17. У папы на работе

Левчик что-то строил из конструктора. Башенка все росла ввысь и вширь, превращаясь в полноценный замок. К Левчику присоединились Арбенины, увеличивая конструкцию с оставшихся сторон. — Красота! Левчик чуть прищурился. Сверху появились буквы Л, А и М. — И что это значит? — нахмурился Тема. — Ну, Л потому что Лева, А потому что Артем и М потому что Марта. Мартемки понимающе замычали. В замке закипела жизнь и импровизация. Дети с ажиотажем переставляли фигурки. Левчик зажмурился и зевнул. — Спать хочу. А мы ещё даже не обедали. — Угу…— кивнул Тема и тоже зевнул. Левчик облокотился на стенку. — Папа обещал сегодня на концерт взять, представляете! В этот… Сити холл вроде… — Мама тоже в каком-то таком играла, — улыбнулся Артем. — Там клёво. А зачем ты ему? — Он хочет чтобы я с ним несколько песен спел. Молитву, птицу на подоконнике и… Падает снег вроде бы, не знаю. Может ещё чего, я весь репертуар их знаю наизусть. — Тем, нас мама тоже заберёт на концерт. Тоже в Сити Холл… Крокус вроде бы, и мы тоже будем петь птицу на подоконнике…— многозначительно глядя на мальчишек сказала Марта. Те переглянулись, а потом радостно захлопали в ладоши. — Мне кажется, это был сюрприз, — засмеялся Левчик. — А мы его испортили. — Ничего. Главное сделать вид, что это все неожиданно для нас… — Дети, убираем игрушки, обед! — объявила воспитательница. — Ну наконец-то, — выдохнули все трое.

***

— Здравствуйте, я за своими и за Левой. — Левчик, Мартемки, за вами пришли. Дети с готовностью выбежали в раздевалку. Диана с радостью подхватила соскучившихся детей на ручки. Лева же тупо оглядывались по сторонам. Папы не было на горизонте. — Лев, ты с нами. Папа на саундчеке. — Ясно, — вздохнул Левчик, мигом погрустнев. — Чего ты нос повесил? Собирайся, не грусти, Шурик тебя ждёт. И вы тоже бегом собираться, — скомандовала Арбенина-старшая и стала руководить процессом, периодически подгоняя детей. Несколько минут и все трое сидят в машине. О чем-то возбуждённо переговариваются и слушают включенный Диней старый русский рок. Разговоры перешли на шепот. — Мам, включи ню одрер, пожалуйста, — попросил Тема. — Нью ордер, — тут же исправил Левчик. — Если можно. — Можно. Лев, ты не стесняйся. Проси если что, — улыбнулась снайперша и включила требуемую группу. Дети подтанцовывали на задних креслах, а Лева ещё и подпевал. Тихо, но очень чисто и красиво. Машина затормозила около Крокуса и из салона машины вывалились четверо и бодрым шагом направились в здание. Как только Левка оказался внутри, глаза тут же забегали в поисках отцовского лица. — Так. Сначала Уман. В гримерку отца, сейчас провожу. Арбенины, со мной. Ещё увидитесь сегодня. Дети переглянулись и хихикнули. Левка быстро разделся, Диана помогла повесить куртку на плечики. Брюки Левка тоже снял, во-первых жарко, а во-вторых лучше раньше, чем позже. — Так. Теперь с Арбениными. Лев, если хочешь, прямо по коридору и направо, будешь в зале. Там с папой найдёшься. Левка кивнул и убежал в указанном направлении. Арбенина же закрыла гримерку Шурика и, заручившись помощью детей, потопала искать свою. Левчик оказался в большом зале, полном кресел, взрослых людей, аппаратуры и громких звуков. Однако они ребенка не пугали, все были знакомы с первых встреч с Шуриком. Парень подбежал к кудрявому мужчине с небольшой бородкой, внимательно с небольшим прищуром смотревшим на сцену. — Извините, — жизнь научила обращаться к незнакомым людям на Вы. — А Вы не знаете, где Шура? — Какой Шура? — Ну такой, большой, с длинными волосами. Оранжевыми. — Мальчик, ты потерялся? — Нет. Тетя Дина сказала идти сюда и искать папу. Я ищу папу. — Как тебя звать? — Лева. — Я дядя Давид. А кем работает твой папа? — Он играет на гитаре, и поет ещё. — А, пойдем покажу тебе, где твой папа. — Вы мне рукой покажите, дядя Давид. Папа не разрешает ходить с незнакомыми куда-то. Давид улыбнулся. — Ну вон, видишь спина, в зелёной толстовке? Вооон, Лев, в толпе людей… Опс, отошёл… Левчик поймал взглядом точку. Рыжую длинноволосую точку, издалека небольшую, но вблизи, Лева знал точно, она увеличивала свои размеры вплоть до папы Шуры. — Спасибо, — кивнул малыш и побежал навстречу папе. — Паааап! Шурик нахмурился и непонятливо закрутил головой, ему почудился голос сына, который вот-вот должен был появиться. — Пааа-паааа! — старательно звал парень. Шурик заметил стремительно приближающуюся фигуру в черных джинсах и кофте в жёлтую полоску. С кудрявыми светлыми волосами. Чуть присел, готовясь поймать сына. — Привеееет, шкодик, — засмеялся Шурик. Подхватил ребенка на руки и закружил его, тоже звонко смеющегося. — Папа, привет, — радостно пробурчал Лева в плечо Шуры. — А я так испугался, когда тебя не увидел, а только тетю Дину… Я думал, ты про меня забыл. — Ну что ты, сынок, я всегда буду помнить про тебя. Ты как меня нашел? — Я у дяди Давида спросил… — смущённо отвёл глаза Левчик. — Не ругайся, просто я подумал, что раз это твоя работа то тут не должно быть плохих дядей, учитывая, что ты тут самый главный. Да и дядю Давида я один раз видел… Давно. — Я не ругаюсь, ты правильно сказал. Но все-таки в следующий раз спрашивай у группы, либо лезь на сцену, к Феликсу Борисовичу. Так безопаснее. Хорошо? Левка кивнул и снова крепко прижался к отцу. Тот чмокнул сына в висок и опустил Леву на пол. Взял за ручку и повел к сцене, им предстояло пройти через весь зал. — Папа, а ты знаешь, что сегодня было? — радостно задал Лева риторический вопрос. Шурик заинтересованно замычал. — Киря полез к Марте, сказал, что она ему нравится. А Марту он бесит. И Марте ему так сказала, а Киря ее стукнул. Артем разозлился и собрался Кирю стукнуть, а я… Договорить Левке не дали Шурины коллеги. Они улыбнулись ребенку и завели Шуру в диалог. Левка выпустил отцовскую руку, обиженно, перебирая бусинки на маленьком черном браслетике, подаренным Шурой. Уман быстро завершил разговор, раздражённо откинув со лба волосы. Взял Левку на руки, отошёл с ним к сцене и усадил его на край. — Не грусти, шкодик. Сейчас чек закончим и расскажешь мне, что ты сделал и стукнул ли Артем Кирю. Левка сразу засветился и кивнул. Шурик запрыгнул к сыну, поднялся на ноги сам и помог встать Леве. Подъем на сцену в нескольких метрах от Уманов не привлекал. Это слишком скучно, слишком просто. — Здравствуйте, Феликс Борисович. Это Лева, мой сын, — с улыбкой представил Шура. — Здравствуйте, — застенчиво поздоровался Лева. — Привет. Я дядя Феликс, можешь без отчества, — дирижер протянул руку ребенку. — Я большой уже и с отчеством умею! — возразил Левка, пожимая морщинистую сухую ладонь. Теплую и большую. — Тогда я Феликс Борисович. А ты, наверное, Лев Александрович. Лева глянул на Шуру. — Егор Михайлович. Он… Ну, там долгая история. — Ага… Понятно, — едва слышно пробубнил Арановский, ещё раз кивнул Левке, улыбнулся и отвернулся к оркестру. — Феликс Борисович, давайте Левкин репертуар, его прочекать надо. Дирижер кивнул. Заиграла мелодия молитвы. Левка затанцевал рядом с папой, очень пластично и красиво двигаясь. Шурик поразился, способность к танцам у сына для него была в новинку. — Тише, души на крыше Медленно дышат Перед прыжком, — вступил Шура. — Слышу все твои мысли, То, что нам близко — Все кувырком, — отозвался Левчик. Молитва звучно перетекала из ноты в ноту, из мотива в мотив, красиво извиваясь и создавая поразительный мелодический рисунок. — Молодец, Лев. Здорово спел. Давайте по порядку, рок-н-ролл, снег, а там, глядишь, и Арбенины подтянутся. Левка хитро улыбнулся при упоминании друзей, чем вызвал Шуркино веселое «Знаешь же про них, жулик!». От мысли, что они действительно разгадали сюрприз раньше, да и взрослые прокололись, Левчик звонко рассмеялся.

***

— Господи, наконец-то домой, — устало выдохнул Шура, развалившись на диване. Он не успел переодеться, как на него посыпались вопросы и просьбы организаторов. Левчик часа два как спал на руках совершенно невымотанного концертом Бори. — Переодевайся. Дома в душ сходишь, если силы останутся. И чай выпей, — заботливо проворчал Боря. — Тебя сын уже заждался. Остальная часть вечеро-ночи для Шуры прошла как во сне. Переодевание, проверка всех приборов в гримерке. Спящий Левка на руках лучшего друга. Борина машина. Дом. Душ. Постель. Лева спал уложенный Борькой, который смог свинтить домой только тогда, когда убедился, что все лежат в кроватях, одеялки подоткнуты, и вот-вот пелена сна их накроет. — Как мамочка, ей богу. Не суетись, чеши домой, — сонно проворчал Шурик и уснул. Утром поговорит с Левой о прошедшем событии, выслушает продолжение истории и эмоции от концерта, сейчас им всем надо хорошенько отоспаться.