Глава 12

— Гермиона бы давно во всем разобралась, — раздраженно проворчал Рон. — Я знаю, — Гарри снял очки и начал устало протирать стекла. — Если я еще раз напишу Р.А.Б. клянусь, я увижу его во сне… Джинни закатила глаза и выхватила пергамент из рук парня: — Я думаю, мы должны согласиться с Гермионой, что этот Р.А.Б. принадлежал Блэкам. Инициалы совпадают и подтверждают то, что было написано на портрете Дамблдора. Так что Гермиона, вероятно, справедливо полагала, что Регулус Блэк был наиболее подходящим кандидатом… — Потому что он был Пожирателем смерти, который, по словам Сириуса, покинул ряды Пожирателей смерти, — Гарри надел очки и снова взял в руки пергамент. — Возможно, он узнал все о крестражах, а затем прихватил один из них, когда пытался сбежать. — Но он мертв, — пробормотал Рон. — Что ж, как всегда, твой талант заявлять о вещах, которые и так очевидны, просто непостижим, — ответила его младшая сестра. Рыжеволосый парень бросил ей скомканный лист пергамента: — Я имею в виду, что если это действительно так, то Сам-знаешь-кто либо вернул крестраж, либо Блэк спрятал его перед смертью. — Или он отдал этот крестраж кому-то, — добавил Гарри. — И, возможно, именно к этому человеку Регулус обратился за помощью. — Возможно… — Рон, на этом пергаменте полно рисунков по квиддичу! — Ой! — Рон вскрикнул, когда Джинни ударила его пергаментом по голове. — Хотя это мило… Сьюзен, — рыжеволосая улыбнулась своему старшему брату и бросила бумагу Гарри, не позволив Рону выхватить ее. — Ты собираешься прямо сейчас написать письмо «миссис Сьюзен Уизли», как какой-нибудь второкурсник из Пуффендуя? Гарри ухмыльнулся: — Какой-нибудь второкурсник из Пуффендуя. Цвет лица Рона почти соответствовал цвету его волос: — Убирайся. И вообще, слышал бы ты себя, Гарри, когда писал стихи для Джинни. Это отвратительно. Гарри незаметно улыбнулся девушке, она улыбнулась ему в ответ, увидев это, Рон начал притворяться, будто ему плохо. — Если бы только близнецы могли видеть вас сейчас, — лукаво пропел младший Уизли. — Рончик и его влюбленная девушка… Гарри не мог сдержать улыбки, наблюдая, как его лучший друг в шутку препирается с сестрой. Сьюзен определенно оказала сильное влияние на Рона. Они начали постепенно сближаться после похорон Дамблдора. Девушка потеряла не только директора. Она тосковала по родственникам, погибшим от рук Пожирателей смерти. Вскоре после этого дом Боунс был разрушен, и они были вынуждены искать убежища в Хогвартсе. Было очевидно — по крайней мере, для Гарри — что Сьюзен заинтересовалась Роном после того, как он утешал ее прошлым летом, когда они все были измучены. Однако, в то же время, Рон все еще был увлечен Гермионой, и Лаванда тоже пыталась привлечь его внимание. И хотя все друзья были бы рады, если бы Рон и Гермиона сблизились, этому не суждено было случиться. Летом Гермиона призналась Гарри, что больше не любит Рона, но понятия не имела, как сказать ему об этом, если он наберется смелости и пригласит ее на свидание. В конце концов, опасения оказались напрасными. После нападения на Гермиону теперь уже Сьюзен приходилось утешать Рона, и вскоре пара буквально приклеилась друг к другу. Или, скорее, присосалась. Гарри не совсем одобрял то, как они стали парой — отчасти потому, что Сьюзен, казалось, стремилась извлечь выгоду из недееспособности Гермионы, отчасти из-за легкости, с которой Рон отверг девушку, в которую, как он всем говорил, был влюблен с двенадцати лет. Однако Сьюзен и Рон, казалось, подходили друг другу. Она успокоила его беспокойную натуру, а он помог ей обрести надежду на лучшее. На самом деле Сьюзен гораздо больше подходила Рону, чем Гермиона. Прежде чем перепалка Уизли достигла своего предела — в этот момент Рон брезгливо отряхивал грязь со своей мантии, а Джинни бормотала заклинания, пытаясь избавиться от синего цвета, который приобрели ее волосы — Гарри вернулся к делу. Гермиона также предположила, что Андромеда Тонкс, урожденная Блэк, или Альфард Блэк, дядя Сириуса, также могли быть Р.А.Б. С тех пор как их имена были стерты с генеалогического древа на площади Гриммо, они вполне могли пользоваться вторыми именами, а их имена могли начинаться на букву «Р». Однако Тонкс рассказала гриффиндорцам, что полное имя ее матери было Андромеда Лириопа Блэк. Внезапно Гарри вспомнил слова Нарциссы Малфой, сказанные несколько дней назад: — Андромеда… отказывалась избегать своего любимого брата и не позволяла остальным слизеринцам изводить его. Она помогала Сириусу. Значит, она могла помочь и другим молодым Блэкам? Регулусу, Беллатрисе или Нарциссе? — Гарри! — крикнула Джинни ему вслед, озадаченная тем, что парень внезапно вскочил и выбежал из комнаты. — Миссис Малфой! Миссис Малфой! — Гарри, я уже просила тебя называть меня… — Нарцисса замолчала, заметив напряженное выражение на лице гриффиндорца, и отложила книгу. — В чем дело, дорогой? — Ваша сестра — я имею в виду Андромеду — когда-нибудь помогала вам? Вы когда-нибудь просили ее о помощи? В любое время, но меня особенно интересует период падения Волан-де-Морта. Нарцисса удивленно подняла брови, но все равно ответила: — Ну… да. Однажды, когда Драко был совсем маленьким, он сильно заболел… Я беспокоилась о нем, но Люциусу было все равно: он был слишком занят, стараясь угодить своему хозяину. Ни один волшебник не придет в дом к Пожирателю смерти… но Андромеда решила это сделать, хотя мы не разговаривали десять лет. И все же… она была Тайной хранительницей дома в Индии, где мы с Драко прятались. Гарри широко улыбнулся: — Спасибо, миссис, э-э, Нарцисса. Вы мне очень помогли. Он направился обратно в библиотеку, куда Джинни и Рон собирались последовать за ним. — Мы должны спросить Тонкс, можно ли нам познакомиться с ее матерью. Андромеда Тонкс была невероятно похожа на старшую сестру Беллатрису и покойного брата Сириуса — черные как смоль волосы, глубоко посаженные темные глаза, изящная фигура и аристократические черты лица. Поскольку, в отличие от своей сестры, она не была в Азкабане, ее красота осталась прежней. Только спустя некоторое время Гарри смог заметить некоторое ее сходство с Тонкс. — Нимфадора, дорогая, — протянула Андромеда, заставив дочь вздрогнуть при звуке ненавистного имени. — Мистер Поттер, мистер Уизли. — Миссис Тонкс, — вежливо пробормотали они оба. — Как Римус? Он уже сделал тебе предложение? — Мам! — прошипела Тонкс, и ее волосы от смущения быстро сменили цвет с оранжевого на розовый. Андромеда украдкой улыбнулась гриффиндорцам, отчего они сразу же стали похожи на непослушныъ подростков, и они не смогли удержаться от ответных улыбок. — Боюсь, мне нравится заставлять краснеть собственную дочь. Итак, мальчики, что бы вы хотели выпить? Десять минут спустя они уже сидели на террасе, держа в руках бокалы со сливочным пивом. После обычного обмена любезностями Гарри перешел непосредственно к цели визита: — Миссис… Тонкс, ваш покойный брат Регулус когда-нибудь обращался к вам за помощью? Андромеда приподняла темную бровь и бросила быстрый взгляд на дочь: — Да, мистер Поттер, обращался. Незадолго до его смерти. Но это наше личное дело. — Мама, не могла бы ты сказать конкретнее? Это очень важно для Ордена. Пожилая волшебница вздохнула: — Вы с отцом сговорились уничтожить во мне все слизеринское. Тонкс улыбнулась. — Продолжай надеяться на лучшее. Андромеда снова посмотрела на Гарри: — Мы с Регулусом никогда не были близки. Я была намного старше его и всегда гораздо лучше ладила с Сириусом, у которого, мягко говоря, были плохие отношения с братом. Регулус был… — она замолчала, погрузившись в размышления. — Должна сказать, мой племянник очень напоминает мне его. — Малфой? — выпалил Рон. Она задумчиво кивнула: — Регулус был умным, симпатичным мальчиком, которого обожали его родители, которые баловали его. Он верил всему, чему его учили. Он гордился своим происхождением и увлекался Темными искусствами. Он считал большой честью быть принятым в ряды Пожирателей смерти в юном возрасте вместе со своим другом Северусом Снейпом. Однако, в отличие от Северуса, Регулус никогда раньше не сталкивался с настоящим насилием и не был готов к тому, что входило в обязанности Пожирателя смерти. До того, как присоединиться к Пожирателям смерти, он даже не был способен причинить кому-либо серьезный вред, не говоря уже о хладнокровном убийстве человека. Но на него не оказывали давления, как на Драко, чтобы он совершил насилие. Он был искусно вовлечен в это. Сначала он просто наблюдал… затем он поспешно убивал магглов… затем он практиковал на них непростительные действия… и так далее. Постепенно он преуспел, позволив своим амбициям возобладать над совестью… пока Тот-кого-нельзя-называть-по-имени не поручил ему задание, которое Регулус просто не смог выполнить. Он рассказал мне все это, когда однажды вечером внезапно появился на пороге моего дома. Я не видела его с тех пор, как он был мальчиком, поэтому его появление было для меня полной неожиданностью. Он сказал, что его хозяин приказал ему убить… моего мужа-маггла и моего, как он выразился, щенка-полукровку… и тем самым наглядно показать другим волшебникам, какая судьба ожидает всех предателей крови, — женщина замолчала и мрачно посмотрела на гриффиндорцев. — Подавать пример означало пытать и насиловать меня, мистер Поттер. Юных волшебников, казалось, тошнило при мысли об этом, Тонкс выглядела разъяренной. — Регулус не мог этого сделать. Он сказал, что насилие — это варварство, а также что чистокровных нельзя уничтожать из-за их убеждений. Затем он пришел предупредить меня. Он также добавил, что больше не будет Пожирателем смерти… что у него есть козырь, и Лорд не хотел бы, чтобы Орден что-либо знал об этом предмете. Регулус был настолько убежден, что это сработает, что отправился на встречу с Пожирателями смерти, планируя заставить их принять его предложение относительно Сами-знаете-кого… но они убили его. Гарри сдавленно вздохнул. В таком случае, Пожиратели смерти забрали медальон с собой. Вероятно, они не знали, что это такое, и поэтому либо продали его, либо он хранился у кого-то другого. Кто знает, где он сейчас?.. — Я надеюсь, — добавила Андромеда, — что они не знали, что Регулус украл это у своего хозяина. — Вы… Вы знаете, что он сделал с этим предметом до этого? — спросил Гарри. — У меня не было желания вмешиваться в планы моего брата. Пожиратель смерти или нет, Регулус был опасным человеком. Более того, в те мрачные времена у меня были муж и маленький ребенок, о которых мне нужно было заботиться. Хотя… Регулус оставил мне ключ от сейфа в Гринготтсе. Андромеда внезапно окинула гриффиндорцев внимательным, истинно слизеринским взглядом. — Я хочу вас кое о чем спросить, мистер Поттер. Какова позиция Министерства в отношении моей сестры и племянника? — Мы заключили соглашение с Малфоями, миссис Тонкс, — заверил ее Гарри. — Никому из них не будет предъявлено никаких обвинений. Женщина улыбнулась, на мгновение став необычайно похожей на своего племянника: — Да… Драко на самом деле такой же, как Регулус. *** Когда Гарри, Рон и Тонкс направились в Гринготтс за пятым крестражем, Драко приготовился к тому, что, как он предполагал, должно было стать ужасающим испытанием. Если была хоть какая-то надежда вывести Гермиону из того состояния, в котором она находилась, и выяснить, что Волан-де-Морт сделал с ней такого, что могло навредить Гарри Поттеру, Драко должен был увидеть ее воспоминания об этом. Он должен был найти воспоминания о нападении Волдеморта. Он все еще готовился к этому, когда Кингсли Бруствер выпрыгнул из камина на площади Гриммо, выглядя необычно испуганным. Обычно Драко старался не обращать внимания на действия членов Ордена, но на этот раз, похоже, произошло что-то чрезвычайно серьезное. — Где Гарри? — резко спросил Кингсли. — Они с Роном в Гринготтсе с Тонкс, они должны вернуться с минуты на минуту, — нахмурившись, ответил Римус. — В чем дело? Что случилось? — Азкабан, — прошипел аврор. — Пожиратели смерти вырвались оттуда. Нарцисса смогла только издать встревоженное «ой» и бросила обеспокоенный взгляд на своего сына. Бруствер выглядел мрачно. — Зовите всех. Нам нужно как можно скорее встретиться со всеми членами Ордена.