Часть 24

      Пропетляв по улицам и чудом умудрившись не попасться никому на глаза, Ма Сон выбралась за город. Тяжёлая Нелли сильно тормозила бегунью.       — Фух… только не говори мне, что каким-то образом умудрилась забеременеть! — рыкнула Ма Сон. — Что ж ты такая тяжёлая стала?       — Издеваешься, да? — Нелли всхлипнула.       — Издеваюсь, — с мстительным удовольствием подтвердила Ма Сон. — Ладно, полетели дальше. Ты как, не мёрзнешь?       — Не успеваю, — Нелли слабо улыбнулась.       — Вот и хорошо. Правильно я сделала, что тебя укутала. Вперёд!       И Ма Сон бросилась вон из города — спасать подругу…       Ночь Ян провёл беспокойно. Он тревожился и за Нелли, приветливую и заботливую, и за Михеля, который, кажется, крепко любил жену.       Проснулся он затемно. С торбой на плечах добрался до предместья, разбудил хозяина лошади и в утренних сумерках отправился в путь. Подморозило, с неба сыпался снег. А на той стороне мороз… Надо бы как-то придумать, чтобы не таскать с собой вещи на смену. В деревне их оставлять, что ли… Уже темнело, когда он добрался до места перехода. На той стороне вообще темнота. Но ничего, Сонхен оставила следы. Если, конечно, там сейчас не метель. Он шагнул вперёд.       К тому моменту, как Ян добрался до скотобойни, Ма Сон уже успела «подлечить» Нелли и встретить его у входа.       — Я уложила Нелли отдыхать, — сообщила она. — Нескольких дней хватит.       — Значит, она точно поправится? — обрадовался Ян. — Замечательно! Ну, а мы что будем делать? Поедем к тебе, или тут можно переночевать? За Нелли же, наверное, надо присматривать…       — Надо… — вздохнула Ма Сон. По правде сказать, она с бóльшим удовольствием отправилась бы домой, — там кровать была пошире и помягче, — но против довода Яна она не смогла найти аргументов. — Будем ночевать здесь, в соседней комнате. Не боись — теперь, после лекарства, ей точно станет легче. Пойдём? — она протянула ему руку.       — Пойдём, — согласился Ян. — А поужинать тут найдётся? А завтра с утра, если с Нелли всё будет хорошо, поедем в город. Ты будешь раздавать то, что мы привезли, а я — закупать новый товар. Кстати, у вас ведь, надо полагать, тоже выгоднее покупать не в лавках, а прямо в мастерских?       — Да кто его знает… — пожала плечами Ма Сон. — Наверное. Только я сроду не видела, чтобы тут кто-то так делал. По-моему, здесь так и вовсе нельзя — все всё в лавках берут.       — Но сами-то владельцы лавок где-то же берут всё это? — резонно возразил Ян. — Надо будет разобраться. Не сейчас, так в другой раз… Сами они, понятное дело, не скажут. Ладно, давай поужинаем да спать. К Нелли, наверное, мне сейчас не стоит заходить, тревожить её?       — Хочешь — зайди, — улыбнулась Ма Сон. — Я пока соображу, что на ужин. Пошли.       Проплутав по коридорам, пара вышла к жилым помещениям.       — Нелли там, мы — здесь, — показала Ма Сон на две соседние двери.       Ян осторожно заглянул в комнату. Нелли лежала в постели, но не спала, услышав его, приподняла голову. Он подошёл.       — Ну как ты себя чувствуешь?       — Уже лучше, спасибо, — улыбнулась Нелли. — Отлежусь немножко — и можно будет вернуться. Ты если есть хочешь — найди кухню, она должна тут недалеко быть, — женщина, как смогла, разъяснила дорогу. — Там будет и кладовка со всякой едой длительного хранения. Сам поешь, Ма Сон накорми…       — Так она, наверное, как раз сама туда и пошла, — ответил Ян. — И давно ты так болеешь? Это можно вылечить, или всю жизнь так?       — Если бы было можно — уже б давно вылечили, — вздохнула Нелли. — Если лекарство и есть — до него ещё не додумались. И да, это врождённое.       — Бедная, — посочувствовал Ян. — Может, ещё придумают. Вон сколько всего у вас тут придумали! Ну, отдыхай.       Он пожал Нелли руку и вышел. На кухне его встретили грохот кастрюль и отборная ругань — Ма Сон пыталась кашеварить.       — М-да… Всегда говорила: кулинария — не моё… — вздохнула женщина, увидав любовника, и полезла за чем-то в верхние шкафы. Роста ей не хватило, Ма Сон уцепилась за полку… и в итоге оказалась погребена под ворохом посуды.       Ян вздохнул, присел на корточки и помог Ма Сон выбраться из-под груды тарелок.       — Ты цела? Не ушиблась? Ну и зачем ты туда полезла, меня позвала бы!       — Да что я, сама с готовкой не справилась бы? — надулась Ма Сон. — И вообще, я хотела тебя порадовать… — она внезапно густо покраснела.       — Солнышко моё, Сонхен, — Ян нежно поцеловал подругу, — ты меня другим радуешь. А еда — это только еда. Есть здесь та штука, которую надо кипятком заливать? Ну или хлеб с сыром, тоже хорошо.       — Скажешь, что только в постели радую — зарежу… — тая от удовольствия, проронила Ма Сон и обняла Яна, не торопясь пока вставать. — Слушай… Может, попробуем приготовить что-то получше, чем бутерброды или лапша? Попробуем вместе?       — Не только, конечно, — охотно согласился Ян. — Ты интересная, с тобой не соскучишься. Ну кому ещё может прийти в голову купаться в конце осени! И дерешься ты здорово. И то, что с тобой я стал о своем доме думать… А насчёт приготовить — ты воду вскипяти, а там уж найдем, чего в нее забросить, чтобы получилась похлёбка. Как говорится, горячее сырым не бывает.       — Ну ладно, ладно… — Ма Сон с явной неохотой разорвала объятия и встала с пола. — Для начала уберём этот беспорядок. Крепко же Нелли спит, если грохот её не разбудил… Надеюсь, ночью будет спать так же крепко, — она подмигнула Яну.       — Не разбудили, потому что она не спит, — возразил Ян. — И знает, что мы с тобой пошли на кухню. Видно, ты ее не удивила!       И он рассмеялся, одновременно готовясь отскочить от подруги, если та не оценит юмора. Отскочить-то отскочил, а вот о способностях Ма Сон Ян позабыл… Женщина мгновенно оказалась позади него, подбила ногу и уронила любовника на пол… однако придержала, не давая совсем упасть.       — Шутник, тоже мне… — беззлобно усмехнулась она, покачав головой. — Ну да ладно, давай делом займёмся… — и рывком вздёрнула его на ноги.       — Давай, — согласился Ян, оглядываясь по сторонам. — Кастрюлю я вижу, а где у вас печь? Пока вода будет закипать, можно почистить овощи. И что у вас ещё есть из съестного? Мясо или рыба?       — Да вон она, — показала Ма Сон на самую обыкновенную электрическую духовку. — А из еды в основном консервы всякие. То, что долго не портится.       Раковину и кран Ян нашел самостоятельно. Налил воды в кастрюлю.       — Как эту печку разжигать? И что такое консервы?       — Ручку поверни, — Ма Сон подошла поближе, взяла у Яна кастрюлю, поставила её на конфорку и включила плиту. — А консервы — это банки с мясом, овощами там, и не только. Они запаяны, долго не портятся. Вон кладовка, возьми там себе по вкусу.       Ян выбрал пару банок — с фасолью и с тушёной говядиной. С подсказкой Ма Сон открыл их. Дождался, пока вода закипела, вывалил содержимое в кастрюлю.       — Сейчас ещё раз закипит, и готово! Хлеб у вас есть?       — Он плохо хранится, — покачала головой Ма Сон, помешивая варево. — Глянь в кладовке, там должны быть упаковки с такими маленькими прямоугольными печеньями.       Ян сходил в кладовку. Поиск облегчало то, что упаковки были прозрачными. Ян уже перестал удивляться таким вещам.       — Ну что, закипело? Давай уже наливай, есть хочется!       Он поставил на стол две тарелки, вскрыл упаковку с печеньем.       — Почти готово… — Ма Сон заглянула в кастрюлю. Мясо и бобы впитали почти всю воду, превратившись в сытное и наваристое блюдо. Женщина разложила его по тарелкам и предложила подождать, пока слегка подостынет.       — Как раз согреюсь, — возразил Ян, — а то я с мороза никак ещё не отойду. И как вы тут живёте!       — Получше многих, — улыбнулась Ма Сон. — Тут зар… ну, жалованье больше, чем в среднем по стране. Поэтому нам все завидуют. Правда, цены тут тоже больше… но об этом мы завистникам обычно не говорим, — она хихикнула.       — У всего есть свои плюсы и минусы, — философски заметил Ян. — А вкусно получилось! С этими вашими продуктами готовить совсем несложно.       — Ага… — Ма Сон наворачивала за обе щеки, но, чтобы ответить, вынуждена была прерваться. — Но Нелли даже так умудряется творить подлинные чудеса.       После ужина любовники поспешили в комнату Ма Сон. Кровать была узковата для двоих, да и то, что за стеной спала «больная» Нелли, заставляло сдерживаться, так что довольно быстро они просто заснули.       Проснувшись поутру, Ма Сон зевнула, потянулась и, перелезши через всё ещё спящего Яна, пошла проведать Нелли, хотя и знала, что это ни к чему. Нелли обнаружилась в своей постели и сладко спящей. Удостоверившись, что всё в порядке, женщина поспешила вернуться под бок к любовнику. Это копошение разбудило и Яна.       — Не спишь, Сонхен? Пора вставать?       — Да лежи… — лениво пробормотала Ма Сон, придерживая Яна, чтоб не убежал. — Рано ещё… Дела подождут…       — Как скажешь, — Ян придвинулся ближе к подруге, обнял. Вставать совершенно не хотелось. После вчерашних волнений, бессонной ночи и долгой дороги под мокрым снегом теперь хотелось расслабиться.       — Вот и молодец… — улыбнулась Ма Сон, нежно целуя Яна. Положила ему руку на грудь и вскоре вновь сладко засопела.       Во второй раз они проснулись через пару часов. Вставать по-прежнему не хотелось, но уже хотелось есть. Да и дела не ждали. Ян потянулся и спросил:       — Ну теперь-то встаём?       — Куда деваться… — пробормотала Ма Сон, с явной неохотой приподнимаясь на кровати и потягиваясь, позволяя Яну любоваться собой, нагой и прекрасной. — Ты не помнишь, в кастрюле ещё оставалось то варево? Не хочу опять готовить…       — Точно осталось, — порадовал ее Ян. — Так что сейчас разогреем, минутное дело, и все нормально будет.       — Предусмотрительный… — Ма Сон пробежалась пальчиками по груди Яна, а затем пихнула его. — Ну, вставай.       Любовник любезно уступил женщине место у стены, так что ей надо было перелезть через него, чтобы встать с постели.       — Просто ленивый, — признался Ян. — Зачем каждый раз готовить, если можно один раз на несколько дней?       Через четверть часа парочка уже сидела на кухне, завтракая и обсуждая планы на день.       — Сегодня-то у тебя ночевать будем? — спросил Ян. — У тебя уютнее, чем тут.       — Ну ладно, ладно, уговорил! — рассмеялась Ма Сон.       — Конечно, уютнее… Небось, и кровать пошире… — послышался вдруг знакомый голос. Однако говорившего нигде не было видно, хотя звучал голос так, словно его обладатель находился с ними на кухне.       Ян завертел головой, пытаясь понять, откуда доносится голос. Когда они с Нелли были в большом магазине, там тоже временами звучал голос непонятно откуда. И из телевизора тоже раздавались голоса. Вдруг из тарелки с мясным варевом словно сама собой вылетела ложка и хлопнула Яна по макушке.       Жизнь с Ма Сон приучила Яна всегда быть настороже. Он взмахнул рукой, целясь чуть ниже ложки. Пальцы, как он и рассчитывал, сомкнулись на чужом запястье. И Ян спокойно проговорил:       — Ну хватит дурачиться, не на ярмарке!       — У меня, так-то, и вторая рука есть… — весело усмехнулся Лёха — а это был, конечно, он. Невидимка аккуратно нажал пальцем Яну на запястье, заставив его выпустить свою руку. Ян драться с невидимкой не стал, только повторил терпеливо:       — Хватит дурака валять! Хочешь — бери тарелку да присоединяйся, там ещё осталось… немного.       — Уговорил… — хмыкнул Лёха, становясь вновь видимым и отходя к шкафу с посудой. Взяв тарелку, парень заглянул в кастрюлю.       — Надо же… — восхитился он. — Даже пахнет вкусно. Ты готовил? — вопрос был адресован Яну. — У Сон даже яичница сроду не получалась…       Ма Сон неуловимым движением схватила со стола нож и метнула… однако Лёха непостижимым образом умудрился поймать его за лезвие, даже не порезав руку.       — Тормозишь, — ухмыльнулся он.       — У нее много других достоинств, — вступился за подругу Ян.       — Да ну?.. — Лёха саркастически заломил бровь. — Например?       — Да хотя бы то, что глупостей не делает, — многозначительно произнес Ян.       — Ой, подумаешь… Уж и пошутить нельзя, — понял намёк Лёха. — Понимаешь же, что я не со зла.       Он налил себе полную тарелку мясного варева.       — К слову… как там Луиза? — поинтересовался Лёха.       — Откуда нам знать? — удивился Ян. — Мы десять дней дома не были. Это ты у Нелли спроси. Лангер к ним почти каждый день заходит, если бы что случилось, сказал бы, наверное.       — Хорошая мысль, — кивнул Лёха. Торопливо опустошил тарелку и вышел по направлению к комнате Нелли.       Ян с недоумением посмотрел ему вслед.       — И что ему до Луизы? Ладно, давай посуду помоем и пойдем. Я думаю, мыла я в этот раз возьму поменьше, в деревнях не до такой роскоши, а вот лент можно и побольше.       — Молодец, сметливый ты мой, — улыбнулась Ма Сон. — Деревенские-то модницы их на раз расхватывают. А Луизка… да кто его знает. Вроде, когда мы с Абрамом к Рионе заходили, Лёха на неё поглядывал. Может, и положил глаз.       — Она девушка красивая, — задумчиво кивнул Ян. — На нее многие заглядываются. Виллем, ученик Рионы, в нее вообще в свое время влюбился, да у него это уже прошло. Они же тогда, можно сказать, детьми были, детская любовь редко бывает надолго.       — Тем лучше, — хихикнула Ма Сон. — С Лёхи сталось бы и устранить соперника. Сам видишь, с его способностями это проще простого. А так… ну, он тоже парень видный. Характером, правда, не вышел… так, может, Луиза ему мозги и вправит.       — Может, и вправит, — согласился Ян с лёгким сомнением. — А то ведь Лангер тоже будет думать, отдавать ли за него Луизу… Ну, пойдем?       Наконец пришло время возвращаться. Сумки с товарами из будущего торжественно вручили «выздоровевшей» Нелли, как самой сильной, а Ма Сон, Ян и напросившийся с ними Лёха шли к переходу налегке.       Ощущение перехода было уже привычным, как и резкая смена погоды. Ян проворчал:       — Надо бы тут какой-нибудь тайник сделать, что ли, чтобы не таскать постоянно с собой одежду на смену. Или вообще хижину построить… Только ведь ограбят. Ну что, пошли? Нелли, ты как? До деревни дойдешь?       — Дойду, — бодро отозвалась Нелли. Даже нагруженная сумками, она шагала легко и быстро. Видимо, действительно совсем выздоровела.       В деревне, кажется, уже привыкли к странным гостям. Как всегда, вся компания зашла в трактир пообедать. За обедом Ян спросил, оглядывая своих спутников:       — Лошадь у нас одна, а девушек две, как делить будем? Может, по очереди — час одна, час другая? А то повозку нанимать будет как-то глупо.       — Ну, я не знаю… — потупилась Нелли. — Никогда не ездила на лошади. Боязно как-то. Если что — вы меня поймаете?       — А то как же… — кивнула Ма Сон. — Только лошадь ловить буду я, а тебя пусть Ян с Лёхой ловят… — и рассмеялась.       — Да не придется никого ловить, — рассмеялся Ян, — лошадка спокойная, в галоп не рванет. Ты, главное, равновесие держи, а больше ничего и не нужно, если шагом.       Они вышли на улицу. Ян привел лошадь. Посмотрел на Нелли, подумал. Подвёл лошадь к перевернутой бочке.       — Тебе, пожалуй, легче будет отсюда забраться.       Нелли с сомнением оглядела лошадь. Потом бочку. Потом Яна. Выдохнула и перекрестилась.       — Ну, с Богом!       К счастью, обошлось. Ни лошадь не дёрнулась, ни бочка не проломилась, а женщина поспешила сразу ухватиться за поводья.       — Лучше за луку седла держись, — посоветовал Ян. — А лошадь я поведу.       Нелли так и поступила. Торбу Ян пристроил позади Нелли, и они отправились в путь. В одной руке он держал повод, другой поддерживал Ма Сон. Флегматичная кобыла шла неспешно, покачивая головой. Ма Сон и рада была держаться с Яном за ручки. Так и шли — окружённый трещащими без умолку женщинами Ян и поглядывавший на него с лёгкой завистью Лёха.       Через пару часов Ян спросил Нелли:       — Ну как, не устала? Может, пройдешься теперь для разнообразия, разомнешься?       — Пожалуй, — улыбнулась Нелли. — На земле всё-таки как-то привычнее. Только… как теперь спускаться-то? У кого-нибудь есть под рукой бочка? — она негромко нервно рассмеялась.       — Вниз-то легче, чем вверх, — улыбнулся Ян. — Держись за мою шею, и перекинь только ногу, а там я тебя опущу.       — Ну… я попробую, — отозвалась Нелли. Наклонилась вбок, обхватила Яна за шею, попробовала перекинуть ногу, оттолкнулась… и, конечно, не удержала равновесия. В следующее мгновение оба оказались на снегу.       — Ян! — рыкнула Ма Сон, внутренне покатываясь со смеху. — Проклятый развратник! Ты это специально подстроил, чтобы такая красотка, как Нелли, на тебе повалялась!       Лёха же молча подал Нелли руку. Женщина густо покраснела и рассыпалась в извинениях — во время падения её грудь придавила голову Яна к земле… Ян, смеясь, встал на ноги.       — Ну что же, ты на земле, так что цели мы добились, — заключил он. — Вот как тебя в следующий раз сажать в седло, это уж я не знаю. Ну, кто теперь? Ты, Сонхен?       — А то как же, — улыбнулась Ма Сон. Она вдруг прыгнула, сделала сальто назад, несколько раз прошлась колесом и наконец со смехом взлетела в седло.       — Кочевница… — с добродушной улыбкой покачала головой Нелли. — Я тогда, пожалуй, и правда пешком дойду. Да и вещи… — она сняла с седла торбы с товаром. — Негоже животинку нагружать сверх меры.       — Лошадь нагружать нельзя, а тебя, выходит, можно? — удивился Ян. — Уж лошадь-то, надо полагать, сильнее тебя, притом ты после болезни!       — Сильнее? — улыбнулась Нелли. — Да не сказала бы…       Она подошла к лошади, поднырнула под неё… и запросто подняла вместе с всадницей, а потом ещё и повернулась с грузом вокруг себя.       — Ну, вот, как-то так, — скромно сложила на груди руки Нелли, пока Ма Сон пыталась утихомирить паникующую лошадь.       Ян постоял с отвисшей челюстью. Окинул взглядом своих спутников, покачал головой. Спросил задумчиво:       — А старик Карл тоже что-то такое может?       — Слава Богу, нет, — покачала головой Нелли. — Впрочем, это даже хорошо, а то с его-то боевым опытом…       Наконец успокоившая лошадь под аккомпанемент собственной отборной брани Ма Сон подъехала к Нелли и отвесила ей пинка в область пониже шеи. Нелли от неожиданности не удержала равновесия и упала на четвереньки в снег.       — Идиотка! Тьфу! — рыкнула Ма Сон и поехала дальше.       Ян перевёл взгляд с разгневанной Ма Сон на расстроенную Нелли, не зная, кому помогать. Потом определился, пихнул в бок Леху, указывая на Нелли, а сам поспешил догонять свою подругу.       — Сонхен! Ну, успокойся, Сонхен! Тебе же это ничем не грозило, ты бы в любом случае успела спрыгнуть.       — Да знаю я! — рыкнула Ма Сон. — Но хоть бы предупредила! А если бы лошадь понесла? Ладно, я бы спрыгнула, так её бы могли угробить, не расплатились бы потом…       — Расплатились бы, это деревенская лошадка, а не скакун арабских кровей, — успокоил ее Ян. — О, кстати, а давай ее и купим? Не будем в этот раз в деревнях ничего покупать, а все, что наторгуем, потратим на нее, зато потом можно будет больше товара брать!       — Так скакун же, а не тяжеловоз… — засомневалась Ма Сон. — Но вообще — мне нравится. Будем на тяжеловозе товар возить, а сами будем рядом на арабских лошадях ехать. Сразу будет видно, какие мы богатые и успешные! Только денег накопить надо… но это быстро — дело, вроде, хорошо идёт.       — Вообще-то я имел в виду купить вот её, — Ян для убедительности похлопал лошадь по холке. — На арабских скакунов нам копить очень долго. А эта сильная и спокойная, в самый раз.       — Жадина! — полушутливо вскинулась Ма Сон. — Не хочешь покупать своей даме хорошую лошадь! Не пойду за тебя замуж!       Тут их догнали Лёха и Нелли.       — Сон, ну ты и!.. — напустилась Нелли на подругу. — Драться зачем было?       — А что ты мне тут устроила? — не осталась в долгу Ма Сон. — Ты ж чуть не угробила и меня, и лошадь!       Ян промолчал, не рискуя лезть в эту разборку. Только похлопал лошадь по шее и пробормотал негромко:       — Ох, Гнедко, с кем же мы с тобой связались… Ну, как-нибудь справимся, правда?       — Люди добрые! — покатилась со смеху Ма Сон. — Ян с лошадьми разговаривает! Ну точно не пойду за тебя замуж, ты странный!       — Это я-то странный? — рассмеялся Ян. — Мы с Гнедко среди вас единственные нормальные!       — Ага… — улыбнулся Лёха. — Силачка, скоростная и невидимка — хоть сейчас мир спасать… Пошли уже!       — Я и говорю, — обрадовался поддержке Ян, — что я один тут нормальный… Хотя нет, был бы нормальным, не связался бы с такими! Да идём, идём, куда мы денемся! До ночи дойдем.       — Ах, не связался?! — зарычала Ма Сон. Она зашарила взглядом по сторонам. — Зараза, да что ж такое! Ни пистолета, ни хотя бы кнута под рукой, когда они так нужны!       — Так это нормальный не связался бы, — Ян на всякий случай отступил на пару шагов, — а я-то странный, сама сказала.       — Смотри мне… — усмехнулась Ма Сон, — куплю лук со стрелами — на тебе практиковаться буду, если что. И замуж не пойду, — добавила она главный аргумент.       — Ладно-ладно, — усмехнулся Ян, — а кто тебе тогда будет похлёбку варить?       — Вот видишь, какой ты бесчувственный! — Ма Сон гневно направила на Яна указующий перст. — Ты задумал меня коварно погубить, чтоб я тебя убила, а потом заморила себя голодом! Ну и кто ты после этого?       — Да, я коварный, — согласился Ян, покатываясь от смеха. — А лук ты все равно нигде не купишь. Говорю тебе, соглашайся на арбалет!       — Сама сделаю! — поддержала игру Ма Сон. — Ну, или всё же позволю тебе себя уговорить… но ты этого не слышал!       По всему было видно, что от перепалки она получает удовольствие.       — Ладно, смех смехом, а надо немного ускориться, — заметил Ян, глядя на небо. — До ночи бы хотелось дойти. Сонхен, немного ускориться, а не по твоим меркам!       — Ой, только не говори, что тебе не нравилось… — фыркнула Ма Сон. — Его буквально на руках носили, а он ещё и недоволен!       — Ну если ты можешь унести нас всех, включая лошадь, то я и правда не против, — согласился Ян. — А если ты одна рванешь вперёд, а мы все отстанем, то я буду недоволен. Разве что ты к моему приходу ужин приготовишь.       — Не, ну вы гляньте на него… — покачала головой Ма Сон. — Он, видимо, уже записал меня в жёны, если думает, что я буду для него готовить. Ну да ладно, прибавим шагу, — она и в самом деле пустила лошадь рысцой. — Далеко ещё?       — Да ещё больше половины, — ответил Ян. Он держался рукой за стремя лошади, стараясь не отставать.       Остаток пути шли молча, лишь изредка перебрасывались парой слов. Понемногу стемнело, Ян опять надеялся на зрение своей подруги. Лёха, Нелли и Ма Сон отлично ориентировались в темноте… чего, увы, нельзя было сказать о Яне. Однако, следуя точно за товарищами, он тоже продвигался вполне бодро.