Змеиные алмазы

- Малфой, законченный ты придурок! – Я влетела в класс и, под ошарашенные взгляды сокурсников, налетела на блондина со спины. – Что ты снова наговорил Грейнджер? С оглушительным грохотом парень слетел с парты и приземлился прямиком на спину, в то время как я гордо восседала на нём сверху, придерживая его руки над головой. Драко лишь изумлённо разглядывал меня и его глаза находились на столь близком расстоянии, что я могла детально разглядеть каждое, даже самое мельчайшее голубое вкрапление в бездне серых плотных туч. Его зрачки расширились, пока осознание за считанные секунды повернуло несколько ручек внутреннего тумблера в его голове. - Гриффиндорская сука пожаловалась, и защитница униженных и оскорблённых решила пожаловать собственной персоной? – Тембр его скорее напомнил мурлыканье кота, что вдоволь наелся сметаны и теперь готов был активно вылизываться, совершенно удовлетворённый лакомством. - Не смей так её называть и отвяжись уже от ребят. – Прошипела я сквозь зубы, чувствуя, как невыносимый и всепоглощающий вихрь негодования и злости медленно, но верно растворялся, подобно утренней дымке. - И что мне за это будет? – Томно выдохнул Малфой, заставляя тем самым собственный запах заполонить ещё большее пространство в лёгких. – Я не привык делать одолжений по доброте душевной. - Чего ты хочешь? – Мой шёпот сорвался с губ, едва только парень закончил фразу. - Тебя. – Также тихо ответил Драко и в глазах заплясали весёлые огоньки, не сулящие ничего хорошего. Он мгновение внимательно всматривался в меня, словно изучая и, помедлив, добавил уже более уверенным тоном. – На уроках ты будешь сидеть на стороне собственного курса, а не с паршивыми гриффиндорцами и, возможно я подумаю над твоим совершенно невыгодным предложением. - Зачем тебе это? – Я недоумённо заморгала. – Какая тебе вообще разница где и с кем я сижу? - Видишь ли, - На этих словах Малфой с лёгкостью вырвался из захвата и спихнув меня с себя, быстрым движением поднялся на ноги. – твоя ярко выраженная позиция по поводу многолетнего соперничества между Слизерин и красно-золотыми галстуками порочит доброе имя основателя нашего факультета. Ты должна с уважением относиться как к истории, так и к тем, кто является твоими однокурсниками, хотя бы в учебное время. – Малфой лишь лениво отряхивал воображаемую грязь с мантии и чем больше он говорил, тем резче становились его движения. - Малфой, не морочь мне голову. – Пробубнила я, поправляя юбку. – Ещё скажи, что тебя до одури беспокоят порядки, которые даже в правилах не прописаны. - Тем не менее. – Уже серьёзно проговорил Малфой и замолчав на середине фразы, протянул мне раскрытую ладонь, ожидая скрепления договорённости пожатием. Я скептически осмотрела его и бросила быстрый взгляд в сторону Блэйза, который, последовав примеру остальных, внимательно следил за ходом внезапно развернувшихся событий. Только в отличие от ребят, в его взгляде чётко читалось недоверие к словам слизеринского принца с ярко-выраженным оттенком заинтересованности. Заметив мой пристальный взгляд, он только коротко пожал плечами. Громко цокнув, я лишь закатила глаза и лениво пожала руку. Обнаружив, что Малфой не спешит разорвать тактильный контакт, я заглянула в глаза из-под опущенных ресниц, что разглядывали меня слишком пристально и выжидающе, постепенно темнея. От кончиков пальцев стремительно проскальзывали сотни электрических зарядов, забираясь выше по руке и распространяясь, подобно сотням фейерверков, взрывались внутри грудной клетки, заставляя сердце с каждой секундой ускорять темп, разгоняя кровь по жилам. Почувствовав, как щёки постепенно наливались румянцем, я быстро отдернула свою кисть, что не так давно нежилась в прохладной и одновременно тёплой руке Малфоя. - Надеюсь, мы договорились. – Нервно поправив выбившуюся прядь, как можно увереннее проговорила я, спеша ретироваться под всё тем же изучающим пристальным взглядом серых грозовых туч.       Подскочив, я не сразу распознала место, в котором нахожусь. Вокруг была непроглядная тьма, а сон был столь реальным, что казалось, в носу до сих пор стоял запах кабинета по Трансфигурации, книг, папируса и запаха Драко, что ощущался в носу ярче всех остальных. Пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в кромешной тьме, я мысленно молила Мерлина, чтобы глаза поскорее привыкли к темноте, но все попытки казались столь тщетными, что паника от сомнений в собственном месторасположении подобно вязкой тягучей жиже медленно расползалась внутри, окутывая плотным удушающим кольцом. Моё сознание словно играло злую шутку и создавалось стойкое впечатление, словно я находилась в нескольких местах одновременно. Не в силах больше выдерживать столь сильное моральное давление, я вытащила из-под подушки палочку. - Люмус. – Громко прошептала я и наконечник засиял тусклым белым светом. Бегло оглядев пространство, я старательно пыталась выровнять дыхание и усмирить барабанную дробь сердца, что отдавалась в ушах противным гулом. Однако пальцы по-прежнему покалывало от прикосновений платинового блондина во сне. Впервые за всё время, когда я старательно пыталась придать образу Малфоя из остаточных воспоминаний хоть какое-то подобие чётких очертаний, он пристал передо мной во всей красе, разукрашенный самыми яркими и реалистичными красками в мире. Его образ встал перед глазами, стоило только закрыть глаза, также живо, как и в самом сне. Семнадцатилетний парень самодовольно ухмылялся, продолжая прожигать насквозь надменным взглядом, выражавшим ничто иное как полную уверенность в победе над чем-то или кем-то. Не в силах больше выдержать прямого наглого взгляда слизеринца, я с силой тёрла виски, которые сдавливало нестерпимой болью, истошно моля образ раствориться в ранних лучах рассвета, однако это не возымело абсолютно никакого эффекта. Будто Малфой из моего сна откровенно издевался, упиваясь ядом, наблюдая за тем, как воздаётся по заслугам той, кто так яро и слишком усердно взывала к воспоминаниям о нём. И добившись заветной цели, образ явно не спешил отпускать добычу из когтистых лап. - Да чтоб тебя, Малфой. – Прошипела я как можно тише. Совершенно не хотелось, чтобы кто-то, хотя бы одна живая душа услышала, как я, уподобившись постояльцам Святого Мунго, спорю с собственным больным воображением.       На негнущихся ногах я вышла из палатки, стараясь вобрать в лёгкие как можно больше свежего прохладного воздуха, однако что-то мешало сделать глоток больше, чем чайная ложка и, чувствуя, как нервы встали комом в горле, я резко склонилась над ближайшим кустом. - Ты в порядке? – Озабоченный голос Джорджа раздался слишком близко, заставив подскочить на месте и новый приступ тошноты накрыл с большей силой. - Да. – Коротко и тяжело выдохнула я в промежутке между рвотными порывами. Недолго думая, Джордж наколдовал кувшин с водой и молча подал мне, придерживая свободной рукой меня за талию, терпеливо ожидая завершения весьма неудачного представления. - Прости. – Сипло выдавила я, сгорая от стыда и неудобства из-за развернувшейся картины. – Токсикоз и все дела. Благодарно принимая воду из рук близнеца, я обильно прополоскала рот, совершенно не торопясь выпрямлять спину, с ужасом ожидая новой волны стыда вперемешку с остатками вчерашнего ужина. - Тебе не за что извиняться, глупая. – Джордж сместил руку мне на спину и стал медленно поглаживать, призывая успокоиться. – Это вполне естественный процесс, правда не замечал у тебя его раньше, не то, чтобы я следил за тобой, просто токсикоз не так просто скрывать, это же не прыщ. - Спасибо. – Тихо ответила я, возвращая пустой кувшин и медленно принимая вертикальное положение тела, до конца не веря, что отпустило окончательно. – Ты прав, такое у меня - редкое явление. Возможно ребёнку что-то не понравилось или он просто решил разнообразить моё утро весьма оригинальным способом. –Я внимательно посмотрела Уизли в глаза, отчаянно взывая его в безмолвных мольбах закрыть данную тему и тот, словно услышав, лишь коротко кивнул, поджав губы и уводя взгляд в сторону. - А почему ты не спишь в столь ранний час? – Спросила я, кивая в сторону первых тусклых лучей солнца, что только-только начали пробиваться над горизонтом. - Я всегда рано встаю. – Джордж лишь пожал плечами. – Привычка. А ты? Хотя не отвечай, ты достаточно красноречиво продемонстрировала ответ минутой ранее. – Его тихий смешок скорее напомнил шелест листвы, и парень весело отмахнулся. - Ещё раз прости. – Я виновато потупила взгляд. –И прошу, не говори никому, ладно? Не очень-то хочется выслушивать очередную порцию нравоучительных речей. Гриффиндорец понимающе закивал, продолжая хихикать. А я только сейчас осознала, что с момента моего возвращения, мы обмолвились лишь парой фраз. Нет, конечно, когда шли оживлённые беседы, мы принимали в них активное участие, однако вот так, наедине, мы не говорили с Джорджем ни разу. - Хейли. – Голос близнеца стал серьёзным. – Я понимаю, что порой мои брат и сестра могут удушить своей чрезмерной опекой, но прошу, не обижайся на них. Они лишь пытаются уберечь тебя, всех нас. Да, порой это жутко выбешивает, понимаю, но ими движет страх и желание сохранить жизни тому небольшому количеству родных, которые остались. – Он говорил быстро и довольно сбивчиво, словно каждое слово он выдавливал через силу, опасаясь не успеть сказать всего, что хотел, пока его не разорвут на части. - Я понимаю, Джордж. – Я аккуратно взяла его ладонь в руки. – И поверь, я также переживаю за каждого из вас, ведь вы-всё, что у меня осталось. - Тогда почему ты так отчаянно пытаешься отдалиться? – Не выдержав, Уизли впился в меня испытывающим и требовательным взглядом. – Почему каждый раз словно пытаешься вновь сбежать? - Это не так. – Коротко мотнув головой отрезала я. - Я лишь говорю то, что вижу, Хейли. То, что все видят. Ты изменилась, стала отстранённой и скрытной, словно тебя не в тюрьме держали, а долгие месяцы перекраивали заново, создавая абсолютно новую, незнакомую нам личность. И ты так отчаянно выступаешь за сотрудничество ни с кем иным, как с самим пожирателем смерти, стоит ли напомнить о том, кому подчиняется твой новоявленный друг? – Голос его дрогнул. – Я искренне стараюсь понять тебя, но не выходит и если всё дело в Роне, то… - Что? Нет! – Я активно запротестовала. – Джордж, при чём здесь Рон? Это не...- Я пыталась подобрать слова, но голову словно отключили, и я глупо переминалась с ноги на ногу, чувствуя внутри нарастающий ком тревоги, словно ещё мгновение и произойдёт что-то совершенно немыслимое и вряд ли поправимое. - Я помню, КАК он обращался с тобой в последние месяцы своей жизни, перед тем, как тебя похитили. Отчасти я понимал брата, никому не понравится узнать, что твоя девушка всю жизнь любила заклятого врага, однако это не давало ему никакого права… - Что? – Мой голос от неожиданности подскочил на несколько октав. – Кого я любила? Джордж в ответ лишь сверлил меня непонимающим взглядом, словно пытаясь понять, что за игру я задумала, но постепенно его лицо вытягивалось, пока в голове шустро работали шестерёнки. - Вот дебил. – Джордж звонко ударил себя по лбу, зажмурив глаза и быстро затараторил. – Знаешь, что? Забудь, ладно? Я просто сморозил чушь, ясно? Просто я не выспался и несу всякий бред, не бери в голову и вообще мне пора. Так и не дав вставить мне хоть слово, близнец поспешно скрылся из вида между палаток быстрым размашистым шагом, словно опасаясь, что я приду в себя раньше, чем он успеет найти укрытие и тогда ему придётся бежать со всех ног куда глаза глядят.

***

      Малфой старался ступать тихо, бесшумно, уподобившись дикому зверю в самый разгар охоты. Многочисленные повороты и развилки привели парня к самой отдалённой и тёмной части подземельной тюрьмы Волдеморта. Ступая достаточно осторожно, он подмечал любую, даже самую незначительную деталь в попытках оценить степень защищённости одной из клеток. Именно она привлекла внимание Драко, как только тот повернул за угол, следуя за несколькими егерями, которые были так увлечены процессом обсуждения очередного удачного разгрома какого-то сомнительного лагеря и удачной наживы, что совершенно не замечали никого вокруг. - На кой нам каждый час спускаться в эту темень и проверять треклятую саблю? – Один из них махнул тускло светящимся наконечником палочки в сторону увесистого замка, за которым покоился меч Гриффиндора и тот блеснул в темноте. - Это не сабля, дубина. – Второй отвесил увесистый подзатыльник напарнику, цокнув. Малфой готов был поклясться, что слышал, как у говорившего закатились глаза от непроглядной тупости дружка. Или это сам Драко буквально взвыл от безнадёжности двух идиотов? – Это меч. Весьма ценная вещица, если верить Макнейеру, эта хреновина стоит целое состояние. - Всё равно не понимаю, зачем так усердно охранять эту хреновину? – Возмутился тот, недостаток ума которого смог успешно преисполнить внушительными размерами, напоминая скорее громадный двухметровый шкаф. – На замок наложено с десяток защитных заклинаний, на эту часть темницы- несколько скрывающих, так чего же тогда так боится Лорд? - Честно, даже знать не хочу, что кишит в голове у отмороженного, как по мне, всяко лучше, чем лицезреть его страшную морду. – Гоготнул тот, что был худощавым и невысоким. - Что вы здесь делаете? – Стальной голос Малфоя раздался за спинами хихикающих так внезапно, что те резво подскочили, содрогаясь под натиском ледяных ноток, ощутимо разрезающих воздух. - У нас обход, согласно приказу. – Практически пропищал худощавый, медленно поворачиваясь к Драко лицом. - Чьему приказу? – Малфой сощурился, пристально всматриваясь поочерёдно в каждого егеря, которые готовы были навалить со страха в штаны при одном только виде генерала. - Уолден Макнейр приказал спуститься и проверить все показатели защитных заклинаний. – Запинаясь протараторил омбал, нервно и шумно сглатывая. - Ну так проверяйте. – Медленно протянул Малфой, не сводя пристального взгляда. Синхронно кивнув, егеря взмахнули палочками и в воздухе отобразилась подробная схема с указанием всех наложенных заклинаний и Малфою не потребовалось больше, чем пол минуты, чтобы подробно запомнить порядок заклинаний и уровень усиления, расположенного напротив каждого из них. Удовлетворённо хмыкнув, он лишь резко развернулся на пятках и уверенным шагом скрылся во тьме, оставляя двух до смерти напуганных егерей в полном одиночестве. - Думаешь, Лорд и правда считает, что кому-то из сопротивления хватит смелости или, на худой конец, наглости предпринять попытку завладеть мечом, войдя непосредственно в его логово? – Задумчиво проговорил мулат, внимательно рассматривая пергамент, на котором Малфой точно изобразил руны и защитные заклинания, в том же порядке, в котором, несколькими часами ранее, они витали в воздухе перед его глазами. Некоторые из которых, признаться, он и сам видел впервые. - Или он настолько маниакальный параноик? - Я думаю всё вместе. – Равнодушно пожал плечами Драко, облокотившись о край стола исложив руки на груди. – Но на данный момент, это последнее, что меня действительно интересует. Если с заклинаниями Депульсо и Инкарцео, да и Протего, всё ясно, то обрати внимание сюда. – Наконечником палочки он ткнул в слабо виднеющуюся точку, что находилась на третьем, меньшем по размерам круге, состоящим из заклинаний. – Репелло Инимикум. Само по себе достаточно слабое заклинание, однако если его скомбинировать с Протего Максима или же Фианто Дури, то его практически невозможно обойти. - И с каким из двух, думаешь, оно связано? – Забини продолжал также внимательно всматриваться в рисунки и в полной темноте можно было услышать, как активно работаю шестерёнки у него в голове. - Фианто Дури. – Коротко кивнул Малфой. – Только оно даёт лёгкое пурпурное свечение. - А вот это уже проблематично. – Блэйз указал своей палочкой в первое, из трёх замыкающих заклинаний, что располагались рядом с самим мечом. – Трансмогрифианская пытка. Его тупо нельзя отразить, а также знакомые нам уже Круциатус и Сектумсемпра. – Проведя по каждой отметке, мулат лишь тяжело и обречённо вздохнул. – Малфой, даже если предполагаемые воришки смогут обойти десятки первых заклинаний и будут обладать неисчерпаемым запасом удачи и дополнительных жизней в кармане, чтобы выжить после адского пламени, что стоит вот тут, - Он быстро ткнул в правую точку на втором круге заклинаний. – то здесь ни Салазар Слизерин, ни Дамболдор, если вдруг тот решит внезапно воскреснуть и почтить нас своим присутствием, ни сам Мерлин, не смогут выжить от атак последних трёх. Чёрт, да сам Грин-де-Вальд скорее подастся в добрые волшебники и ретируется замаливать грехи. – Он лишь развёл руками в стороны, с вызовом переводя серьёзный взгляд на блондина. - Забини, только не говори, что ты случайным образом обосрался и пытаешься дать заднюю?– Малфой самодовольно приподнял бровь, бросая вызов прямо в лицо другу. - Послушай, я конечно понимаю, что картина до сих пор беременной Уилсон стоит перед твоими глазами и не даёт кислороду поступать в искалеченный мозг, - Забини устало улыбнулся, покачав головой, - однако, не думаешь, что стоит придумать что-то посерьезней простого «ворвёмся и расхерчим всё к херам»? - Это лишь на случай, если план «А» провалится. – Малфой скучающе пожал плечами. - Ты хотел сказать не если, а когда. Когда план «А» провалится, тогда что, Малфой? – В карих глазах заплясали черти от предвкушения грядущего безудержного веселья и Забини хищно улыбнулся, томясь в ожидании ответа. - Тогда мы применим план «Б». – Вернув другу такой же безумный взгляд, Малфой резко вскинул и опустил брови, ударив фамильным перстнем по пергаменту с рисунком. И звонкий звук от соприкосновения серебра о деревянную поверхность отскочил мячиком весело прыгая во царившей тишине ночной тьмы за окном.

***

      Приложив большой палец к подбородку я задумчиво мерила шагами палатку, двигаясь резко и была почти уверена, что со стороны выглядела весьма воинственно, но сейчас это мало волновало. Я снова и снова прокручивала в голове странный монолог Джорджа и ясно было только одно. Его сестра в страстных попытках помочь вернуть воспоминания, явно упустила огромный и немаловажный фрагмент. - Хейли? – Голос младшей Уизли раздался на входе в палатку. – Хейли, ты хотела поговорить? Ты даже представить не можешь, насколько нам НУЖНО поговорить, дорогая. Рыжеволосая девушка тут же оказалась в поле зрения, стоило только обернуться на звук её голоса. Продолжая широко улыбаться, она уверенным шагом прошла вглубь палатки, однако взгляд оставался настороженным и немного опасающимся, словно она пришла на вынужденные переговоры с не совсем психически здоровым человеком. Возможно именно такой вывод можно было сделать, стоило только посмотреть на растрёпанные волосы и, наверняка бешеные глаза, что буквально пригвоздили её к земле. - Джинни расскажи мне о наших отношениях с Роном ещё раз. – Практически прошипела я, безуспешно стараясь дышать глубже. – Пожалуйста. - О. – Её серо-голубые глаза расширились в недоумении, а лицо вытянулось. – Я уже рассказывала, ну что же… Что конкретно тебя интересует? - Начало и конец. – Грубо отрезала я. – Что послужило причиной их начала и что произошло под конец? - Ой, ну, насколько я помню, ты просто поцеловала Рона при всех на школьном дворе. Вроде как, с этого всё и началось. – Джинни лишь отмахнулась, заметно расслабляясь. – Это было неожиданно и вполне ожидаемо, если честно. - Почему? – Сложив руки на груди, я лишь прищурила глаза, продолжая пристально вглядываться в лицо гриффиндорки. Она вновь окинула меня недоверчивым взглядом, но всё же продолжила. - Потому что вы с Роном ходили вокруг да около последние несколько лет и это было заметно. У вас была взаимная симпатия, так или иначе. – Её голос дрогнул, словно она хотела сказать что-то ещё, но сдержала порыв. - А потом? Что случилось незадолго до того, как меня похитили, Джинни? – Я сделала шаг навстречу подруге, и та непроизвольно отступила нервно сглотнув. - Я не знаю. – Разочарованно выдохнула Джинни, стараясь вложить в сказанные слова как можно больше искренности, но в воздухе отчетливо ощущалась призрачная тень лжи. – Все были на взводе срывались друг на друге. Волдеморт наступал на пятки, а поиски крестражей не давали результатов. Возможно, всё это в совокупности и дало трещину по здравому рассудку брата и нельзя его винить за это. Чёрт, да у нас у всех мозги до сих пор набекрень и вряд ли это уже можно как-то исправить. И вообще, мне кажется мы уже обсуждали это, разве нет? Я продолжала молча буравить подругу взглядом и так активно возвращала каждую молнию, что я мысленно посылала в неё. - Хейли, что происходит? – Теперь настала очередь Уизли недоверчиво щуриться, сложив руки на груди. - Может, у него были другие, - Я нарочно выделила последнее слово, вкладывая в него более глубокий смысл. – более веские причины, что начать вести себя как законченная сволочь? - Да о чём ты, чёрт тебя побери? – Джинни вплеснула руками явно начиная закипать. - Ну не знаю. – Я спокойно пожала печами, уводя задумчивый взгляд в сторону. – Может Рон узнал, что всю свою сознательную жизнь его девушка любила другого? А тот поцелуй был местью, предназначенной не твоему брату, а кому-то другому, а Рон просто оказался в ненужном месте в ненужное время? Может всё потому, что его девушка обманывала его, да и саму себя на протяжении долгого времени и именно это и стало оскорблением высшей степени? – На этих словах я почувствовала болезненный укол в сердце, ведь он был искренним, а я с ним так гадко и низко обошлась. Рон не заслуживал этого. Никогда не заслуживал. Я люблю тебя, но я не люблю тебя…       Собственный голос раскатом грома пронёсся в голове, возвращая сознание к тем ночным кошмарам с участием перекошенного гневом и яростью лица Рональда. Сильно зажмурив глаза, я несколько раз глубоко вдохнула, стараясь прогнать ужасающие картинки. Джинни продолжала наблюдать за мной не шевелясь. Уняв крупную дрожь, я вновь взглянула в её глаза, ожидая ответов. - Что же, твоя правда. – Тихо призналась Джинни, коротко кивая. – Но любовь, это очень громко сказано. Понимаешь? Точнее, по началу, конечно, ты действительно использовала Рона чтобы насолить другому и именно поэтому я была против ваших отношений, и я говорила тебе об этом и тогда, и сейчас, когда ты вернулась. Но со временем, я увидела, что ты действительно любила Рона. Понимаешь? Ты по-настоящему любила его, а подростковая симпатия к тому парню быстро прошла. – На этих словах она лишь отмахнулась, словно вокруг неё кружила назойливая муха. - Любила, но не любила. – Тихо пробормотала я себе под нос. – Кто он? - Кто? – Мгновение Джинни в недоумении моргала, пытаясь понять суть вопроса, но осознание быстрой стрелой пронеслось в глазах, и она лишь цокнула языком. – Никто. Он просто никто и ничто, забудь, Хейли. - Нет, Джинни, ответь мне. Назови его имя. – Запротестовала я, топнув ногой, словно маленький ребёнок. - Это не важно. Ясно? Уже не важно! Это прошлое. Его ни изменить, ни исправить. – Её голос взвинтился на несколько октав, а шея начала краснеть от подступающей злости. - Для меня важно! Это моё прошлое и мои воспоминания. Это часть меня! – Внутри быстрым вихрем раскручивался ледяной смерч синей ярости. – Как ты не понимаешь? - Это ты не понимаешь. – Зашипела Уизли. – Порой лучше не помнить некоторые вещи. И я безумно благодарна тем, кто вытворил это с твоими мозгами. – Она указала пальцем на мой висок. – Потому что они дали тебе возможность вырваться из лап этого гнусного мудака! Забыть о нём в конце концов, и жить дальше. Прошлое должно оставаться прошлым, Уилсон. А мёртвые-мёртвыми. Слова подобно острому кинжалу резанули по самому сердцу, заставляя отступить на шаг, словно в довесок Уизли отвесила смачную пощёчину, в глазах постепенно темнело, пока некое подобие хрустального шара внутри звонко разлеталось на сотни осколков. - Я думала, мы подруги. – Разочарованно качая головой я медленно побрела к выходу из палатки, опустив плечи. - Хейли. – Жалобно окликнула Джинни, видимо только сейчас осознавая весь ужас сказанных ранее слов. – Именно потому что мы подруги, я и пытаюсь уберечь тебя от ещё большей боли, чем ты пережила уже. Продолжая медленно плестись по склону, я перематывала в голове сказанные Уизли слова, подобно плёнке. Весь наш разговор. И с каждым разом, с каждым повторяющимся предложением из лёгких по новой выкачивали воздух, а внутри медленно разрасталась чёрная, сжирающая всё на своём пути дыра. Интересно, будет ли Забини также увиливать, подобно змее, ищущей спасения от нападения хищника, как делала это Джинни? Я вытащила аккуратный камень из кармана джинс, задумчиво крутя его между пальцев, взвешивая все за и против. Нет, определённо необходимо установить лимит вранья за сутки и решив, что эта мысль одна из лучших, за последнее время, я положила камень обратно. Мёртвые должны оставаться мёртвыми… Голос Джинни противным нарастающим гулом продолжал преследовать меня, как я ни старалась отмахнуться от него и именно в этот момент, я чётко осознала, где сейчас хотела бы оказаться больше всего на свете и словно одобряя задуманное, ребёнок внутри уверенно толкнулся. Я лишь улыбнулась, ласково поглаживая одной рукой живот, второй уже чертила руну в воздухе, готовясь аппарировать.       Гарри Джеймс Поттер, Гермиона Джин Грейнджер, Рональд Уизли. Три имени выгравированные на куске камня, на одном из самых высоких холмов, скрытый под защитными заклинаниями от посторонних глаз и с видом на чёрное озеро и волшебный лес по обе стороны берегов. Джинни лишь один раз приводила меня сюда. - Мы решили, что так будет правильно. Написать их имена, правда здесь похоронен только брат, но я искренне верю, что они смогли обрести покой вместе с Роном. Ведь в каждом из них всегда присутствовала частичка друг друга. - Большие серо-голубые глаза наполнились предательскими слезами, пока их обладательница пыталась унять дрожь в голосе. - Конечно, Джин. – Я крепко обняла подругу, сожалея, что ничем не могу ей помочь, никак не могу забрать всю ту боль, что эта хрупкая, но невероятно сильная девушка несла в своём сердце. – Ты всё правильно сделала. Они вместе всегда и навечно.       Едва касаясь подушечками пальцев, я провела по надписям, чувствуя, как давно надвигающаяся истерика вот-вот найдёт выход. - Ребята… - Тихо проскулила я, роняя голову на руки. Их улыбающиеся лица смотрели на меня в моей памяти. Такие же весёлые, шумные и сумасбродные, но неожиданно они начали искажаться, затягиваясь в водоворот.       Маленькие столы в большом зале Хогвартса были расставлены таким образом, чтобы осталось больше места для танцев. Множество цветов и конфетти украшали каждый уголок, создавая свою, волшебную атмосферу в преддверии Рождества. Над головами открывалось ночное небо, усыпанное сотней ярких звёзд и снежинки, что медленно кружились в собственном, произвольном танце, мягко ложились на щёки и носы, мгновенно растворяясь. В воздухе витал запах мандаринов, пунша, рождественской ели, что была необъятных размеров и светилась тысячей разноцветных огоньков. - Хейли. – Мягкий голос Рона, что раздался позади, заставил вздрогнуть от неожиданности. – Красиво, не правда ли? Рыжеволосый парень улыбался широко и искренне, а в голубых глазах искрился неописуемый, почти детский восторг. Я лишь кивнула, завороженно разглядывая зал. - Я хотел… - Он замялся, заставляя мои глаза оторваться от ярких огней, переключая всё внимание на парня. – В общем, с Рождеством, Хейли. Едва заметно трясущимися руками и стараясь не наступить на подол моего тёмно-зеленого платья, что скорее напоминало корсет и пышную юбку, украшенную серебристыми каплями, он аккуратно прицепил на правую сторону брошь. Я прошла по ней кончиками пальцев, а когда наклонила голову, чтобы рассмотреть подарок, моим глазам предстала бордовая роза, сделанная из камней, а внутри виднелись очертания морды льва. Свет играл на каждом камне, заставляя переливаться, плясать, подобно огоньку, но не обжигая. Мои глаза на мгновение наполнились слезами. - Спасибо, Рон. – Я нежно поцеловала его в щёку в знак благодарности. И только он хотел добавить что-то ещё, как профессор Макгонагалл объявила вальс-бостон и Рон скривил губы хныкая. - Пожалуй, этот танец, мы пропустим. – Прижав ладонь к губам и смущённо хихикая, выдала я. - Уилсон. – Голос Малфоя раздался за спиной ровно в тот момент, когда Рон уже вёл нас к нашему столику, облегчённо выдыхая, что я не заставила его насильно танцевать. Я резко обернулась, пока моё сердце стремительно неслось к самым пяткам. Мы не виделись ни до начала мероприятия, ни на всё время проведения его. Не то, чтобы я искала платиновую макушку по всему залу, но не попадаться друг другу на глаза, дабы не портить праздник, было действительно разумным решением, по крайней мере, до этого момента.       Медленно поднимая глаза снизу-вверх, оттягивая неминуемую встречу с грозовыми тучами, я отметила идеально начищенные чёрные туфли из драконьей кожи, стрелки наутюженных брюк, белоснежную рубашку, что, признаться идеально сидела на натренированном в квиддич теле, выделяя рельефы, добираясь глазами до пиджака, что делал и без того широкие плечи ещё больше. Наглая ухмылка коснулась губ слизеринца, пока я в открытую любовалась его внешним видом, а в глазах плясали едва уловимые тени чертей, да так активно, что желание придушить его бабочкой, что также идеально ровно расположилась под воротником чёртовой рубашки, буквально пожирало изнутри, разгораясь всё сильнее. Он молча поклонился, как и подобает джентльмену. И платиновые полосы, уложенные гелем, слегка блеснули, отражая свет свечей. По правилам высшего общества отказ в подобном случае считался моветоном. И чёртов засранец прекрасно был осведомлён об этом. Собрав подол на бёдрах, я изящно присела в реверансе под недовольный выдох, почти рык Рона.       Ритм менялся с быстрого на медленный. Держа идеально ровную осанку, Малфой гордо задрав подбородок кружил меня, не отрывая пристального взгляда от броши, словно играл с ней в воображаемую игру, кто кого сожжёт быстрее. Мы в очередной раз сменили позицию, замедляя темп. Признаться, он был идеальным партнёром для танца, действительно умеющим вести, и готова поклясться, засранец прекрасно знал, как был чертовски хорош. И пока он внимательно разглядывал подарок Рона, я позволяла украдкой разглядывать вблизи острой черты лица, отмечая про себя по истине аристократическую бледность кожи, потрясающие длинные ресницы, что периодически подрагивали и тонкую линию губ. Одна его рука ненавязчиво, но по-хозяйски лежала на моей спине и тепло исходившее от тела слизеринца пускало по каждому позвонку сотни электрических разрядов, что взрывались в районе грудной клетки, встречаясь с теми, что стрелами разлетались от его второй руки, уверенно держащей мою вытянутую. Дыхание сбивалось, и моя грудь прерывисто взымалась, что не могло не остаться незамеченным, но я упорно пыталась убедить саму себя, что во всём виноват танец и сложность его исполнения. Не иначе. - Какая безвкусица. – Выплюнул слизеринец, завершая танец по медленно утихающую музыку. – Сюда подойдёт нечто более элегантное. С этими словами он лёгким движением руки прошёл по верхней части корсета и быстро поклонившись, поспешил удалиться. Я растерянно смотрела вслед Малфою, быстро удаляющемуся, не сбавляя шага, а когда медленно перевела взгляд на платье, то увидела, как прямо противоположно подарку Рона, с левой стороны покоилась, застывшая в ползке, аккуратная серебряная змейка. Чешуя её была слегка ребристой и в каждой выемке блестел маленький прозрачный камешек, а вместо глаз на меня смотрели два других, побольше и напоминавших алмазы. Осторожно коснувшись украшения, я затаила дыхание. Сомнений не оставалось, это была ручная работа.       Сознание быстрым вихрем вернуло меня обратно на холм. Голова сильно кружилась и окончательно придя в себя, я осознала, что лежала всё это время на прохладной земле без сознания. Пошатываясь, я попыталась подняться на ноги, но сил хватало только на то, чтобы сменить положение, сев на колени. Глубоко вдыхая вечерний свежий воздух, я пыталась осознать, сколько же пробыла в отключке. - Какого чёрта это было? – Прохрипела я, опираясь одной рукой на камень с именами, второй же поглаживая живот, стараясь унять разбушевавшегося внутри жильца. – Да, знаю, знаю, дорогой. Прости, пожалуйста. - Весьма неожиданная встреча. Не так ли, мисс Уилсон? – Этот пропитанный леденящим спокойствием голос я могла узнать из тысячи, какую бы амнезию мне не устроили. Голос, что заставлял каждого трепетать от страха и чем спокойнее он был, тем отчётливее чувствовалось приближение смерча. Я медленно обернулась полными ужаса широко раскрытыми глазами рассматривая всё ту же чёрную мантию самой тёмной души, пока бездна чёрных глаз поглощала всё моё сознание. Выжидающе поднятая бровь и протянутая рука бывшего профессора Снейпа терпеливо ожидали следующих действий.