Глава 29. Не о банбу стоит беспокоиться

      Конец октября выдался теплым и влажным. Липкий воздух, резкие сильные, но короткие дожди; температура, которая не собиралась опускаться ниже десяти градусов тепла — ощущение, что осень существует только в голове Артура и в новом мире такого времени года вообще не существует.       За две с небольшим недели в мастерской не происходило ничего, что стоило бы отдельного внимания. Обычная рутина: ничего опасного, ничего интересного. Просто работа, которая иногда прерывалась на выходные, где он разбирал детали, что-то чинил и, конечно же, «культурно просвещался», смотря фильмы…       Хотя был один случай, выбивающийся из рутины.       Как-то перед закрытием неожиданно пришел прокси. Вначале Артур принял его за работягу, который только освободился и успел прийти в последний момент. А нет, он попросил «заказ не для эфира». И только тогда Артур к нему присмотрелся и понял: перед ним если и не профи из высшей лиги, то уж точно не новичок. Обычная гражданская одежда легко скрывала шрамы на руках и взгляд познавшего жизнь человека.       Клиент не ходил вокруг да около: ему, как прокси, нужен банбу для работы в кавернах.       Хозяин мастерской кивнул на такое. Чертеж банбу этой роли был одним из первых, что Артур адаптировал, потому что за основу он взял самый «простой» из вариантов. В нем автор флешки не стал ничего выдумывать для этой роли, кроме излишнего резервирования систем. Ну вот куда банбу резервирование электропитания, логической системы и эфирных датчиков по системе «2(1+1)», из-за чего и понадобился корпус банбу больше стандартного?! Используешь систему резервирования «1+1», как у банбу силовых структур (у гражданских банбу вообще нет резервирования), и уже как-то не нужен новый корпус.       Но потом адекватность и профессионализм клиента ушли, когда он выдал одно из главных требований. Он хотел, чтобы кастомный банбу был создан на основе банбу серии «Акулабу».       В любом другом случае проблем с такой просьбой не было бы. Акулабу отличается от стандартного банбу в основном только внешне: вместо зайца он выглядит, как маленькая прямоходящая двуногая акула (вот же удивительно!). Вытянутая макушка, напоминающая нос акулы; кожа, стилизованная под «акулу из Икеи»; хвост, который набит мягким материалом и служит только для украшения. И главное, у него нет кроличьих ушей банбу.       В последнем и была вся проблема. У банбу в ушах находятся датчики и антенны. Создатели Акулабу их запихнули внутрь корпуса и это не сильно влияло на его работу, ведь он создан, как банбу-разнорабочий, устойчивый к влаге, соли, коррозии — то есть способный работать у рек, озер, морей и прочих мест возле «повышенного содержания воды» (хоть и не способен работать под водой, как и любой другой банбу). Но вот банбу-проводнику запихнуть эфирные датчики внутрь корпуса нельзя: антиэфирная защита не даст им нормально работать.       Артур хотел предложить использовать стандартного домашнего банбу — их без всяких ухищрений можно переделать под нужную задачу. Да и привлекают они меньше внимание.       Но нет… «Акулы — самые крутые животные! — заявил клиент с таким видом, будто это всё объясняло. — И вообще… я себе хочу акулью тирен-жену…»       Попаданец на секунду завис от такого. Но потом понял: тут запущенный случай. Перед ним человек с фетишем и такому хрен что докажешь. От таких логика отскакивала… но такими можно было и воспользоваться, из-за чего Артур взял доплату за работу. И, разумеется, клиент согласился.       Они потом обсудили сроки, детали и прочее, пожали руки и разошлись. Но когда дверь за клиентом закрылась, Артур опасливо вытер руку об штанину и очень-очень захотел, чтобы этот прокси никогда в жизни не узнал про Эллен Джо. По его прикидкам, девчонка должна была только-только переводиться в среднюю школу, или уже там учиться.       Сам заказ Артур сделал быстро. Датчики с ушей ушли в хвост, хоть и пришлось позаботиться об их сохранности — всю остальную модернизацию было сделать проще простого.       Хоть формально у Артура не было разрешения для модернизации банбу для работы в кавернах, но нигде не было запрета на ремонт подобных. А если он может ремонтировать, то значит ему нужны данные для восстановления логики банбу и модели для тестирования после ремонта. Жаль, что с деталями так не работает… Из-за этого у Коды были официальные марселевские данные для банбу-исследователя каверн, которые она модернизировала древним, известным и проверенным временем патчем из Нижнего Интернота, а в терминале мониторинга банбу проводились около боевые условия проверки банбу-исследователя в виртуальной реальности «Марсель»… Артур иногда поражался, как работают местные законы, связанные с кавернами.       Гораздо больше времени ушло на ожидание всего необходимого.       Сам Акулабу прибыл легально — куплен через официальный магазин «Марсель». Расточительно, да и гарантия из-за модернизации слетит, но у Артура на душе будет спокойнее, если он возьмёт нового банбу для модернизации, а не банбу из Нижнего Интернота.        А вот набор эфирных датчиков… их пришлось заказывать через Нижний Интернот, потому что официальный доступ к ним у Артура отсутствует. И принес их Глашатайбу: Артур решил, раз они и так выпустили джинна из бутылки и позволили гулять на свободе, то можно его иногда нанимать (за эфирные батарейки, как и многих других банбу) для подобной работы.       Сами же датчики были «б/у» и явно не один раз побывали в каверне. Он не хотел знать, что с ними было раньше. Чистка, проверка и они оказались в банбу, а Артур решил не думать о них лишний раз.       Итогом всего этого мини-квеста стали переданный клиенту модернизированный банбу и увесистая пачка денни у Артура. Доходность этой сделки, конечно, не на уровне инвестиций в кладовки, но он не жаловался: рассчитавшись в этом месяце по всем счетам, он в небольшом плюсе и ладно. Так что парень со спокойной душой мог идти на фестиваль в честь Дня усопших, где он в кои-то веке встретится с Риной.       Вы спросите, что такое «День усопших»? Артур ответит, что и сам не понимает, кроме того факта, что это продукт культурного плавильного котла под названием «Нью-Эриду». Местные взяли американский Хэллоуин (который называется тут не так, но попаданцу есть ли до этого дело?), азиатские праздники почитания мертвых, что-то из латиноамериканского культа мертвых и африканские традиции «веселых похорон» — смешали и получили «День усопших». Праздник настолько странный, что даже интересный.       Начать хотя бы с того, что этот день — официально выходной. Хоть какие-то масштабные праздники в календаре города есть чуть ли в каждом месяце, но мало какие из них получают выходные. В этом году тридцать первое октября выпало на воскресенье, но завтрашний понедельник всё равно выходной. Как бы сильны не были корпорации, но выходной — это выходной.       Утром в день этого «праздника» местные навещают могилы умерших родственников. Ну как могилы… кто погиб в нормальном мире, обычно кремируют (если брать сам город — автономные районы обычно хоронят покойных, но процент подобного очень низкий и его можно не учитывать), из-за чего их родственники идут в колумбарии. У тех, кто погиб в кавернах, нет никаких останков и «хоронят» их в «братских могилах»: кладбища, где на огромных памятниках выбивают список имен погибших в каверне.       Артур, по понятным причинам, утреннюю часть «праздника» пропустил. Хотя было желание съездить на мемориальный комплекс в память о жертвах Падения Эриду, но не сложилось.       Это не был мемориал в том виде, который представлял себе Артур при данном слове. Просто тянущийся в бесконечность забор, который огораживает кратеры, образованные взрывом башен Шиюй: военные решили остановить расширение Нулевой каверны, не дав ей материала для расширения, из-за чего и подорвали источники энергии немалой мощности. А на каждой секции забора закреплена металлическая табличка с именем и годами жизни жертв трагедии…       Ну а вечер Дня усопших проходит совсем не так, как ожидаешь по утреннему мероприятию и названию праздника. Начинаются массовые гуляния. Различные ярмарки, концерты, театры, более личные посиделки на кухне — одним словом, люди развлекаются.       Власть в городе (а как он понял, изначально она и стояла за праздником) вырывает жителей из депрессии, а корпорации только рады это поддержать, считая прибыль.       Когда Артур узнал про это, то пребывал в замешательстве, но это быстро прошло, когда он копнул глубже: этот день символизирует не то, что «мы все умрем!», а «да, сегодня с нами не все наши знакомые, но это не значит, что мы должны быть в трауре — мы должны жить дальше, помня о них». Странная логика, но Артур её понимал. «Кадия стоит, но приняла рассыпной строй», — звучит смешно ровно до момента, когда ты окажешься на Кадии и проживешь там какое-то время.       А были ли какие-то приготовлению к празднику у самого мастера банбу? Не было бы, если не его банбу. Они решили проявить инициативу, сделав декорации своими банбу-ручками за пару дней до праздника. И разумеется это не могло обойтись без веселья.       Плащебу и Снегобу вырезали гирлянду из цветной бумаги. Драконобу вместе с Кошкобу занимались развешиванием все этого добро у входа в мастерскую с помощью стремянки и Коды, которая тогда вызвалась помочь этим двум. Правда, девушка успела пожалеть об этом.       — Чуть ниже надо, — направляла девушку Драконобу, что сузила глазки и следила за процессом.       — Да куда ниже-то? Тут держаться по-нормальному не будет, и висеть криво, — недовольно пробурчала Кода, пока смотрела, к чему ей лучше прикрепить игрушку ведьмы, которую она купила для мастерской.       Оказывается ведьмы в Нью-Эриду имеют два значения: одно классическо-сказачное, вроде местной Баба-Яги, а второе как отсылка к охотнице каверн и исследовательнице АИК «Великой Герте», которая жила много лет назад. Девушка, кстати, имела в виду первый вариант.       — Эн-не-ну-не? (А может просто выставим поделку Хозяина у входа?)       — Кошкобу, я и сама не знаю, почему он упёрся с тем, чтобы Сто семьдесят третий и дальше простаивал где-то в закромах мастерской, — высказалась она, пока пыталась всё закрепить.       — Эн-не-на! Эн-на. (Я бы спокойно его защитил! Ни один таракан не проскочил бы).       — И заснул бы ты через несколько минут, стоя у входа, как типичный охранник, — ответила машинально та, возясь с украшением.       — Эн-на-не-на. (Сказала та, чьё лицо должно быть прикреплено на месте лица сказочной ведьмы), — хмыкнул Кошкобу.       — Чего-чего там сказала наглая кошачья морда?! — возмутилась девушка, подняв взгляд с телефона на банбу.       — Эн-на! (Упс!)       — Знаешь, а идея-то неплохая использовать мисс Митник для рекламы мастерской… — констатировала Драконобу, а потом подпёрла лапкой свой экран, пока не осознала, что Кода уже спустилась со стремянки. — Но обсудим идею позже, если выживем!       И оба банбу тогда ещё долго удирали прочь от Коды, правда, она все равно их тогда выловила и долго терла кулаком их макушки.       «Вы напугали ведьму», — подумал тогда Артур, когда краем глаза следил за этим представлением через камеры мастерской. Он понимал, что всё сведётся в фарс, из-за чего сослался на работу и спрятался в рабочей зоне.       Но то было перед праздниками. А что же на них самих? В принципе, это был привычный праздничный день, когда мастерская хоть и открыта, но новых заказов не было. У Коды выходный, банбу что-то делают, а Артур занимается чем-то полезным в мастерской… Но сегодняшний день, имел одно маленькое отличие от других праздников: сегодня вечером парень шел на ярмарку.       Удивительно, но у агентства «Виктория» был какой-то пунктик, из-за которого они в этот день никогда не работали, поэтому ещё в начале месяца Рина пригласила его в парк на Двадцатой улице, где и была одна и самых крупных ярмарок этого праздника.       Сам парк был небольшим — не Центральный Парк в Нью-Йорке и не лес в черте его города, который почему-то назывался парком. Да и это был не столько парк, где природу поставили во главу угла, сколько парк аттракционов, в котором сохранили столько природы, сколько могли. Однако даже так, зелени тут было больше, чем мастер банбу видел с момента прибытия в город.       Артур очень боялся, что в парке будет тесно, когда увидел очередь на вход: большое количество народа, в основном семьи с детьми или влюблённые парочки, медленно проходили через рамки металлодетектора. В стороне от входа стояла бронемашина военных (спасибо, хоть ствол его пулемёта направлен максимально вверх), у металлодетекторов дежурили какие-то люди в одинаковой форме и с одним и тем же шевроном на плече (скорее всего, частная охрана), а вдоль ограды парка можно было увидеть патрулирующих собезовцев в усиленном варианте (один налегке, другой в броне и с оружием, а у их ног шагает банбу собезовской модификации).       Смотря на такие меры безопасности, Артур до сих пор не мог понять: местные боятся появления каверн в людных местах, из-за чего там держат вооруженных людей, или в мире есть еще какие-то террористы, помимо «Ликующих» (да и по прикидкам Артура, кавернопоклонники должны еще нескоро активизироваться)? С одной стороны, хорошо, что о безопасности заботятся, но с другой возникают мыслишки, а не понадобится ли их вмешательство именно тогда, когда он будет здесь…       Тем не менее, парень прошел проверку, сделал фотографию карты ярмарки и быстро прошел дальше, на ближайшем повороте вынырнув из потока людей. Он сверился с текущим местоположением и точкой, где его ждали, составил маршрут и выдвинулся к ней. Пару минут, и парень оказался в малолюдной части парка, где на скамейке сидела Рина.       Высокая, с длинными светлыми волосами, собранными в замысловатую косу, и красными глазами, которые даже в мягком вечернем свете выглядели слишком выразительно, чтобы быть «обычными», как она ему несколько раз говорила.       Одета празднично, но без попытки шокировать окружающих: короткая кожаная куртка, тонкая черная водолазка, которая подчеркивала грудь, тёмные джинсы с заниженной талией и легкие ботинки — красиво, дерзко, но это не скатывается в фарс. Минимум украшений — максимум ощущения, что она чувствует себя свободно.       — Не заблудился? — мягким тоном поинтересовалась Рина и встала с места.       — Не-а, — ответил Артур. — Меня вёл внутренний радар на людей с хорошим вкусом.       Она усмехнулась.       — Всё так же умеешь находить новые комплименты, но благодарна за добрые слова. С моей комплекцией сложно подобрать что-то подходящее, если не делать это под заказ. Сложно, но если удается, то результат того стоит.       — Определенно, — кивнул банбу мастер, после чего осмотрелся по сторонам, размышлял над тем, куда идти дальше. — Итак, раз уж собрались здесь, есть какие-то предпочтения на ярмарке?       Девушка отвела взгляд в сторону, явно прикидываю что-то у себя в голове. Затем, она плавно кивнула головой и ответила:       — Я организовываю много разных мероприятий. Поэтому когда оказываюсь простой посетительницей, предпочитаю не изучать ничего заранее, а просто гулять. Но я не знаю, предпочитаешь ли ты сам такое, — с некоторым сомнением озвучила Рина.       — Не беспокойся: я обычно так и хожу по подобным местам. Приятно же, когда Судьба выводит на места, которые хочется посетить… — он выдержал короткую паузу, подавляя в себе стыд и кринж из-за следующих слов. — И не одному.       Девушка оценивающе посмотрела на него. Артур был готов поклясться, но не имел доказательств, что она просматривала его насквозь. После некоторой паузы девушка что-то для себя решила, и ее тело расслабилось.       — Хорошо. Тогда позволишь стать твоим гидом случайных странствий?       — Почту за честь, — с довольной улыбкой сказал Артур и пошёл за ней, идя рука об руку.       — Тогда давай для начала перекусим, чтобы потом не отвлекаться.       — Угу, — парень не стал возражать, да и ему стало любопытно, чем тут кормят.       В зоне с едой была чуть ли не вся кухня родного мира Артура. По крайней мере, он так думал. Тут везде что-то жарилось, парилось или заворачивалось в бумагу и при этом многое было ему знакомо по роликам про другие страны его родного мира. Хотя он и сомневался, что в его мире такая еда называлась так же.       Рина остановилась у «мексиканской» кухни и взяла порцию «тако» с угрём и острым манго-соусом. Артур посмотрел на это и опасливо сглотнул: это было слишком дико для него. Поэтому он взял тако со свининой и «фирменным» соусом. Уже получая заказ, Артур узнал, что фирменный соус состоял из заправки, лайма, тмина и немного перца чили. Довольно вкусно, хоть и острее, чем хотелось бы, да и на это ушло больше, чем он обычно тратил на еду в день. Но, с другой стороны, у него с собой было ровно столько налички, сколько он готов был потратить. Да и нужно себя иногда гладить по голове.       Ели на ходу, лавируя между людьми, световыми инсталляциями и временными павильонами. Артур с интересом за всем наблюдал: он никогда не был на таких мероприятиях. Разумеется, он бывал на городских гуляниях, да в маленьких поселках — это всегда было интереснее, чем в больших, но тут была своя атмосфера. Она не лучше и не хуже — просто, другая.        Рина же в это время комментировала всё коротко и интересно, пока Артур больше слушал и впитывал дух веселья. Нередко тут можно было заметить костюмированных людей, одетых в самые разные одежды и костюмы, не без очевидных отсылок вроде призраков, вампиров, ликантропов, ведьм и других различных мифических или сверхъестественных существ. Кто-то разукрашивал лицо гримом; кто-то носил маски. Как взрослые, так и дети, явно наслаждались происходящим праздником, от чего уже и у Артура начало появляться ощущение вовлеченности.       Неожиданно, Рина остановилась у лавки с игрой, где стоял деревянный стенд с ячейками и нужно было дротиками из дартса лопнуть шарики.       — Давно же я не играла в эту игру, — сказала она Артуру, но смотрела при этом на то, как какая-то девочка пыталась выиграть в игре. У неё получилось лопнуть только два шарика, за что она получила утешительный приз. — Не возражаешь?       — Рина, ну что это за вопросы? — с наигранным возмущением сказал он. — Мы тут развлекаемся! Тем более, мне очень интересно узнать, насколько у тебя хорошая точность.       Та хмыкнула, и они подождали, пока следующий игрок закончит свою попытку. Парень, который сейчас играл, просто не мог попасть по шарам, из-за чего другие парни из его группы над ним посмеялись, а потом они ушли. Рина же заплатила за игру и получила в руки дротики.       Артур был удивлён, ведь даже его дилетантский взгляд заметил, что в её стойке был профессионализм: ноги расставлены на ширине плеч и слегка согнуты, корпус наклонен чуть вперед, локоть зафиксирован, а броски делались с отработанной точностью и плавностью. Жаль только, что кончики половины дротиков были явно затуплены: хоть Рина и попала во все шарики, но не все лопнули. За свою попытку она получила металлический брелок звезды.       — Я и не знал, что дартс — это аристократическая игра, — в шутку сказал Артур, когда они пошли дальше.       — На работе научилась играть, — ответила та, убрав брелок в карман куртки. — На базе «Виктории» есть комната отдыха, а там кто-то повесил дартс. Я попробовала, мне понравилось, и я принялась за небольшие попытки изучить, как нужно правильно кидать. За что бы мы ни взялись, необходимо придерживаться высоких стандартов даже в тех вещах, которые для нашей основной деятельности не являются существенными.       Дальнейший путь вывел парочку к тиру. И Артур тут остановился.       Вполне себе презентабельные фигурки разного рода эфириалов были подвешены или закреплены на стенде: аплеки, гоплиты, тюрфинги, хати, гоблины, дюллаханы и танатосы. И чем крупнее была цель, тем она находилась дальше. И это подогревало свой интерес.       Во-первых, мальчики любят оружие. Во-вторых, слух его не подвел — в тире использовалось страйкбольное оружие.       Если коротко, то страйкбольное оружие (или просто «привод») — это маломощная воздушка, которая стреляла маленькими, легкими, пластиковыми шарами.        Артур в студенческие годы занимался страйкболом на полупрофессиональной основе, и даже какое-то время был исполняющим обязанности командира. Хорошее было время, да и тогда он был на пике формы…       После секундной слабости на меланхолию, он уже собирался идти дальше, но посмотрел на призы. В основном, тут были дешевые мягкие игрушки различных животных. Но среди них как-то затесалась игрушка плюшевого стереотипного призрака. И он-то приглянулся Артуру.       Они встали в очередь. И тут-то всплыл опыт «старика». Артур заметил, что почти у всех шарик уходит выше цели — хоп-ап перекручен. Да и хлопки «выстрелов» были глухими и тихими: аккумулятор скоро сядет.       И вот дошла до него очередь. Он оплатил попытку. Правила тира были простыми: три пристрелочных выстрела, а потом десять идут на результат; чем дальше цель, тем больше очков получаешь за попадание. Привод, который очень подозрительно напоминал старый добрый «калаш» (полностью из пластика, да и имел в новом мире новое название), привычно сел в руку, а Артур принял отработанную стойку.       Первый выстрел.       Шар попал ниже и чуть правее ближайшей мишени в виде эфириала с лезвиями вместо рук. Прицел надо взять немного повыше и левее.       Второй выстрел.       Шар попал четко в точку, которая изображала эфирное ядро этой твари. От этого мишень и упала.       Третий выстрел.       Еще один шар перевернул самую дальнюю мишень в виде танатоса, телепортирующегося эфириала, который попил Артуру кровушки на самом старте игры.       Дальше всё пошло как по маслу. Всеми выстрелами он попал в мишени-эфириалов, но к сожалению из-за разряженной батареи не все мишени перевернулись после попадания — энергии шариков не хватало для этого. Артур цокнул от такой несправедливости, но лавку от скандала спасло то, что он выбил необходимое количество очков для нужного приза. Артур выбрал игрушечного призрака и, не делая из этого события, протянул Рине.       — За хорошую экскурсию, — сказал он. — Думаю, будет справедливым, чтобы твой труд был вознаграждён.       Она посмотрела на игрушку, потом на него, и улыбнулась, принимая подарок.       — Спасибо тебе, Артур, — она звучала довольной таким жестом внимания. — А ты умеешь преподнести сюрпризы…       — Главное было понять принцип, а в целом, ничего сложного, — махнул он рукой. Для него самого было приятно, пусть и ненадолго, но ощутить чувство удовлетворения от стрельбы.       После тира, они продолжили бродить по ярмарке без чёткой цели. Просто шли, позволив толпе нести себя вдоль дорожек, мимо ярких огней и павильонов. Разговор тек сам собой, прерываясь комментариями об увиденном.       И тут Рина замедлила шаг.       — Смотри, — сказала она, кивнув в сторону.       В стороне от основной аллеи, на относительно тихом участке, стояла группа людей в одинаковых одеяниях: черный низ и оранжевый верх. У них была какая-то неуловимая одинаковая выправка. И запах «китайщины», который чувствовался даже на большом расстояние. Они не зазывали посетителей, как другие, не пытались иначе привлечь к себе внимание. Они просто были где-то на фоне. Полноценный остров спокойствия среди ярмарочного хаоса.       Артур их узнал: ученики школы боевых искусств горы Юнькуй. И он не понимал, что они здесь забыли.       Классические «шаолиньские» монахи из второго сезона игры, чьё уся и сянься были парню по горло в своё время, ведь без культиваторов, которые всё испортили, было почему-то никак нельзя.       Ну а если не обращаться к метазнаниям парня, то они являлись закрытой боевой школой с полуострова Вайфэй, известной своей дисциплиной и внутренней иерархией. А также очень хорошей манипуляцией с эфирными потоками, что делало их весьма полезными против скверны, одного из видов эфира. Да, оказывается эфир и эфириалы в разных кавернах отличается друг от друга, но не настолько сильно, чтобы мастер банбу в своих чертежах это учитывал — различия интересны больше АИКу, чем кому-либо еще.       — Это же школа Юнькуй? И они в Нью-Эриду? — удивлённо произнесла Рина. — Странно. Обычно, они дальше Вайфэя не уходят.       Артур же молчал и про себя кривился. Ему не нравилась китайская тема. Не на уровне осознанной неприязни, а глубже, как неприязнь к звуку треска пенопласта об пенопласт. Культура, мифология, ритуалы — всё это казалось ему либо выхолощенным, либо перегруженным символами. Особенно ему не нравилась школа Юнькуй из-за того, что они вместе с собой принесли в игру. Он пришёл в игру из-за городского сеттинга и около современных технологий, а не вот это всё.       Но вслух он этого, разумеется, не сказал.       — Видимо, — вместо этого произнёс он, — все глупцы, готовые заниматься их «духовными практиками» там, уже закончились. Вот и пришли сюда, расширять рынок. Иначе я не пойму, что им тут могло понадобиться, если каких-то вспышек и роста каверн нет, если я правильно помню.       — Не ожидала от тебя такой реакции, — задумчивым тоном произнесла она. — Они как-то повлияли на твою жизнь?       — Как бы тебе сказать, — задумчиво произнес Артур. — Просто… они мне не нравятся. А я привык доверять чутью. И оно говорит, что от них ничего хорошего ждать не стоит.       — Допустим, — Рина явно была этим недовольна. В её взгляде мелькнуло что-то дьявольское, от чего Артуру стало немного не по себе. — Тогда пойдём и поговорим с ними. Лично. Может, твоё чутьё ошибается.       И, не дожидаясь возражений, потянула его за руку, из-за чего удивился парень, явно не ожидавший такого. С другой стороны, он осознавал, что его менталитет сильно отличался от местных, и открытая честность — это не всегда лучший вариант донести своё мнение.       Подойдя ближе, они увидели, что монахи устроили сразу три активности.       Первая. Лавка со всякой всячиной: амулеты, деревянные фигурки, травяные сборы, свитки с каллиграфией. Всё выглядело аккуратно и, как ни странно, вполне качественно. Судя по табличке, всё было изготовлено в их храме.       Вторая. Они проводили открытые курсы их «практики». Небольшая площадка, где двое учеников медленно демонстрировали движения: плавные, выверенные, почти гипнотические. Несколько зрителей даже повторяли за ними в меру своих сил.       И третья — отдельный шатёр… с гаданием.       Рина остановилась именно на нём.       — Ух-ты! Пойдем посмотрим! — сказала она с лёгкой улыбкой. — Интересно же.       Артур поморщился. Гадания он не любил. Не из-за китайской темы. Он вообще его не любил. Это жалкая попытка преступников нажиться на доверчивых людях.       — Ладно, — вздохнул он, видя необъяснимый интерес Рины. — Но с условием.       — И каким же?       — Мы идем раздельно и не будем узнавать «нашу общую судьбу». Отношения между людьми зависят от людей, а не от палочек, карт или благовоний.       То, что Рина спросила бы у шарлатана про второе, он сомневался, а вот первое было больше для её же блага, чтобы его кислая мина не портила ей момент.       Девушка на секунду задумалась и кивнула. Она оплатила вход и скрылась внутри шатра. Ткань мягко колыхнулась, отрезая её от шума ярмарки. Артур остался снаружи, рассматривая товар культиваторов.       Время тянулось медленно, будто нарочно. Но пытка закончилась и Рина вышла. Лицо у неё было спокойное, но в глазах читалось что-то задумчивое. Она ничего не сказала — просто жестом пригласила внутрь.       Артур заплатил парню на входе, выдохнул и шагнул внутрь шатра.       И первым делом удивился.       Не тому, что увидел, а тому, что он не увидел.       Тут не было ни настоятельницы этой школы, ни «грозной» тирена-тигрицы, ни панды-зверочеловека. Гадалкой была какая-то неизвестная девушка, а не канонный персонаж игры. Странно, а он ведь думал, что столкнется тут с кем-то из них.       Попаданец мысленно пнул за это Судьбу. Такой шанс, а она его упустила! Могла бы подкинуть хоть кого-то значимого, раз уж затащила его в этот цирк с гаданиями. Видимо, экономила ресурсы для будущих подлянок.       Сам шатёр внутри выглядел именно так, как он и ожидал. От этого было ещё хуже. Низкий столик из тёмного дерева, резные деревяшки на нем с символами, которые он не знал, но был уверен, что они означают «гармония», «путь», «дыхание мира» и прочая культиваторщина. Тонкие благовония тлели в керамической чаше позади девушки, а воздух был густым и сладковатым. На стенах весели свитки с каллиграфией и схемами, напоминающими одновременно меридианы тела и карту города, если смотреть на неё слишком долго.       Гадалкой была неизвестная молодая девушка с серыми короткими волосами. Ей не больше двадцати, из-за чего она не выглядела внушительно. Одета в простую одежду школы Юнькуй, без украшений и знаков статуса.       — Моё имя Цинъюань, — сказала она мягко. — Я младшая ученица школы горы Юнькуй.       Артур не стал представляться. Просто сел напротив, положив руки на стол.       Цинъюань, казалось, это нисколько не смутила его скрытая грубость.       — Протяните руку, — попросила она.       Он протянул левую.       Её пальцы были тёплыми и сухими. Она взяла его ладонь осторожно, будто держала не руку, а хрупкий предмет. Некоторое время они молчали, а потом она заговорила:       — Хорошая сегодня погода, безветренная.       Артур поморгал несколько раз и наморщил лоб от непонимания: причем здесь это? Но по взгляду Цинъюань было понятно, что от него ожидали ответа.       — Угу, неплохая, — коротко бросил он.       — Ещё и место подобрали удачное: эфирные потоки в этом месте весьма стабильны, и способны завлечь людей для проведения торжества. Пусть и о столь горьком для жителей Нью-Эриду. Однако, не стоит и забывать о радости того, что мы имеем, и с кем способны перенести все тяготы жизнь дальше, — говорила она, пока проводила пальцами по линиям на ладони Артура.       — День мертвецов, а радуемся этому, как празднику, — иронично высказался Артур и хмыкнул.       Девушка не отреагировала на его реплику, сосредоточившись на анализе ладони.       — Много что происходит по разным причинам, — спокойно продолжила говорить Цинъюань. — Прошлое. Настоящее. Будущее. Люди зацикливаются на разных вещах. Но больше всего, они желают знать, что будет дальше. Какие грядущие события случатся с ними. Хотя, на самом деле, они знать подобного не хотят. Знание этого может пугать ещё больше, чем хождение в темени, где нет даже маленькой свечи, что будет освещать путь.       Артуру эти слова казались уж больно туманными, загадочными. Какая-то проверка? Он ожидал услышать о линиях судьбы, о том, что его ждёт впереди, или просто несуразицу… А не вот это всё. Правда, действительно ли его проверяют или нет, парень не понимал.       — Мы сами в ответе за свои поступки, — произнёс парень. — Вариаций событий может быть сколько угодно, но Судьба все равно пойдет лишь по одному из путей.       — Не без этого, — Цинъюань согласно кивнула на его слова. — Однако, не все из того, что происходит вокруг нас, подвластно нашему влиянию. Необходимо уметь адаптироваться к событиям, а не давать реке нести себя по течению.       — Иногда, другого варианта может просто и не быть… — произнёс парень, сам того не поняв, как странно и естественно тёк разговор.       Возникла пауза. Девушка вглядывалась в линии что-то беззвучно говорила вслух. Артур заговорил:       — А можно сделать всё иначе?       Цинъюань подняла взгляд.       — Иначе? — переспросила она.       — По-другому гадать, — уточнил парень. — Не по руке. Не на палочках и дощечках, а на чем-то понятном. Например… карты Таро. Расклад трёх карт на прошлое, настоящее и будущее.       Она моргнула. Один раз. Потом второй. А затем усмехнулась.       — Интересно, — сказала она наконец. — Вы скептически относитесь к нашей практике, и пришли сюда только из-за своей девушки. Но при этом знаете о гаданиях больше, чем многие посетители, которые искренне хотят приоткрыть тайны будущего.       — Это для того, чтобы быть готовым, как тебя будут обманывать, — фыркнул он в ответ.       — Вы уже оплатили наш сеанс. У вас нет желания хотя бы узнать, как именно вас «обманут»? — произнесла она ровным голосом.       Потом девушка встала, не торопясь, подошла к небольшой сумке у стены и достала оттуда картонную коробку.       Теперь пришло время удивляться Артуру. Девушка открыла коробку и достала оттуда колоду карт, видавшие лучшие годы. И на нижней карте колоды был нарисован человек в яркой одежде. Ниже подпись: «Шут».       — Нет большой разницы, как гадать, — продолжила Цинъюань, возвращаясь за стол и на ходу перемешивая колоду. — Все способы обращаются к одному будущему. Но каждый показывает его со своей стороны.       Она аккуратно положила колоду на стол.       — Давайте я это объясню на понятном вам примере, — сказала она, чуть наклонив голову и посмотрев прямо ему в глаза. — У вас есть большая база данных. Вы можете дать ей разные запросы и получить разные результаты. Но данные от вашего запроса не меняются — меняется только то, какую информацию вы получите. Настоящий предсказатель должен уметь использовать разные способы обращения к будущему и интерпретировать разные варианты ответа.       — Удивительно, что вы объясняете какую-то оккультную практику таким современным примером, — усмехнулся Артур, скрывая свое удивление.       — Исюань-шифу считает, что традиции — это важно, но мы не должны отбрасывать современный прогресс, — ответила Цинъюань, поправляя колоду Таро. — Мы же не религиозная секта, а всего лишь практики философского учения.       Артур хмыкнул. Похоже, эта девушка была куда интереснее, чем он считал.       — Давай начнем.       Цинъюань подвинула колоду ближе к Артуру и сказала:       — Снимите.       Он сделал это без всякого пиетета перед картами — просто сдвинул центр колоды к ней, словно бы они собирались играть в дурака. Гадалка переместила вытянутые карты наверх колоды и начала расклад на три карты.       Прошлое. Настоящее. Будущее.       Она вытянула первую и положила её лицом вверх.       

Смерть

      Артур внутренне хмыкнул. Ну конечно. Если уж гадать, то без полумер!       — Эта карта редко говорит о трагедии как о событии, — спокойно начала девушка. — «Смерть» в прошлом — это не гибель, а трансформация. Резкая и необратимая. Человек прошёл через что-то, после чего вернуться к «как было» уже невозможно.       «Иногда «смерть» — это просто смерть», — лениво подумал Артур. Он попаданец. Да и прошлый владелец тела, если уж на то пошло, был вполне себе мёртв. Карта говорила буквальнее некуда.       — В вашем случае… — она продолжила, на секунду задержав взгляд на карте, — мне кажется, что эта трансформация связана с тем, что вы увидели, что находится по ту сторону жизни.       Она подняла на него глаза.       — Вы уже умерли однажды. И теперь продолжаете жить дальше.       — С чего… — начал он и тут же остановился, подбирая слова. — С чего такая трактовка?       — Это секрет нашей школы, — Цинъюань едва заметно улыбнулась, явно довольная тем, что смогла удивить скептика.       Ответ был настолько ожидаемо уклончивым, что Артур даже не стал спорить. Но внутри что-то неприятно щёлкнуло, словно гадание вдруг перестало быть безобидным развлечением.       Девушка вытянула вторую карту.       

Маг.

Перевёрнутый.

      Цинъюань скривилась — впервые за время общения.       — В прямом положении «Маг» — это уверенность в себе, способность адаптироваться, использовать ум и хитрость, чтобы находить выход из сложных ситуаций. Это человек, который управляет инструментами, а не наоборот.       Она перевела взгляд на перевёрнутую карту.       — Но в таком виде… это уже другое. Это победа любой ценой. Не обязательно, что она будет вымощенная головами противников — скорее выбор без альтернатив. Победа или смерть. Когда человек идёт вперёд не потому, что видит путь, а потому что остановка кажется ему худшим исходом.       Девушка помолчала и добавила:       — Такой Маг часто уверен, что контролирует ситуацию, даже когда это давно не так.       Артур нахмурился, но ничего не сказал. Он и без гаданий слишком хорошо понимал всё сказанное.       Третья карта легла на стол почти торжественно.       

Справедливость.

      Цинъюань выдохнула.       — Это символ завершения, суда и воздаяния по заслугам. Обычно «Справедливость» в будущем — хороший знак. Она говорит о восстановлении равновесия, о том, что всё встанет на свои места.       Но было какое-то «но» и Артур прекрасно это понимал. Они посмотрели на предыдущие карты       — Но в сочетании с ним… — она показала на перевернутого «Мага». — Я боюсь, что речь идёт не о награде, а именно о воздаянии. О последствиях. О том, что цена решений будет взыскана полностью. Я советую вам думать о своих действиях. Не о намерениях — о действиях, о том что вы сделаете. И особенно, какие цепочки событий они запустят.       Артур молчал несколько секунд. Потом усмехнулся сухо, без веселья.       — Звучит так, будто выбора у меня и нет.       — Выбор есть всегда, — ответила она спокойно. — Просто иногда он между плохим и очень плохим.       — Зло — это зло, — сказал он цитату, которая сама напрашивалась в такой ситуации. — Меньшее, бо́льшее, среднее — всё едино, пропорции условны, а границы размыты. Я не святой отшельник, не только одно добро творил в жизни. Но если приходится выбирать между одним злом и другим, я предпочитаю не выбирать вообще.       — Хорошие слова. Жаль, что в жизни редко получается не выбирать вообще.       — Судьба та еще сука, раз «не выбирать» — это тоже выбор, — вздохнул Артур и встал из-за стола.       — Но никто не говорил о том, что нельзя самому создать свой выбор, — произнесла Цинъань, от чего Артур уже глянул на неё со смешанными эмоциями. — Как и забывать о том, что и у такого пути может быть слишком высокая цена.       Парень ничего не ответил на это и лишь попрощался:       — До свидания.       — Берегите себя, — попрощалась с ним Цинъюань.       Он вышел, ощущая странную смесь раздражения и тревожной ясности. Гадание ему по-прежнему не нравилось. Даже больше, он его ещё сильнее возненавидел. Но, к его собственному неудовольствию, часть сказанного была слишком точным, чтобы просто отмахнуться. Просто так ничего не бывает.       Артур начал щуриться от света ярмарки, будто из другого мира пришёл. Опять… Шум, запахи, голоса — всё навалилось разом, и ему понадобилось время, чтобы адаптироваться обратно.       Рина ждала его у лавки школы. В руках у неё был небольшой свёрток: аккуратно перевязанный бечёвкой мешочек из плотной ткани.       — Купила травяной сбор, — сказала она, заметив его взгляд. — Помогает уснуть, а также помогает с головной болью. Они уверяют, что эти проблемы от одного и того же, из-за чего поможет в обоих случаях.       Рина посмотрела на него внимательнее и прищурилась.       — Почему ты такой задумчивый? Всё в порядке?       — Знаешь, — Артур усмехнулся, но без обычной иронии. — Раньше я терпеть не мог психологов. Они сначала прощупывают почву, а потом начинают говорить ровно то, что найдёт отклик у их цели. Теперь в этот список можно смело добавить и предсказателей. Делают то же самое, только с картами и дымом. Они анализируют человека, а потом интерпретируют «результат» гадания так, чтобы он зацепил.       Они начали постепенно удаляться от монахов и их палаток. Музыка стала громче, огни — ярче.       — Я думаю, что ты либо врёшь, либо не понимаешь, что врёшь, — продолжила Рина после паузы. — Ты просто боишься людей, которые могут понять тебя лучше, чем ты сам.       — Фобия — это не боязнь чего-то, — сказал он. — Это презрение.       — Хорошо, — она усмехнулась. — А что ещё ты «презираешь»?       — Стоматологов, — не задумываясь ответил он. — Они не ищут проблем и не пытаются их вылечить. Они зарабатывают на них.       — А если честно?       Парень вздохнул.       — Моя первая девушка училась на стоматолога. Мы расстались… не на лучшей ноте. А уже после этого, я сам пошёл к стоматологу и понял, сколько на самом деле стоят здоровые зубы.       Рина рассмеялась тихо, без насмешки.       — Вот видишь, гнев не стоит того, чтобы ему поддаваться.       — Да знаю я, просто… — Артур подбирал слова, но девушка дополнила.       — Просто не злись на то, что не подвластно контролю. Лучше подумай над тем, что ты можешь улучшить уже из имеющегося.       Артур выдохнул.       — Умеешь ведь одной фразой успокоить. Спасибо.       — Рада помочь, — на её устах осталась лёгкая улыбка.       Они ещё немного побродили по ярмарке, пока в какой-то момент не остановились у колеса обозрения. Честно говоря, Артур видел колеса и побольше, и не только в столицах: это вызывало лишь ощущение дешёвого развлечения где-то на море. Но он всё равно пригласил туда Рину и та согласилась.       Очередь была длинной, но терпимой. Когда они наконец оказались в кабинке, разговор сам собой затих. Город под ними постепенно раскрывался: ночной Нью-Эриду, усеянный огнями, жил и праздновал. И этому даже не мешали сферы каверн, светящиеся зловещим фиолетовым светом, словно звезды, выросшие на земле.       На верхней точке колеса кабина на мгновение замерла.       — Артур, — неожиданно сказала Рина тихим, но уверенным тоном — Не хочешь… попробовать этот чай вместе со мной?       Есть один секрет, о котором женщины не знают. Мужчины понимают намёки. Просто не всегда на них отвечают. Иногда, потому что не хватает опыта, чтобы расшифровать их достаточно быстро. Иногда, потому что делают вид, что не поняли. Но Артур был достаточно опытен, чтобы понять, к чему могла вести девушка, и не имел никаких возражений.       — Почему бы и нет, — ответил он. — Только надо будет купить что-нибудь к чаю, не просто же так его пить.       Рина улыбнулась, и этого вида было достаточно Артуру, чтобы почувствовать удовлетворение на душе.       «Даже если «Смерть» привела меня в этот мир, а перевернутый «Маг» направит меня на кривую дорогу, в конце которой меня будет ждать «Справедливость», которая решит достоин я ли «Солнца», «Звезд», «Умеренности» или «Дьявола»… это не значит, что не буду пытаться изменить предначертанное», — смотря на девушку подумал Артур.       Он хоть и не хотел этого, но уже показал средний палец прошлому миру и Судьбе, которая им управляет, самим фактом переноса в другой мир. Что мешает это повторить в отношении нового мира и местной Судьбы?       Только собственное неведение.