Глава 22

      Драко проснулся и увидел, что за ним следят сонные шоколадные глаза. На его губах заиграла улыбка, и он крепче прижался к Гермионе, зарываясь лицом в подушку.       — Доброе утро, — она ответно прижалась к его груди, снова прикрыв глаза.       — Бонжур, мадемуазель, — вздохнул он, целуя ее губы. Он почувствовал, как ее рот приоткрылся, а язык высунулся, дразня его. — Как ты себя чувствуешь?       Она отстранилась, веки снова медленно приоткрылись.       — Думаю, хорошо, — проведя рукой по его боку, она вздохнула. — Прошлой ночью ты многим со мной поделился. Ты в порядке?       Драко почувствовал, как внезапный приступ стыда пронзил его, развеяв тепло и комфорт, которые он ощутил, когда проснулся в объятиях с ней. Поцеловав ее в щеку, он отвел взгляд.       — Думаю, да. То, чем я поделился прошлой ночью… Я хочу, чтобы ты знала, что я не… это не…       — Я знаю, — прошептала она в ответ.       Он перекатился на спину, притянув ее к себе и уставившись в потолок.       — Мне трудно открываться людям.       Она положила лицо ему на грудь, лениво проводя пальцем по следам шрамов на животе Драко заставил себя сглотнуть, когда его тело вздрогнуло от мягкого прикосновения.       — Я это заметила. Но надеюсь, ты знаешь, что можешь поговорить со мной в любой момент.       Драко рассеянно перебирал ее распущенные локоны, рассыпавшиеся по его груди, и выдавил смешок, когда его пальцы запутались в ее волосах. Она бросила на него вопросительный взгляд.       — Я знаю, — наконец вздохнул он. — По крайней мере, я надеюсь, что смогу. В моем прошлом так много вещей, которые никак не соотносятся с тем человеком, которым я стал. Вещи, в которые я верил, безоговорочно, без сомнений.       На мгновение Гермиона замолчала, ее пальцы все еще блуждали по его шрамам, нежно и отвлекающе. Его внимание к текущему вопросу ослабло от ее прикосновения, и он мысленно вернулся к разговору, который они вели несколько ночей назад. Он не хотел настаивать или слишком торопить события, когда ситуация между ними была такой неопределенной и похожей на бомбу замедленного действия.       Но с тех пор, как они затронули эту тему, Драко не мог перестать думать об этом. Ее нежная кожа, открытая его взгляду и рукам. Ее ощущение, когда он…       — Я не знаю, хочу ли я когда-нибудь встретиться с твоим отцом, — призналась она, и эти слова подействовали на него как ушат холодной воды.       — Я не хочу, чтобы ты встречалась с моим отцом, — насмешливо произнес Драко, чувствуя, как его щеки заливает румянец. — Но поскольку расследование продолжается, скорее всего, тебе никогда не придется этого делать.       — Что с ним будет?       Он издал протяжный вздох.       — Его осудят Поцелуем Дементора. Это… не очень приятно. Дементоры — это призраки, которые питаются положительными эмоциями, а также человеческими душами.       — Душами?       Драко помрачнел, понимая, как варварски это прозвучало без последующего разъяснения. Черт, да даже с разъяснением это все равно оставалось варварством.       — Верно. Если его признают виновным — а улики, скорее всего, против него — он потеряет свою душу. По сути, он превратится в простую оболочку того, кем он когда-то был, — объяснение процесса было достаточно сухим, что позволило проигнорировать внезапный комок в горле.       — Это звучит ужасно, — вздохнула она. — Мне жаль, Драко.       Он медленно кивнул, переводя дыхание.       — Да, — она вновь перевела на него взгляд, широко раскрытый и опустошенный, и Драко поморщился. — Он ужасен, но он все еще мой отец. Я не знаю, что с этим делать — и, возможно, поэтому мой начальник не хотел, чтобы я приближался к этому делу.       — Мне жаль, что на тебя столько всего свалилось, — тихо сказала она.       Она заставила его сердце забиться сильнее, и Драко не знал, что с этим делать. Он не мог объяснить себе это рационально, но не знал, как противостоять тому, что между ними происходило.       Отгоняя тревожащие мысли, он крепко притянул ее к себе и быстрым движением перевернул их так, что он оказался над ней, а она лежала спиной на кровати.       — Мы здесь, в Париже, не для того, чтобы грустить, — пробормотал он, нагибаясь, чтобы осыпать поцелуями ее шею и изгиб груди. Яркий, веселый смех сорвался с ее губ, когда она провела руками по его спине. — Не знаю, как ты, но я хочу наслаждаться нашим совместным времяпрепровождением.       Гермиона тихонько рассмеялась прямо ему на ухо, от этого звука у него по позвоночнику пробежала дрожь, а затем вздохнула под его прикосновениями.       — Я тоже, — она понизила голос и добавила: — Хотя я уверена, что мне принесет наслаждение даже то, если мы проведем все выходные в постели.       Поцеловав ее между ключиц, Драко поднял взгляд и позволил лукавой улыбке заиграть на своих губах.       — Мне бы это определенно понравилось, — он затронул ее сосок сквозь тонкую ткань майки, и с ее губ сорвался прерывистый вздох. Ее веки отяжелели, а взгляд наполнился восхитительным жаром, которому он жаждал потакать. С его губ сорвался ответный стон. — У нас сегодня много дел.       — Да, — прошептала она, запустив одну руку в его волосы, но при этом выгнулась дугой, приблизив свою грудь к его лицу. — Думаю, нам пора вставать.       — Твои слова расходятся с действиями, — усмехнулся Драко, оттягивая лямку ее майки. Взгляд Гермионы задержался на нем, когда он провел кончиком языка по вершине ее соска, а затем втянул его между губ. Она крепко вцепилась в его волосы, застонав, и, приняв это за поощрение, он пригнулся, пробуя и облизывая ее грудь, а затем осторожно взял в ладони другую. — Скажи мне, хочешь ли ты встать и уйти или остаться в постели, — проговорил он, переключая свое внимание на другую грудь.       — Ты делаешь это решение очень трудным, — сказала она с придыханием, но с нотками смеха. — Я думала, ты хочешь пойти в магический район.       — Я бывал там много раз, — сказал он, отстранившись от ее соска с тихим причмокиванием и улыбнувшись ей. — Может быть, нам лучше закончить это позже.       — Хорошо, — сказала она, опираясь на локти. Она зажала нижнюю губу между зубами, пока он поправлял на ней майку, глядя на него с не меньшим желанием, которое заставляло его жаждать раздеть ее догола.       Драко переместился вверх, чтобы поймать ее губы своими и пробормотал:       — Я не виноват, что ты так чертовски великолепна.       — Лесть тебя куда-нибудь приведет, Драко Малфой, — вздохнула она, — но позже.       Он улыбнулся и прильнул к ней для очередного поцелуя.       — Договорились.       

***

      Несмотря на то, что они были в Париже, а не в Лондоне, в глубине его сознания промелькнула мысль, что это их первая совместная прогулка в обществе волшебников. Несмотря на произошедшее за последние дни, Драко почувствовал в груди прилив гордости, когда Гермиона переплела их пальцы между собой, как будто она была не против, чтобы ее увидели с ним.       Выражение ее лица, когда она рассматривала La Rue Mystique, превзошло все его ожидания. Она почти не моргала с тех пор, как они оказались на центральной улице, ее глаза постоянно были наполнены блеском удивления.       Странным образом, это заставило Драко пожалеть, что он вырос в мире магии. Хотя бы потому, что у него появился бы шанс впервые увидеть все это.       — Это невероятно, — сказала она ему, глядя на группу волшебников в ярких мантиях, которые промчались мимо, громко болтая по-французски. Фасады магазинов на улице были оживлены магией, танцующей, кружащейся и завлекающей покупателей к своим дверям.       — Вот и палочки, — сказал Драко, указывая на один магазин, — но сначала нам нужно зайти в банк.       Гермиона настаивала на покупке собственной палочки и других магических принадлежностей, тем более что Драко оплатил гостиницу, а у нее имелась только маггловская валюта.       — Я все думаю, что же случилось с моей старой палочкой, — размышляла она вслух, бросая на него взгляд. — В Австралии у меня, несомненно, должно было быть что-то с собой. Но, не зная ничего о том, куда я ходила и что делала, ничего нельзя узнать.       — У тебя ничего не было с собой, когда ты очнулась? — спросил он, как только эта мысль мелькнула у него в голове. — В отчетах не было ничего подобного.       Она на мгновение хмыкнула, блуждая взглядом по магазинам, пока они шли к банку.       — У меня был ключ от гостиницы, чемодан в номере, но ничего даже отдаленно магического.       — Возможно, какая-то приманка, — тихо сказал он. — Твое удостоверение личности было фальшивым — возможно, ты по какой-то причине действовала как маггл. Я не могу сказать, где могли оказаться твои магические принадлежности. Может быть, Поттер знает об этом больше.       — Я спрошу его, — обиженно поджав нижнюю губу, она добавила: — Он меня немного пугает. Он должен быть моим лучшим другом, а мне кажется, что он знает меня лучше, чем я его. Это, конечно, не его вина…       — Поттер по природе своей пугающий, — согласился Драко. — Хотя он хочет как лучше. Но если тебе нужно, чтобы он отступил, просто скажи ему.       Она сжала его руку, сияя от счастья.       — Я спрошу его о своих вещах. Он может что-то знать. Хотя прошло уже много лет, так что, скорее всего, это не имеет значения.       — Кстати говоря, — сказал Драко, поймав ее взгляд, — я спросил Поттера о составе твоей старой палочки, вдруг это полезно знать. Он не знает точной длины, только то, что она была из лозы с сердцевиной из драконьей сердечной жилы.       — О! — ее рот раскрылся от удивления. — Это замечательно.       В этот момент Драко остановился перед белым мраморным фасадом парижского филиала Гринготтса.       — Конечно, это не наш домашний филиал, поэтому все, что у тебя есть в хранилище, не будет доступно здесь, но мы можем проверить, когда вернемся в Англию, если хочешь. Однако здесь ты сможешь обменять валюту.       — А если мы поедем в Англию… — она запнулась, нерешительно сдвинув брови. — Люди узнают меня?       — Да. Это зависит от тебя, как ты хочешь поступить дальше. Ни Поттер, ни я пока не обновляли твои дела, — он заколебался и добавил: — Хотя должны. Но, технически, это уже не уголовное расследование.       — Я ценю это, — тихо сказала она, — но думаю, что если я собираюсь сделать это и попытаться вернуться в магический мир, с памятью или без, я бы хотела прояснить ситуацию. Даже если на какое-то время это будет слишком сложно.       Медленно кивнув, он еще раз сжал ее руку, прежде чем распахнуть дверь.       — Это твое решение. Я просто не хочу, чтобы ты перегрузила себя.       В глубине его сознания всегда таилась мысль о том, что в любой момент все это может оказаться слишком тяжелым. Что повреждение ее памяти может быть необратимым — или, что еще хуже, что ее разум может перегрузиться, и она может получить какой-нибудь откат.       — Я тоже, — прошептала она.       Жестом указав на банк, он добавил:       — После тебя.       — Знаешь, — сказала Гермиона, сосредоточенно вскинув брови, — я не могу отделаться от мысли, что знала французский. Не слишком хорошо и не бегло, как ты, но достаточно, чтобы понимать кое-что из того, что говорят люди вокруг нас.       Его губы дернулись в намеке на улыбку. Не раз он замечал то, с каким жаром она смотрела на него, когда он говорил по-французски. С обслуживающим персоналом в отеле, с владельцами магазинов, со служащими банка…       — Это возможно, — сказал он, отгоняя эту мысль. — Но ты ведь можешь читать и писать по-английски, несмотря на то, что забыла содержание того, что ты, должно быть, когда-то читала раньше. Эта разница между заученным знанием и врожденным пониманием.       Она кивнула, обхватив рукой его локоть и прижавшись к его боку.       — Это увлекательно, — ее глаза метнулись к его глазам, как бы оценивая его реакцию. — Возможно, я углублюсь в эту тему, если поговорю с тем целителем.       Драко замер, едва не споткнувшись о ступеньку, когда сердце пропустило удар.       — Ты решила встретиться с целителем?       — Да, — ее брови сошлись на переносице, когда она повернулась к нему лицом. — Я думала об этом, и хотя эта идея пугает меня, если что-то пойдет не так и все станет еще хуже, я не хочу провести остаток жизни, гадая… желая вспомнить.       Его сердце забилось, и он притянул ее в поцелуе. Заправив локон ей за ухо, он вздохнул:       — Хорошо.       

***

      Драко давно знал, что у него проблемы, когда дело касалось Гермионы, что еще больше усугубилось их разговором накануне вечером и тем, что он почувствовал тем утром, когда ее тело податливо подалось под его руками.       Но осторожное удивление, отразившееся на ее лице, когда они вошли в лавку, вызвало у него странное сжатие в груди.       Он держался в стороне, наблюдая, как она беседует с хозяином и пробует палочку за палочкой, и ее глаза загорались все ярче, когда она ловила его взгляд. И он до сих пор помнил этот момент — как он выбрал свою палочку, когда ему было всего одиннадцать лет. Внезапный всплеск тепла и естественной, присущей только ему энергии, возникающий при распознавании палочки, которая должна была стать его палочкой.       Драко увидел блеск в ее глазах, прежде чем почувствовал всплеск ее магии. Неочищенная сила, заполнившая маленький магазинчик, заставила во рту все пересохнуть.       Он прикусил нижнюю губу, чувствуя, как ее магия проникает в его нутро и воспламеняет каждую его частичку.       — Я думаю, эта может быть той самой, — прошептала она.       — Это та самая, — тихо повторил Драко.       Волшебник просто хлопнул в ладоши, на его лице появилась самодовольная улыбка.       — Великолепно!       Пока мужчина упаковывал палочку и пробивал ее на кассе, Гермиона переместилась на сторону Драко, заметно расслабившись. Улыбка заиграла на ее губах, когда она перевела взгляд на него и сказала:       — Сердечная жила дракона.       Драко почувствовал, как его пронзила дрожь, и ответил:       — Отлично.       — Куда дальше?       Он простер руки в мольбе.       — Куда захочешь. У нас заказан столик на восемь часов, а дальше день в твоем распоряжении.       Он почти не мог вынести безоговорочной радости, сияющей на ее лице, и не думал, что когда-нибудь сможет привыкнуть к тому, как она улыбается ему.       — Это звучит прекрасно, — прошептала она, — потому что мне хотелось бы увидеть все.       Драко притянул ее к себе и поцеловал в волосы.       — Это меня ничуть не удивляет.       

***

      Драко возился с запонками и поднял взгляд, когда Гермиона вышла из ванной. Он резко втянул воздух и с трудом заставил себя сглотнуть.       К тому времени, когда они вернулись в отель, Драко вымотался, пройдя от одного конца волшебной улицы до другого. Но это стоило того, чтобы увидеть, как сияет ее лицо, как она все это воспринимает, как в ее глазах светится неутолимое любопытство, от которого у него по позвоночнику пробегает дрожь.       Как только он начал планировать их поездку, он заказал столик на ужин в одном из самых модных и популярных мест во всем волшебном Париже. Однако его взгляд прошелся по ней, и Драко тут же решил, что с радостью отказался бы от остальных планов.       Гермиона была одета в маленькое черное платье, покрой был стильным, но роскошным, открывая достаточно глубокое декольте, давая воображению разгуляться, а линия подола доходила до середины бедра. Ее локоны были искусно уложены таким образом, что от их вида внизу живота начала скапливаться тяжесть, а ее глаза были подведены дымчатыми тенями, который говорил о самых темных сторонах его натуры.       Она зажала нижнюю губу, накрашенную в насыщенный красный цвет, между зубами, и приблизилась, искривив губы в легкой улыбке. Драко понял, что не двигался с тех пор, как она вышла. Ее высокие черные каблуки сделали их почти одного роста, и он зажмурился, глядя на нее.       — Ты прекрасно выглядишь, — слова прозвучали мягче и менее уверенно, чем он хотел, и ему пришлось прочистить горло, отвлекшись на запонку. На ее скулах появился легкий румянец, когда она провела руками по ткани его рубашки.       — Ты и сам прекрасно выглядишь, — тихо ответила она, и Драко потребовалось несколько мгновений, чтобы оторвать взгляд от ее губ.       Кровь запылала, и он облизнул пересохшие губы.       — Полагаю, ты не хочешь пропустить ужин и сказать, что так и было задумано, — сказал он, немного поддразнивая.       С ее губ сорвался смешок, а ее пальцы обвились вокруг шелка его галстука.       — Ты меня искушаешь.       Драко смотрел на нее, опасаясь, что она может просто исчезнуть. Он хотел потянуться к ней, побаловать себя манящим призывом ее кремовой кожи, но не знал, успеют ли они добраться до столика в ресторане.       Он просто взял один из ее локонов и зажал его между пальцев, закручивая его в спираль, а затем отпустил обратно.       — Ты самая красивая женщина, которую я когда-либо встречал.       — Драко, — вздохнула она, приподняв бровь. Ее лицо на мгновение дрогнуло, но затем на лицо вернулась мягкая улыбка. Коснувшись пальцами его свежевыбритой щеки, она быстро вдохнула. — Ты слишком хорош для меня.       Поджав губы, он хмыкнул.       — Если бы только это было правдой… Может быть, пройдет много лет, чтобы наверстать упущенное.       Ее вторая рука коснулась его руки, их пальцы переплелись.       — Признаюсь, я с нетерпением жду вечера с тобой, — сказала она, ее глаза потемнели. — Но чем быстрее мы уйдем, тем быстрее сможем вернуться.       На мгновение потеряв дар речи, Драко выдохнул и напрягся, взяв пиджак со спинки стула и накидывая его на плечи.       — Принято к сведению.       И он потянул ее из комнаты.       

***

      В ресторане было все, о чем Драко слышал, и даже больше. Еда: дорогая, но безупречная. Обстановка: волнующая, романтичная, чувственная. Вино: гораздо лучше, чем он мог бы подобрать сам.       Но он почти не замечал всего этого, настолько был увлечен ею.       Дразнящий блеск в ее глазах, то, как ее магия вспыхивала и играла в воздухе между ними с тех пор, как она выбрала палочку. То, как ее смуглые губы изогнулись в лукавой улыбке…       Драко чувствовал жар по всему телу на протяжении всей трапезы, и он не думал, что он один такой. Когда носок ее туфли задел его колено под столом после того, как они закончили, он подумал, что мог бы просто оттащить ее в туалет. Но вместо этого он сложил тканевую салфетку в аккуратный квадрат на столе, оставил непомерную стопку галеонов за еду и чаевые и вывел ее из ресторана.       Хотя они прошли небольшое расстояние от ресторана, Драко успел затащить ее в переулок рядом со зданием, прежде чем ее губы оказались на его губах, а ее руки скользнули к его шее, когда он провел рукой по ее спине и притянул ее к себе.       Его губы разомкнулись навстречу ее языку, настойчивому и голодному, а внутренности скрутило в тугой узел.       — Держись, — пробормотал он ей в рот, крепко прижимая ее к себе, и тут же развернулся на месте и потянул их обоих в вихрь аппарации. Гермиона напряглась от неожиданности, ее глаза расширились, когда они приземлились в стенах номера, но Драко лишь ухмыльнулся и снова притянул ее к себе.       Поцелуй смягчился, углубился и превратился в нечто неспешное и дразнящее, когда он прижал ее к стене, проводя поцелуями по изгибу ее челюсти. Просунув руку под тонкую бретельку ее платья, Драко стянул ее с плеча, сопровождая легкие прикосновения поцелуями.       Схватившись за грудь, она спустила пиджак с его плеч и потянула за шелк галстука, ее пальцы немного дрожали, когда она возилась с узлом.       Драко приостановился, ожидая ее, и когда он поймал ее взгляд, зрачки которого были так велики, что почти затмили радужку, желание пронзило его насквозь. Захватив одну из ее грудей сквозь тонкую ткань платья, он коснулся ее острого соска, и на его лице появилась медленная улыбка, когда он нежно дразнил его пальцами, вызвав тихий вскрик на ее губах.       Она бросила его галстук на пол, тяжело вздохнув, и принялась расстегивать пуговицы его рубашки. Не сводя с нее взгляда, Драко снял запонки и положил их на комод, после чего она помогла стянуть с него рубашку.       Он долго смотрел на нее, попеременно облизывая губы. Ее волосы были дикими и растрепанными, глаза сверкали от вожделения, а бретельки платья болтались у предплечий.       Наконец, уголки ее губ приподнялись вверх.       — Что?       — Ничего, — сказал он, захватив ее губы в еще один обжигающий поцелуй. — Я просто хочу насладиться этим мгновением.       Она с улыбкой прислонилась спиной к стене, притянув его ближе за пряжку ремня, а Драко подпер рукой стену рядом с ее лицом.       — Я намерена насладиться всем этим, — вздохнула она, ослабляя пряжку. Он издал тихий стон, когда ее пальцы коснулись его члена.       Драко улыбнулся, потянулся вверх по ее спине к молнии платья и медленно потянул ее вниз, освобождая из плена ткани. Она не надела лифчик, и он проследил взглядом за ее обнаженной грудью, когда платье упало у ее ног и она осторожно отбросила его в сторону. Она стояла в одних черных кружевных трусиках и туфлях на каблуках, и возбуждение Драко вспыхнуло, когда он увидел ее.       — Чертовски великолепна, — прошептал он, пригнувшись, чтобы захватить губами ее грудь.       Он посасывал и дразнил ее плоть, проводя языком по соску и лаская другую рукой, наслаждаясь тихими стонами, которые вырывались из ее горла.       Она простонала его имя, захватывая в плен его волосы, и он притянул ее ближе, придерживая одной рукой за спину.       Гермиона прижалась к нему, создавая восхитительное трение, и Драко сделал долгий, глубокий вдох. Если бы он не был осторожен, то едва бы протянул, так как она заставляла его тело полыхать от невообразимого жара. Но он обещал ей, что не будет торопиться, и собирался сдержать слово.       Она потянулась одной рукой к застежке его брюк, потянула за молнию и освободила его из плена ткани. Она нащупала его член, и Драко со стоном уткнулся лицом в ее шею.       Проведя рукой по гладкому изгибу ее бедра и направляясь к промежности, он обнаружил, что ее трусики промокли. Содрогнувшись от вздоха, он отодвинул кружево и просунул палец между ее складок. Она уже была настолько мокрой, что сердце бешено заколотилось в предвкушении, и, проведя пальцем внутри нее, он захватил ее губы в очередной поцелуй.       Хотя она не стеснялась своих намерений, когда спустила его трусы с бедер и полностью взяла его в руку, он пробормотал:       — Ты уверена, что хочешь этого? — он рассеянно освободил лодыжки от брюк, сбрасывая их на пол.       — Абсолютно, — прошептала Гермиона, проводя рукой по всей его длине. Поцеловав его в губы, когда он ввел в нее еще один палец, она обвилась ногой о его бедро. — Если ты уверен.       — Да, черт возьми, я уверен, — выдавил он, возбуждение росло и вспыхивало в нем от ее неспешных движений.       Без предупреждения он вынул пальцы из ее влагалища, другой рукой схватил ее за задницу и притянул к себе. С ее губ сорвался яркий смех, когда он нес ее через гостиную в спальню, и она сбросила туфли, закидывая вторую ногу на его талию.       Драко осторожно положил ее на постель и долго смотрел на нее, распростертую перед ним. Щеки Гермионы раскраснелись, глаза потемнели от желания, и она прикусила нижнюю губу, изучая его тело.       Забравшись на нее, Драко поцеловал ее между ключиц, проводя линию по животу, выпирающей косточке таза, задевая пояс трусиков.       Он стянул ткань, целуя ее бедро, колено, икры, а затем бросил их на пол. Он осторожно вдохнул, адреналин бурлил в нем и тупо пульсировал в каждой клеточке. Скользя ладонями по ее бедрам, он раздвинул ее ноги, задержав взгляд на ней еще на одно продолжительное мгновение.       Предвкушение и желание плясали в ее глазах, когда она наблюдала за происходящим, а грудь быстро вздымалась при каждом вдохе. Драко снова наклонился, пробуя на вкус кожу ее внутренней поверхности бедра, проводя зубами по ее плоти, заставляя ее извиваться. Ухмыльнувшись, он посмотрел на ее обнаженную промежность, наслаждаясь ее видом, и вошел внутрь.       Он провел кончиком языка по ее клитору, и с ее губ сорвался вскрик. Проведя языком по входу во влагалище, он позволил глазам закрыться, когда ее рука провела по его волосам, а ногти коснулись кожи головы. Снова обведя языком клитор, он втянул его между губами, наслаждаясь ее тихими вскриками его имени.       Задавая ритм губами и языком, Драко осторожно сдвинул ее ногу и просунул два пальца во влагалище, погружаясь в нее, теряя себя.       — Драко, — вздохнула она, запутавшись пальцами в его волосах и потянув за них достаточно сильно, чтобы стало немного больно. Ее бедра задрожали, когда он удвоил свои усилия, проводя языком по ее клитору и проникая в нее пальцами.       Гермиона с криком кончила, стенки ее влагалища напряглись, ноги задрожали, а грудь отчаянно вздымалась от шумного дыхания. Когда она кончила, он нежно провел большим пальцем по ее клитору и поцеловал внутреннюю сторону бедра. Слизнув с губ ее сок, он приподнялся, встретив ее испепеляющий взгляд на себе. Его и без того бешено колотящееся сердце пустилось вскачь.       Она притянула его к себе для очередного поцелуя, ее дыхание было горячим и манящим, когда она снова взяла его член в руку и провела большим пальцем по капельке влаги на головке.       Без всяких предисловий она приставила его у своего входа и, вздохнув, слегка кивнула.       Одним плавным движением Драко до упора вошел в нее. Тяжелый вздох сорвался с его губ, когда он смотрел на нее, ощущая, как она так божественно обхватывает его член, что едва мог вынести это.       Обхватив рукой его затылок, она притянула его к себе для еще одного поцелуя, и его веки прикрылись, когда он начал двигаться. Сначала осторожно, проверяя ощущения, он двигал бедрами навстречу ее бедрам, проникая внутрь.       Гермиона выгнулась дугой на кровати, тихо выкрикнув его имя, и движение заставило его войти еще глубже. Заметив ее реакцию, Драко отстранился вышел, оставив внутри лишь часть головки, а затем снова вошел, вызвав крик с ее губ. Он улыбнулся ей, осыпая поцелуями ее шею и ключицы в дразнящем, карающем темпе.       — Так приятно, — простонала она, и ее тихие слова подстегнули его, когда он вошел в нее, уже чувствуя угрозу приближающегося оргазма.       Ногтями она впилась в плоть его плеч. Тонкая струйка пота проступила на его висках, когда он толкался в нее все быстрее, ее тихие крики эхом отдавались внутри него, и Драко снова поцеловал ее, уже менее осторожно и на грани отчаяния. Нога Гермионы обвивала его бедро и побуждала его входить глубже, сильнее.       — Черт, Гермиона, — вздохнул он, впиваясь в ее ключицу, когда ее дыхание участилось, а ее обнаженная кожа прилипла к его коже.       И все равно он входил в нее, теряясь от ощущения того, как она обхватывает его, как прижимается к нему, стирая пространство между ними. Драко почувствовал, как напряглась каждая частичка его самого, затуманивая зрение, и подушечкой большого пальца нащупал ее клитор.       Она разразилась бессвязным криком, его имя сорвалось с ее губ, когда стенки ее влагалища сжались вокруг него, и в этот момент кульминация достигла вершины и пика в нем, как удар волны.       В глазах потемнело от пульсации наслаждения, и он со стоном излился в нее. Драко застыл, напряжение спало с его мышц, и он опустился рядом с ней, насытившись, с неутихающим сердцебиением.       Выйдя из нее, он глубоко вдохнул и посмотрел в ее уставшие шоколадные глаза.       Ленивая улыбка искривила губы Гермионы, когда она смотрела на него в ответ, в ее глазах сияло что-то такое, что проникало в каждую частичку его души. Драко провел большим пальцем по линии ее скулы и наклонился, чтобы поцеловать в губы.       Погладив ее по животу, он выпустил мягкий поток магии; у нее перехватило дыхание, когда она отпрянула назад, и он прокомментировал:       — Противозачаточные чары.       — Я принимаю таблетки, — прошептала она, и Драко усмехнулся.       — Я не знаю, что это значит.       Еще одна мягкая, беззаботная улыбка искривила ее губы.       — Полагаю, теперь это не имеет значения.       Драко лишь прижал ее к себе и глубоко вдохнул аромат ее волос. В темноте комнаты его глаза заслезились от усталости, а ее веки сомкнулись, когда она прижалась к нему. Он натянул простыни на них обоих и поцеловал ее в висок.       — Спокойной ночи, Гермиона, — прошептал он, его губы ненадолго задержались на ее коже, когда он почувствовал странный трепет мыслей, играющих на задворках его сознания. Но он не знал, что делать дальше, и сдержал желание сказать что-нибудь еще.       Она лишь издала тихий, довольный вздох и прижалась к его груди.       — Спокойной ночи, Драко.       И прежде чем он успел хоть как-то разобраться в странном напряжении, пульсирующем в его сердце, он уснул в ее объятиях.