15. Буквы

— Что это за буква, пап? — «А». Ты слушаешь вообще? — возмутился Шурик, отвечая в пятый раз на подобный вопрос. Малышу хочется читать и развиваться вне садика. Тем более зимой он ходит туда редко, в силу своего возраста заболеть ему ничего не стоит. И вот снова он сидит на коленях отца с только-только спавшей температурой, шмыгает носом и водит взглядом по тексту. Ещё неизвестным, но таким интересным символам. Малыш чихнул и снова задал надоевший вопрос. — Будь здоров. «Е». — А… — Лева! — Молчу. Рассказ, наконец, закончился. Ребенок с неподдельным интересом разглядывал буковки и картинки. Шурка усмехнулся и пересадил сына на диван, незаметно исчезая. — Лев, у меня есть подарок. — Какой? — улыбнулся Лева. Бережно отложил книгу и с интересом уставился на отца. — Вот! — тот из-за спины вытащил детский букварь. — Чтоб тебе болеть было не так скучно. — Спасибо, папочка… — обрадовался Левка, запрыгал по дивану с такой силой, что Шурик начал опасаться, как бы у сына снова не поднялась температура, а потом крепко обнял папу. Не то, чтобы подарки были редкостью, но обычно они становились праздником для ребенка. Отец всегда угадывал с ними, вызывая дикий восторг. — А что это за книжка? — Букварь, Левка. Будем учиться читать. — Прямо сейчас! Приду в садик и буду уметь уже! — обрадовался малыш, схватил книжку и жадно разглядывал обложку. Провел рукой по шершавым буквам, изучая каждую. — Все-все книжки прочитаю! — Шкодик, это не такой быстрый процесс, — улыбнулся Шурик. — Это надо каждый день по чуть-чуть и тогда что-то получится. Лева грустно вздохнул. — Ну ладно… Я все равно готов начать. Гитарист вновь уселся рядом с Левой, взял малыша на колени и положил букварь. — Ты эту букву знаешь. — Да! Это буква А! — Да. Давай пальчиком водить. И Лева читал каждую буковку, проводя пальчиком по странице. Послушно отвечал на каждый вопрос отца. И несколько десятков минут спустя Лева знал уже 2 буквы. — Буква У! — Да, Левка. А это? — А! — Молодец, — выдохнул Шурик и прижался губами к плечу. — Не голодный? Только Лева хотел ответить «нет», как живот его предательски заурчал. Уман-старший тихо засмеялся и пошел готовить обед. Левка вприпрыжку побежал за ним.

***

— А я буквы знаю! Не все, но некоторые! — похвастался Левка Артёму, когда речь зашла про увлечения. — Меня папа учит! — Да? Когда успел выучить? — Пока болел. — А какие знаешь? Левка принялся перечислять. Назвал штук пять, заставив Мартемок широко пооткрывать рты. Победным взглядом окинул их. — А нам покажешь? — Не, я не такой умный, как папа. Он много знает, а я нет, пусть лучше он, — отмахнулся Лева. — Да врешь ты! — нахмурился Арбенин. — А вот и не вру! — Врешь! — Нет! — вскрикнул Лева, и убежал за бумажкой. Неровно вывел «М», «А», «М», «А», и громко произнес — Мама! — Здорово! Правда не врешь, — Артем повел бровями и переключился на машинки. Потыкал Леву в ногу, мол, погнали играть. Лева отложил листочек и присоединился к игре. — Мама говорила, что мы со следующего года тоже будем учить буквы. И цифры тоже, — сказала Марта. — Да, кстати. В садике, — кивнул Тема. — А потом ещё на следующий год, и ещё на следующий, мы пойдем в школу. — Да ладно, до школы ещё далеко! Успеем все сделать, — улыбнулся Уман.

***

— Папа, а научи меня цифрам. — Ты буквы сначала доучи, а потом будут цифры. — улыбнулся старший. — давай, ва-за. — Я сам хочу! Ва… За… Ваза. Во-зы… Возы. Ва-та… Вата. Вол… Пап, а кто такой вол? — Вол… Ээээ… — Шурка задумался. — Читай, я щас посмотрю. Левка продолжил. — Ко… Ро… Ва… Корова! Пап, корова! — Умничка. — Ну так кто такой вол? — Это бычок, у него рога больше чем у остальных. — А почему? Шурик задумался. Как объяснить ребенку, что рога увеличиваются в результате кастрации он не знал. Пожевал губами, вздохнул и шире раскрыл глаза. — Нуу… Чтобы… Бычкам не мешали жить коровки, а точнее инстинкты на коровок, у них удаляют орган один, который выделяет разные вещества. Называется железа. Вот. И поэтому рога растут быстрее. Благо Леве хватило этого объяснения и он удовлетворённо кивнул. Шурик выдохнул и продолжил следить за образовательным процессом. — По-мо-гай, Во-ва, — прочитал Левчик и облокотился на Шурку. Тот улыбнулся. — Давай, Лев, два слова осталось и на сегодня закончили. — Ну они длинные… — закапризничал младший. — Да ничего подобного, последнее ты знаешь. Давай, заканчивай, и поиграем пойдем. Левчик сразу оживился. — Го-во-рит… Папа. — Молодец! Лева завозился и развернулся на коленках Шурика, лицом к его груди. Обхватил руками. — Чего ты? — шепнул отец, отложил букварь и прижал к себе ребенка. — Папа, а мы когда на дачу поедем? — Летом, сынок. Соскучился по природе? — Угу. — Ну чуток осталось. — Пап, а Марта с Артёмом сказали, что мы в следующем году будем учить буквы и цифры в садике. Да? — Да. — А я уже до десяти умею! — А вас ещё и писать будут учить, хочешь, покажу пару цифр? Левка активно закивал и принес альбом с карандашами. — Смотри, это один, — сказал Шура, и вывел единицу. Красивую и ровную. Лева повторил, правильно взяв карандашик в руку. Не так красиво и ровно, но тоже неплохо. — На что похоже? — Бревно такое, и сучок тут! — довольно отозвался Лева. — Ну рисуй. Малыш дорисовал единичку Шурика до бревнышка, с кривым отростком-сучком. — Умничка. А это два, смотри, — Шурик вывел двойку. Левка снова повторил. — А она на что похожа? — На гуся! Гусь получился не очень ровным. Даже скорее лебедем. Но Левка все равно был доволен. — А это три. На страничке появилась змейка, с аккуратными чешуйками, Шурой подрисованными. — Пап, я устал, играть хочу, — захныкал Левка и залез на диван поглубже. — Ну раз устал, тогда на завтра. Убирай карандаши и тащи машинки, будем с тобой гонки устраивать, — ласково улыбнулся Шурик.

***

— Пап, почитай! — попросил Левка, тыча в лежащего на диване перед телевизором Шурика томиком Денискиных рассказов. Шурик улыбнулся и посадил сына рядом. — Лев, ну у меня горло болит, — просипел он. На одном из концертов гитарист умудрился сорвать голос, а потом, не поняв намека от организма в виде першившего горла, наелся мороженного. Как итог: ларингит. — Ну лето же, не болеют же летом. — Поверь мне, очень даже болеют. — А если у тебя гордо болит, то почему ты без шарфа? — прищурился ребенок. — Не надел, потому что искать лень, — усмехнулся Шурик и тут же принялся тереть горло. Лева оставил книгу на журнальном столике, пошуршал по кладовке и комнатам и через несколько минут вновь тащился к дивану. Но не один, за ним тянулся длиннющий хвост из шарфа и пледа, замедляющий движение. Но от помощи Лева героически отказался. Накрыл папу мягким клетчатым пледом, подоткнул во все углы и, не давая возможности выпутаться, уселся сверху на ржущего Шурку. Закутал горло шерстяным шарфом. — Левчик, мне жарко. — Жарко это когда температура. У тебя температура? — Нет, Лев, на улице +25. Пледик тут несколько лишний, но все равно спасибо, — улыбнулся Шурик и повесил плед на спинку дивана. Потом уберет. Левчик поник. Хотел как лучше, а в итоге только заставил Шуру говорить лишний раз. Печально залез на диван и поджал коленки к груди. — Ну чего ты загрустил? — прошептал Шурик и вырубил звук надоедливого телевизора. Сел рядом с Левой, взял его к себе на руки, прям так, клубочком, и прижал к себе. — Хотел помочь тебе, а получилось… — Все в порядке, Левочка. Ты мне горло укутал, спасибо тебе, я так поправлюсь скорее. И не стал настаивать с чтением, а я по глазам вижу, что ты до сих пор хочешь. Хочешь же? — Хочу, — кивнул Левка и грустно шмыгнул носом. Потом вылез из объятий с радостным «Пусти!» и прибежал к Шуре с зелёным букварём. Шлепнулся рядом и открыл на закладке. — Усаживайся поудобнее, папа. И готовься слушать, — хитро улыбнулся малыш. — Мои слова, шкодик, — хихикнул Шурка. — Да, я знаю. Ве-се-лый… Ле-ва… Это же про меня! Ну все, слушай внимательно, — серьезно сказал Левчик, театрально прокашлялся и принялся перечитывать все рассказики из книжки. Шурик уснул очень быстро, сказывалась слабость. Постельный режим никто особо не соблюдал, а значит Левчик не очень скоро услышит голос отца, читающего ему Драгунского. А значит Левчик сам будет читать папе. Медленно, с запинками, но с полным чувством чего-то значимого.