I. Глава 11

      Май полулежал на постели, окутанный Диниными волосами. Он перебирал их левой рукой, пока Дина играла с правой, лёжа у него на груди. Растирая холмики ладони, она прокручивала свои пальцы между его, а потом захватывала каждый по очереди и вела до конца ногтевой пластинки. Этим можно было бы заняться где угодно, и никто не усмотрел бы даже намёк… Никто, кроме принимающей стороны.       У Майя было так много фантазий, и теперь последний кусочек головоломки встал на место. Дина открыто говорила о своих желаниях, умела дарить и получать удовольствие без ложной скромности. Это было не просто приятным — это было идеальным.       — Как же я тебя хочу… — выдохнул он ей в висок.       — Правда? — Дина повернула к нему голову. — Ты был таким… нежным.       — Тебе не понравилось? — Май почувствовал, словно всё тело окаменело.       — Что ты, очень, — от её слов Май испытал буквально физическое удовольствие. — А тебе? У меня-то не хватило терпения быть настолько нежной…       Он рассмеялся.       — Красавица, которая рвёт на мне одежду — что ещё нужно мужчине?       — Мы оба знаем, что ещё куча всего, — Дина жадно провела вверх-вниз по выступающим венам на его предплечье.       — Я хотела сделать это с первой встречи!       — Заняться со мной любовью? — Май переместил свободную руку ей на живот. Развитая мускулатура угадывалась под ладонью, но кожа была шёлковой. Дина тут же подалась к его руке.       — Если быть до конца честной, то, да, — она пощекотала центр его ладони. — Ты целыми днями сидишь за компом. Откуда такие мышцы?       — Ну не целыми, — фыркнул Май. — Иначе я бы давно прирос к креслу, а у меня в планах жить очень долго и, по возможности, счастливо.       — Признавайся, подкрутил себе что-то в "Зеркале"?       — Всё натуральное, — На самом деле Май был бы не против, если бы подробные технологии существовали в широком доступе, но Дине об этом знать не следовало.       — Так какой вид спорта?.. — она затаила дыхание.       — Расслабься, не КиберТак, я не люблю командные игры, — увидев, что Дина расстроилась, Май принялся целовать её шею так, как ей больше всего понравилось. — Бокс.       — Ого! — Дина ещё раз пробежалась пальцами по его предплечью. — Даже круче!       — Для себя, конечно. И только с машинами, — Май задумался, чем бы ещё похвастаться. — Два года назад я научился вполне прилично ходить под парусом, даже права получил. На юго-западе есть яхт-клуб — мой друг работает там инструктором.       — Знаю, я живу недалеко, — Дина погрустнела. — Значит, мы годами ходили рядом и даже не подозревали об этом! Наверняка я даже видела твою яхту.       — Да брось, зачем она мне? Я повязан с институтом до конца жизни, и о кругосветке могу только мечтать. Это… после развода мне нужно было на что-то переключиться. Друг предложил выход морем, — Май умолк на секунду, а потом зачастил. — У него-то как раз яхта есть, и надо будет выбраться к нему в хорошую погоду. Посмотришь на меня за рулём, должно выглядеть эффектно, — он сожалел, что упомянул развод, и пока Дина не начала задавать вопросы, перевёл тему. — Расскажи, почему "Ара"?       — Ара? — она запрокинула голову ему на плечо, чтобы расслабиться, но тело лишь сильнее напряглось. — Мне всегда нравилось это имя. Короткое, как все нормальные имена! А ещё… моего малыша звали Ар… — Дина затихла на пару секунд. — Я так часто думаю о нём… Мне хотелось, чтобы он побыл со мной ещё, хотя бы чуть-чуть… И так, как будто мы всё ещё были вместе. Знаешь, я посадила ему такое красивое земляничное дерево — чтобы почаще прилетали птицы. Я не хотела ставить Вечный Дом, но Лио вырезал его сам, и мы всё же поставили…       — Мы никогда не забудем Ара, — Май прижался щекой к её макушке. — И будем говорить о нём столько, сколько захочешь. Можем даже вместе ходить на кладбище, если я не помешаю.       Он теснее прижал Дину к себе. Сколько бы детей у неё не было, они не заменят ей этого ребёнка. Майю хотелось сосредоточиться на будущем, но Ар уже стала частью Дины. Нельзя было игнорировать её потерю только потому, что она не имела к нему отношения.       — Спасибо тебе. За всё, — Дина поднесла его ладонь к лицу и поцеловала. Май прошёлся подушечками пальцев по раскрытым губам, возвращая ласку. — Я всё думаю… каким Ар мог бы вырасти? Как репродукты вообще видят мир? Жаль, у меня нет таких знакомых.       Май прочистил горло.       — Не скажу за остальных, но уверен, что никаких суперсил, кроме хорошего здоровья, у меня нет.       — Вот как! — Дина сразу ожила.       — Да, мама была одной из первых в Секале, кто обратился в "К-стратегию". Для самых смелых они тогда предлагали хорошие скидки, не то что сейчас.       — То есть она тоже — с донором?       Май кивнул.       — Секала тогда уже перестала докапываться до родителей-одиночек.       — Секала, может, и перестала, — протянула Дина вполголоса, а твои бабушка с дедушкой её поддержали?       — Я не знал бабушку — она очень рано умерла, а дед во мне души не чаял, — Май улыбнулся. — Называл меня "Золотой". Так что, если у них и были разногласия, я их не застал.       — Повезло, — Дина задержала дыхание, как будто вспомнила что-то важное, а потом резко выдохнула. — Пока рано об этом говорить… Но если когда-нибудь мы зайдём так далеко, что я познакомлю тебя с родителями, лучше умолчи обо всём этом. Уверена, в твоей биографии ещё много захватывающих моментов, — тон был нарочито весёлым.       Май нахмурился. У него были планы на эту женщину, и он хотел выстроить нормальные отношения с её семьёй. Уточнить он не успел — в этот раз тему сменила Дина.       — Знаешь, я так испугалась, — она завела руку за голову и поскребла кончиками пальцев его грудь. — Подумала, что ты зачем-то притворялся кем-то другим…       — Вот тут мне правда повезло, — Май ухмыльнулся. — Если женщина видит в этом какой-то знак, дальше можно не раздеваться.       — Ты шутишь? — отсмеявшись, Дина распахнула глаза.       Май загадочно пожал плечами. Склонности вроде апофении он правда считал недостатком, но от секса из-за этого, конечно, не отказывался. Ему было важнее то, насколько женщина открыта для новых знаний. Вполне возможно, что раньше она просто не интересовалась методами рационального мышления.       — Всё с тобой ясно, сердцеед, — Дина согнула ногу, покачивая из стороны в сторону. — Но раз ты хочешь отношения, предательство я не прощаю, иначе мне не интересно. Если ты кого-то захочешь, первой об этом должна узнать я. Никаких истерик — мы просто обсуждаем, есть ли смысл что-то спасать, и если нет, полюбовно расходимся. Можешь считать это принципом и…       — И я очень рад, потому что полностью его разделяю. Забудь эту ерунду, ладно? — Май долго целовал её, чтобы она поскорее забыла его похождения. Он сказал правду и жалел, что заронил в ней мысль, будто отношения с несколькими женщинами — для него норма. — Разрешишь иногда называть тебя Дильямериной? — с надеждой спросил он. Май не подозревал, что даже имя может быть сексуальным.       — Ооох, — последовал её наигранный стон. — Мне бы этого не хотелось, но если ты опять скажешь так порыве страсти, я, скорее всего, даже не замечу. Дерзай, — она поёрзала и спряталась за волосами.       — Чем тебе не нравится твоё имя? — Май отвёл волосы от её лица. — Очень красивое и необычное, как ты сама.       — Старое и нелепое. Будто я не человек, а экспонат в музее Большого Дома, с бирочкой.       — Твои родители увлекаются историей? Или просто понравилось, как звучит?       — Оно из "Пары", — Дина несколько раз почесала нос, потом скулу.       — Я уже плохо помню, — Май начал поглаживать её по голове.       — Перед Праздником плодородия идут три недели Истой Аскезы, — начала Дина. — В память о жертве Диля и Ямерины. Это единственная миссия, когда Детям ВиВо нельзя заниматься сексом. Если первая девочка рождается эти даты, значит, ВиВо уже дал ей имя. Ясно, что мои даже не рассматривали другие варианты. Неформально это считается добрым предзнаменованием, и они чуть с ума не сошли от радости. Наверное, ждали, что я начну творить чудеса раньше, чем заговорю. До сих пор голову ломают — просчитался ВиВо, пошутил или так испытывает их веру. А уж если мальчику не повезло родиться в Аскезу, то совсем печаль. Хотя за всю жизнь ни один Ямеринадиль мне не встретился.       Не желая гадать, Май спросил:       — А кто твои родители?       — Отец и Мать Малого Дома, — Дина отодвинулась и села напротив, смотря в глаза.       — Кажется, ты забыла про это упомянуть, — Май взял её за подбородок и вздохнул. — Боюсь, шансов получить у них благословение на наш союз всё меньше и меньше?       — Да нормальные они, не накручивай, — Дина похлопала его по плечу, приняв слова о браке за шутку.       — А ты, выходит, богатая наследница? — Май скривил губу.       — Я? С чего ты взял?       — Ну с учётом того, что налог ВиВо растёт вместе с Малыми Домами, вряд ли твои родители бедствуют.       — А, вот ты о чём! Увы, все денежные потоки изящно обтекают Малые Дома. Нет, конечно, у моих есть оклады, но мне они кажутся символическими. А вот насчёт строительства Малого Дома ты опять удивишься. За год до того, как родители приняли Малую Миссию, наша квартира пошла под снос по аварийности. Сейчас на этом месте — крутой ЖК с видом на Старый город. Нам вернули деньги, только рыночными ценами там и не пахло. Тогда мои взяли квартиру в Джуне. Микрорайон только напечатали, и Большой Дом сразу предложил помощь с Малым Домом. Родители медлили, потому что не знали, сколько соседей захотят туда ходить.       — А разве бывает, чтобы это всё — без Малого Дома? Как они… ммм… — Май задумался на словом. — Работали?       — Так ведь Малый Дом — это люди, а не стены! И вообще мои считают, что, если строить Малые Дома ради идеи, можно закончить Трехглазым островом.       Это был один из островов к югу от Вирсеки с изумительными климатическими возможностями. Сейчас он был голым, как коленка, если не считать тысячи монолитных каменных великанов с тремя глазами. Его заселили до того, как в Вирсеке сформировался культ богини Матери, и слегка увлеклись, освобождая место для божественного ока.       — Точно! — подхватил Май, удивившись, что такая аналогия пришла в голову служителям культа, пусть и другого.       — Но Малый Дом у нас всё же был, — Дина обняла себя и улыбнулась. — В подвальчике на цокольном этаже, очень уютный! Потом Детей ВиВо стало больше, и мы все уже не помещались в этой комнатушке. Тогда родители решили, что если возникла потребность в Малом Доме побольше, нужно построить его всем вместе.       — Ушам не верю, — поразился Май. — Отказались от финансирования?       — У Большого Дома полно благотворительных проектов, и родители уверены, что налог ВиВо лучше пускать туда. А у нас было шестьдесят крайне замотивированных Детей ВиВо. Большой Дом согласились временно освободить их от уплаты налога в счёт постройки. Вскладчину мы довольно быстро собрали на небольшой деревянный Домик и ещё взяли миссии на строительство. Многие приводили детей, учили работать с инструментами. А в конце мы с мамой и другими женщинами красили стены, рисовали витражи. Я вроде была маленькая, а столько помню! — Дина задрала нос. — Папа говорит, что в такой Малый Дом ходить гораздо приятнее. А ещё — так не будет конфликтов с соседями-атеистами.       — Только в том случае, если вы строили его не в парке, о котором ты рассказывала, — протянул Май.       — Конечно, нет, мама согласовала с Большим Домом участок, заваленный строительным мусором. Все наоборот были очень рады, что его наконец вывезли. И, кстати, парк мы получили тоже благодаря маме! В подлеске была та ещё помойка, когда мы въехали, хотя по проекту там планировалась зона отдыха. Мама говорит, что самое сложное в таких делах — изменить назначение участка, но с этим был порядок. А папа организовал соседей: наводить красоту приходили не только из Малого Дома, но и просто неравнодушные. Мама рассказывала, что все там потихоньку перезнакомились, а некоторые — поженились, — она сделала паузу. — Но насчёт религиозного вектора ты прав. Разговоры про каменный Малый Дом продолжались, хотя Детей ВиВо даже немного убавилось. В итоге, мама с папой согласовали не Малый Дом, а Домовую школу. Я, кстати, приехала с нашей высокодуховной командой: "Дети ВиВо".       — Так вот кого ты тренируешь!       — Ага, в местной школе КиберТак — для галочки, а я же не могу такое терпеть. Раньше нам не хватало только смарт-очков. На соревнованиях их выдают, но с ходу нелегко приспособиться. Мы проигрывали из-за этого, хотя подготовлены были лучше, и мама выбила их у Большого Дома. Там не сильно любят спонсировать занятия, потому что для чтения "Пары" деньги не нужны, но, когда они узнали, что это — на КиберТак, сразу вложились. Понятно, что очки достаём только, когда играем, — Дина помолчала и с улыбкой добавила. — Представляешь, мама подумала, что я нагуляла Ара не пойми от кого, и всё равно предложила помощь! А папа, — она обхватила лицо руками и покачала головой от умиления. — Папа продолжает вести мою Карту к ВиВо! Я была уверена, что Большой Дом уже заморозил мой профиль, а там куча баллов за занятия с ребятами! Это не совсем по правилам, но формально нет запрета на то, чтобы брать миссии, но не посещать "воспитание". Папа блюдёт справедливость до каждой мелочи, и так мило, что он обходит правила ради меня.       — Так любишь их, — Май уже завидовал ей.       — Как таких не любить, — улыбнулась Дина, но глаза были грустными. — Я стараюсь помогать... Мы не понимаем друг друга, но ведь добро остаётся добром.       — Получается, вы не только "Пару" с детьми читаете?       — Мы — не только, — Дина загадочно улыбнулась.       — Звучит очень хорошо, — Май откинулся на подушку вместе с Диной и уткнулся взглядом в потолок. — Я всегда знал, что где-то должны быть такие Малые Дома.       — Таких больше нет. Только наш.       Майю нравилось, что они лежат обнажённые и разговаривают по душам. Он ни разу не фантазировал об этом, но уже любил всей душой. Покрывая руку Дины поцелуями, он заметил татуировку.       — Как же ты выросла атеисткой с такой семьёй?       — Ой, всё началось ещё до школы, с наших прогулок. Папа обращал моё внимание на то, сколько красоты в птицах и жучках, а я засыпала его вопросами. Мне хотелось понять, почему одни животные научились летать, а другие плавать… В школе я больше всего любила биологию, хотя уже тогда знала, что нужно упирать на информатику, — Дина дотянулась до стакана на тумбочке и сделала глоток воды. — А в пятом классе к нам перешла новенькая — Эзу. Её отец был орнитологом и получил направление на Косу Бирде́та. Туда водили экскурсионные группы, и Эзу пару раз приглашала меня за компанию.       — На орнитологическую станцию? И как там?       — Тебе вряд ли понравится, — рассмеялась Дина. — Сеть только спутниковая, канализации нет. Отлов и кольцевание полностью вручную, а мелкие птички ждут своей очереди в тканевых мешочках, которые по вечерам шьют волонтёры из старых футболок.       У Майя вытянулось лицо, но он промолчал.       — Ну и мы с Эзу как-то незаметно подружились, стали ходить друг к другу в гости. На самом деле это моя первая и единственная дружба с девочкой, — Дина хмыкнула. — У меня лучше складывается с мальчиками.       — Не отвлекаемся, — проворчал Май.       — Её отец работал вахтами, поэтому я часто видела их вместе. И у них… всё оказалось как-то не так. Они не рассматривали неудачи как миссии ВиВо или что-то в этом духе, а просто анализировали случившееся, разделяли ответственность… Меня никогда не учили такому, но я пыталась разобраться.       — Тебе с ними повезло, но ты сама просто умница! Вы дружите до сих пор?       — После выпускного они вроде как снова переехали, но мы разбежались ещё до экзаменов.       — Почему?..       — Ну… Эзу начала встречаться с парнем из параллельного класса. Тогда соревнования принимала Керна, и мы вместе играли за школу. В общем, когда я увидела его без футболки, сразу пропала, и дружба начала даваться труднее. Я сама от них отдалилась, чтобы зря не распаляться. Кстати, примерно с этого времени я перестала ходить на "картирование".       — То есть даже детей заставляют рисовать эти Карты? — скривился Май. — Это с каких же лет?..       — С первого класса. До восьми можно ходить только на "воспитание": учить язык, пить молочко Во, ну и в целом приобщаться. Потом "картирование" настоятельно рекомендовано. Если в Большом Доме заметят, что человек посещает "воспитание", но не берёт миссии, Отец и Мать Дома получают внушение. Когда это продолжается больше года, профиль падшего замораживают до исправления ситуации. Ну а за каким-нибудь страшным падением следует "мертворождение" и "чёрный список". Понятно, что почти никто на него не приходит, но символический обряд проводят в любом случае.       — Страшное — это какое?       — Убийство собственного ребёнка. Развод после "умножения".       — Ну да, соразмерно.       — Не говори. Но для ВиВо понятия "развод" не существует — это что-то настолько немыслимое, как разрубить человека надвое. Даже измену можно искупить миссиями, хотя в древности после них не все выживали, а, если выживали, это влекло кучу проблем с наследованием. А! Ещё за аборт попросят на выход. Правда, тут поди докажи, что он был. Большой Дом видит только паспорта, но, к счастью, не медкарты. Во всяком случае, пока.       — А не пробросаются? — задумался Май. — Ну ладно раньше, но если сейчас всех подряд выгонять из Дома ВиВо, кто там останется?       Дина помотала головой, щекоча волосами его шею.       — "Мертворождение" не освобождает от уплаты налога, поэтому Дом ВиВо не обеднеет. Участие в жизни Малого Дома — это привилегия, а не услуга.       — Как всё сложно, — Май закатил глаза. — А как быть родным детям Отца и Матери Дома? Кажется не вполне этичным рисовать Карты с ними? Я так и не признался маме, что курил.       — В каждом Малом Доме сами решают, как им лучше, но ты прав — сюр тот ещё! Мои постарались сделать для нас это максимально комфортным. Мы все вместе ездили в другой Малый Дом, где заполняют Карты родителей. То есть мы прикреплены к нашему Малому Дому, но наши Карты ведут в другом. Отец Хин и Мать Дара тоже очень хорошие, но я не могла согласиться с тем, что они стыдят меня за чувства, а не за поступки. Ну да, я хотела парня лучшей подруги, но я же не пыталась отбить его себе или крутить с ним за спиной у Эзу… Мне было пятнадцать, а он выглядел очень горячим. Я не могла взять в толк, что в моих чувствах противоестественного? И почему они должны казаться мне плохими? Плохими могут быть поступки, а не чувства.       — Согласен полностью, — Май был в восторге от её умозаключений. — Ты правда никогда не работала с психотерапевтом?..       — Нет, конечно! — Дина легла на живот и обиженно заглянула в глаза. — Ты что!       Май не понял, чем задел её. Это ведь просто врач, как и любой другой. Когда брак Майя покатился к разводу, а работоспособность — к нулю, он справился только благодаря психотерапии и антидепрессантам.       — Думаешь, Секала допустит к гостайне "психбольницу на выезде"? — она скорчила рожицу.       Май оставил спор, боясь испортить момент, и вместо этого сказал:       — Удивительно, что ты сама дошла до таких важных вещей, когда семья транслировала обратное.       Он видел в ней конфликты, которые не могли не причинять боль, но терапия ради терапии — тоже зло. Дина справлялась. Каждое утверждение, к которому она пришла, виделось ей трофеем или доказательством нравственной силы. Возможно, его рекомендация принизила её личные заслуги? Или это было предубеждением? Май решил, что неважно.       — И как же твои отреагировали на отказ от "картирования"? Насколько я понял, в глазах Большого Дома — это провал?       — Да нет, как оказалось, это не такая уж и редкость. Если из-за этого снимать с должности, половину Малых Домов будет некому возглавить. Но это я сейчас понимаю, тогда мне было очень страшно за них. И стыдно. Сначала я пыталась перестроиться — рассказывать только что-то нейтральное, но меня быстро раскусили. Отец Хин и мать Дара сказали, что я уже взрослая и сама должна решить, когда снова буду готова открыться ВиВо. С родителями они поговорили без меня, за что я до сих пор им благодарна. Пока я жила дома, ходила на "воспитание", для приличия, а потом — всё. Большой Дом то проигнорировал, в отличие от Малого, который знатно перемыл кости маме с папой. Одну тётку это так оскорбило, что она демонстративно перешла в другой Малый Дом. Та ещё сучка! — Май почувствовал, как напряглись все её мышцы. — Хорошо, что у людей короткая память. После того как Большой Дом разрешил мне набрать команду, со мной опять все раскланиваются, — Дина вытянула руку и провела пальцами по татуировке. — Сделала в тот же день, когда съехала. В одной квартире с моими я уже не могла дышать, а без них по началу казалось так одиноко… Мне был нужен "костыль", чтобы не забыть, почему я это сделала, и чего на самом деле хочу. Давно пора от неё избавиться, но иногда она всё ещё выручает…       — Не смей её трогать, — Май провёл губами по её к запястью. — Она очень сексуальная. А как у тебя сейчас с родителями? Их не коробит твоё мировоззрение?       — Да нет особо… Тащить в Малый Дом насильно они никого не станут, даже меня.       — А когда доброго ВиВо насаждали огнём и мечом, это было "другое"? — не удержался Май.       — Родители считают это позорными страницами Дома ВиВо, хотя на "воспитании" эту тему лучше не трогать, — в её голосе зазвучала тревога. — Очень надеюсь, что они ведут себя осторожно.       — Не давят на тебя — уже хорошо, — Май покачал её в объятиях.       — Поняли, что моя миссия провалена окончательно и бесповоротно. Зато у них есть Лио — идеальный сын.       — Расскажи про него побольше. Ты всегда улыбаешься, когда говоришь о нём. Вы близки?       — Да, он единственный, кто любит меня просто за то, что я есть, — Дина опять расплылась в улыбке.       — Теперь не только он, — шепнул Май ей на ухо.       Дина поколебалась, но не стала развивать тему. Май понимал её — признание сейчас прозвучит фальшиво, несмотря на то, что он испытывал именно это. Конечно, Дина ещё не успела довериться ему и разобраться в глубине собственных чувств. Помолчав, она сказала:       — Лио младший, но у меня никогда не получалось на него злиться; хотелось играть с ним, как с котёнком, когда он только появился. Мама не заставляла меня с ним сидеть, наоборот — с рук не спускала, и мы с ней даже ссорились — чья очередь. А потом нам стало так интересно вместе! Только ему всегда хватало ответов, которые даёт "Пара"… Вы с ним, кстати, коллеги — он медбрат. Родители смогли бы оплатить учёбу только кому-то одному, но я уже была на стипендии и попросила, чтобы всё пошло на Лио. Не знаю, зачем мама ему об этом рассказала… Он до сих пор хочет вернуть мою долю, глупыш. Удивляюсь, что он вообще умудряется что-то откладывать, с его-то зарплатой.       — А где он?…       — Вторая больница в девятом секторе, на скорой помощи.       — Я начинал там же терапевтом, — Май вздохнул. — И там же закончил. Не завидую тем, кто у них задерживается: график на износ, и денег мало, это правда… А Лио не собирается дальше — на врача?       — Ох, нет. У него другие планы — он хочет принять Малую Миссию.       — А почему он ещё не в Школе ВиВо? — растерялся Май. — Насколько я знаю, обучение там бесплатное — от Средней до Высшей. Или туда тоже конкурс? Их же полно в любом го…       — Да, но перед этим Лио хочет на заочку в Гуманитарный Университет, как папа. Окончит историко-теологический, а потом сразу — в Высшую школу на два года.       — "Как папа" тут ключевое, что ли?       — Нет, конечно, — Дина рассмеялась. — Лио очень его любит, но не так же. Просто курс там более разносторонний: экономика, право, социология… Папа говорит, что Отцу Дома важно в этом разбираться, а ещё там есть льготы для детей Отца и Матери Дома. Лио уже так давно копит! Я бы помогла, но он упрямый, не могу.       — Я бы с тобой не согласился, — качнул головой Май. — Если бы он был уверен в своём выборе, то не стал бы искать причины и откладывать мечту в долгий ящик.       — Ты просто его не знаешь. Лио полностью человек Дома ВиВо! Когда смены не выпадают, он бегает на "картирование", как на праздник, соблюдает аскезу, исполняет все ритуалы… Короче, сын маминой подруги, — в её тоне сквозила ревность, как Дина ни пыталась это скрыть.       — Так может, у него просто ОКР? — ляпнул Май. Ох, он ведь не психиатр, чтобы ставить такие диагнозы, тем более заочно!       — Что бы это ни было, точно нет, — кисло ответила Дина. — Мне не нравится, каким тоном ты это сказал.       Незаметно переменить разговор уже не получится, поэтому Май просто молчал.       — А, вспомнила, я читала про такое! Нет, чашки по цветам он не расставляет, — захихикала Дина. — Я бы заметила.       — Так не обязательно расставлять чашки, — робко возразил Май. — "Ритуальное" действие для снижения тревоги может быть любым, не суть важно…       — Нет, у Лио это идёт из самой души. Я могу познакомить вас, когда угодно, и ты сразу успокоишься на эту тему. Семейка у нас, конечно, весёлая, но психически здоровая.       — Прости, пожалуйста, я не имел права говорить ничего подобного, — Май быстрее сменил тему. — Во сколько у тебя самолет?       — 18:50.       — Сдай билет, — он потянулся за очками. — Моя ассистентка возьмёт нам, чтобы места были рядом.       — Давай, сейчас скину деньги, — Дина тоже надела очки. — Но надо не очень поздно, а то послезавтра мне уже на работу, — она улыбнулась. — Догуляю с тобой последний день отпуска.       — Да мне тоже давно пора в отпуск, — написав Жейви, Май прикрыл глаза. Перевод от Дины расстроил его, но он не стал спорить.       — Наверное, удобно быть гендиром? — она мечтательно взглянула на него.       — Почему?       — Смотрю, делаешь себе выходные, когда захочешь. У нас два выходных — это привилегия.       — А у нас они прописаны в уставе института: День ВиВо и любой другой с учётом загруж… — Май осёкся, потому что Дина начала водить губами по его плечу, дразня языком впадинку под ключицей.       — Не хочу расставаться с тобой даже на несколько часов, — прошептал он, прижавшись подбородком к её затылку.       — Ну завтра тебе всё равно придётся меня отпустить, — Дина пожала плечами. — Мы живём на разных концах города.       — Так переезжай ко мне? У меня двушка в "Научном клубе". Думаю, на ста метрах найдётся, где отдохнуть от меня, если я вдруг тебе наскучу.       Май удивился собственной импульсивности. До этого он предлагал съехаться только первой жене, и то — спустя полгода отношений. Надо было оставить побольше времени на романтику, но Майя подмывало идти вперёд семимильными шагами.       — Не терпится заполучить бесплатную домработницу? — Дина покосилась на него. — Я никогда не хозяйничаю в гостях, скажу сразу.       — У меня для этого есть "Мехатрон", — Май обрадовался, что наконец-то в дело пошли его козыри. — Ну же, решайся! Заодно от уборки отдохнёшь.       — Ну нет, так нельзя, — протянула она. — Может, обсудим после выборов?       Май закатил глаза.       — Парламент уже лет двадцать обходится без моего "неправильного" мнения.       Дина нахмурилась.       — Но ведь тебе столько всего не нравится. Как же ты тогда что-то изменишь?       — Беру и меняю, — Май улыбнулся, пожав плечами.       — Это разное. Ты… — Дина ещё сильнее нахмурилась, даже прикусила нижнюю губу, будто сталась найти причину, которая её бы устроила. — Ты не уверен, кто именно сможет сделать лучше?       — А ты всегда уверена? — Май склонил голову.       — Конечно! Нам же рекомендуют кандидатуры.       — А. Я забыл, у нас же свобода слова.       — Не ёрничай, я выбираю, кого хочу, — Дина боднула его в плечо. — Я тебя понимаю. Поэтому мне гораздо спокойнее выбирать из тех, кого мы проверили от и до. Я могу подсказать, кто…       — Дина, — он начал тереть глаза, чтобы дать себе время придумать, как сменить тему.       — Ну, если твой Верека вздумает баллотироваться, думаю, ты не будешь против, чтобы он пролетел хотя бы с нашими… — она вдруг привлекла его голову к себе в жадном поцелуе. Наверное, ей тоже не понравилось, что разговор начал отвлекать их от главного.       Отстранившись, Дина растерянно улыбнулась.       — И как же я к тебе?.. Прямо с самолёта?..       — Скажешь, не ты проводила у меня каждый вечер? Правда, кое в чём мы были стеснены, — его рука медленно очертила линию бедра. — Тебе понравится! Узнаешь обо мне ещё какие-нибудь страшные вещи кроме того, что я пью взвар, не вынимая ложку и пакетик.       Дина прыснула и стыдливо закрыла лицо руками.       — Ох, неужели я была настолько бестактна, что ты заметил?       — Ты смотрела так, будто я ем сырое мясо, — Май закатил глаза. — Хотя подобным уже никого не удивить. Люди что только не делают со своим организмом.       — Прости, пожалуйста, это всё мама. У нас был кто-то из аристократов, очень давно, — Дина обхватила лицо ладонями, качая головой. — И она всё старается, чтобы мы выросли приличными людьми. Ой! Да что же… Я не то имела в виду!       — К моему счастью, твоя мама преуспела не во всём, — Май чувственно выдохнул ей в шею. — Мне очень понравилось, когда ты ведёшь себя неприлично.       — И мне, — Дина застонала, когда он чуть прикусил кожу.       Обняв её, Май прикрыл глаза и откинулся на спину.       — Устал? — прошептал ему в ухо заботливый голос спустя несколько секунд.       За последние два дня Май почти не спал и в самом деле чувствовал усталость, но Дине об этом он, конечно, не скажет.       — Когда я устану от секса, пойму, что начал стареть, — отозвался Май с закрытыми глазами. — Но, может быть, ты…       — Ну вот ещё! — Дина нависла над ним и собственнически поцеловала. — Теперь моя очередь сводить тебя с ума!       — Как скажешь, — улыбнулся Май с нарочитой беззаботностью. Он открыл глаза в тот момент, когда Дина сражалась с волосами, пытаясь забрать их на макушке. Закинув руки за голову, Май постарался расслабиться и отдаться её фантазии.