Глава 5

      Через несколько часов Дами и Айли поднимались на холм в компании трех мужчин. Дами постоянно улыбалась и кокетничала со Стареном — приятным молодым человеком с крепким телосложением, белоснежной улыбкой и кудрявыми волосами. Он смотрел на неё с неподдельной нежностью.       Обходя здание, Старен восторженно заметил: — Тут полно полезного барахла! Странно, что сюда еще никто не добрался. — Это из-за существ. Зверолюдей, — пояснила Дами. — У нас есть оружие, и мне наплевать на них, — самодовольно произнёс Старен.       Айли лишь покачала головой; его самоуверенность вызывала у неё беспокойство.       Когда они набрали достаточно вещей, Старен скомандовал: — Мы спустимся с холма с другой стороны. Через мертвый лес есть «остров», где можно обменять эти вещи на семена. До меня дошли слухи, когда я привозил старые генераторы, что семена пригодны для посадки. — Зачем? — спросила Дами, её любопытство было искренним. — Если я принесу семена, мне разрешат взять тебя на «остров», где я живу, — пояснил Старен, нежно посмотрев на Дами.       Она улыбнулась, и в её глазах заблестели искорки надежды.       Сегодня воздух был наполнен дымом, а ветер приносил с собой пыль, словно сливая мир в серую пустоту. Завязав лица платками, они осторожно начали спускаться с холма.       Вдруг послышался шорох, и из теней вырвалась фигура с диким воплем. Старен, мгновенно среагировав, достал пистолет из-за пояса и, не раздумывая, выстрелил прямо в голову.       Голое тело, еще минуту назад движущееся на всех четырёх конечностях, дергалось в агонии, прежде чем рухнуть на землю, лишённое жизни. Старен подошёл и с безразличием пнул его ногой. — Развелось их… — произнёс он грубо. — Самое обидное, что они размножаются, словно тараканы, а наши дети рождаются мертвыми.       Айли вздрогнула, словно от удара, его слова пронзили её душу. Боль, острая и невыносимая, напомнила ей о малышке, которую она потеряла.       Тишина окутала их, и, погруженные в тяжелые размышления, они продолжили спускаться вниз.       Не прошло и десяти минут, как в воздухе раздался нечеловеческий рев. Вдалеке к ним мчались существа, их было так много; пыль от их движения взметнулась в воздух, образуя клубы. Старен и другие мужчины выхватили оружие, но каждый из них понимал: они обречены. Даже если им удастся уложить десяток из этих тварей, остальные разорвут их на части.       Старен, сжимающий одну руку вокруг плеча Дами, старался оградить её от надвигающейся угрозы, в его глазах читалось отчаяние. Каждое мгновение приближающегося ужаса казалось бесконечным.       “Пожалуйста, помоги… помоги нам… помоги им, они так молоды…” — молила про себя Айли, обращаясь к таинственной сущности.       Она взывая к ней, не понимала, почему именно к этому черному образу обращается, однако надежда на небеса была потеряна.       Черное облако появилось внезапно, обретая человеческие очертания. Мужчина опустился на корточки и с силой ударил ладонью по земле. Раздался глухой грохот, подобный взрыву, и волна мощи отбросила людей позади на несколько метров. Но та, устремившаяся вперёд, будто ураган, сломала мертвые деревья и прокатилась по толпе существ, раздавливая их, словно жернова.       Вопли смерти разрывали тишину, и воздух наполнился могильным холодом, пронизывающим до самых костей. Айли ощущала озноб каждой клеткой своего тела, ужас сковывал её нервы. Она узнала сущность — ту, что превращала её сны в кошмары и забирала жизни тех, кто был ей дорог. Как сейчас она отняла жизни у этих тварей.       Мужчина выпрямился, и его лицо озарилось довольной улыбкой, ядовитой и притягательной, словно сладкий нектар, скрывающий смертельную опасность. С каждым его движением нарастала волна неопределимости, и в воздухе повисла невыносимая тревога, будто сама реальность готовилась к окончательному разрушению.       Айли первой пришла в себя. Она вскочила с земли, подбежала к мужчине и стала колотить пыльными кулаками по его груди, из глаз текли слёзы. — Ненавижу… ненавижу… — шептала она. — Ты забираешь всё ценное: моих родителей, моего ребёнка… Мы лишь букашки, с которыми ты играешь… Кто ты?.. Кто дал тебе право? — её голос сорвался.       Холод, исходящий от мужчины, окутывал её, но вместе с тем она ощущала силу, безумную и невероятную, исходящую от сущности. — Я каждый раз выносил предупреждение. Ты должна была быть готова... Это всё, что я мог сделать для таких, как ты. Нельзя исправить то, что уже неизбежно. Одна цепочка действий запускает другую... Таков алгоритм, — раздался голос в её голове.       Она перестала колотить его, вдруг обняла и выдохнула, осознав, что именно "сущность" спасла их сейчас. — Спасибо, — пробормотала Айли.       Она отступила к поднявшимся мужчинам и Дами.       "Оно могло предотвратить смерть моего ребёнка, родителей, как сберегло наши жизни сейчас... но нет, не в этом его предназначение... Мы всего лишь крупинки в разрушенном мире..." — пронеслось у неё в голове.       Старен направил пистолет на мужчину, который приближался к ним. — Не подходи! Убирайся! — воскликнул он, его руки дрожали от напряжения.       Дами схватила его за руку. — Старен, он спас нас, — мягко пробормотала она. — Почему ты так поступаешь? — Потому что я ответил на его вопрос, — с усмешкой ответил мужчина. — Какой? — спросила Дами, недоумевая. — Я ничего не слышала. — После объясню. Надо уходить отсюда, — зло бросил Старен, опуская оружие.       Они впятером направились к лесу.       В отличие от мрачного настроения Старена и угрюмости остальных, мужчина рядом источал холодное равнодушие. Айли поглядывала на него, правда молчала, ощущая, витавшее в воздухе напряжение. — Как тебя зовут? — спросил один из повстанцев, настороженно бросая взгляд на мужчину. — Пусть будет Дариан, — бросил он с лёгкой усмешкой.       Айли вздрогнула от неожиданности: имя принадлежало её старшему двоюродному брату, который пропал без вести много лет назад. Она обожала его, и в детстве тайно в него влюбилась.       "У сущности нет никакой морали, нет установок, она проникает в голову и ведёт себя словно хозяин", — с раздражением подумала Айли.       В этот миг её взгляд пересекся с взглядом мужчины. Казалось, он прочитал её мысли, и на его губах появилась хитрая улыбка, как будто он наслаждался ее внутренней борьбой.       Наступила ночь, и хотя она была светлой, они устроили привал. Разжигать костёр было нельзя — в земле скапливался метан. Укутанные в куртки, Старен и Дами, прижавшись друг к другу, пытались подремать.       Айли прислонилась спиной к дереву, её мысли не оставляли в покое, сменяясь от отчаяния до радости при взгляде на Дариана.       "Может, стоит попросить его стать котенком? Тогда я не буду пялиться на него, словно дурочка," — пронеслось у неё в голове.       Дариан хмыкнул, и было ясно, что он копается в чужих мыслях, словно в песке. Вдруг Старен вскочил. — Ты… ты гадкий ублюдок! Зачем ты напоминаешь мне об этом? Я не был виноват тогда! — проговорил он, его голос дрожал от эмоций. — Может, потому что из-за тебя скоро погибнет два поселения? — абсолютно без эмоций спросил Дариан. — Ты предполагал: так будет, но не остановился. С генераторами ты тоже знал и тоже не послушал голос разума.       Айли опешила, Дами поднялась, остальные мужчины тоже встали, напрягаясь от внезапного разговора. — Что ты имеешь в виду? — спросила Дами, её голос звучал настороженно.       Не прошло и секунды, как перед их глазами яркой картинкой, словно в кинотеатре, возникла одна и та же иллюзия: жестокое нападение одной повстанческой группы на другую. Крупный “остров” был охвачен пламенем, слышались крики людей, молящих о помощи. Затем появилось видение, в котором Старен рассказывает командиру нападающей группы о найденных семенах.       Старен упал на колени и начал бормотать: — Неправда! Я нечаянно сказал… просто поделился… это ведь слова…       Айли прекрасно понимала его чувства, но ничем не могла его утешить.       "Лишь неразумные букашки в огромном, несправедливом мире”, — вновь пронеслось у неё в голове. — Можно ли что-то исправить? — горько спросил Старен, поднимаясь с колен. — Нет, — категорично заявил Дариан. — Сейчас слишком поздно. Чтобы ты не предпринял, результат будет такой же. — Почему ты не оставляешь даже малейшей надежды? — спросила Айли. — Хотя бы крошечной, мизерной. — Я тут ни при чём! — отрезал Дариан. — Разве никто из вас этого не понимает? Вы сами запускаете тот или иной сценарий событий. И какая разница, как вы умрёте — исход один. Я лишь могу повлиять на некоторые обстоятельства и время, не более, — произнёс Дариан. — Обстоятельства и время тоже играют роль, — возразила Айли. — Для вас, но не для нас, — ответил Дариан. — Да кто же ты, черт возьми? — воскликнул Старен. — Жнец, ангел смерти, тот, кто ловит последний вздох, обдавая могильным холодом, и, словно мясник, отделяет душу от тела, — произнесла Айли, отвечая за Дариана. — Можно и так сказать, — согласился тот. — Зачем ты появился? Почему вы теперь умираете на нашей земле? — спросила Дами. — Я не собирался появляться; кто-то насильно “спас” меня, — напомнил он. — Кто бы отказался, если его так настырно просят, делясь теплом? — добавил он с сарказмом. — Ха, умираем?.. – продолжил он. – Почему на вашей земле?.. пока не знаю.       Все замолкли, и в воздухе повисла гнетущая тишина. — Светает, пора идти, — бросил Старен.       Все встали и двинулись за ним. Выйдя из мертвого леса, они побрели по пыльной дороге. Вскоре перед ними показалось полуразрушенное здание. Темень отступала, правда солнце еще не встало. Серый туман клубился, вызывая кашель.       Вдруг Дариан остановился, словно прислушиваясь, и резко сказал: — Быстрее… уходите… как можно быстрее… вдоль холма вниз к “острову”… если хотите пожить еще немного.       Старен и Дами, крепко сжав руки друг друга, ринулись вниз по склону холма, за ними последовали мужчины, спотыкаясь и стараясь не отстать.       Айли, однако, застыла на месте, колеблясь так долго, что упустила драгоценные мгновения. Она не могла оставить сущность один на один с врагом — это было бы предательством.       Дариан, бросив на нее искоса взгляд, наполненный упреком, произнес: — Осталась... — его голос прозвучал с неожиданным оттенком грусти. — Поставила меня перед выбором...       Вдруг раздался дикий гул, подобный ураганному ветру, который устремился к ним. Лес вокруг казался перевернутым под напором дикой, беспощадной силы, которая угрожала раздавить все на своем пути.       Ужас заполнил Айли с такой силой, что у нее закружилась голова. Холодная волна накатила на тело, а осознание неизбежной смерти охватило разум, заставляя его в панике искать выход. Она с мольбой в глазах посмотрела на Дариана, который стоял прямо. — Держись крепче, — раздался уверенный голос, и рука крепко схватила ее за запястье.       Айли глубоко вздохнула, взглянув на свою руку, окутанную черным туманом. Гул в ушах усиливался, грудь сдавило, и, казалось, мир вокруг стал зыбким.       Внезапно ее потянуло вверх, к небесам. Внизу, в хаосе, она заметила разбитое здание, которое, словно брошенный кубик, переворачивалось в воздухе. Затем, будто ее сбросили с высокой скалы, она резко устремилась вниз. Ее сердце бешено колотилось, стремясь вырваться на свободу. Снова вверх, потом снова вниз… Это бесконечное падение лишило ее дыхания.       Когда Айли наконец пришла в себя, перед ней оказалось лицо Дариана, его черты четко прорисовывались на фоне неба.       Она села, осознав, что оказалась в незнакомой местности. Над головой шумела редкая листва деревьев, а робкая трава пробивалась сквозь серые камни, словно искавшая путь к жизни. — Жива? — насмешливо поинтересовался Дариан, его голос звучал как эхо в тишине. — Наверное, — тихо ответила она, не отрывая взгляда от мужчины, который сидел рядом, и словно погруженный в свои мысли, смотрел вдаль.       Ее сердце продолжало безумно стучать, причиняя невыносимую боль и затрудняя дыхание. — Сердце болит, — вдруг призналась она, пытаясь скрыть страх за доброй улыбкой. — Наверное, я не доживу до своего тридцатипятилетия, — с иронией произнесла она, однако в голосе все же звучала грусть. — Не доживешь, — с холодной уверенностью ответил Дариан.       Айли вздохнула. — Ты даже знаешь, когда я умру? — спросила она, пытаясь удержать улыбку, но в глазах читалась печаль. — Да, — лаконично произнес он, словно это было обыденным фактом. — И когда? — в ее голосе проскользнул легкий налет отчаяния, она с невысказанной нежностью глядела на мужчину, который стал для нее символом надежды и спасения.       Он повернул к ней голову, угольные глаза сверкнули, отражая холод и беспощадность. Большая ладонь легла на ее плечо, обдавая морозом, правда в ледяном прикосновении она нашла странное утешение. Эта рука была ее единственным спасением в этом безумном мире. Ей захотелось схватить ее и не отпускать. — Сейчас, — произнес он свой страшный приговор.       В слове прозвучала фатальность, и Айли широко распахнула глаза, ощущая, как ее сердце перестает биться, и жизнь уходит в темноту. Хрипло задыхаясь, она пыталась набрать в легкие воздух, но он ускользал, как и ее надежды. Последнее, что она увидела перед смертью, были угольные глаза и холодная улыбка — прощальный взгляд самой бездны.