Глава 20. Маленькая печальная принцесса.

      Следующие два дня я заставляла себя проводить всё свободное время в компании Совершенного Владыки, надевая на себя маску той Джии, которая искренне считает лежащего в её постели мужчину чиновником со средних небес, никем иным как Фу Яо. Настоящая же Джиа спала на циновке, укрываясь тонким одеялом и каждую ночь проклинала тот самый день, когда судьба свела её с Сюаньчжэнем. В какой-то момент мне настолько опостылила его компания, что я выскользнула из комнаты, стоило ему уснуть и вышла из храма, в котором мне с каждым часом становилось всё труднее дышать.       Опустившись на ступени, я вгляделась в безлунное небо. Не припомню ночи темнее этой. Звёзды спрятались за тучами и в этой кромешной тьме едва ли можно было хоть что-то различить. Свечу сквозняком задуло ещё в общем зале. Тоска.       Я плотнее укуталась в старую бабушкину шаль. На улице стало заметно холодать. Сильнее всего это ощущалось именно ночью, а я ещё и на полу сплю. Но эмоций это у меня совершенно не вызывает. За эти дни я даже ни разу не улыбнулась. Искренне и по-настоящему, фальшивых улыбок и натужного смеха было хоть отбавляй, но это лишь глупый фарс. Даже Хуа Чэн стал странно на меня поглядывать. Всё время хмурый ходит и тяжело вздыхает, а его энергия стала такой тёплой и куда более ощутимой. Теперь каждый раз, как мы оказываемся рядом, меня словно обнимает аура Князя демонов. Была у меня мысль, что он так пытается меня поддержать, но она быстро исчезла за ненадобностью.       Моё безразличие ко всему происходящему вокруг понемногу стало беспокоить и Се Ляня. Но он не решался даже заговорить со мной, видимо, испытывая нечто схожее с чувством вины за тот скандал с Фэн Синем, в результате которого правда и вылезла наружу. Кстати, самого Наньяна я больше не видела. В моей памяти он навсегда останется шокированным до предела небожителем, отчаянно пытающимся подобрать слова, но за неимением оных, лишь беззвучно шевелящим губами.       Мне кажется, ад всё-таки существует. Но не в привычном понимании людей с котлами, кострами и чертями с вилами. Ад люди создают себе ещё при жизни. Прям как я сейчас.       — Джиа? — Послышался голос даоса, и в темноте у меня за спиной полыхнул слабый огонёк.       — Доброй ночи, Се Лянь. Ты чего не спишь?       — Я только вернулся, — небожитель опустился на ступеньки рядом со мной, но на почтительном расстоянии, — а ты почему здесь?       — Му Цин спит, а я решила немного прогуляться.       — Ты с ним поговорила?       — Нет. Пока он не поправится, я продолжу делать вид, что ничего не знаю.       — Его раны почти затянулись. Ещё пара дней и с ним всё будет в полном порядке.       — Хорошо.       — Джиа… Прости меня.       — Не надо, Се Лянь. Всё нормально. Правда.       — Му Цин попросил ничего тебе не говорить и я…       — Се Лянь, — я повернулась к нему всем телом, — у нас с тобой всё нормально. Перестань оправдываться. Я не обижаюсь на тебя или Хуа Чэна. Правда. Мне просто немного грустно. Не бери в голову, ладно?       Даос тяжело вздохнул, но всё же кивнул. Он так и будет тут сидеть? Я вообще-то хотела пострадать в одиночестве. И в темноте. Вот же… фонарщик недоделанный.       — Есть ещё кое-что… Я нашёл один артефакт, который может быть тебе крайне полезен.       Се Лянь протянул ко мне руку. На его ладони блеснула золотая цепочка. Я аккуратно подцепила её. На ней болтался тяжёлый кулон. При ближайшем рассмотрении оказалось, что подвеска была выполнена из чистого золота с чёрным камнем по центру. Он казался здесь совершенно лишним. При общем блеске и помпезности украшения, камень выглядел скромным угольком. В нём не было блеска и изящества, а огранку едва ли можно было назвать красивой. Кривые линии, острые углы.       — Что это? — Крутя в руках кулон, протянула я.       — Это скроет твою энергию. Ты больше не будешь притягивать к себе нечисть. Возможно, и чувствовать её перестанешь, но лучше уж так, чем…       — Спасибо, — я зажала в ладони артефакт, — не представляю как тебе удалось найти что-то подобное.       — Я просто хотел помочь тебе.       — Ты очень хороший человек, Се Лянь.       — Жаль тебя разочаровывать, — тяжело вздохнул даос, — но это далеко от истины. Я много раз делал неверный выбор. Не зря же меня дважды изгоняли с небес.       — Все события, хорошие и плохие, формируют нашу личность на протяжении всей жизни. Поэтому судить о людях лишь исходя из их прошлого, их ошибок и сомнительных решений, не зная при этом всех деталей — значит составить поверхностное, зачастую неверное суждение, — я упёрла локти в колени, — Я говорю, что ты хороший человек, не потому что не знаю твоего прошлого, а потому что знаю тебя настоящего.       — Спасибо, Джиа, — тихо, чуть хрипловато откликнулся Се Лянь, а уже через несколько секунд, вернув своему голосу привычный тембр он продолжил, — а каким человеком ты считаешь теперь Му Цина?       — Лживым, — выпалила я, даже не задумавшись.       — И всё?       — Я его совсем не знаю, Се Лянь. Он ведь мог соврать мне о чём угодно. Не только о своём имени и положении.       — Ты как-то сказала мне, что дом — это место где тебя никогда не осудят. Но не для всех дом — это место. Для некоторых дом — это люди. Саньлан стал моим домом. Не важно где я — в лесу, в призрачном городе, в храме — если он рядом, значит, я дома. Ты стала домом для Му Цина. Я никогда раньше не видел его таким спокойным и счастливым. А я ведь знаю его очень давно.       — Каким он был до вознесения?       — Упрямым, вспыльчивым, язвительным, высокомерным, мнительным…       — Как много комплиментов, — усмехнулась я.       — Характер у него тяжёлый, — улыбнулся Се Лянь, — но ты сделала его мягче. Он уже не так упрям, не язвит без повода, его высокомерие обратилось гордостью и не выходит теперь за рамки его положения. Он стал больше доверять этому миру и меньше надумывать.       — А как мне доверять ему после всего, что он сделал?       — Он пытался тебя защитить.       — От кого?       — От себя. И от других небожителей. То, что ты узнала обо мне — это не страшно. Я на небесах всего лишь мелкая сошка. А он после гибели Цзюнь У стал одним из трёх верховных богов войны. К нему приковано много внимания, и одна ошибка может стоить очень дорого вам обоим.       — Всё это очень красиво звучит, но…       — Просто попытайся посмотреть на всё с его точки зрения.       — Не хочу, — я быстро поднялась на ноги, — спасибо тебе за кулон и этот разговор, Се Лянь. Но я не хочу примерять на себя его шкуру. Мне и в своей-то порой не слишком уютно.       — Джиа…       — Не надо. Правда. Я подумаю как со всем этим разобраться, но сперва нужно поставить Му Цина на ноги.       Даос лишь покивал головой.       Вернувшись в свою спальню, я максимально тихо устроилась на своей циновке и укрылась одеялом. Сна ни в одном глазу. Я медленно развернулась и посмотрела на лежащего в кровати Му Цина. Он всё ещё мирно спал, слегка посапывая. Я хорошо помню как он должен выглядеть. Его тонкие черты лица, большие тёмные глаза, бледная кожа. В образе Фу Яо есть схожие черты, но всё же…       Как же меня бесит вся эта ситуация, кто бы знал.       Я укрылась одеялом с головой и зажмурилась. Надо поспать. Просто надо поспать.       Ночь не принесла облегчения, зато позволила послушать пару военных баек и хоть немного отвлекла меня от грустных мыслей.       Утром Яо-Му Цин смог сам встать с кровати. Ходить ему всё ещё было тяжеловато из-за глубокой раны на правом бедре, но он упорно попёрся завтракать в общий зал. Флаг в руки.       Сегодня готовил Хуа Чэн и то, с каким видом он поставил перед рыцарем тарелку наводило на мысль, что в кашу предварительно харкнули. Ничего против не имею. Се Лянь продолжал быть улыбчивым и милым, Князь же сверлил Яо-Му Цина взглядом полным презрения и ярости. А я… А что я? Я продолжала играть свою роль. Улыбалась, шутила и смеялась. Мне с этим рыцарем ещё целый день сидеть. И всю ночь рядом спать. Не могу я поддаваться эмоциям, а потому продолжаю задвигать их в самый дальний ящик.       Когда все закончили с едой, я достала из кармана артефакт, подаренный Се Лянем и надела его на свою шею.       — Хуа Чэн, проверь, эта штука работает?       — Что за штука? — Нахмурился Яо-Му Цин.       — Артефакт, скрывающий энергию Джии, — спокойно пояснил Даос.       — Хм… Дай-ка руку, — задумчиво протянул Князь. Я послушно протянула ему ладонь, одного касания хватило, чтобы на лице демона появилась слабая улыбка, — работает. Даже при касании я ничего не чувствую.       — Одной проблемой меньше, — я выдохнула почти свободно и улыбнулась почти искренне.       Всё же радоваться в полную силу у меня пока не получается. Но чувство облегчения хоть и слегка, совсем уж по касательной, тронуло моё сердце.       — Теперь можешь гулять где захочешь, — расслабленно протянул Хуа Чэн, — но всё же не забывай об осторожности. Даже не притягивая всякую дрянь своей энергией, ты всё ещё можешь наткнуться на кого-то с не самыми добрыми намереньями.       — Я понимаю, не беспокойся.       — Может, пройдёмся? — улыбнулся Яо-Му Цин.       — Максимум до спальни, — тяжело вздохнула я, — ты ещё не восстановился.       — Есть один способ быстрее вернуть твоего божка в строй, — с ехидной улыбкой произнёс Князь.       — Умолкни, — тут же прошипел рыцарь.       — Что за способ? — почти без интереса откликнулась я.       Догадываюсь о чём речь. Личина, в которой Му Цин провёл изрядное количество времени, сдерживает его духовную энергию, а значит, обернись он в свой истинный облик, все его раны затянулись бы гораздо быстрее.       Забавно, что даже под угрозой гибели он не решился открыть правду. И сейчас предпочитает страдать от боли, но не принимать свой нормальный облик. Се Лянь был прав. Му Цин упрямый. Как баран.       — Не зная всех вводных, он его применять не станет, — устало вздохнул Хуа Чэн. — Так что, не вижу смысла разглагольствовать.       Не зная, что мне известно его настоящее имя? Экий ты провокатор, демонюга. Если бы я не знала правды, то стала бы допытываться, желая как можно быстрее вылечить этого лживого оболтуса, так что и сейчас стоило бы поиграть в эту роль, но так я лишь спровоцирую Му Цина на конфликт, разгребать который мне совершенно не хочется. Мне вообще ничего не хочется.       — Тянуть из тебя то, что ты говорить не хочешь — худшая пытка на свете, — улыбнулась я почти беззаботно. — Если будешь готов поделиться информацией, я буду готова послушать.        Хуа Чэн мне не ответил, лишь понимающе кивнул. Яо-Му Цин, видимо, понимая как может обернуться этот диалог, медленно встал на ноги и, поблагодарив за завтрак, поплёлся обратно в спальню. Мне пришлось пойти с ним, поддерживая раненого, хоть тот и продолжал упираться. Сам, сам… Поставить бы тебе мозги на место, самостоятельный.       Остаток дня я читала очередную книгу из стопки вслух. Сюжет у неё был глупый. Про бравого война, который из-за того, что влюбился в девушку, пошёл драться с демоном, который к этой самой девушки отношения вообще не имел. Просто парень так пытался доказать серьёзность своих намерений и убедить отца своей избранницы в собственной силе. Ещё и описано всё так коряво, ужас просто. Я то и дело прерывалась, вставляя свои комментарии или просто выла от тупости персонажей. Яо-Му Цин посмеивался над моей реакцией и тоже периодически вставлял свои пять копеек. Пожалуй, этот день грозится стать вполне себе приятным. Ну или хоть сколько-нибудь терпимым. Когда солнце начало клониться к закату, света стало отчаянно не хватать и я бросила взгляд на свечу, от которой остался жалкий уголёк.       — Нужно взять новую свечу. А ещё мы сегодня пропустили обед, — вздохнула я, откладывая книгу в сторону.       — Я не голоден. А ты?       — Мне и на завтраке-то кусок в горло не лез, — честно призналась я, — но поужинать всё же стоит.       — Ты последнее время какая-то… другая.       — Просто беспокоюсь о тебе, — слабо улыбнулась я.       — Иди сюда, Тигрёнок.       Яо-Му Цин чуть сдвинулся и приглашающе откинул одеяло. Не хочу. Ещё не хватало в кровать к тебе ложиться. Как поправишься, я выкину её к чертям и сколочу себе новую. Или буду на циновке спать.       — Ты всё ещё ранен, — попыталась отмазаться я, — я только больно сделаю.       — Не сделаешь. Обещаю.       Ага. Верю. Вообще мне бы хотелось надавить ему на какую-нибудь из ран и посмотреть как у него лицо кривится. Но я не буду. Я не настолько жестока. Или настолько?       В любом случае, отмазки у меня кончились и я осторожно залезла под одеяло и повернулась на бок, лицом к Му Цину. Он всё ещё выглядит родным для меня. Но мне противно на него смотреть, осознавая, что всё это иллюзия.       Он провёл самыми кончиками пальцев по моей щеке, отбрасывая прядь волос.       — Тебе бы волосы собрать. Лезут в глаза сегодня весь день.       — Волосы — это последнее, что сейчас меня волнует, — улыбнулась я.       И ведь я даже не соврала. Как же приятно говорить правду. Тебе тоже стоит попробовать, рыцарь недоделанный.       — Ты слишком много переживаешь. Я почти в порядке. Ещё пара дней и от ран даже следа не останется.       Да я не о том переживаю, но эта новость вселяет надежду. Не долго мне осталось прикидываться.       — Хорошо если так, — я сжала его руку и слабо улыбнулась.       — Готова отправиться со мной к морю?       — К морю?       — С этим кулоном, — Яо-Му Цин подцепил самыми кончиками пальцев тонкую цепочку, вытягивая подаренный Се Лянем артефакт из-под моей одежды, — к тебе больше никакая нечисть не пристанет. Кроме Князя демонов, конечно.       Я коротко рассмеялась. Вот уж правда.       — И ты хочешь отправиться со мной к морю?       — Я хочу показать тебе волны, — почти прошептал рыцарь, — пройтись с тобой по песчаному пляжу. Искупаться уже не выйдет, погода не та, но посидеть у костра и послушать шум моря вполне.       Ещё несколько дней назад я бы прыгала от счастья и с радостью на это согласилась даже не задумываясь, но теперь… Теперь я хочу быть как можно дальше от него. Море тоже сгодится, но только при условии, что этот лжец отправится на другой конец галактики.       — Для начала ты должен поправиться, а потом можешь спросить меня об этом ещё раз, идёт?       — Идёт.       — Отдохни, — я коротко сжала его руку и медленно встала с постели. — Схожу за свечой и узнаю что там с ужином.       — Я буду ждать тебя здесь.       Я выдавила из себя улыбку и вышла за дверь. Конечно ты будешь меня ждать. Ты же даже ходить нормально не можешь. Принял бы свой истинный облик и уже завтра скакал бы по полю как радостный козёл, но нет. Конспирация превыше всего. Даже собственного здоровья.       Я заглянула в кухню, в одном из ящиков взяла новую свечу и уже хотела было вернуться обратно в свою спальню, но вместо этого вышла через заднюю дверь и уселась на лестнице. Всё это слишком тяжело выносить. Я его придушить готова. Я сжала в руке медальон. С такой штукой я ведь и правда могу пойти куда угодно.       Моей шеи коснулся привычный холодок. Что ж, свою способность чувствовать демонов я всё же не утратила. Оно и к лучшему.       — А ты чего здесь сидишь? — Князь уселся рядом на ступеньку повыше. — Божок твой уже поправился?       — Видеть его не могу.       — Он тебя обидел? — По голосу слышу как Хуа Чэн нахмурился.       Вообще да, Яо, то есть Му Цин, действительно меня обидел. Только он сам ещё об этом не знает.       — Ты с самого начала знал, да?       — О чём именно?       — О Му Цине.       — Злишься? — Сочувственно протянул князь, намеренно игнорируя мой вопрос.       — Как будто у меня из груди вынули сердце и заменили его кусочком льда. Я вообще ничего не чувствую. Но и смотреть на него не могу. Он кажется таким чужим теперь.       — Тебе больно…       — Пожалуй.       — А если я оторву ему голову, тебе станет легче?       Я печально усмехнулась и покачала головой.       — Не думаю, что это решит все проблемы, но спасибо за предложение. Мне просто нужно поговорить с ним.       — И почему тогда ты до сих пор сидишь здесь, маленькая печальная принцесса?       — Потому что сперва моему бравому рыцарю нужно восстановиться. Сейчас не время для подобных тяжёлых разговоров.       — Ты слишком добрая.       — Разве это плохо?       — Для тебя — да.       Я поджала губы и кивнула. Демонюга прав. Как и всегда. Ну, или почти всегда. Князь тяжело вздохнул и пару раз хлопнул меня ладонью по макушке.       — Ты с этим справишься.       — Мне бы твою уверенность…       — Джиа, ты куда крепче, чем сама думаешь.       — Спасибо. Я рада, что у меня есть такой друг как ты.       — А я до сих пор не понимаю как это получилось, маленькая неприятность.       — Я тут вспомнила. Ты мне как-то сказал, что я расстроюсь, если ты будешь звать моего божка по имени. Почему ты его покрывал?       — Гэгэ попросил. Честно говоря, — Хуа Чэн тяжело вздохнул, — видя, как ты всё сильнее привязываешься к этому лживому лицемеру, мне всё больше хотелось рассказать тебе правду. Не чтобы ты отвернулась от него, а чтобы правда причинила тебе как можно меньше боли. Но Гэгэ…       — Ты никогда не умел противостоять его обаянию, — улыбнулась я.       — Он сказал, — продолжил свою мысль Князь, — Что ты мне не поверишь. Что этой правдой я лишь оттолкну тебя.       — Му Цин много мне врал. Вообще все наши отношения построены на лжи и недомолвках. Ты же всегда говорил правду. Даже если она могла причинить мне боль. Се Лянь ошибся. Я бы тебе поверила.       — Всё уже сложилось так как сложилось. К тому же, у вас обоих есть секреты, верно?       — Не сравнивай. Яо... Му Цин с самого начала мне врал. Я ему не лгала. Не говорила всей правды, да. Но никогда не обманывала.       — Как не назови, а суть от этого не изменится.       Мудрец нашёлся. Это разные вещи! В этом мире у меня новая жизнь. Старая потеряла своё значение. И я давно бы всё рассказала Яо-Му Цину, если бы этот придурок, взявший на себя роль моего спасителя, не врал мне с самой нашей первой встречи. У него свои секреты, у меня свои. Я хотя бы не вру ему в лицо. Но спорить на эту тему с Хуа Чэном всё равно что пытаться построить замок из песка во время прилива. Бессмысленно и с самого начала обречено на провал.       — У меня есть к тебе просьба, — я повернулась к нему в пол оборота и взглянула в его дьявольские глаза, — Когда Му Цин окончательно поправится, отведи меня в призрачный город. И позволь оставаться там столько, сколько я захочу.       — С чего это вдруг ты решила наведаться в мой город?       — Небожителям туда вход заказан. Се Лянь не в счёт.       — Хочешь сбежать от Му Цина?       — Хочу всё обдумать.       — Хорошо. Я забронирую для тебя лучшую комнату во дворце невероятного наслаждения.       — Это бордель?       — Моя резиденция. И почему всем кажется, что там именно бордель?       — А ты сам подумай.       — Ладно, маленькая неприятность, я пойду готовить ужин. А ты иди к Му Цину. И постарайся не убить его раньше времени.       — Хуа Чэн.       — Что?       — Спасибо. За всё.       Князь пару раз хлопнул меня ладошкой по голове.       — Для тебя — что угодно.       — Даже баоцзы?       — Ну или почти что угодно, — вздохнул Хуа Чэн и вернулся в храм.       Я нехотя поднялась на ноги и скользнула следом.       Пара дней. Осталось потерпеть этого лживого засранца ещё каких-то пару дней…