Глава 4

Благотворительный вечер, данный «Орионом» в честь японских партнёров, дышал элегантной роскошью и тонким ароматом дорогого парфюма. Переливалось серебром и агатом богатое убранство зала, хрусталь огромных люстр гармонировал с золотом светильников и хрупким стеклом бокалов. В журчание разговоров ненавязчиво вливалась классика, бесшумно передвигались вышколенные работники, предупреждавшие малейшие пожелания гостей. Директор Ю появился, как всегда, незамеченным и успел переговорить со знакомыми, прежде чем подойти к гостям из Японии. Учредители компании «Тирасоник» вежливо молчали, пока партнёр и один из директоров «Ориона» Чха И До представлял их Джин У. — Господин Такахаси, — назвал И До, и директору Ю с вежливым поклоном-кивком улыбнулся седеющий худощавый мужчина в чёрном костюме. — И господин Окамото, — представили ему моложавого бизнесмена с блестящей чёрной шевелюрой и строгим взглядом. — Откуда-то знают о болезни вашего отца, — чуть отвернувшись в сторону, тихо поведал И До. Такахаси что-то заговорил, державшаяся подле директора Ю Нун Бёль проворно перевела: — Господин Такахаси знаком с вашим отцом, директор. Он считает его хорошим бизнесменом. — Спасибо… Аригато годзаимас, — учтиво вернул Джин У. — Господин Такахаси спрашивает, как ваше здоровье, — тихо перевела девушка, дождавшись, пока гость из Японии договорит. Директор Ю скрыл досаду — последнее время головные боли донимали его всё чаще, и его не радовало подозрение, что об этом известно его гостям, — и безупречно-вежливым тоном откликнулся: — Скажи, что лучше не бывает. И добавь, что я готов перейти к делу… За последние семь кварталов мы подняли более пятисот компаний, — рассказывал он чуть позже, выйдя вместе с гостями на террасу, с которой открывался потрясающий вид на ночной Сеул. — Мы отдаем восемьдесят миллионов долларов на благотворительность. Мы создали пятнадцать тысяч рабочих мест… Господин Такахаси, — обернулся он к пожилому мужчине, который молча внимал ему большую часть беседы. — Если вы намереваетесь выходить на наш рынок, лучшего партнёра вам не найти. Единственное, о чём вам стоит беспокоиться, какой из видов матча выбрать на ужин, — последнюю фразу Джин У добавил на японском. Тронутый его уважительным тоном, пожилой бизнесмен кивнул со слабой, довольной улыбкой. — Директор Ю? — заглянула в кабинет начальника Нун Бёль многим позднее. Джин У, который исчез с благотворительного вечера сразу после переговоров, сидел в кресле напротив панорамного окна спиной к двери. Свет в кабинете был приглушен, так, что не мешал глазам, стоял перед мужчиной нетронутый стакан воды. Девушка бесшумно прошла в кабинет и остановилась, завидя невскрытую пачку болеутоляющих. — Чего тебе? — сухо бросил наконец директор Ю. — Гости уже разошлись, Чжи Ён-ши спрашивает, собираетесь ли вы домой, — рассказала Нун Бёль. Пак Чжи Ён был начальником охраны Джин У, девушка нередко видела, как директор Ю поручает Чжи Ёну что-то лично, и догадывалась, что связывают двух мужчин доверительные отношения. Молчаливый, но улыбчивый, телохранитель неизменно носил чёрные костюмы, надевая под пиджак простую футболку, незаметно контролировал работу многочисленных секьюрити и умел расположить к себе всего парой фраз. Нун Бёль не могла назвать его своим другом, но понимала, что по-настоящему ему доверяет. — Сейчас… спущусь, — как-то сипло ответил Джин У. — Можешь идти. Мгновение-второе девушка порывалась последовать приказу и тотчас выйти. Но не смогла. Что-то в облике мужчины ей не нравилось, хоть она и видела всего лишь его затылок и плечи. Наконец, не справившись с безотчётной тревогой, Нун Бёль обошла кресло и остановилась напротив директора Ю. Поняла, что не ошиблась. Сжатые губы, сведённая челюсть и закрытые глаза не оставляли сомнений в том, что ушёл Джин У с вечера так рано вовсе не из-за срочных дел. — Д-директор, — шагнула девушка ближе. Недовольный взгляд чёрных глаз, даже в полумраке ярко сиявших яростью, едва не заставил её пожалеть о собственном сочувствии. Но Нун Бёль смело спросила: — Вам плохо? К её удивлению, вернул Джин У кривой улыбкой. — Снова повезёшь меня домой и сбежишь? — пробормотал он, потирая висок пальцами. — Мне кажется, вам больно, — вырвалось у девушки. — Это всего лишь головная боль, скоро пройдёт… — Вы не пили спазмолитиков. — Ни к чему, — отмахнулся директор Ю. Нун Бёль проявила характер, что удивило её саму: — Вы слишком небрежны к себе. Его снова обожгли взглядом, от которого хотелось выбежать из кабинета. Но Джин У не возразил. И девушка понимала, что даже его упрямство просто поглотила головная боль. — Такое случается, — обронил мужчина, слегка массируя пальцами лоб, — когда держишь в голове слишком много… Тебе не о чем переживать, уходи. Нун Бёль поджала губы. Её прогоняли, и уже без намёков. Ругая себя за то, что не может просто послушаться и выйти, девушка храбро шагнула ближе и, шокируя и себя и Джин У, вдруг отвела его руки. Чтобы мягко коснуться висков. Директор Ю вскинул голову. Сузил глаза. — Что ты делаешь? — прозвучало недовольное. — Я… — Нун Бёль запнулась. Затем, еле справившись с привычным волнением, продолжила: — Если вы не хотите выпить лекарств, я подумала, может… дайте мне пару минут, — попросила она и слегка запустила пальцы в густые чёрные волосы. Она ждала, что Джин У воспротивиться: он сейчас был вправе даже выговорить ей за нарушение субординации. Но, к её облегчению, он закрыл глаза. А она продолжила легонько массировать его голову. Девушка не знала, станет ли ему легче от массажа, который не раз помог её маме и Ын Ха. Но желала этого всем сердцем: ей почему-то становилось плохо оттого, что мужчина, которого она видела обычно уверенным в себе и способным решить любой вопрос, так обессилен из-за боли. Она не подозревала, как на самом деле испытывает его тем, что стоит так близко. Не мучай Джин У головная боль, она бы давно оказалась в его объятиях… или на диване рядом. Закрыл он глаза вовсе не для того, чтобы расслабиться. А для того, чтобы унять искушение. Восхитительно-стройная, точеная фигурка её в шоколадном шёлке элегантного, строгого, но на ней отчего-то дразнящего платья пьянила его каждой линией. Хотелось протянуть руку, обхватить тонкую талию девушки, притянуть её ближе и целовать, целовать до потери сознания… Мужчина сдержанно выдохнул. И резко отстранился с глухим: — Достаточно. — Вам легче? — робко и настойчиво спросила Нун Бёль, когда директор Ю решительно встал и зашагал к выходу. — Да. Езжай домой, ассистент О. Девушка опешила от властного приказа, но уверенные нотки в бархатном баритоне её успокоили. Не сдержав улыбки, она пожелала вслед мужчине: — Доброй дороги, директор Ю. Джин У замер у двери. Обернулся. Окинул её взглядом. Нун Бёль сжалась, совсем некстати вспомнив, что в кабинете они одни. Неожиданно пришла мысль, что, если Джин У замкнёт сейчас дверь, сбежать она не сможет. Но пронзивший её испуг схлынул облегчением, едва мужчина равнодушно пожелал в ответ: — Спокойной ночи. *** Пустырь сияющей охрой заливало предзакатное солнце. Летний вечер был свежим, но пыльным, носил ветер сухие травинки, порой свистели в ушах его порывы. С шорохом подъехал к краю пустыря блестящий чёрный кроссовер; выбравшись из машины, Джин У снял солнечные очки и неторопливо зашагал к тёмно-синему седану. Его ждали. — Красивое место, не правда ли? — спросила после недолгого молчания миловидная женщина в строгом брючном костюме. Прямые коротко стриженные волосы её трепал ветер, притягивали взор красные от помады губы. Джин У окинул её беглым взглядом и равнодушно признал: — Да, очень. — И воздух свежий, — глубоко вдохнув, добавила женщина. Улыбнулась. Затем выудила из кармана визитку и протянула с учтивым: — Меня зовут Кан Мин А. Рада, что вы приехали, Ю Джин У. Приняв карточку, мужчина мгновение глядел на витиеватые буквы, затем спрятал визитку в нагрудный карман и прямо спросил: — Чем могу быть полезен? — Я думаю, было бы прекрасно, если бы здесь появился жилой район, — окинула пустырь взглядом Мин А. Джин У скривил губы в едва заметной усмешке, оглядел раскинувшиеся перед ним пустынные земли. В застройке была выгода, он это видел. Но существовало препятствие, которое он назвал сразу: — Правительство наложило запрет на строительство домов в этом районе. — У правительства скоро сменится политика, — рассказала женщина с неприятной знающей усмешкой и изящно скрестила на груди руки. — Полагаю, вам это было бы на руку, — с тихим смешком добавила она. — Работа в Голубом доме обеспечивает легкой информацией, секретарь Кан? — вскинул бровь Джин У, удивлённым он не выглядел. — Мы можем сотрудничать, — взглянула на него Мин А. — Конгрессмену нужны ещё спонсоры? — вопрос получился едким: Джин У хорошо знал, на кого работает собеседница. Женщина улыбнулась — вежливо, но совершенно не искренне: — Я бы не сказала. Союз с вами нужен мне, — мягко добавила она. Джин У внимательно слушал, и она продолжила: — Моя дочь недавно защитила диссертацию в Гарварде. К сожалению, мужчинам часто неловко общаться с более успешной партнёршей, я… должна была подумать, чем придётся пожертвовать моей Су Гён, когда она выбрала достижения на научном поприще, — закончила Мин А, склонив голову в прекрасно сыгранном сожалении. Директор Ю спрятал насмешку и сухо поинтересовался: — Разрешение на застройку в обмен на брачный контракт? Его собеседница не смогла сдержать слабой улыбки: — Однако вы прямолинейны, директор Ю. Вы могли бы встретиться с Су Гён, она прекрасная собеседница, — ничуть не смущённая, предложила она. Джин У опустил взгляд, чуть нахмурившись, губы его сжались в полоску. Но затем лицо его прояснилось, и он равнодушно откликнулся: — Я найду время. Мой секретарь свяжется с вами и назначит время, секретарь Кан, — с коротким кивком закончил мужчина и вернулся в машину. Глядя на его решительную походку, Кан Мин А довольно улыбнулась. Из всех, кого она знала, президент компании «Орион» был самой выгодной партией для её драгоценной дочери. — Это же правая рука Шин Мин Су? — уточнил у Джин У его телохранитель уже в салоне. Директор Ю завёл двигатель и протянул Чжи Ёну визитку: — Узнай всё, что можешь. Запомнив данные, телохранитель протянул карточку обратно: — Непременно, директор. Сидевший за своим столом несколькими часами позднее Джин У вертел визитку в руках, обдумывая предложение Кан Мин А. Он слушал отчёт старшей ассистентки и казался рассеянным, но слова Юн Се Ри не проходили мимо его сознания. Просто сейчас его больше занимали другие вопросы. — Выделите на следующей неделе вечер для личной встречи, — велел он, когда ассистентка закончила доклад, и протянул визитку. — Что с итальянским проектом? Вы назначили переводчика? — тотчас спросил директор Ю. — Вы говорили, что информация об этом проекте должна оставаться до времени конфиденциальной, — учтиво начала Юн Се Ри. — Я думала пока привлечь как можно меньше сотрудников, — добавила она. — Кого вы предлагаете? — вмешался в её вежливую речь Джин У. — У нас в компании есть знатоки итальянского, но в резюме младшего ассистента указано владение языком на уровне «выше среднего», — пояснила ассистентка и предложила: — Может, стоит включить в проект Нун Бёль? Директор Ю окинул кабинет задумчивым взглядом, затем, потянувшись, открыл на своём компьютере личные данные своей младшей ассистентки. Несколько минут протекло в молчании, прежде чем он наконец закивал: — Хорошо. Привлеките ассистента О и проинструктируйте её перед завтрашним звонком. — Будет сделано, директор, — Се Ри ответила полупоклоном и спросила: — У вас есть ещё поручения? — Позовите Нун Бёль, — бросил Джин У и, поднявшись на ноги, направился в комнату отдыха. Вошедшая в кабинет позднее девушка огляделась в недоумении и, заметив приоткрытую дверь, что вела в зону досуга, решила подождать начальника. Поразмыслила. Затем прошла к огромную окну, из которого открывался вид на столицу. Картина города Нун Бёль всегда захватывала, но ей редко удавалось полюбоваться высотками с такого прекрасного ракурса. Что Джин У вернулся в кабинет, девушка поняла, когда ей на плечи легли его руки. Подавив порыв тотчас вырваться, Нун Бёль оглядела отражение стоявшего за спиной мужчины. В свете ночных огней города его лицо казалось таким красивым… — Ты свободна завтра после работы? — бархатом коснулся волос тихий вопрос. — Н-нет, — запнувшись, ответила девушка. — Нет? — повторил директор Ю. В голосе его слышалось недовольство. Будто он подозревал, что девушка придумала завтрашние планы секунду назад. — Я-я… собиралась на выставку, — с трудом выговорила Нун Бёль: скользнувшие к локтям руки касались так уверенно, так властно, что у неё путались мысли. — Д-директор… — понимая, что выдержка вновь её подводит, начала было девушка и услышала нетерпеливое: — Что за выставка? — П-пак Джи Ын собирается представить свои картины, — рассказала девушка. — А п-почему вы спрашиваете? Ответ её ошарашил: — Хотел пригласить тебя на ужин. Нун Бёль осторожно высвободилась из объятий начальника и обернулась. Но спросила не сразу: — Вы… Вы правда собираетесь… — Да, — оборвал её Джин У. — Я не знаю, когда закончится выставка, — в смущении опустив взгляд, пробормотала девушка. Её сейчас радовало, что она действительно не знает, когда сможет освободиться: откровенный разговор с Се Ри неделей раньше подвёл итог неутешительным «Люди его положения не встречаются со своими секретаршами», и Нун Бёль понимала, что должна во что бы то ни стало не подпустить близко мужчину, который занимал все её мысли день и ночь. Пусть шагнуть ближе самой и хотелось ей больше всего на свете… — Ты не можешь отменить встречу? Вопрос заставил девушку в возмущении вскинуть голову. Ю Джин У ни секунды не сомневался, что в списке её приоритетов у него почетное первое место. — К сожалению, нет, — прохладно откликнулась Нун Бёль и продолжила, не позволив ему сбить её с толку новым вопросом: — Ассистент Юн сказала, у вас поручение ко мне… — Никаких поручений, — холодно усмехнулся директор Ю, вводя её в замешательство. — Можешь идти, — обронил он и зашагал к своему столу. Нун Бёль с трудом сдержала желание бросить ему в спину что-нибудь обидное. Понять, что её звали только ради приглашения на ужин, было несложно, и девушку больно кольнуло чувством вины, которого она не должна была ощущать. Потупившись, она поспешила к двери и лишь у своего стола вспомнила, что не попрощалась, забыв про все правила приличия.