bloody smile

Ника.

Взяв себе на заметку перед сном проверять наличие будильников на утро, я благополучно стала забывать об этом, как только Влад оставался у меня на ночь. Приезжать к ребятам в Melon казалось слишком дискомфортным и глупым, поэтому стабильно два раза в неделю мои поездки заменял Влад, уже даже отхватив себе полку в вещевом шкафу. Он приезжал поздно, дико уставший и совсем не желая что-либо делать, кроме как завалиться в спальню и лечь ко мне спать; а с утра вставал самый первый, ходил в кофейню неподалёку, брал дико калорийные, но вкусные булки с маком и латте на кокосовом, и пачку ванильных чапмэн, которые считал самыми отвратительными сигаретами в мире. Но этим утром я проснулась от оглушающего, до боли противного звонка в дверь, а рядом с собой не увидела спящего Влада. Стрелка часов лениво перевалила за десять, и осознание, что в дверь скорее всего звонит клиент, пришло не сразу. — Я перепутала день записи? — спрашивает молодая девушка, держа в руках два кофейных стаканчика из старбакс. Я без слов пропускаю ее внутрь квартиры, помогаю снять куртку, успеваю провести небольшую экскурсию, чтобы ей было проще ориентироваться, и показываю свою рабочую зону — пожалуй, самую уютную комнату здесь. Раскрашенные граффити стены, собственноручно собранный диван из поддонов и сшитых мягких подушек, висящие повсюду полароидные фотографии, что я начала делать еще живя в Киеве, и даже раскиданные мужские вещи — все это создавало максимально комфортную атмосферу для каждого, кто заходил сюда. — У меня дурацкие проблемы со сном в последнее время, из-за этого даже громкий будильник перестал справляться, — начинаю оправдываться и замечаю, что Ане все равно, она слишком увлечена рассматриваем комнаты. Я подняла с пола любимую синюю футболку парня и, по привычке вдохнув запах, услышала лишь смешанные нотки ментоловых мальборо, что курила в тайне от него, и свежей крови. Моя ремиссия подошла к концу. Сидя на махровом ковре в ванной, я в одной руке держала телефон с открытой эсэмэской, которую мне прислал Артём, в другой — новое, только что открытое лезвие. Еще раз оглядываю эту дурацкую фотографию, чётко изображающую сладко целующуюся пару, и наотмашь рассекаю кожу на левой руке. Каскад алых капель в плясовом свисте снова и снова стекал на пол, образовывая идеально ровную вишневую лужицу. Эта боль, вначале резкая, удушающая, но потом ненавязчивая и расслабляющая, помогала мне хотя бы ненадолго избавиться от всего непристойного и ужасного, что окружало, и сосредоточить сумбур мыслей на излюбленном грешном деле. Тут кричащий, буквально бьющий по ушам кувалдой звонок в дверь. И, позабыв о тупой боли в руке, опираюсь на нее, чтобы суметь поднять свое ватное тело с пола. Я оглядываюсь, ища зеркало, и, найдя его, лишь делаю смачный плевок в отражение: опухшие красные глаза, черные разводы от туши, размазанная помада и капли крови под носом. Я плетусь к входной двери, не поднимая внезапно ставшие тяжелыми ноги, и перебираю в голове всевозможные варианты диалога с человеком, что трезвонит без остановки. — Ебнутая! — первое, что произносит мой молодой человек, беспардонно врываясь в квартиру, чем сбивает меня с ног. — Зачем ты это сделала? Блять, зачем? Он кричит, срывая горло, и я слышу в его голосе отчаяние. Влад знал о моих проблемах, но никогда еще не видел этого лично; он вообще никогда не сталкивался с таким, и его испуганное поведение лишь доказывает это. Пытается одновременно найти какой-нибудь антисептик, бинт и удержать меня. Успокаивает, видит кровь и снова кричит. Пробует все исправить, извиняется, слова путаются, все больше и больше раздражается, вгоняя себя в состояние безысходности. — Это не правда! Слышишь? Кладет к себе на колени, уже давно испачкав всю свою одежду кровью, и пальцами расчесывает мои волосы. Я смотрела на него и желание умереть прям здесь, у него на руках, лишь быстрее хотело реализоваться. Вытираю слезы, сглатывая подступающий к горлу ком истерики, и кидаю грязную футболку в стиральную машинку. Ванная выглядит блестяще, будто бы вчера здесь даже в мыслях не было у кого-то покончить с собой, и это почему-то вызывает у меня успокаивающую улыбку. — Ты же любишь булки с маком? — в ванную забегает воодушевленная и готовая к татуировке Аня, держа в руке упакованную в крафтовый пакет выпечку. — «Братья Караеваевы» пекут их просто восхитительно!