры максимально подг’обно. Эскизы, думаю, и у нас можно будет делать… — он почесал в затылке. — Ну, а потом уж вам на утвег’ждение — там сами рэшите, получится или нет.       — Что же, если заказчики будут согласны ждать больше месяца только для того, чтобы узнать, что я отказываюсь… — усмехнулась Риона. — Это же сначала мне посмотреть, решить, берусь ли я, назначить цену, потом заказчику узнать цену, решить, согласен ли он… может, я какие изменения предложу… Если люди согласны будут столько ждать, то можно попробовать. Ян со мной свечами будет расплачиваться, мазью для рук… У вас в мире много полезного.       — Ну… знаете, я думаю, чьто, если заказчик будет уверэн в качестве, в том, чьто отдаст немалые деньги именно за то, чего хочет, — подождёт, — улыбнулся Абрам. — А больше месяца — это у вас и здесь столько уходит, или это с учётом врэмени на перэходы? Если втог’ое — так это делать можно и чашче.       — Я бы разорилась, если бы одну вазу месяц делала! — рассмеялась Риона. — С дорогой, конечно. Работы там самое большее на два-три дня. Но часто туда-сюда ходить — тоже не очень удобно. Это ведь неблизко, столько времени будет зря тратиться. Ну посмотрим, начнем, а там будет видно.       — Тогда вообшче никаких пг’облем, — кивнул Абрам. — Думаю, у меня есть способы сокг’атить врэмя в пути. Схему, пг’авда, ешчо дог’абатывать, но, думаю, будет г’аботать. Дёшево, быстг’о, качественно — выбиг’айте любые два, как говорится. Но вы пг’авы: главное — начать.       — Тогда остался последний вопрос, — посерьезнела Риона. — Сколько вы будете брать за посредничество? Если вы полностью берете на себя заказчиков, то, я думаю, двадцать процентов — справедливая доля.       — Да будет так, — согласился Абрам. Показывать, что деньги ему не особенно-то и нужны, он не собирался. Требовать больше — обидеть Риону, предложить меньше — показать отсутствие деловой хватки.       — Договорились, — кивнула Риона. — К стряпчему нам с вами идти нелепо, он нас за сумасшедших примет, так что поверим друг другу на слово, — и она протянула руку.       — Доверие — важная составляюшчая полноценного сотг’удничества, — кивнул Абрам, осторожно пожимая протянутую руку. — Вскорэ ждите пег’вых заказчиков.       — Хорошо, — Риона встала. — А теперь извините, дела не ждут. Вы когда возвращаетесь? Мы в этот раз ещё увидимся?       — Вряд ли, — покачал головой Абрам. — У нас, вг’оде как, больше не осталось дел здесь. По возвг’ашчении начнём искать клиентов, и в следуюшчее посешчение, даст Бог, прибудем уже со списком заказов.       — Ну тогда до встречи, — улыбнулась Риона. — Буду ждать!       — До встрэчи, — кивнул Абрам и удалился. В голове он уже прикидывал, кому сможет предложить такое редкостное мастерство. Вскоре откланялись и Ма Сон с Яном.