Глава 17.

Для атмосферы:

MATRANG — Вода.

Приятного чтения.

Спешка — неотъемлемая часть нашего существования. Ведь жизнь коротка и каждый пытается сделать, как можно больше всего за её время. Но спешные поступки не всегда являются удачными, а спешные выводы чаще всего противоречивы. И, может, лучше сделать что-то более размеренно, обдумать каждый нюанс, рассмотреть все «за» и «против», а после принимать решения и делать выводы. От лица Владислава: Сегодняшний день начался, как одно событие из другой жизни, как будто не со мной, будто это точно не может быть правдой. Я словно в плаксивой мелодраме, в которую попал по ошибке, но уже влип по уши. Чернокнижник Влад Череватый, грозный и таинственный — главный герой фильма про большую любовь, сука, даже звучит абсурдно. Осталось только любовный треугольник соорудить, и вообще всё по канону будет. А хотя, что это я, таковой имеется, бейби Шепс давно на Киру вздыхает, да ещё так нежно, будто карамели объелся. Так и хочется стереть любовную гримасу с его лица, показать, что место под солнцем занято скандальным экстрасенсом, и нечего мечтать не по делу. Но я не решался, пока. Вчерашний вечер расставил всё по местам, и блять да, теперь никакой медиум, даже в своих ванильных иллюзиях не будет думать о симпатичной ведущей. Не дам, прокляну, но не дам. Никакого будильника, так как выходные даже у экстрасенсов бывают, чашка горячего кофе с утра и молчание ручного беса, что не может не радовать. На телефоне всего одно сообщение: «Доброе утро» с незамысловатым красным сердечком, от человека, который перевернул мою жизнь с ног на голову и заставил вести себя как пубертатного подростка. Знакомьтесь, Кира Лунарёва — мой собственный ад и рай в едином обличии. Эта девушка может даже с Толиком посоревноваться во влиянии надо мной и бурей эмоций, которые она вызывает. Но Лунарёва делает это не целенаправленно, в отличие от гостя из преисподней. Её слова заставляют меня задуматься, хотя, скажи это кто-то другой, то мне было бы совершенно по боку, что и где я сделал не так. Колкие комментарии не вызывают гнев и ярость, а только желание съязвить в ответ и посмотреть на реакцию, на то, как она открывает свои глаза в удивлении, а потом задумывается, начиная теребить мочку уха. А после опускает что-то такое, что приводит уже меня в шок, в приятный шок, который будоражит душу, проявляет улыбку на лице и показывает, что вызов принят, пора продолжать игру. И я не отступаю, накидываю ещё пару язвительных фраз, пряча вырывающуюся улыбку, а Кира конечно же отвечает и в фееричном конце своего акта атаки показывает язык или крутит пальцем у виска, что означает: ты дурак, Череватый. А я согласен и на это, лишь бы увидеть её такую, чуть игривую, возбуждающую все мои чувства и укрытые в углах души желания и самое главное по-настоящему живую. Воспоминания вчерашнего дня накрывают меня с головой, заставляя улыбаться самой ванильной улыбкой из моего арсенала. Могу с точностью сказать, что Лунарёва метко кидается стрелами любви, ведь попала прямо в цель — моё червивое сердце. Правда я не был готов к такому своему решению, чтобы вот так у всех на виду поцеловать её, на оживлённых улицах Москвы, где любой из прохожих мог узнать нас и подснять всю эту картину, на минуточку довольно симпатичную, на свой смартфон, но сдержаться не смог, всем силам молился, чтобы она меня не отвергла, и, видимо, молитвы помогли. Это был не тот поцелуй на испытании, когда я пытался сделать что угодно, лишь бы не видеть её такой разбитой и растерянной, и не придумал ничего лучше, чем поцеловать, и нет, я не жалею, но тот поцелуй в корни отличался от вчерашнего. Где эмоции не брали вверх, а только чувства и желание быть всегда рядом, поддерживать, смотреть и касаться. Можно точно заявить, Владислав Череватый — влюбленный подросток. Пора вызывать скорую помощь в виде Толика, чтобы я прямо сейчас не сорвался к дому девушки, лишь бы хоть на секунду увидеть ведущую знаменитого телеканала, поймать на себе её взгляд, который будто говорит, что всё будет хорошо, и я без сомнений этому верю. Рутина выходного могла быть идеальной, но это же жизнь, а идеального тут нет ничего, конечно кроме моей персоны . Поэтому приходится поднять своё причинное место с кровати и отправиться сначала в магазин, ведь из холодильника даже мышь, которая должна была повеситься, и то сбежала, помахав хвостом и показав своё отвращение к холостяцкой квартире, а после поеду на кладбище, потому что рогатый уже требует энергии и кидается угрозами, что сделает меня импотентом, и не видать меня больше Луны. Какими загадками он разговаривает, даже мне не понятно, отвести его чтоли к психологу, пусть проработает свой триггер к спутнику Земли, а то уже какой раз мне про него припоминает, может бесу антидепрессантов выпишут, поспокойней и сдержанней станет, того и гляди жизни радоваться начнёт, заведёт себе кошечку. Представляю уже: бес с белым котёнком в руках, облучённым на шее в розовый бантик — картина самого Пикассо, не меньше. Когда холодильник был наполнен базовым набором продуктов, чтобы попросту не умереть от голода и продолжать функционировать, а на погосте отработано на целую неделю вперёд. Рука потянулась к телефону и сразу же открыла один единственный чат, который не был отправлен в архив, как все другие, от меня это самый яркий показатель любви, уж поверьте. Но ничего хорошего я в экране смартфона не увидел, мои несколько сообщений, отправленные на протяжении пяти часов, так и остались непрочитанными. А девушка, как показывал мессенджер, не заходила в сеть с самого утра, после того, как пожелала мне доброго времени суток. Это было странным явлением для Лунарёвой, ведь раз в два часа она точно брала в руки телефон, чтобы ответить кому-то на сообщение или полистать рилсы, освежая голову, но тут тишина. В сердце кольнуло обидой от игнорирования моей самовлюблённой персоны, а в душе нарастало беспокойство, но я не дал ничему из этого вспыхнуть. Фурия могла просто снимать один из своих новых видеороликов на ютуб без перерыва, а может читала что-то из своего многообразия книг, могла и играть в видеоигру, быть в душе, ну или обыкновенно уснуть. Она тоже человек и не обязана быть со мной на связи каждую секунду своего времени, надо вбить себе это в голову, а не кидать обидки за каждый воображаемый мною холод в свою сторону. Но часы шли, а ответа не поступало, да сообщения даже прочитаны блять не были. Что за херня? Я сделал что-то не так? Или Лунарёва поиграть в холодно-жарко решила? Ну уж нет, пусть эти игры оставит себе, мне такое ни к чему. Даже если бы она спала, то не целый день же, какой нормальный человек спит двадцать часов? Правильно, никакой. Значит, Фурия решила творить хуйню, но тут давайте как нибудь без меня, терпеть это я не стану. Может быть я поспешил? Позвал Киру в ресторан, поцеловал её, та я уже готов был перевезти все вещи девушки к себе, а если это было слишком рано? Я боялся раскола наших взаимно отношений на работе, но чтобы так скоро, хуйня какая-то. Не значит ли это, что мы ошиблись? Просто поддались эмоциональной стороне, забывая о рациональной, ведь, если хорошенько пораскинуть мозгами, то мы с девушкой слишком разные. Я уже должен думать о серьёзной взрослой жизни, у меня ребёнок есть, мне не до игр, если у Лунарёвой до сих пор в жопе детство играет, то скатертью дорожка, пусть оставит меня в покое. А всё было так хорошо каких-то грёбанных десять часов назад. Я правда надеялся, что зря вспылил и напридумывал всякой херни, и девушка напишет с каким-то глупым оправданием, пусть даже неправдоподобным, я бы проглотил, лишь бы не верить в свои выводы, но была только гнетущая тишина, которая будто шептала, что я последний придурок, что решил, будто вправду девушка будет со мной. При каждом уведомлении, приходившим на мой телефон, я непроизвольно вздрагивал, не теряя глупой мысли, что это Фурия, но из раза в раз ошибался, это были оповещения о лайках, подписках, сообщения менеджера, редактора битвы — всё что угодно, только не то, что было мне так нужно. На раз десятый я уже не мог сдерживать гнев в перемешку с отчаянием, смартфон чудом избежал участи быть разбитым об ближайшую ко мне стену, как и рамка с фотографией, которую Кира отдала мне в один из съёмочных дней, она занимала почётное место на прикроватной тумбочке, но сейчас была убрана в самые недра моего шкафа, как там говорится «с глаз долой, из сердца вон», да именно такими правилами я руководствовался. Я злился на себя, Киру, свои действия, мысли, которые только и сводились к девушке, не мог больше ждать и пытать надежды, принял решение, что лучше всего будет просто забить и забыть, закрыть этот этап, как пройденный, и не появляться в жизни девушки. Может быть я сбегал, как последний мудак, но что мне оставалось делать? Ждать, как последняя собачонка, ещё чего, пусть лучше я пропаду, но сохраню своё достоинство. Я ждал Лунарёву на работе, нервно поглядывая на дверь гримёрной, каждый раз как она открывалась, но там девушка не появилась. Уже миллион раз успел пожалеть о своём решении и собирался отказаться от него, хотел с ней поговорить, попросить объясниться, наорать, обнять, поцеловать, да хотя бы увидеть, убедиться, что жива и здорова, был готов сорваться в придурошных криках, а потом просить прощения, как тряпка. Но дверь готического зала была открыта не Кирой Лунарёвой, Фурией, а Маратом Башаровым. Я в тот момент точно чуть с инфарктом не упал, а сердце предательски сжалось. Ведущий не сказал ни слова об отсутствии девушки, даже, учитывая то, что я готов был выбивать из него эти слова, но услышал только: — Это не ваше дело, Владислав, успокойтесь и работайте. И я работал, делал вид, что всё просто заебись, а в голове творился переполох. Мысли менялись одна за другой: вдруг с ней что-то случилось, или я настолько ей противен, что она даже с работы ушла? Во время съёмок произошёл ещё один удар, Соня Егорова решила покинуть проект, не объясняя причин, просто взяла и ушла. Она сильная, дошла бы до конца, но почему приняла именно такое решение — непонятно, но я ею восхищаюсь, ведьма сделала то, на что я не решаюсь. Битва держит меня, как верёвка на шее, один неверный шаг — и ты труп. Я боюсь уйти, начать новую жизнь, оставаясь в этом проекте, выжимая из себя последние капли. Каждый раз, когда набираюсь смелости сказать, что принял решение об уходе, язык отказывается произносить эти слова, и я сдаюсь, оставаясь в своём болоте. Этот день решил добить меня. В гримёрке, когда я уже был готов выбежать из неё, оставляя за собой всех ядовитых пауков, запрыгнуть в машину, уехать домой, где всё не будет напоминать о Фурии, меня остановил Олег со своими ебанными разговорами, которые мне нахрен не упёрлись: — Влад, постой пожалуйста, у меня к тебе вопрос, — начинается, если сейчас сморозит какую-нибудь хуйню, точно в табло получит, задрал уже. Я выжидающе смотрел на него с приподнятой бровью: — Ты не знаешь, почему сегодня Кира отсутствовала? — блять — Вы вроде как в хороших взаимоотношениях, может, тебя она посвятила — ну вот тебя ебёт вообще? Иди побубни о том, что проклятий не существует, и успокойся. — Нет, мы с ней в последнее время не общаемся, — про поцелуй я решил не вспоминать, это была ошибка, я окончательно это понял. — Да? Просто в сети такие фото вирусятся, я подумал, что вы очень хорошо общаетесь, — сука, только не это, ну вот за что? — Какие нахрен фотографии? — я надеялся, что это не то, о чём думал ещё пару дней назад. Олег переворачивает в мою сторону экран своего смартфона, где на фотографии красуемся мы с Лунарёвой в поцелуе около того несчастного ресторана. Бог решил отомстить мне за веру Дьяволу именно в этот период моей жизни? И как сейчас оправдываться? — Хуйня какая-то, это не мы с ней, — ну а что, может поверит. — А, да? Просто было очень похоже, — даже смешно, что младший Шепс настолько глупый, ну или он так сильно рад этой новости, что даже не удосужился рассмотреть фото и понять, что это и вправду мы с девушкой. Теперь-то для него это зелёный свет к действию, чтобы покорить Лунарёву — тогда не буду тебя задерживать, удачи, если что-то услышишь про уход ведущей, то напиши пожалуйста, — а это мне нахрен сдалось, написать ему, ещё чего. — Ага, пока, — чуть ли не выплёвываю прощание и пропадаю из гримерной, сматываясь к своей машине.