Радость и потери

-Зверь! Брат! Живой! Как ребята?! – крикнул он, подбегая к остановившемуся мотоциклу. Когда мужчина стоял около двух метров от Зверя, в седом небритом лице узнался Филин, лидер группы сталкеров.

-Привет, Филин… Живой, да… Ребята… - он показал рукой на коляску, где лежал труп Ежа, и понурил взгляд. – Просил в Лесу, тут похоронить…

-Ежик… Как же он так… Сталкер же такой был… Опытный до жути, как так… - с горечью спросил мужчина и встал рядом с коляской. – Да покоит тебя Зона, сталкер… - он погладил труп по редким волосам и отошел от него. – Сколько же пацанов Зона забирает… Молодых еще…

-Да покоит… - с такой же досадой и горечью ответили Шорох и Андрей.

-А Коршун, Лихо? Где они? – спросил Филин, немного грустными глазами смотря на Зверя.

-Лиха наемники пристрелили, а Коршун уже в Лесу тоже должен быть… Мы ему тоже весточку о друге хотим передать… - ответил парень, посмотрев на мужчину.

-Вы уж звиняйте, ребятки, что заставил под пули наемников лезть, но кроме Лиха вам дорогу на Радар бы не показали… И его пусть Зона покоит… Хоть и занозой высокомерной был всегда… Но что уж, о мертвых только хорошо…

-Да покоит, - снова ответила команда в один голос.

-Ничего, на Радар пробрались, Лиманск прошли, только уж Еж и Лихо не дошли, - грустно сказал Андрей.

-Ага… Жалко ребят… А ты, получается, друг Цоя? – Спросил Филин, посмотрев в глаза Шороха.

-Да, Шорохом кличут, а Вас – Филин? – представился парень и протянул руку мужчине для пожатия.

-Да, Филин, главный на этой точке. Будешь заходить – рады будем! – тот пожал его руку крепкой хваткой и снова начал говорить. – А вы ребята, уезжайте, а то, чую я, что скоро такой ливень грянет, что нам не сдобровать… Давайте, рад был видеться! А Ежика… Похороните, как родного… Чужой-не чужой, но сталкер, брат всем в Зоне… - ласково обратился к ним Филин с все еще небольшой тягостью в голосе.

-Похороним… Удачи, бывайте! Приятно познакомиться! – кинул Шорох и снова крутнул ручку газа.

-Бывайте! – крикнул Андрей, когда мотоцикл уже двинулся.

Мужчина в ответ лишь прискорбно помахал рукой и пошел опять в бункер, дабы уйти от скорого дождя.

Когда они подъезжали к дому лесника, уже было почти темно, только немного прорывалось света от уходящего солнца. Подъехав, Шорох заглушил мотор, слез з мотоцикла, так сделал и Зверь. Они поднялись по ступенькам ко входу в дом и тихо постучались. Раздались тяжелые шаги и старческий голос изнутри:

-Кто такие, кого черный сталкер ночью носит?! – крикнул знакомый голос дяди Федора.

-Свои, дядь Федь, свои… - спокойно сказал Андрей, чувствуя родную отдушину.

Дверь с громким скрипом открылась, за ней стоял крепкий старик в старой кофте и джинсовых брюках. Увидев Андрея, тот сразу же засмеялся и чуть ли не бросился в слезы.

-Андрюшка, родной мой!!! – закричал он, после чего бросился обнимать старого друга… Картина строгого и злого лесника сразу же рухнула перед доброй душой старенького Феди… Он крепко сжимал шею Андрея, приговаривая «Живой, живусенький!» На шум пришел Коршун и приковылял с соседней комнаты Цой. Увидев друга, Шорох пробежал через порог дома и бросился обнимать раненного друга, тоже еле сдерживая слезы, но после крепкого дружеского объятия после долгих дней разлуки, граничащей со смертью, слезы сами ринулись в плечо друга.

-Шорох… Ванька, братан… Уже думал не дождусь… - Говорил Цой, обнимая друга одной рукой, которую не прошил выстрел, пока другой со всей силы прижимал его к себе.

Только Коршун одиноко стоял посреди комнаты… Ничего не понимая, он начал выходить из дома… Сердце ушло в пятки… «Еж на мотоцикле ждет, он шутит так…» - пронеслась утешающая мысль в его голове… Он босыми ногами побежал к мотоциклу, встал у коляски, увидел тело друга и уставился на него стеклянными глазами… Закрытые глаза, каменная улыбка… Коршун несколько секунд стоял, совсем не двигаясь, взял друга за руку и сжал ее в своих двух, свалился на колени перед коляской, прижимая холодную кисть к своему лбу… Слезы сразу ринулись горячими ручьями по его щекам…

-Не верю!!! Врете!!! – кричал он, пытаясь хоть как-то себя успокоить… Верный друг, товарищ по команде… Не будет никаких танцев на свадьбе… Не будет ни Ольки, ни Васьки… Все забрала Зона… Лучшего друга...

Когда остальные перестали радоваться встрече, они посмотрели на Коршуна, который топился в своих слезах, обнимая холодное тело Никиты… К нему осмелился подойти Андрей… Зверь подошел к страдальцу сзади, обнял его за плечо и повернул лицом к себе.

-Тише, брат… Я помню, что он мне говорил, когда уходил… Говорил, что когда жениться будешь, он всегда за тобой смотреть будет… Ну, оттуда… Никогда тебя не бросит… Просил, чтоб мы его тут похоронили… - попытался успокоить его Андрей. – Хороший Никита был… Всех хороших Зона рано забирает, на небесах тоже хорошие надо, поверь уж мне… - сказал он, вытерев рукавом костюма слезы Коршуна.

Тот еще некоторое время бился в истерике, прикрикивая «не верю!», но когда успокоился, все же твердо посмотрел на Зверя и начал говорить:

-Смотреть будет… Придумает же он… - он горько улыбнулся. - Всегда такое что-то скажет… Про смерть говорил постоянно… Прав ты, Андрюха… Пусть он там, на небесах будет, там все сталкеры хорошие… Похороним его тут, чтобы спокойней ему было там… - сказал Коршун, утерев слезы.

-Вот и хорошо… - Сказал Андрей и, взяв его за руку, повел к Федору. – Дядь Федь… Нам надо напарника похоронить, - сказал он и пошел к кладовой, вернулся через несколько минут с лопатой.

-Вам помочь?.. – спросил Цой, смотря на Федора и Зверя.

-Разведите костер, водки принесите, помянем… - сказал Федор, идя на то место, где должна была быть могила.

-Слушайте… Похороните его под дубом этим… Он дубы всегда любил… - робко попросил их Коршун.

-Давай, что уж, - Андрей тяжело вздохнул и направился с лесником к старому дубу с красно-желтой листвой… Оба начали копать, но через несколько углублений к Федору подошел друг Ежа и взял у него лопату.

-Я возьму… - сказал он и продолжил копать вместе с Андреем.

-Хорошо, я ребятам помогу костер развести, - сказал лесник и пошел к Шороху и Цою, которые разводили костер где-то в пяти метрах от могилы.

-А вас как в Зону занесло? – спросил Зверь, когда его мог слышать только Коршун.

-Денег хотели, как и все… А сами мы друзьями со школы были. Что Никита, то и Киря, что Киря стекло побьет, то Никита стекло побьет, что Никита забор сломает, то и Киря. Вот-так и в Зону вместе пошли… Кто же знал, что так все получится… - говорил с приятным голосом воспоминаний он, но на последней фразе снова голос стал обреченным и грустным…

Ударила молния… Разразился жуткой громкости гром, после чего на землю обрушился резкий ливень, который разносил по округе злой ветер, который всего несколько дней назад шептал сладкие слова свободы, но сейчас только и насмехался над напарниками, которые копали могилу для общего товарища… Дождь все неистово лил, но они продолжали копать… Когда могила была около метра вглубь, они вылезли и подошли к тем, кто уже сидел у костра.