Часть 46

      Ещё недавно Дагмар не поверила бы, что жизнь может снова повернуться к ней светлой стороной. Конрад, жизнерадостный и бойкий, быстро стал всеобщим любимцем, Каспар называл его братишкой, играл с ним после работы, ходил с ним смотреть на уличные представления и сажал на плечи, чтобы малышу было лучше видно. Лиза перед сном шепталась с Дагмар, рассказывала ей о своих девчоночьих тайнах. Хозяйка за руку отвела Дагмар к портному и заказала ей праздничное платье, да ещё и заплатила за него сама. И хозяин вел себя вполне прилично, не пытался прижать к стене в узком коридоре, не бросал пошлых намеков...       В общем, Дагмар была теперь совершенно счастлива. А прошлую жизнь хотелось забыть, как дурной сон.       Однажды днём к Нелли зашёл Лангер. После подобающих старым друзьям и вообще почти родственникам разговоров обо всём и ни о чём женщина отвела его в сторону.       — Ну как, узнал, как зовут этого подлеца? У меня руки чешутся его проучить, а Дагмар вовлекать не хочу — она этого не одобрит, да и не хочется напоминать ей о той истории...       — Нет, не узнал, — мотнул головой Лангер. — Я же всё-таки не со всем городом знаком, а только с нашим кварталом, ну и ещё несколькими. Тем более три года прошло, сплетни давно забылись... Да чего мучаться зря?       Он встал, открыл дверь комнаты и позвал:       — Дагмар!       И едва слегка встревоженная девушка вошла к ним, Лангер прямо с порога спросил:       — Так кто отец Конрада? Как зовут, где живёт?       Не успев опомниться, Дагмар послушно ответила:       — Карл Найбер, у него сапожная мастерская, живёт у Горбатого моста.       — Ну вот и все, было бы чего скрывать! — одобрительно улыбнулся Лангер. — И ещё скажи, он тебя снасильничал или по согласию?       Но Дагмар уже опомнилась. Опустила голову, заплакала, повторяя сквозь слезы:       — Не надо, ничего не надо... Зачем? Не надо...       — Значит, снасильничал... — со вздохом констатировала Нелли, обнимая Дагмар. — Ну, ну, милая, не плачь, не надо... Всё будет хорошо. Больше тебя никто не тронет. Сына ты всё равно любишь — уже молодец, уже хорошо. И дальше у вас с Конрадом всё хорошо будет, слышишь?       — Да ладно тебе, что уж теперь плакать, — Лангер тоже попытался утешить девушку. — Стребуем с него приданое для тебя, а уж с деньгами можно жениха найти. Все будет хорошо!       — Вот именно, стребуем приданое! — поддакнула Нелли. — И за моральный ущерб тоже, вот! И с женихом я тебе тоже помогу, если хочешь. Ну, успокойся, милая, не то я сейчас сама распла́чусь...       Дагмар торопливо вытерла слезы.       — Спасибо, вы мне уже столько хорошего сделали... Спасибо! Не надо мне никакого ни жениха, ни приданого, я не хочу...       — Ну жениха не надо, это пусть, — согласился Лангер. — А от денег-то чего отказываться? Они всегда пригодятся, тем более если жениха не хочешь.       — Вот-вот, правильно, — согласилась Нелли. — С женихом я хватанула, извини. Но в любом случае, деньги лишними не будут. А делать хорошее... с чего вдруг это должно иметь пределы? Могу сделать, хочу сделать — и делаю, вот. Ты хорошая девушка, а Конрад — чудный мальчик, и я хочу, чтобы жизнь у вас тоже была хорошая. Разве плохо?       — Хорошо, — Дагмар несмело улыбнулась. — Спасибо... Да только он ведь откажется платить, и все тут! Скажет, что я вру. И правда, как я смогу доказать? Конрад на него даже не похож, он в моего отца...       — Ничего, мы что-нибудь придумаем, — Нелли ободряюще улыбнулась. В её голове уже начал формироваться план. — Ты правильно сделала, что рассказала — такое в любом случае нельзя оставлять безнаказанным.       Дагмар посмотрела на хозяйку с благодарностью. А ведь многие на месте Нелли сказали бы, что она, Дагмар, сама виновата. Слишком ярко одевалась, слишком смело вела себя... Все же ее хозяйка действительно странный человек, прямо не от мира сего.       — Спасибо... Простите, я пойду работать?       — Иди, иди... — улыбнулась Нелли, напоследок похлопав Дагмар по плечу. — И ни о чём не тревожься. Всё у тебя будет хорошо, я тебе обещаю.       Когда Дагмар ушла, Нелли обернулась к Лангеру.       — Я его пришибу, этого Карла, — выдохнула она. — Нет, ну каков подлец, а... Позову своих, пусть переломают ему ноги. А не даст денег — сама дам, мне нетрудно. Будто бы от него.       — Я и сам не ангел, — признался Лангер, — ты, наверное, уже слышала... Но такое — это мерзко. И главное, зачем? Или с ним даже продажные девки по доброй воле не соглашаются? Так что пойдешь морду бить — я с тобой!       — Ты чудо, — улыбнулась Нелли. — Абрам говорил, что собирается позвать парочку наших парней, чтобы помогали ему в приюте — вот с ними и сходите. Ну, и я, может, от себя добавлю... В любом случае, спасибо за помощь. Без тебя я бы её ещё долго пытала.       — Это ты чудо, — засмеялся Лангер. — Всем помогаешь, обо всех заботишься... Ну, позови, когда соберётесь!       Вершить страшную месть отправились вчетвером — основная группа в составе Марка, Матвея и «стоящего на стрёме» Лангера должна была похитить Найбера и притащить в условленное место, где их уже ждала Нелли. Переодевшись в местное, чтобы не выделяться, и прикрыв лица платками, мужчины наблюдали из укрытия за домом цели, ожидая, пока она выйдет по делам.       Чернявый Марк обратился к Лангеру:       — Фотографий у вас пока не делают... ты в лицо-то его знаешь? А то Нелли не мастерица описывать... Как бы не прихватить не того.       — Теперь знаю, — серьезно ответил Лангер. — Неужели я бы вас просто так повел бы, не разобравшись! Он ведь мог за эти три года сто раз куда-нибудь переехать. Разумеется, поговорил и с соседями, и со слугами...       — Вот и правильно, — улыбнулся Матвей. — О, глянь-ка, кто-то вышел... Этот? В общем, план такой: пойдём за ним, дождёмся, пока зайдёт в какой-нибудь малолюдный переулок, там пригрозим — сам за нами пойдёт. Ну, по дороге проследим, чтобы не пикнул лишний раз.       Из дома вышел плотный, кряжистый мужчина лет сорока, с заметной пролысиной.       — Этот, — кивнул Лангер. — Точно, он самый.       — Ну, тогда я пошёл, — усмехнулся Матвей. — Марк с его шевелюрой слишком приметный, да и тебя могут здесь знать... будьте рядом, страхуйте.       Сказавши так, он направился прямо Карлу навстречу. Марк тотчас затерялся в толпе.       — Карл, старина Карл, ты ли это? — громко засмеялся Матвей, подходя к Найберу вплотную, приобнимая и хлопая по плечу одной рукой, а другой исподтишка демонстрируя прикрытый их телами нож. — Сколько лет, сколько зим! Не рыпайся, скотина, не то зарежу... — последняя фраза была сказана уже шёпотом, когда Матвей склонился к уху собеседника. Но парень продолжил уже громче: — Пойдём, пройдёмся, выпьем! — и увлёк мужчину за собой, по-прежнему приобнимая его за плечи.       Лангер держался в десятке шагов, с лёгким смятением наблюдая за происходящим. Несмотря на свое криминальное прошлое, злым человеком он не был, и растерянность и страх на лице Карла его не радовали. Нет, набить морду насильнику — это правильно, но силы сейчас были ну очень неравны. Он вспомнил стремительность Ма Сон, силу Нелли... Страшно подумать, на что у них мужчины способны!       Когда дойдет до дела, надо будет сказать, чтобы они не вмешивались. Лангер сам справится. И чтобы этот мог защищаться.       В условленном месте — амбаре, снятом на пару дней «товар передержать» — мужчин уже ждала Нелли. Она стояла в тени, да сверх того прикрыла лицо капюшоном.       — Какие люди — и без охраны! — рассмеялась женщина. — Ну-ка, ребята, усаживайте этого ханурика во-он на тот стул, да привяжите покрепче.       Когда это было выполнено, Нелли обратилась уже к Карлу:       — Знаешь ли ты, зачем тебя привели сюда? И да, предупреждаю сразу: вздумаешь заорать — вмиг лишишься языка. Ну?       — Не знаю, — проговорил Карл, озираясь. — представления не имею. Долгов за мной нет, и я ни с кем не ссорился. А если вы про те рейтарские сапоги, так я не знаю, где и как их хранили, что кожа оказались гнилой.       — Будут тебе и сапоги... испанские, на обе ноги, — усмехнулась Нелли. — Но вообще, я про другое. Неужто ничего не припоминаешь? Даю подсказку — где-то года три с половиной назад дело было. Ну, припоминай! От этого зависит, уйдёшь ли ты отсюда живым... ну, или хотя бы более-менее целым, — она нехорошо усмехнулась.       Нелли, конечно, лукавила... однако старательно подбавляла в голос кровожадности.       Пленник старательно задумался, помотал головой.       — Да не было ничего три года назад... и с половиной тоже! С подмастерьями ссора вышла, это почти пять лет назад, и штраф я тогда заплатил.       Нелли понемногу начинала выходить из себя. Нехорошо усмехнувшись, она подошла к пленнику... и вдруг могучим ударом сверху вниз разломила стоявший рядом стол — только щепки полетели.       — С памятью у нас плохо, значит... — прошипела женщина. — А девушку, что у тебя дома работала, ты помнишь? Что с ней сделал — ты помнишь?! Отвечай!       Недоумение в глазах пленника сменилось изумлением. С опаской косясь на остатки стола, он проговорил:       — Это что, из-за той девки весь сыр-бор?! Да ничего плохого я ей не сделал, ей небось ещё и самой понравилось.       — Ах понра-авилось... — рыкнула Нелли, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не разорвать подлеца на месте. — А ничего, что от того, что ты с ней сделал, порой дети бывают, а?! Ты ж, тварь такая, и ребёнка ей на шею повесил, и опозорил в придачу!       Однако Нелли почти сразу успокоилась, и почти мирно поинтересовалась:       — Ну, что мы со всем этим будем делать? За такое надо отвечать...       — А я что, виноват, что она дура? — Карл по-прежнему, кажется, ничего не понимал. — Другие девки как-то избавляются от ребенка, а она не захотела! И почём мне знать, что этот выродок мой?       На этот раз не выдержал Лангер.       — Я сейчас тебе самому помогу кое от чего избавиться, чтобы проблем с девками больше не было!       — Во-во, правильно. Давай помогу тебе начать, — поддержала Лангера Нелли, пододвигая ещё один стул и выкладывая на него какой-то свёрток. Когда женщина этот свёрток развернула, в нём оказались всякого рода острые металлические инструменты — скальпели, щипцы, пилы...       — В общем, так, — усмехнулась Нелли. — Либо ты выплачиваешь девочке компенсацию за моральный ущерб... либо я сейчас отрежу тебе «хозяйство», приготовлю и заставлю сожрать, — она посмотрела на Карла ласково, с предвкушением, даже как будто бы с аппетитом... — Выбирай.       — Нет!!! — глаза Карла округлились от ужаса. — Не надо! Вы денег хотите? Сколько надо... Прямо сейчас пойдем в банк, я сниму...       — Нет, — перебил его Лангер. — Потом ты будешь думать, что мы просто грабители, что мы это для себя... Да и не все в деньгах измеряется. Ты завтра встретишься с ней, попросишь прощения и сам отдашь деньги.       — Во-во, правильно, — поддержала Лангера Нелли. — Отцовство, так и быть, можешь не признавать... но молись, чтобы девочку после такого взял замуж достойный человек, и стал её ребёнку лучшим отцом, чем ты. Иначе... — она взяла со стула зловеще выглядящую пилу, взвесила в руке, — ...ну, сам понимаешь, я надеюсь.       — Я согласен, я все сделаю! — Карл уже всхлипывал от ужаса, косясь на инструменты.       Лангер вдруг взял Нелли за руку, отвёл в сторону.       — Адрес твой ему знать не надо. Ты завтра пошли Дагмар по делам куда-нибудь подальше, и пусть они на улице встретятся, а я прослежу, как все пройдет.       — Правильно, — согласилась Нелли, — это ты хорошо придумал, так и поступим. А пока... эй, ребята! — она повернулась к Марку и Матвею. — Он ваш, у вас пять минут. Пойдём, — это предназначалось уже Лангеру. — Или сам хочешь поучаствовать?       — Да я бы лучше один, — уточнил Лангер, — и отвяжите его! Связанного бить подло.       — Да мы и собирались отвязать... — пожал плечами Матвей. — Не хуже тебя знаем, что подло. Ну, попробуй сам, а мы в стороне постоим — мало ли, вдруг смоется... — не переставая болтать, он с помощью Марка развязывал Карла.       — Я тоже посмотрю, — улыбнулась Нелли. — Мне, правда, чревато кулаками махать... но вы его отделайте и за меня тоже, ладно?       Освобожденный от веревок, Карл метнулся было к выходу, но увидел почти ласковую улыбку Нелли и застыл на месте, потом покорно повернулся к Лангеру.       Вопреки своим же обещаниям набить морду, по лицу Лангер старался не бить. Незачем пугать его семью, да и вообще привлекать лишнее внимание. Карл защищался с отчаянием загнанного зверя, но такого опыта драк, как у Лангера, у него явно не было.       Марк, Матвей и Нелли азартно подбадривали Лангера, но сами пока не вмешивались, видя, что тот вполне справляется и сам.       — Давай, так его! — кричала Нелли!       — Сильнее врежь — ему, похоже, мало! — посмеивался Матвей.       После очередного удара Карл упал. Сжался в комок, закрыл лицо руками, охая и всхлипывая.       Лангер, у которого наливался синяк на скуле, отступил на шаг, сказал брезгливо:       — Ну, хватит с него, лежачего не бьют!       — Быстро он сдулся... — вздохнула Нелли. — Ну да ладно. Ребят! — обратилась она к своим. — Возьмите его, да выкиньте отсюда подальше. Пусть как хочет, так и добирается домой. А ты, слякоть... — она обернулась к Карлу, глаза сверкнули красным, — завтра в полдень у входа на Новый рынок девочку жди!       Найбер торопливо закивал.       — А ты молодец... — одобрительно улыбнулась Нелли Лангеру. — Пусть я и думаю, что такого за то, что он сделал, всё одно мало...       — Подождите, — остановил парней Лангер. Наклонился над Карлом, силой отвёл его руки в стороны и плюнул в лицо. Повернулся к Нелли и объяснил:       — Ну, убивать или калечить его было бы излишне, у него же семья. А вот так в самый раз.       — В самый раз, — с удовольствием согласилась Нелли. — Хотя... ну, думаю, можно добавить последний штрих.       Она подошла ко всё ещё лежащему Карлу... и от души наподдала ему ногой по рёбрам.       — Я лежачего не била! Я его пнула! — усмехнулась женщина.       — Все правильно, — согласился Лангер. Взял Нелли под руку, и они вышли из амбара.       — Мой отец небось тоже так говорил: «Почём я знаю, что это мой...», — задумчиво сказал Лангер. — А может, и вовсе обо мне не знал. Я всю жизнь мечтал ему в морду плюнуть. Ну, теперь немного отпустило.       — Правильно, свои желания надо воплощать, — усмехнулась Нелли. — А то счастья в жизни не будет, и всё такое.       Мимо них проволокли упирающегося Карла.       — Ещё раз спасибо за помощь, — уже серьёзнее сказала Нелли. — Мы важное дело сделали. Теперь у девочки и приданое будет... и, может, на душе полегче станет, хоть немного. Надеюсь, по крайней мере... — она вздохнула.       — Я завтра приду туда, на место встречи, заранее, — ответил Лангер. — Постою за углом, прослежу, как все пройдет. Если он вздумает обмануть или будет недостаточно вежлив... возможно, придется ещё раз поговорить.       — Давай, — улыбнулась Нелли. — Я и сама должна бы проследить, как всё пройдёт, но работа... ладно. Надеюсь на тебя. Сейчас, подожди, приберусь здесь — и пойдём отсюда.       На другой день Лангер, как и обещал, заранее пришел в назначенное место. Выбрали они с Нелли удачно — переулок был достаточно пустым, чтобы разговору никто не помешал, но буквально в двух шагах шумела оживленная улица, и сознание того, что совсем рядом люди, должно было успокоить Дагмар. А главное, это место было достаточно далеко от дома Нелли.       Дагмар шла, в задумчивости не глядя по сторонам. И шарахнулась в сторону, когда навстречу ей вышел Карл. Низко надвинутая шляпа прикрывала лицо. Лангер ухмыльнулся. Синяки-то все равно видны, как ни прячь. У него, правда, тоже, но это пустяк.       — Ты, того, не держи зла, — выдавил Карл, нервно озираясь. — Я нехорошо тогда поступил.       — Что вам от меня надо? — в голосе девушки звенел страх пополам с ненавистью. — Уйдите! Я кричать буду!       — Да я же извиниться хочу, не надо кричать, — поспешил успокоить ее Карл. — Вот, возьми!       Он протянул девушке увесистый кошелек. И, видя, что та застыла в ступоре, сам положил кошелек в корзинку. Поклонился и поспешил исчезнуть.       Лангер ухмыльнулся. Надо будет ещё пересчитать, все ли он отдал... Хотя судя по тому, как перепуган, вряд ли рискнул обмануть.       А теперь ещё надо будет незаметно проводить девушку до дома, чтобы не обворовали по дороге. А то уж совсем глупо получится...       Через несколько дней Нелли давала званый обед для героев дня — Лангера и Марка с Матвеем. Верная себе, женщина наготовила как бы не на полк солдат... впрочем, зная аппетиты её товарищей, это было отнюдь не лишним. Заодно женщина преследовала цель показать немногим более-менее приличным мужчинам в своём окружении Дагмар — мысли выдать её замуж она тоже не оставила. Да и сами участники расправы изъявили желание увидеть ту, для кого, вроде как, старались...       Дагмар чувствовала себя крайне смущенной. Она прекрасно понимала, что ее прежний хозяин раскаялся не сам по себе. И доцветающий синяк на скуле у Лангера как бы намекал, кто именно поспособствовал пробуждению совести у Карла Найбера. А те заговорщические взгляды, которыми Лангер обменивался с двумя другими гостями, давали понять, что и они там задействованы... И даже поблагодарить их нормально Дагмар не могла, ведь по сути это только ее догадки...       А вот Конрад ни малейшего смущения не испытывал. С той же непринуждённостью, с какой он стал называть хозяев «тётя Нелли» и «дядя Михель», он и к новым знакомым обращался так же легко и свободно, невольно вызывая у них ответные улыбки.       Если Матвей был больше занят едой, то Марк то и дело поглядывал на симпатичную служанку. Он уже знал, что именно для неё они старались, и, как опытный полицейский, видел по глазам, что девушка сама уже о чём-то догадывается... однако же не подавал виду. Но всё же периодически поглядывал на Дагмар, просто любуясь ею — на Нелли, ставшую замужней женщиной, так смотреть было неприлично, а в присутствии мужа — ещё и чревато.       Дагмар старалась проявить свою благодарность как могла — хоть лучший кусок положить, блюдо с другого конца стола передать... Лангер посмеивался над ее усердием, и она отвечала ему робкой улыбкой.       Один из незнакомцев практически не обращал на Дагмар внимания, только и поднимал на нее взгляд, когда она подкладывала ему добавку, и ее это вполне устраивало. А вот второй, чернявый, посматривал с интересом. Дагмар поежилась. Не то чтобы она боялась, не может же быть у такого хорошего человека, как ее хозяйка, плохих друзей... Но все равно... Не надо ей больше мужского внимания, хватит.       Марк доброжелательно улыбнулся Дагмар. Ловя её робкие взгляды, он думал, что, наверное, мало они врезали этому... Найберу, или как его там. Наверное, всё-таки лучше было сделать так, как предлагала Нелли — отрезать ему... самое дорогое, и заставить сожрать. Как можно было надругаться над робкой и нежной красавицей, старший участковый решительно не понимал. Девушку можно было похвалить уже за то, что она решилась оставить ребёнка от насильника — не всякая женщина была способна на такое... от этого зарождающаяся симпатия Марка к Дагмар только усилилась. Освободив от фантика выуженную из шинели конфету, парень вручил её пробегавшему мимо Конраду.       — Спасибо, — вежливо ответил мальчик, с интересом разглядывая лакомство, потом немного откусил и в восторге кинулся к матери:       — Мама! Мама, попробуй, как вкусно!       — Спасибо, минхеер, вы очень добры, — потупив взгляд, проговорила Дагмар.       — Да ладно, чего там... — искренне улыбнулся Марк, тем не менее посмотрев на Конрада с какой-то тоской. — Славный мальчик. Только, думаю, лучше всё-таки будет, если вы возьмёте целую конфету, — он неловко усмехнулся, доставая из кармана такую же и протягивая Дагмар.       Дагмар хотела было отказаться. Тот, помнится, тоже с подарков начинал, со сладостей да грошовых украшений. И то, что она от всего отказывалась, все равно не помогло...       Но потом подумалось, что отказом она, пожалуй, обидит этого черноволосого. Да и не похоже, чтобы у него на уме было нехорошее...       — Спасибо, минхеер, — она улыбнулась, спрятала конфету в карман фартука. Потом отдаст Конраду, а может, поделит пополам — сыну и Каспару.       Марку робкая улыбка Дагмар понравилась... однако с продолжением знакомства мужчина пока медлил, понимая, что после того, что с ней сделали, девушка в принципе на всех мужчин будет смотреть как на врагов. Да и просто не хотелось быть навязчивым. Так что полицейский решил дождаться окончания обеда, а там уж, если повезёт, продолжить ухаживания.       Между тем Конрад заинтересовался Марком. Крутился рядом с ним, разглядывал незнакомую одежду, дёргал полы шинели...       Дагмар сначала пыталась урезонить сына строгими взглядами, потом одернула вслух:       — Сынок, не надоедай человеку! — и добавила, переведя взгляд на Марка: — Извините, минхеер, обычно он умеет вести себя прилично...       — Да ладно, мне не мешает, — улыбнулся Марк, потрепав Конрада по волосам. — Да и эту шинель не так-то просто попортить. С едой я уже закончил, так что могу заняться чем-то ещё. К слову... а как вас зовут? Да и парня тоже.       Мужчина, конечно, знал ответ, однако не хотел показывать этого.       — Это Конрад, — улыбнулась девушка, — а меня зовут Дагмар. А вы, видно, издалека приехали, да?       На самом деле одежда гостя заинтересовала ее не меньше, чем Конрада. На ярмарке можно увидеть людей из разных мест, даже из других стран, но подобного она ещё не встречала.       — Ну, можно и так сказать, — усмехнулся Марк. — Да, мы с товарищем прибыли издалека. А ты, значит, Конрад, да? Рад познакомиться. А я Марк, Марк Бутылёв, — мужчина подал мальчику руку, прямо как взрослому.       Конрад с восторгом пожал протянутую руку. Он привык к доброжелательному отношению взрослых, но за руку с ним ещё никто не здоровался, и таких вкусных конфет тоже никто не давал.       — И надолго вы в наших краях? — спросила Дагмар наполовину из вежливости, наполовину из интереса.       — Как пойдёт, — честно ответил Марк. — Я тут бываю редко, наездами, по работе. Старый товарищ попросил помочь — он открыл приют для беспризорников — и я не смог отказать. Как и Мат... Матиас, я хотел сказать.       Матвей только кивнул, ненадолго оторвавшись от тарелки.       — Какое полезное дело вы с вашим товарищем затеяли! — с уважением сказала Дагмар. — Это замечательное дело — помочь бедным ребятам. Вы очень добрые люди!       — Не сказал бы, что прям добрые... но мы стараемся, — печально вздохнул Марк. — А вы как здесь живёте? Всё ли хорошо? Хозяйка не обижает?       — Нет, что вы! — горячо возразила девушка. — Я даже не думала, что все может быть так хорошо. Хозяйка очень добрая, вот Конрада разрешила взять в дом, и за его питание у меня из жалования не вычитает, и даже одёжку новую ему купила сама. И вообще... Здесь все так добры ко мне!       — Узнаю нашу добрую Нелли, — усмехнулся Марк. — Ну что ж, это хорошо. Надеюсь, так будет и дальше. К слову... раз за сыном есть кому присмотреть — у вас, наверное, появилось больше свободного времени? Вы не откажете уделить мне его часть? На прогулке, например... в людном месте где-нибудь.       Последняя фраза, конечно, была произнесена не просто так — Марк понимал, что, скорее всего, получит отказ, но при этом хотел доказать миролюбивость своих намерений.       Дагмар замялась. Отказывать было неловко, соглашаться не хотелось. В людном месте...       — Сегодня на площади уличные артисты выступают, с куклами, — неожиданно влез в их разговор Лангер. — Что бы нам прямо сейчас всем вместе не сходить? Михель, Нелли, что скажете? За детьми присмотрит Лиза, а посмотреть представление она сможет с утра.       — И я могу присмотреть, — добавил Каспар, — а завтра схожу вместе с Конрадом.       Марк выругался про себя — ещё не хватало, всей толпой идти... — но, с другой стороны, понимал, что в окружении своих Дагмар будет спокойнее. Понимала это и Нелли. Она всё ещё не оставила идеи найти Дагмар мужа, поэтому доброжелательно улыбнулась и кивнула.       — Конечно, давайте сходим! Давненько мы все вместе никуда не выбирались. Муженёк, ты не против? — она украдкой подмигнула Михелю.       — А чего бы не прогуляться, — согласился Михель. — И тебе развеяться полезно, а то ты все свободное время с Кларой возишься. Ну что, решили, так пойдем, пока погода не испортилась!